- -
- 100%
- +
Время приближалось к часу ночи. Раньше мне казалось, что в Казани я жил плохо. В доме, похожем на бетонную клетку приходилось сталкиваться в подъезде с соседями, и здороваться с ними через силу. Но сейчас, под звездами Светлогорска мне вспомнилась наша квартира, в которой прошла большая часть жизни. Вспомнился теплый и уютный домашний очаг… Я почему-то вспомнил Юлию – знакомую девушку с института, точнее ее дочку, которой едва исполнилось три. Как-то гуляя с ними вместе, я испытал невероятные чувства радости в душе. Мне было приятно видеть, как ее дочка тянется ко мне, называя меня папой. Однако без иллюзий. В Юлии присутствовала черствость и отрешенность. Она была бита жизнью, разведена, но при этом жила в квартире свекрови, пока ее сын – муж Юлии искал себя в постели с другими бестиями. Она не познала любви в детстве, а потому не могла разделить эти прекрасные чувства ни с кем…
Я лишь скучал по теплому взгляду ее дочери…
В ночном киоске у железнодорожной станции я купил лапшу быстрого приготовления. И пока она заваривалась, я размышлял над своей жизнью. Раньше я никогда не задумывался над тем, что кто я. Я родился и вырос в многонациональной Казани. Сейчас в моменте путешествия мне часто приходилось отвечать на один вопрос, откуда я родом? И я вдруг осознал свою принадлежность к тюркскому происхождению. Мне захотелось более подробно узнать историю своего рода. Эта идея настолько вдохновила меня, что я не заметил, как исчезло состояние голода и холода. Какая-то приятная энергия пробежал по всему телу, придав дополнительные силы. И только сейчас я заметил, как на меня смотрел мой герой – на бетонной стене напротив, красовалось яркое, профессионально исполненное граффити с изображением латиноамериканского революционера Эрнесто Че Гевары. Уверенность в душе возросла. Мне немедленно захотелось изменить свою судьбу. Именно поэтому я отправился в путешествие. Я вспомнил, как мой близкий друг Лева Розенсон подарил мне книгу «Дневник мотоциклиста», повествующая о значимом и ярком отрезке жизни великого революционера Че…
Голод – лучший повар. С огромным удовольствием я съел лапшу, затем, поднялся и пошел искать ночлег. Я остановился на перекрестке дорог в центре городка. Фонари горели не везде. В какую сторону идти – влево или вправо? В этот раз судьба улыбнулась мне. Я стоял в раздумьях и вдруг услышал шарканье, доносившееся со стороны неосвещенной улицы. Я уловил движение. Что-то, или кто-то приближался ко мне. На освещенную фонарем местность выбежала свора дворняжек. Тощие псы бежали с высунутыми языками. Я инстинктивно напрягся. К счастью, они и не думали нападать. Остановившись, они дружелюбно обнюхали меня, и присели на задние лапы. Из темноты, как призрак появился мужчина лет пятидесяти с растрепанными волосами. Он был одет, как пугало в грязную рубашку нараспашку, растянутые на коленях спортивные штаны и дырявые тапочки. Теперь-то я понял, что это было за странное шарканье – тапочки терлись об асфальт. На перекрестке дорог, судьба вновь свела двух людей из разных миров, чтобы каждый исполнил для другого свое предназначение…
– Не спиться? – спросил незнакомец. – И мне. Я вот на охоту вышел. Выпить хочется, блин! Хоть волком вой. У тебя есть что?
– Нет, – покачал головой я.
Один вид мужчины вызывал смех. Да и сам он, чудной, забавный и потрепанный.
– Слушай, – я обратился к нему. – Мне нужно переночевать. Есть такая возможность?
– Почему бы и нет? – пожал плечами незнакомец. – Портвейн купишь?
– Куплю.
– Ну, тогда пошли.
Электронные часы на мобильнике показывали два часа ночи. Хорошо хоть магазины работали круглые сутки. Незнакомец заказал бутылку портвейна, я оплатил. Не отходя от кассы, он выпил ее до дна прямо из горла, в один длинный глоток. Вытерев тыльной стороной ладони губы, он жестом руки пригласил меня следовать за ним. Собаки бросились следом.
