Столкновение миросистем. Мировая апостасийная миросистема. Том 1

Ветвь иоафетитских народов получила наибольшее благословение: «Да распространит Бог Иафета, и да вселится он в шатрах Симовых, Хам же да будет ему рабом» (Быт. 9, 27). В иоафетической ветви – оказались более 25 групп народов (славяне, этруски, балты, скифы, мидяне, тохары, каппадокийцы, эллины, киприоты, сикулы, тирсены, тиррены, фракийцы, фригийцы, пеласти, гето-даки, сиканы, армяне, хетты, иберы, италики, баски, германцы, кельты и др.). В группе славян, по «Повести временных лет» относятся русь, чудь, пермь, печера, емь, юрга, литва, зимегола, корсь, летгола, лива, ляхи, пруссы, варяги, свеи, урмане, гуты, англяне, галичане, валахи, римляне, немцы, колязи, венедийцы, фраги и народы Западной Европы [18]. По современным оценкам славяне включают 105 народов.

В «Толковой Библии» А. П. Лопухина объясняется: «распространению иафетитов отвечает и его интеллектуальное превосходство: метафизика Индии, философия Греции, стратегия Рима и вся современная мировая цивилизация обязана своим существованием и процветанием, главным образом, гению иафетитов» [6]. «Вселение иафетитов в шатрах Симовых» толкуется как «призвание двух народов … через Сима – патриарха Авраама и народ иудейский, а через Иафета – призвание язычников» (Иоанн Златоуст, Беседа 30) [6], т. е. это пророчество о новозаветной церкви и мессианской роли славянских народов. Иафетяне унаследовали земли Западной и Восточной Европы, и, в особенности, – территории России.

Третья ветвь – хамитские народы, начиная с сына Хама – Ханаана, за осмеяние Хамом отца получили проклятие: «проклят Ханаан; раб рабов будет он у братьев своих» (Быт. 9, 25). По А. П. Лопухину, толкование носит жесткий, но и ограничительный характер: «Ной изрекает проклятие на потомство одного только Ханаана, не касаясь других детей Хама» [6] – речь идет только об одной ветви хамитских народов. В эту ветвь входят: египтяне, ливийцы, нубийцы, кушиты, эфиопы, ханаанеи, финикийцы, филистимляне, кафториты, химяриты, сабеи, копты, берберы, палестинцы. Хамиты унаследовали земли Северной и Восточной Африки, Аравии, Леванта, Киликии, Сирты, Ливии, Нумидии, Мавритании, Киликии, Памфилии, Ликаонии, Фригии, Камалии, Ликии, Лидии.

Начало языческой эпохи. В Шумерах, Аккадах и Вавилонии распространилось многобожие. Вавилоне построили храм Мардуку, которому приписывалось еще 7 «божественных» воплощений («боги»: войны, рукопашной схватки, власти, совета, ночи, справедливости, земледелия). В столице Шумер, в Эриде – храм богу бездны Энки. В Вавилоне Нимврод (др.-евр. «восстанем») построил храм «богине» Инанне, которую почитали «небесной блудницей». Это говорит не только о политеизме, но и нравственно-извращенном отношении к тем, кого вавилоняне почитали «богами», т. е. речь идет о сакрализации сексуальной распущенности в Вавилонии. Халдеи, проживавшие в Месопотамии, Ниневии, Вавилонии, Мидии, Аравии, близ Персидского залива, выработали «тайные знания» по оккультным практикам колдовства, магии, волхования, гадания, астрологии, именуемые в Библии «глубинами сатанинскими» (книги: Аввакума (1:6), Иеремии (32:42), Иудифь (5:6). В Вавилонии появилась традиция исчисления родства по матери. После смешения языков возникло смешение народов и там же зародились межэтнические браки. Разгул похоти сакрализовался («жрицы» любви), появились оргии и свальный грех, мистические ритуалы – вместо богослужений, появились «священствующие женщины» [19].

После вавилонского столпотворения часть каинитов рассеялась и часть ушла еще далее на Восток. В духовном измерении, до потопа (2262 г. от сотворения мира) произошло разделение на две ветви: сифитов (потомки Сифа – сыны Божии) и каинитов (сыны человеческие). В среде каинитов, со временем, по мере развития греховных наклонностей развилось богоотступничество, откровенное язычество и сатанизм.

