Дневник девушки, которая дождалась. Своего парня из армии

10 августа 1997. Поход Выходного Дня с Маратом Нурбулатовичем

Сегодня я очень устала. Главное, что удалось выяснить нам с Сашей в этом походе – это что мы использовали в прошлом году для клятвы в Дружбе совсем не тот Шильнинский Камень Дружбы. Не тот, неправильный. Вот, наверное, почему у нас эта клятва плохо работает. Нам бывалые туристы показали, где находится настоящий Камень Дружбы. Но мы что-то уже по-новой с Алексом не захотели опять там клясться. Что это был за камень, где мы клялись? «Возможно, это был камень любви» – пошутил Саша. На этот раз мы его даже не нашли. Ладно, я еще много чего узнала, и кое-чего не узнала – завтра напишу. А сейчас спать!

11 августа 1997. Поход Выходного Дня (про вчерашнее)

Пишу уже из Бугульмы. В воскресенье был большой день. Мы прошли более 30 км, это по лесу еще не считая того, что по городу.

Рома всем раздал поздно вечером туристические карточки клуба  – Поход Выходного Дня, 30 км. Он сказал, что это это может пригодиться как подтверждение выносливости и способности ориентироваться на местности по карте. Чем больше таких карточек, тем выше шанс, что возьмут в водный поход. Уже даже не знаю, хочу ли я в какой-либо поход без Саши. Все-таки, он теперь мой… мой парень, жених, суженый… не знаю, как это правильно назвать. Но всем по-прежнему говорю свою официальную позицию – «мой друг». Всем тем, кто ходил вчера в поход, я так и представила его, что он мой друг. А Саша от такого представления качал головой и почесывал затылок. «ПВД-30»

В походе участвовали пятнадцать человек, включая всех Сашиных друзей: Булата, Рому и Павла. Организатором похода был Марат Нурбулатович – он к тому же сын друзей нашей семьи, на десять лет старше меня. Марат Нурбулатович догнал нас позже по пути, всего через километр. Он ездил в Казань на свадьбу друга, еле успел вернуться. Пока Марат Нурбулатович отсутствовал, организационными вопросами занимался Рома; это мы еще долго ждали, пока все придут к месту встречи.

Пока мы шли, делились планами на предстоящий учебный год. Булат и Рома уже перешли на второй курс институтов, точнее, уже университетов – за лето многое переименовать успели.

Мы шли втроем с Сашей и Павлом. Павел после сдачи экзаменов в КГМУ ездил в Челны к Дмитрию Викторовичу, у которого и Алекс носовую перегородку восстанавливал. Ирония судьбы: два молодых человека прибавили работы одному и тому же врачу.

– Как так получилось, что вы вдвоем подрались? Паша, расскажи!

– Про что рассказать?

– Про январские ваши приключения.

– Да, тебе уже, должно быть, Алекс все рассказал?

– И все-таки, хотела бы узнать, Пашка, как ты сам это расскажешь. До сих пор не знаю, что же такое было меж вами, что за спор?

– А почему, Лейсан? Ты же уже в марте все знала. Тогда, на нашем «Равноденствии», так ведь?

Паша удивился. Он, стало быть, нарочно в тот день задержался у меня в гостях, чтобы сообщить. Вероятно, я вела себя тогда именно так, словно уже знала, что он меня обозвал… И за это он просил прощения. Честно сообщила ему:

– Да я вообще ничегошеньки в марте на «Равноденствии» не знала.

– У нас была договоренность, что Паша приедет к тебе, и сам попросит прощения за свои слова.

– Так я и попросил прощения! – Пашка недоверчиво тряхнул головой, и махнул рукой так, словно отгонял муху, которая пыталась отвлечь его и сбить с нужной мысли.

– Ты сказала, что на меня и не обижалась, так ведь. И что Бог простит. И про дуб с «Войны и мира» что-то декламировала. Я так и понял, что ты хотела сказать, что я дуб! И что все там «бессмысленный обман»…

(Да, точно! Это было про князя Андрея Болконского, про дуб, весну и счастье. И что все это бессмысленный обман – нет ни весны, ни солнца, ни счастья, мол, не верю я надеждам и обманам)…

– Да, наверное, хотела. Только на тот момент я из неведения сказала тебе, что прощаю тебя. Я как дурочка, еще не знала и не понимала, за что конкретно ты просил прощения. Может, за то, что ты такой влюбчивый человек.

