Проснись, когда умрешь

– И? – нарушил молчание Олег.

– Что? – с деланной непринужденностью слишком бодро и громко спросила Ольга.

– Когда начнешь говорить?

Ольга опустила голову вниз, сильнее закуталась в плед, и, когда, наконец, заговорила, голос ее был тихий и дрожал:

– Я боюсь…

– Чего, кого? – спокойно и тихо спросил Олег.

– Всего и всех, нет, конечно, не всех… Но я боюсь тени, Альберта и себя, вернее, ту, что похожа на меня, я боюсь тех, кого вижу только я, и я… боюсь за папу…

Она заплакала и прижалась к Олегу. Олег обнял Ольгу и погладил по голове, как маленького ребенка, потом отстранил ее от себя, посмотрел в глаза и сказал:

– Я пойду, сделаю еще чаю нам, а когда приду, ты спокойно, последовательно расскажешь мне все. Подробно, ничего не скрывая. Хорошо? Без слез и эмоций, просто начнешь рассказывать.

– А с чего начать? – уже вдогонку уходящему на кухню Олегу спросила Ольга.

– С чего? – Олег развернулся на месте, подумал немного и сказал: – Ну, начни с медведя.

– Медведя? Какого медведя? – удивилась Ольга.

– Медведя, которого я хотел подарить тебе после Нового года, а ты убежала, потом заболела и после этого избегала меня…

Ольга почувствовала, что краснеет, но, когда Олег вернулся, она начала свой рассказ с того злополучного дня.

Сколько она говорила, Ольга не заметила. Когда она дошла до последних событий, до того момента, при каких обстоятельствах оказалась в Лондоне, о разговоре в кафе с Кирой, о фото на автобусе, был уже рассвет.

– Это все, – устало проговорила Ольга.

– Ну что, – Олег встал, потянулся, и бодрым голосом приказал: – Давай топай в свою комнату, заваливайся спать! Завтра все решим.

Ольга, обомлев, посмотрела на Олега. Она ожидала других эмоций на свой рассказ, можно подумать, что она рассказала, как съездила на лыжах в горы, а не все эти ужасные сумасшедшие и страшные вещи! Она даже обиделась на него! Но, гордо подняв голову, прошла в приготовленную для нее комнату, и, когда увидела расстеленную уютную постель, упала в нее и моментально заснула.

***

Ольга резко открыла глаза и почувствовала панику. Ее опять окружала кромешная тьма, в которой незримые тени и сущности зловеще кружили вокруг нее. Ольга закрыла лицо руками, судорожно стараясь вспомнить, где она, но перед глазами всплывали только обрывки воспоминаний: она дома, и мерзкая тварь бьется в окно; она в больнице у отца, и он вдруг говорит чужим голосом; она в морге, и мертвец хватает ее за руку. Ей казалось сейчас, что она находится в абсолютной пустоте, нет земли, нет никого, есть просто бесконечная пустота, наполненная страхами, ужасом, неизвестностью и одиночеством.

Ольга осознала, что ей необходимо вырваться из этой пустоты, ее мозг судорожно искал спасение, малейшую зацепку, что вытащит ее из вакуума сознания, и она закричала. Сначала ее крик был похож на стон, слабый стон больного или смертельно напуганного и подавленного человека, но чем громче она старалась кричать, чем глубже становился ее крик, тем яснее становились ее воспоминания.

– ААААААЛЕГ! – вдруг вырвалось из девушки, страх и одиночество вмиг лопнули, как мыльный пузырь. И за миг до того, как Олег ворвался в комнату Ольги и включил свет, она все вспомнила.

– Оля, милая, что случилось? – парень бросился к Ольге и обнял ее.

Ольга улыбнулась, уткнувшись в плечо друга, почувствовав покой и защиту в его объятиях.

– Прости, Олег, просто ужасный сон, и, когда проснулась в полной темноте, не сразу поняла, где я.

– Да, в комнате очень плотные шторы, и, конечно же, ты не помнишь, где включается свет. Да и проспала ты, дорогая, до сумерек. Уже восьмой час вечера.

– Восьмой час! – воскликнула Ольга, но на самом деле она улыбнулась про себя тому новому и прекрасному чувству, когда по телу разлилось тепло от слова «дорогая».

Олег подошел к окну и отодвинул тяжелые портьеры. Опускались сумерки, которые походили на рассвет, когда Ольга ушла спать.

– И что мы будем делать? – спросила Ольга.

