Как удачно выйти замуж

Глава 1

Передо мной на стол легла фотография. И кроваво-красный ноготок постучал по снимку трижды.

– Он мне и нужен, Алёна. Хочу выйти за него замуж. Устроите?

Я подняла взгляд на Ирину, за спиной которой стояла моя лучшая подруга, сложив руки в молитвенном жесте. Именно через подругу Ирина и вышла на мою виртуальную фирму: «Как удачно выйти замуж»

– Я заплачу. Аванс у меня с собой, расценки ваши я знаю, и я даже взяла смелость удвоить ставку, – улыбнулась Ирина. – Знаю, что вы лучшая в охоте на мужа. К Максиму Соколовскому не пробиться, я всё перепробовала: и под машину его бросалась, и в ресторанах караулила, и… ааа! – махнула она рукой, и скривила губы. – В общем, мне нужны вы. Сведёте меня с этим мужчиной? Устроите мой брак?

Я еще раз взглянула на фото.

Максим Соколовский. Наслышана, да. Денег – куры не клюют, не женат, и никогда не был в браке. Хорош собой, но не чрезмерно. Это плюсы.

А минус в том, что очень уж большая шишка.

– Алён, помоги Ирочке, прошу, – подруга приобняла меня. – Это очень важно. Она так запала на него, что вся апгрейдилась: губы, грудь, приседает вон раз по триста, наверное. Всё, чтобы мужика годного поймать. А ты в этом спец!

– Я знаю, что вы устроили брак олигарха Самсонова. И Ферзева с женой свели. И многих других, – подтвердила Ирина. – Вы же ас в этом деле, так?

– Так.

– И вам по плечу сделать так, чтобы Соколовский обратил на меня внимание, и сделал предложение? Если нужно, я утрою гонорар.

– Вам нужен именно он, или любой обеспеченный мужчина? – сдалась я. – У меня есть несколько весьма богатых мужчин, которые ищут себе жен. Я могла бы познакомить вас.

– Мне нужен именно Соколовский, – победно улыбнулась Ирина, поняв, что я у неё почти на крючке.

Хотя почему это почти? Я у нее на крючке, да.

Сводней я стала еще во время учебы в универе, на первом курсе началось. Девушка я общительная, и как-то так повелось, что приятелей-парней и девушек у меня было поровну. Первокурсники, хоть и кичились своей взрослостью, но на самом деле в каждом было полно комплексов. И желания найти себе пару: гулять, встречаться, целоваться. Но у парней были дебильные подкаты, у девушек – гонор, и сами они не справлялись.

А я решила устроить им анкетирование. Так у меня появилась картотека, и я в качестве эксперимента стала создавать пары. Не на заказ, как сейчас, а по общим интересам. И у меня получалось.

Затем, поняв, что могу так зарабатывать, стала заниматься сводничеством профессионально. А ближе к выпуску из университета и на заказ. На спор. Как сейчас помню понт, на который меня взяла приятельница:

– Вот ты студентов-нищебродов и всяких менеджеров женишь, и это твой потолок? А слабо выдать меня за олигарха, Алён?

– Пфф, слабо? Мне? – вскинулась я.

– Думаю, да, – подначила она. – Не твой уровень. Или твой?

– Мне всё по силам! – завелась я, привыкшая только к похвалам.

– Тогда вот, – передо мной упал журнал Форбс. – Самсонов. Он только развелся. Справишься?

И я справилась. На азарте и гордости. Да-да, обычная студентка без связей в высшем обществе, без нужных подвязок в сфере бьюти, где из моей «невесты» могли сделать конфетку под вкус олигарха. На голом энтузиазме и наглости справилась!

Так пошли заказы на нужных женихов и невест. И так у меня появились связи с сильными мира сего. А еще деньги, причем немалые. Мои услуги дорого стоят.

Но главное – азарт.

