- -
- 100%
- +
Глава 1.
- Агния Романовна, вы только посмотрите на вон того мужика в дорогом пальто! – воскликнула моя медсестра, постучав пальцем в оконное стекло. – Неужели и он маньячит?! А с виду такой приличный…
- Где? Кто маньячит? – вскочила я с рабочего кресла и подбежала к окошку.
Отодвинув жалюзи в сторону, принялась высматривать больного на голову мужика в темноте.
- А вон, возле клена стоит и держится на ширинку. Ты гляди он пялиться на наши окна. Точно сейчас дрочить начнет!
- Никогда не видела онаниста, - завороженно произнесла мысли вслух и встретилась с удивленным взглядом Галины. – Не веришь?
- Повезло вам, - ухмыльнулась женщина. – Уж сколько я их в жизни повидала…брр…, - ее передернуло и она вновь посмотрела в окно.
Мужчину освещал фонарь и нетрудно было разглядеть чем он был занят.
Одетый в черное драповое пальто, он тем временем, расстегнул на нём пуговицы, показав нам накаченный голый торс.
Я и Галя охнули и задержали дыхание.
Онанист готовился к выступлению!
Не замечая нашего наблюдения, мужчина положил ладонь на пояс брюк и принялся сосредоточенно вытаскивать из шлевок ремень. При этом он упорно смотрел на окна роддома.
- Вот пидарасина! – выругалась с чувством Галя. – Урод мужской плоти! Контуженный! Чтобы у него конец отсох и он ссать перестал!
- Тише вы, Галина Акимовна. Давайте не будем смотреть на психа, - схватила я медсестру за плечо, пытаясь увести от окна.
- Давайте я в форточку крикну тварине чтоб уматывал отсюдова, а? Пригрожу ему полицией! – загорелась идеей Галя.
- Зачем нам шум поднимать? Ну подрочит сейчас и свалит.
При мысли что какой-то озабоченный пялиться на полуголых женщин и наяривает в кулак, меня передёрнуло. А этот вообще с виду показался нормальным. Но кто же в голову залезет к человеку и поймет что с ним не так?
- Ой, бля, сучонок уже штаны спустил. Сейчас хозяйство достанет, - Галя склонилась ниже, утыкаясь лбом в стекло, пытаясь разглядеть маньяка. – Ага, ручонки дрожат – хобот не держат! – довольно рассмеялась медсестра.
Господи, чем мы заняты? Видели бы нас коллеги. Позор!
Подсматривать за трясуном – уподобиться тому самому больному.
А Галина Акимовна, отбежав от окна, скрылась из кабинета, на бегу выкрикнув что сейчас вернется.
Меня же охватил стыд. Но больше раздирало любопытство. Неужели мужик и правда дрочить станет? Так хотелось хоть одним глазком взглянуть на это дело и я, на цыпочках подойдя к окошку, посмотрела в прорези жалюзи.
Мужик все еще стоял там. По-прежнему распахнув полы пальто, одну ладонь положив на ширинку, в другой…хм в другой он держал телефон и спешно печатал текст, тыкая большим пальцем по экрану.
Я засмотрелась на его мускулистую грудь, покрытую темными волосками. Они дорожкой сужались к паху и убегали за пояс брюк. Лица его было не видно, лишь макушка, но судя по абрису - точно не урод.
- Агния Романовна, - задыхаясь, произнесла Галя, ворвавшись в кабинет, - я в перчатки воды набрала. Сейчас запуляем его, гандона!
Она подскочила к оконной раме и распахнув окно, со словами:
- А вот тебе! Получи бомбочку, онанист хренов! – и сбросила на мужика пузырь с водой. Один, второй.
Я вскрикнула и вытаращила глаза.
Одна из самодельных бомб попала-таки онанисту в голову. Шмякнулась о темечко с громким звуком и разорвалась, обливая мужика содержимым.
- Галина, надеюсь в бомбе не суточная моча рожениц? – спросила я замогильным голосом.
- Вот черт, не додумалась! Вода…, - ответила разочарованно сестричка.
- Эй, вы сучки! – услышали мы гневный ор пострадавшего мужика и одновременно выглянули в окно. – Блядь, я вас урою! – погрозил нам кулаком, сверля озлобленным взглядом.
Он, фыркая, отряхивал от воды волосы и одежду.
В свете фонарей глаза его дьявольски мерцали, будто желая испепелить нас на расстоянии.
И я, настолько обескураженная его поведением и реакцией, не могла нырнуть обратно в кабинет, или выкрикнуть свою угрозу – онемела разом под властным взглядом мужика.
