Амур: на два мира

Глава 10

Любой мужчина знает: если девушка приняла решение, отговорить её очень трудно. Если же это решение приняла магиня – практически невозможно. Все разумные доводы Амура разбивались о железобетонное: «Я лучше знаю!». В глубине души он признавал, что так оно и есть, этот мир чужой для него, и даже верный оруженосец здесь не советчик, сам дальше своего леса ничего не видел. Но двойное мужское эго требовало признания своей важности, и Агнешка согласилась, что Амур с Чеширом единолично будут принимать все решения в этой неимоверно секретной миссии, а она просто будет помогать по мере своих скромных возможностей. Заключив мировое соглашение, троица отправилась на поиски средства передвижения для нового участника экспедиции.

Лошадей в Антарнелле продавали в конюшнях на окраине, чтобы навозное амбре не смущало изысканные носы дворян. Здесь же находился ипподром и ристалище, где на ежегодном турнире ломали друг об друга копья доблестные рыцари. Арена сейчас пустовала, скачки тоже не проводились, и вскоре Амур понял причину – в конюшнях на продажу выставляли таких кляч, которых хотелось сразу пристрелить, чтобы не мучились. Хмурый барышник пояснил, что всех приличных лошадей и мулов давно скупили тверды, сейчас нет ни под седло, ни под телегу. Агнешка вновь устроилась на тюках, обняв Амура за талию, а невозмутимый Маус и ухом не повел – знай, трусил себе по дороге, выносливый как черт.

Антарнелл остался позади. По сторонам от утоптанного тракта колосились поля, зеленели рощи фруктовых деревьев, кое-где попадались обширные хутора, где жили фригольдеры – свободные крестьяне. Хотя номинально они никому не принадлежали, но, завидев королевского гвардейца, предпочитали снять шляпу и слегка поклониться. Польщенный Амур развлекался тем, что отдавал им приветствие на военный манер, приложив два пальца к берету. Одна улыбчивая женщина даже подарила Агнешке лукошко с яблоками и та, хрустя типичной антоновкой, рассказала историю этих милых людей.

Оказывается, еще Гарольд Четвертый освободил королевских крестьян от всех повинностей в благодарность за самоотверженную помощь в обороне столицы Колинара от орд демонов. С тех пор фригольдеры отстроились, вновь распахали поля и теперь исправно снабжали Антарнелл необходимыми продуктами, продавая их по честной цене на рынке, а прибыль использовали для расширения собственных хозяйств. Когда во времена уже Гарольда Шестого случилось восстание Двух Герцогов, свободные крестьяне все как один встали на защиту короля-благодетеля и устроили такую партизанскую войну, что войска повстанцев через седмицу сбежали с их земель, сняв блокаду столицы. С тех пор дворяне остерегались в открытую выступать против монаршей власти, хотя интриги во дворце плелись постоянно.

Первый городок Палех показался ближе к вечеру, когда Амур уже так натер с непривычки задницу о седло, что начал всерьез подумывать о пешем продолжении путешествия, крепясь только из чувства гвардейски-дворянского гонора. На воротах дремали два стражника с бердышами. Один сонно приветствовал путников и поинтересовался, не является ли виконт родственником герцога Кормака или герцога Лазнева. Получив отрицательный ответ, служивый лениво кивнул, мол, проезжайте, люди добрые.

Помимо зажиточных фригольдеров в Палехе жил мастеровой люд, тут и там попадались вывески с изображением молота, одежды или окорока. Завидев висящую на цепях пивную кружку, Амур покинул седло и с наслаждением потянулся. Таверна называлась «Гусь и свинья», опровергая известную пословицу о том, что эти двое быть товарищами ну никак не могут. Рабочий день подходил к концу, в просторном зале толпился народ, но, несмотря на это, занимать последний почти пустой стол люди не спешили, и тому была причина - пьяная, косматая и злая. Амур присмотрелся и закричал:

- Гуго! Гуго Скалдвинг!

Тверд оторвался от полугалонной кружки, стер с усов пену и уставился на гостей. Постепенно в его мутных глазах забрезжило узнавание, он жахнул кулаком по столу и заорал:

- Раздери меня гаркл, это же тот парень! И девушка с ним! И чудо это мохнатое!

