Скандальная любовь

Texas-Sized Scandal © 2019 by Harlequin Books S.A.

«Скандальная любовь» © «Центрполиграф», 2021

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2021

Пролог

Стерлинг Перри наверняка радуется, ведь его выпустили из тюрьмы, в которую он попал по обвинению в мошенничестве. Доказательств вины было предостаточно, чтобы его арестовать. Мой план сорвался. После того как Винсента… Ну, это не имеет значения. Неизвестно, кто убил этого человека. Мне казалось, надо переключить их внимание на подозреваемого.

Перри был наиболее логичным кандидатом. Я так его ненавижу, что мне хочется кому-нибудь врезать. Но вместо этого я глубоко вздыхаю и пытаюсь успокоиться. Спокойствие помогает мне планировать уничтожение людей, которые украли у меня все.

Хорошими людьми их не назовешь. У обоих есть недостатки. Слишком много недостатков, их и не перечислишь. Они многим навредили. В том числе мне.

Райдер Керрин и Стерлинг Перри прикладывают все силы, чтобы навредить друг другу, и это мне на руку. Не помешает привлечь к делу шерифа Баттла. Он – настоящий бульдог и поможет еще сильнее разжечь неприязнь к Стерлингу Перри.

То сообщение было отправлено Винсентом на телефон «Перри холдингс». Всем известно, что в этой фирме ничто не делается без одобрения Стерлинга. Этого будет достаточно, чтобы все взгляды снова обратились на Стерлинга.

Глядя на только что пришедшее письмо, я ликую. У Райдера Керрина проблемы с рабочими в компании. Интересно. Будет несложно передать эту информацию Стерлингу Перри – пусть использует ее против Керрина.

Я не могу не радоваться. Они оба заплатят за то, что сделали. И не важно, сколько времени на это потребуется.

Глава 1

Мелинда Перри взглянула на свой телефон, накручивая волосы на термобигуди. Она старалась избавиться от пристрастия к социальным сетям. Хотя ей нравилось точно знать, чем занимаются те, кого она любит. Однако будет лучше, если она начнет свой день с чашки… Хотелось сказать: горячей воды с лимоном, но она никогда не любила такие напитки. Как бы вредно это ни было, она постоянно начинала свой день с кофе и обезжиренных сливок.

Она взглянула на часы на зеркале и поняла, что опережает привычный график.

– Отлично, Дживс, расскажи мне последние новости из «Хьюстон хроникл», – сказала Мелинда. Она запрограммировала своего электронного помощника так, чтобы он отзывался на имя Дживс. Ей казалось забавным делать вид, что на нее работает настоящий английский дворецкий.

– Доброе утро, Мел! Вот главная новость дня: «Наследница и филантроп Мелинда Перри по уши втюрилась в печально известного плейбоя Слэйда Бартелли. Фотографии доступны на сайте „Хьюстон хроникл“».

– Ладно, Дживс, остановись. – Она взяла телефон и открыла приложение «Хьюстон хроникл». О нет! Ей не хотелось, чтобы о ней говорили. Не надо, чтобы весь мир узнал о ее романе со Слэйдом.

Весь прошедший год в ее семье царил хаос, а она изо всех сил пыталась выстоять. Занималась делами и вела себя так, будто все в порядке. Ее отца обвинили в создании финансовой пирамиды и арестовали, но теперь выпустили из тюрьмы. Ее сестра закрутила скандальный роман с одним из самых ненавистных соперников отца по бизнесу. А она связалась с сыном известного мафиози Карло Бартелли.

Честно говоря, Слэйд не входил в преступный синдикат своего отца. Она познакомилась с ним на заседании художественного совета. Он оказался порядочным гражданином, но средства массовой информации это, похоже, не волновало.

Открыв приложение, она увидела фотографию, на которой они со Слэйдом обнимались и целовались. Страстные и жадные поцелуи в одном из альковов Джонс-Холла на концерте Хьюстонского симфонического оркестра.

Она запаниковала, ее сердце забилось чаще. Ей стало жарко не только оттого, что их застукали, но и потому, что она не забыла те поцелуи.

Она вела себя совершенно неподобающим образом. Хотя ей уже тридцать девять и, как заметила ее сестра-близнец, она не молодеет.

Если не сейчас, то когда? Именно так сказала Анжела, когда Мелинда застенчиво упомянула, что встречается с не совсем обычным парнем.