Этот человек, точно ангел в царстве Раушенской действительности. Он местный и знал тех, кто работал в пансионатах. Он и сам лежал в одном из них, проходя курс лечения. Незнакомец нашел мне ночлег в пансионате. Добрая баба Нина определила место в подсобке и принесла подушку с покрывалом. Я немедленно провалился в сон…
Глава 9
Сон не был долгим, часа три. Рабочая смена доброй бабушки подходила к концу, и она разбудила меня заблаговременно перед сдачей объекта. Она предусмотрительно согрела воду в чайнике и угостила кофе. Что ж, жизнь удалась. Я чувствовал себя бодрым, готовым снова приступить к жизненной игре. Ноги понесли мое тело на пляж…
Пляж встретил меня одиночеством. Ни души вокруг, только дыхание моря, небесная даль и ленивое солнце рассвета. Я разделся по пояс и приступил к зарядке. Поприседал, отжался и пробежался. Утром мысли всегда свежие и голова полна новых идей. Что делать сегодня? Вернуться в Калининград или попробовать еще раз, свежим взглядом найти нужный мне дом? В отличие от ночи, днем ориентироваться в пространстве оказалось гораздо проще. Мир предстал в ином свете. Я хорошо усвоил урок этой ночью…
Как удивительно легко оказалось при свете солнца отыскать нужный дом на улице Октябрьской. Ночью я несколько раз проходил мимо него. Он стоял прямо в сердце курортного городка на центральной улице. Двухэтажный деревянный дом с несколькими подъездами, предназначался на 16 семей. Я взбежал по ступенькам вверх и уткнулся в заветную дверь. Постучался и услышал в ответ юный женский голос.
– Кто там?
– Рома дома?
– Сейчас позову.
Рома не скрыл удивления, увидеть меня так рано на пороге квартиры. Он гостеприимно впустил меня внутрь. Из кухни веяло запахом поджаренной курицы.
– Я как раз готовлю завтрак. Вот только картошка закончилась. – Рома с надеждой посмотрел на меня.
– Хорошо, я сейчас…
Я сбегал в ближайший магазин и купил кое-каких продуктов. И пока жарилась картошка, Рома отозвал меня и шепотом сказал:
– Слушай, я сказал маме, что ты мой старый приятель моряк, с кем мы однажды ходили к берегам Исландии. Если она что-то спросит, так ей и скажи.
В их доме я сразу стал своим. К тому же, его отчим, будучи моряком, ушел в море, но обещал вернуться к осени. Рома показал комнату и кровать, где мне предстояло спать. Какое счастье! Этой ночь я почти ночевал на улице, а сегодня меня ожидала чистая постель, горячий душ и ароматный кофе.
***
До отъезда в Польшу я гостил у Ромы. Мы ездили в Калининград по его делам, загорали на пляже, купались в холодном Балтийском море. Каждый вечер прогуливались по ночному променаду, слушали живую музыку и шум бушующих волн. Обсуждали предстоящую поездку в Питер. Поскольку я был хорошим слушателем, Рома много рассказывал о себе…
Он служил в Чечне, но в боевых действиях не участвовал. По окончанию службы государство наградило его льготами и удостоверением военного. Двери многих госучреждений открывались нараспашку. Но в институт Рома не поступил. Его планы резко изменились, когда в судьбу вмешала любовь. Он влюбился в девушку из обеспеченной семьи, которая к тому же училась в милицейской академии. Влюбленность была взаимной. Все начиналось красиво. Встречи в романтических местах, неожиданные сюрпризы и спонтанные прикосновения. Но что он мог предложить ей в жизни, кроме легкости и волнующих чувств? Она стремилась построить карьеру, удачно выйти замуж и родить ребенка. Она внутренне была старше своих лет и более дальновидна. Рома же был прирожденным романтиком, с удовольствием превращая комедию в трагедию…
Однажды она позволила чувствам взять вверх над разумом. И случился первый поцелуй, мягкая постель и даже построение совместных планов на будущее. Однако любовь угасла внезапно. Ее расчетливый ум победил чувства. Она разбила Роме сердце, внезапно заявив, что им вместе не по пути. Им моментально овладела жуткая хандра. И он ушел в море на семь месяцев. Рыболовецкое судно казалось ему тогда единственным спасением. Но мы не можем убежать от своих душевных мук, даже на край света…
– Мне казалось, что море меня восстановит. Не тут то было! Депрессия настигла меня и там, перейдя в хроническую форму.
