Там и Здесь. Мир Небулана

Глава 3

После каменного-водного дождя дом снаружи оказался похож на кожу переболевшего оспой – в рытвинах и впадинах. Но в остальном остался целым, видимо местные строительные материалы рассчитаны и на такие осадки.

Лес сегодня чуть более приветливый чем накануне, листья в свете красного утреннего солнца подсвечены алым, словно в них встроены маленькие лампочки. Ветерок колышет ветки, где-то даже бодро поют птицы. Я бы не подумала, что в Небулане они есть.

Соловей указал в сторону узкой тропинки, она змейкой уходит меж алой травы вверх и теряется в деревьях.

– Там, – сказал он. – Я когда спускался к реке, видел ручей. Он впадает в неё справа и довольно круто. Стало быть, возвышенность в той стороне.

Покрутив головой, я даже кожей ощутила, что нахожусь в чужом и враждебном мире. Здесь нам никто не друг и каждый встречный захочет сожрать.

– Боязно, – призналась я.

– Понимаю, – согласился Соловей. – Но если твое ятп ловит, глупо не воспользоваться.

– А где твое? – спросила я.

Соловей покривился и ответил нехотя:

– Видимо, потерял, пока в реке кувыркался. Теперь отчет писать.

– Если выберемся, – заметила я.

– Это да.

По тропинке вверх мы двигались минут десять. Перепуганная, я глазела по сторонам и подпрыгивала на ходу от каждого шороха. Присутствие Соловья немного придает уверенности, но нас двое, а супротив – целая планета. И счастье, что нам пока никто не встретился, в видениях я уже встречалась с местными жителями. Они не очень миролюбивы.

Вершина холма выплыла внезапно и если бы я не знала, что трава в Небулане красная, решила бы, что она залита гемоглобином. Но нет, это всего лишь местная флора, над которой даже бабочки летают. Большие, с жирненькими брюшками, ярко-желтыми пятнами на крыльях и непомерно длинными хоботками.

– Какие красивые, – заметила я.

– Только не трогай их, – предупредил Соловей. – Медведицы-кайя ядовиты.

Я как раз протянула палец к одной из них, но при словах Сола резко одернула и уточнила.

– Сильно?

Соловей сдвинул плечами и произнес:

– Не то чтобы сильно, но сыпь или покраснение схлопотать можно.

Ходить обсыпанной или красной без доступа к современной медицине, да ещё и неизвестно где в Небулане – последнее дело. Так что я осторожно обошла стайку бабочек и, выйдя на самый верх холма, вскарабкалась на камень. Так ещё выше.

– Ну, – проговорила я и подняла запястья с ятп над головой, – пожелай мне удачи.

– Удачи! – с жаром произнес Соловей, а сам встал спиной ко мне, а к возможному врагу, соответственно, лицом, чтобы в случае атаки быть готовым.

Я крутанула крошечное яблочко, оно стремительно закрутилось вдоль обода тарелочки. Пришлось очень сильно сосредоточиться на Алексе, чтобы вновь появилось облачко над артефактом. Но, сколько бы яблочко не каталось, Хром все не появлялся.

– Ну как там? – окликнул меня Сол через плечо, не поворачиваясь.

Я отозвалась:

– Пока никак.

– Ну ты уж постарайся.

– Да стараюсь, стараюсь.

Сказать было легче, чем сделать. Никаких дополнительных усилителей сигнала у меня нет, а как это сделать с помощью магии я не знаю. И судя по тому, что Сол никаких подсказок по этому поводу не дает, их и нет.

Но факт того, что один раз мне удалось досигналить до Алекса, вселял надежду. И то, что у меня есть какой-то удивительный талант прорывать материю с пространством и открывать порталы в другие миры – отличный бонус. Понять бы только, как этим умением пользоваться. Ведь пока получаются только спонтанные проходы, причем направление у них бесконтрольное и непредсказуемое.

