Ариведерчи, Верона!

© Гаврилина О., 2021

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.

Все имена, названия и события являются фантазией автора, любые совпадения с реальностью случайны…

Глава первая

Резкая трель звонка разрезала ночь. Незамысловатая мелодия показалась зловещей в гулкой тишине спальной комнаты.

Лола подскочила на постели, сон отлетел сразу же, как легкое облачко. Неприятное предчувствие толстым неповоротливым удавом зашевелилось под ребрами.

На ощупь она зажгла настольную лампу. Взяла продолжающий звонить мобильник.

«Номер не определен», – прочла на экране.

Вот черт!

Телефон замолк так же внезапно.

По спине проползла тонкая струйка пота. Она подняла глаза – прямо в окне, в разрыве между черными тучами на нее смотрело ущербное лицо лимонной луны. Что-то стукнуло по стеклу, еще и еще…

– Дождь! – тихо прошептали губы.

Капли потекли по стеклу – казалось, луна залилась слезами и даже скривила рот.

Никола уехал на три дня в Милан по работе, и Лола чувствовала себя одинокой в пустой, вдруг ставшей враждебной вилле, окруженной большим садом.

Она повертела в руках мобильник.

– Кто бы это мог быть? И в каких случаях номер не определяется? Кажется, это можно сделать с помощью специального приложения… Но зачем?

Лола дошлепала босиком до стола, где стояла бутылка воды, налила в тонкий стакан, сделала глоток. Минералка ополоснула высохший от страха рот и успокоила.

– Ну что это я в самом деле?.. Подумаешь, какой-то звонок.

Она вернулась в постель и закрыла глаза. Слух еще улавливал непонятные шорохи, но сон наваливался волнами и наконец захватил ее полностью.

Лола проснулась поздно. Солнце робко сочилось сквозь колыхающие от ветерка занавески. Сладко потянулась и не спешила вылезать из-под одеяла – сегодня выходной и можно поваляться!

Протянула руку за мобильником, набрала номер Даны.

– Привет! Как там у нас, ничего нового не слышно?

– Не-е-ет, – протянула та, позевывая.

– Плохо. Сколько можно загорать и пережевывать старые случаи.

– Не преувеличивай. Все находятся в одинаковом положении.

– А мне сегодня ночью позвонили, а номер не определился. Как это может быть?

– Насколько я знаю, это можно через оператора сделать, заказав такую услугу.

– То есть это еще и оплатить надо?

– Да, конечно. Или специальное приложение поставить, там, кажется, первые звонки бесплатно. Но я точно не знаю.

Было слышно, как Дана орудует на кухне.

Кофе готовит – догадалась Лола и даже сглотнула, так ей захотелось обжигающего эспрессо.

– А Николы что, дома, что ли, нет, что голос у тебя такой озабоченный от этого звонка ночного.

– Нет Николы, на международную конференцию в Милан уехал, будет делиться опытом по отлову террористов.

– Сейчас все конференции по Zoom проводят, почему он лично туда поперся? – как показалось Лоле, с подозрением заявила Дана.

– Не могут они на удаленке работать, тем более с домашнего компа, там свои дела суперсекретные.

– Понятно. Представляю этих героев в намордниках и за километр друг от друга!

– А что делать? У тебя же у самой дядя из Бергамо умер от ковида, или я что-то напутала?

– Да нет, Лол, не напутала, – уже печально проговорила Дана. – Просто Николу твоего в этом обмундировании не могу вообразить.

– Ладно, если что – на связи.

– Чао.

Лола, русская по происхождению, приехавшая в Италию с мамой еще во времена перестройки, окончила престижный университет в Риме и сумела завоевать свое место под итальянским солнцем, став популярной телеведущей на канале «Медиа-Сет». Она со своей «группой захвата», как на летучках называл их команду директор, занимались журналистским расследованием необычных преступлений.

Помощники и друзья Лолы: боевая и настырная Дана, с коротким ежиком жестких волос на голове, отчего вся она казалась ощетинившейся, и несколько боязливый, долговязый, вечно голодный оператор Стефано.

