Свой мир

Глава 1

– Няня, расскажи нам еще раз эту историю! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! – кричали девочки, дергая Миссис Холмак за рукав.

– И чем же она вам так понравилась? Ума не приложу, – смеясь, сказала няня своим двум воспитанницам. – Ладно, слушайте, но больше я сегодня вам не буду ее рассказывать, вы и так скоро будете знать ее наизусть.

– Как же! Будешь тут знать, когда каждый раз в твоем рассказе появляются какие-то новые подробности, – задумчиво сказала Сьюзен, приготовившись к прослушиванию истории.

– Хватит ерничать, юная леди! Просто каждый раз я вспоминаю что-нибудь новое, неожиданно всплывающее из глубин памяти. Ладно, усаживайтесь так, как вам было бы удобно, и слушайте внимательно.

В одном из индийских поселений издревле существовала притча, легенда или просто сказка, сущность которой заключалась в следующем:

«У одной одинокой женщины по имени Кшарта родились сразу две девочки, оказавшиеся близнецами, однако появились на свет они не по своей воле или воле родителей, а по воле богов, потому что Кшарта была бесплодна. Однако, несмотря на свое здоровье, она всю жизнь мечтала нянчить своих детей, напевая им песни и передавая свои знания из поколения в поколение. Для этого ей пришлось очень долго и усердно молиться самому почитаемому индийскому богу до тех пор, пока тот не внял ее мольбам. Он сделал то, чего Кшарта так страстно желала, но взамен одной подаренной жизни он решил забрать другую, не сказав какую именно. И сразу же после того, как женщина забеременела, её любимый муж погиб на охоте, оставив Кшарту одну, без поддержки и материального достатка, заставив просить помощи и подаяния у других людей. Бедной женщине было очень тяжело, но такова была плата за получение желаемого.

Сама деревня, в которой жила Кшарта и две ее дочери, находилась у самого леса, на окраине которого росло одно необычное дерево. Никто не мог понять, отчего оно выросло именно таким: шириной в десять обхватов, высотой в двадцать метров, с одной стороны полностью сухое с огромными кривыми сучьями, а с другой – полное жизни и покрытое густой кроной. Многие люди полагали, что это было дерево богов, при виде которого дрожали, которое боялись и в то же время почитали. Дочери Кшарты не стали исключением, проведя практически все свое детство именно под этим необычным растением. Мать не могла нарадоваться на своих деток: умные, ласковые, красивые и очень дружные, буквально зависть для других людей.

Казалось, что боги благословили Кшарту и ее дочерей за все перенесенные ею несчастья, однако жили они втроем душа в душу не слишком долго, пока не исполнилось девочкам ровно по двенадцать лет. В этом возрасте у них стали проявляться невероятные способности, каких не у кого из смертных людей не было. Только вот не принесло это никому из них ни счастья, ни богатства, ни удачи. А дело все было в том, что одна из девочек, Иша, обладала способностью излечивать всех больных существ и заживлять раны, а другая, Дияра, наоборот, одним прикосновением руки могла заставить траву высохнуть, превратив ее в пыль, или забрать жизнь у любого создания. Сначала это показалось девочкам забавным: одна отрывала крылья у бабочек, а другая заставляла вырасти их заново. Однако потом, когда люди узнали об их необычных способностях, стали приходить в селение и просить помощи, поддержки или излечения у Иши. Дияру же все стали сторониться, лишний раз боясь к ней прикасаться или обращаться за помощью.

Постоянно занимаясь лечением больных, Иша перестала уделять внимание своей сестре, каждый раз отказываясь от игр с ней и игнорируя ее просьбы. Это стало причиной постоянных ссор, капризов, зависти и желания прославиться со стороны Дияры, что только ухудшало отношения между ними. В конце концов, вся злоба, ненависть и отвращение к людям, сторонившихся её, привели к тому, что Дияра превратилась в «темную сторону» Иши, убивая все живое вокруг и внушая страх. Конечно, такая перемена не произошла в один день, а зрела в сердце Дияры на протяжении нескольких лет, заставляя душу девушки с каждой минутой все больше и больше черстветь.

