Хроники Идуна. Книга 1. Сопротивление

I

Джек

Был один из тех ничем не примечательных вечеров, какие случаются только в конце мая. По проселочной дороге, вдоль которой росли высокие ели, на велосипеде ехал мальчик лет тринадцати.

Его звали Джек. Вот уже несколько лет он жил со своими родителями в доме, стоящем на краю леса, в окрестностях небольшого датского городка Силькеборг. Каждый день после уроков, если у него оставалось время, он ездил на своем велосипеде, всегда одной и той же дорогой. Ему нравились прогулки на природе: они помогали ему расслабиться и ни о чем не думать.

Только в этот раз все было иначе.

Целый день его терзало неприятное ощущение, словно дома с его родителями что-то случилось. Мальчик не мог объяснить, что именно, но в полдень все-таки позвонил маме и спросил, все ли у них в порядке. А вскоре, выходя из школы, Джек почувствовал, как на него нахлынула новая волна тревоги, мучившей с самого утра. Без видимой на то причины ему казалось, будто мама и папа в опасности. Мальчик не находил этим глупостям объяснения, и, тем не менее, ему никак не удавалось избавиться от нехорошего предчувствия. Ему нужно поскорее вернуться домой и лично убедиться, что ничего страшного не произошло.

Наконец Джек добрался до дома. Его сердце разрывалось от напряжения. Мальчик бросил велосипед рядом с гаражом, даже не подумав завести его внутрь, и побежал к двери.

Вдруг он остановился. Сердце бешено стучало.

Его пес по кличке Джокер сегодня почему-то не выскочил навстречу хозяину, да и с заднего двора не доносилось собачьего лая. «Должно быть, он убежал в лес», – подумал Джек, сам себя успокаивая.

Но успокоиться не получилось. Он снова помчался к дому – дверь была приоткрыта. Джек вошел.

И замер.

На первый взгляд все было в порядке: в гостиной горел свет, тихо работал телевизор.

Но в воздухе веяло несчастьем.

Дрожа от волнения, он вошел в гостиную. Лицом к экрану, спиной к двери, откинув голову на спинку дивана, сидел отец.

– Папа…

Ответа не последовало. По телевизору шла глупая пародийная передача, и Джек в отчаянии ухватился за показавшуюся ему логичной мысль: папа от скуки просто уснул.

Он обошел диван и, с секунду поколебавшись, заглянул ему в лицо.

Отец сидел неподвижно, бледный, с широко раскрытыми глазами, устремленными в никуда. На его теле не было ни крови, ни других признаков насилия.

Но Джек знал: папа мертв.

Мальчика парализовало: его словно обухом по голове ударили. На мгновение время для Джека остановилось, а вместе с ним – и его сердце. Но в следующую секунду мир вокруг содрогнулся и закружился с огромной скоростью. Он бросился к отцу и несколько раз встряхнул его в надежде, что тот очнется. В глубине души мальчик понимал всю бессмысленность своих действий, но верить реальности не хотелось.

– Папа! Папа, пожалуйста, проснись…

Голос мальчика оборвался рыданием: ему было страшно. Вдруг он подумал, что еще есть время и можно позвонить в скорую, и тогда… Он понесся к телефону и схватил трубку.

Но гудков не было. Джек от злости и безысходности с силой отшвырнул аппарат. Вытерев рукавом свитера слезы, он развернулся и рванул по лестнице вверх.

– Мама! – закричал мальчик. – Мама, быстрее спускайся, возьми мобильный!

Споткнувшись о ступеньку, он упал и ударился коленками, но это его не остановило: мальчик поднялся и побежал дальше.

– Мама!..

Вдруг он лишился дара речи и остановился как вкопанный: в конце коридора кто-то стоял, и это была явно не мама. Они посмотрели друг на друга.

Джек увидел кареглазого мужчину с темными вьющимися волосами. На нем была мантия в пол. Тонкие черты лица незнакомца застыли в строгом и одновременно насмешливом выражении.

– Кто… Кто вы? – растерянно прошептал Джек. В глазах мальчика все еще стояли слезы.

Что-то привлекло его внимание. На паркетном полу возле ног мужчины в мантии неподвижно лежало тело. Джек узнал его. Его ноги подкосились; чтобы не упасть, он прислонился к стене.

Бледная, с открытыми глазами и повернутой в сторону мальчика головой, на полу лежала мама.