Кульминация языческой эпохи. Вавилон (по-аккадски «врата богов»; по-еврейски «смешение» – т. е. смешения языков, племен, нравов, веры). В Апокалипсисе Вавилон назван «великою блудницею, сидящею на водах многих … с нею блудодействовали цари земные, и вином ее блудодеяния упивались живущие на земле … и я увидел жену, сидящую на звере багряном, преисполненном именами богохульными, с семью головами и десятью рогами» (Откр. 17:1-3). Исторический Вавилон стал в мировой жизни столицей греха: «… и на челе ее написано имя: тайна, Вавилон великий, мать блудницам и мерзостям земным» (Откр. 17:5). Слово «тайна» указывает на «тайные знания» – демонологию, а слова «мать блудницам» указывает на то, что это «центр язычества», первая «столица глубин сатанинских», которые из Вавилона распространялись во всех народах (языках). Слова «мать блудницам» можно понимать, как порождение Вавилоном духовного блуда и трансляцию его другим культурам и цивилизациям, как привитие богоборческой роли всем народам. Поэтому имя «Вавилон» относится ко всей чреде городов и стран, которые воспринимали от сатанинской метрополии демоническую традицию и становились сателлитами язычества во все времена: «Ибо тайна беззакония уже в действии, только не совершится до тех пор, пока не будет взят от среды удерживающий теперь» (ап. Павел, 2 Фес. 2:7).

Вавилонское столпотворение – переход от латентного язычества к явному богоборчеству и оккультным практикам. Строительство Вавилонской башни затеял Нимврод (2576 г. до н. э.). Он был внуком Хама, т. е. вторым после Ханаана, на которого впервые легло проклятие Ноя и, по закону «духовного начала и конца» в Нимвроде ханааново проклятие возросло – усилилось. Его склонность ко злу была отмечена Богом даже во внешности и поведении. Нимврод был: 1) «черен лицом» (прозвали эфиопом) – т. е. он стал первым негром, праотцом негроидной расы; 2) исполином (в нем проявился гигантизм и в дальнейших поколениях усилился); 3) первым царем-самозванцем. Святитель Димитрий Ростовский писал: «Он творил насилия и убийства, и трепетала страна та от страха его. Он первым среди людей назвал себя царем и обладал народом не отечески, но мучительски» [20] [21].

Нимврод продолжил традицию каиновской цивилизации сооружения городов-гигантов. Иерей Даниил (Сысоев) подчеркивает, что это была не просто градостроительная инициатива, вся суть в цели, в движущем мотиве. Вавилон был задуман как «столица человечества, центр всех племен и знак их равенства (масонского равенства – добра и зла), как город-гора для контактов с космическими духами» [22] и сооружен в 2523 г. Главный мотив был богоборческим. Иосиф Флавий пишет: «Толпа единодушно выразила желание последовать предложениям Нимрода и стала считать повиновение Господу Богу позорным рабством. И вот они начали строить башню, не щадя рвения и усилий» [23]. Об этом свидетельствует и Библия: «И сказали они: построим себе город и башню, высотою до небес, и сделаем себе имя, прежде нежели рассеемся по лицу всей земли» (Бытие, гл. 11, ст. 4). Стоит оценить причину «рвения» строителей – это яростный протест: они помнили судьбу предков до потопа, и не признав их вины перед Создателем, прогневались на Бога. Кроме того, их протест принял форму мести, а это уже богоборческий умысел. Они знали, что последует после осуществления ими мести, знали о предстоящей каре и, конкретно знали о виде и характере этой кары, которая осуществится как смешении языков и рассеяние народов. Тем не менее в гневном ожесточении и упорстве – строили, что свидетельствует о духе упорства и гордости. Вавилоняне строили свою башню «вопреки» Воле и Промыслу Божьему строили «назло», «бросая вызов».

Вавилонский дух можно назвать духом первой в истории мира революцией «снизу». Этим духом заражены все революционеры, всех времен и народов. Они несут на себе древневавилонскую «печать богоборчества» и всякая революция является восстанием против Бога. Как и в Вавилоне, всякая революция провозглашает «свободу, равенство, братство», но в вавилонской семантике это означает:

свобода, как упразднение всех ограничений, накладываемых религией, культурой, политикой и государством;

равенство, как равенство добра и зла, т. е. моральная терпимость, устранение понятий греха, вины и тотальный либерализм;

братство, как тотальный нигилизм и космополитизм: все люди братья без социальных и государственных границ, а любые ограничения со стороны национальных и государственных, религиозных интересов – измена революционному братству.

