Точно в сердце

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Глава 1

Уиллоу Стид посчастливилось быть самой себе начальницей, и большую часть времени она свою работу обожала. Но только не сегодня. Вообще-то все началось еще несколько месяцев назад, когда большие боссы телеканала поднажали на свои связи и заполучили контракт со вторым по популярности телеведущим США. И теперь он – лицо шоу, где она выступает продюсером, ну разве не здорово?

А вот и не здорово, потому что ведущим этим оказался Джек Краун. Нет, он, конечно, безумно привлекательный и обаятельный. Но за белозубой улыбкой этого остроумного красавца кроется душа негодяя. Такие типы хороши для сериалов и любовных романчиков, но не для общения в реальной жизни. Уиллоу убедилась в этом на собственном опыте еще в самом нежном возрасте. Да, ведущий шоу был тем самым человеком, что разбил ее сердце, когда ей было шестнадцать.

– Я предлагаю всего лишь выпить вместе, Уиллоу. – Губы Джека изогнулись в одной из его сексуальных улыбочек.

Неудивительно, что последние четыре года он получает звание самого сексуального мужчины по версии журнала «Пипл». Но только на Уиллоу его привлекательность больше не действует. Наверное… Скорее всего… Ведь она не забыла его выходки с приглашением на выпускной!

И все полгода, что они вместе здесь, в Нью-Йорке, делают шоу «Пора по парам», Уиллоу изо всех сил старается держать дистанцию. Хотя соблазн велик, себе-то врать не станешь: сейчас ей очень хочется принять его приглашение.

– Так… Поскольку ты не сказала сразу «нет», думаю, тебя вполне можно уговорить, – добавил Джек, переходя на интимный шепот. – Ты ведь этого хочешь?

– Я хочу, чтобы ты перестал вести себя, будто я одна из одалисок в твоем бесконечном гареме, – откликнулась она, стараясь подпустить в голос побольше презрения. – Я не из тех, кто готов валяться у твоих ног.

– Ах, ты ранила меня в самое сердце! – воскликнул он, схватившись за грудь.

– Очень сомневаюсь. Но поскольку у нас есть что обсудить по поводу шоу, я принимаю твое приглашение.

– Что-то не слышу радости в голосе, Уиллоу. Помнится, в былые времена ты не прочь была провести время в моей компании.

Уиллоу поморщилась. Не любила она, когда ей напоминали о том безумии. Неужели все было так явно и очевидно? И все всё видели? Будь у нее возможность отправить послание себе шестнадцатилетней, она начала бы его словами «Прекрати сохнуть по Джеку Крауну!». Да в общем-то ими бы и закончила.

– Я уже не та девочка, – ответила она.

– Не верю, – покачал головой Джек. – Та девочка до сих пор проглядывает, когда ты общаешься со всеми, кроме меня. В чем дело? Что со мной не так?

– Просто меня не купишь твоей игрой на публику. Это же все лишь актерство, – сообщила Уиллоу. – Гейл посвятила меня во все пиар-уловки. Так что я прекрасно отличаю явное от напускного и вижу, что в жизни тебе далеко до прекрасного принца и любимца Америки.

Гейл Литтл была одной из лучших подруг Уиллоу. И именно ее история поисков жениха натолкнула Уиллоу на создание шоу. Первые выпуски были посвящены тому, как Гейл познакомилась и начала встречаться с плейбоем Расселом Холлоуэем, миллиардером из Новой Зеландии. Зрители с упоением следили за тем, как скромная, но умная Гейл приручала дикаря Рассела, и рейтинги канала взлетели до небес.

– При чем здесь актерство? Ты ведь меня знаешь! Кто я, по-твоему? – поинтересовался Джек.

«Вряд ли тебе понравится моя версия», – подумала Уиллоу и вслух возразила:

– Откуда же мне тебя знать? Ты же большую часть времени проводишь в разъездах, мотаешься по всей стране, снимаясь в других программах. Но это все неважно. Так что там насчет выпить?

Краун закатил глаза:

– С меня не только выпивка, но и полноценный ужин, если только ты перестанешь увиливать и объяснишь, что происходит. Мы работаем вместе полгода, и все это время ты купаешь меня в своем ледяном презрении. Или у меня что-то с памятью, или в школе мы неплохо ладили. Я думал даже, мы друзья…

– У тебя что-то с памятью, – отрезала Уиллоу. – А мы можем поужинать где-нибудь, где не придется отстреливаться от твоих вездесущих фанатов?

