Шут королевский 2

Глава 4

Незаметно подошла сессия, а ещё этот грёбанный научный коммунизм впереди. Единственный госэкзамен, не сдав который не получишь диплом. Правда, как всегда, напрасно пугали. И эту муть сдали, устремившись к пятёркам по остальным предметам. А когда замаячили каникулы, я начал мандражировать и стал искать повод не ехать домой. Я страшно боялся появиться в Омске, вернее в небольшом городке Калачинске. Там две женщины, одна моя ровесница, другая совсем кроха и обе имеют против меня определённые резоны. И обеих я не знаю, они для меня чужие.

– Товарищи, сдавайте постельное бельё, через полчаса прибываем. Не забывайте свои вещи, – проводница прошлась по вагону, народ в основном уже на стрёме и готовится с вещами на выход, толкаясь в проходе. А же я не тороплюсь, сижу в купе и тупо смотрю в окно. Там на перроне суетятся встречающие, носильщик толкает гружёную тележку, я вижу макушки голов, согбенные под тяжестью чемоданов плечи пассажиров и пыльное здание вокзала. Важно прохаживается милицейский сержант, посматривая на суету вокруг. Кучка горластых цыганок окружила двух женщин, тех ждёт незавидная участь. Раз уж остановились, всё – с деньгами их не отпустят.

Я с кряхтением, как старый дед, поднялся и подхватив свою сумку потащился на выход. Отмахнувшись от предложений настойчивых таксистов, пошёл на остановку автобуса. А через сорок минут я уже подходил к нашему дому.

Вечером семья собралась за столом. Ирка где-то шлялась, мама приготовила жаркое и дождавшись отца, мы сели ужинать.

– Ну как сын, как сессию сдал?

– Да нормально пап, одна четвёрка только, остальные пятёрки.

Батя перестал пережёвывать мясо, подхватил бутылку водки и разлил по рюмкам. Нам с мамой чисто символически, а себе полную. Крякнув выпил, – ну а на лето какие планы?

– Пап, какие особые планы? В сентябре военные сборы, остаётся чуть больше месяца. Хочу отоспаться, да и дела кое-какие есть, надо ими позаниматься.

У меня не получилось отделаться лёгким испугом. Когда мама встала поставить чайник, отец задал вопрос, который заставил маму вернуться за стол, – ну а как эта твоя, ну…амнезия? Сильно мешает или прошла?

Оба с тревогой смотрят на меня, вот только если у мамы глаза уже на мокром месте, то по отцу не понятно, как он относится к моей проблеме.

Выждав несколько секунд, я ответил, – да как сказать. Частично память восстановилась, но как сказали врачи, она имеет ретроградную форму. Два года прошло, поначалу было сложно. Я не понимал кто я, и где нахожусь. Потом ничего, втянулся. На учёбу это не сказалось. Единственно что, у меня остались белые пятна в прошлом. Поэтому приезд сюда в Омск для меня сродни преодолению минного поля. Столкнёшься с человеком и не знаешь, друг он тебе или враг.

Дальше повисло горестное молчание. Я только перехватил, как мама бросила многозначительный взгляд на отца.

– Ладно, с этим разберёмся, – чисто по-мужски отрезал батя.

– Ты лучше скажи, что говорят о распределении после получения диплома? Ты в деканате был, говорил с ними?

– Говорил, сказали, чтобы подошёл после Нового Года.

– Ясно, я попробую порешать это в министерстве. Чтобы ты распределялся по нашей области.

А когда вернулась с гулек Ирка, я показал ей фигу. Никаких подарков на сей раз не привёз. Обойдётся, болтушка.

Моя фраза по поводу друг-враг оказалась пророческой. На следующий день сестрица потащила меня прогуляться. Мы доехали до ЦУМа, что расположился на улице Ленина и я выслушал от сестры лекцию про это интересное историческое здание. Длинный ряд сооружений с башенками и шпилями был построен на месте Любиной рощи. В начале прошлого века там построили комплекс Московских торговых рядов. Ну а уже в советское время там же нашёл приют и ЦУМ. Вот сейчас сестра и таскает меня по отделам.