Максим Соколовский, значит? Нужно выйти на него, с этой птицей я не знакома. Может, Самсоновы его знают? Или те же Ферзевы? Они одного круга, и точно смогут свести меня с ним, а там уже я устрою их с Ирой знакомство. Только сначала мне нужно изучить его подноготную, взглянуть на женщин, с которыми он выходил в свет. И если что подогнать Ирочку под вкус этого фрукта.

– За дело я возьмусь, – решительно заявила я. – Правила знаете? Мне нужно, чтобы вы заполнили полную анкету на себя, ничего не скрывая и не приукрашивая. И примерно неделя времени мне понадобится на изучение вас и Соколовского.

– Результат гарантирован? Я стану его женой?

– Он сделает вам предложение, а соглашаться или нет – ваш выбор. Мало ли, вдруг он вам не понравится. Если вы откажете ему, то услуга всё равно будет выполнена. И гонорар вы мне выплатите.

– Он мне понравится, – глаза Ирины алчно блеснули.

Ну да, богатый мужик ведь, пора привыкнуть к такому отношению.

Пожалуй, меня бы мучила совесть за такое сводничество. Понятно же, что моей клиентке важно то, что этот Максим – денежный мешок. Но совесть меня не тревожит. Богатые мужчины редко бывают дураками, и прекрасно знают, почему за ними гоняются женщины. И точно понимают, на ком женятся. Брак – своего рода сделка. Женщина получает богатого мужа, а мужчина – женщину точно под свой вкус. А брачный контракт гарантирует мужчине, что он без проблем разведется при случае.

И если всех всё устраивает, то кто я такая, чтобы осуждать?

Ирина положила передо мной пухлый конверт, заглянув в который я поняла – таки да, аванс она утроила.

– Вот мой номер. Отправьте адрес электронки, я вышлю вам анкету. Про нужное мне время помните? – я поднялась со стула.

– Да, вам нужна неделя.

– Тогда до встречи, – я вышла из кухни подруги, мы расцеловались на прощание, и я спустилась на парковку.

Азарт уже кипит в крови.

– Максим Соколовский, – пропела я, сев в свой любимый желтый «Жук». – Ты еще не знаешь меня, а я уже знаю твою будущую жену!

Я мысленно прикидывала варианты знакомства Максима с Ириной: в автосалоне их свести, или на вечеринке. Нужно нечто оригинальное, чтобы Ира запомнилась Максиму. Сегодня же займусь изучением его вкусов.

Ты попал, красавчик! А я, благодаря твоей женитьбе, закрою ипотеку досрочно. И все мы окажемся в выигрыше.

Глава 2

Уже два года я являюсь счастливой обладательницей отличной трёшки в центре города. Каждый раз, подъезжая к трехэтажному дому, нарадоваться не могу: закрытая территория, минимум соседей, дорогой ремонт, отличное расположение – всё это стоило того, чтобы впахивать как мул на плантации!

Меня даже радуют слухи о том, что квартиру эту мне купил любовник. Мол, одним известным местом я и квартиру получила, и машину. Принято у нас так считать: раз девушка одинокая, из не самой богатой семьи, и вдруг покупает квартиру в элитном доме, значит всё с ней ясно. Чья-то любовница.

Раньше я бы оскорбилась, принялась всем доказывать их неправоту. Может, показала бы свои ипотечные платежи. А сейчас мне эти слухи кажутся милыми. И я даже немного завидую той девушке, образ которой помимо моей воли создался в глазах окружающих: это ж что нужно уметь, чтобы любовник квартиру купил? Я бы, честно, не отказалась от такого любовника, так как ипотека – та еще пытка.

Из мыслей меня вырвал звонок телефона.

– Привет, мам, – ответила я на звонок от родительницы, и вышла из машины.

– Ты уже помолвлена? – последовало ответное приветствие.