Но Мелинда имела в виду не это. Ей нравилась ее размеренная жизнь и благотворительная деятельность. Кроме того, Анжела откровенно заявила, что как любовник Слэйд не пара Мелинде. Однако ей не нужно получать чье-то одобрение, чтобы выбрать себе мужчину.

Залаяла ее маленькая такса Пикси, и дверь спальни Мелинды открылась. Анжела вошла в комнату. Сестры жили в одном здании и часто заходили друг к другу в гости. Кондоминиум представлял собой открытое пространство с просторной спальней, ванной комнатой и гостиной, которую Мелинда использовала как зал для тренировок.

– Я думала, ты сомневаешься, что Слэйд тебе подходит. Ты же говорила, что хочешь родить. Ведь он легендарный плейбой, ты же это знаешь, верно?

– Мне даже спрашивать не надо, как ты обо всем узнала, – ответила Мелинда. – Но я не хочу раздувать из мухи слона.

– А мне это фото показалось довольно серьезным, – сказала Анжела и уселась на мягкую скамью, обитую бархатом, в изножье кровати Мелинды.

Ее сестра держала в руке термокружку и выглядела, как всегда, модно. Как бы Мелинда ни старалась, она всегда чувствовала себя слишком серьезной и консервативной рядом с Анжелой. Она знала, что никто такого не скажет, но она была более спокойной и умеренной версией Анжелы. Если кому и следовало встречаться со Слэйдом, так это Анжеле.

– Эта фотка… Я не подозревала, что нас заметят, иначе я бы так не целовалась, – призналась Мелинда.

– Ты краснеешь! Тебе тридцать девять, Мел. Хватит смущаться, говоря о сексе.

– Я не говорила о сексе! Слэйд просто меня возбуждает. Это не смущение, это… О, не важно. Что мне теперь делать? – спросила она сестру.

– Он тебе нравится? – поинтересовалась Анжела.

Мелинда не думала о простой симпатии к Слэйду. Он слишком соблазнительный. Она знала о связях его семьи с мафией, но, когда он был с ней, чувствовала себя самой желанной женщиной в мире. И он оказался самым страстным мужчиной, которого она встречала. Но, честно говоря, она понимала, что все дело только в нем. Ее бывший парень, Дональд, с которым она прожила восемь лет, жаловался, что она не очень страстная, а со Слэйдом таких проблем не было.

– Я знаю, ты от него не в восторге. Я и сама до конца не уверена, как к нему отношусь. Он входит в художественный совет, именно там мы с ним познакомились.

– Художественный совет? Я думала, в его семейке одни гангстеры, и это меня беспокоит.

– Он не гангстер, Анжела. И он – единственный внук Филомены Конти. В совете он представляет семью. В этом году миссис Конти делали операцию по замене тазобедренного сустава, поэтому он заменил ее на заседании. Он любит искусство так же, как и я. Услышав, как я описываю картину Ван Дейка, он обратил на меня внимание.

Анжела встала, подошла, положила руки на плечи Мелинды и посмотрелась в зеркало. Она встретила взгляд сестры, стараясь не смотреть на себя. У нее на голове были большие бигуди, потому что так ей было легче укладывать волосы; она еще не накрасилась, поэтому у нее на носу виднелись веснушки.

– Посмотри на себя, – сказала Анжела.

Мелинда взглянула на собственное отражение.

Она всегда улыбалась самой себе, что помогало ей начать день в хорошем настроении. Анжела тоже улыбнулась ей.

– Этот человек обратил на тебя внимание потому, что ты ему понравилась такой, какая ты есть, – произнесла Анжела. – И тебе давно пора найти того, с кем ты забудешься в опере.

Мелинда вздохнула. Ее сестра права. Независимо от того, какие чувства пробуждал в ней Слэйд, в конце концов, они не пара. Он явно предпочитает дорогущее шампанское, вечеринки в своем пентхаусе и полеты в Дубай любым местным мероприятиям, связанным с искусством.

– Я знаю. Но он действительно неплохой человек, Анжела. Хотя мы не подходим друг другу.

Честно говоря, я думала, что после того, как мы переспим, он найдет другую, – сказала Мелинда. – Но этого не произошло. Между нами возникло что-то, из-за чего нам трудно не прикасаться друг к другу.

– Это страсть, Мел. Наконец-то ты нашла парня, который пробуждает в тебе желание, – ответила Анжела. – Но Бартелли тебе не нужен. Найди кого-нибудь другого.

