История трех убийц. Горько?

Подарок

– 

Последним, на сегодняшнем торжестве, однако не последним в списки важнейших людей для нашей именинницы, свои поздравления и пожелания озвучит господин СмОленский Артемий Ростиславович.

Вот уже несколько часов самый дорогой ведущий Москвы и Подмосковья, в прямом смысле драл горло на юбилее, жутко топовой, практически рвущей в клочья все музыкальные чарты последние тридцать семь недель, певицы Марушки. В миру Марии Анатольевны Пыжыковой, тридцати лет от роду. Собственно по поводу исполнения столь красивой цифры и был собран сей напыщенный, сияющий всевозможными звездами Российского небосклона эстрады звездами банкет. Несметное количество прессы, обязывало сплошь и каждого, из списка приглашенных, отметится перед камерами лично, произнеся тост, пожелание или преподнести подарок лично. Марушке же отводилась сугубо главная роль на этой, хорошо отрежессированой продюсером, ярмарке тщеславия. Стоять сияя дорогим платьем, улыбкой и украшениями принимая весь поток поздравлений. К слову серым кардиналом режиссуры всего происходящего и являлся тот самый Артемий Ростиславович.

– 

Дорогая моя! Во всех смыслах данного выражения. – Откашлявшись, в микрофон начал за ранее тщательно подготовленную речь Артемий. По залу разнесся легкий смешок. – Хочу сказать огромное спасибо, в первую очередь твоим родителям, за то что тридцать лет назад они произвели на свет столь прекрасный алмаз, который не без моей помощи, сейчас превратился в драгоценнейший бриллиант моей студии. – По залу разнеслись словно пропитанные змеиным ядом и сиропом зависти, такие наигранные аплодисменты, что если б их услышал Немирович-Данченко, то точно бы сказал свою знаменитую фразу:

– 

«Не верю!»

Марушка стоя на сцене, сморщила идеально сделанный носик и в привычной для себя манере, продолжая сиять фарфоровой улыбкой, выдала:

– 

Тём! Давай уже скорей! Что у тебя там?

– 

М-да! Вот так выглядит звездная болезнь. – Отодвинув микрофон, буркнул себе под нос Артемий. Вместе с тем, тут же взяв себя в руки продолжил – Я долго думал что же тебе такого подарить.

– 

Ну и что там? Колье? Машина? Очередной концертный тур? – Показывая всем своим видом что уже устала слушать всю эту «банальщину» как бы между прочим, поинтересовалась именинница.

– 

Сам виноват. – Вновь буркнул Артемий себе в плечо, тут же собрался, улыбнулся и вернулся к начатому. – На этот раз все не так прозаично, звездочка моя!

Улыбка на лице Артемия приняла столь непривычный вид, что Марушка на мгновение чуть не потеряла собственный облик.

– 

Я решил подарить тебе вот это! – Радостно закончил фразу продюсер, протягивая красивый матовый конверт своей подопечной. В зале повисла тишина. Гости ожидали озвучание содержимого.

С горящими глазами, заинтригованная Марушка открыла конверт и торжественно произнесла в микрофон:

– 

Игра! – По лицу именинницы проскочила волна непонимания.– Артемий! Что это? – надув губки капризно поинтересовалась Марушка.

– 

Это последний тренд сезона, все подробности я расскажу тебе позже. – Загадочно подмигнув, отмахнулся от расспросов СмОленский.

По залу разнеслись бурные аплодисменты, музыканты заиграли торжественную музыку, а микрофон из рук, у звезды сегодняшнего вечера перехватил, немного отдохнувший ведущий. Волшебное слово “Тренд! выполнило свою функцию, селебы предпочли продолжить веселье не требуя каких-либо на то объяснений.

Что-то очень ребристое и жесткое давило Марии в бок. До тошноты болела голова. Еле подняв себя с неудобной поверхности, коей обнаружилась обычная, деревянная лавка, мирно расположившаяся в промозглом, скинувшем листву, сыром парке. Маша попыталась вспомнить как она тут оказалась. В голове, ровно как по всей аллее, кроме ветра не было ни единой мысли.

– 

Эй! Ты! Который час? – Не узнав своего голоса, поинтересовалась Мари у неизвестно откуда появившегося молодого мужчины.

