Черный ландыш

Черный ландыш

Сказочная повесть

Новость быстро облетела весь лес – Волк в капкан попал!

– Где? Как? Что с ним? – задавались вопросами звери.

Как обычно, когда что-то происходит или нужно решить серьезный вопрос, собрались на Большой поляне. Сова сидела на своем обычном месте – широком невысоком пне.

– Сова, тебе что-нибудь про Волка известно? – спросила Лиса.

Другие тоже начали сыпать вопросами:

– Он живой?

– Не убили его?

– Да где же это могло случиться?

– Мы в лесу каждый капкан знаем, стороной обходим!

– Ты чего молчишь, Сова?

Сова окинула взглядом собравшихся зверей:

– Жив наш Волк. И пострадал несильно, в веревочный капкан угодил.

– Да как же это он умудрился?

– Ночью у реки это случилось, недалеко от деревни. Он бы веревку перегрыз, да не успел, люди рядом были, сразу его и повязали. Он у них сейчас в деревне в клетке сидит.

– А ты откуда знаешь?

– Мне Сорока ночью про эту беду сообщила, я сразу к Петуху в деревню полетела, он мне и рассказал.

– А он откуда знает?

– Петух? Он про все деревенские дела знает, я поэтому с ним связь и поддерживаю.

– Как же мы его выручать будем? – задал Барсук вопрос, который теперь вертелся в голове у всех.

– Пока не знаю, – сказала Сова. – Думаю.

– А чего тут думать, – проворчал Медведь, – штурмом надо на деревню идти.

– Штурмом он пойдет! – возмутилась Белка. –У людей ружья есть, пальнут, мало не покажется. Так ведь, Сова?

– Так, – кивнула Сова. – И Собак в деревне много.

– А может ночью по-тихому пробраться и освободить его? – предложил Енот.

Звери замолчали, размышляя насколько реально пробраться в темноте в деревню, не попасться Собакам, найти Волка и освободить его.

– Ты, Сова, сама его видела? – подумав, спросила Лиса. – В какой он клетке? Какой там замок?

– Видела. Издалека, правда. Клетка маленькая железная, он в ней едва помещается, замок навесной, без ключа его не открыть.

– А зачем он вообще людям нужен? – спросила любопытная Сорока. Она всегда прилетала на поляну, когда собирались звери, участвовала в обсуждении насущных вопросов, а потом сообщала обо всем другим птицам. – Чего они с Волком делать собираются?

– Не знаю, – сказала Сова. – И Петух тоже не знает, я у него спрашивала. Сказал только, что клетка стоит на улице рядом с Клубом.

– Я это место знаю, – обрадовалась Сорока. – Может я слетаю, посмотрю, как он там? Ну и разведаю заодно.

– Пока не надо. И разведывать там нечего, я там уже была. Возле клетки с Волком шесть Собак видела – сторожат его, так что по-тихому подобраться не получится.

– Что же тогда де-де-делать-то? – Енот так разволновался, что даже заикаться стал, хотя раньше за ним этого не замечали. – К-к-как-то его надо оттуда вытаскивать! А если бы кто-то из нас на его месте был?

– Ужас! – воскликнула Белка.

– А может его на что-нибудь обменять? – спросила Зайчиха.

Эта неожиданная идея зверям понравилась, и они стали обсуждать на что можно обменять Волка. Но скоро оказалось, что во всем лесу нет ничего ценного, что могло бы заинтересовать людей, грибы и ягоды они и сами собирают, а что еще? Сова, внимательно слушавшая, как звери выдвигают одно предложение за другим, вдруг спросила:

– А что у нас с Черными ландышами? Есть они в этом году?

– А зачем они тебе? – удивился Барсук.

– Так есть ландыши или нет? – опять спросила Сова. – Кто-нибудь их видел?

– Ну я видел один возле болота, – подумав, ответил Барсук. – А чего?

