Лабиринт встреч

Фраза года:

«Я готов действовать, но не знаю, что делать и каким образом»

Событие – ключ года:

Консультация по системе «Дизайн человека»[1]

Вопросы года:

«Как жить по-другому? С чего начать изменения?»

Книга – проводник года:

Владимир Серкин «Хохот Шамана»[2]

Сентябрьский прохладный ветер гулял по гранитной мостовой. Над Петербургом раскинулось высокое сине-бело-голубое небо, и отовсюду непрерывно звучала музыка города – гул волн Невы, ударяющихся о берег, людские разговоры и песни уличных музыкантов.

Это был один из тех редких солнечных дней, когда отчаянно хочется гулять, прятать остатки тепла в карманы пальто и заводить новые знакомства.

“День был так прекрасен и так трагичен, что любое действие было бы бессмысленным лукавством[3].„

Сфинксы

В тот самый день Иван Одинцов шагал по Университетской набережной, не обращая внимания на окружающую красоту. И дело было вовсе не в том, что он – давний житель Северной столицы, привыкший к атмосфере города.

С виду энергичный и подтянутый молодой мужчина, чей возраст уже был не так далёк от тридцатилетнего рубежа, заметно выделялся среди прохожих. Ярко-жёлтая куртка и красный шарф Ивана невольно звучали немым вызовом всему, что его окружало. Он шёл в задумчивости от Академического сада, погружённый в свои мысли.

Ещё с детства, как только Иван осознал себя, его не покидало чувство, что он должен идти иной дорогой. Детский сад, школа – да, внешне всё было «как у всех», но где-то в глубине себя Иван всегда понимал: на этом пути «как у всех» он не найдёт то, что ищет.

“Кто не был частью системы, не сможет быть цельным и один.„

Сначала это был не до конца осознаваемый, смутный импульс, проявлявшийся в чувстве неудовлетворённости. Если взглянуть со стороны, то формально всё складывалось хорошо: окончил университет, получил специальность, есть жильё и работа в Петербурге. Но…

Метафорически Иван ощущал свою жизнь, как персик: сочная мякоть внешнего благополучия и твёрдая сердцевина – косточка нереализованного потенциала внутри. Красивый на вид фрукт и вкусный, наверное. Но неудержимо хочется пробиться наружу – из самой сердцевины, из косточки, – прорасти, расправить ветви, вдохнуть, соприкоснуться с жизнью и проявить себя миру. Жить, а не существовать – идти с широко открытыми глазами, с высоко поднятой головой, дышать полной грудью!

С годами напряжение росло – Иван становился старше, неведомая сила требовала выхода. Эта сила умоляла дать ей волю.

«Как объяснить силу, которая во мне?», «На что я способен?», «Кто я?», «Куда идти?», «Какой путь выбрать?» – эти вопросы не давали покоя, форматируя состояние жизни в непрерывный поиск ответов.

Иван испробовал всё, что казалось ему хотя бы отдалённым намёком на свет в конце туннеля. Сначала пытался «зайти» через тело – долго изнурял себя чрезмерными физическими тренировками: бегал шесть дней в неделю при любой погоде. Затем через боль, вопреки природной конституции, за год осилил шпагат, стал завсегдатаем тренажёрного зала. Когда решил заняться йогой, среди всех методик выбрал систему Андрея Сидерского[4], нацеленную на интенсивную и глубокую проработку тела.

Но всё испробованное не давало желаемого эффекта, прорыва не происходило. Несмотря на все достижения, внутренняя сила по-прежнему оставалось непознанной и нераскрытой, а то, как Иван проявлял себя в реальности и, собственно, в воплощении, казалось мизерным и неполноценным.

Иван осваивал лидерские программы, изучал систему карт Таро, погружался в нумерологию, штудировал книги по НЛП[5], посещал занятия по философии.

Все эти поиски и совершённые действия определённо давали эффект и приносили результаты – наполняли информацией и знаниями, добавляли новые навыки, способствовали физическому и эмоциональному укреплению.