– 

Хоспади! Развелось тут! – Шарахнулся в сторону парень, кинув брезгливый взгляд, сквозь ультрамодные очки на Марушку. Одарив взглядом фыркнувшего прохожего, словно это был вынаряженный, сломанный манекен витрины самого «затертого» секонд хенда.

Мария сунула руку в карман куртки в надежде найти там телефон. Однако сея деталь одежды, порадовала хозяйку аккуратно выполненной брешью и каким-то чудом задержавшейся в ней маленькой, визитной карточкой, которую Мари сейчас не то чтобы прочитать, даже взглянуть без боли отдающей в затылок не могла. Голова продолжала болеть с неистовой силой.

– 

Ну, что расселась? Пошли? – Спросила сама у себя Марушка. – А куда пошли? Правильно! В полицию. – Продолжила диалог со своим ЭГО довольно прилично промерзшая звезда, поднимаясь с лавки.

От неожиданного для организма резкого изменения плоскости, в глазах потемнело. Чуть не упав, пятая точка Маши решила , не посоветовавшись с хозяйкой моментально вернутся в исходную точку, точнее, обратно на лавку. Переждав кратковременное затмение в изображении окружающего пейзажа, наладив фокус и определившись с направлением, Мари предприняла новую попытку встать с уже порядком поднадоевший деревянной поверхности. Третья попытка увенчалась триумфом. Расправив спину и затекшую левую ногу Маша двинулась прочь из парка. Мелкая морось, запах залежавшейся, осенней листвы и промозглый ветер сопровождали Мари всю дорогу до отделения.

– 

Здрасти! – В привычной для себя манере, фыркнула промерзшая Марушка, уставшему молоденькому лейтенанту сидящему за большим, бронебойным экраном приемника в близлежащем отделении полиции.

– 

Слушаю вас. – Не отрывая сосредоточенный взгляд от заполнения журнала, отозвался парень.

– 

Мальчик! Аллё! Ты с кем разговариваешь? Оторвись от своей наскальной живописи и помоги тёте! – Включила обычный “канал для общения с челядью” звезда.

От неожиданности лейтенант поперхнулся, отложил ручку и уставился непонимающим взглядом на представшую перед ним бунтующую даму без определенного места жительства.

– 

Ну что уставился как на картину Караваджо в подворотне? Зови начальство! От тебя все равно толку как от козла молока! – Скомандрвала, уже набравшая обороты Марушка.

– 

Сержант Петров что тут происходит? – Поинтересовался, выросший словно из-под земли, за спиной лейтенанта майор.

– 

Сергей Иванович тут вот… – Начал было отчет начальству, моментально подскочив со стула Петров.

– 

Слышь! Сергей Иванович! Научи своих холопов решать проблемы уважаемых людей побыстрее, а то сидит тут как карась маринованный. – Перебила лейтенанта Марушка. От подобного обращения майор автоматически приоткрыл рот и икнул.

– 

Сергей Ивано…вич – Залился краской лейтенант договаривая отчество начальства практически шепотом.

Майор быстро вернувшись в реальность происходящего, положил руку на плечо Петрову и небольшим нажатием на ключицу вернул лейтенанта в рабочее кресло.

– 

А кто это у нас тут такой уважаемый? – Раздувая ноздри и краснея словно бык при виде тореадора, очень тихо начал закипать майор.

Дверь скрипнула и со стороны входа в холле появились трое патрульных.

– 

Слышь Рататуй! Да ты очки в кабинете забыл что ли! – Не обращая внимание на вошедших, неслась, уже на всех парусах Марушка.

– 

Ваши документы! – Моментально отреагировал на ситуацию один из вошедших. Резко развернувшись на каблуках Мари переключила скорость разгона паровоза на вопрошающего.

– 

О! А вот и персонажи Михалкова подоспели! Ниф-Ниф! Ты вообще берега попутал? Не видишь с кем разговариваешь?!

– 

И с кем же? – Еле сдерживая смешок, поинтересовался патрульный.

Пришло время удивляться Марушке, однако не успела она открыть рот для выдачи тирады, что-то в роде:

– «Звезд моего уровня знает вся страна!» или «Ты еще у Путина паспорт попроси!»

