7 Законов жизни

Представление об интеллекте имеет длинную историю и уходит корнями по меньшей мере во времена великих греческих философов, Аристотеля и Платона. Философы и учёные той эпохи пытались создать твёрдую основу для человеческих знаний, положить конец мифам и суевериям о нашем существовании, которые, как они верили, вводили в заблуждение все предыдущие поколения. Одним из основных принципов нового движения была незыблемая вера в важность логики и критического мышления. Философы утверждали: мы должны верить только в то, что может быть доказано путём логических рассуждений, подтверждённых математическими доказательствами. Проблема – с чего начать процесс логических рассуждений, ведь софистически оспорить можно всё. Кстати, знаменитый вывод французского философа Рене Декарта полностью созвучен поискам и античности, и Нового времени: единственное, что может быть принято как аксиома, – моё собственное существование – в противном случае я не смог бы об этом думать. «Мыслю, следовательно, существую».

Другим важным принципом, господствовавшим в эпоху Просвещения, была растущая вера в важность доказательства для поддержки научной идеи. Имелись в виду аргументы, полученные при помощи чувств и очищенные от суеверий и слухов. Два принципа – рассуждение и доказательство – легли в основу интеллектуальной революции и коренным образом изменили взгляды и достижения западного мира. Это привело к развитию научного метода познания и ряду открытий, к анализу и классификации идей, объектов и явлений. Интеллектуальная революция повлекла за собой впечатляющие достижения в области технологий, что дало старт революции промышленной и обусловило господство жёсткой логики во всех сферах человеческой деятельности.

Влияние логики и значимость доказательства распространились не только на точные науки. Эти принципы начали влиять на формирование основных теорий гуманитарных наук, включая психологию, социологию, культурную антропологию и медицину (да-да, знаю, что традиционно последнюю относят к естественным дисциплинам – но разве её объект – не человек как целостное существо и не избавление его от страданий?). Общественное образование, получившее развитие в девятнадцатом и двадцатом веках, также опиралось на доминирующие идеи интеллекта и знания. Росли потребности промышленной революции, а потому возникла необходимость в быстрых и лёгких формах отбора и оценки учащихся. Для этого под рукой вовремя оказалась новая наука – психология – со свежими теориями о том, как можно оценить и измерить интеллект. Он был загнан в рамки стандарта, определён в терминах вербального и математического рассуждения. Разрабатывались методики количественной оценки результата. Венчал прекрасную идею метод измерения коэффициента интеллекта IQ.

И мы начали думать об истинном потенциале разума с точки зрения логического анализа. Мы уверовали, что рационалистические формы мышления выше чувств и эмоций, что талантливые и значимые идеи могут быть переданы только при помощи слов или математических выражений.

Современная образовательная система строится вокруг двух приоритетов:

– Самые важные – дисциплины, полезные для нахождения работы. В школе нас мягко отвлекали от интересующих предметов и занятий, поскольку они не давали профессию. «Не занимайся музыкой, ты же не станешь музыкантом; брось рисование, ты же не будешь художником». Добрый совет, но, увы, ошибочный.

– Университеты разработали эту систему под себя. Если вдуматься, государственная образовательная система в мире – затянутый процесс поступления в вуз. В результате очень талантливые люди не считают себя таковыми, поскольку никто ни капли не дорожит их любимыми школьными предметами.

За следующие 30 лет, если верить ЮНЕСКО, университеты выпустят больше людей, чем за всю историю человечества. Вот к чему привела совокупность факторов, о которых мы говорили ранее в самых разных контекстах: влияние технологии на профессиональную деятельность, огромный прирост населения.

Но диплом вдруг обесценился. Разве не так? Когда я был студентом, если у тебя был диплом, у тебя была работа, а если работы не было, то лишь потому, что тебе не хотелось работать. Сейчас же там, где раньше хватало бакалавра, теперь требуют магистра, а на его бывшее место нужен кандидат наук. Эта инфляция образования – признак того, что вся образовательная структура рушится у нас под ногами.

