Звёзды Эттерны

На этой же полке стоял серебряный поднос, который, как зеркало, отразил темную фигуру, замершую в дверях кухни в боевой стойке. Фигура замахивалась для еще одного броска. Молчала я всего секунду, а потом мой истошный визг, наверно, услышали даже в соседнем лесу! Я резко отпрянула в сторону, по пути ударив по ручке сковородки. Она подскочила и взлетела вверх, выплескивая только что разогретое масло. Упав на пол, я заползла под стол, сковородка со звоном рухнула рядом со мной. Я схватила её — все же какое-никакое оружие.

Даже не думала, что попаду, и очень удивилась, когда раздался крик боли и ругань. Выглянув из-за угла, я увидела наемника из Гильдии убийц, о чем свидетельствовал соответствующий знак на груди. Я слышала о них. Они самые дорогостоящие наемники, и обычно на задание ходят пятерками. Как же их название... вроде «Длань Смерти». О таких пятерках я не раз читала в исторических рассказах. Одна такая пятерка могла полностью вырезать правящую династию. Их многие боялись, но и нанять мог далеко не каждый. Как оказалось, для устранения меня послали одного — ну, в принципе, меня никто не брал в расчет. А зря! Сражаться я буду до последнего!

Как только мы с Данной поступили в вуз, она записала нас на курсы самозащиты. Может, мы и не стали великими бойцами, но к этому и не стремились. Там нас обучали не паниковать и правильно оценивать ситуацию. Нам дали базовые знания о том, как выжить в опасных ситуациях. И сейчас, не сомневаясь ни на миг, я пулей выскочила из-за стола и в полной тишине прыгнула на наемного убийцу. От души ударила еще горячей сковородкой — не по темечку, как делает большинство, а в висок. Такой прыти он от меня уж точно не ожидал! Но на одном ударе я не остановилась и съездила еще парочку раз, но уже не разбирая, по чему бью, пока он не перестал шевелиться.

Меня спасло лишь то, что наемник просто не ожидал такой прыти от простой Тени. Теней вообще никто в расчет не берет.

Ни на миг не останавливаясь, я помчалась наверх к Данне, в душу плавно заползал страх за нее. На втором этаже, в ее комнате, слышались возня и короткие вскрики. Дверь была настежь открыта, поэтому я вошла тихо, все так же сжимая сковородку.

Один из наемников лежал у двери и чуть дымился. Он был без сознания и весь в осколках вазы, что стояла возле кровати Нидейс. Разбитое окно указывало на то, через что именно пробрались наемники. Второй убийца пытался открыть дверь в гардеробную, где пряталась девушка. Данна держала её с той стороны. Они перетягивали дверь, как канат, с переменным успехом. Хоть с виду Данна и хрупкая девушка, но, когда захочешь жить, и не такое сможешь.

— Бросай! — коротко крикнула я.

Может, от неожиданности, а может, реально послушалась меня, или наемник таки пересилил принцессу, но она выпустила дверь, которая больно стукнула того по лбу. Мне показалось, или раздался звон? Немедля, со всей силы я ударила его сковородкой.

Тот, что валялся возле двери в осколках вазы, протяжно застонал. Данна, немного испуганно взглянув в его сторону, схватила стоявшую рядом еще одну вазу и опустила тому на голову — в последнее время она была мастером по метанию посуды, спасибо Рафаэлю. Наемник, вздрогнув, перестал шевелиться.

— Нужно их связать! — глубокомысленно изрекла я. — Или запереть где-то... Вряд ли для них станет помехой хлипкая веревка…

— Которой у нас, кстати, нет, — добавила она.

В эту минуту с мечом наперевес вихрем влетел Глава стражи и замер с открытым ртом, рассматривая необычную картину: я — вся такая с царапиной на щеке и со сковородкой, и Данна — в одном нижнем белье.

Не скрывая своих эмоций, он рывком обнял принцессу, вдыхая ее запах и успокаиваясь. Им понадобилось несколько минцт, чтобы прийти в себя и отстранится.

— Я только в ванную собралась, когда открылась дверь. Решила, что это вы снова ко мне вломились, и испугавшись, метнула вазу усилив заклинанием. Но когда на пол упал один из гильдии убийц, побежала к единственной защите.

— В гардероб, — вставила я.

— Да, — принцесса прерывисто вздохнула. — Потом разбилось окно, и появился еще один.

— Он пытался выковырять её оттуда, — снова вставила я.