Джек почувствовал, как в жилах холодеет кровь. Нет, так не бывает, это неправда…

Но сомнений не оставалось: женщина смотрела на него пустым, безжизненным взглядом.

А в глазах ее застыла смерть.

– Ма-а-а-ама! – в ужасе закричал мальчик.

Он подбежал к телу, не обращая внимания на стоявшего рядом черноволосого мужчину…

Все случилось слишком быстро. Незнакомец прокричал несколько слов на непонятном Джеку языке (но показавшемся ему подозрительно знакомым), и что-то стукнуло мальчика в грудь так, что перехватило дух, и его отбросило назад.

Джек ударился о стену. Ошеломленный, он потряс головой. Дышать было тяжело. Мальчик никак не мог понять, что же отбросило его с такой силой: незнакомец в мантии находился довольно далеко для толчка.

Но он не стал над этим задумываться. Удар о стену вернул его к реальности.

Вдруг его осенило: вероятно, этот странный незнакомец и был виновен в смерти родителей. Хорошо знакомая Джеку темная сторона его личности обычно скрывалась в тени и просыпалась только в экстренных случаях. И вот сейчас она ревела от боли, гнева и жажды мщения.

Хотя он и понимал, что разумнее всего – развернуться, убежать подальше, спрятаться и сообщить в полицию…

К счастью для Джека, разум взял верх над гневом, и мальчик, одним прыжком вскочив на ноги, бросился к лестнице. Противник не ожидал такой быстрой реакции и что-то прокричал ему вслед, но Джек не остановился. Он бежал что было мочи и, снова споткнувшись из-за спешки, кубарем скатился вниз прямо в гостиную.

Джек уже почти поднялся, когда почувствовал за спиной ледяное дыхание и вздрогнул, не сумев справиться с чувством страха. Он медленно обернулся и…

Перед ним стоял стройный, хорошо сложенный юноша с синими глазами и тонкими чертами лица, на которое с обеих сторон аккуратно ложились пряди прямых светло-каштановых волос. Одетый во все черное, он выглядел на несколько лет старше. Незнакомец не сводил с Джека пытливого взгляда.

Мальчик был уверен, что видит его впервые, но по неизвестной причине сразу почувствовал к нему сильное отвращение: сам факт присутствия незнакомца вызывал в нем дрожь.

Подавив волнение, Джек посмотрел юноше прямо в глаза.

Толчок. И вдруг – странное ощущение, словно что-то проникло в самые потайные уголки его души и теперь исследовало каждую заветную мысль, каждое сокровенное чувство.

И еще кое-что.

Холод.

Взгляд юноши в черном одеянии околдовал Джека, его будто парализовало.

«Я искал тебя», – раздался в голове незнакомый голос.

Как запутавшаяся в паутине муха или пойманная змеей мышь знают, что впереди их ждет смерть, так и Джек понял тогда, что обречен.

Внезапно его схватили и с силой отбросили в сторону, подальше от юноши в черном. Джек упал на лежавший на полу ковер, но тут же поднял голову и обернулся: он хотел знать, что происходит и кто оторвал его от взгляда смерти.

Высокий, крепкий юноша лет двадцати с короткими светло-каштановыми волосами появился между Джеком и незнакомцем словно из ниоткуда. Его лицо выражало серьезность и строгость. Хотя он и был странно одет, что-то в нем вызывало чувство уважения. Юноша в черном, приняв спокойно-настороженную позу, смотрел на него невозмутимым взглядом. Потрясенный Джек увидел, как новоприбывший достал висевший на поясе меч и замахнулся. Его противник, похоже, принял вызов: вынув из заплечных ножен свой меч, он с нечеловеческой скоростью и ловкостью отразил удар врага. Обуреваемый страхом Джек наблюдал за двумя незнакомцами, сражавшимися на мечах в гостиной его собственного дома: они перевернули обеденный стол, сорвали шторы и, промахнувшись, задели телевизор, разбив его вдребезги. Мальчик лишь беспомощно смотрел на происходящее, не решаясь сдвинуться с места. Новоприбывший юноша двигался уверенно и спокойно, наносимые им удары были намного мощнее ударов молодого человека в черном. Зато последний отличался удивительной скоростью и ловкостью, он бил бесшумно и наверняка. Джек заметил, что всякий раз при соприкосновении лезвий двух мечей возникала яркая вспышка.

