Геренберо. Начало войны империй
- -
- 100%
- +
– Привет, пушистый, – решил поддержать беседу.
Над головой животного отобразились персональные данные:
«Домашний кот. Кличка «Рыжик». Возраст – 5 полных лет. Хозяин отсутствует».
О как! Контакт налажен!
– Рыжик, значит?
– Мяу-у.
– Приятно познакомиться!
Мохнатый беспризорник подкатился колобком к ногам и устроил тактильный контакт стандартным обтиранием пыли о новые штаны. После кошачьего приветствия новый знакомец уселся напротив временно заблокированного прохода портальной арки и внимательно уставился на меня зелеными наглыми глазами.
– Мяу!
– Извини, дружище, по-кошачьи не разумею, – повинился я.
«Желаете активировать функцию понимания речи аватара?»
От неожиданного возникшего текста перед глазами аж назад дернулся.
– Коммодуль, железка ты бездушная, до инфаркта так доведешь!
После запроса, получил выжимку из реестра полуразумных существ на Геренберо. Коты, наравне с подобием земных собак, и еще семнадцати видов местной фауны имели адаптивный инструмент общения с жителями планеты. Причем именно млекопитающие являются инициаторами общения.
Что-то не понял, выходит избранное зверьё когда-то кем-то генетически модифицировалось?
Коммодуль продолжил ликбез:
«Все полуразумные существа относятся к автохтонным видам».
Ага, понятно.
Понимать язык зверей? Почему бы и нет! Что я, хуже Маугли, что ли?
– Мяу.
«Активировать функцию».
«Человек, хочешь, я буду твоим спутником?» – мгновенно получил я перевод.
Глядя на оценивающий взгляд Рыжика, понял, что по-кошачьи я теперь успешно могу общаться с местной чудо-фауной.
– Андрей – моё имя, – указал я в место поверх головы, где предположительно висел виртуальный текст личной информации.
«Я умею читать, – упрекнул меня в невежестве пушистый знакомец. – Прежний человек был добр ко мне. Недавно он умер. Дети хозяина прогнали из дома. Теперь я живу на улице. Так как тебе моё предложение?»
Осмысленная речь беспризорного животного поставила меня в тупик.
Внутренний брюзга взялся терзать душу:
«Я тут другими вещами должен заниматься, а не зверьё говорящее приручать! Впереди руководство Западным фронтом и реализация плана кампании 11-го месяца!»
«А что я теряю?» – вторил ему сердечный добродетель. – «Миску молока, и банку тушенки я мохнатому из генеральского пайка выделю, авось не обеднею и с голоду не помру!»
Победила светлая сторона моей авантюрной натуры.
– Рыжик, я не против.
«Подтвержден договор с питомцем. Домашний кот Рыжик стал вашим верным спутником».
По мордашке котяры было заметно, что того переполняет радость.
Так-с, договоры обычно изучить сперва дают, а уж потом палец в краске прикладывают в знак согласия.
– Расскажи только, что от меня требуется? – все-таки я решил расставить все точки над «ё».
«Ничего особенного, Андрей Львович, – затараторил нежданно обретенный питомец. – Жить я буду у тебя. Хочу трехразовое питание, личную коробку и чтобы не обижать меня. Всё».
Время на таймере прыжкового портала подошло к концу, пора выдвигаться к месту службы.
– Ладно, позже разберемся. Рыжик, ты через порталы ходил?
«Так точно, – по-военному четко выдал кот. – Прежний хозяин часто путешествовал по Центральному континенту».
– Ну, тогда пошли, приятель?
Без лишних слов Рыжик развернулся к мерцающей пелене активной арки и пухлыми лапками засеменил впереди меня. Я едва название точки прибытия успел произнести. Экий у меня теперь шустрик нарисовался.
Глава 5. Встречают по одёжке.
Геренберо.
Красная Республика.
Локация Б-7, г. Загороград.
Городской парк.
1-й день Третьего этапа.
16:00 по местному времени.
Текущая дата: 1.1.11.7134.
Прибыв в город назначения, приятно удивило отсутствие встречающей делегации. На ночном пляже Порт-Рея уж больно нервные оказались представители властей. Теперь я, само собой, свой в доску, но почему-то мне без конвоя сопровождающих как-то спокойнее.