Когда со мной поздоровались два парня приблизительного моего возраста, сестра только пожала плечами. Я как в воду глядел, когда говорил про минное поле. А вот девушка, которая вдруг при виде меня остолбенела и побледнев поздоровалась, вроде моя знакомая по школе. По-крайней мере Ирка её видела именно в школе.

Чтобы не мелькать больше в магазине, где крутятся мои потенциальные знакомые я даже согласился купить сестре двойной альбом с концертом Пугачихи под загадочным названием «Как тревожен этот путь». Оказалось, что она страстная поклонница Аллы Борисовны и Игоря Николаева. Мы удачно встали в очередь в музыкальный отдел, и довольная покупкой сестра согласилась прогуляться по парку.

Назад предпочли идти пешком, погода не жаркая, да и желательно знакомиться с Омском. Мне же предстоит тут жить. Хотя не факт. Меня вообще посещает мысль не возвращаться к родителям. Нужно строить свою жизнь самостоятельно, я-то далеко не юнец и понимаю, что строить норку нужно подальше от родителей. Ну не вместе – это точно. Не исключаю варианта, что я вообще останусь в Казахстане. Но скорей всего не в Караганде. Мне больше по душе красавица Алма-Ата.

– Ну, как-то так, – после моего короткого рассказа родители пригорюнились. Мама всхлипнула, приложив к лицу кухонное полотенце. Отец отвернулся и только желваки скул заиграли, показывая, что он с трудом сдерживается.

На следующий день я решил поведать родителем, как узнал, что у меня есть ребёнок. Всё равно придётся их «обрадовать», так уж лучше сразу, чего уж тянуть резину.

– Да, весело, ничего не скажешь. И что делать собираешься? – отец остро глянул на меня.

– Поеду к ним, хоть познакомлюсь с дочкой. Да и с её мамой не мешает увидеться. Она тоже для меня чужая. А так – буду платить алименты на ребёнка.

– Ой, боженьки, за что это нам всё, – мама не выдержала и заплакала.

– Сына, а ты уверен, что это твой ребёнок?

– Ну мам, что ты плачешь, как над покойником. Дашка моя, не знаю почему, но мне так кажется. Вот сердцем чувствую. Да и ты серьёзно думаешь, что Ольга меня обманула?

– Не знаю, – начала успокаиваться мама.

– Вот на кафедре у нас девчонки говорили, что сейчас девки шустрые пошли. От одного нагуляют и на шею другому повесят.

– Ладно, в любом случае завтра поеду. Электричка в восемь тридцать.

Опять пыльный и неказистый Калачинск. Я уже почти местный здесь, закинул сумку на плечо и направился в сторону уже знакомой гостиницы. Но вдруг зацепился взглядом за пожилую женщину, стоявшую поодаль с картонкой в руках «Сдам комнату в спокойном месте»

– Извините, Вы сдаёте комнату? – женщина улыбнулась мне, – да, у меня в десяти минутах ходьбы дом. Есть свободная комната. Во дворе имеется душ и удобства. Комната большая с окном в сад.

– И сколько просите?

Женщина оглядела меня, – смотря на какой срок. Вы командировочный?

– Почти, приехал к знакомым, да стеснять не хочу. Недели на две точно задержусь у вас.

– Ну тогда три рубля в день вас устроит? Могу кормить завтраком, входит в цену.

Ну, по-моему, вариант достойный, всё лучше койки в гостинице для дальнобойщиков и командировочных. Никакой гарантии, что буду жить один. А попадётся парочка храпящих рыночных деятелей с солнечного Азербайджана и что я буду с ним делать?

– Согласен, могу сразу дать аванс.

– Ну и хорошо, тогда идёмте, – женщина спрятала ненужную уже картонку и обернулась, дожидаясь меня.

Шли минут пятнадцать, место и в самом деле симпатичное и тихое. Машин почти нет, сонное царство. А до нужного мне дома десять минут быстрой ходьбы.

– Вот за день вода прогревается, горячая. Только купайтесь вечером, после шести. Удобства перед вами, можете рвать в саду яблочки и смородину. Я её почти всю сняла, но ещё много осталось. Утром на завтрак угощу.

Так, время полдень. Можно навести дочь. Для неё я заранее купил огромную куклу производства ГДР. Специально искал, а её маме купил серебряные серёжки с полудрагоценными камушками. Должны подойти к её светлым глазам. Продавщица сказала, что это топаз. Или прозрачный дымчатый кварц. Я толком не понял.

