Улыбка Моны Лизы

Урок физического развития проходил в оборудованном сверхтонкими панелями актовом зале. Физрук любил ставить фон римского Колизея, ассоциируя школьников с гладиаторами. Его уроки в чём-то походили на тренировки тех самых рабов Римской империи из прошлого. Коренастый мужичок с пышными чёрными усами, всегда разговаривающий на повышенных тонах, а в случае непонимания отданных команд – переходящий на крик, Семён Аркадьевич, в прошлом военный офицер, а в настоящем бескомпромиссный физрук, считал диктатуру единственно верным путём в учебном процессе. Так что на его уроке царила железная дисциплина, под стать величественному Колизею.

– Смотри, сейчас кроссы Макаронины пробьёт током, – пытаясь взломать школьную энергосистему, пояснял Толик.

– Только не на старте, пусть перед финишем спотыкнётся, а то больно зазнался победой, – командовал Артём.

– Подло это, – парировал Стас. – Демон-то по-честному выиграл забег.

– Честно? Он опозорил меня перед классом! – возмущённо посмотрел на него Артём. – Я проиграл ботану в стометровке, за это надо наказывать.

Физически развитый, самоуверенный подросток, Артём Туриков ко всему прочему был капитаном местной футбольной команды. Поэтому инцидент на беговой дорожке воспринимался им как пощёчина самолюбию. А себя он обожал: голубоглазый блондин с благородным профилем и мужественными чертами лица – одна внешность и гладкая кожа обрекали Артема на популярность среди одноклассниц. Если быть откровенным, таких любят все – и учителя и сверстники. А тут такая оказия, проиграть полголовы в любимом спринте. Справедливости ради, Дмитрий Мелов на голову выше Артёма, это и повлияло на победу.

– У него тупо ноги длиннее!

– Артём, но так это же спорт, – стоял на своём Стас.

– А наклон перед финишем, с его ростом, разве это спортивное поведение? – продолжал спорить Артём. – Его надо проучить, и точка. А то смотри, год на физру не ходил, а тут прям нарисовался олимпийский чемпион! Макаронина должен знать свое место! А ты вместо спора лучше камеру приготовь, запечатлеть момент позора.

– Сам снимай, – бросив на пол биофон, сказал Стас и отошёл в сторону от заговорщиков.

Тем временем финальная пятёрка спринтеров уже готовилась к последнему рывку на старте. Высокий Дмитрий Мелов бежал по третьей дорожке, и в принципе у него были все шансы на победу. Физрук поднял руку с электронным пистолетом, напротив линии старта появилась голограмма отсчёта, и, как только прозвучал выстрел, атлеты ринулись вперёд. За десять метров до финиша Толик, используя вирусную программу, закоротил дорожку Дмитрия, неожиданный удар током прям перед финишем вывел его с дистанции.

Видео эмоционального перескока на соседнюю дорожку стало вирусным и мигом разлетелось по школе. Довольный местью, Артём высокомерно поглядывал на обиженного Дмитрия. Финальный забег был переигран, но победа не могла смыть тех секунд позора, когда Дмитрий словно девчонка завизжал и перепрыгнул на соседнюю дорожку.

– Всю жизнь бы смотрел! – улыбаясь, сказал Артём.

– Глянь на рейтинг эксклюзивности, почти двенадцать процентов, – прогоняя видео через программу нейросети, заметил Толик.

– А ну разбей на предметы, что именно даёт такой высокий процент?

– Не поверишь, – удивлённо начал Толик. – Секундное попадание в кадр этого чудика даёт такой процент.

– Да ну не может быть, – удивился Артём и сам решил проверить расчёты искусственного интеллекта. – И правда, его физиономия не засвечена, неужто этот тихушник задумал выиграть «лотерею жизни»?

– Я не понял! – выйдя из учительской комнаты, на повышенных тонах заговорил физрук. – Почему сидим, Туриков? Шнырёв? Неделя уборки спортзала – слишком мягкое наказание для вас? Могу сделать месяц!

– Нет, нет, уже убираем, – в один голос ответили школьники.

– Сегодня вам повезло, у меня есть свободное время проконтролировать процесс, а вот завтра узнаю, что роботы за вас убрали, будет два месяца.

– Поняли, – взявшись за швабры, так же хором ответили парни.

