Холодная война и защита гостайны. 1946–1953 гг.

Серия «Военные тайны XX века»

© Куренков Г.А., 2026

© ООО «Издательство «Вече», 2026

Введение

В 1945 году закончилась самая разрушительная и кровопролитная война в истории человечества. В СССР, помимо понесенных человеческих жертв, половина европейской части страны была разрушена, потеряна треть национального богатства, 25 миллионов советских людей остались без крыши над головой. При таких обстоятельствах необходимо было переводить народное хозяйство и государственные структуры уже на работу в мирных условиях, на восстановление мирной жизни. В связи с этим в стране проводятся соответствующие политические, организационные и экономические мероприятия. В сентябре 1945 года отменяется чрезвычайное положение и упраздняется чрезвычайный орган власти – Государственный Комитет Обороны. 18 марта 1946 г. V сессия Верховного Совета СССР принимает закон о преобразовании Совета Народных Комисаров СССР в Совет Министров СССР, а народных комиссариатов – в министерства. Проводится демобилизация армии и происходит постепенный перевод экономики на выпуск мирной продукции. Но, с другой стороны, внешний фактор в политике оставался определяющим. Позитивным для СССР был рост влияния СССР в Европе и мире вследствие победы в Великой Отечественной и Второй мировой войне. Негативным являлось то обстоятельство, что после победы над фашистской Германией и ее сателлитами произошел раскол в лагере союзников по антигитлеровской коалиции. Было понятно, что антигитлеровская коалиция была временным объединением для достижения определенной цели – победы в войне против Германии и ее союзников, и послевоенная международная обстановка начинает характеризоваться соперничеством двух политических систем, ростом взаимного недоверия.

Хотя послевоенное международное устройство было декларировано и определено Ялтинской и Потсдамской конференциями, оставался конфликт интересов и желание Запада ослабить или же вообще ликвидировать противоборствующую сторону: «…в Ялте обнаружился целый пласт проблем послевоенного устройства мира, по которым позиции участников либо резко отличались, либо – просто были противоположны»[1]. Более того, в СССР знали о планах Запада начать новую войну. Об этом, в частности, говорило появление информации о разработке английским Генштабом плана войны против СССР с привлечением остатков немецкой армии, под названием «Немыслимое». На тот момент такому плану войны не суждено было сбыться, но это был шаг к новому противоборству. Сначала возникло объединение ведущих капиталистических стран, и в конечном итоге 4 апреля 1949 г. создается военно-политическая Организация Североатлантического договора (НАТО) с участием США, Канады и первоначально десяти западноевропейских стран. И только через 6 лет, как противовес НАТО, 14 мая 1955 года в Варшаве был подписан договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи между Албанией, Болгарией, Венгрией, ГДР, Польшей, Румынией, СССР и Чехословакией – образовался социалистический военно-политический союз – Организации Варшавского договора. Военно-политическое противоборство возникло и шло на фоне навязанной советскому государству так называемой холодной войны. Поэтому данный исторический период характеризуется отношениями холодной войны между Советским Союзом и ее социалистическими союзниками и капиталистическими странами Запада во главе с США. СССР никогда не хотел и не стремился к войне, и уж тем более в рассматриваемый период. В начальный период холодной войны СССР никаким образом не был заинтересован в начале новой «горячей» войны. В первую очередь, он был озадачен сохранением положения, хотя бы, де-факто. Как пишет Н.А. Нарочницкая, отсутствие намерений и тем более конкретных планов «завоевания Западной Европы» доказывает тот простой факт, что СССР, имевший на пике войны около 11,3 млн солдат, провел масштабную демобилизацию, вызванную экономической необходимостью, военными разрушениями и колоссальными людскими потерями. К 1947 г. Советский Союз имел лишь 2,8 млн человек под ружьем, хотя в силу определенных причин этот факт скрывали[2]. А причины были и военные, и экономические. Было еще одно обстоятельство и весьма весомое. «Скажем, взрывы атомных бомб в Хиросиме и Нагасаки – ясный и угрожающий сигнал Москве. Так его в Кремле и поняли. А потому начали с утроенной энергией работать над созданием атомной бомбы. Сталин лишь делал вид, что атомная бомба его не пугает. В интервью «Sunday Times» он говорил: «Атомные бомбы предназначены для устрашения слабонервных, но они не могут решать судьбы войны, так как для этого совершенно недостаточно атомных бомб»[3]. Отчасти И.В. Сталин был прав, что позднее и отметили США. Так, 1 апреля 1950 года в докладе начальника оперативного управления ВВС США генерал-майора С. Андерсона министру авиации С. Саймингтону указывалось, что ВВС США в случае войны не в состоянии выполнить план атомных бомбардировок СССР (Тройан) и обеспечить противовоздушную оборону США, включая Аляску. Поэтому вопрос о войне с СССР был отодвинут и ему на смену была выдвинута идея подготовки коалиционной войны с участием всех стран НАТО. Дата начала войны – 1 января 1957 года[4].