– Таких мест очень мало. И одно из них – моя квартира, она тут недалеко, пешком дойти можно. Что скажешь? Идем ко мне?

Она покачала было головой, но замерла, размышляя. Ей действительно хотелось с ним поужинать. Где-то в глубине души Уиллоу до сих пор надеялась, что Джек влюбится в нее, они начнут встречаться, а потом она его «кинет» – точно так же, как он много лет назад. Да, это было весьма мелко и пошло, и Уиллоу себя за эти планы немного презирала, но только она не из тех, об кого можно безнаказанно ноги вытирать!

Так она и выжидала, когда подвернется подходящий момент отомстить. И похоже, теперь, почти четырнадцать лет спустя, момент настал. Поистине, все приходит к тому, кто умеет ждать!

– Ладно уж, иду, – согласилась она. Вдруг после этого ужина в письмо себе шестнадцатилетней получится включить еще и поучительную историю о расплате, постигшей Джека Крауна.

– Отлично. Когда ты освобождаешься?

– Минут через двадцать. Мне нужно еще с операторами поговорить. Вчера у них во время съемки были какие-то проблемы. Скажи мне адрес, я подойду.

– Но ты ведь не передумаешь?

– Пока не собираюсь. Сказала же, приду.

– Хорошо. Насколько я помню, ты девочка честная, обманывать не станешь, – сказал Джек.

Он держался с такой уверенностью и был так хорош! «Вот это-то меня и раздражает, – подумала Уиллоу. – Жду не дождусь, когда уже по этому роскошному фасаду пойдут трещины. Таких типов время от времени нужно ставить на место!»

– Джек, женщинам не нравится, когда их называют девочками. Еще один такой промах, и ты вылетишь на отборочном же туре.

– Виноват, исправлюсь. – Он заговорщически подмигнул ей и, смеясь, зашагал прочь, а Уиллоу смотрела ему вслед, не в силах отвести взгляд от подтянутой фигуры.

– Похоже, в аду скоро заморозки начнутся! – пропела Николь Рейнолдс, подходя к Уиллоу.

– Молчи, грусть, – ответила та второй своей близкой подруге.

Николь писала для раздела поп-культуры в «США сегодня», а также вела интернет-репортажи со съемок «Пора по парам». Она одна из немногих знала правду о Джеке.

– Тебе следовало бы быть повежливее с будущей мамочкой! – заявила Николь, похлопывая себя по животу. Она не так давно вышла замуж за Коннора Маккафи, владельца службы знакомств, ставшим партнером шоу. Уиллоу была очень рада за подругу, которая обрела замужем настоящее счастье и теперь ждала первенца. – Так я не ослышалась: ты ужинаешь с Джеком Крауном? А как же планы кровавой мести?

– Планы никто не отменял, – призналась Уиллоу. – Мы просто поужинаем. Я, конечно, хороша, но не настолько, чтобы мужчина так быстро стал жертвой моих чар.

– Ты себя недооцениваешь! – сообщила Николь, хитро улыбаясь. – Он явно тобой заинтересован.

– Это пока. Потому что я его игнорирую. Могу поспорить, если я ему сегодня уступлю, весь его интерес мигом испарится, – возразила Уиллоу.

– А я говорю, не испарится. На что спорим?

– Ни на что. Не хватало еще на него спорить!

– Да ладно тебе! Если он действительно такой, как ты говоришь, чем ты рискуешь?

«Гордостью… Что, если я опять влюблюсь в него, а он снова исчезнет из моей жизни? Не хочу, чтобы он второй раз меня бросил!» – подумала Уиллоу.

– Давай же. Если проиграю, с меня день процедур в спа-салоне «Элизабет Арденн»! – подначивала Николь.

– Нечестно! Ты же знаешь, это мой любимый салон, – вздохнула Уиллоу. – И чего ты прицепилась?

Николь обняла подругу одной рукой за плечо и пояснила:

– Ты до сих пор не можешь довериться ни одному мужчине из-за того давнишнего инцидента. Я хочу, чтобы ты наконец излечилась от этой болячки, нашла себе хорошего парня и завела семью, как мы с Гейл. Мы счастливы и желаем тебе того же.

Уиллоу обняла подругу. Где-то в глубине души и она мечтала об этом.

– А я просто хочу, чтобы он помучился так же, как я тогда.

– Не важно даже, чем там все у вас закончится. Главное, чтобы ты наконец сделала этот шаг и решилась на отношения с мужчиной.

– Что ж, принимаю пари. Готовь денежки на спа! – поддразнила Уиллоу будущую мамочку.