Я вздохнула, остановилась на парковке и постаралась набраться терпения. Да-да, я из тех кошмарных дочерей, которые не спешат подарить родителям внуков в свои чудовищные двадцать семь лет. Я даже, о ужас, не замужем, что по мнению моей мамы за гранью добра и зла.

– Алёна?

– С утра предложений о помолвке не поступало. Дождемся вечера? Может, кто сжалится надо мной, и я обрадую тебя счастливым известием, мам.

– Давно бы пора! Вот что тебе стоит найти мужа себе, а не своим непутёвым простигосподи? Это не дело, Алёна! – отказалась мама принимать и понимать мою иронию. – Подумай хоть о том, что ты сейчас как сапожник без сапог. Как прыщавый косметолог или толстый диетолог: устраиваешь браки другим, а сама не пристроена. Скажешь, я не права?

Может и права, но не хочу я охотиться на мужа! Матери я в жизни в этом не признаюсь, как и всем остальным, но я чуточку, совсем немножечко, романтик. И по любви хочу. Чтобы красиво! Чтобы как в книге или фильме встретить сумасшедшую любовь, и тогда уже и свадьба, и дети.

– … ты слушаешь меня? Кстати, твоя сестра, еще одна непутёвая, детей сегодня на тебя скинет. Ты не забыла? Мне, главное, внуков не доверяет, а тебе – пожалуйста! – продолжила разоряться мама.

И опять же – не могу я маме честно сказать, почему Женька ей своих безумных близнецов больше не доверяет. Сестрёнка уже однажды оставила своих пацанов с мамой на сутки, и та им наплела какая их мать неудачница, раз родила, будучи незамужней, да еще и вчерашней школьницей. И что из-за них никто Женьку замуж не возьмёт.

Теперь с близнецами сижу я, когда Женя ходит по свиданиям.

– Ладно, мам. Я тебя поняла. Мне пора.

– Куда тебе пора? Чужим людям судьбы устраивать? – фыркнула она. – Ведь наплачешься потом, дурочка. Будет тебе сорок, и ни ребенка, ни котенка. Вспомнишь еще мои слова!

– Обязательно, – пропела я в трубку, осознавая, что раз уж я сижу сегодня с чокнутыми близнецами сестры, то подготовку к охоте на Соколовского придется отложить до завтра.

Я вышла с подземной парковки, и мой сосед дядя Лёша заговорщицки мне подмигнул. И я вспомнила еще об одном дельце. Об очень важном деле! Можно сказать, о заговоре, в котором замешаны все жильцы нашего дома.

– Всё в силе? – шепнула соседка с третьего этажа, когда я подошла к лифту, из которого она как раз вышла со своим псом. – Сегодня проводим операцию «Извергиль»?

– Всё в силе! В двадцать два ноль-ноль начинаем, – подтвердила я. – Хана бабульке!

– С участковым я договорилась, все остальные тоже подтвердили участие. Ух! – встряхнулась соседка, улыбнулась мне, и пошла к выходу из подъезда.

Сегодня абсолютно точно не выйдет поработать над охотой на Максима Соколовского. С племянниками сидеть, еще и устранение соседки предстоит, в котором участвуют абсолютно все соседи.

В нашем доме всего шесть квартир на три этажа. И люди живут приличные. Я обитаю на втором этаже, а рядом со мной живет… нет, когда я въехала в этот дом, Жанна Степановна показалась мне божьим одуванчиком! Эта «милая» семидесятилетняя дама сразу пришла ко мне в гости с пирогом, а я ведь даже вещи тогда не разобрала.

Меня не напрягло, что сама она свой пирог не ела, а в меня чуть ли не силой запихивала.

Меня не напрягло даже то, что после этого пирога я… как бы это сказать… в общем, вместо того чтобы распаковывать вещи, я не вылазила из уборной.

Меня не испугала появившаяся на моей двери надпись: «Тебе здесь не место»…

А вот потом глаза мои открылись. Этот милый божий одуванчик – тот самый антихрист, пришествие которого пропустили предсказатели! Сущий дьявол во плоти, и никого из жильцов дома не обманывают милые седые кудельки и трогательная худоба.