- Это не я, - пискнула и тряхнула головой. – Простите…
- Ты онанюка поганая, а ну топай отсюда! Сейчас полицию вызову! – потрясла ему в обратную кулаком Галина. – Посадят тебя в каталажку, будешь знать как отираться возле наших окон!
Но угрозы моей коллеги не напугали маньяка. Он стал еще злее и двинулся в нашу сторону. С третьего этажа и в свете окна наши лица было легло рассмотреть.
Я опомнилась и отпрянула вглубь.
- Прячемся, - схватила за халат Галину и дёрнула на себя. – Он какой-то агрессивный. Запомнит наши лица и прибьет нафик!
Галина Акимовна оглянулась на меня и послушавшись совета, закрыла фрамугу.
В дорогу он продолжал сыпать проклятия и обещания скорейшей расправы.
Неужели мы обознались?
Что он тогда делал в таком виде перед нашими окнами?
- Думаете урод станет мстить? – с волнением спросила Галина Акимовна.
- Не знаю, - хрипло ответила ей. – Но настроен он решительно. В бомбе точно была не моча? – я нервно хихикнула.
Медсестра злорадно ухмыльнулась, оставив мой вопрос без ответа.
Глава 2.
Отработав дежурство и переодеваясь в уличную одежду, вспомнила про вчерашнего онаниста.
Спустя час после нападения бомб на вуайериста, я тихонечко выглянула в окно: мужика уже и след простыл.
Замерз поди, подлюка! Ноябрь все-таки на календаре.
Ходила я к остановке через лесок и в общем то раньше темноты не боялась. А теперь, после встречи с озлобленным мужиком перед окнами роддома что-то мне стало страшно.
А вдруг он и правда шизофреник? И не какой не безопасный онанист? И угрозы его не в шутку? Вел он себя как-то не пугливо, а по-хозяйски. Будто он господин мира и никакие угрозы ему не страшны.
А, впрочем, все психи так себя и ведут - по-наполеоновски.
Выйдя на крыльцо, я оглянулась по периметру. Машины сотрудников и родственников рожениц на стоянке, приехавшим к ним на вечернее посещение не вызвали страха – все как обычно. А те мужчины, что стояли под окнами своих жен и дочерей, счастливо улыбались, благодаря женщин за новорожденных малышей.
Голые стволы деревьев, с облетевшей листвой тоже не таили опасности – не скрывая под своей тенью маньяка, онаниста и извращенца.
Ночной туман накрыл густым одеялом город, ухудшая видимость. Я вдохнула полной грудью морозный воздух, и обогнув здание роддома, пошла по протоптанной дорожке к остановке.
Фонари, наполовину перегоревшие, а из уцелевших бледно святящие куда-то в небо, едва подсвечивали мне путь. С трассы неподалеку доносился шум машин, нарушая зловещую тишину.
Впереди ни души.
Обычно собачники выходили на вечернюю прогулку со своими питомцами. А тут как назло - ни одного.
Я поёжилась от волны страха, прокатившегося по спине, и испуганно обернулась, вглядываясь в сумерки. Мне послышались чьи-то шаги позади, но никто меня не преследовал и я решила что это все воспаленное воображение шутит.
Не будет же в конце концов тот мужик в дорогом пальто мне мстить?
Да он не запомнил мою внешность!
И к тому же какова вероятность нам встретится?
Никакой!
Откуда ему знать что я домой иду именно в этот час и этой тропой?
Неоткуда.
На всякий случай я ускорила шаг, прислушиваясь к стороннему шороху. Мне пройти осталось еще метров триста. А дальше дорога, люди.
Я засмотрелась под ноги, боясь споткнуться, а когда подняла голову…охнула и глаза мои полезли на лоб.
Из-за старого огромного ствола тополя, шагом вразвалочку выбрался мужик. Тот ли, вчерашний, или новый какой то, я не смогла разобрать, да и не запомнила лица, но сердце мое от испуга сделало кульбит и тут же зачастило.
Громко, гулко, отдаваясь шумом в висках.
Я резко остановилась и огляделась по сторонам в поисках толстой палки или камня. Потом вспомнила что онанисты - существа безобидные – им только свои причиндалы показать надо, а нам в ответ натурально испугаться. Они от этого кайфуют!
- Г-ы…, - широко улыбнулся мужичонка щербатым ртом, встав на дорожке и видя мой завороженно испуганный взгляд, распахнул полы пальто.