Питомец напомнил о режиме питания, едва мы вышли из портала. То есть практически через мгновение, как покинули родной Рыжику населенный пункт. Пришлось озаботиться поисками еды для кота. Благо – вместе с документами органы НКВД задним числом поставили «посланников» на довольствие и выдали причитающуюся наличность. Сумма оказалась внушительная. По словам того же Эфиопова, полученных денег нам хватит, чтобы безбедно жить пару лет в Красной Республике, при этом вообще ничего не делая. Тунеядство в стране, кстати, преследуется по закону, как это было в годы «советской власти» в родном Союзе родного мира.
И я, и Элен получили в НКВД по саквояжу. Так вот, наши документы по весу и объему и десятой части в них не занимали! Основное место в нем использовалось под хранение наличности. В кожаной генеральской дорожной сумке сейчас лежали пачки денег! В большом количестве и разного номинала!
«Гастроном» был в сотне метров от портальной лужайки. Там я накупил полную авоську мясных деликатесов, литр молока в стеклянной квадратной ёмкости и килограмм свежей рыбы. А еще удачно поменял пятнадцать пачек мелких купюр на десять «сотенных» бумажек. Нести саквояж стало заметно легче. Да и Рыжик остался счастлив. До икоты.
Сам я был не голоден. В Порт-Рее незадолго до перехода нам удалось плотно пообедать. Эфиопов после визита в штаб Центрального военного округа отвез нас в тот же ресторан, где мы перекусили ночью. Нил Яковлевич любезно, но навязчиво согласился составить нам компанию. Всё время пока готовились заказанные блюда, комиссар госбезопасности с воодушевлением делился секретной информацией.
Вообще заместитель Амброзова оказался вполне адекватным мужиком с нехитрыми запросами по жизни, в меру юморным, прямолинейным и слегка сентиментальным. Для его богатырской комплекции и службы в НКВД – довольно странная смесь черт характера.
Неспешно прогуливаясь с Рыжиком по парку, я погрузился в воспоминания минувшей трапезы…
– С вашим прибытием, товарищи генералы, дела в стране точно пойдут в гору! Мы им всем покажем тьму ночную! Будут знать, как против красных козни стоить! – здоровяк смешно потряс кулаком в знак неминуемой кары загадочным недругам Республики. – И друзья ваши нашлись, хвала Господу! Дел, конечно, они натворили, ну да мои коллеги сами виноваты. Нечего было руки распускать. Вот, Андрей Львович, мы же на пляже ночью вполне мирно уладили дела? Эти бездари староградские, должны благодарить товарищей генералов, что они их только слегка помяли, а не на тот свет отправили. Да-а, сейчас, как и говорил товарищ Сталин, наступает время крутых перемен.
«Смешной он, этот Эфиопов», – подумал я, глядя на пушистого сытого кота, вальяжно переставляющего рядом лапки и изредка посматривающего в мою сторону.
«Хозяин, я согласен на двухразовое питание», – неожиданно выдал питомец.
Видимо кот увидел ухмылку на моем лице, и взгляд, направленный на его хвостатую персону.
– Как скажешь, приятель. Хоть ешь ты как не в себя, продукты в республиканском «гастрономе» стоят сущие гроши, – ответил я Рыжику, снова возвращаясь мыслями к разговору в ресторане.
Сергей и Элеонора действительно нашлись. Теперь курсанты Орлов и Бердзи аж генерал-лейтенанты! Феноменальный карьерный рост. С чего бы, интересно, такая дискриминация? Нам звание генерал-майоров присвоили, а они на ступень выше забрались. Я с Элен будучи курсантами Центра Подготовки на Фаладри-15 сержантские нашивка заимели, эти же двое даже капрала там не получили. Обида прямо зародилась. Небольшая по размеру, но зловредная. Как железякой по стеклу.