Особую роль «в деле развертывания холодной войны» сыграла речь У. Черчилля в Фултоне. Трумэн направил Сталину приглашение выступить в Фултоне с ответной речью. Но из Москвы последовал отказ, а 14 марта 1946 г. Сталин дал интервью газете «Правда», в котором расценил речь Черчилля как «призыв к войне с СССР»[5].

Разумеется, разведки западных стран, вошедших позднее в блок НАТО, продолжали активную работу против СССР, причем подрывная деятельность была возведена в ранг государственной политики. Особое место в арсенале разведывательных служб иностранных государств в рассматриваемый исторический период было отведено шпионажу. К деятельности разведок наших бывших союзников по антигитлеровской коалиции были привлечены и по сути воссозданы разведки проигравших войну Германии и Японии. Так, была воссоздана часть германской разведки, работавшая против СССР и получившая название «Организация Гелена», которая с 1947 г. оперативно подчинялась ЦРУ. В 1956 г. на ее базе была образована федеральная разведывательная служба ФРГ – БНД. Те же самые трансформации под попечительством США происходили и с японской разведкой. После капитуляции Японии ее аппарат секретной службы был формально распущен. В 1946 году под прикрытием Демобилизационного бюро стали воссоздаваться военная и морская разведка. Для ведения разведывательной работы против СССР была создана 3-я секция Исследовательского бюро[6].

К деятельности против своей бывшей страны также были привлечены (как шпионы, диверсанты, террористы) и бывшие граждане СССР. Они, уже как иностранные разведчики, прибывали в Советский Союз как по легальным каналам, в том числе и как репатрианты, так и тайно перебрасывались через границу. Предпочтение отдавалось предателям, пособникам оккупантов, бывшим агентам немецко-фашистской разведки. Естественно, органы государственной безопасности СССР принимали оперативные меры. К примеру, 8 сентября 1945 г. был издан совместный приказ НКГБ и Главного управления контрразведки (ГУКР) «Смерш» о совместной проверке репатриантов, а в феврале 1946 г. дано указание Наркомата госбезопасности СССР «О выявлении агентов английской и американской разведок среди репатриантов». Также принимаются и другие меры, в том числе и законодательного и административного характера.

Так, 8 июня 1947 г. постановлением Совета Министров СССР № 2009 был утвержден «Перечнень сведений, составляющих государственную тайну, разглашение которых карается по закону». А на следующий день Верховный Совет СССР принял указ «Об ответственности за разглашение государственной тайны и за утрату документов, содержащих государственную тайну». Впервые давалась подробная классификация состава преступлений, связанных с разглашением государственной тайны и разграничение этих составов как разглашение государственной тайны и утрата документов, содержащих государственную тайну:

1. Разглашение сведений, составляющих государственную тайну, лицами, которым были доверены данные, или они получили в силу служебного положения (если преступление нельзя классифицировать как измену родине или шпионаж) – заключение в исправительно-трудовой колонии 8–12 лет (для военнослужащих: 10–20 лет).

2. Разглашение государственной тайны частными лицами влекло за собой заключение от 5 до 10 лет.

3. Утрата должностными лицами материалов, документов или изданий, содержащих сведения государственной тайны – от 4 до 6 лет (при отягчающих обстоятельствах – от 6 до 10). Для военнослужащих: от 5 до 8 (от 8 до 12).

4. Заявка или передача за границу изобретения, открытий или усовершенствований, содержащих государственную тайну, сделанных в пределах СССР или за границей гражданами СССР, командированных государством – от 10 до 15 лет[7].

