- -
- 100%
- +
Парнишка только больше веселился. Он, ускользая от бабули всякий раз в самый последний момент, – это он специально так делал, чтоб её посильнее раздраконить, хохотал всё заливистей и заливистей. Запрокинув голову назад, булькая и визжа одновременно от смеха, почти падая, снова оставив старую ни с чем, парнишка хотел уже выскочить на улицу, но замешкался с затвором калитки. Вот всё получилось, он рванул вперёд, но тут-то его и настигла рука бабули. Она ухватила его одним только пальцем-крючком за штаны поверх поясницы, но отпускать уже не собиралась. Мальчонка рванул ещё раз – на солнце сверкнула его детская задница, и он шлёпнулся, споткнувшись о свои же слетевшие до колена портки.
– А-а-а! – победоносно хрипела бабка. – Вот ты сам и приготовился. Сейчас я тебе науки-то всыплю!
Сама же, еле переведя дух, уже поднимала малого и натягивала ему штаны назад. Взяла его за руку, подвела к лавочке, что стояла у ворот, села сама и посадила его рядом.
– Сиди, неугомонный, вишь как бабулю загонял, еле жива. Сам передохни, я вот тебе правду расскажу.
Всё ещё тяжело дыша, она начала рассказывать про послушных и непослушных детишек, время от времени прерываясь, чтоб откашляться. К послушным, говорила она, в самую длинную ночь в году приходит добрый волшебник и дарит подарки. А непослушных забирают великаны, которые постоянно рыщут по земле и смотрят, кого бы съесть…
Вот в этот самый момент к ним и подошёл Рокор. Он остановился, чтобы спросить, где живёт портной. Пора было подумать о новой, приличной одежде. Он уже было открыл рот, чтоб заговорить, но так и не сказал ничего – мальчонку вдруг как ветром сдуло. Рокор опять собрался спрашивать, но в этот момент парнишка снова показался в калитке. В руке он умело раскручивал заряженную, как полагается, камнем пращу. Глаза его сверкали. А вот сверкнуло в глазах у Рокора – камень угодил ему точно в лоб и, отскочив как горох от стенки, полетел в небо, где чуть не сбил пролетающую мимо галку… Галка еле увернуться успела. Бабка только ахнула, а мальчонка уже налетел с кулаками на штанину Рокора. «Зверь! – подумал Рокор. – Вот это зверь, хотя и маленький!»
– Эй-ей! Ты чего мне гачи рвёшь? Побаловал и будет, лоб мне чуть не прошиб, зачем дерёшься? – пытался успокоить мальчишку Рокор.
Двумя пальцами взял он «зверя» за шиворот и поднял на уровень своих глаз. Тот махал изо всех сил кулаками по воздуху.
– Послушай, мальчик, – сказал Рокор, – ты иди побегай, а я тут бабулю твою спрошу, что мне надо, да пойду уже. Рановато тебе со мной биться.
И Рокор опустил бойца на землю. Он обратился к старухе, но спросил, к своему удивлению, совсем не то, что хотел:
– Мать, ты как справляешься с ним?
Та только глазами хлопала. «Странные люди здесь живут, разговаривать все разучились, что ли?» – подумал Рокор и двинулся дальше…
Глава 6. Думы короля
Идя по замку от Ронелии к себе, Пацетер ненадолго остановился у гостевой комнаты и прислушался. Тиора и Лиса, видимо, всё ещё спали. Пацетеру вдруг стало ясно: внезапное появление сестры и её дочери, да ещё этого великана неслучайно. Судьба больше не хотела скучать от его беззаботной жизни, которой он c покорным спокойствием жертвовал свои годы. Что-то важное должно было случиться. Странное дело: только сейчас, когда приехали гости, он подумал, какой пустой у него замок!