Она вдруг поймала себя на мысли, что испытывает некоторое смущение, словно вчера произошло что-то такое, к чему она не совсем была готова, или словно она сказала или сделала то, что тщательно скрывала от других.

«Ах да! Я же рассказала вчера Олегу ВСЕ-ВСЕ! Боже, как же мне стыдно! Что он обо мне думает? Наверное, решил, что я шизофреничка, и поэтому разговаривает со мной так ласково, как с буйными сумасшедшими».

– Олег, – смущенно начала Ольга, – я… я вчера тебе разного понарассказывала, ты, наверное, решил, что я сумасшедшая, но…

Но Олег не дал ей закончить. Он взял Ольгино лицо в ладони, приподнял его и посмотрел в ее глаза серьезно и нежно:

– Я знаю, все, что ты рассказала, – это правда. Она странная, страшная, трудно объяснимая, но это правда! Мне жаль, что ты раньше не доверилась мне, но сейчас это не важно. Помни, я с тобой, я все понимаю, а что не понимаю, просто доверяю тебе.

Ольга смотрела в глаза Олегу и еле сдерживала слезы:

– Спасибо, Олег, прости меня, что я втянула тебя в эту историю, но…

Олег отдернул руки от лица Ольги и с отчаянием воскликнул:

– Почему ты говоришь, что «втянула»? Неужели ты не понимаешь, что с самого начала в этой истории, как ты называешь, мы вместе?! Все, что происходит с тобой, касается и меня, но ты всегда ускользаешь, не хочешь признать очевидного, что это наша история, и все, что происходит с тобой, касается и меня, все, что происходит со мной, – это часть тебя!

Ольга села на кровать. Она вдруг почувствовала себя уставшей, опустошенной и одинокой.

Олег стоял у окна и молчал. Ольга боялась прервать это молчание, она просто не знала, что делать и что говорить. Апатия, безысходность и слабость лишили ее воли и сил.

– Ладно, собирайся, – прервал молчание Олег.

– Куда? – устало и еле слышно проговорила Ольга.

Все, что она хотела, – это свернуться комочком под одеялом и спать. И чтобы ни тени, ни люди не тревожили ее во веки веков.

– Надо идти в «АД».

– Куда? – спросила она, но уже с другой интонацией.

Она и на самом деле удивилась.

– WELL, или, как все называют клубы Альберта в Москве и Лондоне, «АД».

– А как мы туда пройдем? Насколько я поняла, это абсолютно закрытые места, туда без рекомендации не попасть!

– Как-нибудь прорвемся! – воскликнул Олег, явно испытывая облегчение от того, что можно закончить сложный разговор.

Они поужинали дома, разговаривая исключительно о планах на вечер и не касаясь личных тем.

– Итак, – подытожил Олег, – нам надо прийти в «АД» сегодня ночью, я думаю, часа через три тронемся. А там… Я даже не знаю, что мы ищем.

Олег вопросительно взглянул на Ольгу:

– Ты понимаешь, что хочешь узнать?

Ольга не ответила сразу, она подошла к окну, и долго смотрела, как темнота опускается на город, и подумала о том, что эта темнота опускается и на ее душу.

– Я… я… – с трудом начала Ольга, – я хочу увидеть эту девушку…

– Девушку? – удивился Олег. – Почему?

– Я чувствую, что только она сможет ответить мне на вопрос, что со мной произошло. Почему она с Альбертом, почему она похожа на меня, и почему, после того как я ее встретила, со мной произошло что-то плохое.

Олег внимательно слушал Ольгу, и, когда она закончила, с деланной веселостью шлепнул по столу открытой ладонью, энергично вышел из-за стола и весело скомандовал:

– Давай, наряжайся, пойдем клубиться!

Ольга медленно поднялась и молча пошла в свою комнату. Олег в это время сидел в Интернете и делал какие-то записи. Спустя около часа она вышла из комнаты:

– Я готова. Может, погуляем немного вдоль Темзы? Еще рано ведь в клуб?

Олег удивленно осматривал Ольгу с ног до головы, а та смущенно поправила убранные в хвост волосы, одергивая футболку.

– Оль, ты меня, конечно, прости, ты мне нравишься в любом наряде, но, боюсь, сегодня фейс-контроль ты не пройдешь. У тебя есть платье и обувь, кроме кроссовок?

– Нет, у меня пара джинсов, футболки и тапочки…

– Э, ну тогда, если мы поторопимся, может, успеем в Селфридж или Хародс, купим платье и туфли, – Олег подскочил с кресла и уже направился к двери, не оглядываясь на Ольгу.