– Ничего, я пока только спрашиваю. Какой он?

– А какой он должен быть? Черный. Я его на прошлой неделе видел, только цветки начали распускаться. Ты же сказала не трогать эти ландыши, я и не трогал, посмотрел только.

– Хорошо, – сказала Сова. – Один только цветок? Больше нет?

– Я тоже видела, – вспомнила Белка. – Под сосной тут недалеко, могу показать. А зачем тебе?

– Значит, всего два? Больше нет?

Звери стали спрашивать друг у друга, не видел ли кто еще Черные ландыши.

– Больше нет, – подвела итог Белка. – Так еще не все, наверное, выросли, конец мая только. Я в прошлом году один в середине июня видела. Потом вырастут.

Сова обвела взглядом зверей:

– Потом не надо. Я попробую обменять Черный ландыш на нашего Волка.

Зверям показалось что они ослышались.

– Цветок на Волка?!

– Да зачем он им нужен?

– Они их и сами могут найти, когда в лес придут.

Черные ландыши в Большом лесу стали появляться несколько лет назад. Сначала кто-то из зверей обнаружил один, потом другой, сообщили Сове. Сова посмотрела и сказала, чтобы их не трогали, а вели учет – сколько и где ландышей с черными как сажа цветками появится. Еще сказала, что это какая-то очень редкая мутация, и таких растений, наверное, нет больше нигде на свете. Оказалось, что Черные ландыши, действительно, очень редкие, в конце весны и начале лета их появлялось два-три, не больше. Звери никакой пользы в них не видели и старались обходить стороной – все странное, ненормальное всегда вызывает опасения, а теперь вдруг оказалось, что эти никчемные растения могут пригодиться.

– Я попробую, – сказала Сова. – Я давно заметила у людей одну странность – очень они падкие до редких вещей, на все готовы, чтобы раздобыть какой-нибудь раритет.

– Чего раздобыть? – не понял Ежик.

– Черный ландыш, – перевела на понятный язык Лиса. – Как же ты, Сова, с людьми договариваться собираешься?

Сова снова оглядела сидевших рядом с ней зверей, словно раздумывая над ответом.

– Сейчас опять к Петуху слетаю, узнаю, с кем там можно будет потолковать об этом. А вы, друзья, присмотрите за цветами, чужаков у нас не бывает, люди в лес приходят нечасто, но мало чего. В общем, проследите чтобы Черные ландыши в сохранности были.

– Приглядим, Сова, не беспокойся, – пообещала Лиса. – Если что, мы людей отвлечем, не в первый раз.

Звери засмеялись, вспомнив как Лиса в прошлом году увела двух грибников от выпавшего из гнезда Кукушонка. Люди к нему только руки потянули, а она уж тут как тут. Стоит в нескольких метрах от них – рыжая, красивая, глазки невинные строит, вот мол я, лучше меня возьмите, зачем вам эта невзрачная птичка. Люди к ней, она от них, да не спеша, на одну лапу припадает, будто хромая, отбежит немного и остановится, ждет, когда к ней поближе подойдут. Так их на опушку и вывела, а потом махнула весело хвостом и бегом в лес.

Петух с важным видом прохаживался по двору среди трех Кур, когда Сова села на забор.

– Ты чего это зачастила сюда? – недовольно спросил он. – Я тебе вроде ночью все рассказал.

– Рассказал, – согласилась Сова, – спасибо тебе за это. Но у меня, дорогой, еще вопросы появились, так что ты уж меня извини, что от важного дела отрываю.

Сова хорошо знала, что Петух считает себя в деревне самой важной птицей. Отчасти это так и было, ведь это он по утрам орет на всю округу, что настал новый день и людям пора вставать и приниматься за работу. Но Петух был уверен, что, если он не прокукарекает, новый день не наступит, никто не проснется вовремя и вся деревенская жизнь пойдет наперекосяк. Хорошо знала Сова и то, что по давно заведенному обычаю местные птицы сообщали Петуху обо всех событиях, происходящих в деревне. Поэтому Сова старалась ему угодить – пара добрых, хотя и не совсем искренних слов, не будет лишней, чтобы добыть нужную информацию.