– Договорились. Но если он к тебе не охладеет, то это я пойду в спа – после родов уже, конечно.

– Логично. Но скорее в аду устроят чемпионат по фигурному катанию, чем я снова заинтересуюсь Джеком Крауном.

– Да-да, готовься, – улыбнулась Николь. – Я уже чувствую вкус победы!

Ноябрь в Нью-Йорке обладает особым очарованием и энергией. Конечно, и в другое время года в этом городе энергии хоть отбавляй, но именно в ноябре все начинает дышать предвкушением Рождества.

Для Джека же ноябрь всегда знаменовал начало самой хлопотной поры: на этот раз его ждали три предпраздничных живых эфира плюс съемки итогового выпуска шоу «Яркий взлет» о самых экстремальных профессиях. Кроме того, его агент уже планировал следующий грандиозный проект, который возвещал начало нового этапа его карьеры. Наконец-то ему не нужно было рыскать в поисках работы: предложения сами так и сыпались от различных продюсеров и владельцев телеканалов.

Так что время было сумасшедшее. И Джек даже не удивился, что именно в этот момент Уиллоу вдруг снизошла принять его приглашение. Сделать его жизнь еще чуточку труднее было как раз в ее стиле. Но может, поэтому-то она его и притягивает?

Джек еще раз осмотрел квартиру, ведь все должно быть идеально. Нет, он, конечно, вовсе не нервничал. В конце концов, он Джек Краун, о котором мечтают миллионы. Однако речь шла о Уиллоу, так что лучше быть во всеоружии.

Джек не знал, в какой момент началась его одержимость этой женщиной. Причину он видел в том, что, в отличие от остальных представительниц слабого пола, Уиллоу общалась с ним, как со всеми другими членами съемочной группы. Никаких тебе адресных улыбок или попыток застать его наедине… Это не должно бы его волновать, но почему-то все же волнует.

Школьные воспоминания о ней были весьма смутные. Она как-то подтягивала его по английскому, чтобы он мог и дальше спокойно играть себе в футбол, ведь отстающих не допускали до тренировок. И все. Только отрывочные размытые образы юной Уиллоу вперемешку с играми, сборами и разминками.

Футбол тогда был его жизнью. Учитывая, что рос Джек в Техасе, в одном из бедных городишек недалеко от Далласа, спорт был его единственным реальным шансом вырваться из лап бедности. Он быстро продвигался по карьерной лестнице, получил престижный приз как лучший нападающий среди игроков средних школ и, наконец, подписал контракт с самими «Гигантами» – знаменитой командой «Нью-Йорк Джайентс». Но в первом же матче получил серьезную травму и должен был быстро найти себе другое занятие. К счастью, он никогда не боялся выступать перед камерой, и вскоре ему удалось получить место на телевидении.

Прозвенел звонок, и на экране домофона отобразилась маленькая Уиллоу, ждущая перед входной дверью. Нажав на кнопку, чтобы впустить гостью, Джек еще раз осмотрелся, проверяя, все ли в порядке. Не надо иметь особого ума, чтобы догадаться: второго шанса Уиллоу ему не даст. Эта рабочая встреча должна пройти безупречно.

В дверь постучали, и Джек, улыбаясь, пошел открывать. Он планировал сразить гордячку наповал, чтобы, покидая его квартиру – и желательно следующим утром, она уже жаждала новой встречи.

Была в ней какая-то естественность, природная чувственность, волновавшая Джека каждый раз при взгляде на Уиллоу. Поначалу он намеревался просто возобновить старые приятельские отношения, но своим отстраненным поведением она разбудила в нем охотничий инстинкт. Джек понимал, что служебный роман в их случае никому не пойдет во благо и повлияет на рабочие отношения, но в данный момент для его эго было критично заполучить Уиллоу. На меньшее бы он не согласился. Джек должен был доказать им обоим, что, решив его игнорировать, она выбрала ошибочную тактику.

Открыв дверь, он наткнулся на хмурый взгляд. Уиллоу выглядела исхудавшей и утомленной, чего Джек никогда за ней не замечал ни на съемочной площадке, ни в режиссерской аппаратной. Похоже было, что энергия Уиллоу Стид всегда бьет через край, но сейчас она казалась измотанной.

Это было, конечно, не совсем то, что требовалось для намеченной на вечер программы, но Джек недаром рос с матерью-одиночкой. Он знал, как поднять настроение изможденной женщине и, быстро перестроившись, притянул гостью к себе, тепло похлопывая по спине. Но та выставила руки, отстраняясь от него, и возмутилась:

– Что это ты делаешь?