- Я ему сейчас палец откушу, - пообещал Чешир.

- Не надо, - сказала Агнешка. – Заразишься еще чем-нибудь.

Тверд тем временем попытался выбраться из-за стола, задел прислоненный молот, получил рукояткой по лбу, ничуть не смутился и плюхнулся обратно на скамью, призывно замахав руками. Амур прикинул, что по десятибалльной шкале косматый здоровяк пьян на двенадцать. Впрочем, это не мешало ему вполне внятно говорить и потихоньку опустошать стоящий на столе бочонок с темным элем. Амур заказал на всех свиную рульку, тарелку с зеленью, каравай хлеба и зажаренного гусака, после чего уселся напротив тверда.

- Спасибо, что занял нам столик!

- Ха! Теперь понятно, как ты выстоял против Ангелов Смерти, - кивнул тот. – Королевская гвардия, э?

- Меня только вчера взяли на службу, - признался Амур, зачерпнув из бочонка ароматный эль.

- Просто так в гвардию не берут, - подмигнул ему Гуго. – Куда путь держите, виконт Орха?

- В Северные пустоши, - не стал таиться Амур. – Нужно доставить депеши в дальние гарнизоны.

- И я туда направлялся, но застрял в этой дыре, - помрачнел тверд и вновь наполнил кружку.

Оказалось, пани Берта таки сглазила, купленная Скалдвингом кляча пала на подъезде к Палеху. Столичный барышник заверял, что лошадь жилистая и выносливая, а тверд ему поверил, ведь сам разбирался только в металле и камнях. Костеря пройдоху последними словами, Гуго добрался до города пешком, чего со своими короткими ногами терпеть не мог, хотел выбрать в местных конюшнях скакуна поприличнее, но неожиданно столкнулся с новой проблемой – лошади в Палехе были, но продавать их хозяева отказывались. Предстоял сбор урожая, а на фоне столичного дефицита тягловой силы никакой крестьянин не хотел рисковать срывом страды. Лишь один барышник согласился сторговать коня, но заломил такую цену, что оскорбленный до глубины души тверд чуть не прибил спекулянта на месте - спасли мерзавца от верной смерти лишь подоспевшие стражники. Пришлось заплатить помятому торгашу виру. Как теперь добираться до родной Альпы Скалдвинг решительно не представлял, с горя пил и потихоньку зверел.

- А скажи-ка, Гуго, почему ваши бежали из Антарнелла? – спросил Амур.

- Приказ старгора, - буркнул здоровяк после небольшой паузы, хотел еще что-то добавить, но махнул рукой и вновь наполнил кружку.

Амур переглянулся с Агнешкой, они вышли подышать воздухом. Чешир увязался следом. Стемнело, на небо выползли луны-близняшки, в окнах домов затеплились масляные лампы. Где-то на окраине побрехивали собаки.

- Гуго явно знает больше, чем говорит, - сказал Амур.

- Мне тоже так показалось, - кивнула Агния. – Если бы мы путешествовали вместе, может, удалось бы его разговорить?

- Что?! – возмутился Чешир. – Видит Тук, я с этим хамом на одну лошадь не сяду!

- Боливар не вынесет двоих, - подтвердил Амур и заглянул во двор таверны.

Здесь располагались хозяйственные постройки и небольшая конюшня. Перед мордой Мауса висела торба с овсом, рядом стояла бочка с водой. Парнишка-конюх щеткой чесал бок амаргала. Амур протянул ему медную монетку за труды и спросил:

- Скажи-ка, дружище, а где у вас можно достать лошадку для моей спутницы?

- Извините, сэр, сейчас вам вряд ли продадут коня. Всех свободных давно сторговали в Антарнелл, а ведь еще пшеницу нужно убирать, рожь…

- Неужели здесь никто не сможет помочь прекрасной леди? – спросила Агнешка, приоткрыв платок и сверкнув глазами.

Парнишка совсем смутился, на лице отобразилась яростная работа мысли, и тут он просиял:

- К бургомистру вам надо! У него есть сменные лошади для королевских курьеров!