Я зажмурилась и забормотала, стараясь воспросизвести состояние воронки, которая всегда сопровождает появление портала. Во время попыток гипноза, кстати, тоже. Его на мне пробовали применять все мужчины, включая Хрома, Разбойника и особенно Фабиана Варгаса. Сейчас кажется, что гипноз с одной стороны стимулировал мою магию, а с другой – формировал иммунитет ко внушению. Иначе как объяснить, что я с легкостью сбросила все гипнотические состояния? Даже Фабиана. А у носферату, если верить учебникам, сила внушения очень высока.

– Давай, давай… – шептала я себе. – Алекс, я сосредоточенная на тебе. Алекс… Алекс Хром… Мне надо визуализировать тебя в ятп…

В голове моей зазвенело, уши заложило, будто на них надели пластиковые стаканы. Меня качнуло и будто потянуло куда-то вперед, пальцы закололо. В следующий момент воздух затрещал, слева закричал Соловей:

– Яра, раздрынь-трава! Ты что наделала!

Когда я открыла глаза, сама шарахнулась назад, потому что с моих ладоней срываются здоровенные молнии и передо мной открылся портал в человеческой рост. Внутри него что-то мелькает, гудит, слышен рев и крики.

– Перестаралась, – пробормотала я, раскинув ладони, потому что так вылетающие из них молнии можно хотя бы направлять.

– Вырубай его! – закричал Сол.

– А вдруг он ведет домой? – с надеждой выдохнула я.

– А кто тогда там орет? – в ужасе проорал Разбойник, заняв боевую позицию, и провел языком по верхним зубам, а это верный знак готовности атаковать свистом.

Аргумент прозвучал убедительно – если в портале звуки битвы, значит там идет битва. Сморщившись, я попыталась сжать пальцы в кулак, чтобы молнии из ладоней перестали вылетать, но меня только качнуло и будто вморозило в воздух. Сила во мне, формирующая портал, так велика, что не дает даже шелохнуться.

Соловей напрягался все сильнее.

– Яра, ну чего ты там?! Затворяй!

– Не могу!

– Да ядрена кочерыга!

Он присел на одно колено и уперся обеими ладонями в траву, как делает всегда, когда готов применить боевой свист, и развернулся лицом к порталу. И очень вовремя, потому что через секунду из него вывалились сразу четыре вурдалака. Морды перекошенные, глаза на выкате, сами тощие, как жерди и все с одной целью – вцепиться кому-нибудь в глотку.

Ужас, даже если и сковал меня, он все равно слабее той неподвижности, которую я сама себе организовала с помощью своей же силы. И, когда вурдалаки всей толпой ринулись на меня, я успела три раза мысленно попрощаться с жизнью.

Соловей подоспел вовремя. Его оглушительный свист рассек воздух, словно меч самурая, и вурдалаков откинуло с холма за верхушки багровых деревьев.

Вытерев губы, Сол прокричал:

– Яра, если не закроешь, будет хуже!

– Знаю! – в отчаянии выкрикнула я. – Не получается!

Следующая порция кровососов, вывалившихся из портала, оказалась больше: шестеро. На этот раз громадных, будто их кормят стероидами. Пятеро рванули на Соловья, а один ринулся ко мне.

Свист Разбойника снова пронзил пространство над холмом, краем глаза я видела, как вурдалаки по одному разлетаются кто в одну, кто в другую сторону. Но все это не важно, потому что один единственный упырь несется прямо на меня и защититься от него я не могу ни как.

На этот раз точно всё, мелькнула жалкая мысль. Но я даже не смогла зажмуриться – так и смотрела, как смерть в облике вурдалачьей образины стремительно приближается ко мне.

– Сол! – заорала я в бессилии.

Но покосившись влево, увидела, как место, где стоял Соловей, облепили вурдалаки и начали образовывать гору из упырей. Меня ужаснуло ещё больше, когда заметила, как они стремительно выбегают из леса и карабкаются на холм, беспощадно нас окружая.

– Блуаааа… – заорал упырь передо мной и протянул ко мне кривые пальцы, страшно оскалив длиннющие клыки.