– Ладно, извиняю, – смилостивился Петух. Он взмахнул крыльями, тяжело взлетел и опустился на забор рядом с Совой, едва удержав равновесие.

– Говори чего хотела.

– Мы сейчас в лесу собрание проводили, решали, как нам с Волком быть. Честно тебе признаюсь, Медведь даже собирался сам в деревню идти, силой его из клетки вызволять, да мы ему не позволили.

– Ну и правильно, – согласился Петух. – Нечего Медведю по деревне разгуливать, люди и Собаки с ним тут в два счета разберутся. Кстати, Сова, у меня для тебя новость все-таки имеется, так что ты не зря прилетела!

Сова насторожилась – никак с Волком еще какая-то беда случилась, от Петуха хороших вестей ждать не приходилось.

Петух замолчал и с важным видом стал смотреть на бродивших под забором Кур.

– Ну, что за новость? – не выдержала Сова.

– Сегодня утром мужик, который вашего Волка в клетку посадил, себе еще одного пленника завел.

– И кто это? – спросила Сова, стараясь не выдать свое беспокойство – неужели в лесу кто-то еще пропал, а она об этом не знает?

– Он из соседней деревни Медвежонка привез. Не знаю, как он его там раздобыл, но Медвежонок сейчас возле Клуба рядом с твоим Волком сидит. Только он не в клетке, а на веревку к дереву привязан. Ха! Другой зверь давно бы из такой неволи освободился, а этот маленький еще, не сообразит, что веревку перегрызть можно. Но правда его Собаки тоже сторожат, так что сбежать все равно не получится.

Сове показалось, что сейчас она узнает то, зачем прилетела сюда.

– Надо же, Петух, и как это тебе удается быть в курсе всего? – вполне правдоподобно удивилась Сова. – Мимо тебя ни одна новость не проходит, все ты знаешь.

– Это так, – выпятил грудь Петух. – Уважают меня в деревне, вот и сообщают обо всем. Мне то, может быть, и не нужно все знать, а куда деваться – раз доверяют мне птицы да скотина домашняя свои секреты, значит им это нужнее.

– И то верно, – кивнула Сова. – А кто этот мужик, про которого ты говоришь, что он и Волка в клетку посадил, и Медвежонка из другой деревни сегодня привез? Местный он или из приезжих? Или ты не знаешь?

– Да ты что, Сова, как мне не знать? Они с женой в прошлом году здесь дом купили, приезжают сюда летом на машине, поживут несколько дней и опять в свой город уматывают. Как же мне не знать-то, даже как-то обидно!

– Ну что ты, Петух, у меня и в мыслях не было тебя обидеть! – заизвенялась Сова. – Не сомневаюсь, что ты и дом знаешь, в котором этот мужик живет.

– Конечно знаю. Он в середине улицы рядом с Клубом, с новой зеленой крышей из профнастила. Мужик как дом этот купил, так сразу второй этаж перестроил. Тут, наверно, целый месяц работники, которых он с собой из города привез, по вечерам шлялись, песни орали. А ты говоришь, не знаю! Все мне, Сова, известно, потому и уважают меня в деревне, за советом приходят, вот и ты сегодня уже второй раз прилетела. Хоть бы сама чем-нибудь поделилась, а то лишь вопросы задаешь.

– С удовольствием поделюсь, – сказала Сова. – Я цену информации знаю, если ты ко мне со всей откровенность, то и я к тебе также. Новость за новость говоришь? Пожалуйста – у нас в лесу нынче два Черных ландыша распустились, сегодня на собрании специально о них спрашивала, звери говорят да, видели. Я тебе, Петух, скажу по секрету, да хотя какие от тебя могут быть секреты, ты и так все знаешь – только в нашем лесу Черные ландыши растут, больше нигде их не найти. Исключительной редкости эти растения.