Я искренне пытался его поддержать, но меня интересовало другое.
– Я испытал нечто подобное в 10 классе, когда подруга предпочла парня постарше. Как давно ты работаешь моряком?
– Моряк – это статус, а не работа! Мой отчим моряк, по специальности слесарь. Он и сейчас в море…
Удивительно, – подумал я. – Как все просто. Живешь здесь, становишься моряком и отправляешься в плавание.
– Ты далеко заплывал?
– Мне довелось бывать в Рейкъявике – столице северного острова Исландии. Остров на краю земли с лунными пейзажами, действующими вулканами и гейзерами. Островитяне не такие как мы жители материка. Они экономно расходуют ресурсы. Им запрещено вырубать деревья. Древесину привозят на остров из других стран. Но есть и минусы – пиво дорогое, пять евро за банку. Жизнь в море это не только приключение. Это трудная моральная работа. Пока ходишь в море, команда на судне превращается в семью, а судно в плавучую тюрьму. Сбежать домой на выходные невозможно. Если с кем-то повздорил, конфликт остается постоянно с тобой. Поэтому лучше ни с кем не ссорится. И еще… морская болезнь сражает внезапно. Жуткое чувство… Но самый большой плюс – зарплата. Мне платили тысячу долларов в месяц, хотя и труд был не из легких.
Что-то перевернулось внутри меня. Я испытал странные чувства в душе – зависть, эмоциональный подъем и ощущение бесцельно прожитых лет.
– А что если и мне стать моряком?
– Для этого нужно получить паспорт моряка. Пройти курс подготовки по спасательным шлюпкам и плотам, медицинскую комиссию и еще кучу документов принести в компанию, с которой ты заключишь контракт. Это длительный процесс…
Идея стать моряком и «уйти», как выразился Рома в море, была заманчивой и притягательной. Но как осуществить ее? В Казани была одна туристическая фирма, занимающаяся подбором персонала на пассажирские суда. Она оформляла все документы, включая паспорт моряка, но и стоимость этой программы составляла две тысячи долларов. И что же делать?
– Калининград – портовый город, – добавил Рома. – Многие ребята связывают жизнь с морем. Правда, потом, очень тяжело восстанавливаться в гражданской жизни. В море ты в безопасности! Тебя поят и кормят, платят зарплату, которую ты практически не расходуешь. А когда ступаешь в родной город, тебе трудно найти здесь себе применение. Потому многие и возвращаются в море…
– Ты планируешь вернуться?
– Не хотелось бы. Хотя чем еще в нашей области заниматься? Здесь ты либо моряк, либо чиновник на таможне, либо таксист, либо мелкий контрабандист по продаже янтаря. Поэтому я и хочу посмотреть Питер. Может там найдется для меня что-то интересное…
Я увидел в Роме, отражение самого себя. Он, так же, как и я, устав от суеты родного города, хотел выйти за рамки его и попробовать найти применение своему потенциалу за пределами.
***
Однажды вечером Рома ушел навстречу с другом детства. И я почувствовал себя растерянным. За эти дни я успел привязаться к нему, и мне показалось, что мир замыкался только на нашем общении. Я вновь остался один на один с самим собой, осознав, что у моего нового друга здесь своя жизнь, к которой я не имел никакого отношения…
Глава 10
Впервые в жизни я любовался польской визой в паспорте. Ведь совсем скоро я посещу одну из Европейских стран! Встреча с автобусом намечалась в центре Калининграда утром следующего дня. Ночь перед поездкой мне следовало провести в столице области. Я отверг мысль снять номер в гостинице. Мне хотелось решить подобную задачу другим авантюрным способом. И я стал думать…
Пару дней назад я случайно познакомился с Ольгой. Это была розовощекая с полными губами особа выше меня на голову и крупнее в два раза. По ее словам, она жила одна в собственной квартире в центре Калининграда. Что если использовать ее квартиру на одну ночь? Я договорился встретиться с ней на площади Победы возле храма Христа Спасителя. Ольга опаздывала на встречу, и я стал нервничать из-за неопределенности. А потом вдруг успокоился и пустил все на самотек. И чтобы не упустить время, стал невзначай использовать свободные варианты знакомств, прямо на площади. Возможно к лучшему, что она не появлялась. Это лишь мой разум приводил логические доводы о том, что Ольга моя последняя надежда. Но душа не жаждала встречи с ней. Я осмотрелся по сторонам. Людей было много вокруг, в основном молодежь, среди которых, конечно же, одинокие девчонки. Мне приглянулись две, сидящие рядом друг против друга. Они пили пиво, разговаривали. Знакомство случилось легко, естественно и непринужденно. Я вел себя раскрепощенно и независимо, опуская в их адрес веселые шутки. Девушки смеялись. И в ходе нашей незамысловатой беседы я узнал, кем они работают и на каких условиях проживают в городе…
Наталья перебралась в Калининград из маленького закрытого военного городка. Она работала пекарем и арендовала квартиру в спальном районе города. Это был шанс, который я упустить не мог.