- Точно! И как я об этом забыл? – притворно удивился Амур и, наградив счастливого конюха еще одной монеткой, вернулся с Агнешкой на улицу. – Сэр Чешир, у меня к вам важное поручение. Караульте пока нашего друга тверда, чтобы не сбежал, а мы отправимся за лошадьми.

- Слушаюсь, мессир! А,черт… надеюсь, вы скоро вернетесь?

* * *

Небольшая ратуша торчала посреди единственной площади Палеха. Из пяти масляных фонарей горели лишь три, в провинции жили экономно. Орган государственной власти обозначал висящий на стене герб Колинара и скучающий перед дверями стражник, который лениво козырнул гвардии. Несмотря на поздний час, бургомистр работал. Ну как работал – на столе перед ним стояла початая бутылка уже знакомой Амуру «Кабаньей крови» и лежал нарезанный ломтиками окорок. Из-под мяса выглядывал какой-то указ.

Бургомистру было хорошо за сорок, обширная лысина указывала на трудные думы во благо королевства, а красная шея, выглядывающая из расстегнутого сюртука, - на способ расслабления после таких размышлений. Стены кабинета занимали полки, где вперемешку с книгами и свитками стояли корзины с различной снедью. Надо полагать, это была благодарность горожан за урегулирование вопросов. Амур решил сразу идти ва-банк, прошествовал к столу и уселся на обшарпанный стул.

- Добрый вечер! Мне нужна сменная лошадь. А лучше две.

Бургомистр дожевал розовый ломтик мяса, утер губы платком и спросил:

- А зачем?

- Как это зачем?! Я королевский курьер, везу срочные депеши в дальние гарнизоны. Мне в дороге лошади свежие нужны, разве не ясно?

- Хм, а что, гвардию перестали снабжать конями? Нет? Тогда вот что я вам скажу, сэр: ваш амаргал добежит до Садершага, вернется обратно и даже не вспотеет, - заявил бургомистр. – Вино будете?

- С удовольствием.

- А ваша спутница?

- Не откажусь, - сказала Агнешка и подсела к столу.

Бургомистр извлек из шкафчика два бокала, дунул внутрь и плеснул вина. После чего споро нарезал головку сыра из ближайшей корзины и выставил угощение на тарелке, перекинув туда же остатки окорока. На указе остались жирные пятна. Амур уже понял, что кавалерийский наскок не удался, предстоит длительная осада, снял берет и опустошил бокал. Прислушался к ощущениям – черная «Кабанья кровь» отлично легла на темный эль. Агния распустила платок и пригубила вино.

- Магиня? – удивился бургомистр, завидев татуировки. – Какая честь! Леди, позвольте приветствовать вас в наших краях и узнать ваше имя?

Смущенная Агнешка представилась. Амур счел нужным показать рукописный приказ капитана. Бургомистра звали Ян Сташек. Он раскурил трубку и, внимательно оглядев гостей, сказал:

- Прошу меня извинить, жизнь в нашем городке скучновата, и я развлекаюсь тем, что мысленно распутываю различные загадки.

- Это помимо распития на рабочем месте? – невинно поинтересовался Амур.

- И даже во время его, - кивнул Сташек, вновь наполняя бокалы. – Так вот, позвольте, я выскажу свои умозаключения?

- Валяйте, - кивнул Амур, заинтригованный местным Шерлоком Холмсом.

- Уверен, сэр, ваш амаргал прекрасно увезет даже двоих, - продолжил бургомистр. – Я немного знаком с этой великолепной породой. Получается, лошадь нужна вовсе не вам. А кому? Стражники сегодня донесли, что в конюшнях буянил какой-то тверд. Хотел купить лошадь, но не сошелся в цене с барышником. Рискну предположить, что сей буйный господин ваш друг?

- Не то, чтобы очень, - признался Амур. – Так, жизнь мне спас просто.

- Замечательно! Значит, я не ошибся, - кивнул крайне довольный собой Сташек. – Знаете, городок у нас маленький, все друг друга знают. Барышник Грабов, конечно, тот еще пройдоха, но этот пройдоха наш и я никому не позволю обижать жителей Палеха.

- Гуго возместил же ему ущерб, - заметила Агния.