Вот уже четвертый месяц Лола переживала застойную ситуацию, сложившуюся по вине коронавируса. Несмотря на то что страна вступила в так называемую вторую фазу, открылись все магазины, многие предприятия и рестораны, на телевидении царило паническое недоумение. Передачи выходили без обычной зрительской аудитории, с редкими репортажами, гости подключались к эфиру из дома и, как правило, с низким качеством видеоряда, а количество тем снизилось до минимума, и почти все они касались «короны».

В одночасье страна наполнилась «экспертами» в области биологии, химии, вирусологии! Все хотели высказать свое единственно верное мнение, причем безапелляционность взглядов поражала. Раздавались истеричные голоса о мировом заговоре и чипировании, которые тоже находили своих поклонников.

Лола старалась держаться и по возможности трезво оценивать ситуацию, в чем ей здорово помогал Никола.

Даже во время самого строгого карантина она часто была вынуждена ездить на студию, а Никола – в офис, так что изоляция, как таковая, их почти не коснулась.

Лола продолжала выходить в эфир один раз в неделю, заканчивая начатые расследования. Многие дела уже были переданы в суд, который тоже, в свою очередь, отложил их рассмотрение из-за вируса, и таким образом программа, которая и так страдала нехваткой сюжетов, скатилась, как самокритично считала Лола, в бессодержательную болтливость и совсем потеряла прежние рейтинги.

Рассуждая про себя о былых высотах, которые брала ее передача, и похвалах директора канала, к которым она обычно относилась скептически, Лола надела длинную яркую майку, которая служила ей вместо халата, и пошла в ванную комнату.

Закончив с утренним туалетом, она направилась прямиком на кухню, включив по дороге телевизор.

В центре экрана показался знакомый ведущий политических программ, который, впрочем, как и большинство, взял на вооружение тему ковида, задняя часть была разделена на два квадрата-кадра, в каждом из которых виднелось по одной голове гостей, сидящих, по-видимому, дома. Качество изображения было так себе, и Лола порадовалась, что не только им приходится так работать.

Насыпая кофе, она прислушивалась.

Одна из голов рассказывала о летучих мышах, которые, приготовленные определенным образом, являются одним из лакомств китайской кухни.

Вторая голова с возмущением разевала рот на экране, пока ей не включили микрофон, после чего она тут же завопила:

– Они едят их живыми! Если вы не в курсе таких элементарных вещей, то с вами не о чем говорить!

Не выдержав этой забавы, Лола переключила канал.

– Полиция склоняется к версии об убийстве-самоубийстве, – убежденно говорил молодой подтянутый мужчина в легкой бежевой куртке, которая нелепо надувалась от ветра и портила серьезность ситуации, вызывая невольную улыбку.

Вдали виднелись полицейские, суетившиеся на фоне серой цементной стены, и припаркованная машина, огороженная желтой лентой. Передняя часть автомобиля была полностью завешена белой тканью, которая тоже дергалась от очередного порыва.

– Та-ак, – протянула Лола, застыв с чашечкой кофе.

Журналистский нюх начал подавать сигналы, но Лола раздумывала:

«Самоубийство – это не наше… а самоубийство-убийство – это что значит? Видимо, человек убил другого и затем сам покончил с жизнью…»

Новостная программа перешла к экономическому положению в стране, и Лола, сделав наконец глоток обжигающего напитка, решила последовать своей интуиции и схватилась за мобильник, чтобы набрать Дане, как телефон затрезвонил у нее в руке.

– Да! – не глядя на экран, проговорила Лола.

– Ciao, amore! – прозвучал веселый голос Николы.

– Чао! – отозвалась та.

Чтобы не терять время, она не стала рассказывать о ночном звонке с неопределившегося номера и, поворковав с Николой, тут же нажала контакт «Дана».

– Видела про убийство-самоубийство? – без приветствия начала Лола.

– Ага! – что-то прожевывая, ответила помощница.

– Что думаешь, может, займемся? Ничего же нет на горизонте…

– Не соответствует тематике ни одной из наших программ, – уверенно заявила подруга.

Уверенный тон сразу начал раздражать Лолу:

– А что ты предлагаешь? Продолжать сидеть на попе ровно?