Данные мероприятия были обусловлены усилением в СССР контрразведывательной работы по защите государственной тайны и ответом на действия США и его союзников. Еще раньше, в феврале 1947 г., президент США Трумэн в своем послании к конгрессу определил две задачи по отношению к СССР: минимум (доктрина сдерживания социализма) и максимум (доктрина отбрасывания социализма). 12 марта 1947 г. эта программа была провозглашена как «доктрина Трумэна». Одобренная конгрессом, она официально санкционировала одностороннее военно-политическое вмешательство США в дела других государств, что было принципиальным отходом от прежних американских традиций. Были определены и конкретные шаги к достижению этих целей. Во-первых, оказать широкомасштабную экономическую помощь странам Европы, поставив экономику в зависимость от США. С этой целью 5 июня 1947 г. был провозглашен «план Маршалла», в рамках которого было выделено 12,5 млрд долларов. Во-вторых, создать военно-политический союз этих стран во главе с США; в-третьих, разместить у границ СССР сеть военных баз США; в-четвертых, поддерживать антисоциалистические силы внутри стран советского блока. Кроме того, предусматривалась возможность использования вооруженных сил для вмешательства во внутренние дела советской сферы влияния[8].

В послевоенное время быстрыми темпами развивались научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы. В частности, 1947 год ознаменовался быстрым развитием новых направлений в военной науке и созданием новых образцов оружия и вооружения. Этому способствовали международная напряженность, накопленный во время войны боевой опыт, возросший военно-экономический потенциал и опыт в производстве оружия. К тому же к этому времени в США уже было создано и опробовано на Японии атомное оружие. Работа над созданием собственного атомного оружия велась в Великобритании. В Советском Союзе под большим секретом шло быстрое развитие атомной науки, атомной промышленности и техники, что служило основой для создания своей атомной бомбы. С 1947 г. на предприятиях атомной промышленности вводится должность заместителя директора по вопросам режима (обеспечение секретности и объектового режима).

Западные разведки интересовала любая информация о Советском Союзе, причем «…первоочередными объектами разведывательных устремлений были научно-технические, экономические и военные объекты. Иностранные разведки вели широкомасштабный сбор информации о состоянии и перспективах развития оборонных отраслей промышленности и транспорта, о дислокации и вооружении советских воинских частей и соединений. В этих целях использовались различные методы: агентура, специальные технические средства, опрос лиц, приехавших из СССР, и перебежчиков и т. д.[9]

В связи с усложнением задач в органах госбезопасности в послевоенное время произошли реформы, направленные, в том числе, и на усиление централизации органов защиты военных и государственных тайн, так как в мире работа разведок выходила на новый организационный и технологический уровень.

В сложных послевоенных условиях Советский Союз, не завершив восстановление экономики, был вынужден принять гонку вооружений, развивать оборонное строительство и усиливать разведывательную и контрразведывательную деятельность. В начале 1950-х гг. экономический и военный потенциал Запада в целом значительно превышал советский, но в НАТО повышалась мобилизационная готовность. Кроме всего прочего против СССР велась активная психологическая война. В США был создан так называемый Совет по психологической стратегии. В его составе была создана группа «Сталин» с планом его устранения. «Для непосредственного руководства «психологической войной» 4 апреля 1951 г. президент Г. Трумэн учредил Совет по психологической стратегии (позднее он был переименован в Координационный комитет по психологическим операциям), подотчетный СНБ, в состав которого вошли заместитель государственного секретаря, заместители министра обороны и директор ЦРУ – Аллен Даллес. Решение о создании этого Совета должно было подчеркнуть для привлекаемых федеральных ведомств приоритетность и важность психологической войны как инструмента национальной политики США. И уже 10 апреля Г. Трумэну было представлен меморандум «Психологическое наступление против СССР. Цели и задачи», основной целью которого провозглашалось «расширить разрыв, существующий между советским народом и его правителями»[10].

Историография холодной войны обширна и разнообразна. Отдельные исследователи холодной войны связывают ее с проблемой разногласий по послевоенному устройству. По справедливому замечанию О.А. Наумова, данный фактор «…породил в американской и западноевропейской историографии целое направление: авторы, к нему принадлежавшие, чуть ли не сразу после конференции стали в своих работах преувеличивать характер разногласий, преуменьшать значение согласованных в Ялте решений и искажать смысл достигнутых компромиссов»[11]. Отечественные и западные историки и политологи связывают развернувшуюся борьбу разведок с начавшейся холодной войной. «Теорий возникновения холодной войны немало, – пишет П. Романов. – Остановимся на трех главных. Последователей этих теорий политологи назвали традиционалистами, ревизионистами и постревизионистами. По времени они меняли друг друга: до середины 60-х господствовали первые, на протяжении 70-х вторые, а затем третьи. Впрочем, ряды постревизионистов прирастали во многом за счет перебежчиков из второго лагеря. Естественно, речь здесь идет лишь о западных исследователях. У советских политологов была своя, жестко сформулированная позиция, менять которую было рискованно. Разобраться в этих теориях несложно. Просто они по-разному отвечали на три главных вопроса: а) кто несет ответственность за холодную войну; б) кто проявлял наибольшую активность в период зарождения холодной войны; с) какими были основные мотивы в деятельности главных участников холодной войны»[12]. Естественно, холодная война была проанализирована «…и под другими углами. Некоторые исходили, скажем, из мысли, что в мировой системе конфликты вообще неизбежны и нормальным состоянием является как раз не гармония, а соперничество. Многие обращали внимание на тот вакуум, что возник в послевоенном мире после «вычитания» из него Германии и Японии. Этот вакуум должен был, с точки зрения некоторых теоретиков, непременно заполниться новой конфликтной субстанцией. А конфликт между США и СССР – странами со столь разными политическими, идеологическими и экономическими системами – идеальный заполнитель образовавшегося вакуума»[13].