«Сладкая парочка» материализовалась на Геренберо в окрестностях Старограда, что лежал к северо-востоку от столицы Красной Республики. В штабе Центрального военного округа вкратце поведали о приключениях этих двоих «посланников». Когда мы узнали, как они отдубасили поджидающий их в засаде полувзвод энкавэдэшников, я и Элен едва сдерживались, чтобы не рассмеяться в голос. Теперь понятно, почему Амброзов допытывался о местонахождении ребят. Его контора опростоволосилась, а товарищ комиссар 2-го ранга стрелки вроде как на неудачные пророчества лидера страны переводил. Некрасиво получается. Или интрига тут в другом?
Также как и мы, Орлов и Бердзи были назначены командующими фронтами. Всего ударных группировок у красных оказалось четыре, и по странному стечению обстоятельств, ключевые должности там заняли «посланники». То есть мы.
К моменту нашего появления на Геренберо жизнь в Красной Республике только-только оказалась переведена на военные рельсы. Собственно, Центральный военный округ стал своеобразным центром сосредоточения свободных резервов страны. По периметру границ теперь развернуты восемь фронтов, а из двенадцати армий в кампании первой декады 11-го месяца планируется задействовать семь.
Сергей возглавил Северо-Западный фронт, а Элеонора – Северный. Сил и резервов Генштаб им выделил до жути много, а цели ударных группировок были не сильно отличные от наших с Элен.
Северо-Западному фронту Орлова в составе 2-й и 7-й Армий вменялось в обязанность занять левую часть Пятой нейтральной страны и Четвертую державу. Войска его «одержимой» молчаливой подруги силами 9-й, 10-й и 12-й Армий, должны будут захватить Шестую страну прозрачных и правую часть Пятой.
С одной стороны, на двоих «сладкая парочка» имела 18 пехотных, 6 механизированных и 5 танковых дивизий 100%-го штата, с моральным состояние войск «отличное». Силища у ребят неимоверная! Они просто обязаны в блин раскатать нейтралов и даже не вспотеть!
С другой стороны, обидно немного. Как так вышло, что «агрессивным отморозкам», какими влюбленную пару заочно завуалированно характеризовал Эфиопов, достанутся лавры победителей, присоединивших обширные земли севера континента. С такой ордой войск, да при наличии половины всех людских резервов и техники Республики это вопрос ближайшего будущего.
Не то, что светит Элен и мне. Мирно прогуливающейся накануне в ночи по берегу моря – нашей парочке выпадает роль собирать крошки с барского стола.
Амброзов и Кутков уверяют, что западное и юго-западное направление наиболее важное для реализации планов правительства. Но раз мы должны зубами вгрызаться в такие перспективные территории, какого лешего Генштаб так мало войск выделил?
«Прозрачных вы быстро разгромите!» – уверял нас Эфиопов во время обеда в ресторанчике города Порт-Рей.
Ага, всенепременно! До куцего воинства своего вот только доберусь, и сразу в бой.
***
Красная Республика.
Локация Б-7, г. Загороград.
Площадь с фонтаном рядом с городским парком.
1-й день Третьего этапа.
17:30 по местному времени.
Текущая дата: 1.1.11.7134.
До расположения штаба мы с Рыжиком добрались без приключений.
И все-таки нас тут ждали. И встречали.
Досада от осознания факта предстоящей пешей прогулки через весь город быстро прошла после того, как я покинул парковую зону и выбрался на прилегающую площадь.
– Товарищ большой начальник, вот вам и встречающая персона с группой сопровождающих лиц, – выдал полушёпотом себе под нос, когда заметил прямо рядом с городским фонтаном небольшую группу военных на автомобилях.
Офицер штаба фронта в звании майора Красной Армии флегматично курил папироску возле самого настоящего «виллиса». Водитель-сержант протирал ветошью лобовое стекло, еще один офицер сидел вполоборота и наблюдал за спешной выгрузкой отделения красноармейцев из подъехавшего минутой ранее грузовичка наподобие советской «полуторки».
Погода стояла теплая, правильнее сказать – жаркая. Градусов 25-27 по Цельсию в тени было совершенно точно. Я вытер платком испарину на лбу и поправил фуражку, оправился. Рыжик тоже решил привести в порядок внешний вид: он замер на мгновение, а затем, как дворовая собака встряхнул шерсть и выставил хвост трубой.