– А ты видела весь репортаж? Там даже других версий никто не высказывает!

– Нет, весь не видела, но ты же можешь уточнить у своих знакомых? Есть они у тебя в том отделении?

– Надо проверить, к какому участку это место, где все произошло, относится, – с ленцой, как показалось Лоле, проговорила Дана.

– Вот и проверь! – не выдержала Лола. – И перезвони!

Распустились все с этим коронавирусом, расслабились! Забыли, что такое вести репортажи по горячим следам! Конечно, сейчас, кроме статистики по заболевшим, умершим и выздоровевшим, никого ничего не интересует…

Лола «погуляла» по каналам, но так ничего и не нашла про этот случай самоубийства.

«Или не сочли интересным это дело наши коллеги-журналисты, или пока не успели разнюхать», – подумала Лола, допивая кофе.

Не успела она выйти на залитое солнцем патио, как зазвонил мобильник.

– Значит, так, – голос Даны потерял всякую леность и звенел громко и решительно, – оружие на месте преступления не найдено, так что самоубийство отменяется!

– Двойное убийство! – ахнула Лола.

– Да, убиты два молодых человека: Тереза двадцати восьми лет и ее жених Трифоне двадцати шести.

– То, что я успела увидеть в репортаже, – это машина у какой-то цементной стены. Где это произошло?

– Пригород Вероны. Самый конец Коммерческой улицы, – выдала Дана.

– Рядом с Лаго де Гарда, недалеко от маминого дома, – задумчиво произнесла Лола.

– А у тебя мама пока так и не смогла вернуться из России? Вроде сейчас уже можно, – осведомилась Дана.

– Кажется, разрешено, но она и в Москве не очень скучает, но в конце месяца должна приехать. Что-то еще известно по убийству?

– Расстрел, по-другому даже не могу назвать, произошел в тринадцать тридцать дня, на стоянке Дворца спорта. Два выстрела в Трифоне и два выстрела в Терезу, – на одном дыхании выпалила Дана. – Если честно, я в шоке, напоминает дикий вестерн, ты как считаешь?

– Да уж… А может, это что-нибудь с терроризмом связанное, похоже, что сработал профи.

Полвторого днем! Что там, на парковке, никого народу не было?

– Представь себе, нет.

– Придется ехать, – неуверенно произнесла Лола.

Лола, которую совсем недавно раздражала Данина праздность, вдруг поняла, что не очень-то хочет ехать на север Италии, не попрощавшись с Николой, который раньше завтрашнего вечера домой не заявится.

– А почему так робко, ты же сама копытом била и возмущалась, что все по домам загорают?! – взбунтовалась Дана. – И выезжать надо сегодня, и побыстрее, чтобы до темноты приехать.

Лоле не нравилось, что помощница принялась командовать, но в душе она понимала, что та права.

– Звони, договаривайся со Стефано! Выезжаем через два часа! Жить будем на маминой вилетте, это полчаса до Вероны, – забрала инициативу в свои руки Лола.

Все трое собрались очень быстро, хотя в регион Ломбардия, где вирус свирепствовал больше, чем где бы то ни было, ехать хотелось не очень.

Их маленькая группа представляла собой слаженную команду, у каждого из которых была своя четко выверенная роль в работе.

Дана включала свои связи в полиции и старалась, чтобы они самыми первыми получали все последние новости по расследованию, а при необходимости могла успешно провести эфир с места событий.

Стефано, отличный оператор, не стеснялся быть «на посылках», когда этого требовала работа, а Лола, обладавшая исключительным журналистским чутьем, помимо координации общих действий, являлась автором и бессменной ведущей популярных программ «Их кто-то видел?» и «Четвертая кассация».

До Сояно дель-Лаго оставалось более ста километров, а солнце уже опустилось за ближайшие холмы и блестящей короной обрамляло макушки деревьев, растущих в предгорье.

Машина Лолы заехала в длиннющий полутемный туннель.

Обсудив во время четырехчасовой поездки убийство Терезы и Трифона и не вспомнив ничего подобного из своей практики, Лола, Дана и Стефано замолкли.

Подземная галерея, разрезавшая гору, казалась бесконечной.

