- -
- 100%
- +
Дело о коллекционере
С виду это была обычная квартира на втором этаже, с обычной железной дверью, покрашенной в серебристо-серый цвет, и простым звонком. На двери была прилеплена золотого цвета цифра 9 из пластмассы и, пожалуй, все… О, я совсем забыл – над дверью была массивная лампа дневного цвета, вся в паутине и пыли, причем она всегда была включена.
– Всегда удивлялся, как он это сделал? – сняв волшебные, обмотанные лейкопластырем старинные очки с выпуклыми линзами, произнес Данил. И табличка с надписью: «Леон Марсель, частный детектив» – исчезла.
– Ты ключи не забыл в супермаркете? – держа в руках пакеты с едой, поинтересовался у парня невысокого роста домашний эльф.
– Да, вроде, нет, Фиолент, – хлопая по карманам, ответил Данил. – Вот они. – Он достал связку ключей. – А Леон же дома? – неожиданно заметил парнишка.
– А, по-моему, нет, – улыбаясь, ответил Фиолент и поставил пакеты с едой на пол.
Данил вставил ключ и неторопливо начал открывать входную дверь; хозяина квартиры и вправду не было дома.
– Как ты это делаешь? – уже в прихожей спросил парнишка.
– Что именно?
– Угадываешь, дома Леон или нет?
– Просто везенье, Данил, и не более, – улыбаясь, ответил Фиолент и побрел с пакетами на кухню.
Леон Марсель вернулся поздно ночью и разбудил своей возней Данила и Фиолента. Знаменитый сыщик в мире фэнтези выглядел немного потрепанно; его зеленый котелок был весь испачкан, словно им играли ногами. Клетчатый замшевый пиджак настолько промок, что с рукавов и подола текли маленькие струйки воды. Оно и немудрено – за окном город полоскал сильнейший дождь, местами озаряя улицы яркими вспышками молний. Ночь вообще выдалась не из приятных для месяца августа. Увлеченный чем-то, великий сыщик забыл переобуть свои туфли с золотыми бляшками, напрочь испачканными в красной глине, и, весь мокрый и грязный, стал рыться в ящике письменного стола, то и дело вытирая воду со лба.
– Господин, вы бы не могли переобуться? – посмотрев на грязные следы, что оставил Леон на ковре, попросил домашний эльф. – Этот ковер ручной работы, и мне будет трудно избавиться от пятен.
– А, это ты, – не переставая что-то искать, пробубнил лепрекон. – Иди, помоги мне, – приказал Леон. – Ищи справочник о мертвых и призраках.
– Зачем он вам, господин? – спросил Фиолент.
– У меня нет времени объяснять, просто ищи, – пробубнил ирландский гном – лепрекон из рода Марселей.
– Он на второй полке, в отделе «М», господин, – сразу же ответил домашний эльф.
– Ты не мог сразу сказать, где была эта дурацкая книга? – строго посмотрел на прислугу Леон.
– Я не умею читать ваши мысли, сэр, – ответил домашний эльф.
– Прости, – ответил Леон и, пододвинув лестницу к верхнему стеллажу, полез за искомой книгой.
* * *
А мы вернемся немного в прошлое. Утром того же дня, как раз после того, как Фиолент и Данил пошли в магазин из дома по улице Весенняя, 13, кв. 9, где проживает знаменитый сыщик из мира фэнтези. В подъезд дома проскочила одна очень интересная особа. С виду эта дама походила на лилипута в темно-бордовом платьице, но если приглядеться, то в этой невысокого роста женщине прослеживались эльфийские черты: остроконечные уши, небесно-голубые глаза, отдающие приятным свечением в темноте, а вот ее рост, нехарактерный для эльфов, скорей говорил о ее родовой принадлежности. И поэтому Леон Марсель не ошибся, приняв красиво одетую даму за карликового, или домашнего, эльфа.
– Проходите мадам, – открыв пошире дверь, сказал Леон.
– Мисс, Анна-Мария Лемм, – немного стесняясь, поправила сыщика эльфийка.
– Да, конечно, извините, – кокетливо улыбаясь, сказал Леон. – Но, я так думаю, вас привело ко мне дело, а не желание просто познакомиться?
– Очень страшное дело, господин сыщик, – взволнованно начала Анна-Мария и неторопливо села в кресло для гостей. – Моя хозяйка, умирая, просила меня проследить за судьбой ее сына и единственного внука, полукровки, но знающего о своих магических родственниках. Они считают себя людьми, если вам интересно, господин сыщик.