Нет, невозможно, так не бывает, это какой-то страшный сон. Хотелось кричать, но кто-то схватил его и закрыл ему рукой рот.

Голова шла кругом. Он попытался вырваться из крепких объятий, но не вышло. Обернувшись, Джек увидел державшего его юношу лет восемнадцати-девятнадцати, подтянутого, черноволосого, с большими глазами, приятными чертами лица и уверенными движениями. Он был сильнее и не выпускал Джека из рук. Взглянув на мальчика, юноша помотал головой, словно говоря ему: не стоит. Джек понял, что юноша на его стороне и хочет помочь, и в отчаянии схватил его за руки.

– Пожалуйста, – со слезами на глазах взмолился Джек. – Пожалуйста, помоги мне. Мои родители…

Юноша в ответ покачал головой и сказал что-то на незнакомом Джеку языке. Мальчик, обернувшись, хотел было указать на диван, где лежало тело, но тут же резко отвернулся, не решившись взглянуть на мертвого отца.

Те двое меж тем продолжали сражение на мечах. Державший Джека юноша, заметив, что мужчина в мантии – убийца родителей – стоит уже на верху лестницы, что-то прокричал своему напарнику. Тот кивнул и подался навстречу товарищу. Юноша в черном преследовал его. В тот момент, когда бежавший схватил своего друга за руку, просвистел меч.

Джек почувствовал боль от вцепившихся в предплечье пальцев. Последнее, что он увидел, прежде чем все перед ним начало расплываться, были синие, как лед, глаза…

Пораженный, Джек вскрикнул и широко раскрыл глаза. Прерывисто дыша, он приподнялся на кровати: сердце билось с бешеной скоростью.

«Это всего лишь кошмарный сон», – с раздражением подумал он.

Но его все еще трясло. Он до смерти ненавидел змей, а ему как раз приснилась одна, да такая огромная и ужасная… Она летала высоко, в необычном небе кроваво-красного цвета с шестью ослепительно-яркими светилами.

Джек попытался успокоиться. Он дрожал. Странное чувство тревоги ледяными когтями сжимало его сердце. «Всего лишь страшный сон», – сказал он себе, глубоко вздохнув. Но этот сон повторялся уже не впервые, и мальчик снова задумался: может, он видел подобную сцену в каком-нибудь научно-фантастическом фильме, который просто забыл?

Однажды ему приснился другой, намного более жуткий сон, связанный с родителями. Он плохо помнил, что именно с ними произошло, и был только рад своей забывчивости.

Проведя рукой по русым волосам и взъерошив их, он бросил взгляд вправо, ища глазами светящиеся цифры электронных часов.

И застыл.

Это была не его комната. Он лежал в чужой кровати, в чужой спальне, в чужом месте. Даже форма помещения отличалась от привычной: мальчика окружали стены без углов, и комната напоминала шар. Изнутри выглядело так, словно он находился в огромном иглу. Единственное в комнате окно тоже было круглым. За ним виднелась ясная, звездная ночь и темные кроны деревьев. Но этот пейзаж он видел впервые.

Сбитый с толку, Джек поморгал. Где он, черт возьми, находится? Что происходит?

Скинув на удивление мягкие покрывала, он вскочил на ноги. Попытки найти выключатель оказались тщетными, поэтому пришлось немного подождать, чтобы глаза привыкли к темноте и он смог осмотреться.

Мебели в спальне почти не было, за исключением стула и стола необычной формы, шкафа в том же стиле и небольшого не то комода, не то книжного шкафа. И еще он увидел две двери.

Одна из них, напоминавшая дверцу от гардероба, была приоткрыта. Дернув за ручку непривычного сине-зеленого цвета другой двери, он выскользнул из комнаты.

И оказался в коридоре без углов с куполообразным потолком, похожим на туннель, который плавно поворачивал направо. Электрические светильники с совершенно обычными лампочками освещали проход. Джек глубоко вдохнул: голова шла кругом.

Он осторожно пошел вперед, стараясь двигаться как можно тише, и вдруг… натолкнулся на кого-то. Сердце Джека заколотилось: перед ним стоял смуглый, стройный юноша. Он выглядел озабоченным. Его лицо казалось очень знакомым…

Конечно! В гостиной его дома, пока те двое сражались на мечах, юноша не выпускал мальчика из рук.