Арка въезда уже давно скрылась из вида, а просвет впереди так и не появлялся.

Лола всегда неуютно чувствовала себя в таких длинных туннелях, несмотря на то что они сильно сокращали дорогу.

– Мне наша поездка напоминает момент жизни, когда я в университете училась и квартиру в Риме снимала с другими студентками, – задумчиво проговорила Дана, вглядываясь в даль, ожидая, когда покажется наконец долгожданное светлое пятно.

– Поверь мне, так лучше будет. Там точно нет никакого вируса, просто потому, что вилетта закрыта уже как три месяца, да и гостиницу в последний момент где-то искать мне не очень хотелось, – проговорила Лола, нажимая на газ.

– Ты мне отдельную комнату выделишь, я надеюсь? – недовольным голосом произнес Стефано, как будто уже знал наперед, что его ждут неудобства и придется ютиться всем вместе.

– Выделю, успокойся, – пообещала Лола.

Наконец они выехали на открытую местность из гнетущего туннеля.

Лола заметила, что все вздохнули с облегчением.

Сквозь листву придорожных деревьев, слепя и заставляя моргать, прорвались лучи заходящего солнца.

– Ноги бы уже размять, спину потянуть, да и есть хочется, – пробубнил Стефано.

– Ну, началось! – усмехнулась Дана.

– Еще час придется потерпеть, – миролюбиво сказала Лола. – У меня с собой всякая еда в сумке-холодильнике, так что даже в магазин заезжать не нужно.

– А что там у тебя? – тут же заинтересовался оператор.

– Ну что, я перечислять должна все продукты, которые с собой взяла?

– Да, а что здесь такого? – Увидев недовольное выражение лица Лолы, он притих на минуту, но все же не выдержал: – А много продуктов?

– Надеюсь, голодным не останешься.

Стефано с сомнением хмыкнул в ответ.

Когда они прибыли на место, сумерки полностью захватили невысокие холмы с разбросанными по ним виллами, обсаженными кипарисами.

Серебристое озеро проблескивало вдали, с выходящим вперед тонким выступом, на котором проглядывался темный контур старинного замка.

Таунхаусы один за другим тянулись неровной линией, в центре общего сада тихо колыхалась голубая гладь подсвеченного бассейна.

– Красиво! – восхитился Стефано, остановившись с двумя сумками на дорожке, ведущей ко входу вилетты. – Жаль только, что озеро далековато и всего не видно.

– Когда мама дом покупала, в объявлении было написано Vista lago – вид на озеро.

– Ну, с большой натяжкой можно и так сказать. – К ним подошла Дана со своей поклажей.

Лола открыла дверь, нажала рубильник.

Мягкий свет озарил просторную гостиную, совмещенную с кухней.

– Пока прямо здесь, у входа, вещи оставьте, поужинаем, а потом я всех на ночлег распределю, – проговорила Лола, поворачивая вентиль для включения воды.

– Да уж давно пора, – проворчал Стефано.

– А теперь всем мыть руки! – провозгласила она.

– Скоро руки превратятся в заскорузлые клешни после постоянных омовений! – проворчала Дана.

– А что делать? – обронил оператор.

Все направились в ванную комнату.

Вскоре каждый занялся делом: Дана вынимала из сумки-холодильника упаковки с едой, Стефано вытащил и установил на улице стол и стулья, а Лола уже бросила в скворчащее оливковое масло два зубчика чеснока и открыла банку очищенных маленьких помидорчиков.

– Ну что тут у вас? – потянул носом подошедший Стефано. – Я так понимаю, что пожелания трудящихся учтены и мы не обойдемся одними холодными закусками!

– Не обойдетесь, – буркнула Лола, которая не очень любила готовить, – чем здесь мешаться, лучше скатертью стол накрой. Вон там возьми. – Она указала на длинный комод, уставленный изделиями из муранского стекла.

Но от Стефано не так-то легко было отделаться.

– А что за соус? – поинтересовался он. – Пока вижу только помидоры.

– Господи, уйдешь ты наконец или нет? – Она недовольно покосилась на оператора и вывалила на сковороду консервированного тунца.