Я смогла только завизжать в ответ. В следующий момент вурдалак покрылся золотым пламенем, его морда вытянулась, на ней застыло непонимание. Через секунду он вспыхнул, как головешка и осыпался золой к мои ногам. Позади него в боевой позе, с огненными шарами в ладонях, грязный, как нечисть и с горящими голубым огнем глазами застыл Алекс Хром.

Он сплюнул кровавый сгусток и проорал:

– Я же сказал, не привлекать внимания!

– Ч…ч...чего? – только и смогла пискнуть я.

Алекс скривился и отмахнулся плечом, после чего выпустил огненный пульсар в кучу-малу, на дне которой где-то погребен Соловей. Груда вурдалаков вспыхнула, как сухая солома, ни осыпались кучками пепла, обнажив сидящего в позе лотоса Соловья. Он тихонько что-то свистит, и этот свист образует вокруг него звуковой кокон. Именно он защитил его от острых клыков вурдалаков.

Когда они исчезли, Сол открыл один глаз, затем второй и перестал свистеть.

– Хром, – проговорил он, – тебя где носило?

– Потом поблагодаришь, – огрызнулся Алекс. – Надо уносить ноги. Вы со своими порталами такого шума наделали, наверное половину Небулана встряхнули. Вон, смотрите.

Мы с Соловьём оглянулись. Из леса продолжают вываливаться вурдалаки и лезть на холм, как в самом страшном фильме про апокалипсис. Из портала тоже время от времени вылезают упыри, Алекс мечет в них огнем, и те рассыпаются в труху. Но толпа нежити все прибывает, тут никакого Алекса не хватит.

– Надо бежать, – заключил он.

Соловей поднялся и отряхнул колени.

– А то мы без тебя не догадались, – отозвался он и свистнул в вурдалака, который поднялся слишком близко по холму. Того моментально отбросило, он пролетел над верхушками деревьев и свалился где-то за ними, громко захрустев кустами.

Брови Хрома сдвинулись, он произнес:

– Не понял.

– Не понял он, – хмыкнул Соловей и кивнул на меня. – Она не может сдвинуться с места и закрыть портал.

– А… – многозначительно протянул Алекс.

В следующий момент его массивная фигура налетела на меня с такой силой, что меня будто вышибло из какого-то паза, в который я была крепко помещена. В голове щелкнуло, по телу прокатилась волна боли и я завыла, чувствуя, как каждая клеточка во мне разрывается от электрических импульсов, которым резко оборвали канал выхода. Меня затрясло, стали бить конвульсии, зубы застучали частую дробь, на глаза упала розовая пелена, а уши снова заложило.

Будто через стену я услышала Алекса:

– Тихо, тихо, пройдет, потерпи…

Лежа на траве, я видела как он быстро поднялся и скомандовал Соловью:

– Бери её на руки и бегом туда!

– А ты?

– Я прикрою!

Моя голова все ещё гудела, сквозь мутную пелену я видела, как Соловей перекинул меня через плечо, в живот больно стукнуло его плечом. Я сдавленно простонала и нашла силы поднять голову, чтобы не висеть плетью и не таращиться на багровую траву и пятки Сола.

Картина предстала, как из высокобюджетного боевика – толпа вурдалаков вываливается из леса и ломится к вершине холма, на которой Алекс мечет из ладоней столбы пламени. Они, как огненные потоки из брандспойтов, обрушиваются на упырей лавиной жидкого света, те вспыхивают и осыпаются золой, почти не успевая подступиться к агенту Хрому.

Почти. Пара вурдалаков все же достала его из-за спины. Я слышала собственный крик, когда кривые когти упырей полоснули по его лопаткам. Алекс заорал яростно и злобно, после чего, даже не оборачиваясь, метнул руку вниз за спину, с ладони сорвался огненный болид и оба упыря мигом сгорели в неудержимом пламени.

– Он не удержит их! – выкрикнула я Соловью, который несется вниз с холма в сторону леса, неистовым свистом расчищая дорогу от вурдалаков.

– Ты плохо знаешь Алекса, – бросил он.