Усатый майор тоже заметил нас. В ту же секунду окурок полетел в сторону. Он рявкнул сидящему в «виллисе» капитану, степенно оправился и зашагал мне на встречу. Второй офицер уже вовсю командовал «почетным караулом», а водитель легковушки пулей занял место за баранкой, готовый по первой же команде нажать на «газ».
– Здравия желаю, товарищ генерал-майор! – зычно гаркнул усатый, сопроводив речь четким уставным приветствием. – Майор Чердынцев, командир комендантской роты штаба Западного фронта, – представился он. – Направлен начштабом полковником Зоводным встретить вас и сопроводить в расположение штаба фронта.
Приложив руку к козырьку фуражки, я боковым зрением увидел несвойственное простому дворовому коту действо. Рыжик сел на «пятую» точку и приложил правую лапу к уху.
– Э-э, товарищ командующий, – майор так же перевел взгляд на моего мохнатого нахлебника, – Это ваш личный питомец?
– Да, – я пожал плечами, – недавно вот сдружились. Рыжик его зовут.
Видимо майор прочёл информацию поверх головы кота. По вытянутому лицу встречающего было хорошо заметно, что одомашненный полуразумный представитель местной фауны – редкость дичайшая.
– Товарищ генерал-майор, – Чердынцев задорно подкрутил усы, – как говорят в народе: «приход питомца в начале дела – гарантия успеха!»
– Поживем – увидим, майор, – осторожно поддержал я оптимизм красного командира.
Почему осторожно? А потому, что коммодуль ненадолго вышел из спячки и подкинул пищу для размышлений:
«Полуразумные животные Геренберо весьма избирательны при налаживании контактов с разумными. Как правило, инициатива исходит от представителей автохтонной фауны. Поведенческая особенность полуразумных «кошек» за долгий период взаимодействия с жителями известных территорий Геренберо выявила ряд аксиом. Среди безукоризненно соблюдаемых условий можно отнести следующие:
1. Питомец всецело предан хозяину до самой смерти. При возникновении угрозу жизни разумному, питомец защищает хозяина, активируя скрытые ментальные возможности.
2. Животное выбирает себе хозяина в момент, когда у данного разумного происходит спонтанный узконаправленный пси-выброс при одновременном всплеске ярко выраженной ментальной активности.
3. Вне зависимости от условий договора сотрудничества, появление питомца в жизни хозяина в период начала каких-либо значимых мероприятий, практик и иных форм взаимодействия этого разумного с внешним миром, гарантирует наиболее благоприятный исход задуманных действий.
4. Согласно верованиям местного населения договор с личным питомцем – «благая весть», а его повсеместное нахождения рядом с хозяином – обязательное условие воплощения наилучшего результата».
Какая занятная легенда разработчиками аттестационных испытаний сконструирована. С прямым намеком на гарантию сдачи мной экзамена. Или это так главный ИскИн забавляется? Как бы то ни было на самом деле, все-таки есть над чем задуматься…
Встречающая делегация, понятное дело, ковровую дорожку раскатать передо мной не соизволила. Отделение бравых солдат под началом капитана построилось в шеренгу рядом с «полуторкой»… Уставное приветствие «начальства», быстрая погрузка «по машинам», лихая езда по улицам провинциального городка – в общем, как и сказал выше, до расположения штаба мы с Рыжиком добрались без приключений.
Командное «хозяйство» Западного фронта стояло обособленным охраняемым лагерем сразу при выезде из Загорограда в южном направлении. Небольшой палаточный городок, если взглянуть на него сверху, имел идеальную форму квадрата, был обнесен быстровозводимым забором из бетонных плит, имел два укрепленных КПП – с южной и северной стороны, а также дозорные вышки с крупнокалиберными пулеметами по четырем углам охраняемой территории. Вдоль периметра штаба Западного фронта курсировали до зубов вооруженные патрули комендантской роты.
В свете предстоящей неминуемой войны, я провёл для себя небольшой ликбез. Благо – коммодуль вроде как вышел из спячки и теперь соизволил заработать на полную мощность.
