Вагон из прошлых лет. Сборник стихов

Михаил Гавлин начал писать стихи с конца 1950-х годов.

Был участником литературных студий Москвы:

лит. студии под рук. Ольги Высоцкой, лит. студии Московского

университета «Луч», под рук. Игоря Волгина, лит. студии «Сокольники» и др.

Впервые его стихи были опубликованы в газете «Пионерская правда» (1959), позднее он публиковался в газете Московского университета, в журнале «Студенческий меридиан»,. К числу последних относятся публикации в журнале «Смена» (2002), поэтической антологии «Душа России» (2004), в сборниках «Нездешний день» (2004), «Созвучие» вып.4. (2006), альманахах «Муза» (2009), «Золотая строфа. Лучшее» вып.3 (2012) и других изданиях. В своих стихах тяготеет к пейзажной и камерной лирике. Кандидат исторических наук, автор ряда книг и очерков.

1. Открытие земли

* * *

Не книжный зал, а бригантина…

Сосновой мачты скрип,

Букинистические вина

И ветхий манускрипт.

И стеллажи вокруг, как соты,

И только в книгах суть.

Пусть за кормой свершают годы

Свой кругосветный путь.

В пергаментов, рескриптов будни,

Как в ссылку, как в мечту

Уйду, как парусное судно,

И в далях пропаду.

Где мачты распускают флаги

И в горле острый бриз,

И райские архипелаги,

Как облачный каприз.

Где я купец с лицом орлиным,

Схоласт, посольский дьяк.

Со мной, с печатями, старинный,

Сургучный арманьяк.

Где исчезают все границы,

И океан в глаза…

А рядом ворошил страницы

Старинный книжный зал.

* * *

Есть комната, где книги и ковер,

И за окном сырые мостовые…

Из тесноты выводят на простор

Забытые часы ночные.

Я слепну от сияющего дня,

Где в голубой мелодии просторов

Открылась незнакомая страна,

Поднялся несказанный город.

О юное открытие земли!

И паруса… И гордый крик восторга…

Так страны открывали корабли

И ветры перехватывали горло…

Есть комната, где книги и ковер,

И за окном сырые мостовые…

Из тесноты выводят на простор

Уснувшие часы ночные.

* * *

И ты пройдешь, пройдешь одна

К дорогам утренней земли.

И цепь лесов блеснет вдали.

В озерах встанет тишина.

Ты, из каких краев пришла

Не знают люди и не ждут;

Но у России ты взяла

Одежд лесную простоту.

С копной рассыпанных волос,

Пройдешь, расступятся леса,

Пахнет в лицо далекий плес,

Большие встанут города.

И будет день и ты дойдешь.

Ты, взглянешь в чистые глаза,

Улыбкой счастья полыхнешь.

И вдруг оглянешься назад…

И я пойму всю муку слез

В тот давний утренний восход,

Когда вокруг был чист и прост

С зарею вставший горизонт.

Дымилась древностью земля,

Ночные отразив дожди.

И ты навстречу солнцу шла

И все лежало впереди.

* * *

Я в гигантском, земном планетарии,

Где закатное солнце

Повисло над морем, речною долиной,

Над тишиной лесных просек.

А я, потерявший свое названье,

Стою у подножья забытого мира

И мне объясняет учитель

В мантии средневековой

Как движется солнце

По хрустальному своду.

* * *

Усталый, к вечеру я вышел

В незнакомые поляны.

Поляны были замкнуты лесами,

Упавшим небом, слитым с тишиною.

Был край земли и вся земля за мной.

Сегодня было мне дано услышать

Великую симфонию молчанья.

Молчание земли гремело голосами.

Звучали речи умерших поэтов

И вымерших зверей глухие ревы

Тревожно сотрясали сумрак.

И как виденье светлое Эллады

Мелькали люди в эллинских одеждах.

И это поле было полем битвы…

* * *

Просторы над Россиею

Все в дымчатом разливе.