Джек вдрогнул. Он вспомнил все: дорогу домой, мужчину в мантии, сражение между его преследователем и спасателем, нечеловеческие глаза синего цвета, мертвых родителей…

Родителей. Мертвых.

Так это вовсе не сон, и все случившееся – правда.

Крик гнева и отчаяния душил его, и, не понимая, что творит, он в ярости набросился на юношу с кулаками. Удар Джека застал незнакомца врасплох, и оба повалились на пол. Противник что-то прокричал на неизвестном языке, но Джек не прислушался к голосу разума: он колотил его, пока чьи-то стальные руки не схватили мальчика с силой за запястья и спокойный, умиротворяющий голос не произнес какие-то слова, которые Джек, конечно же, не разобрал. Высвободиться из железной хватки не получилось. Мальчик почувствовал, как его тянут назад, чтобы остановить драку, но он, ослепленный гневом, сопротивлялся. Желая узнать, кто его держит, Джек обернулся: сзади стоял тот самый молодой человек, который сражался с синеглазым юношей в доме мальчика. Без сомнений, он был очень сильным, а его руки, казалось, отлиты из стали. Джек понял: крепкому юноше ничего не стоит удерживать его, но он продолжал вырываться и бился, как мог.

Наконец Джек выдохся и сдался.

Дрожа всем телом, он упал на пол и дал волю слезам.

Тогда смуглый юноша, которого только что пытались побить, наклонился к мальчику и произнес какие-то слова. Джек, разъяренный и одновременно опечаленный, отвернулся, но сквозь слезы заметил его пристальный, серьезный и озабоченный взгляд. Юноша сказал еще что-то на языке, похожем на французский, и на этот раз Джек поднял голову. Французского он не знал. Тогда собеседник нахмурился и попытался снова, на другом языке.

На этот раз Джек его понял.

– Э… Да, я говорю по-английски, – задумчиво ответил он на том же языке и сглотнул, чтобы смочить пересохшее горло. Собственные слова прозвучали для него странно. Мальчик повернул голову к руке, все еще державшей его за запястья, и вытер об нее слезы: своими собственными руками он пока двигать не мог.

Другой юноша задумчиво посмотрел на него.

– Что ж… На самом деле я не очень хорошо говорю по-английски, у меня не было времени, чтобы нормально выучить язык, – объяснил он на ломаном английском с очень странным акцентом. – Но, думаю, мы сможем понять друг друга.

Джек угрюмо кивнул: он владел английским почти как родным. Неудивительно, ведь его отец был англичанином. Стоило мальчику подумать об этом, как перед глазами вновь возник образ мертвого папы на диване. Не желая нового потока слез, Джек закрыл глаза. Все случившееся – всего лишь страшный сон…

– Знаю, сейчас не самый подходящий момент для разговоров, – продолжал юноша. – Просто знай: что бы ни случилось, здесь ты в безопасности.

– В безопасности! – повторил Джек с горечью. – И это после всего, что вы сделали с моими родителями!..

– Мы спасли тебе жизнь, – перебил его собеседник. – Если бы мы прибыли вовремя, то, возможно, нам удалось бы спасти и их. Но нас снова опередили.

Его лицо выражало злость и разочарование, и Джеку ничего не оставалось, кроме как поверить его словам.

– Мои родители… – повторил он, не в силах прогнать эту мысль из головы.

Размышляя, он попытался собрать части головоломки воедино. Дома он наблюдал сражение между двумя разными группами. Два человека – мужчина в мантии и юноша в черной одежде – убили его семью. Вполне вероятно, что его тоже к этому времени не было бы в живых, если бы не участие этих двоих, с кем он сейчас разговаривал. Каким-то чудом им удалось его спасти. Почему это произошло? Кто они? И при чем здесь его родители?

– За что? – с мрачным видом прошептал мальчик. – Почему именно они?

На этот раз слеза сама скатилась по щеке, и Джек резко отвернулся, чтобы его не увидели плачущим.

Юноша посмотрел на него с сочувствием.

– Мне очень жаль. Правда. Мы защитим тебя и будем сражаться за то, чтобы больше не было смертей. Это все, что я могу сказать тебе.

– Больше… смертей? – растерянно повторил Джек.

Собеседник лишь вздохнул в ответ.

– Лучше тебе не вникать. Меньше знаешь – крепче спишь.