– И что?

– Ничего. Ты новость хотел, я тебе сообщила. Для нас это важное событие.

Хозяева дома с зеленой крышей, Анфиса Арнольдовна и Борис Иванович, сидели на веранде и пили чай.

– Медвежонка ты зачем привез? – уже в который спрашивала у мужа худая как лыжная палка Анфиса.

– Да я ж тебе уже говорил, – спокойно отвечал лысоватый и полный Борис, откусывая шоколадную конфету и прихлебывая чай из чашки.

– Сколько денег на него ухлопал! Думаешь, они так легко вернутся?

– Да сколько же тебе можно повторять? Зоопарк в нашем городишке открою, люди потянутся, билеты покупать будут, так что денежки мимо нас не пройдут.

– И кому надо на твоих зверей смотреть, да еще за деньги? Тьфу на них! Мне они и даром не нужны, одни расходы только!

– Ты Анфиса, зря так говоришь. Может ты зверей и не любишь…

– Да пропади они все пропадом! Смотреть на них страшно!

…– а другим они интересны. Я вон по молодости в столичном зоопарке был, не представляешь сколько там народу ходит! А цены какие! А ты говоришь, не надо никому.

Пойдет народ, куда ему еще в нашем городе ходить, в рестораны, да в кино?

– Так в большом зоопарке небось звери-то экзотические, каких больше нигде не увидишь, а ты кого показывать собираешься, да еще за деньги? И там, наверно, зверей-то не один десяток, а может сотни, а у тебя что – Волк, Медвежонок и Хорек? Ну и зоопарк, смешно даже!

– Ты, Анфиса Арнольдовна, зря так говоришь, – когда Борис Иванович за что-то сердился на жену, то называл ее по имени-отчеству. Она делала точно так же. – Я вот сейчас чай допью и еще в одно место съезжу, мне там Чернобурую Лисицу обещали продать, так что уже четыре зверя у меня будет. Тут ведь главное начать, зря что ли я дом возле Большого леса купил, зверья здесь разного полно! А деньги начнут к нам с посетителей стекаться, можно будет подумать и о других животных, экзотических, как ты говоришь.

– Делай, Борис Иванович, как хочешь, только… – Анфиса Арнольдовна не договорила, рядом с ней на перила открытой веранды совершенно беззвучно села Сова! Для женщины это было так неожиданно, что она громко взвизгнула, выронила чашку с недопитым чаем, бросилась в комнату дома, к которой примыкала веранда, и захлопнула за собой дверь.

Борис Иванович, в отличие от супруги, не был таким нервным и пугливым. Он поставил чашку на стол и стал разглядывать, невесть откуда взявшуюся, большую красивую птицу. Первой его мыслью было – мне такую обязательно надо в свой зоопарк заполучить! Он уже начал размышлять, как бы изловчиться и схватить непрошенную гостью, начал осторожно приподниматься, когда Сова вдруг сказала:

– Здравствуй, хозяин. У меня к тебе дело есть.

Борис Иванович плюхнулся обратно в плетенное кресло.

– Прогони ее отсюда! – заорала из-за закрытой двери Анфиса Арнольдовна. Ее бледное лицо показалось в небольшом окне, которое тоже выходило на веранду. – Боря, гони ее!

– Подожди, Анфиса, – громко сказал Борис Иванович. – Она ко мне по делу.

– Сова?! – изумилась Анфиса.

– Да. – Борис Иванович шумно вздохнул и еще громче выдохнул и спросил. – Какое же у тебя ко мне дело?

– Волка хочу у тебя обменять, – сказала Сова.