Заметим, что и в этой истории отчетливо проявил себя закон духовного детерминизма:

сработала все та же схема: зависть → гордыня → гневное ожесточение → ненависть;

Вавилон стал «началом» мирового богоборчества, и он станет Новым Вавилоном при битве конца;

Новый Вавилон – это новая Римская империя, восстановленная в странах Европы и США к концу времен и, новый Вавилон, придет на территорию старого Вавилона для Третьей мировой войны – для битвы конца с самим собой; Новый Вавилон разрушит свои духовно-исторические основания и свою прародину – Старый Вавилон;

схема проявления закона духовного детерминизма еще раз повторится: зависть → гордыня → гнев → ненависть. На этот раз падение Вавилона будет окончательным и совместным: падением «людей греха» с родоначальником лжи и греха Люцифером и аггелами его.

Известно, что за осуществление богоборческого замысла, вавилоняне понесли наказание разделением языков. Свят. Димитрий Ростовский уточняет число этих языков и принцип, определяющий это разделение: «число разделенных языков соответствовало числу племен – князей, которые начальствовали, каждый над своим племенем, когда созидалась башня, ибо их было семьдесят один человек, а над ними был Нимврод» [24] [25]. Таким образом, языков, по числу племен, равнялось 72. Само число племен имеет загадку. Почему их именно 72 племени? Вероятно, есть промыслительное значение. Дело в том, что древневавилонский языческий «бог» Ваал признавался вавилонянами как «первый из 72 демонов», и считалось, что он управляет 66 легионами адских духов. Не исключено, что Бог смешал языки и рассеял эти древние народы в целях духовного научения богоотступников, как бы указывая им на то, что в момент наказания число их народов пришло в соответствие тому, во что они верили: если верите и молитесь Ваалу, считая его «богом» и убеждены, что он властелин 72 бесовских легионов, то и ваших племен ныне столько же, да и по духу вы уже не отличаетесь от этих легионов. В наказании Божьем есть кара и есть призыв опомниться, задуматься в рассеянии и раскаяться. А задуматься есть над чем: при капищах Ваала в Древнем Вавилоне обитали кедешимы и кедешомы, сакральные блудники и блудницы. Если освящен нравственный разврат, то таков же дух и самих племен.

Число 72 может быть осмыслено и позитивном ключе. В Откровении Иоанна Богослова сказано, что в последние времена, из числа иудеев спасется 144 тысячи. Первый смысл известен: по 12 тысяч из 12 колен израилевых. Но это можно осмыслить еще и духе закона духовной двоичности. В библейской экзегетике слово «тысяча» часто используется не буквально (количественно), а символически – в качественном смысле как «число полноты». В таком случае и о племенах можно говорить, как о тысячах. Если это в данном случае правомерно, то тогда допустимо предположение: если в Вавилоне отпало от Бога 72 «тысячи», то в последнее время, возвратится к Богу удвоенное число – 144 тысячи спасенных иудеев. Два этих смысла не противоречат, а дополняют друг друга. Тем более, что история древних иудеев была дважды сопряжена с центрами язычества: плен египетский и плен вавилонский.

Все племена обрели языки новые – неизвестные, и только язык праведного Евера остался неповрежденным языком Адама. «Так как Евер не был общником созидателей башни, – заключает Димитрий Ростовский, – то посему и язык праотцев в нем и его племени сохранился целым» [25] [21]. Всеобщее непонимание друг друга разорвало не только коммуникацию, но нарушило их межплеменное единство – связи племен распались. Однако, внутри каждого племени сохранилось языковое и племенное единство, что оставляло возможность сохранить племя как общество, как этнос и народ, сохранить единство образа жизни и культурной традиции. Но это требовало обретения единой территории как среды обитания и обособления племени как суверенного общества могла быть удовлетворена единственным образом – переселением народов. При этом, как отмечает Димитрий Ростовский, переселение было не механическим, а придерживалось того принципа, который нарек им в свое время Ной: «после сего смятения и смешения люди разошлись по вселенной, каждый в свою часть, определенную праотцем Ноем» [26] [21].