Отойдя от двери, Пацетер внимательно посмотрел на тёмные камни стен, закопчённые факелами, горевшими здесь ещё во времена правления его отца. Сколько всего видели они! Сколько жизней протекло здесь, пока замок был обителью последних двенадцати поколений его предков… Пацетер вспомнил, как в детстве он бегал по этим коридорам и лестницам, играя с няньками в прятки или догоняшки. Вспомнил, как потом он водил маленькую Тиору за ручку, а перед лестницей брал сестрёнку на руки и нёс вверх по ступенькам, чувствуя себя совсем взрослым…
Вернувшись к себе, Пацетер завалился, не снимая одежды, в постель и попытался уснуть. Он ведь тоже не спал всю ночь. Но сон не шёл. Сейчас он думал о печальных событиях, о которых вкратце ему поведал Рокор. А здесь было над чем задуматься!
Пацетер вспомнил, как отец его Верликт всю жизнь опасался воинственного соседа Гробуса, занятого бесконечными битвами с королевствами к югу от его владений. Отец был уверен, что рано или поздно Гробусу захочется завладеть и их землями. Поэтому, когда младший сын Гробуса Пирис решил посвататься к его дочери Тиоре, Верликт очень обрадовался возможности породниться с сильным соседом и сделал всё, чтоб женитьба состоялась. К счастью, Тиоре Пирис понравился, и они скоро сыграли свадьбу. Так и не уснув, король отправился в столовую залу. Там он надеялся дождаться, когда проснутся Тиора с Лисой или вернётся Рокор.
Меря шагами залу, король всякий раз, оказываясь у окна, рассеянным взглядом смотрел вниз на долину. Он думал обо всём и сразу. Но мысли были короткими, какими-то рваными. Такое и раньше бывало с ним, но он всегда спасался тем, что отправлялся на охоту или рыбалку, и вообще не ломал себе голову о «трудные» мысли. Позже ему на ум частенько приходили готовые ответы на то, что сначала казалось трудноразрешимым. Правда, иногда эти ответы запаздывали или вообще не приходили. Но это его нисколько не печалило: «Я ведь всё равно не решу всех задач на этом свете», – думал он.
Сейчас ему было ясно, что в этот раз так поступить не удастся. Вместо радости предстоящей встречи с Тиорой и Лисой Пацетер ощущал тревогу. Он даже поймал себя на мысли, что хочет, чтоб они скорее проснулись и рассказали ему обо всём. Король попытался вспомнить, когда он так волновался в последний раз, и пришёл к выводу, что это было, когда внезапно умер отец.
Тогда на него вдруг свалились все дела, связанные с правлением государства. Он не был готов к этому, да и не хотел он никем управлять. «Неужто люди сами лучше меня не знают, что им делать и как жить?» – думал он. И потому Пацетер, как ему казалось, нашёл гениальное решение: доверил народу самому управлять собой. С тех пор он ни разу не пожалел об этом. Все министры, советники, казначей и воевода были освобождены от должностей. Им это очень не понравилось. Они долго надоедали ему своими «умными» советами, а потом все, кроме воеводы, в глубокой обиде покинули королевство. Воевода тоже протестовал, но недолго. Пацетер подарил ему, как старому другу отца, земли по правому берегу реки Сытой, всех охотничьих собак и лошадей из отцовской конюшни. Луки, арбалеты, копья и прочий хлам, к счастью, воевода тоже вывез. Народ был от нового короля в восторге. Пацетера очень полюбили за то, что он, в отличие от своего отца, оставил наконец-то всех в покое, дав каждому право жить так, как он хочет. Король не выдумывал «дела государственного значения» и не заставлял никого их выполнять. Время шло, и сейчас люди стали уже забывать о своём любимом короле. Маленьким детям, когда рассказывали про старину, говорили, что раньше у них был король… Хотя он, король Пацетер, всё ещё жил в замке и был молод. Пацетера почти никто никогда не видел. Он либо проводил время у себя в библиотеке, либо на охоте в своих королевских угодьях.