Борис Иванович выпучил глаза и захохотал:

– Ты?! У меня?! Вот умора! Анфиса, ты слышала – Сова у меня хочет Волка обменять! Ой, не могу!

– Да пусть хоть даром забирает! – крикнула из-за двери Анфиса. – И пусть убирается поскорее, я из-за нее из дома выйти не могу! Гадость какая!

Сова посмотрела на дверь, из-за которой вопила женщина, потом на скорчившегося от смеха Бориса Ивановича.

– Так что, хозяин, будешь меня слушать? Может мое предложение тебя заинтересует.

– Ну говори, слушаю.

– Волка, как я понимаю, ты не отпустишь?

– Конечно, нет, что за глупости, я за него деньги заплатил. Мужики местные его ночью у реки поймали и сразу ко мне, знают, что я зверями интересуюсь.

– Если не секрет, зачем он тебе?

– Нет тут секрета, – Борис Иванович почесал лысый затылок. – Мне только непонятно, тебе зачем это все знать надо… А понимаю – ты же Сова, самая умная в лесу, тебе все знать надо.

– Пусть так, – согласилась Сова. – Так зачем?

– Я свой собственный зоопарк в городе хочу сделать. Зверей у меня пока мало: Волк, Медвежонок, Хорек, но для начала сойдет. Сегодня вот еще Лису Чернобурую куплю.

А на что ты хотела Волка обменять?

– На очень редкий цветок. У тебя сейчас есть Волк, каких в любом лесу встретить можно, а я тебе вместо него предлагаю цветок, которого больше нигде на свете не увидишь.

Послышался стук в окно и голос Анфисы Арнольдовны:

– Боря, спроси, что за цветок!

– Спрошу, спрошу, не беспокойся, дорогая, – ответил Борис Иванович, покосившись на окно, в котором белело худое лицо супруги.

– Ну и что это за цветок, который стоит дороже Волка?

– Черный ландыш.

– Ландыш? – опять засмеялся хозяин. – Вот удивила! Да их в лесу хоть косой коси!

– Я сказала – Черный ландыш, – повторила Сова. – Таких ты нигде не найдешь. Если договоримся, у тебя будет цветок, которого больше нет ни у кого.

– Врет она! – выкрикнула Анфиса Арнольдовна. Она чуть-чуть приоткрыла одну створку окна, чтобы ее было лучше слышно. – Не бывает Черных ландышей, я в цветах разбираюсь!

– Не бывает, – кивнула головой Сова. – А у нас есть. Я ведь и говорю, что очень редкий, и у вас есть уникальная возможность такой исключительный цветок заполучить в обмен на Волка.

– Боря, подойди поближе, что-то скажу, – позвала мужа Анфиса Арнольдовна.

Борис Иванович подошел к окну, и они стали шептаться, но так громко, что Сова слышала каждое слово.

– Если мы завтра домой поедем, то я вечером буду на свадьбе Верочки – дочки Зины Антоновой, ты ее знаешь.

– И что?

– Если этот ландыш и вправду черный, как эта говорит, – Анфиса кивнула головой в сторону Совы, – тогда представляешь?

– Что я должен представлять? – не понял Борис Иванович.

– Да что же ты такой непонятливый! Если я прицеплю Черный ландыш к своему серебристому вечернему платью – это будет бомба! Все от зависти умрут! Да они просто подавятся от зависти со своими жемчугами и бриллиантами, кого сейчас этим удивишь? А у меня на груди, представляешь, будет цветок, которого больше нигде на свете нет! Я тебе точно говорю, я про Черные ландыши никогда в жизни не слышала! Да там все про свадьбу забудут, если я с таким цветком приду!

– Ты что, предлагаешь моего Волка на этот ландыш обменять?

– Да конечно! Кому этот твой вшивый Волк нужен? Он, наверное, еще и кусается, и заразный, от зверей знаешь сколько всякой заразы можно подцепить! А у меня будет то, чего ни у кого нет. Давай, договаривайся с этой, – Анфиса опять кивнула в сторону Совы, – пусть принесет сюда цветок, посмотрим на него. Если он вправду черный, тогда какой разговор, пусть Волк идет на все четыре стороны.