- Но это не значит, милая леди, что можно врываться сюда и требовать коня для этого хама. Если бы ваш тверд не заплатил виру, сидел бы уже в темнице.

- Извините, - сказал Амур. – Мы немного выпили в таверне и, видимо, позабыли о вежливости.

- Обычное отношение дворян ко всем остальным людям и даже государственным чиновникам, которые пекутся о судьбе королевства, - скорбно произнес Сташек и, выпустив к потолку струйку дыма, добавил: - Впрочем, я вижу, столичная жизнь еще не совсем вас испортила, виконт?

- Да можно сказать, только начала, но я изо всех сил этому сопротивляюсь, - заверил Амур.

- Это достойно уважения, - признал бургомистр и вновь наполнил бокалы. – За Колинар!

- За Палех! – в свою очередь выдал Амур.

Чинно выпили, закусили. Сташек уютно устроился в своем кресле и, посасывая трубку, продолжил:

- Что ж, вы правы, сэр, в моем распоряжении есть неплохие лошади, которые предназначены для королевских курьеров. Скажу больше: у меня, как у рачительного хозяина, этих лошадей даже больше, чем необходимо.

- Так-так! – сделал стойку Амур.

- Да… только продать я их все равно не могу, - убил надежду бургомистр. – Государственная собственность как никак. Впрочем, согласно распоряжению королевского интенданта за каким-то там номером, я могу поощрять людей, которые оказали неоценимые услуги городу. Причем, поощрять любым доступным мне способом.

- Что мы должны сделать? – прямо спросил Амур.

- Вы, виконт, ничего, не обессудьте, а вот ваша прекрасная и могущественная спутница вполне могла бы решить одну проблему, которая с недавнего времени беспокоит Палех. Думаю, само провидение направило вас в наш город, леди, и да будет вечно гореть огонь Сандрогара!

* * *

В лунном свете старый погост выглядел особенно зловеще. Бледный туман клубился над землею, из него тут и там торчали покосившиеся кресты, с которых клочьями свисала паутина. Под ногами хрустели то ли кости, то ли прогнивший штакетник ограды. Идущая в рудник тропинка огибала погост по краешку, но сейчас её скрывала серая хмарь и поди разбери, что там подстерегает в тумане?

Амур тоскливо оглянулся. На городской стене горели огни, он даже различил маленькую точку – блестящий шлем стражника, который проводил их до калитки и теперь сверху наблюдал за безумной парочкой, что решила извести поселившуюся на погосте жуть.

А пробовали многие! Как только погибли первые рудокопы, бургомистр послал отряд стражников во главе со своим братом-лейтенантом. Не вернулись. Тогда Сташек вывесил указ на городской площади о хорошем вознаграждении тому, кто очистит проход к руднику. Залетные охотники чуть ли не каждый день приезжали, бахвалились и бесследно исчезали на погосте. Не имело значения, день на дворе или ночь – здесь с некоторых пор всегда клубился туман. Другой дороги на рудник не было, ущелье окружали горы и болота. Отчаявшийся бургомистр запросил помощь из столицы, столица обещала помочь.

Прошел месяц. Смельчаки кончились, Антарнелл молчал. Ситуация усугублялась тем, что на руднике добывали не какой-то там презренный металл, а драгоценное серебро. Его продажа составляла значительную часть бюджета небольшого Палеха. От тяжелых раздумий лысина Сташека увеличивалась с каждым днем, не помогала даже «Кабанья кровь». Естественно, когда Ян узрел перед собой магиню, он понял, что Сандрогар молитвы его наконец-то услышал.

Вино горячило кровь, Амур сразу согласился на авантюру, Агнешка тоже обещала помочь, но сейчас, когда впереди клубился туман и что-то там такое мелькало, виконт чувствовал себя немного неуютно. Зря они не вернулись в таверну и не взяли с собой тверда. Тот здоровый, как буйвол, пер бы сейчас вперед танком, а они следом, и вообще кому тут конь больше всех нужен?! Или бы Чешира на разведку пустили, он ведь маленький и незаметный. Устыдившись недостойных мыслей, Амур обнажил меч и первым шагнул в туман.