Глава 7. Побег
Пирис до последнего не верил, что Тигрус пойдёт на него войной, – он ведь был его родным братом. Хоть они и не ладили с детства, но зачем же ему, Тигрусу, воевать с ним? У Пириса не было ничего, чего не было бы у Тигруса. По завещанию их отца Гробуса Пирис, которого тот считал мягкотелым мечтателем, унаследовал всего лишь это крохотное королевство. А Тигрусу отошли все остальные земли, которые отец завоёвывал десятилетиями. Но и этого ему было мало. Получив в наследство ещё и ненасытную жадность, он сам продолжал проглатывать одно королевство за другим. Так он захватил уже полсвета.
Братья не виделись много лет. И если б они сейчас встретились, Пирис подумал бы, что перед ним стоит его отец. Тигрус был такого же могучего телосложения, как Гробус, и даже растолстел он так же. Из широченных покатых плеч торчала совершенно круглая рыжая голова. Лес огненных усов, бычьи ноздри и толстенные красные губы придавали их хозяину бесконечно отвратительный вид. Маленькие, широко расставленные глазки, словно крупинки серого гранита, смотрели в мир так же тяжело, как у отца.
И вот сегодня, когда у стен города появились войска, Пирис в сопровождении малого отряда выехал брату навстречу. Но Тигрус не соизволил даже встретиться с ним, а скомандовал своим отрядам атаковать… Сейчас же воины Тигруса грабили город, убивая направо и налево беззащитных жителей.
Чтобы Тиора и Лиса не попали в руки Тигруса, Рокор, их личный телохранитель, второпях, но умеючи преображал их облик. В этом он был мастер. Как только он закончил с Тиорой – из неё он сделал дряхлую сгорбленную старуху, – тут же отправил её на улицу, условившись встретиться в потаённом месте за городом. Лиса, превратившись в нищую попрошайку с ужасными следами ожога на лице, чуть позже отправилась туда же.
Настало время заняться собой. Сделать себя незаметным было сложней всего. Рокор обладал таким исполинским ростом, что всегда привлекал к себе внимание. Поэтому просто затеряться в толпе у него никак не получится. К счастью, на улице уже смеркалось, и Рокор сильно надеялся, что в темноте ему легче будет выбраться из города. Недолго думая, он решил сделаться королевской кухаркой, которой всю жизнь приходилось пробовать много различных кушаний, и которая поэтому невероятно располнела. Разумеется, найти женскую одежду таких размеров было решительно невозможно. И вот в огромных руках Рокора замелькала швейная иголка, сшивая, шов за швом, куски раскроенных мечом портьер и скатертей. Получилось неплохо. Так даже на сцене в театре появиться не стыдно было бы. Предстояло ещё поработать над лицом. Прежде чем нарумянить щёки свёклой, нужно было их гладко выбрить. Благо меч, с которым он никогда не расставался, был острее самой лучшей бритвы. Рокор слышал уже, как несколько пар ног грохотали по коридору. Вот раздались удары в дверь. Рокор, казалось, не обращал на это внимания, надеясь на крепость засова. «От души тарабанят», – подумал он, проводя рукой по правой щеке. Он остался доволен результатом и начал брить щетину с левой стороны.
Вдруг дверь с треском выбили, и на пороге оказались трое. Они были очень навеселе. Увидев могучую тётушку, бреющуюся огромным мечом перед зеркалом, они выпучили на неё глаза. Рокор же, нисколько не смутившись, только коротко глянул на них и продолжил бриться дальше.
– Эй, красавчики, вы так и дырку на мне проглядите, помогите мне лучше платье на спине застегнуть да зеркало подержите – мне добриться надо.
Не давая им опомниться, Рокор самым естественным образом всадил меч в деревянный пол и двинулся на них со словами:
– Как я перед славным Тигрусом-то предстану небритая? Он ведь господин мой долгожданный…
Оказавшись около грабителей, Рокор распростёр свои ручищи:
– Дайте я вас обниму да расцелую, красавчики мои, спасители!