– А ты, по каким делам в Калининграде? – с интересом спросила она.
– Завтра еду по делам в Польшу. Вот, только сегодня одобрили визу. – Я демонстративно открыл паспорт и показал им визу. – Я остановился у друга в Светлогорске, но завтра мне уже нужно быть здесь в центре в 5:00. Вот и думаю, где мне провести ночь.
Девушки переглянулись и заулыбались.
– Наталья, мне кажется, наша встреча неслучайное совпадение. Что если…
– Ты хочешь провести ночь со мной?
– Мне достаточно место в коридоре…
– Запоминай адрес.
Вот, как-то так…
Переночевав в квартире Натальи, я ушел от нее под утро…
***
Впервые в жизни оказавшись за границей, я испытал дикий восторг, ощущение свободы и безмерное счастье. Меня изнутри распирало чувство безграничности мира. Я вдруг осознал, что за пределами моей родины есть другой мир, другая жизнь и другие люди. И эта жизнь, не лучше и не хуже. Она просто другая. Со своей историей, традициями и судьбами людей.
Наивно описывать Польшу, как страну с ровными дорогами, ухоженными мостовыми и культурными людьми. Во время туристической поездки нравиться абсолютно все, даже негатив, который, конечно же, стараешься не замечать. Я был предельно удивлен, увидев двух пьяных поляков, писающих на тротуар средь бела дня прямо в центре Сопота. Ведь мне искренне казалось, что подобное я могу наблюдать только в России! Средневековый замок Тевтонского Ордена крестоносцев в Мальборке впечатлил размахом, но стены казанского Кремля, неожиданно вспомнившиеся мне, вызвали приятную тоску по родному краю. И вроде все красиво и ухоженно, однако разделить свои впечатления мне было не с кем. Все вокруг говорили исключительно по-польски…
***
По возвращению в Калининград, сосед по автобусному креслу пузатый, круглолицый и розовощекий Александр, видимо в быту работающий мелким чиновником навсегда развеял иллюзию, что жизнь за рубежом лучше, чем в России. Я поделился с ним мыслями уехать в Чехию.
– Почему именно в Чехию?
– Говорят, там проще закрепиться и освоить местный язык.
– А кем ты собираешься там работать?
– Честно сказать, пока не знаю.
– У тебя есть какое-то образование?
– Я учился на инженера, но бросил институт.
– М-да. Хотя, наше образование за границей не востребовано. – Высказал он философскую мысль и усмехнулся. – Тогда только мыть посуду или идти работать на стройку. Кем ты сейчас работаешь?
– Я писатель…
– Сочувствую.
– А кем работаете вы?
– Работаю, – хитро улыбнулся он. – Не сказать, что работа меня сильно устраивает, но она меня кормит и позволяет выезжать заграницу. Очень важно после путешествия вернуться к своей работе. А в идеале, везде и всегда по возможности нужно заниматься любимым делом. И этим делом зарабатывать деньги.
Я задумчиво уставился в окно…
***
Автобус вернулся в Калининград под вечер. И я сразу же позвонил Роме. Ответа не было. Странно, Рома обещал, что будет на связи. Я отнесся к этому спокойно, понимая его душевное состояние. У него была затяжная депрессия. Я позвонил ему домой. Его мама – тетя Валя отозвалась сразу.
– Давид, дорогой, ты где? Приезжай ночевать к нам.
– Хорошо. Я купил вам бальзам и кофе.