Мы втроем стали спорить меж собой о том, кто же из нас дурак. Точнее, так: каждый доказывал, что у него самое дурацкое положение в этой истории. Было дело, нам на КВН нужно было черную футболку, притом у меня ни одной черной футболки не было. Когда Паша приезжал, то я сама у него на время попросила его черную футболку с Куртом Кобейном. На выступлении надевала её наизнанку – важен был черный цвет. Также Паша в марте дважды помог нашему клубу со звукозаписями для КВН, первый раз передавал их через меня, а во второй Саша с Гузель к нему ездили.

– Нет, Паш, слушай. Раз ты не рассказал, я был совершенно как дурак в этой ситуации. Ну правда. Представь себе: Лейсан приходит на репетицию Паш, черной футболке. Говорит, мол, с тобой уже поговорила вчера… Конечно, понимаю, что ты такое фантастически-гипнотическое действие на девушек оказываешь… Я сомневался, ну не до такой же степени?! А Лейсан говорит, Паша нам еще музыку обещал для КВН, минусовки. Провинился, пообещал, поможет… И потом еще ты приезжал, музыку привез. Встречался и опять ничего ей не сказал! Я был уверен что ты все сказал про нашу драку, и она тебя простила уже. Это самое дурацкое положение! в твоей,

Мда, по поводу того, что мне так удачно подвернулась чужая черная футболка, пусть даже и размера на два больше, чем нужно… я ведь тогда и не подумала, какие странные мысли и ассоциации могли возникнуть у Саши. К каким умозаключениям он должен был прийти. Его друг в январе на рыбалке плохим словом назвал меня, он ему врезал там, и сдачу получил. После друг приехал все объяснить и извиниться, и… видно, что девушка приняла и извинения, и футболку… И хорошие отношения сохранила… Только Паша так со мною и поговорил о том, о чем собирался. Примерно так он и объяснил:

– У нас не получалось поговорить-то! Ну правда, как приехал, так у тебя, Лейсан, Каролина была. Потом твоя мама пришла, а ты же, скажи ведь, никуда не хотела уходить. Что мне – при родителях это все надо было рассказать? Это я, понимаешь, это я оказался совершенным дураком в этой ситуации, а не вы! Я был самый дурной и дурацкий дурак в этой истории. Мало того, что это я Лейсан обозвал, за что и получил, так еще и сам ни о чем не мог рассказать. Когда кассеты привозил, времени мало было, нам надо было на работу, я не успевал. А уж на равноденствии – тогда я понятия не имел, что ты, Лейсан, ничего не знаешь. Был уверен, что ты знаешь. Да, Лейсан, по тебе было ясно: ты знаешь всё про нашу январскую рыбалку. Раз пять на протяжении всего вечера ты делала намеки, что ты знаешь. Потом и сама пошутила, что да-да, «я всё знаю».

– Так это я думала, что про «дуб»…

(Я шутила, что всё знаю – это по школьной программе, что я даже отрывки из «Войны и мира» учила наизусть).

– Так и я думал, что это про «дуб», что ты меня с дубом сравниваешь, который во всем разочаровался. Что нет ни весны, ни счастья, и вот такой он я. Только такой дуб в этом состоянии и станет обзываться.

Так мне вчера и не удалось узнать, как меня обозвали и до какой степени я должна бы быть обижена. И насколько трудно или легко мне это простить. Но извинения уже приняла и как будто бы простила.

– Можно хоть узнать, что ты, Паша, обо мне сказал?

– Я не скажу. И повторять не буду, – категорично сказал Павел.

– Саш, ну что Паша сказал, ну какое слово?

– Алекс, не надо! – попросил его Павел.

– Нет, и я тоже тебе ничего не скажу, Лейсан. А то ты обидишься.

Ладно, как бы ни назвал, прощение вслепую – таковым оно и должно быть. Приходится прощать сразу все, что бы оно ни было, разом и во всех вариантах. Все равно, ладно, Павел сам признал, что он – после этого как уж не простить?! «самый дурной и дурацкий дурак в этой истории» 

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

ТПО «Союзгосцирк», так написано было на билете

2

У подножия этой горы теперь надпись «Яр Чаллы» (Набережные Челны).

3

Народное творчество

4

Компакт-кассеты для магнитофона – до конца 1990-х были одним из самых популярных аудионосителей. Запись производилась на магнитную ленту шириной 3,81 мм и толщиной обычно от 9 до 27 мам, на две или четыре дорожки.

5

Леонид Филатов, «Сказ про Федота-стрельца».

6

КамПИ – Камский Политехнический Институт. В 2001 г. институт сменил название на Камский государственный политехнический институт. В 2005 г. институту был присвоен статус академии. Современное название: «Камская государственная инженерно-экономическая академия» (ИНЭКА).

7

ВИА «Ива» – «Костер»