Но… Однако главного не давали – ясности о себе. Порой Ивану мерещилось, что где-то есть один единственно верный способ, который поможет разом получить ответы на все его вопросы. Надо только найти этот «золотой метод» и применить в деле. Но где? Давно знакомое ему и ставшее второй натурой чувство неудовлетворённости временами перерастало в горечь разочарования, граничащую с отчаянием.

В особенно тяжёлые моменты перед ним отчётливо вставал навязчивый образ: он заперт в темнице, где мрачные, тяжёлые стены давят непроходимой толщей.

Казалось, выхода нет – есть только теснота и ощущение безысходности.

“Не бороться и не замерзать. Просто действовать в гармонии с окружающим миром.„

В очередной момент отчаяния судьба сделала неожиданный ход. Всего через несколько дней, после трудного вечера накануне, проведённого в раздумьях, ответ «нашёл» Ивана в процессе диалога с приятелем. Иван узнал о Сергее – специалисте по системе знаний «Дизайн человека». Благодаря этой системе перед каждым открываются новые возможности познания себя и окружающего мира. Система раскрывает знания об энергетической механике людей и космологическом устройстве Вселенной, объединяя древние эзотерические учения, классические фундаментальные и прикладные научные дисциплины.

По мере того как приятель рассказывал о системе, Иван всё яснее осознавал: это для него, именно то, что Иван искал. Казалось, сама жизнь привела его к этой точке, предлагая долгожданный спасательный круг, за который просто необходимо ухватиться без лишних раздумий.

Иван решился на важный, новый шаг – «доверить себя», свои многолетние поиски, чаяния и надежды другому человеку и этой системе. Сегодня он получил консультацию.

«Ты – Манифестор, – узнал Иван о себе. – Инициатор, способный влиять на людей, запускать процессы, формировать реальность и события, воплощать задуманное. Идёшь туда, куда хочешь, делаешь то, что считаешь нужным, плохо переносишь контроль и ограничения. Не терпишь манипуляций и указаний. И кстати, вас таких всего 8 процентов на Земле», – добавил Сергей.

Эта информация впечатлила Ивана. С одной стороны, дала ему новые знания о себе, с другой – вызвала закономерный вопрос: почему же его жизнь так отличалась от описания, полученного на консультации?

Сегодняшняя встреча была очень важной для Ивана, можно сказать, судьбоносной. Отчасти. Полученные знания о себе будто вдохнули в него новую жизнь. Он вдруг увидел, что можно рассуждать о себе и о жизни иным, новым способом, что существует целая система описания мира, реальности и человека. На которую! Наконец-то! Можно опереться! Система, от которой можно отталкиваться для получения ответов и понимания устройства тела, разума и души.

«Вот кто я на самом деле, сколько во мне всего скрыто и есть – талантов, особенностей, противоречий… Оказывается, можно иметь и знать иную реальность, если смотреть через призму этой системы», – думал Иван.

Иван осознавал: дизайн человека, возможно, описал ту самую внутреннюю силу и потенциал, которые он давно, как будто всегда, ощущал в себе, система дала этому ощущению характеристику. С полученным ответом на вопрос «Кто я?» Иван был частично согласен.

Но… Внутреннее напряжение не исчезло. По-прежнему оставались нерешёнными два других, пожалуй, более важных вопроса: «Куда идти?» и «Как?»

“Говорю тебе: в городах ничего не меняется. Твои миллионы только хотят, но ничего не делают или с большей-меньшей активностью функционируют в уже сложившейся системе.„

Например, что делать с работой? Совсем недавно он устроился на новое место, но уже сейчас, в очередной раз, с горечью осознавал: это снова не его. Поначалу он искренне пытался встроиться в коллектив, но это плохо получалось, можно сказать, безуспешно. Среди коллег, пропитанных ленью, злостью и готовностью буквально драться за своё благосостояние, он чувствовал себя чужаком.

