Сквозь века

Фельдшер выездной бригады Андрей отстал от экскурсии в музейном дворе под Римом — и очнулся на невольничьем рынке. В настоящем Древнем Риме. Без языка, без имени, без единого знакомого лица на всём белом свете. У него нет ни антибиотиков, ни капельниц, ни чистого бинта. Зато есть руки, которые тысячу раз держали чужую жизнь, — и в мире, где умирают от загноившейся царапины, эти руки дороже золота. Его покупает старик, сам сведущий во врачевании. Покупает не из жалости. У старика умирает единственный сын, задыхается на глазах, и все учёные лекари бессильны. Теперь Андрею предстоит спасти ребёнка, которого он даже не может обследовать. Только голова и руки. И тонкая, невидимая грань между тем, кого чтут как спасителя, и тем, кого объявят отравителем и отправят на крест.