Наверное, отвлекать его разговорами не стоило, потому что паузы между свистом хватило, чтобы трое вурдалаков налетели на нас справа. Соловья тряхнуло так, что меня вышибло с его плеча, я перелетела через его голову и свалилась на упыря, метившего в левый бок Разбойника.

– Етить! – только и смогла проорать я.

Упырь подо мной задрыгался, не понимая – то ли скинуть меня, то ли попытаться вцепиться в мягкую часть. Боль от резкого обрыва канала с порталом к этому моменту у меня немного прошла, голова стала соображать. Этого хватило, чтобы я морщась от ломоты в мышцах, вскочила и сделала мощный, резкий пасс, во всю глотку проорав заклинание «Свет небес»:

– ЯромАрь огнерАть пАди дА!

На занятиях у Хрома «Свет небес» у меня получался с переменным успехом. Но сейчас то ли адреналин помог, то ли объект поражения достаточно близко, но воздух над вурдалаком раскололся, яркая, бледно-желтая вспышка ослепила мир, после чего молния ударила прямиком в макушку вурдалаку. Наши глаза встретились, морда упыря с отупением вытянулась, а в следующий миг он рассыпался, обугленными листьями пепла.

– Яра! Сзади! – донесся до меня крик Соловья.

Резко оглянувшись, я увидела несущегося на меня очередного вурдалака и успела увернуться от его атаки. До меня он бы все равно не добежал, потому что в спину упырю ударил столб пламени Алекса и испепелил его в труху.

Соловей тем временем яростно сражался с четырьмя непомерно большими вурдалаками, они прессовали его и не давали как следует присвистнуться. Поэтому он мутузил их богатырскими кулаками, наполняя воздух хрустом костей и чавканьем рассеченной плоти.

– Яра! Беги! – заорал Сол.

– Я вас не брошу!

– Беги!

– Нет!

Вскинув руку, я скрестила пальцы и швырнула пасс, выкрикнув заклинание «Порыв Позвизда». С рук моих сорвался порыв воздуха и с силой ударил в одного из громил, отшвырнув его метров на двадцать. Я надеялась, что это остудит его пыл. Но через пару секунд таварюка снова была на ногах и теперь взгляд его проваленных глаз впился прямиком в меня.

– Блин… – нервно икнула я.

– Яра! Кокон! – услышала я резкий крик Алекса, он неистово сражается с целой толпой вурдалаков, как богатырский ниндзя, прыгая, кувыркаясь в воздухе и швыряя огненные столбы в тварей.

– Я не умею! – пискнула я.

Алекс упал на одно колено, упырь накинулся на агента слева, но Хром ухватил его обеими руками за голову и со смачным хрустом просто вырвал её вместе с позвоночником.

– Умеешь! – заорал он убежденно, отбрасывая голову вурдалака. – Как на занятиях! Давай! Яра, накрывайся!

На занятиях по боевой магии Алекс часто рассказывал о «Коконе жизни» – базовое заклинание, которое надо постоянно обновлять, но владеть которым обязаны все, кто переступает порог академии Парамагии. Оно даже важнее «эхо». Как и большинство других заклинаний, оно у меня получалось плохо и с переменным успехом. Но сейчас тот случай, когда ошибаться себе дороже.

Обхватив себя за плечи, я глубоко вдохнула и выдохнула, после чего быстро зашептала:

– «Моя защита нерушима,

Меж мной и сумраком стоит.

Меня окутает незримо,

И кокон жизни защитит».

Воздух вокруг меня заискрился, начал уплотняться и исходить мелкими звездочками. Упырь, который возжелал накинуться на меня, с треском налетел на невидимую преграду и его отбросило назад метра на три.

– Вот так! – выкрикнул Алекс. – Держи кокон и не вылезай!