– И что с ними случилось? – спросил лепрекон, налив себе выпить. – Не хотите виски, юная мисс? – поинтересовался он.
– Нет, – категорично ответила мисс Лемм. – С вашего позволения я продолжу: жизни сына хозяйки ничего не угрожает, меня беспокоит судьба ее внука. Мальчика зовут Александр, ему сейчас 9 лет. В сентябре исполнится 10 лет. Он чудеснейший мальчуган, а его отец, прямой потомок хозяйки, в нем просто души не чает. Его любовь к Сашке настолько сильна, что я боюсь в случае чего. Я даже боюсь об этом говорить, отец парня не переживет горя.
– Я так понимаю, вашему парнишке грозит опасность?
– Видимой нет, – тут же ответила эльфийка. – До вчерашней ночи, – сразу же добавила она. – Я, как всегда, пришла проведать перед сном парнишку и увидела трех проклятых призраков. Они мешали ему спать. Я, конечно, прогнала их. Но знаете, еще моя хозяйка рассказывала, что если увидел трех призраков, чьи тела были прокляты, то жди смерти ребенка. – Неожиданно Анна-Мария замолчала.
– Поэтому вы и обратились ко мне, – разрушил сложившуюся паузу своим умозаключением Леон.
– Да, господин сыщик, – с долей надежды в голосе ответила мисс Лемм.
– Еще чисто из любопытства, – поинтересовался лепрекон. – Мисс Лемм, каков ваш интерес в судьбе мальчика?
– Я получу свободу после того, как парню исполнится 33 года, это условие моей госпожи, – ответила эльфийка.
– Ну, тогда все становится очевидным, – набивая в трубку табак, ответил Леон. – У вас есть враги? – неожиданно спросил Леон.
– Нет, что вы, – категорично заметила Анна-Мария.
– То есть, получается, что эти призраки случайно выбрали жертвой вашего подопечного мальчика? – рассуждал Леон.
– Да, пожалуй, вы правы, – нерешительно ответила эльфийка.
– Боюсь, что это не так, мисс Анна-Мария Лемм, в нашем мире случайностей не бывает, – подкурив трубку, задумчиво ответил Леон. – Впрочем, я берусь за это дело.
Лепрекон неторопливо подошел к серванту и поставил уже пустой бокал на столик. Потом приоткрыл дверцу и достал оттуда старый потрепанный портфель без ручки, с золотой застежкой, и молча под пристальным вниманием Анны-Марии Лемм открыл его. Оттуда он достал перо и методично начал что-то писать.
– Это наш с вами договор, мисс Лемм, – протянув лист бумаги, сказал Леон. – Как я уже сказал, я берусь за это дело, а это так, небольшая формальность, будет нашей с вами страховкой от секретных служб. Ведь, я так понимаю, нам предстоит иметь дело с миром людей.
– Да, господин сыщик, – читая договор, ответила мисс Лемм. – Простите, – нерешительно произнесла Анна-Мария, – но тут не указана сумма за ваши услуги; я не очень богата, и вот. – Она протянула деньги. – Тут три монеты золотом.
– Нет, нет, что вы, – улыбнулся Леон. – Что можно взять с домашнего эльфа – его свободу, но у меня уже есть друг, да и вы, получив свободу, вряд ли захотите снова принадлежать кому-либо.
– Но я так не могу, – настаивала эльфийка. – Я должна знать, во сколько мне будут стоить ваши услуги.
– Заберите ваше золото, оно понадобится вам, мисс, когда начнете свободную жизнь, а по поводу оплаты, если уж вы так категоричны, то в конце расследования впишите все, что пожелаете нужным, в пункт «оплата за сохраненную жизнь». – Леон накапал сургуча на кончик листа и оставил след от печатки на безымянном пальце.
Это была эмблема его рода. Темно-зеленый котелок, за которым была трость с наконечником в виде трехлистного клевера, и сверху – золотое пенсне, все это было на фоне золотой монеты. Род Марселей некогда славился своими шляпами и тростями, которые создавал вручную прадед Леона. Многие старинные роды гномов, троллей, и других волшебных существ в свое время пользовались котелками, пошитыми на фабрике Марселей. А трости? Так некоторые из созданных и по сей день сохранились, будучи некоей гордостью своих владельцев.
– Ну хорошо, господин Леон Марсель, – сворачивая листок бумаги, сказала Анна-Мария. – Вот адрес парнишки, прошу вас, не опаздывайте, – добавила красивая девушка в темно-бордовом платье с бежевой сумочкой.