— Которого мы дружно уложили! Теперь решаем, что делать с ними дальше…

Рафаэль от всего этого так ошалел, что на мою многословность не обратил внимания. Да я сейчас вообще на слугу походила мало: держалась уверенно и говорила с ними наравне, что было очень странно для их мировоззрения.

Страх медленно покидал глаза Рафаэля. Я видела, как он сменяется облегчением и усталым удивлением. Было видно, что он испугался потерять Нидейс. Его напряженная фигура расслаблялась, а дыхание становилось более спокойным.

— Думаю, нам нежелательно здесь дальше оставаться. Если они узнали, где находится супруга наследника, и поймут, что нападение не удалось, пришлют еще наемников. И не факт, что нам так еще раз повезет. И прислать могут не пятерых, а больше… — размышляла я вслух, но смотрела на Данну, привычно отчитываясь в оценке ситуации. Что странно, Рафаэль согласно кивнул — видимо, я просто озвучила его мысли.

Рафаэль глубоко вздохнул и рассмеялся. Да так заразительно, что даже я не сдержала улыбки. Но когда я посмотрела на восхищенный взгляд Данны, стало не до смеха. Она смотрела на него точно так же, как тогда, в самый первый их совместный обед. И это было очень плохо. Не спорю, когда Рафаэль смеялся, то переставал выглядеть как каменная стена, он будто оживал, и это было красиво. Я не хотела, чтобы Данна еще больше привязывалась к нему, ведь тем больней ей будет потом.

— Нам нужно сохранять спокойствие, — произнесла я, стараясь перевести тему. — Мое мнение: нам нужно быстро уходить. Не думаю, что у нас очень много времени… — уже спокойней закончила я.

На меня удивленно посмотрели оба. Рафаэль смолк и внимательно на меня посмотрел — цепко, оценивающе. От его взгляда я поежилась. Не нужно было мне привлекать его внимание! Это было ошибкой. Внимание Главы тайной стражи, по сути, главы шпионов и разведки целого государства. Без его ведома не проходит ни одно событие. Кто знает, чем это мне обернется…

— Ты права, — холодно сказала принцесса, смотря на меня и одним только взглядом напоминая, где мое место.

— Тогда поторопитесь, — сделав вид, что не заметил наших переглядываний, проронил Глава.

Сборы не заняли много времени. Брали только самое необходимое: вещи на смену, парочку одеял, теплые плащи, удобную обувь, деньги, оружие, амулеты. Я взяла на себя запасы еды и всего, что могло понадобиться для ее готовки.

С сожалением я смотрела на поместье, которое стало для меня местом отдыха. Здесь не нужно было притворяться и постоянно оглядываться по сторонам. Я буду скучать по тем редким моментам, когда можно было побыть самой собой.

Выйдя на улицу, я увидела картину, которая заставила меня улыбнуться: Рафаэль с Данной уже привычно ссорились, от прошлого напряжения не осталось и следа. Уж лучше пускай ссорятся, чем что-то другое. Они замерли друг напротив друга, как хищники, готовые к нападению, напряжение между ними отчетливо чувствовалось. Искрящиеся глаза, перекошенные лица, размахивание руками — они были как день и ночь, как две изначальные стихии.

Рафаэль схватил Данну за руки, притянул к себе — глаза в глаза, — и они замерли, как перед прыжком в пропасть. Данна сама потянулась к нему для поцелуя. Он же не менее яростно ответил.

Я не могла этого допустить. Понимаю, что сейчас очень не вовремя, прости меня, Данна, но по-другому не могу.

— Я уже все собрала! — громко заявила я, хлопая дверью. — Я там на ваших кроватях подушек наложила, будто мы все дружно спим, а в свечи немного сонной травы добавила! — тараторила я глупости, пока Данна, как от огня, отскакивала от Рафаэля. Я видела, с каким сожалением тот разжал объятия, и заметила его взгляд.

— Мы решали, какой дорогой идти в столицу! — немного срывающимся, оправдывающимся голосом сказала Нидейс, постепенно возвращая привычную маску спокойствия. Рафаэль взял себя в руки и снова превратился в непроницаемую стену. Я все удивляюсь: каким образом Данне удается выводить его из себя? — Я думаю, что нужно в Раен, к нему ближе, а там телепортом в столицу.

— Мы не успеем, и это будет слишком предсказуемо. Нас перехватят еще на подходе к городу. Нужно проследовать в Тамир и там просить о защите города, — пряча усталость, повторил Рафаэль.