Мелинда покачала головой. Она не хотела страсти… Ну, не все время. Страсть опасна. Именно страсть спровоцировала проблемы в отношениях ее родителей, поэтому она всегда старалась сохранить равновесие в своей жизни.

Но теперь она волнуется. У нее случилась задержка, впервые в жизни. Может, дело не в беременности? Она читала, что в ее возрасте у некоторых женщин начинается климакс.

Мелинда встретилась глазами с сестрой в зеркале и поняла, что лучше не поднимать эту тему, не сделав теста на беременность. Как бы они с Анжелой ни были близки, у каждой из них свои секреты.

– Если бы это было так просто, я бы давным-давно так сделала, – сказала она наконец. – Мы со Слэйдом оба знаем, что наш роман недолговечен.

– Ладно. – Анжела крепко обняла сестру. – Ты в порядке?

Мелинда собиралась кивнуть, но из-за горячих бигуди ее голова отяжелела.

– Конечно. Я всегда в порядке.

– Не обманывай меня. Ты говорила, будто хочешь стать матерью, и я заподозрила, что ты беременна. Это так? Он отец? – спросила Анжела.

Мелинда была не готова говорить о беременности. Она еще даже не ходила к врачу, хотя купила несколько тестов на беременность, отпускаемых без рецепта. Но не набралась смелости их сделать. Да, она хотела стать матерью, но желала, чтобы все было по правилам. Она планировала, что Слэйд по уши влюбится в нее, сделает ей предложение и они устроят грандиозную свадьбу. А потом она родит.

– Я не знаю, беременна ли я. – Она отвела взгляд от Анжелы в зеркале. Мелинда не привыкла врать, но сейчас просто хотела потянуть время. – Я имею в виду, Слэйд Бартелли мне не подходит, верно?

Анжела уперлась бедром в край туалетного столика и задумчиво оглядела спальню Мелинды. Впервые в жизни Мелинда осознала, что у ее сестры могут быть свои секреты.

– Как у тебя дела? Как свадебные планы?

Анжела недавно объявила о помолвке с Райдером Керрином.

– У меня все нормально. Не отвлекайся, мы говорим о тебе, – ответила Анжела. – Я не знаю, что тебе сказать. Если ты считаешь, что Слэйд хороший парень… Ну, я на твоей стороне. Просто убедись, что вам стоит быть вместе. Я не хочу, чтобы ты страдала.

Мелинда повернулась, обняла сестру и уткнулась головой ей в живот.

– Я тоже не хочу, чтобы ты страдала. Мужчины намного коварнее, чем кажется на первый взгляд.

Анжела рассмеялась и начала вынимать горячие бигуди из волос Мелинды.

– Ты права. Почему они не могут просто быть страстными любовниками, а?

– Да. И такими же утонченными, как мы. И чтобы у нас с ними во всем совпадали вкусы. И чтобы они не крутились у нас под ногами, как только мы от них устанем.

Анжела снова рассмеялась.

– Жаль, что мы не управляем миром.

– Жаль, – тихо отозвалась Мелинда.

Анжела ушла через несколько минут. Пикси вбежала в комнату и плюхнулась на свою подстилку. Мелинда наклонилась к зеркалу, накрасилась, уложила волосы и оделась.

Она очень внимательно следила за тем, чтобы ее юбка А-образного покроя была хорошо выглажена, а блузка ровно в нее заправлена; ей не нравилось, когда блузка болтается на талии. Она завязала бантик на воротнике, потом взяла сумочку, которая идеально подходила к пурпурному оттенку ее юбки. Сегодня у Мелинды много работы в фонде и куча встреч.

Она надела солнцезащитные очки на макушку, погладила Пикси по голове, потом вышла через парадную дверь и спустилась на лифте в вестибюль. Внизу ее встретил шквал вспышек фотокамер.

Запаниковав, она нырнула обратно в лифт. Вернувшись к себе в квартиру, написала своему ассистенту, что сегодня утром не появится в фонде, и встала на беговую дорожку. Ходьба всегда помогала ей собраться с мыслями. Ситуация, определенно, усложняется. Надо разорвать отношения со Слэйдом. Никто никогда даже внимания не обращал, как она целуется с Дональдом.

Слэйд Бартелли бросил телефон на пассажирское сиденье своего спортивного автомобиля, выезжая с парковки у своего офиса в центре города. Он пытался дозвониться Мелинде с тех пор, как прочел статейку в «Хьюстон хроникл». Но она не отвечала на его звонки.