– У тебя такой вид, будто ты срочно нуждаешься в дружеских объятиях, – пояснил Джек, отступая и пропуская гостью внутрь.

Квартира была не такой роскошной, как интерьеры, в которых пару месяцев назад проводили съемку для известного издания по архитектуре. В тех Джек бы не выжил. Сам он считал, что все дело в его происхождении: паренек из техасской провинции в помпезной обстановке чувствовал себя не на своем месте.

В этом же доме он занимал просторную студию, поделенную на две зоны: кухню и огромную гостиную, составлявшую его гордость. В ней размещались уютные кресла и мило декорированный обеденный стол.

– Я бы чего-нибудь выпила, – сообщила Уиллоу.

– Пиво, вино или что покрепче? – Джек сам не очень увлекался спиртным, но бар был забит под завязку. Ему нравилось быть во всеоружии всегда и во всем, чувствовать себя готовым к любым поворотам событий. Так уж повлиял на него тот внезапный перелом – конец футбольной карьеры.

– А какое есть вино?

– Любое, буквально любое. Так получилось, что мне присылают образцы всей продукции из одного виноградника, – заявил Джек, криво ухмыляясь.

– Ах, ну конечно, ты же у нас ходячая реклама. Мне, пожалуйста, белое сухое.

– Сию секунду. Ужин будет готов минут через десять. Хочешь, посиди на балконе.

– На улице холодно.

– А у меня там обогрев, тебе понравится.

Уиллоу кивнула и развернулась к балкону, а Джек, подождав, пока она уйдет, направился на кухню. Похоже, дамочка на взводе и не настроена на упоительный романтический вечер в его компании. Другой бы на его месте сдался, но Джек привык идти через тернии к звездам и бороться с трудностями, выходя победителем из любой ситуации. Ведь тогда, после травмы, все говорили, что карьере Джека Крауна конец и ему придется возвращаться восвояси ни с чем. Не тут-то было!

Он наполнил два бокала и вышел на балкон – застекленный и с отоплением, благодаря чему снаружи не проникал ни шум, ни холод.

– Спасибо, – сказала Уиллоу, принимая вино. – Извини за грубость.

– Да ничего страшного. – И он поднял бокал. – За перемены, которые всегда к лучшему?

– Это ты сейчас о прошлом или о будущем? – уточнила она.

«Похоже, что-то там у нас с ней произошло в школе, – подумал Джек. – Может, в этом ключ к ее сегодняшнему отношению ко мне?»

– И о том и о другом, – пояснил он. – Я, например, сильно изменился с тех пор, как уехал из Фриско. Думаю, и ты тоже.

– Нет, не особо, – возразила Уиллоу, отпивая вино. – Все так же люблю футбол и чувствую себя виноватой, если не попадаю в церковь в воскресенье.

– Понимаю, – улыбнулся Джек. Техас, пожалуй, можно было назвать самым религиозным штатом. – Уверен, мама на небесах за меня молитвы воздает. А я все работаю и редко хожу в церковь.

– Плохой мальчик, – усмехнулась Уиллоу.

– Как и прежде.

– Точно. Расскажи о новом Джеке Крауне. Что я пропустила?

Он начал говорить, но быстро остановился. Почему-то показалось, что подробное повествование обо всех его телешоу, буднях и праздниках – не совсем то, что сейчас нужно.

– Но это все не интересно. Давай лучше о тебе, – сменил он тему. – Помнится, в школе ты мечтала стать писательницей?

В глазах Уиллоу мелькнуло удивление, но она быстро наклонила голову, сделала еще глоток вина, прокашлялась и ответила:

– Было дело. Но в университете я очень скоро поняла, что мне больше нравится руководить.

Джек улыбнулся, так как подозревал, что именно это от него сейчас и ожидается. Однако по собственному горькому опыту он знал, как непросто расставаться с детскими мечтами.

– Рад, что ты так легко смогла перестроиться. Мне вот было непросто.

– Ты имеешь в виду уйти из футбола? – спросила она. – Знаешь, я смотрела тот матч, когда ты получил травму. И, как ни странно, очень тогда расстроилась.

– Что значит «как ни странно»? – удивился Джек.

– Всего лишь то, что я никогда не болела за «Гигантов», – откликнулась она.

И опять Джек почувствовал, что гостья чего-то недоговаривает. Конечно, удивительного в этом ничего не было. В конце концов, это первое их свидание. Со временем он обязательно выяснит, что она скрывает.