Довольный, что справедливость восторжествовала, физрук, скрестив руки, стал наблюдать за исполнением наказания для юных шутников.

Цитата из Всемирного справочника:

«Лотерея жизни – народное название ежегодного конкурса по выявлению эксклюзивного контента. Проводится с 3756 года.

Учредитель: всемирный искусственный интеллект седьмого поколения.

Материал для участия в конкурсе: весь загруженный контент до первого января текущего года».

Всемирный конкурс на эксклюзивность в этом году перенесли на месяц, вместо привычных первых чисел января главным месяцем под брендом «эксклюзивный» сделали февраль. Впервые за сто лет празднования пришлось сместить сроки по причине отсутствия заявок во всех предложенных номинациях. Несмотря на снижение процента эксклюзивности до тридцати, в этом году отборочную планку перевалили единицы, но даже этого не хватило для кворума участников. Четыре победных места и соизмеримый денежный приз год от года увеличивались, делая лотерею всемирно популярной. Команды-участники устраивали поистине грандиозные шоу в борьбе за пьедестал.

Конкурс общедоступный, и, чтобы принять в нём участие, необходимо лишь выложить во всемирную сеть оцифрованный макет изобретения, и всемирный разум включит вас в список участников.

– Что тебе положить на обед? – спросила бабушка-робот.

– Да как обычно, только быстрее, опаздываю, уже сорок три минуты, – ответил Дмитрий, спешно натягивая кофту.

Дмитрий – единственный ребенок Софии Меловой. Эгоистичная красивая блондинка забеременела случайно. Будучи порядочным человеком, Роберт Мелов предложил руку и сердце и в меру финансовых возможностей организовал свадьбу. Получилось так, что секс без обязательств в ночном клубе перерос в серьёзные отношения, подкреплённые только фактом рождения сына. Союз просуществовал один год. София не хотела менять разгульный образ жизни и, несмотря на искреннюю привязанность и благородные эмоции Роберта, разрушила социальную ячейку под названием семья. Роберт во второй раз поступил благородно, оформил социальный пакет ответственности за сына и отпустил неверную супругу в свободное плаванье. И она в тот же день, оставив ребёнка на бабушку, улетела на Марс в поиске богатства и любви. В какой-то мере красные пески подарили ей и любовь и деньги, она устроилась работать в бордель. Когда Дмитрию исполнилось шесть лет, умерла бабушка. Ребёнок по сути остался один. Роль мамы наскучила моментально, и, заплатив огромные деньги, София оцифровала сознание матери, а SLG-робко оздали идеальную помощницу. Так в жизни Дмитрия появилась бабушка-робот, в очередной раз заменив материнскую заботу.

В свои неполные четырнадцать лет Дмитрий казался нескладным, словно гадкий утёнок: высокий рост, доставшийся от отца, делал его фигуру непропорционально развитой, длинные конечности и худощавое туловище – за это он и получил прозвище Макаронина. Красота ему досталась от матери: голубые глаза, полные алые губы, белоснежная кожа в сочетании с тёмными как смола кудряшками, точь-в-точь как у отца, харизматично выделяли его среди сверстников. Однако, будучи застенчивым, Дмитрий не имел друзей, поэтому и слыл белой вороной на фоне социально активных одноклассников.

Педантичный перфекционист, Дмитрий ненавидел опаздывать; выезжая из дому буквально на пять минут позже, его биофон попадал в плотный поток жителей города, торопившихся по рабочим местам. А в это утро сломался органайзер, сместив весь график парня на несколько минут вперёд и обрекая на опоздание.

– Ба-робот, некогда решать, давай любой обед, – сказал он и стал на биофон. – Быстрее, пожалуйста.

– Обнимашки, – расплывшись в улыбке, развела руки машина.

Она всегда так делала перед расставанием с внуком. Слегка наклоняла голову вправо, поднимала брови и улыбалась словно Мона Лиза. Создатели роботов намеренно делали такую улыбку машинам, по их словам, этот образ из прошлого придавал лицу робота человечности.

– Ну ба-робот! – понимая, что она не отстанет, он слез с бифа и обнял её.

