- -
- 100%
- +
Глава
Февраль, словно искусный маляр, дорисовал лохматой кистью зимнюю ночную картину, придав ей сказочный вид: деревья-великаны, нахлобучив пушистые шапки на седые макушки, охраняли покой спящего города; земля укуталась в бриллиантовое покрывало, а озорные снежинки, словно парашютисты, под тусклый свет одиноких фонарей погружали провинциальный город под ослепительно-белый купол.
Мила шла к железнодорожному вокзалу под «конвоем»: с одной стороны – мама, с другой – подруга. Подруга, зажав в руке пакет с фаршированными блинами (пузатики, утрамбованные капустой, издавали головокружительный аромат!) сопела, словно паровоз. Мила уловила запах капусты-проказницы и повернула голову в сторону пакета: не сядешь ведь посреди ночи на пенек есть блины!
Вскоре «троица» ускорила шаг. Уже замаячил впереди деревянный вокзал, одетый в скромный зеленый костюм. Мама давала наставления, подруга больше помалкивала, а Мила мысленно была уже в столице, наивно полагая, что Москва встретит ее с распростертыми объятиями.
Под завораживающую музыку стальных колёс девушка быстро погрузилась в сон.
Незаметно пролетела ночь. Яркий свет лениво проникал в полусонный вагон. Захотелось проснуться, но не от рождения нового дня: развернувшись к соседней полке, Мила увидела молодого человека, пристально смотрящего на нее: не глаза, а сверла какие-то!
– Ну что, выспалась? – сразу устроил допрос сосед.
– Выспалась, – насупившись, ответила девушка.
На вид соседу было лет двадцать пять-тридцать, светло-русый, с ярко-голубыми бездонными глазами: эта бездна манила и одновременно пугала. А шрам у левого глаза делал его похожим на пирата из приключенческих детских рассказов. «У, пират!» – Мила даже поморщилась.
Разговор сначала не клеился: вопрос – пустота, снова вопрос – и опять пропасть. Не хотелось Миле делиться с чужим человеком своей мечтой о Москве. Но постепенно Пират увлёк девушку залихватской беседой.
– А ты куда собралась? – спросил Пират.
– В Москву.
– Не лучшее время для отдыха выбрала, – заключил Пират.
– А я не отдыхать еду, а учиться на сценариста, – гордо заявила Мила.
– У-ух, – выдохнул Пират. – Далеко пойдешь… Меня, кстати, Евгением зовут.
– Мила.
Поезд жил своей жизнью, а Мила с Пиратом на верхних полках – своей. Женька настроил радио – и романтичная мелодия вихрем ворвалась в вагон, оглушив задремавших пассажиров.
В середине дня сердце Милы забилось, как мышка, попавшая в мышеловку. Женька – сыр, его хотелось попробовать! Но Мила знала боль мышеловки…
Поезд, испустив тяжелый вздох, остановился, чтобы отдышаться и набрать в стальные лёгкие побольше свежего зимнего воздуха.
Женька-Пират выманил Милу из душного вагона. Девушка, словно бабочка, выпорхнула из него и попала в объятия сильного Женьки. Они, не спеша, прохаживались по перрону, не замечая вокруг ни задумчивых продавцов плюшевых игрушек, ни помятых пассажиров…
Вечером они пили горячий кофе. И было чувство семейного счастья, а пассажиры, посапывающие, играющие в карты, разгадывающие кроссворды, – соседи жилого многоквартирного дома на колесах.
Мила отвлеклась от Пирата и окинула быстрым взглядом свой временный дом на колёсах: поезд был фирменный: ковровые дорожки алым бархатом прильнули к полу; белоснежные накрахмаленные занавески мирно колыхались на окнах.
Ночью Женька-Пират и Мила оказались в тамбуре. Тамбур кашлянул и выпустил пар. Яркая вспышка прошла между мужчиной и женщиной: губы сомкнулись, дыхание стало прерывистым…
Женька, словно рыбак-виртуоз, ловко закинул крючок в глубь сердца девушки.
Мила поняла, что ее «крыша» окончательно съехала и стала жить своей отдельной жизнью. Но пора включить разум! Девушка резко оторвалась от его губ, объяснив недоумевающему Женьке, что хочет спать: завтра утром Москва отрезвит их обоих. Разочарованный Женька, так галантно ухаживавший за ней в течение целого дня (как оказалось – напрасно!), бухнулся на вторую полку и засопел. Вот и вся любовь-морковь!
Девушке не спалось: крючок достиг своей цели – и отцепить его было не так-то легко!
Будили за два часа до прибытия в Москву. Хотелось спать: измученные бессонницей глаза сопротивлялись встрече с утром-озорником… но нужно было просыпаться, чтобы собрать вещи, привести в порядок лицо, а самое главное – настроить себя на нужную волну.
Вскоре Милу вынули, как желторотого птенца, из вагона- гнезда и "подопнули" в столичную жизнь. Она очнулась тогда, когда оказалась между Казанским и Ярославским вокзалами, обалдевшая, с разбегающимися в разные стороны глазами.
Пират встряхнул ее, предупредив, что Москва – это не провинция.
– Не стой, как истукан, а шагай быстрым уверенным шагом, как будто ты коренная москвичка, – давал наставления Женька.
Билет, как оказалось, выбрасывать тоже не рекомендуется: это твое алиби! Ну словно преступница, а не гостья столицы!
Пират же через полчаса должен был двигаться к своей цели – домой, под Рязань. Он, как истинный джентльмен, помог освободиться Миле от ненужного груза: сдал вещи попутчицы в пожирателя дорожных сумок – багажное отделение.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.