По ногам потянуло холодом. В разрывах дымки виднелась тропинка, которую освещал факел Агнешки. Вот что-то мелькнуло, Амур взмахнул мечом, раздался протестующий писк. Крыса! Да какая здоровущая! Амур поднял окровавленный трупик за хвост и показал Агнешке. Та даже не поморщилась, пальчик коснулся оскаленной пасти грызуна. Клыки впечатляли, но ведь не могла стая могильных крыс сожрать всех этих людей! Или могла? Впору звать гамельнского крысолова с его знаменитой дудочкой. Амур сплюнул в белое марево и осторожно пошел вперед, чертя туман перед собой кончиком меча.

Они прошли поворот, скала скрыла огни города. Погост остался в стороне, тропинка на рудник уходила вправо. Амур облегченно выдохнул - не хотелось ему вновь встречаться с ожившими мертвецами, в последнее время у него выработалась стойкая аллергия на зомби. Туман стал гуще, молочные струи стекали по камням, закручивались жгутами. Дымка скрыла сапоги, поднявшись до колен. Под ногами вновь захрустело. Амур присел и, пошарив в белом мареве, выудил из него обглоданную берцовую кость – все, что осталось от одного из стражников.

Агнешка прикрыла глаза и что-то забормотала. Амур взял у неё факел, провел по туману – тот отступил перед пламенем, открыв усыпанную костьми тропинку. Тут же валялся сломанный бердыш, вмятый страшным ударом щит, порванная кольчуга. Амур поежился. То, что убило всех этих людей, находится уже совсем близко.

- Я не чувствую впереди никакой магической опасности, - сказала знахарка. – Но что-то там есть. Чужое, непонятное. Словно из другого мира, как и ты.

- Стой здесь, - приказал Амур. – А я гляну осторожненько. Если что, сразу беги!

Он сунул Агнешке факел, та хотела возразить, но Амур сделал страшное лицо, и знахарка покорно кивнула. Вино выветрилось, он трезвел и уже жалел о том, что согласился на предложение бургомистра. Никакой конь не стоит их жизней. И даже два коня! С другой стороны, отступать поздно, надо хотя бы из принципа узнать, кто превратил серебряный рудник в своё логово. Амур приник к скале, ощутил кожей теплый со дня камень и, стараясь не хрустеть костями, двинулся вперед.

Луна Призрачного заливала ущелье зеленоватым светом. Амур мысленно поблагодарил ночную хозяйку родного мира. Неизвестно, видит ли чужак в темноте, но хочется верить, что нет. Вон там туман странно клубится, точно кто-то двигается в мареве. Черт, показалось, просто большой валун!

Тропа уходит вверх, видно площадку перед входом в рудник. Нога оступилась, камень скользкий, Амур схватился за выступ. Только сейчас понял, что туман выплескивается именно из провала, где шахта, и заполняет ущелье молочным киселем. Надо заглянуть внутрь, там ответ!

Недавний валун вновь шевельнулся. Амур с остановившемся сердцем наблюдал, как зажглись красным два глаза, выплеснувшиеся из них лучи подсветили дымку, словно лазеры, и уткнулись ему в грудь.

В ночной тишине раздались звуки, привычные уху современного человека, но совершенно неуместные в средневековом ущелье – зажужжали моторы, засвистели сервоприводы, залязгали шестеренки механизмов. Валун выпустил из себя шесть лап и стал похож на огромного металлического паука. Чуть ниже глаз выдвинулась труба толщиной с руку Амура. Он попятился назад, меч не возьмет этого трансформера. Паук зашипел, из трубы пошел дымок. Амур сообразил, что это значит, и прыгнул в туман. Мгновением позже в скалу ударило ядро. Раздался взрыв, каменные осколки засвистели вокруг. Стоя на четвереньках, оглушенный Амур потряс головой. Мимо промелькнула тень. Агнешка с ходу метнула огненный шар, тот врезался в паука и рассыпался искрами.

Перебирая лапами словно краб, чужак отбежал в сторону. Жгуноставил на металлическом боку лишь черную подпалину. Красные лучи прорезали туман, нащупали магиню, которая уже плела новое заклятие. Пушка зашипела вновь.

- Ложись! – крикнул Амур.