Джек вскипел.

– Нет! – закричал он. – Даже слышать не хочу об этом. Мне нужно знать, что случилось! Слышишь меня? Я должен вернуться домой! Кто вы такие? Куда вы меня притащили?

– В безопасное место, – убеждал юноша. – Что касается нас, то могу сказать тебе лишь наши имена. Я Шейл, а моего друга зовут Альсан. И он не говорит по-английски, – с огорчением добавил юноша, – и по-французски, и на любом другом, знакомом тебе языке.

Джек повернулся к сидевшему рядом Альсану, все это время остававшемуся безучастным. Шейл пожал плечами и что-то сказал товарищу на языке, понятном только им. Альсан отпустил Джека, и тот потер ноющие запястья, все еще не понимая, что происходит.

– Меня зовут Джек, – прошептал он.

И сел на пол. Сил подняться просто не хватало, и он, согнувшись, опустил голову. От страха, боли, тоски, злости, собственного бессилия и многих других чувств, смешавшихся внутри, его трясло. Сердце бушевало, словно вулкан.

Шейл встал на ноги и протянул ему руку, желая помочь мальчику подняться. Растерянный Джек вскинул голову и, посмотрев на него, заморгал, пытаясь удержать слезы.

– Мы хотим помочь тебе, – серьезным тоном проговорил юноша.

С минуту поколебавшись, Джек все-таки протянул руку в ответ и встал, бросив на Альсана недоверчивый взгляд. Лицо последнего все еще выглядело каменным, но во взоре Альсана уже проступало сострадание и сочувствие. Джек замешкался.

– Ты не один, – мягко сказал Шейл.

Джеку казалось, что мир уходит из-под ног. Ноги подкашивались, словно были резиновые. Он видел только руки Альсана, поддерживавшие его, чтобы он снова не упал.

Джека отвели в просторную комнату и усадили в кресло. Когда мир снова принял четкие очертания, он осмотрелся: гостиная, в которой они находились, была обставлена мебелью того же стиля, как и мебель в комнате, где он проснулся. Несколько предметов не вписывались в обстановку: светильники, музыкальное оборудование, компьютер…

– Добро пожаловать в наш операционный центр, – раздался рядом голос Шейла.

Джек вздрогнул и обернулся: юноша стоял в дверях, опираясь на косяк, и дружелюбно улыбался. На нем были джинсы и белая рубашка навыпуск. Он казался вполне обычным парнем, но все-таки обладал чем-то, что делало его особенным. Джек поискал глазами Альсана, но тот уже вышел.

– Ты чуть в обморок не упал, – продолжил Шейл. – Тебе нужно подкрепиться, ты очень ослаб. Хочешь есть?

Джек покачал головой.

– Меня сейчас вырвет.

– Я не удивлен, – с серьезным видом кивнул Шейл. – На твою долю выпали очень тяжелые испытания.

Джек сдержал эмоции и сурово посмотрел на собеседника.

– Мне нужно знать, – настаивал мальчик.

Юноша задумчиво взглянул на него.

– Хорошо, – ответил он наконец. – Я попытаюсь объяснить тебе некоторые моменты.

Он подсел к мальчику.

– Думаю, ты хотел бы знать, кто и зачем ворвался прошлым вечером к тебе в дом.

Джек кивнул.

– Ладно. Очень долго объяснять. Скажем так: те двое ищут… людей. Особенных людей. Тех, кто сбежал… оттуда, откуда они сами родом.

Он пристально смотрел на Джека в ожидании реакции, но ее не последовало.

– Нет… Не понимаю, – пробормотал сбитый с толку мальчик.

Шейл нахмурился.

– Серьезно? Ты ничего не знаешь? Не имеешь представления, откуда твои родители?

– Мой папа был англичанином, мама – датчанкой. Ты это имел в виду?

Юноша, задумавшись, почесал подбородок.

– Как странно… – прошептал он. – Ты не говоришь по-идунитски и даже не подозреваешь, почему напали на твоих маму и папу. Не может быть, чтобы они просто ничего тебе не рассказывали. И, тем не менее… Но с другой стороны, они же… Нет, невозможно. Они никогда не ошибаются…

Джек вышел из себя:

– Пожалуйста, расскажи мне уже наконец. Мненужно знать, что произошло, разве ты не понимаешь?

– Ладно-ладно. Помнишь того паренька в черном?