Вот и знакомый мне дворик, я посмотрел на окно. Во дворе пусто, постоял минут пять и понял, что надо подыматься. Спасения ждать неоткуда. Ольге я писал, что планирую их навестить. Но это плюс минус неделя. Да и вообще, таким как я разве можно доверять? Поэтому меня точно никто не ждёт.

А может дома никого нет? Я робко постучал, прислушался. Постучал ещё раз, малодушно потоптался и наконец вдавил кнопку звонка до упора. Резкий звук за дверью пробудил жизнь в этом мёртвом царстве.

Дверь открыла молодая женщина, – Вам кого?

Я задёргался и посмотрел на номер квартиры. Да нет, вроде всё правильно.

– А я ищу Олю. Ольгу Муравьёву.

Женщина внимательно ждёт продолжения, – я с города, договаривался навестить Олю и Дашу.

В глазах у женщины мелькнуло понимание, она нахмурилась, – ты Алексей?

Мой утвердительный кивок вызвал у стоящей в дверях целую гамму эмоций. Здесь неприятие, раздражение и брезгливость. Всё что угодно и всё с негативным подтекстом. Попытку захлопнуть передо мной дверь я предупредил, поставив ногу к открытой двери.

– Оли нет, она на работе.

– А когда вернётся.

– Не знаю, уберите пожалуйста ногу, – этот тон, которым спокойно можно заморозить пару тонн воды, показал мне, что моё присутствие с трудом терпят и не надо нагнетать обстановку.

– Спасибо, я понял. Извините, я не хотел Вам мешать.

Спустившись вниз, посмотрел на часы. Половина пятого, если Ольга на работе, то, наверное, в пять заканчивает, потом пойдёт забрать Дашку. Стоп, а откуда забрать? Для яслей она маленькая. Надо дуть к ней на работу.

Слегка запыхавшись, вхожу в аптеку. В глубине зала мелькнула знакомая фигура, отлично. Значит я успел, теперь только дождаться окончания рабочего дня.

Через двадцать минут вышла группка из нескольких женщин, работниц аптеки. Чуть позже спустился парень и придержал дверь. А вот и Ольга.

Хм, а вот этого я не ожидал. Она взяла его под руку, и они дружно пошли вдоль улицы. Мне только и осталось направиться вслед за ними. Отпустил их метров на двадцать и делаю вид, что меня страстно интересуют витрины редких магазинчиков. Так, они свернули на боковую улицу, а Ольга явно не торопится домой. Парочка подошла к двухэтажному дому и скрылась в подъезде. Я приготовился ждать.

Чёрт, вот зачем разыгрывать из себя великого сыщика. Я же приехал дочь повидать. Ну подумаешь, её мама к кому-то неровно дышит. А увиденное не даёт трактовать иначе. Молодой мужчина периодически привлекал к себе девушку и по-хозяйски пристраивает руку на её талию. Да и реакция Ольги ясно показывает, что она совсем не против. Девушка смеялась и прижималась к спутнику.

Меня не заставили долго ждать, минуты через три они вышли. А между ними Дашка. Ага, наверное, дочку мама оставляет у знакомых. А после работы забирает.

И только сейчас я подумал, что ведь Дашка может и не иметь отношения ко мне. А вдруг этот ухарь и есть её папаша?

И именно к нему Ольга и приехала, когда забеременела. Блин, от этих мыслей мне поплохело. Я уже свыкся с фактом, что у меня есть дочь и не скажу, что мне неприятно от этого.

Чтобы не становиться свидетелем чужих отношений я свернул на боковую улицу и быстрым шагом направился к дому, где жила Ольга.

А когда они показались в переулке, я сделал вид, что долго жду их здесь, во дворе.

Увидев меня, Ольга вздрогнула и остановилась. Что-то сказала спутнику, успокаивающе положила ему руку на плечо и взяв ребёнка за руку направилась ко мне.

– Привет, ты приехал?

Я растерянно развёл руками, – ну да, как видишь. Ты же приглашала.

– Или ты не хочешь меня здесь видеть? – отреагировал я на затянувшуюся паузу.