Каждое утро он просыпался с тяжёлым осознанием: он несвободен, не управляет своей жизнью. Иван постоянно держал в голове мысль: всё происходит не по его воле и желанию, его собственное «я» принадлежит другим – руководителю, коллегам, корпоративной машине. Он ощущал себя винтиком, зажатым в тисках системы и сформированного порядка, вынужденным крутиться по указанию кого-то. И это вызывало жёсткое сопротивление.

Внутри Ивана не утихал внутренний протест. Он отчётливо чувствовал: этот коллектив «болен», вся рабочая атмосфера противоречит внутренней сути. Это определённо не было местом для роста и развития! Мысль о необходимости работать ради выживания солидно усугубляла подавленное состояние Ивана. Он отчаянно мечтал вырваться.

С одной стороны, было страшно от собственного неприятия и понимания – он сам усложняет себе жизнь: «Можно же быть как все». С другой стороны – Иван знал: он больше не может и не хочет оставаться в этом!

А что друзья? Иван часто вспоминал свой последний день рождения. Он провёл его в одиночестве. Хотя кто-то и звонил, писал, оставалось стойкое ощущение пустоты и одиночества. Да, есть приятели, которые любят занимать деньги или зовут выпить, но разве можно их назвать друзьями? Пытаешься поделиться своими мыслями – не понимают…

С девушками ситуация запутанная. Много неясностей – даже вникать не хочется. Вроде бы есть желание отношений, но в процессе общения возникает столько вопросов… Одним словом – полная неразбериха.

Был у Ивана один настоящий друг и наставник – Владимир. Вот уж кто «прокачан» и умудрён жизнью. Иван видел в нём старшего товарища. И как только начинало штормить, накрывало бурей новых мыслей и чувств, Иван обращался к Владимиру.

Но вот в чём парадокс: хотя советы Владимира были отчасти спасительными и верными, это было чужое мнение. А где же во всём этом он сам – Иван Одинцов? Где его собственный голос?

“Ты сможешь пойти своей дорогой только тогда, когда тебе не нужно опираться на других.„

Иван размышлял об этом, шагая от Академического сада по Университетской набережной. Всё, что он в тот момент видел – жёлтые листья под ногами и чужие ботинки, мелькавшие перед глазами. Да и те, скорее всего, не замечал по-настоящему. Мысли заполняли его сознание так плотно, что весь внешний мир будто перестал существовать.

«Когда же я, наконец, перестану репетировать и начну жить по-настоящему?!» – почти вырвалось у Ивана в приступе отчаяния.

Он вдруг очнулся и осмотрелся. Вокруг бурлила петербургская жизнь, был прекрасный осенний день, он оказался на ступенях возле легендарных сфинксов из древних Фив[6].

Эти величественные древние статуи и само их нахождение здесь всегда вызывали в нём необычные чувства. Как странно – Петербургу чуть больше трёх сотен лет, а этим гранитным стражам – три с половиной тысячелетия. В промозглом, ветреном Петербурге, где дожди, кажется, не прекращаются с 1703 года[7], застыли скульптуры, извлечённые из песков знойного Египта. Древние, как и время, сфинксы стали неотъемлемой частью и одним из символов Северной столицы.

– Погладь сфинкса и загадай желание, – донёсся до Ивана голос молодой мамы, обращённый к маленькой девочке.

«Наверное, нет такого жителя города или туриста, который бы этого не сделал», – мысленно усмехнулся Иван. И тут же с неожиданным удивлением отметил про себя: «Хм… А я ведь этого не сделал!»

Но почти мгновенно остановил себя: «Хотя… Какой в этом вообще смысл?»

Иван уважительно похлопал ладонью по постаменту и опустился на камень ступеней. Солнце уже близилось к горизонту, скоро закат – будет красиво. В этот момент показалось, что от солнечных бликов выражение и так загадочных взглядов сфинксов едва уловимо изменилось. Машинально Иван взглянул на часы: 16:16.

Иван Десятов наблюдал, как молодой мужчина лет двадцати семи подошёл к одному из сфинксов, задержал взгляд на женщине с маленькой девочкой, затем лёгким движением коснулся постамента и сел на ступени. Механическим жестом поднёс руку к глазам – проверял время.