Как немного успокоившийся Майор махнул головой в сторону патрульного.

– 

В обезьянник ее! До выяснения личности.

– 

Пройдемте дамочка! – Один из патрульных вцепился в локоть Мари.

– 

Не трогай меня своими немытыми копытами, обезьяна! – Взвизгнула Марушка пытаясь высвободить руку из цепкого захвата патрульного.

– 

О!О!О!О! – Разнеслось по холлу.

– 

Да нас тут, как никак сама Английская королева посетила! – Подхватывая под второй локоть Марушку, уже не скрывая смеха присоединился второй патрульный. – Ты себя в зеркало-то видела. Ваше величество? – Уводя Мари в сторону изолятора, мимо большого зеркала занимающего практически всю коридорную стену.

Только тут Марушка обратила внимание на собственное отражение. Настенная деталь интерьера отражала двух работников полиции волочащих под руки, засаленную бомжиху, в вытянутой вязаной шапке цвета грязно-рыжей, опавшей листвы, словно чепчик камикадзе прилипший к закудленным длинным волосам, обрамляющими серое лицо, испачканное сажей. Дополняла картину та самая куртка с оторванным карманом серо-болотного цвета, больше похожая на ватник тракториста с жирным пятном в районе левого плеча и шаровары крупной клетки, заправленные одной штаниной в облезшие угги произведенные на свет дружественным китайским народом, лет так -дцать назад.

– 

Располагайтесь! Величество! Персональные апартаменты, только для вас! – Сквозь дикий хохот, патрульные втолкнули Марушку в пустую комнату размером с коробку для кукольной обуви к одной из стен которой была приварена железная лавка. – Простите, перины на чистке, белье из-под Хранции еще холопы не притащили. – Продолжая раскатисто ржать словно кони на лугу постовые захлопнули дверь.

Дверью коробке служила автоматически защелкивающаяся, металлическая конструкция, больше походящая на забор в какой-либо отдаленной деревне. Напротив двери уютно раскинулся старый, обшарпанный письменный стол. За которым, с видом начальника планеты «Земля», упершись взглядом в телефон, восседал старший лейтенант, крупных форм.

– 

Фима! Тебе пополнение! – Продолжали веселится, патрульные. – Ни абы кто! Дамочка королевских кровей! – Ерничная продолжил один из ППС-ников направляясь к выходу из помещения.

– 

Вот тока этого не хватало! Подежурил, блин спокойно. – Возмутился Фима. – Вась! Погоди! – Обратился к одному из патрульных лейтенант.

– 

Чего хотел? – Тормознул в дверном проеме последний из выходящих.

– 

Придержи дверь пожалуйста. – Лениво махнув рукой, попроси Фима.

– 

Это всегда пожалуйста. – Усмехнулся Вася, картинно открывая дверь на распашку.

– 

Дежурный! – Заголосил на весь открывшийся коридор лейтенант, лениво приподнимаясь с насиженного, теплого стула.

– 

Оу! – Раздалось с другого конца коридора.

– 

А где документы на новоприбывшую? – Недовольно поглядывая на Марушку сквозь окрашенные серой краской прутья, снова проорал Фима.

– 

Так, сейчас заполню и принесу. – Откликнулся голос из дежурки. – Все Вась, закрывай. – По-царски махнув рукой, разрешил лейтенант патрульному, взгромоздив обратно на стул собственную тушку упакованную в форму.

Коротая время в ожидании документов, Фима развлекал себя как мог. Играл в танки, смотрел фильм, а сейчас его внимание привлекли новости.

– 

Яркая, известная, держащаяся, на протяжении многих недель в чартах на первом месте, поп-звезда по имени «Марушка», сегодня была объявлена безвременно усопшей. – Вещала диктор новостей из новостной студи.

– 

Э! Как тебя там? Фима? – Услышав собственное имя Мари подскочила к решетке.

– 

ЧЁ? – Скривив лицо, не понял лейтенант.

– 

Прибавь пожалуйста звук. – Сменила тон Марушка, понимая что происходит что-то из ряда вон выходящее.

Фима вновь измерил взглядом бомжиху. Однако взяв пульт в руки добавил громкости.