Дымятся реки синие.

Весны тугие взрывы

Взлетают к небу облаком

И тают в тихой лени…

Земля – просторный колокол,

А я – звонарь весенний!

* * *

Июнь. И тополиный пух

Летит по улицам шарами.

Горячий, пыльный воздух сух

И не колеблем облаками.

Скорее за город. Вдыхай

Озон лесного Подмосковья,

Где серебристой речки рай

И церковь с кладбищем на взгорье.

В лесах затерянный перрон,

Калитка подмосковной дачи,

Где к вам опять, под сосен звон,

Приходит счастье и удача.

И только там, и только там

К вам возвращаются основы:

Тоска по дальним поездам,

Грибной азарт в бору сосновом.

И жизнь, в первичной простоте,

С работой, книгами, купаньем.

И неотступная везде

Опять тоска по странам дальним.

* * *

А в городе весна Моне и Ренуара

И воздуха, и зелени полна.

И звуками старинного рояля

Вас на холсте волнует тишина.

Тревожат чернотой стволы деревьев

. Сквозь нежной зелени мерцающий призыв.

Летит с холста порыв воображенья –

Весны зеленый и неслышный взрыв.

И нежность лиц, и звонкость платьев женских,

Чья ткань изменчива, воздушна и легка,

Глядят на вас в упор с улыбкой детской

С картин Тулуз-Лотрека и Дега.

* * *

Опять золотые туманы

Тревожат меня по весне.

И чудятся дальние страны,

В мерцающей голубизне.

Так, первая юность туманна,

И, чистые дети земли,

Пускаем мы в дальние страны

Бумажные корабли.

Так, первое счастье туманно.

И хрупко и зыбко оно,

Капризно и непостоянно…

И ветром пахнуло в окно.

Под солнцем растают туманы

И детства уйдут корабли.

Окажутся мыльным обманом

Воздушные замки земли.

И будет так горько, нежданно

Прозренье жестоких основ,

Когда без прикрас из тумана

Судьбы проступает остов.

2. Времена года

Весенние премьеры

* * *

Стоят пустынные леса,

Как-будто, замерли в предвестье

Весны и смотрят в небеса,

И ждут какой-то близкой вести.

Земля нагретая парит,

Деревьев натянулись струны.

И в небесах уже трубит,

Крылатый вестник юный.

* * *

Апрельский лес еще сквозил,

Лишь нежно зеленел подлесок.

И первых трав, лишенных веса,

Газон едва – едва всходил.

Чернели мокрые стволы,

Вдруг обретя скульптурность формы,

Застыв во сне, под хлороформом,

Пока придут тепла послы.

Они, как грубые скульптуры

Нагих и мокнущих наяд.

И листьев не прикрыл наряд

Их отрешенные фигуры.

И руки к небу вознесли

Деревьев глиняные слепки.

То занялся Всевышний лепкой

Сырой, оттаявшей земли.

* * *

Леса восходят облаками.

Как облака плывут сады.

Евангельская синь над нами

Предощущеньем высоты.

Деревья – будто на бегу,

И кроны их округлы, ровны,

Вытягиваясь ввысь в струну

И в глубину пуская корни.

Еще немного и пойдут

По веткам тонкие побеги,

И словно в облаке вздохнут

Деревья в теплой, тихой неге.

* * *

Облака плывут, как тени

Далью золотой.

И леса внизу весенней

Дышат новизной.

И растопленный лучами

Зимних далей круг

Почернел, ожил ручьями,

Раскололся вдруг.

И задул тревожный ветер,

Ливни снизошли.

Будто настежь двери с петель

Близкой той поры,

Где давно уже просторно

Лес зазеленел,

Грузный жук над полем черным

Низко пролетел.

Тишина тяжелой ношей.

В окна через край

Бьет черемухой роскошной

Подмосковный май.

* * *

Зеленый дым и ветер пряный,

Прозрачность юности во всем.