На всех нас милейшая Жанна Степановна то и дело натравливает полицию, пожарников, газовщиков, дезинсекторов, и… ааа! Да кого она только не натравливала на нас! А после, когда я или любой другой мой сосед заполняли миллион бумажек или отделывались взяткой, старушка принималась «домучивать» свою жертву.

Она хуже той самой старушки из фильма «Дюплекс». И сегодня… сегодня ей хана!

– Привет, бесята. Хэллоу, сестридзе, – поприветствовала я Женьку.

Сестра привезла мне племянников ровно в семь вечера, как и договаривались. А я и забыть успела: и о ней, и о нашей операции «Извергиль». Витаминов, может, попить?

– И тебе привет, – чмокнула меня младшенькая. – Ты точно не против с моими посидеть?

– Не против. Чего тут противного?

– Мои адовы детишки, надеюсь, не устроят дестрой. Я сделала им внушение, чтобы они притворились ангелочками. А я побежала. Мерси, систер!

– Оторвись как следует, Женёк. Веди себя неприлично, и будь плохой девочкой, – дала я напутствие младшенькой, на которое она проказливо подмигнула.

– Есть быть плохой девочкой!

– Иди уже, – расхохоталась я, и закрыла за принарядившейся сестрой дверь. – Ну что, пацаны, – обернулась я к племянникам, – ваша мамка заставила вас сегодня играть передо мной роли ангелочков, да?

– Да-а-а!

– Фу-у-у! – прогудели Ванька и Петька, сморщив недовольно свои веснушчатые носы.

– Забудьте! До десяти вечера вы будете приличными детишками. Но в десять город заснет, и проснется мафия. Побудете нечистой силой?

– Мы чистые. Купались с утра! – возмущенно парировал Ваня.

– Да я не о том, – присела перед племянниками, и состроила зловещее выражение лица. – Сегодня ночью мы устроим тарарам. И никто не станет вас ругать. Вы в деле, бесята?

Ваня с Петей переглянулись, и синхронно кивнули мне с истинно адовыми улыбочками. Вот как знала – на этих парней можно положиться в темных делишках!

До десяти они и правда вели себя как ангелы, что было непривычно. Очень уж у моей младшей сестры дети, хмм, своеобразные. А если уж быть совсем честной, я несколько раз намекала ей, что на них бы Святую Инквизицию натравить не мешало.

Но едва часы пробили десять ночи, город… да, город заснул. И проснулась мафия. Мысли о Максиме Соколовском покинули мою голову до завтра, вот только кто же знал, что нам предстоит встретиться уже сегодня…

Глава 3

МАКСИМ

– Папочка, смотли. Я налисовала! Класиво?

Алиска упорно дергает меня за штанину, привлекая внимание. Опустился перед дочкой на пол. Любуюсь – красивая у меня дочка. Вся в меня. Хорошо что не в мать пошла – ни внешностью, ни характером.

– Красиво, – я важно кивнул дочке, разглядывая эту… хмм, эту мазню.

– Я тебя налисовала. Подалок! – дочка впихнула мне в руку лист бумаги.

Значит, эта хрень с тонкими ножками и огромной башкой – я. Очаровательно. Браво, дочь!

– Спасибо, милая, – обнял Алису, поцеловал в лобик и, не удержавшись, подкинул весело взвизгнувшую дочку несколько раз. – Художницей растешь у меня, да?

– Худозьницей, – рассмеялась Лиска. – Пап, поставь меня на нозьки. Платье помнёсь.

– На «нозьки» поставить, говоришь? – с рычанием расцеловал дочку в мягкие щечки, и опустил на пол.

Такая смешная она у меня. И скромная, что удивительно. А ведь вся наша семья Алиску балует, ни в чем дочь не знает отказа. Но я уже вижу по её характеру – не выйдет из Алисы пресыщенной мажорки.