Как бы Дмитрий ни старался ускорить биф в то утро, добравшись до центральной улицы, он попал в плотный поток спешивших на работу горожан. Толкаться и пытаться протиснуться означало нарваться на испорченное настроение и в лучшем случае поломку биофона, а в худшем всё закончится дракой. Предчувствие предстоящего упрёка от преподавателя истории преследовало до самой двери в класс. Все ученики знали, как он относился к опоздавшим на урок, и тут уже неважно, отличник ты или хулиган.

– Его величество Дмитрий Робертович Мелов! – поприветствовал опоздавшего учитель истории. – Вы нас простите, что мы так рано начали урок.

– Я не специально, – еле слышно промямлил Дмитрий и сел за парту.

– Прекратить смеяться! У господина Мелова дебют в моём списке нарушителей правил! – сказал Егор Антонович. – Напомню, Дмитрий Робертович, с этого дня от каждой заработанной вами оценки я буду отнимать полбалла.

– Макаронина перестанет быть ботаном, – выкрикнул Толик, и весь класс снова разразился хохотом.

– Господин Шнырёв, хотите ещё четверть балла за остроумие?

– Нет, простите.

– Тогда продолжим урок…

Уроки по истории человечества не любили абсолютно все, но этот предмет обязательный в списке необходимых дисциплин при поступлении в институт. Однако к середине урока настроение школьников седьмого «Б» поменял хроновизор. Егор Антоныч пообещал к концу урока продемонстрировать работу машины времени. Тем самым анонсировал скорый приход сотрудника временной полиции. Эта новость заставила включиться в урок даже заядлых бездельников, потому что каждый мечтал увидеть кусочек прошлого через экран хроновизора.

– Здравствуйте, класс, меня зовут Дуглас Эйсон, я офицер временной полиции, ваш учитель, и мой друг попросил рассказать о хроновизоре, – вытирая вспотевшие руки о форму, тараторил полицейский. – Я немного волнуюсь, это моя первая лекция.

– Вы позволите, Дуглас, немного помочь вам? – учитель истории достал из портфеля золотые уголки. – Внешне устройство напоминает четыре угольника из золота. Но это высокотехнологичное изобретение с чипом последнего поколения для обработки и воспроизведения памяти предмета.

– Автор изобретения – Кларк Эду, – дополнил Дуглас.

– А этот ваш Эду получил приз за эксклюзивность? – выкрикнул кто-то из класса.

– Нет, в те времена такого конкурса не было, – ответил учитель истории. – Суть изобретения в том, что каждый статичный предмет имеет субатомную временную память, этот показатель, как выяснилось, стабилен и меняется только при разрушении предмета. Простыми словами, любая вещь может рассказать историю жизни от первого лица.

– Супер! Класс! Покажите, как он работает! – гудел воодушевлённый класс.

Дуглас помог разложить детали хроновизора. В неактивированном виде устройство действительно напоминало кучку золотых безделушек в форме уголков.

Хорошо сложенный полицейский эффектно смотрелся в тёмно-синей форме. Серо-зелёные большие глаза, высокий лоб, русые волосы, всегда гладко выбритая кожа и белоснежная улыбка – он больше походил на киношного героя, чем на офицера временной полиции. Впрочем, Дуглас Эйсон стабильно и уверенно развивался в профессиональном плане, будучи на хорошем счету у начальства. И может быть, за его внешность вышестоящее руководство поручило профилактическую работу с подрастающим поколением.

Разложив золотые уголки на столе, Дуглас достал плоскую тарелку и последовательно стал вводить команды для активации устройства. Связанные тоненькими нитками электричества золотые рамки поднялись в воздух, образовав квадрат. Плоская тарелка поднялась над партой и спроецировала голографический экран, на котором отображался взгляд предмета на внешний мир от первого лица. Его субатомная память о любом воздействии с момента создания до текущей временной единицы.

– Чтобы эксперимент был наглядным, наш уважаемый гость продемонстрирует на практике суть работы хроновизора, это устройство делает наказание за содеянное преступление неизбежным. Прошу вас, Дуглас, – попросил Егор Антонович и подошёл к задней парте.

– На этой парте вандальским образом нацарапали аполитичную фразу про всемирный конкурс эксклюзивности, – уверенно объяснял Дуглас. – И сейчас мы узнаем автора этого высказывания.