Она не любила шумиху, и ему это нравилось. Она одевалась как леди, но целовалась как страстная и неудержимая соблазнительница.

Она не похожа на других женщин, и это привлекает его в ней. Но его интуиция – та самая, которая всегда предупреждала о проблемах в юности, – твердила ему: если он сейчас не поговорит с Мелиндой, она уйдет из его жизни навсегда.

Ему не терпелось разыскать папарацци, сделавшего то фото, и поколотить его. Но Бартелли не такой человек. Он старался вести себя так, как его приучила бабушка Конти. Но временами он признавал, что методы его отца намного эффективнее.

Он остановился у дома Мелинды и увидел папарацци. Они принялись фотографировать и выкрикивать его имя, а он смотрел на них, стиснув зубы. Нет, он не похож на своего отца.

Однако это не повод думать, что он подходит Мелинде Перри. Несмотря на скандал, который закрутился вокруг ее семьи – ходили слухи о причастности ее отца к убийству, – Мелинда всегда была выше этого. Она любила свою родню, но держалась особняком. Все, кто ее знал, считали, что она милая и добрая.

– Джонни, – обратился он к швейцару. – Я приехал к мисс Перри. Как давно здесь фотографы?

– Весь день. Я помог ей вернуться в лифт. Но они не уходят.

– Вы вызвали полицию?

– Мисс Перри не захотела. Она сказала, что они просто делают свою работу.

Ну, да. Мелинда – добрая душа.

– Давайте избавимся от них. Я позвоню комиссару. Присмотрите за моей машиной? Отгоните ее, если потребуется.

– Да, мистер Бартелли.

Слэйд вошел в вестибюль здания, потом позвонил своей секретарше и попросил ее вызвать полицию.

– Хорошо, сэр. Вам звонил отец. Это не срочно. Он просто хочет поговорить с вами. А ваша бабушка ждет вас на ужин с мисс Перри.

– Игнорируйте все звонки от моего отца. А бабушке я сам позвоню.

– Да, сэр.

Слэйд пошел к лифту, который вел в квартиру Мелинды. Он понимал, почему они так всех заинтересовали как пара. Слэйд все время на виду.

Это был единственный известный ему способ доказать свою честность с тех пор, как он стал управлять «Конти энтерпрайзис». Он был под таким пристальным вниманием общественности, что нанял пиар-фирму, которая посоветовала ему постоянно быть на публике и предавать все свои дела максимальной огласке.

Он не предполагал, что ему так нужно внимание, но это его устраивало. Он любил общаться с прессой и не возражал, когда папарацци ходили за ним по пятам. Однако новость о его отношениях с Мелиндой сыграет против него. Его отец – главарь мафии и давно пытается обелить свое имя, только у него это не получается. Это была еще одна причина, по которой Слэйду очень нравилось быть на стороне своей матери.

Отец говорил ему: как только он станет членом мафиозного клана, пути назад уже не будет. А Слэйд никогда не хотел идти по этому пути. Он старался быть рассудительным и сдержанным.

Но с Мелиндой он сразу забыл о благоразумии. Рядом с ней он становился перевозбужденным восемнадцатилетним юношей, а не сорокалетним мужчиной. Его уже давно так не заводила женщина. Но причина не только в сексе. Ему нравилось ее страстное увлечение искусством и оперой.

Выйдя из лифта на двадцать четвертом этаже, он направился к ее квартире, а потом остановился. Для нее будет лучше, если он ее отпустит. Он знал, что внимание журналистов ей не понравится. И он очень старался сохранить их отношения в тайне. Ему пришлось признать, что он так поступает не ради нее, а ради себя. Будучи постоянно в центре внимания, он хотел, чтобы у него была хоть какая-нибудь тайна. Никто не знал о Мелинде. Пусть она говорит, что ей наплевать на его семью, он знал: для нее это важно.

Черт побери, он даже не уверен, что бабушка одобрит его роман с Мелиндой. Из всех людей на планете она – единственная, кто любит его больше всех и считает, что он заслуживает лучшего.

Слэйд нажал на кнопку дверного звонка и услышал лай Пикси. Подождав несколько минут, он снова позвонил в дверь.

На этот раз Пикси не залаяла, и он заподозрил, что Мелинда дома и не хочет с ним разговаривать. Он постучал в дверь.

– Это Слэйд. Впусти меня, нам надо поговорить.