Я приехал в Светлогорск на последнем автобусе, чувствуя себя удовлетворенным и счастливым. Ромы дома не оказалось. Его мама сказала, что он где-то на прогулке. Мне понадобилось пятнадцать минут, чтобы найти его. Вместе с другом детства они сидели в летнем кафе, пил чай. Рома пытался любоваться закатом, но глаза его выражали печаль. Когда солнце утонуло в море, он попрощался с другом, и мы обсудили с ним план действий на ближайшее будущее. Пока я был в Польше, он созвонился с дядей, который проживал в Питере, и предупредил его, что приедет погостить с другом на недельку. За это время мы и решим, чем нам заняться в Петербурге.
На следующее утро мы плотно позавтракали. Рома сказал матери, что в Питере, для нас моряков, нашлась работа на сухогрузе. Судно отплывало в Намибию через пару недель. Мама выделила ему триста долларов на карманные расходы.
По пути на железнодорожную станцию, Рома сказал мне:
– Пару дней проведем в Калининграде у моего друга Лехи.
– Ты лучше скажи, в Намибии ты был?
Он лишь усмехнулся в ответ…
***
Леха работал на таможне, и арендовал квартиру неподалеку от железнодорожного вокзала. Две комнаты, два окна и крыша над головой – это все, что нам было нужно. Леха оставил ключи от квартиры и ушел на работу. Я вновь обрел уверенность в себе. Теперь я был не один, и часть ответственности за предстоящую поездку можно было переложить на товарища. Меня радовало и то, что теперь в Петербург мы ехали не на пустое место, а к некоему дяде Толе. Однако перед поездкой Рома заметно нервничал…
***
Оставшиеся пару дней мы бесцельно слонялись по раскаленному городу и однажды в полдень заглянули в местную столовую. Кормили в ней вкусно и сытно. За соседним столом сидела девушка. Она то и дело кокетливо поглядывала в нашу сторону, не скрывая фривольного интереса. Классический блуждающий взгляд молодой особы в поисках мимолетного приключения. Мы познакомились. Она села за наш столик. Юлия была бедовой, легкомысленной и с ограниченным зрительным кругозором. Я начал разговор первым, но тут вмешался Рома и стал перебивать инициативу. Девушка моментально переключилась на него, согласившись идти с ним в квартиру. Я испытал досаду, легкое раздражение и негодование. Безусловно, жизнь это игра. И самая важна игра, заключается между мужчиной и женщиной. Эту любовную партию я проиграл. Они ушли предаваться любовной страсти, я остался, негодуя не то на себя, не то на Рому, не то на проказницу судьбу…
Глава 11
И снова в путь…
Проводник выдал белье и транзитную литовскую визу. Мы удобно разместились в плацкартном вагоне, провожая через окно Калининград. Я смотрел не только в окно, я изучал пассажиров. Все, как и прежде. Я на работе и каждая деталь была очень важна. В любой момент она может сыграть ключевую и решающую роль. На боковушке расположилась худощавая девушка с черными вьющимися волосами и смуглой кожей. Она была больше похожа на немку, нежели на русскую. Однако она представилась не фрау Штайн, а Настей. Я быстро установил с ней контакт и через минуту знал о цели ее поездки в Петербург. Настя возвращалась в Питер, чтобы в очередной раз испытать судьбу и попробовать силы при поступлении в Университет Культуры.
– Если подать документы в университет, – сказала Анастасия, – тебе выделят общежитие за 120 рублей в сутки. Это символическая цена за жилье во второй столице России.
– Какие документы нужны при поступлении?
– Две фотографии, медицинская справка, аттестат, копия паспорта…
В моей голове уже созрел план. Все перечисленные документы у меня имелись в наличие, даже медицинская справка, которую я получил при оформлении водительских прав. Она действовала в течение шести месяцев. Главное правило разведчика – иметь туз в руке и козырь в рукаве.
– На какой факультет ты планируешь поступать?
– На факультет туризма. Вообще, я пробовала поступить в прошлом году. Ничего не вышло, провалила вступительные экзамены. В этом году хочу взять реванш. Мне город очень понравился. Я в него влюбилась с первого взгляда!
– Где находится университет культуры?
– На Дворцовой Набережной с видом на Неву…
Рома тоже ехал подготовленным. Он имел при себе все вышеперечисленные документы, в том числе и медицинскую справку. Роме понравился мой план – «поступить» в университет культуры на факультет туризма. Теперь мы были в статусе абитуриентов…
***
Город Святого Петра встретил нас чудесной солнечной погодой. Вот только дяди Толи на перроне не оказалось. Рома впопыхах набрал его телефонный номер, нервно ожидая ответа. Минуту спустя абонент ответил. Рома кивнул головой, ответив: «Все понял». Отключив мобильник, он тихо произнес:
– Он проспал.