Я невольно вскрикнула и схватилась за горло.
Он хрипло и довольно засмеялся.
В свете бледного освещения с натянутым на голову капюшоном, я не смогла увидеть выражение его глаз. Лишь довольно скалящуюся пасть. Я посмотрела ниже: бледная и костлявая грудная клетка в наколках: куполах и крестах вызвала жалость.
Вот дура! Нашла кого жалеть в такую минуту!
Я проследила взглядом ниже, к его рукам, суетящимся у паха.
Толи молнию у мужика заклинило, то ли член не мог достать – он выругался матерно от неудачи, зато я злорадно усмехнулась.
- Поделом тебе урод!
Онанист рыкнул и все-таки свой член на свет извлек.
И если то был член, а то на мелкий членик похожий больше.
Отвращение прокатилось по спине.
Зачем желала я однажды на это “чудо” посмотреть?
Ну вот и получила!
Аж на те два!
- Фу, ну до чего же ты противен! – в сердцах сказала я. – Какой же ты подонок! Псих и извращенец!
Тут злость меня такая обуяла, что я, схватив с земли охапку мокрых листьев от всей души забросила уроду на лицо. И пока мужская особь отряхалась, ругаясь матом на меня, я словно ветер мчалась с той поляны, на свет, на трассу, открытие сделав что онанисты не так уж безобидны.
А он кричал мне вслед:
- Куда ж вы, женщина? Вернись! Я не успел красивый хуй вам показать…
- Пошел ты на хуй сам! - кричала я ему в ответ, сверкая пятками.
Я так бежала от него, что под машину чуть не попала. Колодки просвистели и фарой ослепило мне глаза. Запыхавшись, остановилась в метре от машины и на дороге замерла.
Опершись ладонями в капот, дрожала, глядя через лобовое стекло на двух мужчин в салоне, пытаясь привести дыхание в норму.
- Ты дура что ли? Счеты с жизнью чуть не свела! – водитель выглянул в окно и закричал.
Второй, довольно скалясь, выглядывал из-за другого.
- Хе-хе, Вадим, так она к нам спешила, в салон прям с ходу прыгнуть захотела. Два члена разом, малышка, одолеешь?
- Чего? – тупой вопрос я задала.
Мне разум говорил: беги!
А ноги словно сургучом залили – дрожат, тяжелые и не хотят идти.
- Садись, красотка, подвезем, - сменился интонацией водитель и распахнул дверь позади себя.
И тут я поняла, что из огня попала в полымя.
И снова злость во мне взыграла. И ненависть к уродам-мужикам.
- Идите к черту, извращенцы! – я стартанула с места и перебежав дорогу, помчалась, где было спасенье: свет, цивилизация и люди.
Глава 3.
- Агния Романовна, как вы домой то дошли тот раз? – поинтересовалась Галина Акимовна, волоча за собой штатив с капельницей.
Я нервно сглотнула, вспоминая онаниста с костлявой грудной клеткой и беззубым ртом. Поежилась и мой жест не укрылся от медсестры.
- Чего? Поганец вас преследовал? – охнула женщина. – Давайте найдем его – я быстро разберусь с падлой.
- Не…не стоит, думаю он больше не появиться, - не уверенно пролепетала. Не желая развивать тему, спросила: – На вечерний чай придете?
- Приду, милая, приду, - и мы разошлись по своим обязанностям.
А вечером шоу под окнами роддома повторилось. Правда на этот раз мужчин было двое.
И они не трясли своими причиндалами. Они делали другое: поганили нашу тротуарную плитку надписью: Алина, спасибо за сына!
- Ты погляди что делают, негодяи! – воскликнула Галина. – Кандинские блядь нашлись! – и медсестра, проворчав как ее бесят подобные типы, резво исчезла из кабинета.
Я подбежала к окошку и открыв фрамугу, свесилась через окно.
Мужчины уже обвели краской из баллончика надпись и довольные работой, стояли курили, не замечая, что мы зафиксировали их работу.
Что за твари - мужчины? То голые разгуливают и пугают доверчивых женщин, то гадят на площадях. Еще и обоссывают кустарники, словно псы! Зла на них нет!
Я достала сотовый и настроила режим видеосъемки. Сейчас окрикну и засниму их наглые рожи! Я выясню кто такая Алина - подниму все стационарные карты и покажу ей видео про горе-художников. А потом напишу заявление в полицию на хулиганов.
- Эй, художники, - окликнула я мужиков и они синхронно подняли головы, удивленно таращась на меня. – Я засняла вашу работу и завтра отнесу видео в полицию!
