Дар Зевса

Общим решением решили выждать неделю, чтобы выработать наши действия и возможные последствия. Переходить одному мне запретили, в этой обстановке могут просто случайно пристрелить. Поэтому пришлось прислушаться к голосу разума. Со мной пойдёт Миша, как человек с опытом в различных ситуациях и Игорь. Этот парень нам нужен ради своих выдающихся кондиций. Высокий, с атлетичной фигурой. Спецназовцем он, конечно, не был, но стрелять из разных стволов умел. С собой взяли автоматы с приличным боезапасом, а я ещё прихватил все местные, золотые монеты. Ну а чем там расплачиваться? Наверняка бумажки с изображениями президентов и городов не имеют хождения.

Перешли обыденно, заселились в наш дом. Пока мужики вставляли стекло и приводили всё в порядок, я решил проведать местную власть. Мэра города видел несколько раз и даже знаю его дом, не далеко от меня, кстати.

Тотмянин Игорь Николаевич, довольно молодой для этой должности, светловолосый мужчина, сейчас не напоминал того важного чиновника. Одетый в джинсовый костюм, взъерошенный и потерянный, вот каким он стал сейчас.

Подошёл к зданию администрации, у входа с десяток машин, и толпа местных мужиков. Меня тормознули у входа, проверили и разрешили зайти в здание. А там было столпотворение, накурено, народ хаотично перемещался по комнатам, но в основном все стекались к залу для заседаний.

Я же пытался понять, что происходит. С помощью соседей выяснил, что в связи с произошедшим, миниатюрный городок в три тысячи человек превратился в эмиграционный центр. Не меньше пятнадцати – двадцати тысяч человек прибыло за последнее время. Кто-то приехал к родственникам, а основная масса просто убегает от последствий поражения боеголовкой с ядерной начинкой. В Кирове жить невозможно, кроме радиации, сан эпидемиологическая обстановка желает лучшего. Неубранные трупы людей и животных, разрушенная канализация и перебои с подачей воды сделали город непригодным для проживания. Да ещё появились мародёры и просто любители побеспредельничать.

Поэтому люди едут в поселения, более-менее безопасные для проживания. Вот и сейчас народ шумит, приезжие требуют элементарных вещей, возможности помыться и поесть, переждать тяжёлое время. А местные, соответственно, возмущаются причинёнными им неудобствами. Сразу вспомнили про понаехавших городских, те, в свою очередь про куркулей, думающих только о своих поросятах.

У меня мгновенно вспыхнула мысль, а что, если поискать нужных нам людей. Ну, у кого руки из правильного места растут. После изучения обстановки, определил несколько человек из беженцев, которые пытались как-то регулировать ситуацию. На них я и вышел.

Представился представителем общины, живущей в местечке вдали от этих ужасов. Ко мне отнеслись несколько скептически, но, видимо, вариантов у них было не так много. Потому что меня не попросили сразу вон, а даже согласились встретиться попозже.

Местный мэр явно не справляется с ситуацией. Галдёж в зале и полное отсутствие поисков выхода из положения.

На следующий день, мы втроём подошли к стихийному лагерю беженцев. Они уже начали как-то обстраиваться. Палатки, шалаши – бедные люди, на улице холодно, снега ещё нет, но температура чуть выше нуля. Помочь им особо нечем, мы сами тут без запасов еды и одежды.

Весь день прошлялись по территории. Знакомились с людьми, пытались быстро определять нужных нам. А это оказалось очень трудным мероприятием. Одинокие женщины с детьми, молодые пары. Подходили, представлялись, потом на нас вышли крепкие мужики и предложили выступить перед людьми.

На такое я не рассчитывал, куда нам такая прорва людей.

Но выбора не оставили. Пришлось говорить мне. Рассказал о ситуации без подробностей, что экология у нас в порядке. Но находимся мы в глубинке, цивилизацией не пахнет. Для желающих присоединиться, завтра мы вернёмся.

В общем народ к нам отнёсся скептически, ещё одни аферисты или сектанты, а может и того хуже – извращенцы. Поэтому на следующий день мы не удивились, что пришло только несколько десятков человек. Отошли в сторонку, на вопросы отвечали мы с Михаилом. Когда поток вопросов иссяк, выступил уже я:

– А теперь, если вопросов больше нет, наша очередь. Вы же не думаете, что мы возьмём всех желающих. Наша община приютит только нужных ей, поэтому просьба подходить к нам по одному.