Общество сталкивается с проблемой бросания учёбы. Но это только вершина айсберга. Ведь не учитывают тех детей, которые ходят в школу, но терпеть её не могут, потому что она не даёт ничего особо полезного. Кен Робинсон остроумно рассуждает о различии между деятельностью и достижением, заложенном в значениях глаголов. То есть Вы можете заниматься некоторой деятельностью, но ничего на самом деле в ней не достигать, например сидеть на диете…

Источником успеха школ являются учителя. Но это творческая профессия. Обучение, в должном понимании, – не система доставки. Это ведь не просто передача полученной информации. Да, великие учителя вкладывают знания в головы, но ещё и являются наставниками, стимулируют, побуждают, увлекают.

Их роль – в том, чтобы способствовать изучению. Вот и всё. Но преобладающая образовательная культура стала сосредоточенной не на преподавании и изучении, а на контроле. Проверка, конечно, важна. У стандартизированных тестов есть своё место. Но они недолжны господствовать в образовательной культуре. Однако сейчас мы имеем требование соответствия вместо любознательности. Наши дети и учителя нынче следуют типовым алгоритмам вместо того, чтобы пробуждать силу воображения и любопытства.

Финляндия регулярно оказывается в числе первых по математике, естественным наукам и чтению. У нас их строго проверяют, поэтому мы с Вами, даже не особо подключая фантазию и чувство юмора, могли бы представить выход нового Федерального государственного образовательного стандарта с прописанной целью… догнать и перегнать северного соседа. А в самой Финляндии не зацикливаются только на этих предметах. У финнов очень широкий взгляд на образование, включая гуманитарные науки, физическую культуру, изобразительное искусство. Там стандартизированный контроль – не главное.

Однажды, встретившись с финнами, Кен Робинсон спросил: «А что вы в Финляндии делаете с детьми, бросающими учёбу?» Это их немного озадачило, и они ответили: «У нас нет такого. Зачем бросать учёбу? Если у людей трудности, мы стараемся скорее помочь и поддерживаем их». Они используют индивидуальный подход в преподавании и изучении. Они признают, что системе нужно привлекать учащихся, задействуя их любопытство, индивидуальность и творчество. Именно так вовлекают в учебный процесс.

В условиях нашей же образовательной культуры большинству учителей приходится трудиться, а большинству учащихся – терпеть.

Правда, что даёт робкую надежду, в последнее время в академическом сообществе зазвучали голоса об уменьшении формальных проверок и развитии у школьников именно способности обучаться и так называемых метапредметных умений. Ну, посмотрим, приведут ли к чему-то светлому эти благие намерения.

Есть три принципа, на которых основано процветание личности.

Первый принцип заключается в том, что человеческая психика разностороння.

По некоторым оценкам, в Америке на данный момент примерно у 10% детей диагностируют различные состояния, объединённые очень общим названием «синдром дефицита внимания». Но если школьники сидят час за часом, занимаясь примитивной канцелярской работой, стоит ли удивляться тому, что они начинают ёрзать? Дети, в большинстве своём, страдают не от психических синдромов. Они страдают детством. Это знают те из нас, кто ранние годы жизни провёл, будучи ребёнком. Дети больше всего преуспевают, когда учебная программа разнообразна и поддерживает в них различные таланты, а не малую их часть. И, кстати, гуманитарные науки важны не просто потому, что улучшают успеваемость по математике. Гуманитарные науки важны, потому что они обращены к уникальным сторонам детской личности.

Второй принцип, ведущий жизнь человека к расцвету, – это пресловутое любопытство.

Если уметь зажечь в школьниках искру любознательности, очень многие будут учиться без дальнейшего содействия. Познание естественно для детей, да и для взрослых тоже. Большое дело – пробудить эту конкретную способность или подавить её. Любопытство – своего рода двигатель достижений.

Третий принцип в том, что творчество – неотъемлемая часть существования.

Мы строим свои жизни и, проживая, перестраиваем их. Это общий принцип человеческого бытия. Именно поэтому культура так интересна, разнообразна и динамична. Мы творим свои жизни в неустанном круговороте вариантов и возможностей, и одна из задач образования состоит в том, чтобы пробудить и развить эти творческие способности. А вместо этого у нас культура стандартизации.

Поэтому давайте попробуем переосмыслить представление о разуме.

Мы знаем три вещи:

Во-первых, он многообразен.

Мы думаем так же, как воспринимаем, то есть всем спектром зрительных образов, звуков и тактильных ощущений; размышляем абстрактно, размышляем в движении.

Во-вторых, разум изменчив.