Взглянув на часы, он встал и произнес:

– Ужин готов. Предлагаю переместиться в гостиную. Как поедим, я покажу тебе свои владения.

Уиллоу вопросительно изогнула бровь:

– Чего, кроме спальни, я не видела? Вся квартира как на ладони!

– Вот спальню и покажу. Но только если сама попросишь, – невинно откликнулся Джек.

– Закатай губу, – проворчала Уиллоу.

– А давай-ка расскажи за ужином, почему ты со мной такая злюка.

– Я злюка? Потому что не трепещу от перспективы лицезреть твою спальню?

– В том числе. Но ты ведь все время будто злишься на меня за что-то, а я никак в толк не возьму за что, – серьезно пояснил Джек.

– О, я…

– Нет-нет, не сейчас. Сходи помой руки, а за столом поговорим. Может, во всем разберемся. Я умею решать проблемы.

– Только не эту, – покачала головой она и скрылась за дверью в ванную.

Глядя ей вслед, Джек в очередной раз отметил, насколько удивляет его эта женщина. И как он хочет заполучить ее. И вот теперь, когда она здесь, становится ясно, что гостья – весьма скрытная особа со своими глубоко запрятанными секретами, а это интригует еще больше. Джек хотел не просто переспать с Уиллоу Стид. Он хотел, чтобы она пустила его в свой внутренний мир. Но все это, похоже, гораздо сложнее, чем казалось на первый взгляд. Определенно чем-то он настроил ее против себя, но вот чем – даже предположить не мог. Джек вообще редко вспоминал то время.

Он достал разогретый обед, приготовленный домработницей, и накрыл на стол. Тут появилась гостья.

– Пахнет одуряюще. Не знала, что ты умеешь готовить.

– А я и не умею.

– Вот так умирают иллюзии.

– Но ведь я и не говорил никогда, что умею, – удивился Джек.

– Не говорил. Но, глядя на тебя, думаешь, что ты всемогущ и всеумеющ. И вообще весь в шоколаде.

– Да, только ведь шоколад этот не с неба свалился. У меня, как у всех, проблем хватает. – Джек отодвинул ее стул от стола, приглашая присаживаться.

– Джек Краун – не все, – протянула Уиллоу, усаживаясь.

– Рад, что ты это понимаешь. Я не похож на тех мужчин, которые попадались тебе раньше. Но чую, в словах твоих кроется ирония. Так чем же я так тебя раздосадовал?

Уиллоу сглотнула комок в горле и пристально посмотрела на него темно-карими глазами.

– Ничем не раздосадовал. Просто я обжигалась в прошлом, когда выяснялось, что человек не тот, кем кажется.

– Тебе нужно пообщаться со мной поближе. Тогда ты убедишься, что я именно такой, каким тебе кажусь.

– А ты не думаешь, что мое представление о тебе может быть вовсе не в твою пользу?

– А мы его подкорректируем, не проблема, – заявил Джек. Ему всегда казалось, будто Уиллоу постоянно его оценивает. Кроме того, он знал, что просто так – ради красного словца – она никогда ничего не говорит. – Как бы ты меня охарактеризовала?

– Слишком хорош.

– Думаю, с этим я справлюсь. Хорош – не плох.

Глава 2

– Слишком хорош, Джек, – повторила Уиллоу с акцентом на первом слове. Она не собиралась сегодня раскрывать перед ним душу, но сдерживаться становилось все труднее. Да, она жаждала мести, но в то же время хотелось и намекнуть о своих чувствах, дать зацепку, чтобы он догадался, почему она так настороженно к нему относится. Конечно, язык так и чесался заявить, что он ей совершенно не нравится, но это было бы неправдой.

– Слишком хорош. Это может означать что угодно, – задумчиво протянул он. – Ты находишь меня… неотразимым? Неподражаемым?

– Ни капельки. – Она покачала головой. – Да, бывает, мне кажется, что ты парень, прямо скажем, симпатичный. Но тут вылезает твое эго и все портит.

– Знаешь, трудно оставаться скромной овечкой, когда тебе практически поклоняются.

Уиллоу не сразу сообразила, что Джек ее дразнит. Он ей нравился, и в этом была проблема. Нельзя, нельзя за этой голливудской улыбкой и тщательно уложенной прической видеть живого мужчину.