– Олег, стой, – окликнула его девушка.

Олег резко повернулся к Ольге и удивленно развел руками:

– Оль, давай быстрее, надо торопиться, сейчас возьмем такси и поедем тебе платье искать!

– Не надо ничего искать, – тихо проговорила Ольга.

– Что? Почему? Тебя же не пустят в клуб! Оль, ну пожалуйста! Не будь такой упрямой! Ну почему ты так делаешь? И потом… Мне нравится, когда ты одеваешься по-другому… Ну, как тогда, в московском «АДУ» ты переоделась в такое шикарное зеленое платье и туфли на каблуках… Это было что-то!

Ольга удивленно посмотрела на Олега и почувствовала, что краснеет. Она резко отвернулась от парня.

– Я не буду переодеваться, и меня пустят, даже не остановят! – решительно сказала она.

– Да?! – вопросительно поднял бровь Олег, но дальше спорить не стал: – Как знаешь…

Они решили выйти на улицу и пройтись пешком по улицам Лондона. Респектабельное место, где находился дом Олега, в этот час было тихим и спокойным, только иногда это нарушалось шумом мотора и шуршанием шин по брусчатке дорогих машин, но, дойдя до центральных улиц, ребята погрузились в шумную и пьяную толпу.

Была пятница, и казалось, что все взрослое население британской столицы, от18 до 70, сидит в пабах, большими компаниями стоит и курит перед входами в кафе, бары и рестораны. Взрослые женщины на огромных каблуках, с голыми плечами, горячими телами и сверкающими глазами бегают из бара в бар, ловят такси, выбегая на середину дороги. Пьяные мужчины громко говорят, размахивают руками, громко смеются и дружески хлопают друг друга по спине. И, несмотря на видимое сумасшествие, пьяный галдеж и возбуждение, Ольга поняла, что ей не страшно в этой толпе, что в ней достаточно безобидно и все подчинено просто радости окончания недели, надеждам встреч с друзьями и просто возможности расслабиться. Она внимательно огляделась и заметила, что почти не видит черных теней-сущностей, которые постоянно находятся среди людей, особенно в опасных ситуациях. Только проходя мимо станции метро, она краем глаза заметила черные колючие сгустки плотной энергии над головами темнокожих подростков, которые нервно курили, сплевывали и шарили глазами по толпе людей, выходящих и входящих в метро. Ольга, вжав голову в плечи, схватила Олега за руку и потянула прочь от черноты, словно боясь, что сущности заметят ее и будут преследовать.

Ольга и Олег еще погуляли какое-то время, зашли в бар, выпили по легкому элю у стойки бара и, поймав такси, поехали к клубу. В такси они не разговаривали, Ольга смотрела на ночной город и еле сдерживала слезы – ей было страшно, очень страшно. Олег положил свою ладонь на руку Ольги и так и держал до момента, пока они не приехали.

– Мы приехали, с вас 38 фунтов, – нарушил молчание таксист.

Ольга вздрогнула от его голоса. Все это время она была погружена в свои мысли, и только где-то в подсознании отложилось, что поездка была очень длинной и они давно выехали из красивой, чистой центральной части города и долгое время пробирались по узким темным улицам.

– Простите, вы не ошиблись? Нам нужен клуб WELL.

– Я знаю, где находится этот чертов клуб! – резко ответил таксист, – сколько дур туда перевозил!

Олег и Ольга переглянулись, удивленные такой эмоциональностью британца.

– Я дальше не могу ехать, там тупик. Выходите здесь, поверните через 20 ярдов налево и идите по улице до конца. Там и будет ваше проклятое место. Не пойму только, вам, таким молодым, что надо, что вас так на гниль тянет? – продолжал ворчать таксист в то время, когда ребята поспешно выбирались из машины.

Они быстрым шагом дошли до угла улицы, повернули налево и увидели вдалеке странные огни, смех, визг. По мере приближения к огням ребята стали различать силуэты машин и людей. Машины были припаркованы как попало, плотно друг к другу, некоторые с включенными фарами, громкой музыкой и людьми внутри. Вдоль стены старого кирпичного здания группками и поодиночке стояли девушки и парни. Девушки, все как одна, на огромных каблуках и в блестящих коротких и очень открытых платьях, красивые и ухоженные как супермодели за кулисами показа Виктории Сикрет. Парни, не менее экстравагантной и блестящей внешности, стройные, в меру прокачанные с томным взглядом, старались, как заметила Ольга, не смешиваться с девушками и другими ребятами, держались спокойно и казались очень сосредоточенными на своих мыслях.