– Я тебя еще налисую, – пообещала дочка, глядя на меня снизу-вверх. – Завтла. Хочешь, папочка?

– Может, няню нарисуешь, а не меня? Мой портрет-то у нас уже есть.

В комнату как раз вошла Яна. Алиска обернулась, увидела свою няню, и коротко покачала головой.

– Тебя налисую! – решила дочка важно.

– Хорошо, буду ждать рисунок. Завтра с утра увидимся, и подаришь.

– Ладно, – вздохнула дочка, и вышла из гостиной.

Обиделась, ясно. Алиса всегда расстраивается, когда я не ночую дома. Но не таскать же мне сомнительных баб в квартиру, где живет дочь, чтобы она видела этот круговорот силиконовых сисек.

– Алиса расстраивается, когда вы не ночуете дома, – заметила Яна, и улыбнулась мне ярко накрашенными губами.

Губы, декольте… ну вот какого хрена ты устраиваешь, Поппинс? Я через агентство няню для дочки нанял, а не постельную грелку для себя. И не то чтобы у меня не мелькали мысли взять то, что Яной было не один раз предложено. Мелькали, да. Няня у Алисы очень даже секси. Но я давно уяснил, что трахать персонал – плохая идея. Потом этот персонал от рук отбивается, и в итоге его приходится менять.

Как няня мне Яна важнее, чем как любовница.

– Максим Вадимович, не забудьте шарф. На улице холодно. Давайте я помогу вам одеться, – Яна, покачивая бедрами, подошла ко мне в коридоре.

– Ян, иди к Алисе. Я большой мальчик, и сам в состоянии одеться, – мягко отстранил её, и кивнул в сторону комнат. – Иди.

– Хорошей ночи, – сверкнула она глазами.

Вышел из квартиры, сел в машину, и буквально за пять минут доехал до приятеля.

– Держи, – он вручил мне ключи от квартиры, усмехаясь при этом. – Слушай, поверить не могу, что даю тебе ключи от теткиной хаты, чтобы ты там трахался!

– И не говори. Будто я снова в десятом классе, и ищу место, куда девчонку привести, – я расстегнул пальто, и засунул связку ключей в карман. – Но я сейчас персона известная, не хочу чтобы меня в отеле фотографировали с очередной бабой. Надо бы квартиру прикупить для этого дела.

– Цена славы! Ладно, в квартире только срач не устраивай. Я тётю свою в санаторий отправил. Она всех соседей и родственников задолбала уже, может отдых ей мозги вправит на место. Сильно не шуми, кстати, – дал Костя последнее напутствие. – Дом элитный, соседи непростые, там тишину любят. Если твоя баба будет пьяно визжать, и бегать голой по подъезду – не поймут.

– Добро. Ладно, поехал я, – попрощался с приятелем, и поехал по нужному адресу. Туда же сейчас едет на такси мой будущий секс.

Район, где живет тётка моего школьного друга, и правда отличный. Да и насчет дома Костя не преувеличил – не многоквартирный клоповник, а всего три этажа, вокруг огороженная территория. Неплохо, даже очень. Мне бы берлогу в таком месте прикупить не помешало.

Раньше я спокойно снимал номера в отелях, куда и приводил подруг. Но год назад это пришлось прекратить – обо мне начали писать в журналах, газетах, в интернет-изданиях и пабликах. И ладно бы журналисты упор делали на мой банк, но нет! Сначала я обнаружил себя в списке самых молодых миллионеров, затем в списке завидных холостяков… и понеслось. Поп-звезда, мать вашу! И вот я дошел до того, что собираюсь трахать симпатичную модельку в доме престарелой тётушки своего школьного друга.

Вошел в квартиру, прошелся по ней: ковров нет, статуэток с кошками тоже. Кружевные салфетки в промышленных масштабах несколько веселят, конечно, как и часы с кукушкой. Но ремонт и обстановка вполне современные.