Секунда – и она протянула сыщику листок бумаги, сложенный пополам.
– Да, конечно, Анна-Мария, – еще раз кокетливо улыбнулся Леон; юная мисс ничего не ответила, а просто поспешила уйти.
Это и было началом дела о коллекционере, страшного и циничного даже по волшебным меркам дела. Но оно началось, и уже поздно что-либо менять, нужно идти вперед, что, в принципе, Леон и сделал, отправившись в город Ч. на юге страны. Весь путь занял не более 5 часов: перелет из Санкт-Петербурга до Минеральных Вод, а потом автобусом до города Ч.
Надо заметить, уютный городок на юге страны, небольшой, но со своими знаменитыми на весь город достопримечательностями. Единственное, что радовало – это теплота и солнце, в Петербурге сейчас шли дожди, было сыро и некомфортно. Итак, Леон остановился в гостинице «Кавказ» по улице Демиденко в 113 номере, и уже вечером, ближе к полуночи, отправился по вышеуказанному адресу (Интернациональная, 11/б, кв. 83). Естественно, все уже спали, сыщик достал из портфеля набор отмычек и неторопливо приступил к взлому замка.
– Надо было просто постучать, – неожиданно открыв дверь, прошептала Анна-Мария. Она держала в руках свечу и была одета в забавный ночной халат с плюшевыми мишками. – Мы с Александром сегодня ночуем одни, отец с матерью гуляют на свадьбе друзей, поэтому они просили ложиться спать без них, – объяснила мисс Лемм.
– А вы что, работаете у человека? – немного обескуражено спросил Леон.
– Да, а я что, забыла вам об этом сказать? Простите меня, Леон, – извинилась, Анна-Мария, приглашая гостя войти.
– Это намного упрощает дело, – ответил Леон и в спешке убрал весь набор отмычек в свой волшебный черный портфель без ручки.
Квартира была небольшой, но в ней было тепло и по-домашнему уютно. Детская комната выходила окнами на север, в ней была куча игрушек, в основном машинки и роботы, они лежали в темно-синей корзине. На полу был постелен с крупным ворсом бежевого цвета палас, в углу стоял шкаф, возле которого был письменный стол с разбросанными повсюду карандашами и детскими рисунками. Кстати, парнишка, Александр, сидел в это время за столом и что-то рисовал темно-синим карандашом.
«Тук-тук!» – постучалась в детскую Анна-Мария.
– Сашенька, у тебя все в порядке? – приоткрыв дверь, спросила мисс Лемм.
– Да, тетя Мари, папа звонил? – на секунду оторвавшись от рисования, поинтересовался мальчуган.
– Они приедут поздно ночью, мама просила тебя укладывать пораньше, – ответила эльфийка.
– Как всегда, – недовольно пробубнил Сашка, и швырнул карандаш в угол стола.
– Сашенька, мама с папой не по своей воле задерживаются, это большой праздник, и с него нельзя уйти пораньше, – зайдя в комнату, пыталась успокоить мальчика Анна-Мария. – А что ты рисуешь, если не секрет? – заметив странные рисунки подростка, поинтересовалась мисс Лемм.
– Призраков, – не прекращая рисовать, строго ответил парнишка.
Тут мисс Лемм подошла поближе к рисунку ребенка; на заштрихованном темно-синем фоне были три белых призрака, кстати, это был не единственный рисунок, казалось, ребенок на подсознательном уровне что-то предчувствовал не очень хорошее. А еще тут как гром средь ясного неба свадьба тети Оксаны и дяди Игоря, и не пойти на нее просто нельзя (у людей всегда так). Но в жизни бывают моменты, когда лучше остаться дома с ребенком, который просит не уезжать на праздник, нежели потом сожалеть всю оставшуюся жизнь…
Та ночь была именно такой, но к счастью для отца Александра в ту ночь призраки лишь убедились, что парнишка не исчез куда-либо, но беда все равно случилась, в этом же городе, и это было очень циничное убийство. Только представьте: на глазах отца отнять единственную дочь. Ее задавило входной выезжающей дверью, ребенок хотел проскочить в тот момент, когда дверь медленно закрывалась, и охранник, сидевший на пульте, просто (как я уже говорил, в моем мире ничего не бывает просто) нажал не на ту кнопку, и дверь, вместо того чтобы открыться, с быстрой скоростью вмяла ребенка в створки. Девочку вытащили, она от шока некоторое время была в сознании, но после ее состояние резко ухудшилось. И когда скорая подъезжала к больнице, у девятилетнего ребенка остановилось сердце, медики подняли ее в отделение реанимации, посадили на аппараты искусственного жизнеобеспечения, но все было тщетно, через 6 часов она скончалась.