– А сам клуб-то где? – удивился Олег. Ольга пробежала взглядом по темному фасаду здания – никаких блестящих вывесок с названием, никаких неоновых огней. Все выглядело как эпизод из какого-нибудь андеграундного фильма: заброшенная фабрика, вдоль покоцанной стены которой стоят красивые молодые парни и девушки.

В этот момент Ольга услышала нарастающий рев турбинного двигателя и только успела схватить Олега за руку и отскочить в сторону, прижавшись к противоположной от толпы стене. Роскошная, низкая и широкая спортивная машина резко затормозила рядом с ними, дверь медленно поползла вверх, и из салона так же лениво вывалился коротко стриженный парень в широких рэперских штанах и майке, обвешанный цепями и разукрашенный татуировками. Толпа на миг замерла, и только с придыханием произносимое из уст в уста имя полетело от начала толпы в ее конец:

– Джокер… Джокер… Джокер…

Девушки расправили плечи, встряхнули длинными локонами, отошли друг от друга, чтобы не затеряться рядом с соседкой и показать себя во всей красе. Парни, наоборот, приняли более расслабленные и равнодушные позы, но было видно, сколько сил и времени было потрачено, репетируя непринужденность.

Джокер лениво оглядел толпу и показал пальцем на высокую худую блондинку и красивого парня с модной стрижкой. Девушка завизжала и запрыгала на месте, а парень медленно, с трудом сохраняя равнодушную мину на капризном лице, отделился от стены и не спеша направился к рэперу. Девушка рванула с места, словно боясь, что про нее забудут, ловко перепрыгивая через подножки своих еще не давних подруг. Вслед ей полетели злобное шипение и грязные оскорбления, но везучая красотка не обращала на них никакого внимания.

Она подлетела к Джокеру и с торжественным выражением лица встала рядом с ним, как минимум на две головы выше его. Позади них пристроился и выбранный красавчик. Он явно хотел обратиться со словами благодарности к рэперу, но тот, даже не глядя на него, пренебрежительно буркнул что-то через плечо, отчего красавчик покраснел и опустил глаза.

Тут только Ольга рассмотрела дверь, перед которой и стояли эти трое. Над неприметным входом горел красный огонек видеокамеры, в чей глаз смирно и смотрели рэпер и его гости. Через минуты две дверь открылась, и они ввалились в темноту заветного клуба.

Ольга потянула Олега за руку по направлению к клубу.

– Ты куда? – удивился Олег.

– Пойдем! Там вход в WELL! Они нас увидят в камеру и пустят!

– Ты уверена? – засомневался Олег, но Ольга не дала ему время на раздумье и, расталкивая толпу девушек, рядом с которыми она почувствовала себя лилипуткой, решительно направилась к заветному для тех входу. Толпа красоток, удивленных таким зрелищем, покорно расступалась перед ребятами, словно они увидели сказочных гномиков у себя под ногами, и, когда Олег и Ольга очутились под камерой, толпа наконец оживилась, и в сторону ребят полетели насмешки и улюлюканья:

– Эй, детки! Здесь Санта не живет! Вы ошиблись адресом!

– Обкурившаяся молодежь! Хоть бы причесались, перед тем как из дома выйти!

Ольга, решительная и спокойная, стояла перед дверью, но, когда время ожидания явно превысило предполагаемое, а насмешки становились язвительнее и громче, она только крепче сжала руку Олега и еле слышно, не поворачивая к нему голову, одними губами произнесла:

– Стой спокойно! Они сейчас откроют! Обязательно откроют! Они ждали меня! Может, не так скоро, но я им нужна, и они меня впустят!

– Но меня не ждали! – опустив низко голову и отворачиваясь от толпы, зашептал Олег. – Я-то им не нужен. Блин, может, из-за меня тебя и не пускают! Но я тебя одну отпустить не могу!

И только он был готов увести Ольгу от двери и попробовать другой план, как дверь медленно открылась, и ребята с замиранием сердец ввалились в темноту. За спиной они только и успели услышать удивленный выдох толпы и почувствовать волну ненависти к себе за то, что все-таки вошли в вожделенное место.

Когда глаза, наконец, привыкли к кромешной темноте, ребята различили силуэт огромного темнокожего парня, что все это время молча наблюдал за ними. И только Ольга собралась открыть рот, чтобы дать ему какое-нибудь объяснение, как охранник, сурово посмотрев на них, махнул головой, повернулся спиной и пошел по коридору. Ребята пожали плечами и покорно последовали за ним.