Вурдалаки налетали на мой кокон жизни, отскакивая от него, ошпаренные магическим разрядом. Я не прекращая шептала заклинание кокона и с круглыми, полными ужаса глазами таращилась на то, как Соловей машет кулаками, периодически посвистывая и делаля жуткие пассы, от чего вурдалаков скручивало и иссушало, как обезвоженные деревья. Хром стал ещё больше походить на богатырского ниндзя – носился по склону, постепенно отодвигаясь к нам с Соловьем, метая огненные столбы, кувыркаясь и перепрыгивая через головы упырей. Его футболка на рукаве порвалась, а на спине повисла ошметками – там побывали когти вурдалака. Наверное и рана есть. Лицо забрызгалось кровью и какой-то сажей.

Их слишком много. Упырей. Даже таким крутым и сильным боевым агентам не выстоять против постоянно пребывающего моря вурдалаков. Откуда они взялись, кто знает. Наверное, из леса. Их привлек шум от моего портала. Да ещё из самого портала привалило.

Соловей и Алекс бились, как настоящие буйволы, я восхитилась ими, впервые увидев агентов в реальном бою. Только теперь я поняла, насколько я пока неопытна, ибо то, как бьются Алекс и Сол – настоящий боевой танец магии.

Но им не справиться в одиночку. Может с моей стороны крайне самоуверенно считать, будто я могу чем-то помочь. Но три бойца это лучше, чем два.

– Иду на помощь! – крикнула я.

– Не вылезай! – проорал Алекс, швыряя огненный шар.

– Вы не справитесь!

– Не лезь сказал!

Но я уже скинула кокон жизни и прочла «Свет небес». Молнии ударили сразу в троих вурдалаков, превратив их в пепел. После этого вся толпа с оскаленными пастями развернулась ко мне и утробно зарычала, как единый организм.

Я сглотнула.

– Упс…

Глава 4

Следующее, что я помню, это как со всех ног бегу вниз по склону, который становится все круче.

– Яра! – услышала где-то позади яростный крик Хрома.

Но остановить мой безумный бег уже ничто не могло. Во-первый, уклон такой крутой, что инерция сильнее моих мышц. А во-вторых, толпа вурдалаков, бегущая по пятам и стекающие в неё ручьи упырей справа и слева, эту инерцию только усиливают.

– …рыв! – снова услышала я вопль Алекса.

Что за «рыв» я не поняла и припустила ещё быстрее, успевая на бегу метать в стороны мелкие заклинания, типа «эхо».

Ноги гудят, сердце молотит, дыхание, как в горниле – шумное и обжигающее. Если я так буду бежать ещё хотя бы минут десять, возможно даже оторвусь от этих кровососов.

Однако случиться этому оказалось не суждено, потому что через несколько секунд я поняла, что такое «рыв».

Этот «рыв» выскочил подо мной внезапным обрывом. Затормозить я не успела и с замиранием сердца ощутила, как в прыжке провалился желудок. В замедленном кадре я смотрела себе под ноги в пустоту, понимая что со всего разбега выпрыгнула с обрыва. Подо мной разверзлась бездна, где-то далеко внизу туман, позади рычание и хрипы вурдалаков, а моя перспектива – с ускорением свободного падения мчаться на самое дно расщелины.

– Мляяяяааааааа!.. – услышала я собственный вопль и в отчаянии замахала руками, чувствуя, как беспощадная гравитация рванула меня вниз.

Воздух засвистел в ушах, как предвестник моей скорой кончины, перед глазами все закружилось. Я падала и орала, как в последний раз. Хотя почему «как»? Я прекрасно понимала, что это и есть тот самый последний раз, но повлиять на судьбу в эту секунду у меня нет никакой возможности.

– Яра! – услышала я где-то сверху яростный крик.

После чего меня резко дернуло и прижало к чему-то жесткому, лицо уткнулось в теплое и мокрое, где-то задним умом я поняла, что это промокшая от пота и крови футболка.

Потом тряхнуло. Был удар. Достаточно сильный, чтобы Алекс, который меня схватил в охапку, сдавленно застонал и взвыл. Мне лишь задело колено, не сильно, хотя и больно. И все же в голове гул, сердце стучит с перебоями, дыхание стало поверхностным и вырывается из легким со свистом, я не поняла – умерла или нет.