Агнешка сосредоточенно проговаривала формулу заклинания. Амур рванул к ней, как спринтер с низкого старта, но понял, что не успеет. Грохотнула пушка. Сейчас взрыв накроет их обоих, подумал он. Время будто замедлило свой бег. Мимо, крутясь, проплыло ядро, фитиль искрился, прогорев наполовину. Дымок пах порохом. Амур вытянулся в прыжке, силясь накрыть Агнешку, когда сообразил, что горевать рано. Ядро ведь летит мимо! В последний момент паук почему-то дернулся и сбил прицел.

Амур врубился в Агнешку, как метеорит в Тунгуску, они покатились по земле. Ядро улетело на погост, раздался взрыв, над туманом взлетели обломки крестов. Агнешка толкнула Амура в грудь:

- Ты чего?! Я почти закончила скрутку, спеленала бы гада!

- Да плевать ему на магию! Это механизм, робот!

Амур слез с Агнешки, поднял её на ноги и, спохватившись, обернулся к пауку. Тот застыл, царапая металлическим брюхом камень. Пушка больше не шипела.

- Чего это он? – озадачился Амур.

- Издох? – предположила Агния. – Я его хорошо огнем припечатала.

- Ты что, не понимаешь? Это не живое создание, его кто-то сделал. Из металла.

- Никогда таких не видела…

Амур осторожно пошел вперед, готовый в любой момент задать стрекача. Голем приник к земле, растопырив лапы. Что это? Ловушка? Но разве может механизм быть хитрым? Сзади хрустнула ветка, Агнешка испуганно замерла. Амур показал девушке кулак и вплотную подошел к роботу.

Теперь он различил заклепки на потертом теле паука, лапы походят на манипуляторы, кое-где потеки масла, над потухшими глазами торчат реснички антенн. Из дула пушки еще поднимается дымок, где-то внутри голема тлеет огонек, готовый поджечь очередное ядро-бомбу. Приглядевшись, Амур заметил ряд значков, опоясавших металлическое тело. Руны странно знакомы, где-то он видел такие же. И вообще, несмотря на экзотичный вид, этот механизм для человека двадцать первого века гораздо ближе и понятнее, чем те же лесовики. Робот не двигался, Амур осмелел и ткнул его в бок кончиком меча:

- Эй, ты, батарейка села?

Внутри паука заскрежетало. Амур тут же отскочил метра на три, закрыв собой Агнию, а в боку голема, прямо под пушкой, раскрылся динамик-рот, откуда металлический голос произнес:

- Заряд батареи пятнадцать процентов.

- О как! – восхитился Амур. – Железяка, а соображает! Ну-ка, отвечай, что ты тут делаешь?

- Выполнение основной задачи прервано. Последняя команда – ложись. Ожидаю приказа.

- А я могу тебе приказывать?

- Голос Инженера идентифицирован с точностью восемьдесят три процента, ответ положительный.

- Он тебя принял за своего хозяина, - шепнула Агнешка. – Спроси, почему он здесь?

- Какая у тебя основная задача? – сформулировал вопрос Амур.

- Охрана периметра объекта.

- Название объекта?

- Пробой Догберта.

- Показать сможешь?

- Слушаюсь, Инженер!

Манипуляторы голема задвигались, пушка убралась внутрь. Поскрипывая сочленениями, он заковылял по тропинке к руднику. Теперь было видно, что робот припадает на один бок, на корпусе царапины, внутри что-то хрустит и скрежещет. Его настоящие хозяева давно сгинули, а он все старается, выполняет данный ему однажды приказ. Амур убрал меч в ножны и задумался, что же у него может быть общего с древними Инженерами?

Похолодало. На каменном потолке рудника висели сосульки, ноги скользили по ледяной корке. Основная шахта осталась справа, голем углубился в проход, который пробили совсем недавно – на стенах тут и там виднелись свежие следы кирок. Факел Агнешки потух, она вцепилась в плащ Амура. Прикрывая лицо от злого ветра, они вышли под свод пещеры, которую освещал зеленоватый свет грибов, растущих на стенах. На стене выделялась квадратная арка из темного металла. Холодный ветер дул именно из неё.