– Так. В душ, – отдал я себе команду, и справился за пять минут, наслаждаясь непривычной тишиной.

Шум давно окружает меня. Дочку я растил сам с первых дней. А любой ребёнок – это много децибелов нагрузки на уши. На работе тоже не бывает тишины, особенно на такой работе как моя – в банке. Потому тишиной я наслаждаться умею, редко она выпадает. Даже мелькнула мыслишка – а не набрать ли мне Лию, и не отменить ли встречу. Развернула бы такси, поехала бы домой, а я здесь бы остался. Побыл в тишине, выспался… хотя нет, две недели уже не трахался, скоро забуду что с голой бабой делать.

Лия не опоздала. Приехала минута в минуту. Я открыл ей дверь, и впустил в квартиру эту умненькую девочку, которая при знакомстве просекла, что я терпеть не могу, когда опаздывают.

– Не скучал? – она потянулась ко мне за поцелуем. – А я вот соскучилась. И в предвкушении. Интересно, как пройдет наш с тобой вечер.

– Интересно? – я налил нам по бокалу вина. – Могу рассказать, как он пройдет.

– И как же?

– Мы выпьем. Я включу музыку, налью еще по бокалу. Затем сяду на диван, а ты…

– Я, – облизнула губы Лия.

– Ты опустишься передо мной на колени.

– Да? – ахнула она.

– Да, – подмигнул я ей.

– Прямо на колени? И что я буду делать?

– Уж точно не молиться. Рассказывать дальше? – спросил, и взял со стеклянного журнального столика синий футляр. Протянул его ей.

– Ооо… а ты умеешь ценить красоту, – Лия открыла футляр, разглядывая украшение, которому не удивилась. Правила игры мы оба знаем.

– Умею. И я хотел бы узнать, что умеешь делать ты, – я налил себе еще вина, и опустился на диван, не забыв включить музыку.

А Лия, покачивая бедрами, подошла ко мне.

Красиво изгибается. Танцует, змеёй опускаясь всё ниже, и ниже. И вот она уже на коленях передо мной. А руки её там, где и должны быть – на моей ширинке. Помог девушке, приподнялся, приспустил штаны, и откинул голову, успев заметить, что сейчас без одной минуты десять вечера.

Ровно в десять мой член будет во рту у этой модельки. Класс! И никаких свиданий, никаких прелюдий. Всего-то стоило подарить ей купленный моей секретаршей браслет.

Нежные пальчики обхватили мой член у основания, и я зачем-то посмотрел на часы. До десяти вечера осталось пара секунд… и я закрыл глаза, готовясь к погружению в горячий влажный рот.

Глава 4

МАКСИМ

Лия обхватила губами мой член, я нетерпеливо толкнулся в ее горло поглубже. Горячо, влажно… кайф! Пара минут на разрядку, а потом на пару часов зависну с этой девочкой, напряжение скину.

Лия замычала, но член приняла глубоко. И… дом затрясся! Резко! Пол, потолок, всё завибрировало от мощных волн шума, резкая какофония звуков оглушила.

Как и боль.

– Твою мать, – мы с Лией дернулись одновременно.

Она мне член откусила? Что ж так, сука, больно?! И что за хрень происходит?

Лия бегает вокруг, что-то орет, а я согнулся, и ни выдохнуть, ни вдохнуть, ни даже выматериться не могу! И на член смотреть страшно, ладони к нему прижимаю, и как пацан стону от боли.

Эта идиотка, надеюсь, меня импотентом не сделала?! Черт, модель же, что, сосать не умеет в экстремальных условиях?!

– Что за… – я прохрипел, не в состоянии даже выговорить ничего умного или связного.