Волосы встают дыбом от всего ужаса произошедшего, но самое циничное в этой смерти то, что это был единственный ребенок у родителей, и она умерла в день рождения матери. Люди не могли понять, да и не хотели понимать (настолько сильно было горе), почему надо было забирать жизнь у безгрешного ребенка таким жестоким образом, но, как я уже говорил, в моем мире ничего не бывает просто так. И эта смерть была как-то связана с моим миром.
3 часа ночи… Прошло 20 минут после смерти девятилетней девочки.
Детскую комнату освещала полная луна, сегодня были первые сутки полной луны. Александр уже спал, Леон и мисс Анна-Мария пили кофе посреди комнаты, спрятавшись в кармане жизни (старое, как сами горные гномы, ухищрение, с помощью которого те выигрывали не одну битву в великих войнах прошлого. Леон же наполовину гном – по матери, наполовину лепрекон – по отцу). А любящая мама еще в детстве научила сына создавать карманы жизни из золотой монеты.
Цитата из «Наскальных записей горных гномов»:
«Гномский карман жизни – снаружи это что-то вроде прозрачной лужи, только в горизонтальном положение (это становится заметным, когда входишь в карман жизни), а внутри это небольшое замкнутое пространство без углов и стен, похожее на огромный карман. Там даже стены, точнее то, что выполняет их роль, похожи чем-то на ткань из меха, только прозрачную ткань. Стены к тому же теплые зимой и прохладные летом, что было удобно для ожидания в кармане жизни».
– Что-то их давно нет, – первым нарушил тишину Леон.
– Я чувствую, что произошло что-то очень нехорошее в нашем городке, – словно прислушиваясь к чему-то, сказала мисс Лемм. – Где-то случилось горе… Большое горе.
– Вы думаете, это троица призраков, о которых вы рассказывали, причастна к… Как вы сказали – большому горю. – Леон поставил пустую чашку с кофе в угол кармана.
– Не знаю, я чувствую только горе матери… И огромной силы ненависть к этому миру за то, что мир отнял у нее что-то очень дорогое, – перестав пить кофе, ответила мисс Лемм. – Как там Сашка? – неожиданно вспомнив об опекаемом, прошептала Анна-Мария и попыталась было встать, чтобы выбраться из кармана жизни.
– Куда? – шепотом произнес Леон и с силой потянул ее обратно. – Вон, гляди на окно, – еще тише произнес он, указывая на лицо призрака, выглядывающего из-за стены.
Их было трое: один толстый, с топором в спине, второй чуть повыше, весь в отверстиях от пуль, и третий – самый высокий, ничем особенным не выделявшийся. Все просвечивали и были очень хорошо видны в лунном свете. Их лица были суровы и искажены предсмертными гримасами. Они сделали несколько кругов над парнишкой и тот, что без увечий, хрипя, произнес:
– Пусть сегодня поспит, у него послезавтра вечер траура.
– Ха-ха-ха! – рассмеялись двое других.
– Ладно, летим к могилам, – произнес тот, что был без увечий. – На сегодня мы свой план и так перевыполнили.
– Ура, отдых! – прокричали два других и с шумом пролетели сквозь стену.
Мисс Лемм не скрывала свои эмоции и от безысходности заплакала, ведь уже через 48 часов она могла потерять своего мальчика, и сомнений в том, что это произойдет, не было.
– Тихо, тихо! – теребил Анну-Марию сыщик. – Где в этом городе кладбище?
– Я… – плакала эльфийка, – я, простите меня, плохо соображаю. Что вы спросили? – немного придя в себя, ответила Анна-Мария.
– Кладбище, где у вас тут кладбище? – еще раз настойчиво спросил Леон. – У меня мало времени, надо узнать, где они захоронены.
– Зачем? – правда, не понимая, почему, но все же спросила мисс Лемм.
– Анна-Мария, просто ответьте – где?
– Это километров 10 отсюда, в северо-западном направлении, – спешно объяснила мисс Лемм. – Доехать можно на первом номере автобуса.
– Ну да, в три ночи я поеду на автобусе на кладбище, – иронично подметил Леон, но тут же спросил. – А карта есть?
– Какая еще карта? – переспросила эльфийка.