Я записывал данные людей, приглянувшихся нам. Отбирали специалистов, кто умеет работать руками. Конечно, врачи и учителя, куда без них, присматривались к тем, кто имеет отношение к силовым структурам. Но самое главное, это первое впечатление от человека.

Через два часа у нас был список из семнадцати позиций. Этих людей мы попросили остаться. Поговорили более предметно, ещё двое отсеялись. Оставшимся я предложил переехать на мою базу. Она, пока стояла нетронутая, но это ненадолго, займут конечно, если не там обозначить своё присутствие.

Теперь надо узнать, как в посёлке с продуктами. А вот с этим делом совсем швах. Для себя, конечно, еда у местных есть, а вот на продажу ничего. С большим трудом, за золото, купил несколько мешков крупы и пару ящиков мясных консервов. К вечеру все мои перебрались на базу. Слава богу, там остались кровати и мебель, так что расположились они с комфортом. У большинства имелись с собой одеяла и тёплая одежда. Я тоже подкинул им, ну не замерзать же. Оставшиеся буржуйки работали во всю, но все равно в комнатах было холодно, тепло уходило через щели в оконных проёмах.

Оставив народ на Мишу, я вернулся домой. Введя наших в курс дела, взбаламутил всех. Пока река на замёрзла, нужно забрасывать к дальнему порталу необходимое для строительства. Мы решили именно там строить новый посёлок для вновь прибывших.

А поэтому начали готовить баржу, грузили еду, доски, железо и всё, что понадобится на первое время. Через пять дней, уже на новом месте начались первые строительные работы под руководством нашей технической службы. Не мудрствуя, будем строить привычные срубы. У нас есть опытные плотники и помощники. Надо построить хотя бы пять домов на первое время. А там пусть сами расширяются.

Я мотался между порталами, решал вопросы логистики. Как нам нужна прямая дорога между Арбажем и Яранском. С приходом зимы хоть по льду можно добираться, а сейчас беда прямо.

В последний мой переход дома ждали гости. Приехал Олег, Семён и ещё один вояка, судя по поведению.

Приехали они на УАЗе "Хантер" ещё накануне. Серьёзно вооружены, все с автоматами и ещё пулемёт ПК в машине. Что интересно, на бортах машины видны не заделанные пробоины.

Вечером, после бани и ужина, перешли к нашим делам.

Первым начал Олег, он рассказал, что несколько его бывших боевых товарищей с семьями, с наступлением смутных времён, прихватизировали склад мобрезерва в глухом месте. Там и отсиживаются пока. Но они понимают, что на консервах долго не проживёшь. Да и желающие пощипать их уже нашлись, пока отбились, но это были первые ласточки.

– Вот, Виктор, сейчас думаем, куда податься. Мы не с пустыми руками, есть обмундирование, оружие с боезапасом. Ещё консервы всякие. А вот с лекарствами беда. Поэтому решили прибиться к людям. Как ты на это смотришь?

– Пока никак, надо с нашими поговорить. Скажи, Олег, сколько человек у вас точно и какие специальности у них.

Олег, будто готовился, вынул из кармана листик бумаги.

Так, двадцать семь вояк, званием от майора до прапорщика. И ещё пять десятков гражданских, а вот тут не так уж и плохо. Есть строители, технари и гуманитарии.

– Ребят, я вот что думаю. Посёлок у нас небольшой, но быстро растёт. А тут приезжаете вы, все такие из себя, крутые. А там простые пахари и охотники. Что помешает захватить власть и крутить как вам нужно?

– Это первый вопрос, который мне зададут наши.

В первый в раз разговор вмешался Семён, мой бывший учитель по стрельбе:

– Ну, на первый взгляд, ваши опасения понятны. Но ведь мы едем с семьями в чужие края, не знаем там ничего. Зачем нам этот геморрой.

– Хорошо, я понял, передам наш разговор. Побудьте тут у нас несколько дней, пока я свяжусь с нашими.

Так у нас стала вырисовываться какая-то схема. Если в Арбаже, на моей базе и Яранске разместить своих людей. А на той Земле отстроить посёлок для прибывающих, то мы сможем создать какой-то симбиоз двух миров. Но для этого надо здесь оборудовать укреплённые базы. Но как убедить этих вояк, остаться здесь и защищать нас с этой стороны.