Тамир был в другой стороне от Раена, но до них было одинаковое время пути. Я слишком сомневалась, что нам помогут стены города — везде есть предатели. Но и Раен действительно был слишком предсказуем.

— Я предлагаю третий вариант. Пойдемте прямиком в столицу, только окольными путями. Пройдем треть пути к Раену, а там свернем в лес. Думаю, вы же сможете провести нас таким путем?

Рафаэль на некоторое время задумался, потом согласно кивнул.

— Но сможет ли будущая Повелительница выдержать такой путь? — ехидно спросил меня Рафаэль.

Я ответила спокойно, но уверенно:

— Я знаю, на что способна принцесса Нидейс. Она не только сможет выдержать путь, но и всех нас понесет, если будет нужно.

И я снова напоролась на его колючий взгляд. Да уж, не хотела бы я иметь его во врагах! Такой одним взглядом прирезать и прикопать может, а потом сделать вид, что так и было.

Часть 2. Путь

Мы уже несколько дней были в пути. Двигались действительно быстро и в основном молчали. Как я и думала, навыки Данны никуда не делись, и она очень хорошо держалась весь путь. Я также старалась не отставать.

С готовкой мне, конечно же, не помогали, но часть обязанностей по обустройству нашего лагеря ребята взяли на себя.

Иногда, забывая о присутствии Рафаэля, я разговаривала с Данной о прошлом, когда Нидейс просила меня рассказать еще одну историю. Рафаэль при этом даже дышать переставал, ловя каждое слово. В такие моменты я не могла ей отказать. Видя, как перенапряжена девушка, я с улыбкой рассказывала, словно из души вырывала, все истории, что с нами происходили, чтобы хоть как-то ее отвлечь, не забывая переиначивать их на местный манер. Простые воспоминания, наполненные светом, грустные, разные... Было очень странно видеть, как внимательно меня слушает Данна, пока я рассказываю ей о ней же самой.

— И что теперь с этой девушкой? — заинтересовался Рафаэль, который до этого за весь день не промолвил ни слова.

Мне стало так грустно. Данна тоже замерла в ожидании моего ответа — я видела, что она давно хотела спросить, но все не решалась.

— Я ее потеряла…

После моего ответа разговор как-то сам собой увял. И укладывались спать все молча. Уже засыпая, я тихонько, только для себя, в который раз пообещала: «Я верну ее…»

Этот ночлег ничем не отличался от прошлых. Мы прошли уже половину пути к столице и порядком вымотались. Спать на земле, купаться в речках, питаться в походных условиях и постоянно идти и идти — то еще удовольствие. Иногда казалось, что наш путь никогда не окончится.

Ужин проходил в молчании. Рафаэль, как всегда, поставил охранные амулеты, и мы легли спать. Я обычно просыпалась самая первая и уже перестала обращать внимание на то, что просыпаться принцесса предпочитает в объятиях Рафаэля.

В это утро я проснулась, как всегда, раньше всех, но от чьего-то взгляда. Открыв глаза, я тихонько встала и вгляделась в кусты, в которых притаилась темная тень. Кусты зашевелились, и из них крадучись поползла огромная кошка с небольшими крыльями, тремя хвостами, забавными маленькими ушами и клыками, как у тигра.

Нури — так назывались эти довольно опасные хищники. Но если судить по описаниям, они должны быть гораздо больше, да и ходят обычно стаями. Она была очень милая! Да, страшная и, несомненно, очень опасная, но не отметить истинную красоту этого создания было просто невозможно!

Шоколадного цвета длинная пушистая шерсть, такие же шоколадные глаза на смазливой мордочке, которая сейчас зло скалилась. Кошка зацепила охранку, и Рафаэль тут же проснулся. Плавно, словно такой же хищник, как и Нури, он поднялся на ноги, доставая нож и готовясь к броску. Он уже замахивался и готов был ударить, когда я загородила кошку. И прошипела не хуже нее:

— Не трогайте ее! — я чуть с презрением посмотрела на него, высокомерно и холодно. Одним взглядом предупреждая, что за котенка — а это был именно котенок — буду стоять горой.

Он от удивления даже нож выронил. Но потом взял себя в руки и очень разозлился. От его злого, просто взбешенного взгляда я бы пришла в ужас в обычное время, но сейчас я была злой не хуже него.