Многомерность духовного детерминизма

Печать «конца» – следствие духовного выбора в «начале». Причем многомерный характер имеют как причины, так и следствия, как духовные начала народов, так и духовное завершение их истории на том или ином этапе их исторического развития. Кроме того, закон духовной причинности действует не шаблонно, стандартно оштамповывая все народы подряд, а избирательно, с учетом особенностей каждого народа, особенностей их пути, их уникальных достижений и конкретикой пороков, с особенностями формы и содержания их вины, с учетом тяжести греха. В «Келейном летописце» Димитрия Ростовского указаны важные последствия: Бог изменил внешний облик, телесный вид каждого богоборческого племени таким образом который соответствует их поврежденной духовности. Благообразие, данное людям в их сотворении, изменилось на зверообразие разного характера по характеру их дел: «Господь не только смешал человеческие языки, но и красоту образа человеческого во многих переменил, едва подобие человеческое в них оставив. Ибо произошли от сих созидателей башни, смятенных гневом Божиим, различные злообразные роды, как выродки человеческого естества» [26] [21]. По типу духовной порчи даны были и разные виды искажений во внешнем облике.

Среди строителей башни были не только хамиты, но также и потомки племени Иоафа и семитского племени. Бог изменил им ту участь, которая была наречена им от Ноя, свидетельствует Димитрий Ростовский: «так сделались противными Богу племена Симовы и Иафетовы и погубили свободу свою, поработивши себя рабскому племени Хамову – Нимвроду; ибо все они послушались его, как господина и владыку своего» [25] [21]. Помрачение в делах иоафетовых и семитских племен помрачило и их судьбу, т. е. они утратили благословение Ноя и вернуть прежнее благословение можно было только возрождением свой прежней духовной природы, прежнего духовного устроения веры, сознания и образа жизни.

Закон совпадения «начала и конца» проявилась на судьбе Нимврода: «некая часть от остатка башни, сооруженной под его руководством, была отторгнута бурею и ветром и пала на него, и убила его. Так Бог судил, чтобы согрешивший столпотворением от того же столпа (башни) и казнь принял» [27] [21].

Язычество нашло свое явное выражение в Древнем Вавилоне, и, затем, расцвело в соседних с ним странах, куда мигрировали вавилоняне после смешения языков. Например, в Ниневии (севернее Вавилона) «идолопоклонство началось с царя ассирийского Нина … Серух был первым из рода праотцев, который принял изобретенных язычниками идолов и сам научился их делать и продавать», – отмечает Димитрий Ростовский [28] [29]. Типология идолов расширялась к идолам «богов», ниневитяне прибавили идолы рода – тотемы: «Нин, жалея и тужа по отце своем сделал его идола. Народы прочих стран, подражая ассириянам и халдеям, таким же способом начали почитать прежних своих владетелей и славных мужей» [30] [21]. В язычестве были изобретены бесо-боги, а потом дошли и до самообожения. Сформировался многоярусный пантеон идолов. Особая разновидность тотемных идолов возникла в Египте – это надгробный памятник-идол. Св. Иоанн Златоуст в беседах на послание к Ефесянам писал, что, начав поклоняться надгробным памятникам умерших, язычники представляли их живыми и «произвели сим идолослужение» [31] [21]. Здесь подчеркивается новая ступень язычества: переход от обоготворения изваяний (терафимов, фетишей, пенатов) – к созданию сатанинского идолослужения, что означает выработку чина молитв и обрядов бесослужения. Два главных центра языческого идолопоклонства, по Димитрию Ростовскому, Вавилон и Египет – вавилонские халдеи и египетские жрецы состязались в могуществе своих идолов [28] [21].