А между тем сила сестер все росла и росла, со временем они могли уже на расстоянии творить свою магию, без прикосновения. Это позволило Дияре применять свои способности, забирая власть у вождей племен, попадавшихся ей на пути, уничтожая и разрушая всех неприсоединившихся к ней. И вот, однажды Дияра сделала ошибку, посягнув на племя, что охранялось индийским богом, подарившем ей когда-то жизнь. И отмщение не заставило себя долго ждать, превратившись в проклятие. Индийский бог в одно мгновение молнией расколол то дерево, под раскидистыми ветвями которого сестры проводили в детстве так много времени, и вместе с тем по земле прошла трещина, по одну сторону оставив Ишу, а по другую – Дияру. Эта трещина разрасталась, пока внизу не показалась широкая река, а Дияра не осталась на безжизненном острове, испепеленном её же ненавистью и досадой. Однако со временем Иша стала жалеть свою сестру, потому что не могла больше смотреть, как та мучается в одиночестве, и взмолилась индийскому богу, чтобы тот вернул все на свое место. Но святой отреагировал на её просьбу как всегда по-своему. Когда земная твердь вновь сомкнулась, как и две половины дерева, живая и мертвая, сестры обнялись и поменялись своими способностями.

Однако та же история не повторилась, а Иша, приобретя смертоносный дар своей сестры, не стала злобной, мстительной и властолюбивой. Вместо этого она стала уничтожать вредителей на полях, помогать охотникам в добычи дичи и так далее. Дияра же, чья душа за многие годы уже была искалечена злобой и ненавистью, начала помогать в лечении людей только за какие-нибудь дары, жертвоприношения или деньги, ища выгоду и наживу».

Смысл же этой легенды состоит в том, что зачастую люди становятся подвластными обстоятельствам, но каждый вправе решать, каким должен быть его путь среди бесчисленного числа дорог, постоянно требующих выбора. А главное – это то, что каждый должен, несмотря на судьбу, удачу или злой рок, всегда оставаться человеком, самостоятельно принимающим решения и отвечающим за свои поступки. Так что, мои ненаглядные девочки, будьте добрыми к людям, и они ответят вам взаимностью.

– Няня, скажи, а когда нам исполнится двенадцать лет, мы тоже будем наделены какими-нибудь необычными способностями? – спросила Роза с надеждой в глазах.

– Конечно же нет. Это была всего лишь легенда.

– Жаль, конечно, но надеюсь, что природа нас уже наделила какими-то необычными талантами…

Миссис Холмак, женщина тридцати пяти лет, обладающая именно той внешностью, которою обычно называют своеобразной, любила Сьюзен и Розу как своих родных дочерей. Однако она знала, что в скором времени в ее услугах хозяева не будут нуждаться, потому что девочки были уже совсем взрослыми. Семья, в которой Миссис Холмак работала няней и по совместительству гувернанткой, отличалась своей знатностью и занимаемым положением в обществе, отчего за девочками ей приходилось следить вдвое больше и воспитывать их втрое лучше. И, конечно, за свой нелегкий труд Миссис Холмак получала достойное вознаграждение, на которое содержала сына и свою больную мать. Муж, Мистер Холмак, был младше нее лет на восемь, работал в этом же имении, отвечая за псарню. И, несмотря на то, что Миссис Холмак часто ругалась с ним и была загружена своими собственными проблемами, она никогда не позволяла себе выплескивать это на своих воспитанниц, находясь всегда в их присутствии в хорошем расположении духа. За это качество ее и полюбили хозяева Миссис и Мистер Вартиган, ведь им совсем не хотелось видеть перед собой грустные лица своих работников, дабы лишний раз не касаться чужих проблем, которые всегда кажутся ничтожными в сравнении со своими.

Одиннадцатилетняя Сьюзен Вартиган была безупречным ребенком еще с младенчества, никогда не плача и особенно не доставляя хлопот своим родителям. Миссис Холмак зачастую нарадоваться не могла на ее ум и сообразительность в решении каких-либо математических задачек.