Те хотели было бежать, но Рокор уже сгрёб их всех троих враз, сжал так, что только косточки хрустнули, и отпустил – они повалились на пол, даже не пискнув. Нацарапав сажи со стен камина, Рокор подвёл брови и накрасил ресницы. Оценивающе глянув на себя, Рокор подумал: «Ну и страшная же ты! Я б и сам такой испугался. Но для этой пьяни пойдёт. Осталось только меч под юбкой пристроить, и на выход».
Стараясь не привлекать к себе внимания, Рокор «плыл» по тёмным улицам города походкой торопящейся с рынка хозяйки. То и дело ему приходилось пробираться мимо полыхавших домов, в которых, вероятно, больше нечего было грабить. Дойдя до такого места, он сначала всматривался в темноту дальше по улице, прежде чем шагнуть в озарённое пространство. Если ему всё-таки кто-то и попадался в такие моменты, то просто шарахался от него, как от нечистой силы.
Всё шло очень даже удачно. Ещё немного, и Рокор выберется из города. Но вот ему навстречу показался конный отряд. Впереди него он увидел Тиору и Лису. Они всё ещё не были узнаны. Тиора, отлично играя старуху, криво ковыляла, стуча корявой палкой по мостовой. А Лиса кротко шла за ней. Рокор не стал пытаться скрыться, а сам двинулся к отряду.
– Славные вы мои, спасители, возьмите меня к Тигрусу! – завопил он, раболепно шлёпнувшись перед отрядом на землю.
– Это что за куча мяса? – поинтересовался Тырк – так звали главного. Отряд грохнул со смеху. – И зачем тебе, жирная свинья, к Тигрусу?
– Я кухарка Пириса. И я всю жизнь мечтала служить такому королю, как Тигрус! – затараторила она. – Такому смелому и великому – не то, что этот слабак! Отведите меня, пожалуйста, к Тигрусу, – захныкала кухарка. – Я ему поросёночка зажарю!
– Да не визжи ты, как чушка, противно аж! – оборвал её Тырк. – Тебе повезло, мы как раз к нему и направляемся!
Дойдя до площади пред замком, Рокор, Тиора и Лиса увидели в свете костров следующую картину: за ярмарочными столами, которые новые хозяева притащили из хранилища, сидели главные военачальники Тигруса и жадно поедали яства из королевских запасов. Вино из погребов лилось рекой в горла непрошеных гостей, то и дело кричавших до хрипоты: «Слава Тигрусу! Слава Великому!» Тигрус и отряд его личной охраны, похоже, скучали.
– Приветствую тебя, Великий!
– Что скажешь, верный мне Тырк?
– Мы закончили, господин! Всех жаждущих присягнуть тебе, о Великий, мы загнали в тюрьму и конюшню. Завтра будем с ними разбираться. Несогласных и подозрительных казнили уже сегодня. Вот остались эти трое – на твою милость.
Тигрус внимательно посмотрел на пленников. Очень странная была троица.
– Где ты нашёл их?
– Старую – на дороге из города. Обгоревшую – в одном из дворов, а жирную – она утверждает, что была кухаркой Пириса, – здесь неподалёку. Что прикажешь делать с ними, Великий?
– Казнить старую – только руки марать. Она сама не сегодня так завтра помрёт. Убогую тоже не тронь! А вот эта кухарка… Тут Тигрус внимательно посмотрел ещё раз на чудовищных размеров повариху и наконец сказал: – Гони её взашей, а то она всю мою армию обожрёт.
Громкий хохот раздался со всех сторон.
– Слава Тигрусу! Слава Великому!