А никак, только если показать морковку. Поэтому надо сводить их на ту сторону. Миша с Игорем меня поддержали.

Поэтому с утра я начал второй раунд переговоров.

– Ребята, мы решили так. Покажем вам наши места, а там вы определитесь. Возьму с собой двоих. Третий остаётся здесь.

Так, что через два часа мы перешли портал. Конечно, риск есть, но надеюсь благоразумие возьмёт вверх. Все были вооружены, при переходе, разумеется, они отключились. Очнувшись, схватились за оружие, которое я предварительно разрядил. На всякий случай.

– Ну и что это значит, – тяжело глядя на меня спросил Семён.

– Это значит, что мы на месте. Оглядитесь, ничего странного не замечаете.

Через несколько минут мне пришлось давать объяснения.

– Мужики, это прошлое Земли, здесь сейчас раннее средневековье. Где-то тысячный год. У нас тут поселение, так что – прошу пожаловать.

Только после того, как я вернул магазины с патронами, мне поверили. Дома были через полчаса. Первое время ребята растерянно смотрели на окружающее. А уж наш спецназ их поразил своими мечами и кольчугами. Добил, наверное, Никандр, подошедший ко мне и отдавший честь по своим обычаям, стукнув себя по груди. Молодец, прочувствовал ситуацию, отрапортовал по-своему, ну типа "Аве Цезарь"

А уже после ужина, разглядывая звёздное небо, без присутствия огоньков спутников или самолётов, они убедились окончательно .

Затем говорили об наших планах, Семён предложил свои идеи. Они переводят семьи сюда, а с той стороны будут дежурить по очереди, вахтовым методом.

– Только, Виктор, нас мало. Нужно поискать на обе базы ещё парней с семьями. Думаю, желающие найдутся.

В течение следующего дня разработали план на ближайшее время.

Вернулись через два дня, кроме Олега с Семёном, я взял Валю. Она мне поможет с женщинами. Наши вояки сразу завели УАЗ и выехали.

Миша рассказал вечером, что оба дня, что нас не было, подходили люди на базу, задавали вопросы. А ещё подскочили какие-то шустрые ребята, постреляли и получив ответку, умотали. У местных тоже оружия хватает, охотничье всегда, в каждом доме было, а сейчас и посерьёзнее найдётся.

Валю я отвёл на нашу базу. Там народ потихоньку обживается, только жалуются на отсутствие горячей воды. Ну, это мы решим. Будем прогонять народ через баньку. За пару дней всех помоем.

Здесь у нас пятнадцать семей, а это сорок семь человек, есть маленькие дети и пожилые люди. За пару дней удалось организовать их, выбрав старшего. Им оказался бывший главный инженер большого ремонтного завода, Пархоменко Игорь Ильич. Немолодой, но очень даже бодрый ещё мужчина. Молчун, но завоевал авторитет среди случайных попутчиков. Когда его кандидатуру поддержали, не обрадовался, но принял. Сразу стал меня дёргать вопросами о будущем и настоящем. Вопросы питания и обогрева, лекарств и горючего для машин.

– Игорь Ильич, планируйте пробыть здесь максимум месяц. Потом перевезём вас дальше. Продуктами мы занимаемся, по теплу – предлагаю вам объединиться в несколько комнат, пусть тесно. Зато не промёрзните.

А сам я мотался по городку, выискивая, что чем можно поживиться. Меня интересовали строительные склады, где оставалось масса всего интересного – рубероида, арматуры и шифера. А также цемент и силикатный кирпич, да много чего. А вот за это просили лекарства и оружие с патронами. Я предварительно договорился об обмене.

Строительство посёлка на дальнем портале заканчивается, дома стоят. Степаныч со своими налаживает печки. Можно переводить людей.

Но тут к нам в посёлок въехала военная колонна. Десяток УРАЛов, туристический автобус под охраной двух БТРов и БМПэшки. Ну и несколько легковушек, из одной вышел Олег и помахал нам рукой. Я, как мог, успокоил местных. Ну типа брат приехал погостить. Караван направил на базу. Сразу всё зашумело и закрутилось. Пришлось легковушки выгнать за забор, чтобы загнать грузовики.

– Ну, Витя, мы и приехали, как договаривались, давай командуй куда нам.

Разгружаться не стали. Людей определили в свободные комнаты, забили все помещения, но поместились. А у меня дома устроили мозговой штурм.