Судя по обмену информацией внутри головного мозга, ум чрезвычайно подвижен и кочует по всей «коробочке». Акты творчества, которые я определяю как процесс возникновения новых ценных идей, происходят в результате взаимодействия принципиально разных способов познания мира.

И третье, что я хочу сказать о разуме, – у каждого он свой.

Порой обретение призвания происходит по причине отказа признать, что был «бесполезен, согласно существующим меркам и стандартам».

Одним из ключевых принципов, важных для обретения человеком своей стихии, является необходимость подвергнуть сомнению то, что мы обычно принимаем как аксиому относительно своих способностей и способностей других людей. Это не так легко, как кажется. Самым проблемным становится выявление ложных аксиом. Мы привыкли считать их фундаментом оценки личности, своеобразными базовыми предпосылками, которые никогда не подвергаем сомнению, поскольку воспринимаем как неотъемлемую часть нашей жизни. Как воздух. Или силу тяжести. Или Опру Уинфри.

Гарвардский психолог Говард Гарднер активно пропагандирует идею, что мы обладаем множеством интеллектов: лингвистическим, музыкальным, математическим, пространственным, кинестетическим, межличностным (взаимоотношения друг с другом) и внутриличностным (знание и понимание себя). Все они более или менее независимы и ни в коем случае не конкурируют по степени важности. Вместе с тем учёный считает, что одни могут быть «доминирующими», а другие – «спящими». По мнению Гарднера, система образования должна уделять им равное внимание, чтобы все люди с детства получали возможность активизировать индивидуальные способности.

Роберт Штернберг, в прошлом президент Американской психологической ассоциации, давно критикует традиционные подходы к тестированию интеллекта и к теории измерения IQ. Он утверждает, что существует три типа интеллекта: аналитический (способность выполнять традиционные тесты на IQ и решать проблемы, используя академические познания); творческий (способность находить оптимальные и оригинальные решения в нестандартных ситуациях) и практический (способность эффективно решать проблемы и задачи повседневной жизни).

Дэниел Гоулман, психолог, журналист и автор бестселлеров, в своих книгах утверждает, что существуют эмоциональный и социальный интеллекты и оба они чрезвычайно важны для гармонии с собой и окружающим миром.

Роберт Купер81 предупреждает, что мы не должны воспринимать интеллект как процесс, являющийся некоей работой лишь внутри нашего черепа. Он также убеждён в существовании «сердечного» и «кишечного» мозга. По его словам, в моменты переживания человеком какого-либо непосредственного опыта информация о нём не поступает сразу же в головной мозг. Первым местом, куда её угораздит, будут нервные окончания нашего кишечного тракта и сердца. Купер считает нервную систему кишечника «вторым мозгом», который «независим, но при этом соединён с головным». Он утверждает, что именно поэтому мы описываем первую реакцию на какие-либо события словами «нутром чую». Неважно, признаём мы это или нет – наш кишечник оказывает влияние на все поступки!

Такое даже краткое исследование чувств и интеллектов – яркая иллюстрация того, как в очередной раз разрушаются представления об аксиомах.

Однако несомненный факт – человеческий интеллект разнообразен и многогранен. За доказательствами далеко ходить не надо – стоит лишь взглянуть на необычайное богатство и сложность мировой культуры и достижений. А можем ли мы объединить всё это в единую теорию интеллекта – с тремя, четырьмя, пятью или даже восемью отдельными категориями – проблема теоретиков.

Полагаю, наша единственная надежда на будущее – принять новую концепцию экологии человека, такую, внутри которой мы начнём переосмысление богатства человеческих способностей. Наша образовательная система опустошила умы, как мы опустошаем недра Земли, преследуя корыстные цели.

Однако у нас есть надежда! Долина Смерти – это самое жаркое и сухое место в Америке, где ничего не растёт, потому что там не идут дожди. Но зимой 2004 года за очень короткое время выпало 18 см осадков. А весной 2005 года вся территория Долины Смерти покрылась цветами. Это доказывает, что пустыня не мертва. Она просто в спячке. Прямо под поверхностью находятся семена талантов, ожидающие необходимых условий, чтобы взойти, как в биологических системах при правильных условиях неизбежно взрастает жизнь.

«Настоящая роль руководства заключается в управлении климатом, в создании благоприятного климата для возможностей», – заключает Робинсон.

И снова доброе утро! Как проходит полёт? Надеюсь, Вам внутри себя понравилось, а если нет – давайте учиться…