Темный коридор стал шире, потом перешел в большой зал с танцполом и мягкими диванами, и, когда глаза совсем привыкли к темноте, Ольга обратила внимание, что убранство и декор этого клуба один в один похожи на московский «АД». Даже лица людей те же, что и на дне рождения у Альбины. Такие же полуголые официантки в белых париках в стиле мадам Помпадур, тот же модный московский диджей.

– Как будто бы и не уезжали из Москвы, – прошептала Ольга.

Она усмехнулась мысли, что и одета сегодня так же, как и в тот злополучный день: простые джинсы, белая футболка и лоферы.

– Точно, – подтвердил Олег, – не хотел бы я Альбину встретить.

И только он это произнес, следуя за огромным охранником, как заметил в толпе танцующих Альбину. Та, словно почувствовав Олега, подняла глаза, вздрогнула и тут же отвела взгляд в сторону и даже развернулась всем телом от бывшего парня.

Олег нахмурился и удивился: не такой реакции он ждал от брошенной им истеричной девушки. Но вскоре выбросил это из головы, потому что, спускаясь вниз по винтовой лестнице, они были поражены увиденным. Круговая лестница проходила сквозь этаж, где было расположено настоящее казино, со столами и множеством людей, с одержимостью играющих в рулетку, блэкджек и даже в автоматы. Они ничего не замечали вокруг, только игра держала их сознание и имела смысл.

На следующем этаже были накрыты в изобилии столы со всевозможными деликатесами и алкоголем. Молодые люди, полулежа на лежанках в стиле римских патрициев, предавались чревоугодию и пьянству. Не менее мерзкая картина открылась еще ниже. Тут и там на диванах валялись парни и девушки, белый порошок был рассыпан по стеклянным низким столам, устойчивый запах марихуаны заставил закашляться Ольгу. И, когда они спустились еще ниже, она просто закрыла глаза и отвернулась от зала, предполагая, что может увидеть там. Ольга уткнулась в плечо Олегу и еще крепче схватилась двумя руками за него.

– Не открывай глаза, – тихо сказал Олег, – это мерзко.

– В московском «АДУ» тоже это все есть?

– Думаю, да. Альбина показывала мне казино и вроде намекала и на другие «удовольствия», но я дурака включил и сделал вид, что не понял.

Наконец, ребята опустились на этаж, где было тихо и прохладно. Охранник открыл дверь комнаты, они вошли в кабинет, очень похожий на тот, в котором Ольга встретила Альберта.

– У меня дежавю, – тихо произнесла Ольга. – И я, кажется, очень боюсь, – еле слышно добавила она и вся сжалась, то ли от холода, то ли от страха.

Олег обнял Ольгу, погладил по голове и тихо, в самое ухо произнес:

– Не бойся! Я с тобой!

– Спасибо, теперь мне не так страшно, – улыбнулась Ольга и вдруг ясно осознала, что сейчас может произойти такое ужасное, и Олег не только не сможет ей помочь, а, скорее, ей придется спасать его.

Дверь тихо отворилась, и на пороге возник незнакомец. Он был высок, статен, с прямой спиной, красивое лицо обрамляли белые волосы, и возраст Ольга не смогла понять – лет, может, 50, может, больше (глаза придавали еще лет сто возрасту: холодные, равнодушные, они, словно ледяная бездна, увлекали за собой), но тело сильное и крепкое. Холеные руки с тонкими пальцами лежали на набалдашнике красивой трости, сделанной из странного материала – то ли старого дерева, то ли неизвестного металла. Одет он был в элегантный, безупречный костюм темного цвета, и на манжетах белоснежной рубашки поблескивали огромные бриллианты. Незнакомец холодно оглядел обнявшихся ребят, ухмыльнулся одной стороной рта, величественно прошел мимо них, опустился в глубокое низкое кресло, но сел так, словно он сидел на высоком троне. Ребята, как завороженные, не отрывали глаз от него, разомкнули объятия и покорно замерли напротив на неудобных стульях. Даже ладошки сложили на коленях, как послушные дошколята. Воцарилось долгое молчание, и только тиканье часов и дыхание ребят нарушало тишину.

«Он не дышит! – вдруг поняла Ольга, – не дышит! Я слышу свое дыхание, дыхание Олега, но у этого страшного человека ничего не колышется в теле, от него ничего не идет. Он и не мертвый, и не живой! Господи! Кто же это!»