– Ах, милая, если бы ты родилась мужчиной, то наверняка стала бы полководцем, – однажды сказала она, увидев, как Сьюзен наперед просчитывала многие ходы и находила нестандартные решения.

Однако Миссис Вартиган никогда особенно не одобряла увлечение своей дочери математикой, находя это занятие для будущей леди излишним и, по большому счету, бесполезным. Но несмотря на это, Миссис Холмак не оставляла попыток развить в своей воспитаннице математические способности, задаток к которым был заметен невооруженным глазом. Кроме того, Сьюзен любила находиться в одиночестве, зачастую решая какие-нибудь сложные головоломки, к которым испытывала настоящую страсть. После того, как Мистер Вартиган научил юную Сьюзен игре в шахматы, она стала заставлять всех, кроме своего отца, с собой играть целыми днями, пока в доме уже не оказалось ни одного достойного соперника. Лишь Мистер Вартиган не проиграл ей ни разу, чем очень гордился, потому что даже приглашенные гости и друзья семьи были ни раз повержены от руки его малютки Сьюзен.

– Да, умная у тебя дочь растет-то, но ровней мужчине ей никогда не стать, так что пусть забросит эту затею. Соревноваться с тем, от кого зависишь – плохая идея. Пока Сьюзен еще ребенок, то пусть забавляется и радуется своим победам, но когда придет время выходить замуж, то посоветуй ей больше времени проводить у зеркала, играть на фортепиано, танцевать и петь. А изучать всякие премудрости – дело неженское, – как-то услышал совет своего лучшего друга Мистер Вартиган и, надо сказать, воспользовался им, запретив дочери играть в шахматы и изучать математику. Сьюзен особенно не сопротивлялась, показывая на своем лице полное безразличие, а вместо увлечения шахматами она больше времени стала проводить со своей младшей сестрой. И неизвестно, какое из этих двух решений было бы для нее лучшим.

Роза Вартиган, которой в мае исполнилось всего лишь девять, по сравнению со своей старшей сестрой выглядела настоящим ангелом, неспособным что-либо продумать наперед. Люди, смотря на это маленькое чудесное создание, восхищались и просто-напросто не могли сдержать улыбок умиления. Мистер и Миссис Вартиган любили своих дочерей одинаково сильно, однако смотря в большие ярко зеленые глаза Розы, обрамленные пышными черными ресницами, они не могли ей ни в чем отказать.

Миссис Холмак часто сравнивала двух сестер, делая свои выводы и умозаключения, которые зачастую были в пользу Сьюзен. Конечно, обе девочки были красивы, умны и трудолюбивы, словом, настоящим кладом для гувернантки, однако Роза, казалось, была намного более избалованной и фальшивой. Миссис Холмак так и говорила про нее своему мужу: «Это тот случай, когда под маской ангела спрятан настоящий дьяволенок». Однако нельзя сказать, что это выражение не имело смысла, потому что внешность часто бывает обманчива. И если Сьюзен развивалась быстро не по годам, то Роза была обычной девятилетней девочкой, любившей играть в куклы, причесывать им волосы, одевать и создавать для них домики. Даже несмотря на то, что Миссис Холмак никогда внешне не показывала своих личных предпочтений и не высказывала претензий по поводу учебы девочек, все и так знали, что к изучению наук Роза всегда относилась холодно, лишь технически выполняя требуемую от нее работу. Миссис Вартиган одобряла поведение своей младшей дочери целиком и полностью, даже не обращая особого внимания на все больше и больше проявляющийся у ребенка эгоизм. Бывало, что Роза могла где-нибудь спрятаться, например, в сарае за стогом сена, и просидеть там до тех пор, пока кто-нибудь из прислуги не додумается туда заглянуть. Это была странная забава для девятилетней девочки, наблюдавшей через небольшие щели в досках за беготней людей, пытавшихся найти юное дитя. И что самое интересное, Розе было все равно, что ее родители, няня и сестра постоянно волновались и переживали за нее, она лишь наслаждалась вниманием к своей персоне, которое было ей необходимо как воздух. Миссис Холмак не была довольна тем, что Миссис Вартиган позволяет свое дочери так себя вести, однако в тот момент, как она посмела высказать свое мнение, то натолкнулась на рьяную критику в свой адрес. Но больше всего Роза любила поездки и знакомства, прося родителей брать ее с собой в каждую «вылазку», если, конечно, отец не отлучался по каким-то деловым вопросам. И поэтому зачастую, когда в дом к семейству Вартиган приходили гости, они сразу же вспоминали о Розе, но при этом ничего не говорили про Сьюзен, которая не особенно любила шумные компании и большие скопления людей. И в этом сестры были совсем не похожи друг на друга: одна любила привлекать к себе внимание, а другая избегала его как могла.