Таким образом, имя Вавилона, явленного в начале, стало общим именем главных мировых центров богоборчества на всем протяжении истории. В «Откровении» говорится и о Египте, как эмблеме Иерусалима в антихристово время, который «духовно называется Содом и Египет, где и Господь наш распят» (Откр. 11: 8). Вавилон и Египет – духовные синонимы апостасии и символы конца мировой истории. Некогда духовным Египтом и Вавилоном стал первый – языческий Рим. Римская империя распалась в V в., но перед этим она военно-политическим и цивилизационным образом овладела странами Западной Европы. Вавилоном называли ряд европейских столиц (Англии, Франции, Германии) потому, считает Иоанн Кронштадтский, что Римская империя умерла не окончательно, но еще живет в завоеванных ею европейских странах. К исходу ХХ вв. Вавилоном стала уже не отдельная страна, а вся Западная Европа, включая и Америку. Иоанн Кронштадтский предсказал, что «Римская империя все-таки восстановится для сына погибели» [32] [33]. Им описано и как это происходило в XVII–XIX вв. и во что это переродится потом: «отрасли бывшей Римской империи в Западной Европе стали тяготеть к слиянию, сначала на основе принципа народности, как, например, всеобщая Италия и всеобщая Германия; затем на основании принципа концентрации держав в союзы. В настоящее время, в самом конце XIX века, застаем Европу в союзах» [34] [32].

Преп. Иоанн Кронштадтский указывает на место, где в будущем произойдет битва конца – это древняя Вавилония в странах, прилегающих к Персидскому заливу. Он указывает и на обстоятельства, при которых Новая Вавилония погибнет, придя на развалины старой: «восточный вопрос, столь занимающий всю Европу, может обратиться при своем окончательном разрешении в разрешение последних судеб мира. Это и будет та сеть, в которой запутаются все отрасли бывшей Римской империи и попадут за свою лживость и неправду в политике» [34] [32]. Более того, последний пророк России указывал на Вавилон не только под собирательным образом «коллективного Запада», но и конкретно – на Нью-Йорк [35] [32], который был несравненно слабее европейских столиц в конце XIX в., но, по мысли преп. Иоанна Кронштадтского, Америка разовьется и станет тем самым конкретным Вавилоном конца, который вновь проявится как империя, объединяющая ряд стран, имеющую в этом союзе страну метрополию (Америку) и страны сателлиты, и конкретный, главный город-гнева Нью-Йорк (не политический центр, а город-башня, прославленный небоскребами – новыми вавилонскими башнями). В Апокалипсисе описывается падение Вавилона как конкретного города и как всей совокупности его городов-сателлитов, и как пораженных им областей Земли: «… пал, пал Вавилон, город великий, потому что он яростным вином блуда своего напоил все народы» (Откр. 14:8) «И город великий распался на три части, и города языческие пали, и Вавилон великий воспомянут пред Богом, чтобы дать ему чашу вина ярости гнева Его. И всякий остров убежал, и гор не стало» (Откр. 16: 19-20).

Таким образом, закон «совпадения начала и конца» в истории народов подтверждается не только в духовном смысле, но даже в страноведческом и пространственно-территориальном аспектах. Новый Вавилон представляет собой разросшийся круг стран. Все народы, ставшие носителями ново-вавилонской цивилизации, собираются на «битву конца» именно на той территории, которая принадлежала Древнему Вавилону, где и закончится их история. Какие это страны? Этот перечень конкретизировали: в XVIII в. – Косма Этолийский, а, также, современные афонские старцы – Иосиф Ватопедский и Паисий Святогорец. Это США, Израиль, Англия, Германия, Франция, Италия, Турция, Египет, Япония, Китай (именно в Китай ушел, гонимый страхом Каин) и ряд др. стран Востока. И мотивы у этих стран схожие: каждая из них мечтает стать империей, а ключом к этой цели является территория Ближнего Востока. Иран, Саудовская Аравия, Турция и Египет мечтают об исламском халифате, охватывающем весь арабский мир. У Китая имперские амбиции связаны с проектом «шелкового пути» и овладением торговыми путями на Ближнем Востоке и в Средиземном море. США, дабы не потерять мирового господства, стремятся разрушить Иран и Китай, взяв под контроль все энергоресурсы и торговые пути, ведущие в Евросоюз. Дряхлеющие страны Евросоюза хотят ухватить себе новые колонии, гарантируя себе энерго-экономическую независимость. Израиль мечтает о расширении владений «от Нила – до Евфрата» и о «Хазарии – 2» – на Украине и в России. А общая для них «духовная» цель – построение нового мирового порядка.