– Карта вашего города, – уже чуть ли не крича, ответил ей, Леон, пытаясь привести ее в чувство.
Как только карта города была найдена, Леон достал из портфеля прозрачную бумагу. Он приложил ее к карте города Ч. и спешно перерисовал схему кладбища в городе Ч. Потом, достав кусок графита, и наточил с не заточенного конца пыли объемом в небольшую горсточку. Затем насыпал ее на получившуюся перерисованную схему города, и четкие линии на бумаге сначала зашевелились, а после, закрутившись по часовой стрелке, собрались в одну большую точку. Как только это произошло, точка разъехалась, и сквозь бумагу показалась дорога из красной глины, лужа, которую все наполнял и наполнял ливень, и где-то далеко послышались раскаты грома.
– Надо же было пойти дождю в эту ночь, – недовольно пробубнил Леон и полез в своего рода образовавшуюся форточку (кроличью нору), в детской комнате Александра. – Никуда не уходите, Анна-Мария, завтра к вечеру я приеду с напарником, и мы что-нибудь обязательно придумаем, чтобы сохранить жизнь мальчику.
– Храни вас бог, Леон Марсель, – ответила Анна-Мария, еле сдерживая слезы. – Храни вас бог.
А сыщик тем временем почти полностью пролез в образовавшийся на листе волшебной бумаги от пыли лунного графита ход. И оказался под проливным дождем на типичном для небольшого городка кладбище. Сразу же после этого волшебный лист и пыль превратились в пепел, и мисс Лемм осталась наедине со спящим Александром.
А вот теперь, думаю, понятно, почему Леон был весь мокрый и грязный, вернувшись домой в Петербург около пяти утра.
Цитата из книги «Справочник о мертвых и призраках»:
«…Любой призрак не имеет дел в живом мире, и каждое деяние, совершенное руками души, есть воля живого существа…
…Совершить обряд воскрешения можно только над проклятыми при жизни душами, иные неподвластны волшебным существам».
– Я так и думал, – немного согревшись теплым глинтвейном, что на скорую руку приготовил Фиолент, произнес Леон.
– Получается, – рассуждал проснувшийся Данил, – за этой троицей кто-то стоит.
Парнишка лет 27 выглядел еще капельку сонным, это естественно в столь раннее время суток. Веррле был выше на две головы своего коллеги, и это было особенно заметно на фоне его худощавого телосложения. Одеваться Данил толком не умел, в вещах он ценил скорее практичность, нежели красоту. Поэтому на фоне светского модника Леона Данил выглядел таким сереньким простачком. Он вообще по природе своей был очень спокоен и сдержан, всегда старался просчитать тот или иной поступок, нежели сломя голову ринуться в бой, а потом действовать по обстоятельствам.
Внешние данные Данила были не самые замечательные, но я бы сказал так – девушкам он нравился, правда, ухаживать даже за тем, чем его наделила природа, он толком не умел. Волосы (русые) из соображений экономии он всегда стриг под машинку, они порой торчали в разные стороны, глаза у Веррле были большие, серо-голубого цвета, нос обычный, губы тонкие, лицо вытянутое с небольшой бородкой и шрамом над правым глазом (это хоть как-то придавало ему мужественности).
В то августовское утро он был в темно-синей пижаме и сидел возле камина, пытаясь включиться в разговор, так как понимал, что речь идет о новом деле.
– Да именно кто-то за этим стоит, Данил, – подкурив трубку и пододвинув ноги к приятно потрескивающему камину, ответил Леон. – У нас меньше двух суток, Данил, чтобы узнать, кто надоумил этих призраков творить зло.
– И как, по-твоему, мы это сделаем? – иронично подметил Данил.
– Не знаю, но в 7 утра мы летим в Минводы, а там уже будем действовать по обстоятельствам.
– Ой, не люблю я, когда ты произносишь фразу «действовать по обстоятельствам», – заметил Данил, сделав глоток глинтвейна. – Это всегда чревато большими проблемами.
– Вот-вот, и я о том же, – добавил Фиолент, держа в руках поднос с бутербродами. – Вы завтракать собираетесь, сыщики вы мои?
– Хм, – усмехнулся Леон. – Что бы мы без тебя делали, Фиолент, – добавил он и с огромным аппетитом насладился столь ранним завтраком со своим другом и напарником Данилой Веррле.