Однако со временем все изменилось. Как только к выходкам Розы все в доме привыкли, а со Сьюзен Миссис Вартиган запретила всем в доме играть в шахматы, девочки стали больше друг с другом общаться. И если раньше у них не было практически никаких общих интересов, то с переменами в доме они были вынуждены их находить. Одним из любимых занятий для девочек стало прослушивание каких-то исторических фактов, легенд и сказок различных народов мира, что доставляло Миссис Холмак дополнительные трудности, ведь ей приходилось эту информацию находить в огромной библиотеке семейства Вартиган. Там-то и была найдена легенда о двух сестрах, которая не понятно по какой причине, настолько понравилась двум воспитанницам Миссис Холмак. И хоть это было как-то совсем по-детски, но Сьюзен, играя с Розой, отрывала куклам руки и ноги, будто Дияра, а вторая сестра Вартиган пришивала и приделывала их обратно, наподобие Иши, затем девочки менялись своими ролями, и все повторялось вновь и вновь.

Чем больше девочки проводили друг с другом времени, тем больше они создавали свой собственный мир, полный фантазий и иллюзий, которые черпались ими из историй, рассказываемых Миссис Холмак. Первое время Миссис Вартиган не могла нарадоваться дружбе своих дочерей, смотря на их игры, улыбки и счастливый смех, однако потом ее стала настораживать их отстраненность от всего остального общества. Теперь Роза уже не бежала в холл с радостными, восторженными криками, когда в дом приходили гости, а Сьюзен больше не приставала к Миссис Холмак с просьбами дать ей необыкновенно сложный ребус. И никто из семейства Вартиган, прислуги и гостей не мог понять, к лучшему ли такая перемена в отношениях между девочками. В любом случае, это не доставляло никому лишних хлопот, наоборот, освобождало от лишней головной боли.

Пока все размышляли над тем, как же именно стоит реагировать на обособленность девочек, Роза тем временем переняла несколько черт своей сестры, Сьюзен сделала то же самое, и в итоге их характеры стали практически идентичны. В сестрах изменилось абсолютно все, в том числе поведение и привычки, однако сами себе в этом они еще пока не отдавали отчета, предполагая, что просто стали дружнее.

Шло время, и уже никто не мог поверить в то, что когда-то Роза была эгоистичной девочкой, страстно желающей постоянно находиться в центре внимания, а Сьюзен – замкнутой в себе. Теперь сестры были не разлей вода, с каждым годом становясь все более близкими друг другу. Общаясь с другими детьми и подростками, они со временем начали понимать, что намного умнее, сообразительнее и взрослее, чем кто-либо из одногодок, находящихся рядом с ними.

Миссис Вартиган очень любила навещать своих знакомых и друзей, однако сидеть одной в экипаже для нее было невыносимо, поэтому она частенько заставляла своих дочерей ездить вместе с ней. Но после того как многие стали замечать нелюдимость Сьюзен и Розы, которые всегда были в стороне от других детей, играющих в куклы или бегающих по залам, Миссис Вартиган отказалась от идеи «таскать» дочерей везде за собой.

Если раньше девочки буквально раздражали друг друга, то теперь их стал раздражать весь окружающий мир, в том числе и находящиеся в нем люди, которые пытались помешать их обособленности. Когда однажды Миссис Вартиган без стука зашла в комнату детей, то увидела их играющими в шахматы. Возмутившись до глубины души, она буквально начала кричать:

– Сьюзен, опять ты со своими деревяшками! Теперь вот еще и Розе голову этим задурила!