– Ну… если ты так считаешь, – потупившись зашептал Борис Иванович. Ему очень не хотелось расставаться с таким замечательным экспонатом, но еще больше не хотелось ссориться с женой.

– Только пусть она сюда больше не прилетает, – опять зашептала Анфиса, – видеть ее не могу! Пусть кто-нибудь другой цветок принесет.

– Да кто же тебе его принесет? – удивился Борис Иванович. – У них в лесу людей, наверное, нет, только птицы и звери, а ты из них никого не любишь.

– А какие там звери есть, ну, чтобы не очень страшные и противные были?

Борис Иванович пожал плечами и повернулся к Сове:

– Слышала?

Сова кивнула:

– Из нестрашных и непротивных могу предложить Белку или Лису. Барсук и Енот тоже симпатичные, но им от леса сюда идти долго, они не очень шустрые. Лучше, конечно, кого-то из птиц попросить…

– Пусть Лиса принесет, – уверенно сказала Анфиса Арнольдовна и снова зашептала мужу. – Соседка с третьего этажа недавно купила лисий воротник на свое кожаное пальто, хочу посмотреть, из кого такие воротники делают.

– Пусть будет Лиса, – согласилась Сова, – попрошу ее. Только в деревню она не пойдет. Тут недалеко дуб есть, как раз по пути из леса, приходите туда к полудню, она будет там вас ждать. Устраивает такой вариант?

– Устраивает, – сказала Анфиса.

– Ладно, – согласился будущий директор частного зоопарка. – Если цветок моей супруге понравится, отпущу Волка, пусть идет, куда хочет.

– Только ты его в деревне не выпускай, его тут Собаки задерут, – подумав, сказала Сова. – Ты ведь на машине?

– Ну.

– К лесу его привези, там и отпусти.

– Ладно, договорились.

– А Медвежонок и Хорек? – вдруг спросила Сова.

– А что с ними?

– У нас два цветка, может на второй и их обменяешь?

Борис Иванович посмотрел на жену, что она скажет.

– А зачем мне два? – удивилась Анфиса. – Я же не на похороны иду, а на свадьбу.

Борис Иванович снова повернулся к Сове:

– Ты сначала один принеси, а там видно будет.

Звери ждали Сову на том же месте. Они уже проверили, на месте ли оба зацветших Черных Ландыша, посмотрели в других известных им местах, где они могли появиться, но редких растений больше не было. Теперь они обсуждали, насколько реально обменять никому не нужный и не красивый цветок на живого Волка. В конце концов сошлись на том, что ни один нормальный человек на такой неравный обмен не согласится. Кто-то уже стал беспокоится, что Совы долго нет и, возможно, она тоже оказалась в плену, когда она тихо опустилась на свой пень.

– Договорилась? – спросил Барсук.

– Да, все в порядке. Черные ландыши на месте?

– Ага, – ответила Белка, – недавно ходили проверяли. А птиц попросили караулить на опушке. Если кто-то посторонний появится, нас предупредят.

– А ты с кем договаривалась? – спросила Лиса. – Как все прошло?

– Нормально прошло. Встретилась с человеком, который у деревенских нашего Волка выкупил. Он завтра его собирался в город везти для своего зоопарка, но я его уговорила обменять Серого на Черный ландыш. Лиса, тебе придется в полдень отнести цветок к дубу в поле возле деревни. Знаешь, где это?

– Знаю. А кто за ним придет?

– Мужик этот со своей женой. Мужику-то наш Черный ландыш даром не нужен, а жене его, наоборот, Волк поперек горла стоит, готова его на что угодно обменять.