Весь класс затаил дыхание, наблюдая, как зависший квадрат прокручивал события минувших дней от первого лица, картинка была чёрно-белой, но довольно-таки чёткой. И когда машина добралась до момента написания фразы «Лотерея жизни – это полная чушь!», все школьники даже перестали шевелиться. На экране показался Егор Антонович, и он острым ножом старательно выцарапал надпись.

– Как видите, – развёл руками разоблачённый учитель, – любое преступление обречено на раскрытие.

– Но не волнуйтесь, мы специально пошли на нарушение закона, чтобы продемонстрировать возможности хроновизора, – оправдывая друга, сказал Дуглас. – У кого есть вопросы по теме?

Лес рук, и почти половина вопросов касалась того, как стать временным полицейским, где надо обучаться и какие требования к абитуриентам. Другая популярная тема – как сделать хроновизор в домашних условиях. Школьники даже не заметили, как прозвенел звонок на перемену, их дискуссия с временным полицейским настолько затянулась, что весь седьмой «Б» прогулял первые десять минут урока по физическому развитию.

– Ну всё! Бегом на урок физкультуры, а то директор сделает мне замечание за срыв учебного процесса, – выпроваживал из класса подростков Егор Антонович.

– А можно вопрос? – робко спросил Дмитрий Мелов.

– Да, конечно, – собирая в портфель хроновизор, обратил внимание на парня Дуглас.

– Я же правильно понял, что органика не может пройти через экран хроновизора, она просто расплавится?

– Да, сынок, – улыбнулся Дуглас. – Не ты один озадачен решением проблемы переноса материи сквозь временное окно. Как только человечество сможет осуществить это, у нас появится полноценная машина времени.

– Я просто подумал, если нельзя перенести человека, то перенесите робота, сделайте ему термостойкий каркас, и он смело сможет пройти через временной карман.

– Хм, – усмехнулся Дуглас столь неожиданному предложению. – Идея логичная. Я не учёный, только исполнитель, поэтому не могу в полной мере оценить целесообразность такого переноса. Тебе бы на Марс, сынок, там нужны такие самородки. Поговаривают, в Атланто готовятся к первому путешествию во времени, звучит как научная фантастика. Но кто знает, может, через пару лет я буду ловить временных нарушителей.

– А так и будет, – очень серьёзно ответил Дмитрий.

– Ладно, тебе пора на урок. А мне пора на работу.

Такие встречи называют судьбоносными, после демонстрации хроновизора Дмитрий решил ускорить план по обогащению, и если раньше он просто хотел выиграть неприлично огромную сумму денег для мамы, то теперь мечта обрела чёткость. Дмитрий хотел перебраться жить на Марс и стать учёным. Круг желания замкнулся. Оставалось малое – выиграть в «лотерею жизни».

Лотерею с большой буквы Ж. Эмблема всемирного шоу состояла из трёх букв Э, две соприкасались спинками, и третья словно корона венчала эмблему. При доле воображения получалась буква Ж. Создатели конкурса таким бесхитростным образом зашифровали главный слоган всемирного розыгрыша: «Эксклюзивность, эксклюзивность, эксклюзивность».

С лёгкой руки одного из победителей шоу прозвали «лотереей жизни». Всех подкупала беспристрастность всемирного интеллекта, он анализировал всю информацию, загруженную за год во всемирную сеть, и отбирал четырёх счастливчиков. Со временем мировое правительство учредило призовой фонд, и мировой розыгрыш стал всеобщим развлечением. Банальное селфи на «незасвеченном» фоне могло сделать владельца богатым гражданином третьей планеты. По мере увеличения архива эксклюзивного материала искусственный интеллект понижал планку для победы. Потом появились профессиональные охотники на эксклюзив, богатые инвесторы сразу смекнули, что у группы единомышленников больше шансов на победу, и так появились целые компании по производству эксклюзивного контента. Самые крупные компании на сегодняшний день – это североамериканский гигант «Экслют-компани» и её соперник, азиатская корпорация по производству новых технологий «Тубурусо». Их ежегодное дерби било все телевизионные рейтинги, приковывая внимание каждого четвертого жителя планеты. А их конкурсные работы как минимум были в пятёрке победителей.

Дмитрий решил пойти необычным путём к победе. Ночи напролёт анализа всех предыдущих конкурсов позволили составить список предметов, у которых процент оригинальности составлял девять, следующим шагом стало выявление общих граней у этих предметов, в поиске простого и понятного образа.