На Западе и «наши» либералы связывают холодную войну с советским строем и СССР. «Еще один упрек со стороны либерального глобализма в адрес партийно-чекистской «связки» – обвинение в тоталитаризме, столько популярное у части историков и политологов в 1990-х годах. Это обвинение было сформировано в «разгар» холодной войны и разработкой его обоснований занимались весьма талантливые представители либерализма»[14]. По убеждению А.Б. Таранина, с которым сложно не согласиться, история российских спецслужб «…должна придерживаться позиции примата общества. Это сложная система взаимосвязи и взаимодействия человека и государства. Как наши «правые» лихо расправляются с историей, выправляя по себе исторические пути народа и всего человечества! Как хорошо быть «умным», зная, чем закончились те или иные исторические события, и на основании этого «признать» или «не признать» чьи-то ценности и заслуги, заодно обозвав «террористами» всех революционеров от Спартака до большевиков и отвергнув «священное право каждого народа восстать и свергнуть «несправедливое правительство». Чем закончились «старания» спецслужб Российской империи по сохранению государственности – известно: 1917 годом. Это ли не причина критически отнестись к такому наследию? (При любом отношении к КГБ никто не поставил этой организации в упрек распад СССР.) Огульное отрицание советского периода делает неадекватными исторические представления и нарушает историческую преемственность»[15].

Определенные моменты взаимосвязи политики, секретности, защиты государственной и военной тайны и противостояния в период холодной войны представлены в отдельных исторических исследованиях[16], работах по специальным темам и операциям, истории разведки и контрразведки (спецслужб)[17], правового аспекта в деятельности специальных органов[18], конкретно по истории секретности и цензуры[19].

В настоящей книге автор постарается ответить на вопрос, как была налажена и насколько эффективна контрразведывательная деятельность и система защиты государственной тайны в Советском Союзе в печати, радио и СМИ (открытых источниках) в начальный период холодной войны.

Объектом данного исследования является исторический феномен – защита государственной и военной тайны, который изучается во взаимосвязи с начальным периодом холодной войны, а предметом – процесс организации и функционирования системы обеспечения секретности и контроля за печатью и СМИ в СССР, т. е. за открытыми источниками с целью пресечения каналов утечки государственной тайны, а также некоторые специфические мероприятия и аспекты осуществления данной деятельности как комплекса взаимосвязанных мероприятий по защите государственной тайны. В нашей книге с точки зрения защиты государственной тайны реконструируется и на базе имеющихся доступных в настоящее время «открытых» сведений, по возможности, анализируется практика защиты государственной тайны.

Целью работы является рассмотрение направлений и методов, а также механизмов реализации защиты секретной информации в открытых источниках во взаимосвязи с решением основной задачи с международным положением, внутренней и внешней политикой страны, процесс формирования и эволюции системы защиты государственной тайны в целом по стране, а также реализация некоторых специальных направлений контрразведывательной деятельности с точки зрения защиты государственной тайны. Главной нитью проходит линия взаимосвязи внешних факторов, работы разведок по сбору информации и контрразведывательная деятельность по предотвращению сбора информации, в том числе и посредством мероприятий по сохранению государственной и военной тайны и пресечению утечки секретной информации через издания и СМИ, т. е. через открытые источники.

Это определило постановку и решение исследовательских задач и напрямую связано с реалиями времени и важностью защиты государственной тайны в современном обществе, когда объективный анализ прошлого имеет большое практическое значение. Данная работа представляет собой попытку объединить историческую и специальные направления исследования данной темы в целом.