– Бывает. На какой станции метро он живет?
– На Политехнической. Сказал, что встретит нас на выходе…
Мы еле-еле подняли наши сумки. У Ромы она была тяжелее моей. Надо думать, запаслись вещами на все случаи жизни. Не стану описывать, как мы доплелись до станции метро. Скажу кратко, это было невыносимо мучительно.
***
Дядя Толя высокий, крепкий и здоровый мужчина с внешностью русского медведя. Овальную голову покрывали коротко постриженные волосы-ежиком. Внизу узкого лба неандертальца, на нас смотрели добрые и маленькие глазки. Его медвежья лапа пожала наши ладони с хрустом. Этот великан едва помещался в дверной пролет. Дядя Толя – бывший военный, ушедший с головой в христианскую веру…
– Что ж, братья, – сказал он. – Прошу к столу.
Мы переглянулись, стараясь не выдать улыбок. С подобным общением я сталкивался впервые. Да что душой кривить, это может подтвердить и Рома, мы думали только о еде, глядя на стол и облизываясь, как голодные коты. Большая тарелка с пельменями, черный хлеб и огурцы с помидорами – являлись главным украшением скромного стола. Ничего лишнего, все по-христиански. Мы едва удержали себя в руках, чтобы не броситься на еду. Слюни текли рекой. Но дядя Толя удержал нас грешников от соблазна словами:
– Сначала молитва. – Покорно склонив голову, мы последовали его примеру. Он заговорил басистым голосом, – Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твое; да придет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, и на небе; хлеб наш насущный дай нам и на этот день; и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого. Ибо Твое есть царство, и сила, и слава вовеки. Аминь.
В момент молитвы я услышал тишину в душе. Тишина отдавалась эхом смирения и умиротворения. Ритуал – молится перед едой, мои родители никогда не соблюдали. Напротив, в нашей квартире именно кухня являлась яблоком раздора. А вот бабушка – мамина мама, однажды написала на листке бумаги короткую мусульманскую молитву, назидательно попросив, чтобы я заучил ее наизусть и читал каждый раз перед выходом из дома. С тех пор, я всегда напрямую обращался к Богу через молитву и Он мне помогал…
Сытно отобедав, мы позволили себе немного отдохнуть и снять усталость с дороги. Но нам не терпелось вновь устремиться в пучину приключений, поэтому мы сразу же отправились на Невский Проспект. Я познакомил Рому с местами, в которых был еще совсем недавно. Я научил его ориентироваться в питерском метрополитене. И чтобы быть на связи, подключились к местной сотовой связи «TELE 2». Вооружились картой города, позволяющей найти любую улицу…
Мы гуляли по городу и обращали внимание на объявления по работе, вывешенные на дверях баров и ресторанов. Но мы оба решили порвать с прошлым и подыскать себе новое интересное занятие. Мы пытались найти в Петербурге такое дело, которого не было ни в Казани, ни в Калининграде. Вот только каким именно делом себя занять пока было непонятно. Имевшийся небольшой запас денег позволял выбирать и ждать подходящего случая. К тому же стратегия и разведка – тоже работа…
Мы заводили знакомство с девушками, любовались питерской архитектурой и пытались понять менталитет населяющих его жителей, большая часть из которых были приезжие. Купили газету «Работа», обеспечив себя домашним заданием. Вечером выписали интересные предложения по работе, а утром совершали звонки и раздумывали над предложением. Время играло на нас. Но мы не могли долго гостить в квартире дяди Толика. Через семь дней возвращалась его супруга, и нам необходимо было подать документы в университет, чтобы получить желанные места в общежитии…
Глава 12
Студенческий сезон был в самом разгаре. Тысячи студентов со всей России стекались в Петербургские университеты, чтобы попытать счастье во второй столице России. Поступление в ВУЗы лишь предлог остаться в городе. Молодые ребята через университеты закреплялись до конца лета в общежитиях и заполняли рабочую нишу в сфере услуг. Гостиницы, бары и ночные клубы являлись лакомыми местами для них. С наступлением осени они уже не были новичками. Они привыкали к ритму города, обрастали нужными связями и арендовали квартиры на несколько человек.