– Мне нужен помощник! – закончив поиск символа, сказал Дима. – Кто-то же должен сфотографировать меня.

Бабушка-робот, при всей удобности, не годилась для такой миссии, её интеллектуальный чип был напрямую соединён с нейросетью, а это означало привлечь внимание к процессу создания символа. Дима понимал, что для победы необходимо загрузить фото перед дедлайном. Потому что крупные гиганты мониторят весь трафик, и, попади в сеть подготовительная работа с чипа памяти бабушки-робота, может произойти всё что угодно, вплоть до полного плагиата. Вот именно поэтому для создания фото нужен человек: люди при всём желании быть всегда онлайн не являются частью нейросети. Но искать помощника не пришлось, один из одноклассников, словно предчувствуя гениальный план Дмитрия, первым заговорил на тему конкурса. Единственным минусом выбора, была личная неприязнь к потенциальному напарнику.

– Димон, здорово, друган! – начал Артём.

– Привет, – сухо ответил Дима, удивлённый столь нетипичным поведением.

– Я вот тут копался в твоих социальных страницах и заметил, что ты не постишь селфи уже почти год.

– Я не понимаю, о чём ты, – собирая электронные бумаги в портфель, сказал Дима.

– Слушай, Макаронина, – наклонившись поближе к однокласснику, грубо начал Артём, – давай без притворства, я нутром чую, что ты задумал выиграть городской тур на эксклюзивность, а это три сотни в единой валюте. И я намерен тебе помочь за двухсотку. Что скажешь?

– Две третьих, а не много ли?

– Макаронина, ну не усложняй всё, я сейчас селфи на твоём фоне сделаю, и ты пролетишь в конкурсе.

– Меня зовут Дмитрий, а не Макаронина!

– Хорошо, будешь Димон, за двести пятьдесят в единой валюте, – похлопав одноклассника по плечу, заметил Артём.

– Половина.

– Ты глухой, Макаронина?

– Половина в случае победы в мировом туре.

После слов о мировом этапе конкурса эксклюзивности Артём даже приподнял брови, скептически улыбаясь. Ещё пара громких заявлений – и полная сарказма ухмылка переросла бы в громкий смех, но уверенный взгляд Дмитрия опустил уголки рта, заставив поверить в искренность слов о мировом этапе конкурса. Артём даже подсел поближе к чудаковатому однокласснику, озираясь в опаске, что их могут услышать.

– У тебя есть план?

– А ты правда меня не предашь?

Слащавый блондин дал слово, что не предаст. Конечно, Дмитрий не особо верил в такие обещанья, но выбора, как говорится, у него не было. До конкурса оставалось три дня, и пока победное фото существовало лишь в голове.

Иными словами, пришлось рисковать, что Дмитрий и сделал, договорившись встретиться в полночь на стройке. По задумке заброшенное здание – идеальное место для создания победной фотки.

Усыпив бдительность родителей, Артём, взяв биофон, вылез в форточку. Словно мышка, он ступал по керамической черепице мансарды, стараясь не разбудить сторожевого робота-собаку. Спустившись в неосвещённую часть двора, он перемахнул через забор и побежал в сторону школы. За школой долгие годы стояло заброшенное здание, администрация города судилась за право собственности с бывшим владельцем, и, естественно, никто не ухаживал за двухэтажной постройкой. Одно время её облюбовали бездомные, хозяин пожаловался в полицию, и на пару лет здание снова обрело пугающую тишину нежилого помещения.

Всё ценное за годы простоя растащили жители окрестных районов, и на момент создания рисунка для победы в конкурсе в доме отсутствовали окна и двери, а комнаты были захламлены строительным мусором. Впрочем, это и придавало эксклюзивность выбранному фону. На кирпичной стене подростки старательно прорисовывали белоснежные крылья, пёрышко за пёрышком, густая краска ложилась на красный кирпич, создавая неповторимый образ. Когда в свете биофонов работа была выполнена и уставшие, сонные парни, стирая остатки краски с кисточек, собрались делать победное фото, послышался шорох на первом этаже.

– Ты кому-нибудь говорил о нашем плане? – чуть слышно спросил Дима.

– Нет, а ты?