Десятов знал точно, какие цифры увидит незнакомец: 16:16. Удовлетворённо, но сдержанно губы дрогнули в полуулыбке. «Это он…» – подумал Десятов.

“Ты и не можешь заметить ничего вне своего спектра ритмов. Иногда лишь смутное мелькание в воздухе.„

Некоторое время назад Десятов начал ощущать в своём пространстве чужое присутствие. Как опытный наблюдатель своих мыслей, эмоций и чувств, сразу понял – это не его.

«Любопытно…» – лишь промелькнуло в его голове в тот момент.

Сначала присутствие проявлялось периодически и едва уловимо. Но постепенно становилось явственнее. Это был настоящий запрос.

Некто посылал в пространство сигналы с просьбой помочь с ответами на вопросы: «Кто я?», «Куда идти?» Десятов чувствовал внутренний отклик на эти сигналы так остро, будто к нему обращался кто-то близкий и родной. Он продолжал наблюдать.

Порой сигнал затихал – будто отправитель запроса во Вселенную теряет надежду в этот самый момент. Но затем сигнал возникал вновь, сильнее, как упорство человека, потерпевшего кораблекрушение, который принял решение перестать беспомощно дрейфовать в открытом море и взял курс к заветному берегу, не имея ни карты, ни компаса.

Ведь тот, кто искренне стремится, рано или поздно неизбежно встречает свой маяк и долгожданную землю.

Десятов знал: придёт время, и остальные знаки проявятся.

Так и случилось.

Накануне в метро Десятов услышал, как женщина с пронзительным голосом жаловалась по телефону: «Представляешь, вчера купила персики. На вид красивые, свежие, а внутри… Разрезала один – а косточка уже расколота, и даже семечко проросло! И где такое видано? Это где же их так и сколько хранили?! Может, сразу и дерево посадить, чего уж там?!» Возмущение и недоумение женщины сопровождалось потоком ярких эмоциональных высказываний.

Но Десятов уловил в этом именно то, что было нужно. В тот же миг двери вагона закрылись, поезд тронулся, и Десятов заметил парня, который бежал вдоль состава, крича симпатичной девушке: «У двух сфинксов на Университетской, в 16:16!»

«Ясно», – слегка улыбнувшись, мысленно сказал себе Десятов. Осталось определить день.

В то утро за завтраком на подоконник прилетел белый голубь. «Сегодня», – понял Десятов.

И вот в 16:16 Десятов стоял неподалёку от двух каменных изваяний – излюбленного места встреч петербуржцев. Заметив и ожидаемо узнав молодого мужчину, Десятов не спеша подошёл к нему и присел рядом на ступени.

“Я тоже всегда, когда ошибался, встречал много странных людей!„

– Чуть было не упустил тебя из виду, когда ты сомневался там, у сфинксов… – произнёс Десятов.

Иван недоумённо взглянул на собеседника. Рядом сидел мужчина лет тридцати пяти. Безупречно сидящее пальто классического кроя, идеально подобранный шарф и прочие детали гардероба говорили о хорошем вкусе. «Неплохо одет. Наверняка из „Фаворита“[8]», – мысленно отметил Иван. Вступать в разговор он не собирался – сейчас было явно не до случайных знакомств.

– Полезную мысль важно успеть закрепить. А если в ней есть здравое зерно – воплотить, – продолжал незнакомец. – Хаотичность мышления лишь отдаляет от цели.

Иван внутренне возмутился. Незнакомец настойчиво навязывал общение.

– Вообще-то не я хочу говорить с тобой. А ты – со мной, – будто в ответ на мысли Ивана сказал мужчина.

– Я?! – не сдержался Иван.

– «Кто я?», «Куда мне идти?», «Каким путём?» – твои вопросы? – спокойно уточнил незнакомец.

– Мои… – растерянно признал Иван, впервые услышав от кого-то то, о чём обычно молчал и крайне редко с кем-то мог поговорить об этом. – Кто ты? Откуда знаешь?