В этот момент незнакомец, до сих пор внимательно наблюдающий за Ольгой, издал звук, отдаленно напоминающий глубокий вдох, и произнес таким глубоким и ледяным голосом, что Ольга почувствовала, как корни волос на голове ее зашевелились.

– Должен похвалить тебя, Ольга, – начал он, – ты оправдала мои надежды.

Ольга чуть не задала вопрос, какие, но тут же одернула себя: «Нет, я буду молчать до последнего, пока это возможно».

Она знала, как это может задеть человека, и, раздосадованный, тот начнет говорить все подряд и станет уязвимым.

И тут же Ольга усмехнулась про себя: «Человека, может, и выведет из себя моя тактика. Но это кто? Человек ди?Как вообще его называть?»

– Умница, девочка! И здесь я тобой восхищаюсь. Можешь придумать мне имя сама, ты же уже догадываешься, кто я?

– Да, – тихо произнесла Ольга, и ей показалось, что начинает погружаться в предательский обморок, с такой силой она точно не готова была встретиться.

– Оль, – тихо дернул Ольгу за руку Олег. – Ты знаешь его?

– Да, и ты его знаешь.

– Я?

– Да! Его знают все, – Ольга набрала побольше воздуха в легкие и на одном дыхании громко произнесла: – Знают все! Под разными именами: дьявол, лукавый, сатанюка, иблис, князь тьмы, дух тьмы, падший ангел, враг рода человеческого, отец лжи, демиург, нечистый, мефистофель, велиар, вельзевул, анчутка, чертяка, черная сила, черный, шишига, шайтан, враг окаянный, люцифер, черт, аггел, нечистая сила, нечистый дух, демон, бес.

На каждое произносимое, словно выплюнутое, Ольгой имя человек, сидящий напротив нее в кресле, брезгливо морщился и раздраженно стучал длинными пальцами по трости.

– Но это не имеет значения, как его зовут, главное —Это зло. Абсолютное зло.

– Он человек? – удивился Олег.

– Нет, он не человек! Он в образе человека, – устало объяснила Ольга и, подумав немного, тихо обратилась к собеседнику: – Вы что-то хотите от нас?

Мужчина радостно ударил тростью по полу:

– Ну умна! Ну молодец! Сразу к делу! Мне даже придумывать ничего не надо, чтобы приступить к главному вопросу и не испугать тебя!

Ольга устало взглянула на него и отвернулась.

– Мне от вас ничего не надо, – начал он.

Ольга удивленно подняла бровь, а тот продолжал:

– Вы как пара мне не интересны. Мне нужна только ты.

– Зачем? – не выдержала Ольга.

– Ну, это длинный разговор, я хотел бы его провести наедине.

– Отлично! – подскочила со своего места Ольга. – Отпустите Олега, и мы наговоримся всласть.

– Я не могу, – лениво произнес тот, что только похож на человека.

– Почему? – испугалась Ольга.

Сейчас больше всего на свете она хотела, чтобы Олег ушел из этого страшного места и никогда не вспоминал о нем.

Ее собеседник опять издал звук, похожий на вздох, и раздраженно произнес.

– Все, кто ко мне попадает, не уходят от меня! Я никого НИКОГДА НЕ ОТПУСКАЮ!

– Но он Вам не нужен! – продолжала бороться за Олега Ольга. – Отпустите его!

– Оля! Стой! – вмешался Олег.

Ольга и мужчина удивленно оглянулись на Олега, словно только что обнаружили его присутствие.

– Оля! Он же лукавит. Я им нужен. Ты же помнишь, в лагере сказали: я возглавлю страну. Ты думаешь, что меня просто так отпустили бы?

– Молодой человек, – поморщился мужчина, – Вы говорите полную чушь! Вы сами изменили свою судьбу, и президентом этой страны Вы уже не будете.

– Почему? – в два голоса воскликнули ребята.

– Как же Вы можете удивляться этому, молодой человек?! Вы же решили сейчас уехать из страны, получить образование в Лондоне, оставить Ольгу? И Вы думаете, что не поменяли судьбу? Конечно, уже все развивается по-другому: Вы станете президентом, но не страны, а компании, женитесь на другой женщине, которая ничего Вам не даст, кроме пустого банковского счета и презрения; будете бороться в оппозиции к властям своей бывшей родины, безрезультатно, громко и глупо, и потом Вас убьют, когда Вам не будет еще и 45. Вы свой выбор уже сделали, и мне, признаться, он нравится.