– А-а! С тунцом, значит. А каперсы у твоей мамаши нигде не завалялись? Уж больно вкусно, когда еще и с каперсами!

– На, тарелки неси, на стол поставь, – попыталась отвлечь его Дана.

Несмотря на прохладу, они сели в саду перед бассейном. Уж больно приятно было вдохнуть чистого вечернего воздуха после римского смога.

Лола поставила перед Стефано тарелку с внушительной горкой дымящихся спагетти.

– Молодец, и каперсы нашла! – Он ловко накрутил пасту на вилку, где виднелись темно-зеленые точки каперсов. – А пармезан потереть?

– Ну кто же в рыбный соус сыр трет? – возмутилась Дана.

– Я! – с достоинством произнес Стефано.

– Никола тоже пармезан везде сыплет, так что я не удивлена, – сказала Лола, подавая Стефано кусок сыра и терку. – Не нашла у мамы машинку для разрыхления.

– Ничего страшного! – Оператор усердно заскреб крупным куском по терке, щедро посыпая спагетти.

Дана поедала салат и задумчиво потягивала белое вино.

– Завтра в восемь надо выезжать! – нарушила тишину Лола и положила себе кусок тонко нарезанной мортаделлы.

– Надо, значит, надо! – тут же согласился Стефано, поглядывая на тарелку с кругляшами моцареллы.

– Дан, ты посмотри перед сном, может, какие новости появятся по этому делу, – напомнила Лола.

– Конечно, – отозвалась та, все еще пребывая в меланхоличном настроении. – Да уж, а то двоих людей застрелили белым днем, и никаких тебе свидетелей. Мало того, непонятно, кто трупы обнаружил.

– Как непонятно?! – с полным ртом произнес Стефано удивленно.

– А вот так! Пока не добилась ответа на этот вопрос, да и наши коллеги его как будто стороной обходят.

– А может быть такое, что это настолько засекреченная информация, что тебе просто не могут ничего передать? – засомневалась Лола.

– А черт его знает?! Знакомые то они знакомые, но работой рисковать никто не будет, – отозвалась Дана.

– Помнишь, как твоему Николе удалось в свое время все держать в тайне? Может, и здесь такой же шеф помешанный, – заявил оператор, очищая блюда с закуской.

– Это почему же помешанный?! – обиделась за Николу Лола.

– Я хотел сказать – помешанный на работе, – пояснил Стефано, ничуть не смущаясь.

На другой день ровно в восемь все сидели в машине. На шее у каждого, зацепленные за уши, болтались маски. Настроение было боевое.

Во время завтрака Дана подбросила новостей – Трифоне только окончил полицейскую академию, отделение экономики и финансирования, и после стажировки должен был войти в подразделение, занимающееся экономическими преступлениями. Тереза работала в страховой фирме. Жить вместе стали относительно недавно, а встречались до этого около двух лет.

Совершенно непонятно, где они смогли заработать таких врагов, хотя учеба в полицейской академии подразумевала знакомство с другими полицейскими, у которых наверняка было разрешение на ношение оружия. С другой стороны, сам район Брешия – Верона славился своим количеством охотников и оружейных заводов, среди которых был всемирно известный «Беретта».

– Почему-то меня эти «намордники» расслабляют, не настраивают на серьезный лад, – хмыкнув, заявил Стефано. – Чем-то маскарад напоминает. А вас?

– Мы в самой опасной зоне находимся. До сих пор восемьдесят пять процентов всех заболевших отсюда. Так что придется тебе напрячься и настроиться на работу, – отчеканила Лола, соскучившаяся по выездам на настоящее дело.

Живописная дорога кружилась между виноградниками, аккуратными ухоженными деревеньками, переходила в аллеи из кряжистых пробковых деревьев. На самых макушках холмов один за другим открывались полуразрушенные средневековые за́мки.

Лола усердно накручивала виражи, Дана тряслась рядом, а Стефано мотался сзади из стороны в сторону.

– Сколько же здесь за́мков? – Оператор схватился за ручку на очередном повороте. – Это уже третий, кажется, проезжаем. – Он вгляделся в зубчатую стену и возвышающуюся над ней тяжелую башню.