– Мама, успокойся. Нам интересно, а что еще надо от игры?

– Вы постоянно только вдвоем! А я хочу, чтобы в ваших играх участвовали и другие люди! Мне уже в обществе делают замечания по поводу вашего поведения!

– А зачем нам другие? – медленно подняв глаза от шахмат, задумчиво сказала Роза. – Люди – это всего лишь куклы, а мы не хотим такими быть, а даже если бы и хотели, то не смогли бы: мы умнее их всех.

– Солнышко, тебе всего лишь десять, и ты не понимаешь, что говоришь. Я в твоем возрасте радовалась каждой минутой детства, такого веселого, беззаботного…

– И, кстати, это не деревяшки, а шахматы. И даже если ты запретишь нам в них играть, мы все равно сделаем новые, хоть и не такие красивые.

– Делайте, что хотите еще некоторое время, а потом я начну вам подыскивать женихов. Кстати, у меня уже есть несколько подходящих кандидатур на примете. Так что скоро начнутся банкеты, танцы и веселья, настоящие, а эти бесполезные шахматы придется забросить. Не сидеть же вам всю жизнь в девках-то!

– Спасибо за заботу, мамочка! – с небольшими нотками сарказма в голосе и нарочито натянутой улыбкой сказала Сьюзен. – Скорее бы прошли эти несколько лет, чтобы мы наконец-то смогли найти подходящих мужей, не похожих на всех этих кукол, которые нам на пути только и попадаются.

– Ну, знаете ли, леди! Если вы и дальше будете говорить о людях в такой пренебрежительной манере, то скоро будете сидеть в разных комнатах и не иметь возможности даже поговорить! Запомните: вы делаете то, чего хотим я и ваш отец, иначе последует очень жестокое наказание!

Быстро развернувшись, Миссис Вартиган вышла из комнаты девочек и сразу же направилась к гувернантке, которая была занята чтением какой-то энциклопедии.

– Миссис Холмак, добрый день! Прошу прощения, но я хочу вас огорчить, причем очень сильно.

– Да, Миссис Вартиган, я вас внимательно слушаю. Что-то случилось? – взволнованно спросила гувернантка, закрыв книгу и вставая со стула.

– Случилось! Наша семья больше не нуждается в ваших услугах, конечно, с вашими способностями и колоссальным опытом вы быстро сможете найти себе работу. Однако мне ваша методика обучения Сьюзен и Розы совсем не нравится, быть может, кто-то другой ее оценит больше…

– Но Миссис Вартиган, что я сделала не так?

– Как что? Вам не видно, какими замкнутыми в себе стали мои дочери?

– Но это не моя вина! Вы сами выбрали методику их обучения и захотели, чтобы девочки подружились, запретив им при этом заниматься любимыми делами. Вообще-то…

– Если я услышу от вас еще хоть слово, то не помогу вам устроиться на работу к каким-либо из моих знакомых. Интересно, кто-нибудь согласиться взять теперь в дом женщину, испортившую детей семьи Вартиган, доведя их до такого плачевного состояния? Думаю, что вряд ли.

Промолчав в ответ, Миссис Холмак опустила глаза и с позволения своей хозяйки начала собирать вещи. Миссис Вартиган сдержала обещание и нашла своей бывшей гувернантке новую работу, однако, намного менее оплачиваемую, чем прежде. При этом она совсем не подумала о том, насколько усложнила жизнь Миссис Холмак, на попечении которой находится больная мать и ребенок. Мистер Холмак не имел ни гроша за душой, однако любил свою жену так же сильно, как и она его, что поддерживало пару на протяжении всей их совместной жизни. Миссис Холмак родилась в семье разорившегося помещика, однако она все равно предпочла выйти замуж по любви, нежели по расчету. И, надо сказать, как бы тяжело не приходилось, она никогда не упрекала своего мужа в отсутствии у того образования, манер и материального достатка.