Лия врезалась в мою спину. Визжит – это я слышу, и сквозь стук моего сердца, отдающегося в голове, начал слышать и другое: в стены, в потолок, в пол – долбит. Окна дребезжат. Пахнет… твою ж мать! Дымом пахнет! И всюду ор, жуткая смесь музыки и воя.

Апокалипсис? Пожар? Землетрясение?

Я не тупорез обычно, но сегодня явно не мой день. Боль не утихает, жутко, громко, стрёмно. И я побежал на выход из этой мерзкой квартиры, стремясь то ли дом покинуть, то ли в скорую попасть – сам не понимаю. Но убраться отсюда точно стоит побыстрее. Филиал ада какой-то!

Вывалился из квартиры, и запутался в спущенных штанах. Руки-то до сих пор на пахе, мне реально страшно посмотреть на член, болит он дико!

– Твою мать! – проорал я, оказавшись за дверью.

А орать было от чего! Потому что темно, и… что это? Три фигуры в белом: одна побольше, и две мелкие, и они летают. Клянусь, летают! И орут, воют:

– Ау, ау, ау

Я тебя все равно найду

Ау, ау, ау

Э-ге-гей, а теперь, парни, как учила!

Высокая фигура в белом взмахнула рукой, и проорала:

– Ты ромашка…

– Я – весна-а-а – завыли мелкие бесы

– Ты жвачка…

– Я – десна-а-а.

– Ты переносица

– Я —гайморит…

– Ты Испания, я – Мадрид, – прорычал я.

Нихера это не привидения. Это какие-то конченые подростки устроили жесть.

– А-а-а-а-а, – завизжала мне Лия прямо на ухо, оглушая, еще и подтолкнула к этой троице. Да так, что я окончательно запутался в брюках, и грохнулся.

– Ой. Ой-ой, – услышал я ойканье надо мной, и меня окружила эта чокнутая троица.

А мне и больно. И смешно. И позорно. Вот вам и глава банка во всей красе: со спущенными штанами, откушенным членом и в окружении какой-то гопоты среди хаоса апокалипсиса.

Прелестно, вашу мать!

АЛЁНА

Приходила ли мне мысль, что жестоко так наказывать пожилую женщину? Приходила, конечно. А потом, после очередной пакости эта мысль уходила обратно. Наша Извергиль явно фанатка фильма «Трудный ребёнок», и что только с нами не проделывала. Были и надписи на дверях, и подожженные пакеты с фекалиями под дверь. Она натравливала на всех соседей службы: от газовой до санитаров из психлечебниц, и постоянно жаловалась участковому. И ведь непонятно, что мы ей сделали!

Ну и не выдержали мы, решили грех на душу взять. Хотя, подозревали, что плохо нашей Извергиль не станет от того шоу, которое мы затеяли. Эта бабуленция нас всех переживет, я уверена. Но зато она получит отпор, поймет что мы в состоянии ответить на её пакости.

И вот на двадцать два часа ровно, когда наша «любимая» соседка традиционно смотрит новости, мы и назначили нашу операцию по избавлению дома от нечисти.

Врубили музыку разных жанров, и на полную мощность.

Сосед с первого принялся сверлить.

Соседка с третьего – бить в барабаны.

Пустили дымную шашку, купленную в магазине шалостей.

Принимают участие всё жильцы дома, ведь Извергиль затрахала всех нас, да простит нас Бог! Ну а мы с племянниками вырядились в привидений, выключили на площадке свет, и начали распевать песни во всю мощь наших немузыкальных глоток.

А тут…

– Ой. Ой-ой, – я смотрю на развалившегося у моих ног мужика с ужасом, а вот мои племяши – явно с восторгом. – Ой, – неумно повторила я, взглянув на дверь Извергиль, откуда и выпал этот голожопый. – Ой…

Метнулась к выключателю, и зажегся свет. Дверь в квартиру до сих пор открыта, из неё выбежала какая-то всклокоченная девушка. Оглядела нас безумным взглядом, и понеслась вниз.