Не успел Дмитрий ответить, как в помещение вошли одетый в чёрное мужчина и робот. Реакция Артёма была молниеносной, он кинул в ночных гостей кирпич и с разбегу сиганул в окно. Дмитрий попытался пробежать в дверь, но получил парализующий удар высоковольтной дубинкой.

Артём бежал изо всех сил, оглядываясь, нет ли за ним погони. И только возле калитки родного дома он почувствовал пронзительную боль в левой ступне. Приподняв джинсы, он дотронулся до ссадины и отёкшей ноги.

– Только бы не перелом, – опустив штанину, сказал он.

Утром ногу разнесло настолько, что невозможно было пошевелить ступнёй, а в качестве бонуса за ночную вылазку поднялась высокая температура. Скрывать проблемы со здоровьем стало уже невозможно. Врачи поставили фиксационные спицы и прописали три дня покоя для зарастания связок сухожилия.

«Я веду прямой эфир из первой студии, где сегодня состоится финальный этап, и мы определим победителя, – разодетый в костюм из перламутровых страз, начал ведущий. – Напомню итоги прошлого года, тогда победила гигантская инсталляция первородного греха, выложенная белым мрамором в безжизненной пустыне. Компания «Экслют», создавшая это творение, победила девятый раз подряд, догнав непримиримого соперника, компанию «Тубурусо». Отсюда интрига этого сезона, кто же первый получит заветный титул «Эксклюзив десятилетия», и мы ждём предварительных результатов сразу после рекламы».

Обидно видеть твоё детище в цепких лапах мирового гиганта, аналитики назовут эту победу безупречной: человек, который прятался от соцсетей целый год, на фоне белоснежных крыльев, на заброшенной стройке за минуты до уничтожения здания, – эта работа опередила ближайшего конкурента на два процента. Шокирующий своей дерзостью результат, но главное – сохранён почерк компании по созданию эксклюзивной продукции, белый цвет крыльев ангела стал визитной карточкой «Экслют-компании» на текущий год. Десятая победа белого цвета в мировом состязании. И главное, ни слова об авторе идеи. Артём смотрел на всё это и понимал, что у них отняли победу, ярость от обиды и беспомощность в желании что-либо изменить – эти две эмоции не покидали его до выздоровления и возвращения в школу.

– Как пропал? – удивился Артём, расспрашивая о судьбе Дмитрия.

– Говорят, он к матери полетел на Марс. Забрал документы из школы, закрыл все аккаунты и буквально растворился.

– Стас, а у тебя есть номер его бифа, позвонить надо, он мне должен кое-что.

– Нет, Артёмка, у Макаронины и друзей-то толком не было, сам по себе жил, никого не трогал.

– Ты, кстати, слышал, что стена, на которой были изображены крылья, из нашего городка оказалась? – вмешался в диалог Толик.

– Ты про «лотерею жизни»?

– Да, тот дом снесли в канун телешоу. Вообще «Экслют» – сильная контора, так всё продуманно делает: образ ангела, селфи, заброшка и винтажный кирпич.

– И не говори, – раздражённо ответил Артём.

После уроков он отправился к Дмитрию, факт скорого переезда семейства Меловых и наличие других соседей даже не удивил. Нескладный подросток по кличке Макаронина за пару дней буквально растворился, конечно взрослые говорили о получении вида на жительство его матерью, и как следствие, столь спешный переезд. Но никто из одноклассников после той ночи в заброшенном доме не видел Дмитрия. За документами в школу пришла бабушка-робот, она же попрощалась с классом от имени Дмитрия, угостив всех яблочной шарлоткой. Прямых улик не было, а на доводы Артёма об его исчезновении все взрослые лишь улыбались и советовали не фантазировать.

– Что мы тут ищем? – дюжий час роясь в руинах разрушённого дома, спросил Толик.

– Фрагмент рисунка, любой кирпич с кусочком белой краски, – ответил Артём, подсвечивая новую груду камней и строительного мусора.

Поначалу парни перебирали строительный мусор в дневное время, пока полицейские не приставили к периметру здания робота-охранника. Но, нарушая общественный порядок, под покровом ночи подростки продолжили искать осколки разрушенного рисунка белоснежных крыльев Дмитрия. Это был единственный шанс доказать авторство.