Джек невольно вздрогнул. «Я искал тебя», – вновь прозвучало в дальнем уголке его памяти.

– Вижу, что помнишь, – ответил за него Шейл. – Так вот, он… Его зовут Кирташ. Он убийца. Особенный. Хладнокровный, беспощадный и очень… могущественный.

– Что значит могущественный? – спросил Джек, снова ощутив дрожь.

– Я не могу объяснить тебе словами, но уверен, что ты уже испытал это на себе. А второго, колд… кхм, то есть мужчину в мантии, – поправил он сам себя, – зовут Эльрион. С недавнего времени он помогает Кирташу. В любом случае, ситуация довольно странная: Кирташ обычно действует в одиночку. Хотя я уверен, что именно Эльрион…

Шейл на мгновение замолчал.

– …напал на моих родителей? – тихим голосом закончил за него Джек. В горле встал комок, и он вновь сглотнул, стараясь не давать волю слезам.

Шейл угрюмо кивнул.

– Но кому понадобилось?.. – голос Джека сорвался. Он попытался закончить вопрос, но не вышло. Единственное, что он смог произнести, было: «И почему?»

Юноша глубоко вздохнул.

– Там, откуда мы родом, Джек, правят сейчас… скажем так… некоторые личности, которым не нравятся восстания, организуемые против них. Поэтому на помощь призвали Кирташа. Он странствует по миру в поисках таких людей, как… мы. Изгнанники. Те, кто смогли спрятаться здесь. Он их ищет, находит и… убивает.

Джек выдохнул. Ему представилась страна, погрязшая в диктатуре, которой правили железной рукой.

– Но мои родители… Не имеют к тому месту никакого отношения, – возразил мальчик. – Они бы мне точно рассказали.

– Может, да, а, может, и нет, Джек. Если ты прав, и Кирташ с командой напали на вас по ошибке… Хотя для меня это странно: они никогда не ошибаются.

Джек ничего не ответил. Ему нужно было время, чтобы все осознать.

– Мы… повстанцы, – продолжал Шейл. – Или изгнанники, как они нас называют. Мы с Альсаном прибыли сюда с целью выполнить одну миссию, но столкнулись с Кирташем. Мы пытаемся предотвратить убийства наших, однако он всегда оказывается на месте раньше нас, и… – на этот раз вздрогнул Шейл, – и мы не можем сражаться с ним. У нас просто недостаточно средств.

– Что?.. Я не понимаю. Это всего лишь мальчишка, он ненамного старше меня, может, на год или два, но… Он просто мальчик. И когда он один…

Шейл многозначительно посмотрел на него.

– Кирташ на самом деле не тот, кем кажется. По нашим сведениям, ему пятнадцать лет, но с момента своего прибытия сюда он успел убить несметное множество людей.

– Но… так не бывает. Это… просто смешно.

– Смешно или нет, но такова реальность. Поверь моим словам: после сражения с ним еще никому не удавалось остаться живым. Ни одному человеку.

Джеку показалось, что Шейл дрожит. Он подумал, что если это так, то дело плохо. Вдруг он вспомнил одну деталь.

– Но мы же смогли?.. У Кирташа был меч, он собирался нас… – Джек нахмурился. – Я был в предобморочном состоянии, и вдруг оказался здесь.

Кажется, юноше стало неловко.

– Мы сбежали. – сказал он многозначительно. – Не стали бороться с ним. Альсан бы долго не выдержал. И нам пришлось… уносить ноги.

– Как это?

– Он бы нас убил, – продолжил Шейл, игнорируя вопрос. – Из него вырастили беспощадного, безжалостного убийцу, которому нет равных. Он быстрый, ядовитый, смертоносный, словно скорпион. И очень незаметный. После себя он не оставляет никаких следов. Будто тень мертвого. Падший ангел из Библии.

Джек глубоко вздохнул. Снова начинала кружиться голова.

– Я должен вернуться домой, – это было все, что он смог сказать.

– Нет, ты не можешь. Если вернешься, Кирташ тебя обязательно найдет и убьет. Ему не нравится оставлять дела недоделанными. А здесь ты в безопасности.

Джек поднял голову и посмотрел Шейлу в глаза.

– В безопасности? – повторил он. – Да я даже не знаю, где нахожусь! В каком-то непонятном месте…

На лице юноши появилась легкая улыбка.