Четыре империи – кристаллизация язычества

Закономерность формирования древних империй

После смешения языков и переселения народов возникали агломераты поселений, где каждое племя основывало свои царства с институтами власти парагосударственного типа вождества (англ. chiefdom; chief – начальник, dom – владение, господство). Племенные общества имели простую элитно-родовую и жреческую стратификацию, аморфные культурные наслоения обычаев, не кристаллизованных в традицию и культовые комплексы, легко трансформирующиеся, которые можно назвать начальной формой религии. Древний мир характеризуется дробностью в культурном, этническом, социальном, политическом и религиозном отношении. В каждом поселении свои наборы местных привычек и обычаев, отличные от другого поселения, свои ритуалы общинного поведения. В каждом сообществе свои социальные правила, не обретшие форму законов, легко меняющиеся под влиянием местечковых каст и элит [36]. В каждой стране вождистский суд, действующий не по закону, а по капризам воли правителей, ситуативные войска доармейского типа, аграрно-ремесленническая экономика натурального обмена, квазирелигия, варьирующаяся по поселениям, местечковые пантеоны богов и разнобой культовых обрядов, аморфные социальные и нравственные кодексы поведения.

В этих условиях, как общество, так и власть – фрагментированы, неустойчивы, исполнены противоречиями и могут легко разрушиться от внутренних и внешних факторов. Особенно остро эти противоречия осознает царская власть: страна дробится на множество центров, власть центра парализована региональной властью племенных князей и нет управляемости. Все это делает локальные царства эфемерными, хаотичными и власть заканчивается в той точке, в которой зарождается. Нельзя собрать царство воедино высочайшим повелением, нельзя этого добиться и силой, поскольку эти силы раздроблены, региональные микро-воинства сталкиваются в междоусобицах, народ разобщен на конгломерат племен, а общество распадается на конкурирующие микросоциумы.

В Древнем доимперском периоде царства были крохотными, число царей равнялось числу городов, разброс микро-царств чрезвычайно широк по количественным и качественным характеристикам. При отсутствии границ миграционные потоки следовали непрерывно и активно шли процессы смешения этносов, культур и квазирелигий [37]. Соседние этносы обменивались племенными богами как товаром, а всякий товар для чего-нибудь да пригодится. Религиозность населения была активной, но носила прагматичный характер: в каждом житейском затруднении молились тому или иному богу, но у народа не было почтения к своим богам: считалось, что совершение культового обряда, делает богов должниками, обязывает их к исполнению просимого и в молитвах выражались угрозы богам, если они посмеют уклониться [11]. Религия стала фактором международного товарообмена на утилитарной основе. Культурная традиция была зачаточной, пестрой и разбалансированной, а общественное сознание – фрагментированным, вследствие чего, народы утрачивали свое социальное, государственно-политическое, культурное, мировоззренческое и религиозное единство. А это означает, что царская власть внутри своих владений не имела опор – они были шаткими, переменчивыми. Религия могла бы быть надежной опорой царской власти и управления потому, что эти ценности в Древнем Мире были высшими, но при смеси религий, когда пантеоны богов менялись с сезонной частотой – высшие ценности проваливались. Испытанной опорой государства всегда была армия, но в микро-царствах она ничтожно мала. Культурная опора проваливалась поскольку была далека от зрелости, не набирала силу традиции и была разводнена соседними инокультурами. Социальная опора при слабой стратификации общества, малочисленности элит и неразвитой экономики тоже была недейственной. К внутренним проблемам присоединялся фактор внешних угроз – орды завоевателей превращали жизнь царств в непрерывную катастрофу. Регулярные волны войн сметали царства как лавина. Не зря в Библии народы, наполнявшие Вселенную, обозначены символом бушующего моря.

В первой трети языческого периода выдвинулся ряд центров, стремящихся к гегемонии. Каждый из претендентов решал одну и ту же задачу: преодоление племенной алогмеративности и построение централизованной империи. Вся совокупность внешних и внутренних условий приводит к необходимости интеграции племен и народов в империю. Империя – это не только обширность владений, но она открывает возможность создания большой армии и аппарата государственного управления – класса чиновников. Только на этой основе потестарная (архаичная, неразвитая) квазигосударственность, свойственная вождистским (chiefdom) сообществ может уступить место полноценному государству [38].