– Десятов, – представился незнакомец, протягивая руку.

«Было б только с кем поговорить!»

В этот момент у причала остановился прогулочный катер. Пассажиры вышли на набережную, судно стояло у берега, тихо покачиваясь на волнах Невы.

– Прогуляемся? – предложил Десятов.

Ивану некуда было спешить, да и незнакомец, столь точно обозначивший все «наболевшие» вопросы Ивана, теперь вызывал крепкий интерес. Иван охотно кивнул.

Они поднялись на палубу, и катер – будто ждал этого момента – сразу отошёл от пристани.

“Духи не помогут тебе ни в одном деле, которое ты смог бы сделать сам. Но если ты подвёл свои дела к черте своих возможностей, действуешь на грани возможностей и дружен с Духами, они помогут тебе.„

– Я допускаю долю мистики в жизни и неслучайность нашей встречи, – сказал Иван. – Многое читал и слышал об этом. Но что дальше? Ты пришёл меня спасти? Может, дашь готовый ответ?

– Нет. Никто не пройдёт путь человека вместо него, и готовых ответов не существует. Но я могу помочь тебе на твоём пути.

– И как?

– Стать твоим вторым «я». Говори со мной, как с самим собой, – и получишь ответы и поддержку.

Готовность Десятова помочь одновременно интриговала и настораживала Ивана. В голове выстукивали ритм вопросы: «Кто этот человек? Откуда появился? Как живёт? И живой ли вообще, или…» Мысли мелькали, мешая сосредоточиться на беседе.

– Вижу, тебе интересно узнать обо мне побольше, – уловив замешательство Ивана, сказал Десятов. – Без проблем. Мне тридцать семь. Живу в Питере, на Кузнецовской. В квартире с видом на парк Победы – свежий воздух, зелень. Есть свой бизнес… Но это всё частности. Главное – я тот, кто может помочь тебе на твоём пути. Я сам долго блуждал по лабиринту – в этом моя ценность для тебя.

Десятов легко улыбнулся, закончив своё краткое представление, раскрыл ладонь в сторону Ивана – жест, одновременно демонстрирующий искренность и готовность передать опыт.

«Интересный поворот…» – подумал Иван. И в тот же миг с удивлением осознал: где-то в потаённом уголке сознания он тоже обо всём этом мечтает. Но его нынешняя реальность была настолько «не такая», что даже думать об этом казалось бессмысленным.

Однако его зацепило признание незнакомца о долгих блужданиях по лабиринту. «В этом есть правда», – отметил он про себя.

«В любом случае надо узнать, кто этот человек и как ему удалось всего достичь», – подумал Иван, решив, что это такое знакомство может быть полезным.

Чем дольше Иван размышлял, тем сильнее ощущал, как его буквально распирает от накопленных мыслей о собственной неустроенной жизни. Терпеть дальше не было ни сил, ни смысла.

«Видимо, пришло время. Пора выговориться! Хотя бы и этому Десятову!» – внутренний импульс побудил его начать говорить. Иван готов был выдать всё, что копилось и тяготило долгие годы.

– Если честно, я давно ищу ответы на свои вопросы! – Иван вздохнул. – Вымотался от непонимания, устал от самого себя. Чувствую, во мне есть потенциал, уверен, что способен на многое, но почему-то не складывается так, как хочется. И не знаю, с чего начать. Будто стою на месте, без какого-либо движения вперёд. Это изматывает…

Иван провёл рукой по лицу:

– Хочу, наконец, понять, как жить не на условные пять процентов, а на все сто. Или хотя бы на половину своих возможностей! Чтобы на вопрос «Кто я?» получить чёткий ответ: «Я…» Хочу знать, какой алгоритм действий воспроизвести, чтобы, например, стать лучшим в чём-то определённом. Мечтаю достичь состояния, при котором было бы чувство: да, это моё место, делаю то, для чего рождён, реализую предназначение.

В голосе Ивана прозвучала горечь:

– Но я ведь и сам понимаю – чтобы что-то изменилось, нужно действовать. А это… страшно. Внутри постоянная война с самим собой.