Глава 8. Встреча
Рокор решил ещё немного погулять и осмотреться. Он был уверен, что Тиора и Лиса всё ещё спят, и он не спешил возвращаться. Добравшись до городской стены, он с удовольствием отметил её превосходное состояние. Мощная каменная кладка почти в три человеческих роста являла собой великолепный образец фортификационного искусства. Деревянные помосты, некогда ведшие вдоль стен, и лестницы к ним, правда, сгнили окончательно. И теперь стена была неприступной не только для тех, кто снаружи, но и для тех, кто внутри. Рокор быстро зашагал в сторону южных ворот – тех самых, через которые они сегодня утром въехали в город, и, как он понял позже, единственных. Выйдя из них, Рокор продолжил осмотр стен снаружи. С внешней стороны они оказались ещё выше – город располагался на склонах холма, возвышавшегося над долиной. Западная и северная стены особенно понравилась Рокору. Древние зодчие выложили их прямо на скальнике, обрывом уходящим вниз к реке. Таким образом, обойти город вокруг было совершенно невозможно.
В замок Рокор вернулся перед закатом. Понимая, что его никто не встретит и не проводит к королю, он сам отправился на его поиски. Рокор нашёл Пацетера в столовой зале. Он был один. Рокор поприветствовал его поклоном.
– Ну, нагулялся? – добродушно спросил Пацетер. – Как тебе у нас? Надеюсь, тебя никто не обидел? – и, довольный своей шуткой, улыбнулся.
Рокору шутка тоже понравилась. Но тут он вспомнил мальчонку с пращой и потёр шишку на лбу.
– Хороший у вас город, спокойный, – ответил он. – Мне нравится здесь!
– Ну и замечательно! – обрадовался Пацетер.
Оба замолчали. И тут из глубины замка до их слуха донёсся скрип дверных петель. Пацетер, весь день ждавший этого момента, тут же помчался по коридорам встречать Тиору и Лису.
Рокор подошёл к окну и посмотрел вниз. Он как раз успел увидеть, как последний косой луч солнца юркнул за горную гряду по ту сторону долины. Сизый вечерний туман, набирая силу, потихоньку впитывал в себя всё: долину, реку, лес.
Тиора шла навстречу Пацетеру в полной темноте. Лиса следовала за ней, чуть держась за подол матери. Оказавшись рядом, брат с сестрой всё ещё не видели друг друга. Пацетер протянул руку вперёд и коснулся пальцев Тиоры. Как странно встретились они…
– Здравствуй, брат! – прошептала Тиора.
– Здравствуй, сестра!
– Прости, мы принесли плохие вести.
– Я знаю, Рокор мне уже рассказал. Пойдём же наверх – я хочу вас скорее увидеть!
Пацетер взял сестру за руку, как в детстве, и повёл.
– Лиса, ты прости, что у меня так темно, – извинялся он по пути, – я ведь не знал, что вы приедете. Я бы хоть пару факелов установил!.. Ну вот мы и пришли!
Пацетер предложил им сесть к столу, а сам побежал к Ронелии в надежде, что у неё есть что-нибудь вкусненькое, чем можно было бы угостить гостей.
У Ронелии всё было уже давным-давно готово. Гусь, запечённый в глине, стоял в горячей печи, свежие лепёшки лежали стопкой под полотенцем, крынка козьего молока и горшочек яблочного повидла – для девочек. А ещё, к огромному удивлению Пацетера, Ронелия достала невесть где, кувшин мёда!
– А это откуда? – спросил Пацетер. – Если ты волшебница, почему ты раньше меня так не баловала?
– Идём, идём – пора гостей кормить! Возьми лампу, – Ронелия привычно командовала королём, как если бы он был её маленьким сыном.
В столовой зале было темно и тихо. Пацетер, вошедший первым, даже немного испугался: а не было ли всё сном, может, и нет у них никаких гостей? Он поднял лампу повыше и увидел: нет, все трое здесь! Сидят только тихо и молчат.