Как мир души непостоянен,

А мир телесный невесом!

Как пересвисты птичьи нежны.

И в озарении весны

Как наши помыслы безбрежны

И чувства все обострены.

Какой сиреной нас поманит,

В какие дали уведет,

Кого заманит и обманет,

Чью жизнь, как чашку, разобьет.

Чьи силы спящие разбудит,

Как зимний город, ото сна…

Так, пусть да здравствует, да будет,

Да вечно славится весна!

Буйство лета

* * *

Июнь. Прозрачные пруды

В полях средь радужного цвета.

Осока в зелени воды

И травяное буйство лета.

Как серебристые мечты

В закате тают самолеты.

И пахнут к вечеру цветы

И звездами горят без счета.

И первый на лугах покос

С холма спускается к оврагу.

Вода в прудах прозрачней слез.

Цветы пьянят медовой влагой.

В траве, у ног, снуют шмели.

Стрижи купаются в закате.

И изобилием земли

Дарит июнь, как чудо-скатерть.

* * *

Мосты над плесами речными.

В лесах дремучих берега.

Пустынный мир, принявший схиму,

И перепутавший века.

Лишь теплоход – речной красавец –

Как белый лебедь проплывет.

Да церкви безымянный палец

Сверкнет средь топей и болот.

* * *

Прохладный плес течет меж берегами

Крутой дугой.

В нем облака, в нем храмы с куполами

Вниз головой.

И теплоходы на широкой глади,

Как легкие жуки,

Косые оставляют пряди

На зеркале реки.

Могучий плес одет в лесные чащи

И до краев налит.

И жизнь такой же полной чашей

На берегах кипит.

* * *

Под зеленым лиственным навесом,

В колдовском березовом лесу

Я теряю ощущенье веса,

Будто свет в самом себе несу.

И вокруг прозрачное свеченье,

Тихий свет березовой глуши.

Сброшено земное притяженье.

Плоть ушла, дав место для души.

* * *

Лес, как просторный, светлый храм.

В высоких сводах птичье пенье.

Уходят ввысь стволы деревьев,

Колоннами, к лесным шатрам.

Маслята стайкой, в редколесье,

Слышны ребячьи голоса.

Вдруг самолета гром небесный –

То ангел взмыл под небеса

Туда, где тишина просторно

Ждет знака Божьего перста

И в мир нездешний, мир нагорный

Открыты тайные врата.

И вновь молчанье наступило

И звонче птичьи голоса.

И небо глубину открыло,

Где туч умчалась полоса.

* * *

Невыразимые цветы

В душе моей растут

И солнце светит,

И глаза живые стерегут.

В моей душе покой страны

Прозрачной и лесной,

Где бродит ветер тишины

И запах теплых хвой.

Уйду из города в луга,

В них упаду лицом.

В глуши откроется река

И выйдет дряхлый гном.

Он скажет древние слова

И тотчас я усну.

Сквозь тело прорастет трава,

Вонзаясь в тишину.

Во мне умолкнут голоса

И шорох облаков.

Теперь я – даль, я – тишина

Озер, полей, лесов.

* * *

Грибной дождь

Тучи синие, как сливы,

Потемневшие внизу,

Тяжело, неторопливо

Над окраиной ползут.

Вот на дальний лес сквозь тучи

Хлынул солнца луч косой.

В стороне грибной, летучий

Дождь проходит полосой.

Следом молнии гурьбою,

Словно лезвия острот.

Между небом и землею

Золотой круговорот.

И над всей лесной страною,

Через реки и луга,

Семицветною зарею

Встала радуги дуга.

Осенние мотивы

* * *

В осеннем мареве молчат

Деревни на пригорках.

Весь край изрезан и покат:

Поля, овраги, горки.

И позолоченный сентябрь –

Глубокий, чистый омут,

В который падает янтарь,

От синевы отколот.

И безмятежно дремлет даль

В тончайшей паутине…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.