В одном из мужчин я узнала того самого онаниста-пижона, что три дня назад красовался под окнами с голым торсом. Сегодня он одет был в кожанку-косуху и выглядел весьма брутально. Богато. И черт его дери…сексуально!
Оборотень! Точно псих! Раз маячит перед окнами больницы уже второй раз.
Мужик взъерошил пятерней свои высвеченные волосы, заправив пряди на затылок и злорадно усмехнулся. А потом двинулся в сторону моего окна и остановившись напротив, развязно произнес:
- Не играй так с нами, детка. Удали по-хорошему и не получишь по попке.
Сучонок еще и заигрывал со мной!
Думает я слабачка? А вот возьму и сдам ментам!
- Мужчина, вы нарушаете правила поведения в общественных местах, - постаралась придать серьезность своей речи. – Немедленно сотрите надпись и тогда я сотру видео.
Откровенно шантажировала мужика и довольно улыбалась!
- Слушай, ты, врачиха или как тебя там, - зловеще произнёс брутал, - с Яром бабы так не разговаривают. Обычно умоляют…стоя на коленях, - и плотоядно усмехнулся.
Ах ты сноб высокомерный! Накачал гору мышц, а мозги скукожились!
Я разозлилась!
- Ты мудак и хвастун! И на меня твое сомнительное обаяние не действует! Понял!? – выкрикнула раздраженно, и подавшись вперёд, чуть не выпрыгнула из окна.
Позади послышался шум открываемой двери и Галина Акимовна, подбежав, сдвинула меня в сторону и со словами:
- Агния Романовна, сейчас я им покажу кузькину мать! – размахнувшись, выплеснула на мужчину содержимое ковшика. – На вот, умойся гаденыш! Ха-ха-ха…
Надеюсь, в ковше была вода…
Жидкость попала точно в цель. Прям на красивую рожу нахала. Он не ожидал подвоха и не успел увернуться.
Грозный рык спустя несколько секунд огласил территорию больницы, и я невольно прихлопнула рот ладонью, с ужасом осознавая, что мы натворили.
Второй к нему подскочил, испуганно оглядывая лицо подельника.
- Хе-хе, ловко я его обделала, урода! – довольно потешалась над пострадавшим мужиком Акимовна. – Теперь точно забудет сюда дорогу, извращенец!
- Боюсь он ее хорошо запомнит, - дрожащим голосом прошептала в ответ, судорожно соображая, как выкрутится из ситуации.
И напоследок погрозив мужикам кулаком, отошла от окна, продолжая ругать весь их род.
Теперь они оба повернулись и смотрели на меня, готовые растерзать.
- Ах ты сука, ты у меня получишь! Ты блядь чем на меня плеснула? Кислотой? – отплевывался мужик и ругался матом.
Господи! А вдруг Акимовна и правда лекарство на них вылила? Получит ожог роговицы – еще и виноваты будем.
И так мне стало стыдно и неловко, хотя они сами напросились.
- Это не я! – взвизгнула от страха, пытаясь оправдаться.
- А кто, блядь? Отвечай! – рявкнул пострадавший.
- Это та…другая…, - икнула я от испуга, - моя медсестра, - стыдясь призналась, что сдаю боевую подругу.
- Да ты че мне врешь?! – потрясал кулаками герой бетонной росписи. – Не стыдно валить на пожилую женщину, ссыкуха! А-ну-ка спустись на улицу, поговорим! Смелая какая! - мужик махнул мне рукой и в его адово-черных глазах бушевало пламя возмездия.
- Яр, ты этой лекарше не спускай с рук выходку, - подначивал его товарищ. А потом посмотрел на меня и по слогам проговорил: - Слышь, ты, стерильная, топай в приемное и осмотри моего друга. Если покалечила…пеняй на себя. В тюрьму захотела?
Я отпрянула от окна, не в силах бороться с напором двух суровых мужчин и опасением что мы и правда могли причинить вред этому Яру.
- Галина Акимовна, - выбегая из ординаторской, кричала я, ища медсестру по коридору. – Где вы?
Беременные женщины смотрели на меня с недоумением, а дежурант-интерн, указал в какой из палат скрылась искомая медсестра.
Я влетела в палату и дрожащим голосом прошептала:
- Галина Акимовна, вы правда облили их… мочой? – и лицо мое неприязненно скривилось.
- Правда, - глумливо расплылась женщина. – Своей, - и истерично расхохоталась.
А я вырыла себе могилу. На этот раз мне точно конец.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.