Задача, перевести семьи на ту сторону, с ними мужиков, умеющих работать руками. На опорных пунктах в Арбаже и Яранске остаётся боевая техника и часть людей. Решили, что пока хватит по десятку человек. На дальний портал отправляем БТР, БМП, и часть автотехники. Здесь остаётся БТР и десяток бойцов. Списки людей и кого – куда мы составили, поэтому на следующий день выехали в сторону Яранска. Все отобранные мной ранее и часть приехавших вчера. Колонна получилась солидная. Через полтора часа проехали по объездной дороге городок и направились к порталу. Здесь и будет опорный пункт. Нужно оборудовать его по возможности. Для этого наняли в Яранске два бульдозера. Они за несколько дней окопали периметр, прорыли щели и капониры с круговыми секторами обстрела на высотке для БТРа и БМП. Также вырыли ямы под фундамент для будущих блиндажей. На складе леса за один АК сторож открыл нам ворота, и мы загрузились досками и брусом для базы. Заодно набрали метизов нужных нам.

А вот у строителей пришлось раскошелиться. Отдали три АКМа с цинком пятёрки за две машины стройматериалов.

Детей и взрослых я переводил, согласно списку. На той стороне их приняли, дали очухаться. Охотники подготовились, набили дичи и сейчас в двух домах готовилась еда. Распределили народ, знакомиться будем позже. Старшим так и остался Игорь Ильич. Теперь нужно забрасывать сюда материалы и строить улицу, согласно утверждённому генплану. Степаныч наладил отношения с бывшим главным инженером, и я спокоен за ситуацию. А вот, что на той стороне делается?

А там начались непонятки с местными. Подъехали мужики – погутарить. Кто-такие и всё такое. А мои вояки ребята крутые, в общем повздорили. Пришлось ехать мне с Семёном и ещё парой ребят на стрелку. Главой администрации оказалась женщина, Глушкова Алёна Александровна. Молодая ещё женщина, бывший фельдшер, всего два года в должности. Но справляется получше своего коллеги из Арбажа. В городке не заметно паники, хотя населения в разы больше нашего. До катастрофы было шестнадцать тысяч жителей плюс приезжие. Мне удалось убедить женщину, что мы просто поставили перевалочную базу здесь и хотим взаимодействовать с местными властями. В наших планах помочь по возможности оружием и обучением местной самообороны, а они нам закрывают проблемы с продуктами и стройматериалами. На такой позитивной ноте мы и расстались.

Семён передал мне список привезённого им, они вывезли очень многое. Главное – это всё оружие и патроны. Стрелковое оружие, включая пулемёты. Целая машина с тремя 82-мм миномётами "Поднос" и минами, в ней же взрывчатка. Много обмундирования и обуви. Армейские палатки и прочая утварь. Две машины гружены консервами, мешками с сахаром, крупами, ящики с мылом.

В общем не с пустыми руками.

– Вить, мы вывезли там всё. Здесь только треть, остальное перепрятали в надёжном месте. Нужно будет забрать, – я кивнул, прижимистые хлопцы.

На этом месте пробыли неделю, оставили гарнизон. Старшим – старлей Бредихин Николай. Имеет опыт боевых действиях. С ним я съездил к главе администрации, договорились о графике обучения ополчения. Мы отдали два пулемёта и полтора десятков автоматов АК – 74 и АКС-74. К ним несколько цинков с патронами. Прямо от сердца оторвали. Но если городок подомнут под себя какие-нибудь нехристи, то накроется наша база там. Кстати, в этом городе сохранилась старинная Троицкая церковь, красивейший комплекс зданий. А также собор Успения Пресвятой богородицы и Благовещенский храм. Боевые машины оставили здесь, на этой же территории остались легковушки перешедших людей. Мы же рванули обратно, в машинах ехали по одному водителю и по двое в передней и замыкающей. Я, как раз и ехал в последней, когда поднялась стрельба. Колонна, практически не снижая скорость проехала мимо понтового бумера, разгоревшегося чадным огнём. По рации нам передали, что какие-то чудилы решили остановить нас. Ну и получили очередь из пулемёта.

В Арбаже складывается обстановка не так легко. Администрация не смогла взять всё в свои руки. Стихийно организовались несколько группировок из местных и приезжих. Вчера была перестрелка, к нам не суются, внушает мощная морда нашего БТРа и охрана с автоматами.