– Четвертый, – с гордостью уточнила Лола, – это если не считать того, что прямо от дома виден.

– Надо будет сходить посмотреть хоть один поближе, – заинтересованно произнесла Дана, удерживаясь на уклоне.

– Если время найдем для этого. Жаль, что сейчас, в связи с ковидом, все мероприятия отменились. Обычно здесь всякие концерты или местные праздники в замках проводят.

Они выехали на автостраду.

Мобильник Даны отчаянно пискнул.

– Ну что там? – бросила Лола, уверенная, что это известие по делу.

– Сейчас посмотрим. – Дана уставилась на экран телефона. – Звонок в полицию поступил от главного тренера Дворца спорта Армандо, но информацию о том, что на улице в машине убиты два человека, ему передал один из клиентов, которому, в свою очередь, сообщила об этом посторонняя девушка, прибежавшая во дворец.

– Длинная какая цепочка… – задумчиво произнесла Лола, глядя на дорогу.

– А если эта синьорина только услышала от кого-то про убитых, а вовсе не сама трупы обнаружила? – высказал предположение Стефано.

– У девушки до сих пор не удалось взять показания. Но остальные подтверждают, что было совершенно понятно, что она самолично сделала это жуткое открытие, – отозвалась Дана.

– А почему с нее показания не сняли? – уточнила Лола.

– Она тут же ушла, не дожидаясь стражей порядка, – пояснила Дана, – что странно, конечно.

– А звонок в полицию был только один, как я понимаю, от тренера. А все остальные задействованные в цепочке даже не удосужились сообщить на пульт! – возмутилась Лола.

– Это меня как раз не удивляет, так как все произошло очень быстро. Ну а для нормального человека увидеть два трупа, залитые кровью, солнечным днем – это шок, который может и в столбняк ввести, – не согласилась Дана.

– А не проще ли сразу вызвать полицию по мобильнику, чем бежать во Дворец спорта? – усомнилась Лола.

– Если учесть замечание Даны о шоковом состоянии, то она могла просто рвануть туда, где наверняка должны быть люди, – заметил Стефано.

– Бывает, что кровищи полно, а человек еще жив и счет идет на секунды. Так что это еще от совести зависит, – изрекла Дана.

– Тоже верно, – с легкостью согласилась Лола. – Если только она сама их не убила.

– Вот! Ты рассуждаешь совсем как наша полиция, для которой человек, сообщивший о происшествии, становится главным подозреваемым! – возмутилась помощница.

– Поэтому никто и не хочет связываться! – поддакнул оператор.

– Посмотрим. Надеюсь, что эту свидетельницу найдут, – заявила Лола, выезжая с автострады.

– Или сама придет, – добавила Дана.

– Она не может не знать, что в таких случаях она была обязана хотя бы оставить свои координаты, иначе последствия могут быть достаточно тяжелые. – Стефано достал начатый пакетик с орешками, но, покосившись на начальницу, со вздохом убрал его обратно в карман.

– Если только она сама…

– Да что ты к ней привязалась, Лол? Испугалась девчонка, вот и все! Ясно же, что здесь действовал хладнокровный профи, а не какая-то там синьорина! – уверенно заявил Стефано.

– Вот не нравится мне, что она пропала, и все! Ведь уже больше суток прошло, должна была очухаться от испуга и в полицию прийти, – произнесла Лола, сворачивая на боковую дорогу.

– А вдруг ее тоже пришили где-нибудь! – выпалил оператор.

– Вот черт! – Лола невольно нажала на тормоза, машина сзади истошно засигналила.

– Давайте спокойно до места доедем и там попытаемся разобраться, – предложила Дана.

На выезде с автострады перед турникетами Лола замедлила скорость, устройство считало код, раздался пикающий звук, шлагбаум быстро открылся.

– Телепасс[1] взяла наконец на студии? – догадался Стефано.

– Ага. Надоело с чеками возиться и деньги в бухгалтерию возвращать за дорогу, – подтвердила Лола.

– Давно пора. И в очереди на оплату не надо стоять, – добавила Дана, бросая взгляд на вереницу машин, застрявших у турникета, где девушка никак не могла засунуть купюру в узкую щель автомата.