Перед тем как покинуть дом, Миссис Холмак решила попрощаться со своими уже бывшими воспитанницами и пошла в их комнату. Как только девочки узнали о том, как себя повела их мать, они вознегодовали, однако Миссис Вартиган была непреклонна в своем решении и оставила их угрозы, просьбы и уговоры без внимания. Тогда девочки начали договариваться как взрослые деловые люди, пойдя на некоторые уступки.

– Мама, ты не можешь так поступить с Миссис Холмак: мы к ней уже слишком привыкли! Да и к тому же за что ты ее так невзлюбила? Может быть, мы попробуем договориться с тобой? – четко и серьезно спросила Сьюзен.

– Меня не устраивает то, как она на вас воздействует! Вы стали слишком замкнутые в себе! Раньше все было иначе!

– Хорошо. Если Миссис Холмак останется в нашем доме, то мы обещаем исправиться, – предложила Роза и тут же добавила: – Сьюзен и я будем вовлекать в наши игры и других людей.

– Я согласна, но помните, что в любой момент я или ваш отец можем передумать касательно принятого решения. Посмотрим, как изменится ваше поведение.

– Не переживай, мамочка, мы сдержим свое слово, – уверенно сказала Сьюзен при этом загадочно улыбаясь и переглядываясь со своей сестрой.

– Однако на время моя подруга нуждается в услугах хорошей гувернантки, так что, надеюсь, вы не будете против того, чтобы Миссис Холмак ей помогла?

– Да, конечно, мы только за помощь слабым, глупым и богатым детям, – довольно сказала Сьюзен, которой эта идея действительно понравилась. Роза, кстати, такому восторгу даже слегка удивилась, но потом выбросила это из головы.

Оставшись наедине, девочки принялись обсуждать все, что произошло сегодня, в основном выражая свое недовольство по поводу самоуправства матери. Они уже слишком привыкли, что все находится под их полным контролем, поэтому Миссис Вартиган была для них тем человеком, который попытался посягнуть на чужую власть. Ни Сьюзен, ни Роза уже не нуждались в опеке нянек или уроках гувернанток, однако они понимали, насколько выгодно иметь при себе человека, который был бы перед ними в долгу. Кроме этого Миссис Холмак очень редко показывала негативное отношение к поведению своих воспитанниц, в основном ссылаясь на их юный возраст и особенности характера.

– Отныне мои дочери будут посещать каждое мероприятие, каждый праздник и каждое веселье, на которое пригласят, – на следующий день после скандала объявила за обедом Миссис Вартиган. – И первая возможность проявить себя представится как раз в ближайшую субботу, на дне рождения Мистера Роуди.

– Не понимаю, зачем на такие личные праздники приглашать такое большое количество малознакомых людей. Просто из-за того, чтобы лишний раз похвастаться перед высшим обществом? – высказалась Сьюзен. – По мне это очень глупо, ведь только небольшой круг поистине близких людей может доставить удовольствие и заставить почувствовать всю атмосферу расслабленности и спокойствия. Поэтому на каждый день рождения я никого не приглашаю, кроме нескольких близких друзей семьи.

– Твоего мнения не спрашивали. И нечего судить всех по себе, – недовольно ответила Миссис Вартиган.

Роза промолчала, хотя была на стороне сестры, однако ничего против шумных мероприятий она тоже не имела, быстро приспосабливаясь ко всем новым обстоятельствам и разным людям.

В любом случаем спорить с матерью сейчас была плохая идея, потому что девочки были настроены исполнить данное ей обещание и заставить ее пожалеть об этом.