— Ты что, не понимаешь, он опасен! Ты!.. — закончить ему не дала Данна, которая, видимо, проснулась вместе с ним. Она встала перед ним и, положив ладонь ему на грудь, одним лишь жестом успокоила:

— Она знает, что делает, — спокойно сказала она, ни капли не сомневаясь в своих словах.

Но я уже не смотрела на них, а повернулась к котенку.

— Не давайте ему убить котенка, — попросила я принцессу.

Внимательно осмотрев зверя, я поняла, почему он рискнул выйти к нам. Судя по впалым бокам и потрепанному виду, он или она — не знаю — был очень голоден. Я спокойно, без лишней суеты подошла к остаткам вчерашнего улова Рафаэля, там оставалась еще половина дикого кабана. Каждое мое движение сопровождалось предупреждающим рыком, так что я старалась не делать резких движений.

Собрав все, я спокойно и медленно направилась к котенку. Он все так же продолжал тихо рычать, припав к земле, готовый в любой миг напасть или убежать, но, увидев, что у меня в руках, уже не мог отвести глаз. Если бы хотел напасть — уже напал бы.

Не дойдя до него трех шагов, я все так же медленно положила остатки мяса и отошла. Маленький Нури, следя за мной глазами, несколько неуверенно двинулся к еде, но когда оставался всего шаг, не выдержал и сорвался на бег, тихонько не то урча, не то рыча и заглатывая пищу почти не жуя. Я лишь с улыбкой за ним наблюдала.

— Думаю, для вас не секрет, что слуги знают все новости и сплетни во дворце прежде всех остальных, — сидя к ним с Данной спиной, проговорила я, прекрасно понимая, что меня слышат. — Так вот, несколько декад назад графиня Лейрин приобрела себе меховую накидку из шерсти Нури. И так хвалилась высокой стоимостью своей покупки и сложностью ее добычи, что мне стало интересно, о чем же она с таким жаром говорит. Мне стало интересно, что же это за зверь такой. Я тогда думала, что это небольшой зверек, но, как оказалось, это довольно редкий вид полуразумных котов, который вымирает из-за глупой моды! — с презрением сказала я. — Нури живут стаями, и перед нами всего лишь маленький котенок. То, что он здесь, говорит о том, что совсем недавно около пятнадцати охотников оторвали от стаи его мать. Он, как дитя, последовал за ней. Не знаю, каким чудом ему удалось спастись, чего не могу сказать о его матери. Видимо, она уже на полпути в столицу, где из нее сделают дорогостоящее манто для очередной модницы… — не скрывая бури чувств, продолжала я. — Нури очень сложно убить, это живая боевая машина, и за одну такую шкурку можно купить половину небольшого города или несколько поселков. Эти шкурки очень ценятся в высшем обществе! — не скрывая презрения, произнесла я, таки оглянувшись и посмотрев в глаза Главе.

Натолкнувшись на его колкий взгляд, я спокойно выдержала его и даже чуть улыбнулась.

Котенок тем временем уже доедал, и я прикинула, чем могу ему еще помочь. Достав известную уже боевую сковородку, что не раз выручала нас в пути (не смогла я оставить такой трофей у домика рядом с морем), налила воды и так же не спеша подошла к нему. Поставила ее перед котенком, но в этот раз далеко не отходила.

Он, покосившись на меня, лишь недовольно проворчал что-то, но быстренько осушил сковородку с водой и довольно облизнулся. Я не спеша протянула руку. Он недовольно и предупреждающе зарычал, но с интересом принюхался, фыркнул и затих, словно успокоившись, а потом зевнул во всю немаленькую пасть.

— Ты сможешь добраться домой? — тихо спросила я, легко, едва касаясь, гладя его по мягкой голове.

Казалось, котенок удивился моему вопросу и слишком внимательно посмотрел мне в глаза, словно пытался что-то сказать. Я с удивлением смотрела в огромные разумные шоколадные глаза с ромбовидным зрачком.

Стремительно подняв лапу, он ловко оцарапал мою ладонь, но я не шелохнулась. Потом извиняюще лизнул выступившую кровь, тем самым залечивая небольшую ранку, и снова посмотрел мне в глаза.

Все произошло так быстро, что я даже испугаться не успела. Но позже над странным поведением котенка некогда было задумываться: в мою голову полились образы-воспоминания. Его воспоминания о той ночи…

Как на их стаю напали: гром, вспышки магии и тонкий пронизывающий свист. Как его мама, спасая его старшего брата, отстала и попала в ловушку. Маленький Нури последовал за матерью, пытаясь помочь. Как на их глазах убили старшего брата и направились к раненой маме, а она, напав на охотников, дала ему шанс сбежать, но сама погибла, перед смертью приказав выжить любой ценой. Спастись и вернуться к стае.