– Эй-эй, чего же вы затаились? Довольно я уже тишины наслушался, а, Ронелия! – Пацетер обернулся к кухарке. – Вот и Тиора – смотри какая взрослая стала, красавица! А вот Лиса – племянница моя милая, вся в мать!
Ронелия вспомнила, как давно-давно Тиора маленькой девочкой прибегала к ней на кухню, чтоб из озорства спрятаться от нянек или брата, и она её никогда не выдавала. Когда все уходили, Тиора выбиралась из своего укрытия и весело прыгала вокруг кухарки. А та находила ей какую-нибудь сладость, сажала себе на коленки и, пока девочка ела, прижималась лицом к её макушке и шептала: «Люблю тебя!»
Тиора встала и подошла к Ронелии. Они обнялись. Пацетер тем временем налил взрослым мёда, а Лисе молока и произнёс:
– Всё стынет! Поднимем же кубки!
Тиора и Рокор коротко переглянулись и внимательно посмотрели на Пацетера – они не были уверены, что он до конца понимает причину их внезапного появления.
– Всё завтра! Завтра! – пояснил Пацетер. – Утро вечера мудренее! Завтра всё обсудим на свежую голову! А сейчас отпразднуем встречу!
Гусь был великолепным, а мёд – крепким. После ужина у всех еле хватило сил добраться до кровати. Рокору постелили в давно пустовавших королевских покоях. А Пацетер привычно отправился в библиотеку и сразу провалился в глубокий омут сна.
Глава 9. На башне
Лиса проснулась. Ещё было совсем рано, но она почувствовала, что отлично выспалась. С коротким перерывом на ужин она проспала почти целые сутки. Ещё немного понежившись в постели, девочка потихоньку встала и, чтоб не разбудить Тиору, собралась уже выйти из комнаты. Но вдруг она вспомнила, что дверь ужасно скрипит. Рокор когда-то учил её, как выйти в такую дверь как можно тише. Вот представился случай попробовать.
По массивному каменному полу девочка бесшумно подошла к двери. К её радости, она была затворена не полностью. Но щель всё-таки была недостаточно большой, чтоб протиснуться сквозь неё. Лиса вспомнила, что хорошо было бы немного приподнять дверь и медленно-медленно открывать её, не давая родиться грубому звуку. Но тяжёлая дубовая дверь была явно ей не под силу. Она решила попробовать по-другому. Поставив правую ногу вплотную к двери со стороны комнаты и создав таким образом упор, Лиса легонько надавила на полотно слева. Дверь пошла. Раздался слабый глухой звук, как будто кто-то всхрапнул, но настолько коротко, что и заметить никто не смог бы. Не отодвигая ноги, лишь чуточку ослабив упор, Лиса надавила ещё. Получилось ещё тише. Как только дверь отошла достаточно широко, Лиса выбралась наружу. Довольная собой, она отправилась на поиски Рокора. Она твёрдо знала, что он тоже уже на ногах. Рокор всегда вставал очень рано.
Первым делом Лиса поднялась в столовую залу. Здесь никого не было. Она прислушалась. Сквозь весёлый щебет птичек за окном едва доносились какие-то звуки сверху. Она выбежала из залы и по лестнице, ведущей наверх, поднялась на крышу башни. Свежий утренний воздух, яркое солнце на нежно-голубом небе и простор вокруг опьянили Лису. Ослеплённая от обилия света после полумрака каменного коридора, она осторожно подошла к краю и глянула вниз – аж голова закружилась.
– Ли-са! – услышала она у себя за спиной ровный голос Рокора. – Доброе утро! Как тебе этот рай?
– Да, здесь здорово! – ответила Лиса. Всё ещё жмурясь от солнца, она повернулась к Рокору. – А я тебя опять не заметила! Как ты это делаешь? Ведь ты такой большой!
Рокор только посмеялся.