– Нет, что ты. А мы вот забрали Дашку, сейчас тётя приболела и я договорилась со знакомой. У той сынишка чуть постарше Дарьи, вот она и согласилась сидеть и с нашей тоже.

Я не уверен в смысле слова «нашей», но решил пока не заострять:

– Ну привет, Дарья, – я присел на корточки и посмотрел в глаза ребёнку. Хм, я глаза-то допустим мои. Светло-светло карие. Девочка настороженно смотрит на меня, будто решая, осчастливить своим вниманием или нет.

Так, пойдём с козырного туза, – а это тебе, кукла.

Я вынул из сумки коробку и достал мягкую детскую радость, издающую звуки при наклоне. Малая цепко зацепила ручками подарок, размером чуть поменее её самой и вопросительно посмотрела на мать.

– Ух ты, какая красивая. Бери Даша, это тебе, – Ольга улыбнулась и потрепала ребёнка по вьющимся волосам.

– Оль, ты не очень устала? Может прогуляемся?

Девушка правильно поняла смысл слова прогуляемся, – давайте пойдём в сквер.

А через десять минут мелкое недоразумение уже сидело у меня на плечах. Одной ручкой вцепилась мне в волосы, в другой держала здоровенную куклу, которая полностью закрывала мне видимость. Девочка заразительно смеялась, когда я делал вид, что падаю. А мама сидела на лавке и улыбалась своим мыслям.

– Лёша, а ты надолго к нам?

– Не знаю, как примете. Я снял комнату в частном секторе. В принципе у меня есть пара недель. Хотел с вами побыть.

– Ну и отлично, давай тогда завтра встретимся здесь часика в три. Я пораньше закончу. А сейчас мы пойдём, а то тётя волноваться будет.

По дороге назад мне попалась столовка, где я утолили голод. Жевал пересоленное мясо и улыбался, вспоминая Дарью. И мне не мешал тот факт, что Ольга не свободна. Для меня эта девушка чужая. Да и внешне она не совсем в моём вкусе. Она немного субтильной внешности и явно далека от спорта. Лицо приятное, но глаза у девушки как прозрачные хрусталики льда, бесцветные. Ей не помешало бы подкраситься и тогда бы она смотрелась намного выигрышнее. Да и не думаю, что можно строить отношения с таких негативных стартовых позиций. Для меня она одна из многих и связывает нас только Дарья. А для неё я вообще насильник и мерзавец. Спасибо, что хоть простила и допустила к дочери.

После общения с Дашкой последние сомнения в отцовстве вылетели из головы. Но когда мы вновь встретились не следующий день, девушка сама подняла этот разговор.

Дочь сегодня нарядно одета, белое платьице в синий горошек и красный бант на голове. А когда я подхватил её на руки, отнеслась к этому с королевским достоинством. И тут же ухватила меня за ухо, требуя посадить на плечи.

– Давай посидим в кафе? У вас есть место, где можно спокойно пообщаться, мороженное поесть.

Оля согласно кивнула, и мы медленно направились на выход, покидая детскую площадку.

А в кафе, когда мы доели мороженное и приступили к кофе-глясе, Ольга сама начала нелёгкий разговор.

– Лёша, раз ты здесь, я хочу тебе сказать, что у меня есть любимый человек. Аркадий всегда мне помогал, когда было трудно. И мы планируем пожениться осенью. Ничего такого грандиозного, просто посидим в кафе с самыми близкими. А Даша твоя дочь и я не буду запрещать вам встречаться.

– А что записано в её метрике о рождении?

– Дарья Алексеевна, – девушка с лёгкой улыбкой смотрит на меня.

– А ты изменился Лёшенька. Раньше ты был другой.

– Какой? – с интересом посмотрел я на мать своего ребёнка.

– Ну, ты был самовлюблённым эгоистом что ли. А сейчас повзрослел, не узнать прямо.

Тут отличилась Дашка, вымазавшись в шоколадном мороженном и отвлекла нас от излишних откровений. Я полез за платком и протёр её мордашку. А потом подхватил и посадил её к себе на колени.

– А Даша про меня знает?

– Откуда, она же ещё маленькая.

– А твои?

Девушка неопределённо пожала головой.

– Тетя и Ксюха знают. А родителям это ни к чему.