– Да уж, что есть, то есть, – ответила она. – Вот ты смеешься, но со стороны действительно кажется, что все в твоей жизни просто волшебно. Скажи, зачем я тебе? – Уиллоу не видела смысла ходить вокруг да около. Он мог заполучить любую, так что же за тяга к ней и почему именно сейчас?

– Может, потому что мне нравится преодолевать трудности и завоевывать недосягаемые вершины, – сказал Джек.

Уиллоу ожидала чего-то в этом духе, но все равно ощутила разочарование:

– Так для тебя все это лишь игра?

– Нет, не игра. Жизнь слишком коротка, нужно успеть получить все, что приглянулось. Вот ты мне приглянулась. Ты такая забавная на съемках, и я вижу, как ты общаешься с нашими героями, и со своими подругами, и со съемочной группой. Мне хочется попасть в ряды этих счастливчиков.

Уиллоу не вполне понимала, к чему он клонит. Конечно, она плотно общалась с парами и с подчиненными, но лишь потому, что иначе конечный продукт получался бы совсем другого качества.

– Я просто так… работаю, – возразила она.

– Нет, дело не только в работе. Я видел, как ты держала Беллу Маккоу, когда Фионе некуда было ее деть. На твоем лице было такое выражение…

Фиона была дизайнером модной одежды и по совместительству матерью-одиночкой. На шоу она пришла со своей милой дочуркой Беллой. Фиону сватали к Алексу Кэннону, разработчику компьютерных игр. Сюжет получился очень интересным, и молодые люди были до сих пор вместе и даже обручились.

– Какое выражение? – Уиллоу всегда считала себя мастером держать эмоции при себе и сохранять бесстрастное выражение лица. Неужели на деле все обстояло иначе?

Джек пожал плечами:

– Не могу объяснить, но тогда мне пришло в голову, что было бы здорово познакомиться с тобой поближе.

– Уж не решил ли ты наконец остепениться и завязать серьезные отношения? – Это было бы ей на руку. Хотя… ведь он больше не тот парень, в которого она была влюблена в школе. Может, сегодняшний Джек и не заслуживает ее мести?

– Нет, – ответил он. – Пока в планах всего лишь узнать тебя получше. Понимаешь, иногда хочется просто побыть обычным американцем, который приглашает на ужин симпатичную коллегу.

– Ты никогда больше не сможешь побыть обычным американцем, Джек. И сам это знаешь.

Ведь за свою недолгую спортивную карьеру он успел получить престижнейшую награду, попал в футбольную элиту, был назван агентством Ассошиэйтед Пресс атлетом года, а потом стал ведущим самых популярных телешоу. До среднестатистического обывателя ему как до луны!

– Знаю, но с тобой все иначе. Ты ведь всю эту звездную мишуру ни в грош не ставишь.

– Верно, потому что знаю оборотную сторону медали.

– И я знаю. Слушай, мы удивительно друг другу подходим! – воскликнул Джек, улыбаясь и поводя бровями.

– Не уверена, – откликнулась Уиллоу. Если разыграть эту партию правильно, Джек может решить, что у них могло бы что-нибудь получиться, и вот тогда-то она и уйдет со сцены под собственные бурные аплодисменты!

– Да ладно тебе. Смотри, ты многих из Фриско знаешь, кто добился бы в телебизнесе такого же успеха, как мы с тобой? – осведомился он с этой своей полуулыбочкой, которая так напоминала о парне, покорившем ее сердце.

Уиллоу отложила вилку и отпила вина. «Месть, месть и еще раз месть, – внушала она себе. – Надо сосредоточиться на главной цели и не отвлекаться. А то куда еще нелегкая заведет, кто знает!»

Джек наклонился и коснулся ее руки. Опять по коже словно разряд пробежал. Уиллоу отреагировала на прикосновение так же, как когда он ее обнял на пороге. Джек тем временем перевернул ее ладонь и провел по каждой линии.

– Я прошу просто дать мне шанс, – произнес он.

Шанс? На что? Он сам как-то упоминал, что не имеет возможности заводить серьезные отношения из-за того положения, которое занимает в обществе. А Уиллоу нужно именно то, о чем говорила Николь: избавиться от наваждения по имени Джек Краун, перешагнуть через прошлое, чтобы вновь доверять людям в настоящем. И найти наконец свое счастье. В то же время она поняла, что не сможет долго оставаться в трезвом уме и твердой памяти в его компании. Если, конечно, у него не обнаружится какой-нибудь поросячий хвостик или петушиный гребень. Предполагалось, что, лелея планы мести, она будет в безопасности, но насколько верным было то предположение?