В книге решаются задачи:

– выявить основные виды охраняемых тайн, объекты и субъекты направления деятельности и функционирование системы защиты государственной тайны в печати и СМИ в данный исторический период;

– обозначить структуры и лиц, проводивших и отвечавших за данную работу;

– определить формы, функции, задачи по защите информации в печати и СМИ;

– определить угрозы с точки зрения защиты информации (государственной тайны) и адекватность принимаемых мер;

– показать уровень и механизм деятельности по вопросам защиты секретной информации в печати и СМИ;

– реконструировать систему и внутреннее наполнение деятельности по защите государственной тайны (секретности и режима) в печати и СМИ;

– показать взаимодействие государственных структур по защите государственной тайны (секретности и режима) в печати и СМИ;

– осветить некоторые специфические мероприятия и направления деятельности.

Определение и решение задач исследования происходит посредством изучения взаимосвязи международного положения и реформы органов управления, спецслужб и уполномоченного Совета Министров СССР по защите военной и государственной тайн в печати и аппарата Главлита, направлений деятельности и их специфики при защите основных видов информации, потенциально содержащих секретные сведения. Это такие направления, как осуществление контроля за военной информацией и защита военной тайны, информации по новой военной технике, научно-исследовательским и опытно-конструкторским работам, оборонно-промышленной и экономической тайне, работа с иностранными корреспондентами и контроль за литературой и материалами отечественных СМИ для их распространения за границей с точки зрения контрразведывательной деятельности, т. е. защиты военной и государственной тайны как вида контрразведывательной деятельности по противодействию иностранным разведкам. В работе также приводится точка зрения автора на периодизацию холодной войны. Для большего осмысления значения и взаимосвязи защиты государственной тайны с контрразведывательной деятельностью и деятельностью разведок также приводится понимание данного вопроса нашими противниками: директором ЦРУ США Аленом Даллесом и заместителем директора ЦРУ Рэем Клайном. Способы и методы решения задач по защите государственной тайны и их выполнение свидетельствуют об универсальности законов защиты информации, хотя и существовали несколько разные подходы к тем или иным вопросам (например, различное отношение к прессе).

Так как тема лежит на стыке исторической науки и специальной дисциплины (защита информации), наиболее перспективным и эффективным представляется междисциплинарный подход, который сегодня активно применяется в современной исторической науке. Он позволяет осуществить переход от анализа социально-политических событий, внешней и внутренней политики к анализу структур и процессов, в том числе мотиваций специальных вопросов защиты информации во взаимосвязи с историческими процессами, т. е. исторической реконструкции событий.

Научная новизна работы, на наш взгляд, определяется спецификой ранее закрытой темы и документов. Было проведено, насколько это возможно, комплексное исследование организации и деятельности Советского государства по защите государственной тайны по направлению защиты информации. Автор работы не претендовал (и не мог претендовать в плане специфики) на то, чтобы ответить на все вопросы, касающиеся предлагаемой темы. Затронуты основные темы защищаемой информации и контразведывательной деятельности по данным вопросам. В силу этого работа дает представление о затронутой проблеме и служит очередным шагом для исследования на основе изученных и новых архивных документов.

Данная работа разбита на главы, в некоторых случаях имеются и подглавы. В конце работы дается заключение по всему описанному процессу с точки зрения «заинтересованных лиц» и автора.

Нижней границей исследования выбраны 1945–1946 гг. – окончание Великой Отечественной войны и начало холодной войны. В качетве верхней границы взят 1953 г., что связано с окончанием начального периода холодной войны и кончиной И.В. Сталина.

Источниковую базу исследования составили директивные документы (постановления, распоряжения, приказы и др.) высших партийных и государственных органов, прежде всего уполномоченного Совета Министров по защите военной и государственной тайн в печати, Главлита из Государственного архива Российской Федерации (ГА РФ). Нами активно использовались: приказы, распоряжения, циркуляры, сводные указания, распоряжения уполномоченного СНК СССР по вопросам цензуры за 1946–1953 гг.; сводные материалы за 1946–1953 гг.; переписка уполномоченного СМ СССР с ЦК ВКП(б), секретарями ЦК ВКП(б) за 1946–1953 гг.; переписка уполномоченного СМ СССР с Советом Министром СССР и другими высшими правительственными органами, а также с главкрайобллитами по вопросам цензуры за 1946–1953 гг.; переписка уполномоченного СМ СССР с органами НКГБ – МГБ и НКВД – МВД за 1946–1953 гг.

Глава 1

Международное положение и реформы органов управления, спецслужб и главлита