По правилам испытаний для успешной итоговой аттестации по третьему курсу, участники должны показать блестящие навыки стратегического руководства вверенными войсками. Эти самые войска, как легко понять, нами должны управляться дистанционно, минуя некоторые особенности обычной армейской жизни. Виртуальная особенность созданной реальности скрадывала шероховатости будней и приводила общую картину в погруженной действительности к некоему общему знаменателю.
Так было на первом курсе, так было и на втором. Итоговые испытания третьекурсников здесь вычурной новизной отличались разве что вводом пресловутых «зомби». Общая же структура и состав армии был стандартным.
Основной единицей вооруженных сил на Геренберо являлась «дивизия». Первый основной её показатель – «сила». Минимальный процент силы действующего тактического соединения по правилам, именуемым аборигенами как «божьим законом», не может быть меньше 5%. Штатная численность стандартного состава любой дивизии равна 10000 разумным или, другими словами, она имеет 100% силы. Усиленная дивизия может достигать 12500 разумных, то есть равна 125% силы. Другими словами пять процентов силы равны пятистам разумным. При переводе на более привычную терминологию, пятьсот бойцов и командиров были сведены в стандартный батальон.
Штаб армии также имеет номинальную силу 5% с моральным состоянием «отличное», но в условиях реального боя от такой «мощи» толка нет никакого. Шанс, что штабу, как воинскому подразделению удастся выйти победителем после сражения с врагом, равны практически нулю. Единственная возможность успеха боестолкновения – получить противника с уровнем морального духа «о.п.» или «пан»11, при силе неприятельской дивизии менее 20-30%. По оценке коммодуля вероятность развития событий по такому сценарию отнесены к разряду из области научной фантастики.
Штаб фронта или штаб округа «весит» 10%, Генеральный штаб любой как титульной, так и нейтральной страны – 25%. Правда «сила» эта большой роли не играет на поле боя. Когда штаб армии или фронта, и тем более – Генштаб идет в атаку – хана такой армии или фронту, или стране. Тут и ежу понятно.
– Не извольте беспокоиться, товарищ командующий, – усатый майор вполоборота озорно скалился всю дорогу, – костяк офицеров штаб фронта подобрался боевой! А теперь еще и питомец у вас заимелся – удача в предстоящем деле нам обеспечена!
Численность штаба моего Западного фронта была штатной. Пока ехали до места назначения, Чердынцев дал расклад по десяти процентам «силы» командного ядра вверенной мне группировки. Ничего нового я не узнал. Собственно кроме самого штаба фронта «командная» тысяча состояла из управлений: артиллерии, бронетанкового, инженерного, связи, специального и органов тыла.
– Здравия желаю, товарищ командующий!
Статный широкоплечий начштаба встречал нас перед входом в модульное одноэтажное здание. Согласно личному делу, добытому родным коммодулем непонятно где и каким образом, Капитон Устинович Зоводный был потомственным кадровым военным аж в седьмом поколении. Предки черноволосого красного командира верой и правдой служили Красной Республике, когда та еще была монархией. Лет полковнику стукнуло сорок семь, ростом он был под стать мне – под два метра, холодный пронзительный взгляд серых глаз излучал железобетонное спокойствие и профессионализм.
«Персональные данные высшего командного состава Красной Армии, НКВД, гражданского управления доступно для изучения с момента загрузки на Геренберо».
Личную информацию по начштабу фронта коммодуль, как оказалось, имел с самого начала. Равно как и данные по всему генералитету моей временной виртуальной родины, да и не только генералитету. Что ж, учтем-с.
– Здравствуйте, Капитон Устинович.
Глава 6. План переезда.
Геренберо.
Красная Республика.
Локация Б-7, окрестности г. Загороград.
Штаб Западного фронта.
2-й день Третьего этапа.
5:30 по местному времени.
Текущая дата: 2.1.11.7134.
Утро добрым не бывает. Особенно, когда в сутках 26 часов. Особенно, когда ты не лежишь накануне на диване, поплевывая в потолок, а решаешь задачи стратегической важности в условиях стресса после «этапирования» в виртуальную реальность.