Тихие слезы лились из моих глаз, но я узнала, что хотела. Кот — а это был именно мальчик — еще в ту ночь позвал стаю. Но стая ушла слишком далеко, скрывая следы от охотников, вот и задерживается. Он уже пять лун их ждет. Я попыталась мысленно передать ему слова, но связь была односторонней.

— Если хочешь, пойдем с нами, пока стая тебя не найдет?

В ответ пришло короткое и уверенное: «Нужно быть здесь и ждать, таков приказ вожака-отца».

— Ладно, будь осторожен. Мы разные, есть очень плохие люди, больше не выходи к таким, как мы… — на его уже взрослый взгляд я грустно улыбнулась: ему пришлось рано повзрослеть. — Прощай… — тихо прошептала я.

Напоследок лизнув меня, котенок Нури скрылся в кустах. Но того, что произошло дальше, не ожидала ни я, ни Рафаэль. На меня налетел небольшой рыжий зеленоглазый ураган.

— Ты чем думала, когда лезла в его пасть! — воскликнула злая, вернее, очень взбешенная Данна. Она подбежала ко мне и затрясла как куклу. — У тебя вообще мозги есть?!

Принцесса бушевала, кричала что-то еще, но я не слышала — лишь улыбалась как безумная и в ответ тихо прошептала, так, чтобы Рафаэль не слышал:

— Простите, больше не буду…

Услышав это, она мигом успокоилась и уже привычно натянула маску.

— Я запрещаю тебе рисковать собой без всякой на то нужды! — уже привычно протянула она и, независимо передернув плечами, пошла собирать вещи.

Глава уже не скрываясь цепко на меня смотрел, но ничего не сказал и присоединился к принцессе.

На колкие взгляды Главы я больше никак не реагировала, так как в душе ярким огнем горела надежда, что рано или поздно я смогу вернуть прежнюю Данну.

Дальше мы продолжили путь молча, думая каждый о своем.

Часть 3. Стая

После случая с Нури было видно, что Рафаэль хочет задать мне парочку вопросов, но я всегда находила повод ловко увильнуть. Во время очередного привала я пошла к ручью, где нос к носу столкнулась с Главой. А судя по его виду, передо мной сейчас был именно Глава разведки — выловил-таки момент. Ну что же, рано или поздно это должно было случиться. Я даже задумывалась: может, рассказать ему правду? Но на всякий случай придумала парочку правдивых отмазок.

— А объясни мне вот что, Тень… — начал он, но его перебила стрела, просвистевшая в сантиметре от его плеча.

Он быстро упал на землю, повалив и меня, так же быстро откатился за дерево, и я ползком последовала за ним. Со стороны лагеря послышался крик принцессы, паника снова сковала душу.

— Сколько их? — спросила я.

— Где-то около десяти-до двадцати, — четко отрапортовал он. — Нас окружили. С ними маг, раз подобрались так незаметно, — немного раздраженно закончил он, рассмотрев окружающее пространство, и активировал один из амулетов, чтобы понять, где спрятались враги.

— Я их отвлеку, а вы спасайте Нидейс! — рыкнула я, вскочила и зайцем метнулась за дерево.

Град стрел и боевых заклинаний последовал за мной. Но там меня уже не было. Я петляла, как пьяный заяц, направляясь параллельно нашему лагерю.

Не представляю, каким образом меня еще не зацепила ни одна стрела. Замерев за широким деревом, я быстро оглянулась: Рафаэля там уже не было, а со стороны нашей стоянки слышались звуки сражения. Значит, он уже там. Я прекрасно понимала, что долго не протяну. Чтобы я могла справиться с лучниками — это же невозможно!

«Ну, хоть задержу их, может, у Рафаэля получится убежать вместе с Данной!» — переведя дух, я так же быстро перебежала за другое дерево. И очень удивилась, увидев, как из плеча торчит древко стрелы, а вокруг него алым цветком расплывается кровь. «Почему нет боли?» — удивилась я.

Присев, прячась за деревом, я осмотрела рану. Стрела почти прошла навылет и застряла: спереди виднелся окровавленный наконечник в виде звезды, сзади торчало остальное древко. Я попыталась обломать его, но оно не поддалось. «Почему нет боли?» — снова удивилась я. Подергав древко еще пару раз и поняв всю тщетность попыток, я оставила его в покое. Кровь, постепенно вытекая из раны, пачкала одежду.