* * *
Делу предстояло стать не таким уж простым, тем более заставляло нервничать отсутствие времени. Заставить призраков не совершать своего злого дела с помощью магии обрекало на смерть другого ребенка, они все равно сделают то, за чем были потревожены. Да и Леон понимал, что как бы этого ни хотела мисс Лемм, но, чтобы поймать того волшебника, что стоял за всем этим, нужно было отдать жизнь ребенка. А это слишком большая цена, даже за голову столь мерзкого типа, что начал эту игру.
Тем не менее были и плюсы в этом деле. В ту дождливую ночь Леону удалось узнать место захоронения одного из призраков, того, который был без видимых увечий. Это оказался некий Олег Егоров 1972 года рождения, умерший в городе Ч., 6 июня 2006 года. И также Леону удалось сфотографировать лица двух других. Данил в свою очередь за два с небольшим часа перелета из Петербурга в Минводы сделал из бледных искаженных предсмертными муками фото призраков человеческие фото. Ему предстояло по приезду в город Ч. обратиться в местное отделение милиции (прошу прощения, теперь полиции) и, воспользовавшись служебным положением, пробить всю информацию по Олегу Егорову и его двум дружкам, чтобы потом отыскать могилы покойников. Я не говорил: Данил до знакомства с Леоном учился на юридическом факультете, и на данный момент прошел уже год, как он его окончил с красным дипломом, и сейчас работает одним из участковых по северо-западному району города Санкт-Петербурга.
Цитата из книги «Справочник о мертвых и призраках»:
«…Управлять призраком можно, лишь владея чем-то, что принадлежит умершему. Для этого нужно провести обряд воскрешения и подчинения (см. раздел «Темные снадобья»)…»
Фиолент же получил задание узнать побольше о том большом горе со слов Анны Марии, что произошло прошлой ночью в их маленьком городке. А сам Леон собирался пройти по волшебным барам и ночлежкам города Ч., дабы выяснить, не занесла ли нелегкая какого-нибудь темного мага накануне в их маленький городок.
Одним из таких волшебных мест оказалась ночлежка в жилом доме по адресу: переулок Одесский, 11/б. В третьем подъезде деревянная неказистая дверь взяла на себя функцию входа. Каких-либо опознавательных знаков для волшебных существ не было. Но в подъезде стоял не сбиваемый аромат орков. И это, как минимум, наводило на мысль, что адрес верный.
«Дин-дон!» – позвонил в звонок Леон.
Дверь тут же сама открылась, и Леон, на всякий случай вытащив волшебную палочку, прошел внутрь. В однокомнатной квартире было грязно и пахло волшебным миром, туда дальше через коридор было видно, как некий пожилой мужчина что-то эмоционально объяснял троллю. Леон опустил палочку и, нерешительно перешагивая человеческий мусор, вошел в зал.
– Простите, – начал он говорить со светлым магом, который все так же что-то продолжал объяснять троллю. – Мне нужно попасть в «Логово у Бегера», я вообще туда пришел? – немного обескураженный обстановкой, поинтересовался Леон.
– Брысь отсюда, – прошептал троллю светлый маг и, улыбаясь, повернулся лицом к лепрекону. – Я так и знал, что неспроста кто-то пользовался прошлой ночью кроличьими дырами, – улыбаясь и протягивая руку лепрекону, сказал седовласый мужчина в белой рубашке с синим шарфом вместо галстука. – Великий сыщик забрел в наш городок! – с неким пафосом добавил он.
– Ну, скажешь тоже, великий, – улыбаясь старому приятелю, ответил Леон. – А-а! Мишка! – приготовившись обнять бывшего одноклассника, радостно произнес лепрекон. – Мишка Бегер!
– Леон, – обнимая и похлопывая по спине лепрекона, говорил светлый маг. – Как ты, старый черт, все еще занимаешься сыском?
– Бывает иногда, – присев на кресло, ответил Леон. – Ты сам то как, сто лет тебя не видел.
– Ну, не сто, а с семьдесят пятого года, и, как видишь, мы, полукровки, стареем, – налив себе выпить, с какой-то грустью в голосе заметил Михаил Бегер. – Я как? Да все так же, содержу ночлежку для всякого рода волшебного сброда, сейчас все чаще темные шляются, не припомню, когда в последний раз эльфа видел, одна нечисть кругом: домовые, лешие, тролли, ну, и ваш брат иногда захаживает. В основном чтоб проиграться разок другой, – рассказывал светлый маг. – Я же еще клуб держу нелегально, ну, сам понимаешь, жизнь пошла сложная, а золота во все времена было мало.