– 

Фанатка что ль? – Возвращая пульт на место поинтересовался лейтенант, вроде как между прочим почесывая свободной ладошкой затылок.

– 

Угу. Типа того. – Подтвердила Мари, превращаясь в один большой глаз выросший на мочке огромного уха.

– 

Трагедия произошла вчера ночью, после шикарного банкета, организованного её продюсером в честь юбилея звезды. По окончанию празднования, Марушка вместе с Артемием СмОленским сели в личный вертолет и покинули площадку загородного клуба, где проходил праздник. Через несколько минут вертолет пропал с радаров авиакомпании. Спустя несколько часов обломки летательного аппарата были найдены в поле. Также пострадал пилот. По факту крушения возбуждено уголовное дело. Детали трагедии выясняются. А теперь о погоде… – Продолжала вещать диктор с экрана.

В глазах потемнело, пол под ногами неистово затрясся, а слух отключился полностью, заменив окружающие звуки на монотонное, тихое шипение. Что б не упасть Марушка резко села на лавку.

– 

Я тут документы на «эту» принес. – Кивнул головой сержант в сторону Марушки, появляясь в дверях.

– 

Ага, спасибо Петров. Ты на ночь сегодня? – Поинтересовался Фима, пристраивая тоненькую папку на край стола.

– 

Да я на прошлой неделе накосячил, вот третьи сутки подряд отдуваюсь. Походу скоро сюда жить перееду. – Доверительно выдохнул дежурный.

– 

Ладно, ты давай нос не вешай, позже зайду чайку попить. – Подбодрил сержанта Фима, демонстрируя появившуюся откуда-то из-под стола коробку с печеньем.

Петров по-детски обрадовавшись развернулся на выход, однако что-то заставило его бросить взгляд на Мари.

– 

Фим? А чего она у тебя такая бледная, часом тапки не отбросит? – Меняясь в лице, с долей тревоги в голосе на всякий случай, спросил сержант.

Лейтенант бегло глянул на сине-серое лицо Мари.

– 

Да, нет. Тут вон в новостях сказали что какая-то звездень на вертолете разбилась, а эта бедолага ее фанатка была. Переживает. – Успокоил дежурного Фима. – Иди, а то сейчас придет проверка, оба по шапке получим. – Подмигнул лейтенант сержанту, небрежно убирая коробку с печеньем обратно в закрома.

Мари, выдохнула, подобрала ноги под себя и свернувшись калачиком отвернувшись к холодной стене лицом, уснула.

Это утро для Марушки наступило очень рано. В изолятор, то и дело, входили и выходили громко говорящие, кричащие и плачущие люди. Следом в комнатушку с решеткой втолкнули двух «придорожных фей», далеко не первой свежести, однако сияющие блестками и пайетками на платьях так, что казалось в цоколь под потолком вкрутили сценический софит вместо обычной лампочки накаливания.

– 

Встречай свиту! Ваше превосходительство! – Хихикнул, все тот же, вчерашний Вася, небрежно заталкивая помятых ночных бабочек в изолятор.

– 

О! Подруга! А ты чё тут? – Распространяя аромат перегара на всю комнатку поинтересовалась одна из жриц.

– 

Потерялась. – Еле сдерживаясь, чтобы не заткнуть нос, буркнула Марушка.

– 

О! а чего это мы такие неприветливые? – Начала было вторая коллега по цеху. Мари напряглась, приготовившись уже вцепится в распущенные волосы одной из фей. Ситуацию спас появившийся на пороге комнатки Фима.

– 

Ну-ка! Куры драные, угомонились! Величество! Давай за мной. Время вышло! – Скомандовал лейтенант хватая за руку Мари. – Держи пропуск и вали отсюда. Да! В следующий раз думай кому и что говоришь. – Засовывая тонкий лист бумаги в карман куртки, читал наставления Фима Марушке.

– 

Так, а куда я сейчас? – Растерянно промямлила Мари растеряв после вчерашних новостей всю помпезность и пафос.

– 

Ну, это уже не мои заботы. Давай чеши отседова. – Фыркнул лейтенант, довольно не приветливо подталкивая Марушку к выходу. – Давай, давай! Не оглядывайся.