Кое-как прикрыв рану носовым платком, который был в кармане, я осмотрелась, но не заметила ни одного стрелка или тени. Ни единой стрелы не пролетало мимо. Может, они подумали, что убили меня? Но стоило мне высунуть руку из-за дерева, как снова засвистели магические заклинания.

«До следующего дерева уже не добегу», — поняла я. Да и отсиживаться нет смысла. Чего стоит одному из стрелков обойти меня по кругу и добить, выстрелив из нового места? А в том, что я просто истеку кровью, я не сомневалась. Кровь продолжала небольшим фонтаном вытекать из раны. Что же делать? Надеяться на чудо глупо. Это Данна всегда уповала на свою удачу, и та ни разу не отворачивалась от нее. Неужели все так и закончится?

Ну, хоть боли не чувствую, и то хорошо — лишь медленно подкрадывающуюся слабость и сонливость.

«Наверное, именно так и приходит смерть», — пришла бредовая мысль. Я безучастно смотрела в небо, которое было едва видно сквозь листву деревьев. Такое же, как и у нас, — голубое.

Мое созерцание отвлекло что-то шершавое и мокрое, прикоснувшееся к щеке. Я невольно поморщилась и нехотя перевела взгляд на раздражитель. На меня смотрели обеспокоенные шоколадные глаза на смазливой мордочке огромного кота.

— Ты?! Ты что здесь делаешь? Здесь опасно! Уходи! — с тревогой сказала я вслух, пытаясь оттолкнуть его рукой, но та не пошевелилась.

Котенок фыркнул и посмотрел на меня как на слабоумную. Потом в голове появились картинки-образы: как он дождался стаю, которая прибыла уже на следующий день. Я видела, как отец-вожак грациозно спустился с неба, принеся еду. Я «чувствовала», как котенок «рассказывает» вожаку обо всем, что с ним произошло. Страх, голод, одиночество котенка. Удивление вожака, что котенка накормили и не убили. Как отец ругает, объясняя, почему опасно выходить к более сильному и опасному хищнику.

Понятия «отец» и «вожак» в некоторых воспоминаниях отличались между собой, но чаще были одним целым. Вот в ситуации с доставкой еды шоколадный Нури «рассказывал» как об отце, а вот в воспоминании о нравоучениях — как о вожаке. Но для него это было чем-то общим, котенок не разделял эти понятия.

Насколько я поняла, стая между собой общается мысленно, передавая мысли-образы. Как ни странно, но о смерти одного из Нури знала вся стая — они были связаны одной незримой нитью. Поэтому все знали, кто погиб той ночью. Но помочь не могли: охотники неким образом научились блокировать связь со стаей, и их местонахождение не могли определить. Для всех стало чудом, что малыш выжил. Узнав об этом, часть из них тут же повернула назад, чтобы спасти котенка. Часть направилась на новое место.

Они хотели уже улетать, когда котенок почувствовал мою боль. И мне пришел образ, как он тогда расцарапал мне ладонь, устанавливая временную связь. Так как это было пару дней назад, он почувствовал, что я ранена и мне нужна помощь.

Вожак-отец «спросил», что случилось, почему ему больно, и, получив ответ, «сказал», что нужно помочь. «Долг» — но в этот образ входило много чего еще: свой, часть стаи и даже благодарность. Он мне показал, как стая быстро по воздуху преодолела разделяющее нас расстояние. Как они окружили и напали на опасных чужаков, лишь «моих» не тронули.

Они почему-то посчитали меня вожаком, а Данну и Рафаэля — моей стаей. Я слабо улыбнулась.

— Спасибо тебе и твоей стае! — сказала я вслух.

Тут сильный порыв ветра ударил в лицо, и рядом с нами опустился вожак-отец, которого я уже видела в образах, посылаемых мне котенком. Он был угольно-черным, лишь небольшая звездочка на груди и голубые яркие глаза с ромбовидным зрачком.

Не было ни капли страха, лишь восхищение таким сильным, грациозным созданием. Мощные крылья с легкими отблесками света, три пушистых хвоста, огромные лапы, небольшие уши и такая же смазливая мордочка, как и у котенка. Теперь я понимала, почему малыш рассказывал о нем как о вожаке-отце, ведь он был сыном именно вожака стаи.