Я открыл глаза. Проснулся, стало быть. Но тело подниматься с походной кровати отказывалось категорически. И дело тут не в физической усталости. Неожиданно для себя, вчера ночью я стал понимать масштаб проблем, которые меня будут окружать ежечасно на протяжении ближайших лет. Как результат с раннего утра проклюнулось некое эмоциональное выгорание, другими словами – депрессия.
Через силу я сполз на пол, случайно задел картонную коробку, сонно зевнул. Едва продрал глаза, как столкнулся с тревожным взглядом Рыжика. «Непонятное телодвижение» хозяина, почему-то того не на шутку напугало.
«Хозяин, с вами все в порядке? Как вы себя чувствуете? Может врача позвать? Я мигом!» – зазвучала в голове речь геренберского животного.
– Отставить! – прикрикнул я на питомца, когда тот уже было бросился к выходу, дабы звать медперсонал на помощь. – Что за паника во вверенном мне войске!? Приятель, ты что всполошился-то?
«Полуразумный» кот замер на месте и прижал уши.
«Прежний хозяин также с постели сполз в последний день его жизни. А как на полу оказался – так сразу и помер. Вот я и подумал, грешным делом, что опять сиротой беспризорной останусь. Страшно. Не могу я на воле жить. Не знаю я как там существовать. Прежний хозяин меня несмышленым котенком нашел. Вот».
– Ну, ты, Рыжик, раньше срока-то меня не хорони, – посмотрел я с укором на питомца. – В ближайшие лет сто я еще пожить планирую. Причем весело и шумно. Поэтому всякие мрачные мысли, как старший по званию, приказываю из головы выкинуть категорически. Это раз. Во-вторых, все со мной в порядке. Акклиматизация, так сказать, хворь моральная. Не родовое – пройдет быстро. В-третьих, мы с тобой, Рыжик, вроде бы вчера вечером на совещании с полковником Зоводным обсудили план действий вплоть до четвёртого числа текущего месяца. Отсюда вопрос: какого рожна ты торчишь рядом со мной, вместо того, чтобы находиться в районе Форта-Четыре? И раз ты здесь, то где тогда штабная группа? Кто приказ Первой Армии доставит!?
Бегающий взгляд питомца говорил краше слов: новоиспеченный «адъютант» лихорадочно придумывает вменяемое оправдание.
«Так, шеф, это… всё сделано уже…»
По помятой от недавнего сна морде пушистого нахлебника было очевидно, что тот наглым образом врет начальству. Кажется.
– Да ну?
«Правда-правда!»
– Ты же спал только что тут! – возмутился я, указывая на картонную коробку. – Мохнатая морда вон какая заспанная. И теперь ты мне вкручиваешь, что приказ командующего выполнил? Мой приказ!
«Так точно, шеф! – подобрался кот. – Докладываю: час назад капитан Рыжик вернулся военным порталом вместе с офицером связи штаба Западного фронта. Приказ генерал-майору Ножову доставлен. Подвижные дивизии Первой Армии к настоящему времени выдвинулись в район сосредоточения на рубеж атаки, четыре пехотные – встанут на марш через полтора часа. До вашего пробуждения я был вынужден дремать в личной походной коробке».
Сонное состояние у меня как рукой сняло. Значит, пора дела делать на благо виртуальной красной родины.
Тут следует пояснить несколько моментов. Во-первых, по какой-то мудреной местной иерархии Рыжик, едва став питомцем генерал-майора Красной армии, тотчас поступил на действительную военную службу. Во-вторых, по той же причине он автоматически стал адъютантом своего хозяина, то есть – моим адъютантом. Прежний покойный владелец кота так же был военным, правда в отставке, но факт был на лицо, и поэтому мой нежданный нахлебник по выслуге лет дослужился до капитана. А раз полуразумный питомец – лицо специфическое, с примесью религиозного поклонения и припиской «благая весть», то начштаба фронта полковник Зоводный счел своим долгом напомнить о всенепременном использовании данного существа на благо вверенных мне войск. И это – в-третьих.
Совещались мы до глубокой ночи, и где-то только в 25:30 я добрался до кровати. По плану кот с группой штабных офицеров должен был в шесть утра прыгнуть специальным военным порталом в расположение 1-й Армии.