Взгляд Ивана стал твёрже:

– Но почему я должен верить тебе? Почему ты уверен, что знаешь ответы? Сейчас на каждом углу – психологи, гадалки, астрологи, экстрасенсы, гуру. Все обещают помочь «раскрыть потенциал». Чем ты лучше?

– Помощь приходит из разных источников, иногда неожиданными дорогами и в непредсказуемом виде, – спокойно ответил Десятов. – Надо уметь различать, твоё это или нет. А это уже требует развитого внутреннего чутья – тонкости восприятия. Но давай начнём с простого – обсудим то, что для тебя в этот момент важнее всего. И тогда ты сам решишь, хороший ли я помощник для тебя.

“Разрешить себе изменяться, расти, понимать. А уж с этим или расслабиться, или собраться – по ситуации.„

– Давай! – согласился Иван. Будто испытывая собеседника, он без лишнего предисловия продолжил. – Я сегодня был на консультации по дизайну человека. Как считаешь, рабочая концепция?

– Слышал об этой системе, знаю, – невозмутимо ответил Десятов. – Одна из моделей, описывающих энергетическую механику человека и космологическое устройство мира. Удачный синтез древних эзотерических учений и классических фундаментальных и прикладных научных дисциплин.

Десятов сделал небольшую паузу:

– Это также один из источников получения ответов. По правде говоря, не так важно, какую систему ты выбираешь в начале пути… Главное – начать. А сам процесс уже подскажет направление.

“Говорю тебе: у них была цель, и они начали действовать. Остальное – приложилось.„

– Да, только… – Иван нервничал. – После этого мне не стало легче! Мне сказали, словно наклеили ярлыки: «ты такой-то», «можешь то и это», «не способен на то и это». И? Что с того? Я как барахтался в этой трясине, так и остался там. Где решения? Где хоть какие-то указатели?

– Нетерпение создаёт дополнительные преграды на пути к ответам, – ровно констатировал Десятов. – Пожалуй, это первое, над чем тебе необходимо работать. Хочешь быть быстрым, увеличить скорость – научись сначала замедляться.

– Да все вы так говорите! – распалился Иван. – Только и твердите о спокойствии и умиротворении! Ты такой же, как и все эти гуру и просветлённые наставники! А я хочу, чтобы мир наконец меня заметил! Увидел мою мощь, признал мои способности! А вместо этого – пустота.

– Давай начистоту и без иллюзий, – твёрдо сказал Десятов. – В тебе кипит негодование, винишь всех вокруг. Но скажи честно: сам-то ты сколько реальных шагов сделал?

– Что?! Мало сделал?! – взорвался Иван. Он вспомнил мучительные тренировки, попытки сесть на шпагат через боль. Разве это не усилие?!

– Возможно, ты говоришь о многочисленных телесных практиках, книжных знаниях и теориях, о НЛП, – словно читая его мысли, продолжил Десятов. – Но они хотя бы приблизили тебя к внутренней гармонии? Можешь ли ты для начала спокойно и без гнева наблюдать жизнь? Или продолжаешь сопротивляться и поддаваться негативным эмоциям?

Иван приутих, Десятов точно описал его состояние.

– Ты так нетерпелив: жаждешь проявить свою силу, влиять на мир и людей. Но ответь: а сам ты дорос до этой силы? Можешь ли ты утвердительно сказать, что владеешь хотя бы собственной жизнью?

Иван не нашёл ответ.

Десятов же продолжил спокойно:

– Пойми, это важно: в каждый миг с тобой всё правильно – происходит лучшее, что могло произойти в моменте. Если ты проживаешь что-то, значит, это необходимо тебе. Твоя задача – делать выводы, понимать смыслы и извлекать уроки. Одни выводы ведут к ясности, другие – к новому, возможно, ещё большему хаосу. Но и это – твой нынешний путь. Мир справедлив и совершенен, и ты справедлив и совершенен как его часть. Остаётся лишь принять и благодарить.