Дверь отделения щелкнула автоматическим замком перед носом Маши.

Не смотря на легкий морозец, на улице светило, яркое солнце. Откуда-то слева ветер донес запах свежей выпечки и крепкого кофе. Со стороны распоротого кармана раздался странный звук. Организм требовал подзарядки. Тут только только Мария вспомнила что ела последний раз на банкете. Решение проблемы пришло словно само собой. В голове моментально всплыло вирусное видео из соц.сетей. Оценив быстрым взглядом окрестности, Мари приметила небольшую, как гласила вывеска, «Французскую», пекарню.

За стеклянной витриной, с аккуратностью хирурга, поправляя сбившуюся от бойкой продажи выпечку, источая всем своим видом любовь к товару, стояла хрупкая девушка.

– 

Здравствуйте! Вы не могли бы угостить меня кофе и круассаном? Очень хочется есть, но у меня нет денег. – Слово в слово повторила текст с видео Марашука.

Девушка застыв словно ленивец на против предложенного кузнечика, лениво оторвала взгляд от начищенного металлического разноса.

– 

Бомжам не подаем! – Довольно резко ответила барышня оглядев Мари с ног до головы, моментально растеряв с лица всю милую приветливость.

– 

Но… – Начала было Марушка не рассчитывая на такой ответ.

– 

Не, нокай, не запрягала! Давай, вали отсюда! Сейчас полицию вызову! Ободранка! – Довольно грубым тоном пригрозила продавец.

Как ни манили запахи, и не требовал желудок, Мари пришлось скоропостижно ретироваться. Та же самая ситуация повторилась и в соседней булочной, и в последующих пяти пирожковых. Получив подобный отпор и оплеуху мокрой тряпкой от провизорши в очередном кафе, выскочив на улицу, отчаявшись Мари присела на бордюр. По грязной щеке от обиды потекла слеза. Что б хоть как-то подбодрить саму себя, сквозь накатывающий ком в горле Марушка запела. Внезапно рядом что-то брякнуло об асфальт. Быстро вытерев расплывшийся взгляд, рукавом от куртки, Мари обнаружила у ног брошенные несколько рублей мелочью. В голове моментально родилась идея. Через пол часа вооружившись найденным одноразовым стаканчиком, с небольшими перерывами, Мари акапельно, сидя прямо на асфальте, вовсю горланила собственные песни на углу проходной улицы.

– 

Ваш голос очень похож на оригинал. – Услышала Марушка из-под очередного капюшона наклонившегося бросить монетку в стаканчик.

– 

Спасибо. – Неожиданно для самой себя поблагодарила мецената Мари. – А вы знаете исполнителя? – С надеждой спросила Марушка.

– 

Лично? Нет! Да и видеть не видел. – Признался копюшон приятным баритоном.

– 

А как же тогда? – Заинтересовалась Маша.

– 

Да в машине только радио работает, вот и слышал несколько раз. Симпатичная песня. – Признался незнакомец.

– 

Есть хочешь? – Внезапно спросил капюшон.

Немного смутившись, Мари одобрительно кивнула головой.

– 

Тогда чего расселась? – Из-под капюшона на Марушку уставились два улыбающихся, бездонно-синих глаза. – Прячь свой сейф и пошли. – Все так же сквозь улыбку скомандовал незнакомец указывая подбородком на стаканчик с мелочью. Мари как завороженная, подхватила импровизированную копилку и опершись на заботливо поданную новоиспеченным спонсором руку, поднялась с земли.

У дверей Кафе с незатейливым названием «Охота», Мари сбавила шаг.

– 

Заходи, не бойся. – Приветливо открыв дверь, позвал незнакомец. Марушка переступила порог заведения.

– 

Опять ты?! – Раздался из-за стойки, грозный голос утренней обидчицы с мокрой тряпкой. – Глянь какая настырная! Я тебе сейчас, ну-ка кыш отсюда дрань подзаборная. – Кинулась на не успевшую опомнится Мари продавщица.

От испуга, только что вошедшая Марушка сделала шаг назад, споткнулась пяткой о порожек и собралась уже падать, тем не менее была поймана стоящим за спиной капюшоном.