– А чего ты, Сова, сама не отнесешь цветок? – спросил Енот. – У тебя же быстрее получится, а то Лиса пока доберется, может к полудню и не успеть.

– Успеет. Женщина, как я поняла, на дух не переносит лесных зверей, от меня даже в доме спряталась, через окно и через мужа своего со мной общалась. А с Лисой встретиться она согласилась, сказала, что ей интересно посмотреть из кого такие красивые воротники делают.

Лиса промолчала, а Белка стала возмущаться, хотя речь шла не о ней:

– Ужас-то какой! Они что, в самом деле из Лисиц воротники делают?

– Конечно, делают! – подтвердила Сорока, которая часто бывала среди людей и знала о них больше, чем многие другие лесные обитатели. – И из Белок тоже чего-то делают, и из Енотов, и из Барсуков. А из Бобров шапки шьют, я сама про это слышала!

Теперь уже стали возмущаться и другие звери, но Лиса их утихомирила:

– Да подождите вы! Дайте Сове договорить, она еще не все сказала.

Звери затихли, Сова продолжила:

– Итак, Лиса принесет в полдень к дубу Черный ландыш. Если цветок этой Анфисе понравится, они вернутся в деревню, мужик привезет Волка на своей машине поближе к лесу и отпустит. Вот такой у меня с ними был договор.

– А они не обманут? – спросила Сорока. – Эти люди знаешь, какие хитрые!

– Полной уверенности у меня, конечно, нет, – ответила Сова, – но и деваться нам некуда, свою часть договора мы должны исполнить. Ты как, Лиса, готова? Не побоишься к дубу цветок отнести?

– Отнесу, – кивнула Лиса. – Кто-то ведь должен это сделать. А если ты где-нибудь рядом будешь, то и мне будет не так страшно.

– Я буду на дубе, надо проследить, как все пройдет. Сейчас туда и полечу, посмотрю, если люди к твоему приходу какую-нибудь хитрость придумают, ловушки поставят, или с Собаками решат прийти, я тебя предупрежу, все отменим, на этот счет не беспокойся.

– Тогда ладно, – согласилась Лиса. – Мне, наверно, уже идти пора.

– Да, туда лучше немного пораньше прийти, и в сторонке подождать. Белка, принеси Лисе цветок, пора выдвигаться… И вот что еще. Оказалось, что у этого мужика еще звери есть, он их для своего зоопарка по всем окрестностям покупает. У него сейчас кроме нашего Волка, какой-то Хорек, Медвежонок, и еще Лису Чернобурку хочет сегодня получить. Завтра он с этими зверями в город возвращается. Про Волка я договорилась, а вот что с другими пленниками делать, пока не знаю.

– Я слышал, что в соседнем лесу Медведица уже третий день своего Медвежонка ищет, – сказал Заяц. – Может его?

– Может, – сказала Сова. – Надо Медведице сообщить об этом. Пусть кто-нибудь из птиц найдет ее и… да, пусть сюда придет, я вернусь и все ей объясню. Ну, все, друзья, я полетела.

– А можно с тобой? – спросила Сорока. – Мне тоже интересно посмотреть, как там все пройдет.

– Можно, – разрешила Сова. – Только с уговором, что на дубе будешь тихо сидеть. Эта Анфиса уж больно нервная, неизвестно, что она выкинуть может, если вдруг посторонних увидит.

Лиса бежала с Черным ландышем в зубах к дубу, за которым раскинулись на зеленом взгорке три десятка деревенских домов, когда ее кто-то окликнул. Лиса остановилась. У зарослей луговой осоки стоял Хорек:

– Лиса, подойти-ка на минутку.

Лиса подошла, положила цветок рядом с собой.

– Чего тебе, Хорек? Если дело есть, то говори скорее, я спешу.

– Тут два Щегла недавно прилетали, сказали, что ты Черный ландыш хочешь на Волка обменять.

– Не только я, мы все на собрании так решили, а что?