Нелюбовь к Миссис Вартиган со стороны ее дочерей было вызвано тем, что она не была их родной матерью, хотя и вышла замуж за Мистера Вартигана буквально через несколько лет после того, как родилась Роза, а отец девочек стал вдовцом. Многие отнеслись к этому браку с каким-то пренебрежением, считая, что так быстро мужчина не может жениться по любви, к тому же на девушке намного младше и глупее его. По их мнению, свадьба состоялась просто из-за нежелания Мистера Вартигана находиться в одиночестве, оставаться без женской поддержки и самому справляться с двумя дочерями. И, надо признать, никто его в этом не винил. Однако спустя некоторое время все вокруг стали понимать одну простую вещь: свою новую жену Эллис Мистер Вартиган по-настоящему любил, а на матери его детей он женился по расчету, дабы приумножить свое состояние. По мере того, как Сьюзен и Роза росли, они и сами стали понимать всю горечь ситуации, все больше не любя свою мачеху и относясь с холодом к отцу, который никогда не вспоминал о своей первой жене, то и дело расхваливая вторую. Конечно, Эллис пыталась подружиться с девочками как могла, объясняя им, что фактически мать – это не та женщина, которая родила, а та, что воспитала. Однако ни Сьюзен, ни Розу уже с давних пор не покидало ощущение того, что они по–настоящему не были никому нужны. Эллис надеялась лишь на одно: девочки чуть больше вырастут, поумнеют и станут благоразумнее. Но с каждым годом становилось все хуже и хуже, в итоге, Миссис Вартиган устала постоянно потыкать требованиям приемных дочерей, не получая от них никакой взаимности, и просто-напросто стала тем, кем они ее считали: бездушной эгоисткой, не способной понять душу детей так, как это могла бы сделать их настоящая мать. Мистер Вартиган еще очень долго сожалел о том, что так рано рассказал своим дочерям об этой драме, произошедшей в их семье когда-то, ведь тогда бы ни Сьюзен, ни Роза не пытались искать в Эллис недостатки, сравнивая ее с той, которую не знали, и которая представлялась совершенством, родной матерью. Миссис Вартиган, какой бы идеальной не была, все равно никогда бы не смогла соответствовать требованиям своих приемных дочерей, потому что она уже заранее проиграла войну той, что уже мертва. Своих детей у Эллис не было, однако о них она страстно мечтала и глубоко надеялась на то, что однажды наступит тот счастливый день, когда она узнает о своей беременности. Да, порой Миссис Вартиган была груба и заносчива как с прислугой, так и с домочадцами, производя впечатление настоящего монстра, однако это было сугубо из-за собственной несостоятельности как женщины, как воспитателя и как матери. Обычно многие говорят, что таких людей можно только пожалеть, однако гордость никогда не позволяла Эллис рассказывать о своих переживаниях кому-либо и тем более выслушивать слова сочувствия в свой адрес. Как и многие до нее, Миссис Вартиган полагала, что счастье состоит в трех вещах: любовь со стороны мужа, наличие крепкого здоровья и огромное состояние. Однако чувствуя себя по-настоящему несчастной, при этом имея все три составляющие, она периодически задумывалась о философских вопросах, ответы на которые по итогу так и остались на попечении вечности. Эллис даже начала заниматься благотворительностью, однако ее муж, почувствовав, что его состояние потихоньку начинает куда-то уходить в неизвестном направлении, запретил Миссис Вартиган увлекаться всякой, по его мнению, чепухой. Многое изменилось с тех пор, как ее отец решил выдать замуж дочь в неполные семнадцать лет за мужчину вдвое старше нее. Может быть, именно поэтому Эллис никогда не смогла бы стать хорошей матерью для Сьюзен и Розы, так как по сути еще сама хотела вернуться в состояние детства. Мало кто догадывался, насколько ей было тяжело привыкнуть ко всему новому и зачастую проблемному, однако прослыв в широких кругах «Леди, высеченной из камня», она вызывала уважение благодаря своему безупречному поведению. Многие женщины ей завидовали и откровенно хотели занять ее место, причем в некоторых случаях даже не скрывали этого. Абсолютно все думали, что Миссис Вартиган в жизни повезло как никому: муж от нее без ума, дети, хоть и не родные, но без каких-либо видимых недостатков, в материальном плане она ни в чем не нуждалась, была красива, молода и привлекательна. «А что еще для счастья надо?!» – сказали бы многие. Да не все так просто, как могло бы показаться на первый взгляд. Очень часто люди чувствуют счастье благодаря таким вещам, над которыми другие бы только посмеялись.