Вскоре Ольга поведала мне, как сложилась её жизнь после того, как…

Она не сразу поняла, что залетела. Откуда молодая девчонка про это может знать. Сейчас мамочки не передают подобный опыт, считают, что это неприлично и пусть дочь сама шишки набивает. А когда наконец обратилась в женскую консультацию, то дома начался настоящий ад.

Отец обвинил девушку, в том, что она сама легла под мужика и обвинял её в этом. А мать просто плакала. Кончилось всё тем, что девушка взяла академотпуск и уехала вынашивать ребёнка к тётке.Аборт делать было уже поздно, да и тётя отговорила, пообещав помогать.

Вот так и появилась на свет моя дочь Дарья. А Ольга окончила здесь медучилище, благо приняли сразу на второй курс и удачно устроилась работать в аптеку. Денег хватает, а ещё встретила мужчину, который готов удочерить Дашку.

А вот это хренов дров. Где это видано, чтобы при живом отце удочеряли. Об этом я в непримиримой форме и поведал Ольге.

– И вообще, вот вам деньги. Здесь 900 рублей. Буду стараться каждый месяц откладывать по соточке. На дочь, чтобы ни в чём не нуждалась. Ну и посмотрю, может смогу устроиться поближе к вам.

– Нет, ты не думай. Я вам с Аркадием мешать не собираюсь. Как говорится, совет вам да любовь. Просто разреши мне видеться с дочерью. И не переписывай её на другого мужчину.

Ольга серьёзно посмотрела на меня, ухмыльнулась и по-мужски протянула мне руку, – договорились.

Наше рукопожатие будто сняло мешающий груз с плеч. Расплатившись, мы вышли из кафе.

– А не хочешь к нам зайти? Чаем на пою.

– Ага, а твоя тётя мне яду крысиного в чашку добавит. А ещё вчера мне дверь открыла одна неприветливая дама, прямо в лёд вморозила там же в подъезде.

Как-буто хрустальный колокольчик рассыпал свой нежный звук, Ольга прикрыла ладошкой рот и засмеялась:

– Да, Ксюха такая, она может. Она у нас дама серьёзная. Да не бойся, никто тебя там бить не будет. Да и как ты собрался общаться с Дашкой, если не познакомишься с моими близкими?

– Тоже правильно. Ну тогда веди. Но если что, я спрячусь за твою могучую спину, не обессудь.

Глава 5

Ну, меня, конечно, не ждали. Уже знакомая дама недовольно посторонилась и пропустила меня внутрь. Квартирка небольшая, всего две комнаты. Вскоре из спальни появилась женщина лет пятидесяти. В стареньком халате и немного всклокоченная. Явно отдыхала и мне даже стало неудобно за то, что помешал. Человек болеет, а тут я заявился со своими реверансами.

– Ну проходите. Алексей? Приятно познакомиться. Мойте руки, сейчас чай будем пить.

Самой непосредственной здесь оказалась моя дочь. Она убежала и вернулась с подаренной куклой. Сразу же взобралась ко мне на колени, что вызвало улыбку у тёти и злую гримасу у Ксюхи. Я так понял, что последняя – тётина дочка и Ольгина двоюродная сестра.

Я помалкивал, не зная, как себя вести. И ещё непонятно, что Ольга рассказала про меня. Ну сеструхе видимо всё, включая самое худшее. А вот тётя, наоборот, изучающе посматривает на меня из-под очков с большими диоптриями, доставая из старого буфета чашки с блюдцами.

На стол выложили выпечку и клубничное варенье в вазочке.

– Мм, а вкусно. Это Вы сами Маргарита Ильинична варили?

– Ну а кто же? Оля с Дашкой помогали.

Потихоньку завязался разговор. У меня выпытали про учёбу и планы на будущее. Дашка возилась у меня на коленях, я млел от этого, как помоечный кот от нехитрой ласки. Ольга переглядывалась с сестрой, а тётя мудро улыбалась. Только Ксюха при этом ещё недоброжелательно палила мою правую щёку своим боевым лазером. Даже чувствовался жар от её яростных эмоций.

А потом Оля вышла меня проводить, – завтра я заберу Дашку после пяти, можешь подойти.

– Оль, а что с Маргаритой Ильиничной?

– А она гипертоник и сейчас видимо реагирует на смену погоды. Через пару дней придёт в себя.