И ещё нас нашёлся особист – Толик, круглолицый и невысокий колобок. Вернее – он Талгат, татарин по национальности. Именно его с ещё двумя хлопцами Семён отправил на разведку. Ночью те вернулись.

Ну что сказать, ситуация невесёлая. Среди приезжих появились ушлые ребята с оружием. Несколько десятков полицаев и вояк с семьями. Они решили, что пришло их время. За неделю подгребли под себя приезжих, кого уговорили, а кого-то припугнули и заставили. Но, в общем, они смогли организоваться в некую общину. Их лозунг – забрать и поделить. А так как сопротивляться им открыто не кому, то они и начали буреть. Вроде и идея неплохая – наладить жизнь людям. Но они быстро забрали несколько участков в промзоне Арбажа, местные боятся высунутся, а приезжих построили. Начали гонять на работы за кусок хлеба. Оно может и правильно, но грабить и насиловать – это уже беспредел. А вчера эти ухари загасили попытку ухода большей части приезжих. Зачинщиков восстания расстреляли, остальных загнали обратно.

Вот, сейчас мы сидим и планируем операцию по возвращению законной власти. Свежевыросшие бандюки обосновались на территории текстильной фабрики "Рассвет". Трёхэтажное небольшое здание. Штурмовать ночью не решились. Народ вперемешку, можно много невинных положить. Поэтому наши вояки спланировали операцию на утро. А ночью подогнали БТР с выключенными ходовыми огнями к соседнему участку и замаскировали как смогли. Под утро ребята заняли позиции вокруг здания. Меня не пустили, рассказываю с чужих слов. Пару снайперов и пулемёт на высотке.

Утром, после восьми часов началось оживление. Бандюки стали выгонять народ на работы, сами занимались охраной и мародёркой. Несколько наших под шумок внедрились в толпу и по сигналу начали бузу. Возмущённые крики из толпы упали на благодатную почву, люди начали шуметь. Из здания администрации фабрики подтянулись вражеские бойцы и начали угрожать оружием. Именно в этот момент БТР проломил хлипкое ограждение из сетки и въехал на территорию фабрики, поведя башней он открыл огонь из спаренного пулемёта ПКТМ в упор. С тылу тоже захлопали одиночные выстрелы. Пол минут и остался только фарш из бывших людей. Дальше зачистка, сбор оружия и прочего. На мой взгляд чересчур радикально мы решили вопрос. Но мне ответили, что подобных бандитских поселений уже много и бороться с этим можно только так. Я подтянулся позже. Люди испуганы, по городку разбросаны несколько тысяч беженцев, а организовывать их некому.

Ну не нам же этим заниматься. Не угадал, именно нам. Иначе будет повторение случившегося. Нашли хозяйственника согласившегося взяться за наведение порядка. Молодой мужчина, с оригинальным татарским именем Рашид, на вид вполне вменяем. К нему в помощь выбрали еще десяток человек. Кто-то будет отвечать за снабжение и мародёрку – очень важное направление сейчас, кто-то за продукты и ГСМ. Важны врачи и строители. Зима, вот-вот снег пойдёт, а люди живут в палатках или холодных зданиях. Несколько дней ответственные собирали информацию о том, что же у них есть. Единственная котельная города пока ещё работает, но нужно думать о подвозе топлива. А также об отключении лишних потребителей. Учитывая, что власть самоустранилась, мы привлекли местных специалистов к решению общих проблем. С углём и мазутом для котельной не всё просто, зато есть разработки торфяника, тоже подходящего под наши нужды.

А Семён уговаривает меня, что сейчас каждая минута важна. И надо им срочно выезжать за оставшимся имуществом. Для этого перевёл суда большинство Мишиных ребят. Зато мы смогли сформировать приличную колонну. БТР остался у нас, уж больно прожорлив этот мастодонт. УРАЛы тоже не прокормишь – 35 литров соляры на 100 км, но всё-таки. Пришлось мне отдать, скрипя сердце, свой КАМАЗ с краном. Ребята выехали с утра, в каждой машине водитель и сопровождающий. В авангарде и замыкающим ехали наши легковушки, в них пулемётчики, я видел также и гранатомёты в тубах.

