Дневники. Жизнь во внутренней эмиграции

Ну, может быть, подберусь завтра к куче дров под снегом, может, найду там что-то подходящее, я давно собиралась эти дрова распилить, но никто не соглашался – они все в гвоздях.

Думаю, что на почту я завтра не пойду, надо искать, чем топить. Вообще ни о чём не могу думать, пока эта проблема – основная – не решена.

Сегодня я проходила долго и начала топить уже где-то в час дня, сейчас шестой час вечера, температура еле-еле доползает к 25-и. За ночь, если мороз (а морозы не прекращаются вот уже полтора месяца), опускается совсем низко, сегодня было что-то 15, да пока я ходила… Надо начинать топить сразу, как просыпаешься, иначе полдня проводишь в холоде, а это очень неприятные ощущения… Не знаю, как будут гореть брёвна ничейного сарая – должны, по идее, хорошо, они наверняка сухие. Но то, что сейчас – дерьмо, и брёвна моего забора – тоже ничего хорошего, возможно, потому, что не нарублены – полагается, чтобы дрова для печки были всё-таки достаточно мелкими, чем меньше, тем лучше.

8 февраля. 20 часов.

С большим трудом раскопала эту кучу (на ней лежит огромный слой тяжёлого спрессованного снега), но толку мало: всё гнилое и совсем мокрое. Так что топила сегодня чем попало: выломала доски из перегородки между комнатой и кухней. Когда вопрос жизни и смерти – на всё плевать. Но вроде натопила. Надеюсь, завтра Валик не подведёт, а то нам с Мусей кранты! Сбегать в Вокшино-то не проблема, но там одни пьяные уроды – звать-то совершенно некого… А раньше они сюда бежали бегом и спрашивали – не надо ли чего, в надежде заработать и напиться. А теперь все повымерли, сволочи ненормальные. И что это за страна такая???!!!

Плита опять провалилась, зараза, но это легко поправимо – завтра налажу. Надо осторожненько, а я сую туда доски, брёвна…

Да – ни о чём другом не могу писать. Роман-опупея, как говаривала незабвенная Анна Борисовна. Надо успокоиться. Но успокоюсь я только после того, как буду с дровами – когда у меня будет ими всё набито под завязку.

Надо дописать мою шестую повесть, придумать какую-нибудь концовочку и как-то её назвать. Как бы к Инету прорваться? В Сандове вроде есть, но жутко дорогой. Надо вбить три вещи (эту повесть и два рассказа, вернее, «Крейцерова» – это скорее миниатюра). А то 28 февраля у меня опять кончается Office Word – и что опять будет, не представляю. Надо у кого-нибудь у ребят поспрашивать – у Серёжки того же, который в Сандове мобильниками торгует, может, у него есть компьютер и можно оттуда перемахнуть. Или у тёток из БТИ.

Не жизнь, а сплошная борьба. Тоже чисто русское явление. Вот поэтому нам и скучно в обывательских европах и америках, там такого близко нет, там даже бездомные облагодетельствованы государством: всякие вэлферы (пособия) и шелтеры (дома, где можно жить, если нет своего угла).

9 февраля. Четвёртый час дня.

В 9 утра пришёл мой спаситель Валик и быстренько напилил и нарубил дров, которые я таскала вот по сию пору. Не знаю, насколько мне их хватит – дня на 3—4? Но он уже начал разбирать сарай. Завтра хочу поехать в Сандово – возможно, что поеду с Валиком, это всё-таки на час позже, чем автобус. Послезавтра надо идти в Вокшино за деньгами. Так что из сарая я начну возить только в пятницу – это ох, далеко!!! Ну как-нибудь, потихоньку, не торопясь, меня никто никуда не гонит!

Сандовские придурки опять вырубили свет, пишу в полумраке (день мрачный, и ещё у меня окна все в саже), у них вторник и пятница – дежурные дни для отключения энергии. Сволочи.

Сегодня «утоплюсь» до поросячьего визга. Да к тому же, надо бы и ночью топить, чтобы приехать не в полный холодрыжник. Эх, благодать!!! Надо мне в следующей жизни родиться где-нибудь в южных странах – никто так не любит жару, как я. И вообще я дико жизнелюбивая тётка, ценю в ней даже крупицы хорошего, любую мелочь, приносящую удовольствие. Даже какой-нибудь полный пустяк вроде чистки зубов (могу почистить три раза в день – почему-то стало доставлять чуть ли не наслаждение!). Другая на моём месте давно бы ска****илась от жизни такой.

10 февраля. Шестой час утра.

Проснулась в полпятого, решила ехать на автобусе – раз я всё равно уже встала. А то Валик сказал, что, если его брат напьётся (а его надо везти в больницу), то он, естественно, не поедет. А за то, что напьётся – 90%, им тут напиться как два пальца обоссать, по-моему, это их основное занятие в этой жизни и предназначение. И идти по морозу неохота, и волков боюсь, в это время непроглядная темнота, а я днём-то хожу в Вокшино и дрожу как заячий хвост – дремучий лес кругом, и одно время волков и лисиц (и даже не спящих зимой медведей) здесь было чёрт-те сколько, заходили даже в деревни. Ладно уж, надо познакомиться, что тут за автобус (теперь очень удобно – каждый день, кроме выходных, потому что возит детишечек в школу, а раньше был только раз в неделю).