– А твоя сестрица живёт с вами?

– Нет, у Ксении комната в общежитии. Она у нас ЛОР-врач, и ей от больницы выделили комнату в семейной общаге. Так-то она давно живёт отдельно, у неё был парень. Тоже врач, дело даже к свадьбе шло. Но что-то там у них случилось и Ксюха его турнула. А к нам она приходит пару раз в неделю, когда ночных дежурств нет.

Я посмотрел на свет, горевший на кухне в квартире, которую я только что покинул.

– Оль, слушай, а я вот что подумал. Зачем ребёнка чужой тёте отдавать. Давай я завтра с утра подойду и заберу её. У меня своя комната, там есть сад и всё такое. Хозяйка приветливая, уверен, что не будет против ребёнка. А?

– И как ты это себе представляешь? У ребёнка режим, особое питание и вообще. Ты хоть раз имел дело с маленьким ребёнком?

Ну не говорить же ей, что я вырастил сына и не такой уж законченный балбес. Пришлось соврать, – да, подростком мне оставляли сестру на попечение. Я её и кормил, и спать укладывал. Да ты не беспокойся, я глаз с неё не спущу.

– Ну не знаю, да и тётя будет против.

А меня так захватила мысль о том, что проведу с дочерью целый день, что я стал очень убедителен.

– Ну хорошо, подойди к половине восьмого утра. Я расскажу, что и как.

И опять дежавю, та же недовольная моська, но на сей раз меня не сопровождали подозрительным взглядом. Ксения уже одета и вскоре она захлопнула дверь, оставив после себя приятный запах духов.

– Так, это сразу уберёшь в холодильник, – Оля выкладывает баночки на стол.

– Здесь перетёртый творожок с ягодой. Дашка его любит, после сна. Здесь пюрешка и котлетка на обед. Не забудь уложить её в половину второго. Иначе она будет капризная.

К счастью, моя хозяйка, Клавдия Михайловна только улыбнулась, – о, какая хорошенькая. Конечно, пусть играется. Вон в саду и качели есть.

Прошедший день я вспоминал вечером, когда лёг в кровать. Вспоминал с улыбкой. Дочь с удовольствием пошла в сад с моей хозяйкой, собирать смородину. Естественно, вся вымазалась, и я порадовался, что снял ей платице. А ещё мы активно выслеживали соседскую кошку, с удовольствием плескались в старой ванночке. Вода нагрелась на солнце, и Дашка устроили настоящий потоп. Уложил ребёнка спать на своей кровати, а Клавдия Михайловна угостила меня настоящим борщом. С краюхой чёрного хлеба и чесноком он пошёл на ура.

А когда я вечером вернул дочку домой, та трещала без умолку, рассказывая обо всём, что сегодня происходило.

А с утра следующего дня мы отправились на рыбалку. Место мне подсказала хозяйка. А заодно выдала нам удочку и велосипед. Удачно, что спереди кто-то рукастый приделал корзинку. И я усадил в неё дочь. Ехать до речки минут двадцать. Мы нашли подходящее место. Здесь уже сидело пару дедков с удочками. Мы неуклюже наладили удочку, я подцепил червя и забросил подальше.

Сразу скажу, нам удалось поймать всего несколько мелких рыбёшек. То ли погода неподходящая, а может дело в нас. Но в целом, мы остались довольны. Дарья выпустила наш улов на свободу и так заразительно смеялась, что я посчитал день удачным. А после обеда произошёл прорыв, до этого Дашка, наверное, ещё не доверяла мне. А вот как я её поднял, она доверчиво обняла меня за шею и стала рассказывать о своих горестях. Так мы и шли назад. Она устроилась у меня на шее и трещала без умолку.

Две недели пролетели как один день. Когда Маргарита Ильинична поправилась, то я с утра приходил к ним домой. Забирал Дашку и мы шли гулять. А вечером мы встречали маму возле работы. Меня даже познакомили с Аркадием.

Молодой мужчина лет тридцати, на первый раз он был заметно скован. А потом мы нашли общую тему, творчество Владимира Семёновича. Аркадий не только знал все тексты его песен, но и пел. А когда узнал, что я тоже неравнодушен к гитаре, пообещал на следующий раз притащить её.