Обещали вернуться через два дня. А у нас в посёлке начался бум строительства. Новый глава города Рашид (старый кстати вошёл в его команду, ну бывает, не умеет руководить в кризисное время) развернулся. Вывел тяжёлую технику за город, возводить укрепления. Сам городок неплохо защищён природой. С запада большое озеро Шуван, на юге и северо-востоке леса. Три дороги ведут в город, объехать по просёлку не очень-то получится – болотистые здесь места. Вот бульдозеры сгребают землю, строя защитные рвы. Свободными останутся только дороги с пропускными пунктами на них.

Новая администрация конфисковала всю тяжёлую и грузовую технику, склады, включая ГСМ взяли под контроль. Несколько городских автоцистерн ушли в поиск за горючкой в сопровождении охраны.

А я очень соскучился по своим женщинам и детям. Всё на бегу. Дочь вообще не узнаю среди других детей.

Семён вернулся через три дня, – все люди живы, машины и груз цел, пришлось пострелять немного, – это весь его комментарий. Разгрузившись, отдохнув ночь, они опять собрались в рейс. Назад они вернулись быстро, через день. Сзади тащился грузовик, тянущий платформу с танком Т-72. Порадовал так же наливняк с солярой.

На мой вопрос последовал ответ, – подарили.

Позже мы наш танк вкопали в своём секторе ответственности. Да, из-за расположения базы – нам выделили западную, ближнюю к нам, дорогу из города. Поэтому мы участвовали в сооружении блокпоста на ней с последующим несением дежурств.

А пока я организовал всей бригаде помывку и баню. Потом сидели у нас дома, мы с Мишкой за хозяев. И шесть человек командного состава наших вооружённых сил, остальных отправили отдыхать. В честь успешного выполнения задуманного я выставил бутыль с нашим фирменным самогоном от Степаныча. Чудо, как хорош. Получше элитных сортов виски будет. А разнообразные настойки какие получаются, мечта. Заедали кабанятинкой оттуда, немного жестковата, но народ даже не заметил её дикое происхождение. Когда хлопнули по третьей стопке, народ расслабился и начались разговоры за жизнь.

Из присутствующих – старший сейчас Геннадий, майор, бывший начштаб полка. Он у них за командира. Мой старый знакомый – капитан Сеня, главстрелок и на его совести состояние стрелкового вооружения.

Круглолицый Толик тоже в капитанском звании – наш особист, и старлей Саша- разведка, симпатичный, жгучий брюнет.

Дима, невысокий очкарик, летёха – скромный парнишка, наш маркони и спец по электронике. И последний – Игорь, тот самый прапор, что продал мне защитные, новейшие каски "Ратник". Под сороковник, плотный и очень подвижный. Игорь – десантура, о чём говорит тельняшка, с которой он не расстаётся.

И именно Игорь, после очередного тоста, вдруг начал объяснять нам с Михаилом несправедливость жизни:

– Вить, вот смотри с чего всё началось. Вначале они, – и крепыш показал пальцем в потолок, – навязывали всем свои комплексы. Чернокожий значит не чёрный, это тёмно-шоколадный белый. И почему-то весь мир должен этим потомкам африканских негров. Потом нам доказывали, что геи – это замечательно и не стоит этого боятся. Дальше хуже, смена пола в детском возрасте – пожалуйста, вплоть до того, что некоторые страны не вписывают в документы пол у новорожденных, типа – вырастут, сами определятся, кем стать. Ну не бред, а?

И почему-то жертвой для откровений был выбран я. Тогда пришлось выйти под благовидным предлогом, принести солений и удар принял Миша.

Когда через пятнадцать минут я вернулся, народ хлопнул ещё по рюмахе и разошёлся.

– Нет, Игорёк, – это уже Семён встрял.

– Это началось намного раньше, когда девяносто первом, три дятла во главе с Борькой-алкоголиком развалили страну. Ну пойми ты, англичане семь лет уходили с Евросоюза, делили квоты на рыбную ловлю и таможенные сборы. А тут огромная страна и за один вечер – бац и нету, – при этом Сеня крепко в сердцах хлопнул по столу.

– Вот где корень бед, надо было тщательно разбираться с территориальными спорами, а они были и остались. И делить не только армию.

Спор затянулся, мы с Мишкой вообще многих вещей не знали и видимо это только подстегнуло ребят на откровения. За вечер такого понаслушались, о причинах войны и ошибках руководства. Точку поставил наш командир Геннадий. Мужику под полтинник, седой уже весь, но подтянутый.