Она открыла дверь через минуту. Ее длинные светлые волосы были собраны в высокий хвост, что подчеркивало овал ее лица в форме сердца. Ее голубые глаза смотрели настороженно, а на губах не было помады. Мелинда была в спортивном костюме. Ее кожа казалась бледной. Она не улыбнулась ему, и он заволновался.

Мелинда всегда улыбалась. Всем. Швейцару, бариста, курьерам. Она была одним из самых дружелюбных людей, которых знал Слэйд. Однако теперь она стоит на пороге, не пропуская его в квартиру.

– У тебя все нормально? – спросил он.

– Бывало и лучше, но я в порядке, – сказала она, явно солгав ему, и обхватила рукой живот.

– Я не знаю, как папарацци узнали, что мы с тобой будем в опере. Мои люди ничего не говорили, – произнес он. – Я вызвал полицию, чтобы избавиться от папарацци, которые околачиваются внизу. Мы разберемся с этим и с…

– Неужели? – спросила она. – Зачем?

– Как зачем? Я думал, нам нравится проводить время вместе, – ответил он. – Разве этой причины недостаточно? Почему ты не впускаешь меня?

Она покачала головой:

– Если ты войдешь, то нам будет не до разговоров, Слэйд.

Он улыбнулся:

– Я обещаю быть паинькой.

Здание, в котором жила Мелинда, было современным и высоким, из стекла и стали, но ее квартира очень соответствовала своей хозяйке – теплая и гостеприимная. В вестибюле стоял старинный деревянный столик, на котором всегда была ваза со свежими цветами. Войдя в открытое жилое пространство, он увидел два больших дивана и два кресла из кордовской кожи, очень мягкие и удобные.

На деревянном журнальном столике лежали книги по искусству. Слэйд знал, что сейчас она изучает дадаизм, из-за выставки, которую художественный совет решил привезти в Хьюстон. Но у нее также было несколько журналов, которые она прятала на нижней полке столика. Там же у нее лежали журналы по бизнесу, которые он любил читать.

На ее кухне стоял высокий стол с высокими стульями. Обивка подушек соответствовала цветовой гамме большой картины Круза Ортиса над камином. По словам Мелинды, яркие цвета картин Ортиса отражали колорит Техаса.

Она стояла между гостиной и кухней, глядя на Слэйда широко раскрытыми и обеспокоенными глазами.

– Ты не нравишься мне паинькой. – Она покачала головой. – Нет, ты не можешь войти. Я сама не своя, когда ты рядом.

Ему не понравилось, каким тоном она это сказала. Словно он плохо на нее влиял.

– По-моему, со мной ты становишься настоящей.

Глава 2

Мелинда пожалела, что открыла дверь, но хорошие манеры заставили ее ответить Слэйду. И вот теперь план, который она вынашивала, чтобы расстаться со Слэйдом и вернуться к нормальной жизни, казался невыполнимым. Ох, какой он соблазнительный! Квадратный подбородок с легкой щетиной, густые черные волосы, слегка завивающиеся на макушке, поджатые губы. Ей не терпелось рассказать ему обо всем, что произошло с тех пор, как Анжела уехала сегодня утром. Но Мелинда еще не решила, что ей делать дальше.

– Я искренне рада, что ты зашел, – сказала она. – Выпьешь что-нибудь? Сладкий чай или лимонад?

– Не надо. Меня больше беспокоит то, что ты не отвечаешь на мои сообщения и звонки. Что случилось?

– Ой, а ты уверен, что не хочешь чего-нибудь выпить? Даже воды? – Она тянула время, хотя обычно гордилась своей смелостью при решении проблем. Перед ее глазами маячил образ семи положительных тестов на беременность, которые она сделала.

– Я уверен, – ответил Слэйд. – Что происходит, детка? Я знаю, тебе не нравится внимание СМИ, но это был всего лишь поцелуй. И, честно говоря, фото удачное. Ты волнуешься, что тебя свяжут со слухами о твоем отце? Знаю, я, вероятно, – последний мужчина, которого ты захочешь видеть рядом с собой, пока ходят слухи об убийстве.

Жертва убийства была найдена на строительной площадке у нового здания «Техасского клуба землевладельцев» в Хьюстоне, где строительством занималась фирма ее отца. Убитым был Винсент Хамм – сотрудник «Перри холдингс», а ее отец оказался подозреваемым.