– 

Зина! Ты чего разбушевалась? – Не громко, с ноткой строгости в голосе, четко спросил копюшон, помогая Мари принять исходное, вертикальное положение.

– 

Ой! Константин Яковлевич! Здрасти! – Расплылась в подобии змеиной улыбки провизорша. – Да вот ходят тут всякие попрошайки. Отбоя нет! А эта вообще! Наглая! Второй раз за сегодня пришлепала! – Возмущенно махая тряпкой, продолжала словно «Аврора» на «Зимний» надвигаться на Марушку грузная Зина. – Помогите, мне выставить ее.

Мари было попыталась выскочить за дверь, однако обладатель бездонных глаз остановил ее, крепко ухватив за руку.

– 

Так! Зинаида Пална! Стоп карусель! – Немного повысив тон отдал команду Константин Яковлевич. – Прекрати бросаться на людей! Да еще и с этой гадостью. – Указывая взглядом на тряпку, распорядился копюшон – Во-первых: Это со мной. – Зинаида резко остановилась приоткрыв рот.

Оглядев с ног до головы бомжиху, раздосадованно опустила вооруженную тряпкой руку и пыхтя пошла обратно за стойку.

– 

Во-вторых: Откуда ты знаешь какова причина, того что человек так выглядит. – Аккуратно подталкивая в небольшой зал перепуганную Мари, продолжил читать нотацию Константин Яковлевич.

– 

Да у всех, у них одна причина. Алкашня! Вот и все тут. – Продолжала пыхтеть уже из-за прилавка Зинаида.

– 

Хватит разглагольствовать! – Сквозь легкую улыбку, отдал команду Константин Яковлевич. – Кто там сегодня на кухне?

– 

Дык, Пётр же с отпуска приехал. За что только держите лоботряса в штате не пойму.– Недовольно фыркнула Зина.

– 

Зинаида Пална! Что-то ты у меня сегодня разговорилась! Давай-ка на Кухню и попроси Петра Семеновича борща нам налить, да по парочке его фирменных чебуреков организовать. Мы же будем чебуреки? – Снова улыбнувшись обратился к окончательно перепуганной Мари, Константин Яковлевич.

Марушка только одобрительно кивнула головой. С кухни доносились невыносимо вкусные запахи жареных пирожков. Лично ей сейчас уже было без разницы что, фуагра, бульон из кота или чебурек. Главное чтобы это можно было жевать.

– 

Да! И чай нам налей пожалуйста. – Вдогонку исчезающей за дверью кухни Зине крикнул Константин Яковлевич.

– 

А можно, кофе пожалуйста. – Опустив глаза в деревянный стол, почти полушепотом попросила Марушка.

– 

Конечно можно. – По-доброму усмехнулся Костя. – Тебе с молоком?

– 

Черный, с сахаром. – Отрицательно мотнула головой Мари.

Через десять минут, счастливая, словно маленький ребенок в парке аттракционов, Мари с огромным удовольствием ела борщ заправленный сметаной, в прикуску с огромным чебуреком, перьями зеленого лука и шматком тонко нарезанного, подмороженного сала.

– 

Как тебя зовут красота ненаглядная? – Зачерпывая очередную ложку борща с глиняной тарелки поинтересовался Константин Яковлевич. Марушка на секунду задумавшись, отложила ложку и промокнув рот салфеткой ответила:

С утра еще Машей была, а сейчас уже и не знаю даже.

– 

А я, как ты уже поняла, Костя. – Усмехнулся собеседник.

– 

Очень приятно Константин, а вы наверное постоянный гость этого заведения? – Решила переключить тему Марушка.

– 

Можно и так сказать. – Рассмеявшись, подтвердил Костя. – Я хозяин этого заведения. – Ты ешь, ешь не стесняйся. – Подбодрил Константин Машу.

– 

Константин Яковлевич! Тут, штрудель есть яблочный, вы будете. – Раздался громогласный позыв Зинаиды с кухни.

– 

Неси два! И мороженку незабудь!– Отозвался Костя игриво подмигивая Мари.

Через пару минут у стола материализовалась Зина с двумя непомерно большими тарелками манящего всем своим видом и шариком мороженого штруделя.