Топила вчера целый день и ночью (часов в 12 засунула последнее бревно спросонья), но что-то страшной жары не наблюдается, дошло только до 30 градусов, а сейчас вообще всего 26. Наверняка стоит хороший мороз, а у меня тут выдувает всё в момент – сплошные дыры. Ну ничего! Натаскаю послезавтра из сарая – буду топиться целыми днями. Ещё надо продуктов натаскать (хорошо бы сала и картошки от Валентины Яковлевны!), книг из библиотеки – и райская жизнь как минимум на месяц мне обеспечена. Впрочем, Валик сказал, что он вчера заготовил дней на 10 всего – он недолго там возился. Вот жаль, что он не может посвятить этому сараю дня два и развалить его весь. Я бы тогда уже не беспокоилась, а помаленьку возила бы оттуда и складывала в коридоре и на террасе – они б за лето и осень высохли, а следующей зимой – никаких тебе треволнений, а то я живу из-за этих дров как на вулкане. А видимо, в ноябре или даже в октябре приехать-то придётся – деваться-то некуда… Но в конце октября заезжать сюда будет намного легче, чем в этот раз под Новый Год (эти бронницкие сволочи поступили абсолютно в своём духе – преподнесли мне редкий новогодний сюрприз. Сволочи невероятные, я никогда с такими не сталкивалась, американские граждане русского происхождения, поступавшие со мной плохо, отдыхают!).

Вот что неприятно – это то, что приеду я часа в 4 в холодный дом, он уже совсем выстынет.

7 часов вечера.

Приехала час назад – 15 градусов, не так уж сильно выстыло, могло быть гораздо хуже (иногда по утрам бывает и до 10!), но натопится теперь дай Бог только к утру и вообще эти огромные дровищи с трудом, еле-еле растапливаются, никак не могла поджечь, и больше нет ни бумаги, ни книг.

Но съездила я в целом удачно. Во-первых, узнала, что с 9 августа я как штык имею право на 4300 р. (вот бы их уже сейчас!). Во-вторых, социальная защита согласилась предоставить мне материальную помощь, надо только срочно раздобыть справку из Топорова о семейном положении (что я одна), а там такие дуры и сволочи сидят! И технически это сложно, нанимать машину – это 200 р., пешком сейчас не пойдёшь, не лето красное. И только когда передам эту справку и трудовую книжку, только тогда мне что-то закапает.

Натратила кучу денег, осталось 500 р., ну, с учётом того, что Люсечка прислала 1500 – у меня 2000 р., мне хватит продержаться. Она ещё продуктовую посылку послала, только неизвестно, когда дойдёт. Это ж сколько она потратила и в каком я перед ней долгу?!! Надеюсь, что случай представится ей отплатить тем же, а книгу, которая всё равно когда-нибудь выйдет, ей посвящу обязательно!

Я сумасшедшая, купила на 500 р. семян петрушки и укропа. Но они к весне сильно подорожают. А зеленью тоже оттянулась – разыскала только в одном магазине, но там у них мало было, всего на 170 р., зато в один присест села и сожрала 300 граммов укропа (предварительно помыв в каком-то туалете).

Послала всем sms-ки, Женя не ответила, Ольге Орловой написала, что приеду в апреле. Всё равно мы это сделаем – отнимем деньги у Людки с Димкой – мерзавцев!!! Только это надо всё как следует обдумать.

Завтра весь день буду таскать дрова, а может, плюну на всё и отдохну – буду валяться в кровати весь день и обмозговывать ситуацию. На почту и вообще в Вокшино пойду только послезавтра, оказывается, завтра она не работает.

Ольга Орлова пишет, что Витька согласился – молодец мужик! В апреле я к ним поеду, всё обговорим, и я просто уверена, что всё получится!

11 февраля. 19 часов.

Сегодня страшная метель и мороз. Я топила всю ночь, периодически засыпая намертво, но дрова до того сырые, что, когда я проснулась утром, было всего 20 градусов – ничерта не натопилось, хоть печка функционировала всю ночь.

Потом я попёрлась на свой лесоповал. Пришлось пробивать дорогу, проваливаясь выше колена. Но в результате я её гениально утоптала, потому что сходила аж 7 раз (и теперь лежу трупом, мне совсем плохо). Но эти дрова – отличные! Они совсем сухие и тоненькие брёвнышки (он пилил потолок) – в результате сейчас уже жара, какой у нас с Мусей ещё никогда не было за все полтора месяца, ползёт к 40-ка.

Всё-таки я ему предложу испилить весь сарай, потому что сейчас там напиленных дров даже не на 10, а дай Бог на 5 дней, и найму Райку или какого-нить алкаша таскать – я не могу так зверски ухайдакиваться, лучше заплачу, тем более, что стоимость рабочей силы здесь маленькая (вопрос в том, что её, этой «силы», уже нет: все поспились и вымерли).

Маша принесла деньги, но я всё равно завтра пойду в Вокшино.

Слушаю Моцарта и думаю о Ляле. Я всегда с ней, никогда не перестану по ней тосковать. Она вот отмучилась (сегодня два года), а я продолжаю мучиться. Но думаю всё-таки, что это не будет так уж долго, смерть и меня найдёт скоро.

Травку уже доедаю (хотя пучки были довольно солидные). Как я теперь понимаю наркоманов и алкоголиков! Это выше тебя – организм жаждет, и всё тут! Каждой своей клеточкой. Никогда со мной такого не было – я всегда была равнодушна ко всему съестному. От кофе настолько отвыкла, что сегодня даже удовольствия не испытала.