Мелинда пожала плечами, подбирая слова. Она не могла просто взять и выпалить, что ей нравится не обращать внимания на скандал. Что она ожидала большего от себя и своей семьи. И что ей не хочется, чтобы кто-нибудь видел, как она очарована Слэйдом.

– Дело не только в этом. Честно говоря, я думаю, мы оба знаем, что не подходим друг другу, – сказала она. – Я считала, что я для тебя просто в новинку и ты скоро устанешь от меня и уйдешь.

– Угу. Но я не устал. А ты? – спросил Слэйд почти воинственно, но она услышала нотки уязвимости в его тоне.

Мелинда понимала: будучи сыном Карло Бартелли, он постоянно испытывал давление из-за репутации своего отца. И он очень старался делать вид, что ему наплевать на предвзятое отношение к себе.

Она пожевала нижнюю губу. Ей никогда не устать от Слэйда. Он такой привлекательный. И он олицетворяет все, что Мелинда мечтала найти в мужчине.

Однако не надо витать в облаках, она знает это лучше других. Она всегда хотела иметь идеальную семью, хотя семья ее родителей была далека от этого.

– Нет, я не устала от тебя, но мы не пара. Я имею в виду, когда увидела это фото, я покраснела, вспоминая все, что было потом. А ты как отреагировал?

Он шагнул к ней, и она попятилась. Слэйд замер. Обычно она не боялась проблем, но сейчас не готова быть в центре скандала. Одно дело – утешать Анжелу и сочувствовать своему отцу, и другое – читать, что о тебе самой пишут в прессе. Что-то пошло не по плану с тех пор, как Слэйд вошел в ее жизнь.

– Ты боишься меня? – спросил он.

– Нисколько, – призналась она. – Я боюсь себя. Рядом с тобой я теряю самообладание, Слэйд.

– По-моему, это хорошо. – Он лукаво улыбнулся, и она сразу вспомнила, по какой причине поцеловала его в опере вчера вечером.

Мелинда почувствовала, как румянец ползет по ее шее и щекам, и покачала головой.

– Именно об этом я и говорю. Это причина, по которой нам нужно расстаться. Или «расставание» – слишком пафосное слово для нас?

– Нет, – сказал он.

– Нет? – Она не понимала, что означает его «нет».

– Ни то ни другое. Мы не расстанемся. И я не позволю, чтобы нашим отношениям помешала хотя бы одна фотография, сделанная нахальными папарацци.

Ей нравилось, как он говорит. Он управлял своей жизнью и никогда не позволял ничему внешнему диктовать ему условия. Мелинда понимала, как это непросто. До сих пор ходят слухи о том, что он бандит, хотя Слэйд заверил ее, что не причастен к незаконным действиям своего отца.

А теперь появилась еще одна причина, по которой Мелинде следует уйти от Слэйда. Она беременна. Домашние тесты на беременность доказали ее подозрения.

Отныне она должна выбирать, как ей жить дальше. Ранее она с легкостью притворялась, будто Слэйд – сказочный принц на белом коне. Но разум подсказывал ей, что такой мужчина, как Слэйд, никогда не будет счастлив, живя тихо.

Она знает это.

И должна помнить об этом.

Ей надо думать о своем ребенке.

– Что у тебя на уме? – спросил он. – Ты смотришь на меня одновременно и страстно, и испуганно, и я не знаю, что мне делать.

Мелинда глубоко вздохнула:

– У нас нет будущего. Я думаю, нам надо перестать видеться.

– Нет.

Она покачала головой, не уверенная, что правильно его расслышала. Улыбнувшись, заговорила снова:

– Я хотела сказать, мы с тобой слишком разные и нам не следует нигде появляться вместе.

– Нет, – повторил Слэйд.

Она сделала еще один глубокий вдох. Иногда люди не воспринимают ее всерьез, потому что она слишком вежливая, и принимают ее женственность и скромность за слабость. Но Слэйд знает ее лучше остальных.

– Ты можешь говорить «нет» сколько угодно, но я не поменяю своего решения. Я больше не буду встречаться с тобой. И не стану целоваться с тобой, чтобы потом красоваться на страницах журналов. Все кончено.

Все складывалось хуже, чем он думал. Сначала Слэйд решил просто уйти. Об этом его попросила Мелинда, но он не был абсолютно уверен, что она хочет, чтобы он ушел. Он вообще ни в чем не был уверен с тех пор, как познакомился с Мелиндой на заседании художественного совета.