– А ты будешь со мной и дальше заниматься, как раньше? – спросила с надеждой в голосе Лиса.
– А как же! Теперь нам нужно быть ещё прилежней. Сейчас и начнём! Давай для разминки повторим ножевой бой.
Лиса быстрым движением отстегнула клинок от ремешка и, не вынимая оружия из ножен, начала уверенными движениями атаковать наставника. Рокор легко ускользал с линии атаки, постоянно перемещаясь то вбок, то назад, то закручиваясь вокруг собственной оси навстречу удару, пропуская его в пустоту, туда, где только что он был сам.
– Легче, легче на ногах! – говорил он. – Начинай выпад с ног!
Лиса очень старалась, её движения были упруги и грациозны. Но огромный Рокор был ловчее. Через некоторое время на крышу поднялись Тиора и Пацетер. Пацетер немало удивился, увидев свою маленькую племянницу, так виртуозно владеющую оружием. Увлечённая «боем», Лиса их не заметила и продолжала атаковать снова и снова.
– Постой, Лиса, посмотри, кто к нам пришёл, – сказал Рокор.
Лиса остановилась. Обернувшись, она увидела маму и дядю.
– А теперь представь себе, что это вражеские лучники, а ты их не заметила! – поучал Рокор.
Лиса зарделась.
– Но ты всё равно молодец, – поспешил похвалить её Рокор. – Правда, просто молодец!
Рокор поклонился вошедшим. Пацетер восторженно захлопал в ладоши.
– Я тоже так хочу! – воскликнул он. – Вы меня научите?
– Все к столу-у! – донёсся голос Ронелии из столовой.
Глава 10. Первый солдат в королевстве
Позавтракав овсяной кашей и душистыми лепёшками, все остались в столовой. Пора было держать совет. Тиора начала:
– Тигрус скоро будет здесь. Твоё королевство, Пацетер, осталось единственным, которое он ещё не захватил в северной половине мира. Тигрус жаждет стать повелителем всей земли. Время идёт, и он боится, что может не успеть. Поэтому он не заставит себя долго ждать.
– А может быть, он, наоборот, оставит нас на потом, – предположил Пацетер. – Может, он сначала двинет на юг, а там найдётся какое-нибудь королевство, которое сможет ему противостоять? Может, его войско вообще разобьют! Или хотя бы измотают, остановят. А там, глядишь, Тигрус уже и состарится…
– Если б так, зачем бы ему захватывать наше королевство? – возразила Тиора. – Ему нужны ещё воины. Так он заставил наших мужчин воевать за него. Сейчас он наверняка готовит их к нападению на твои земли.
– Послушай, Тиора, но у нас нет больше армии. Тигрусу и воевать-то не с кем будет. Я могу, как и вы, выдать себя за простолюдина. Тигрус придёт, посидит в замке, да так же и уйдет. Великих богатств ведь здесь нет, да и непокорённый мир лежит на юг отсюда.
– Пацетер, как же ты не понимаешь: если ты и твои люди не дадите отпор Тигрусу, тогда вам придётся встать под его стяг и воевать за него с другими народами. Если узнают, что ты король, тебя обязательно казнят! А если тебе даже удастся скрыть своё происхождение и тебя никто не выдаст, тебя обязательно возьмут в войско Тигруса, так же, как и всех остальных пригодных для войны мужчин. А женщины и дети будут трудиться и отдавать все силы на содержание армии Тигруса!
Тиора замолчала. Молчал и Пацетер. Он не был трусом, но никак не мог себе представить, как соберёт свой народ и будет вести войну.
– Хорошо, – сказал он наконец. – Здесь думать нечего – выбор не богат. Если воевать всё равно придётся, будем воевать против Тигруса. Если мы, мужчины, погибнем в бою и Тигрус захватит наше королевство, нам не придётся стыдиться перед женщинами на этом и перед предками на том свете! А если чудом мы победим, то спасём мир!