Море, поющее о вечности

Мальчик только вздохнул. Глядя на него, царь смягчился:

– В другое время я бы не стал тебя распекать: детям свойственно быть легкими на слова и поступки. Но до праздника осталось совсем мало времени. Раз уж ты сегодня не утруждаешь голову, мог бы и поупражняться всем телом, помимо живота, – он потрепал сына по плечу.

Поняв, что родитель не слишком сердится, мальчик улыбнулся:

– Я обязательно найду на это время. Извини.

– Ну ладно, – властелин Иолка кивнул, а затем обвел взглядом убранство дворца. – Кажется, мы как следует подготовились к празднику. Осталось дождаться гостей…

– Ты так беспокоишься об этом, что и я начинаю немного переживать.

– Конечно. Игры проводятся в Иолке лишь дважды в десятилетие! Во многом благодаря им наш город остается на слуху. В такие дни на мне лежит большая ответственность… Когда-нибудь ты и сам ощутишь ее.

Ясон хорошо это знал. Старшие рассказывали ему, что в дни праздника всегда оживлялась торговля, а в город стекалось множество людей из разных царств. Всю эту ораву, от царей до сельчан, требовалось кормить, поить и где-то размещать. В обмен на соответствующую плату, конечно.

За считанные дни Иолк обогащался на пару лет вперед. Но если традиции гостеприимства будут однажды нарушены, люди впредь сюда не поедут. Для местных жителей это станет значительным ударом.

Кроме того, праздничные игры изначально имели глубокий смысл. Все знали старое предание: когда Эол, сын великого Эллина, скитался по земле, ему в громе и молниях явилась Афина. Мудрая дочь Зевса указала Эолу место, где следует заложить процветающий город, а затем повелела каждые пять лет устраивать игры в ее честь. И в честь Аполлона, который тоже пообещал городу свое заступничество. Покуда Иолк соблюдает требование Афины, ему не грозят бедствия.

Хотя Хирон говорил Ясону, что это всего лишь легенда, многие обитатели города чтили совоокую богиню и верили, что она продолжает покровительствовать их городу. Потому к играм здесь относились с серьезностью и почтением.

– Раз уж ты здесь, выполни одно дело! – Эсон слегка повысил голос, чтобы отвлечь сына от мыслей. – Пелий сейчас должен быть на рынке. Он собирался проследить за покупкой свежих овощей и оливкового масла. Будь добр, сбегай и скажи, чтобы он незамедлительно пришел ко мне. У нас новые проблемы с поставками, а мало кто умеет решать подобные вопросы лучше Пелия.

– Мне еще у Хирона сегодня заниматься, отец.

– Ничего, не пешком же идти. Повозка доставит тебя к учителю и заберет обратно.

Увидев на лице сына кислое выражение, царь поднял брови:

– Что не так?

– Неохота идти к дяде Пелию. Он не особенно меня любит, – заметил Ясон, решив не утаивать своих мыслей.

– Глупости. Ты же его племянник, а своих детей у него нет. Разве он когда-нибудь бывал с тобой груб?

– Нет, но… – мальчик запнулся, подбирая нужные слова. – Я часто замечаю, что он странно на меня смотрит. И когда мы разговариваем, кажется, будто дяде тяжело сдержать нетерпение. Как будто он хочет от меня поскорее отделаться.

– Это лишь твои догадки, Ясон. Я никогда не замечал ничего такого за братом. Не забывай, что он занятой человек, поэтому тебе могло показаться, что он куда-то спешит или раздражен.

– Ему просто я не нравлюсь, вот и все. Завидует, наверное, что не он будет править городом.

– Ясон, послушай! – его отец вновь нахмурился. – Что бы ты себе ни вообразил, однажды тебе предстоит уживаться с разными людьми. Одни будут тобой восхищаться, другие – бояться, а третьи ненавидеть. Если ты решил, что между тобой и Пелием есть разлад, подумай, как можно это изменить. Именно так поступают правители. И вообще, я подозреваю, что ты все это сейчас придумал, чтобы побездельничать!

– Да ничего я не… Ладно, пойду искать дядю, – буркнул мальчик. Царь Иолка явно был не расположен выслушивать жалобы.

***

Первая галера прибыла к вечеру. Сумерки начали сгущаться над морем и землей, однако в воздухе еще царила жара. Ведомое умелым рулевым, судно уверенно вошло в Пагассийский залив. И уже совсем скоро на берег сошли загорелые стройные люди – все родом с Итаки.

Среди них выделялся хорошо одетый подросток со скучающим лицом. Он смотрел по сторонам без особого интереса.

На побережье уже ждали гостей. Был здесь и царь Эсон, предвкушающий встречу со своим старым другом. Когда он окинул взглядом итакийцев, в его глазах мелькнуло разочарование, которое владыка Иолка стоически постарался скрыть.

Прежде чем кто-то начал говорить, подросток поднял руку в приветственном жесте, который безошибочно был предназначен для царя. Новоприбывший явно был осведомлен о том, к кому здесь следует обращаться.

– Приветствую тебя, Эсон, правитель Иолка! Приятно видеть, что нас встречают столь знатные люди. Я Одиссей, сын царя Итаки. Отец шлет тебе привет и сожалеет, что не может сам присутствовать на празднике.

– Сын Лаэрта! – Эсон шагнул вперед, распахнув объятия, и заключил в них Одиссея.

Ясон, его собственный ребенок, стоял позади. Он успел заметить тень неудовольствия, промелькнувшую на лице итакийца… и рассердился.

«Что мнит о себе этот царевич? Его Итака – всего лишь мелкий островок. Незачем вести себя так, словно сам Атрей у него ходит в родичах!»

К счастью, Эсон ничего не увидел. Отступив на шаг, он залюбовался лицом юного Одиссея и сказал:

– Действительно… Теперь я вижу, что ты похож на Лаэрта. Но отчего он не приехал в Иолк, когда его здесь так ждали?

– Отца подвело здоровье. Неудачно упал с лошади и сломал три ребра… С ним уже все в порядке, – поспешно добавил молодой Одиссей, глядя снизу вверх на царя Иолка, – но покидать покои своего дворца он пока не может.

– Как печально, – Эсон вздохнул и перевел взгляд на остальных итакийцев. – Я так надеялся увидеть старого приятеля! Однако он наверняка прислал достойных людей для участия в играх?

– Это так. В моей команде есть и борцы, и бегуны, и метатели копья. Уверен, мы добудем пару трофеев, – Одиссей позволил себе короткий смешок. Эсон улыбнулся в ответ и похлопал его по спине:

– А ты сам будешь соревноваться с молодежью, сын Лаэрта? Кажется, у тебя хорошее сложение для твоего возраста.

– Да, отец настаивал на этом, – по неведомой причине веселье покинуло лицо Одиссея. – И вот я здесь, в Иолке. Выполняю родительскую волю.

– Что ж, позволь в таком случае представить тебе моего сына. Ясон, подойди.

Мальчик приблизился на пару шагов и встал прямо напротив Одиссея. Повинуясь указанию отца, он протянул руку. Гость неожиданно крепко пожал ее.

Разглядывая итакийца близи, Ясон отметил, что тот выглядит сильным, но не имеет преимущества в росте. Пройдет год-другой, и он наверняка на голову переплюнет этого надменного выскочку…

Скучающее выражение в глазах Одиссея раздражало. И Ясон уже догадывался, почему его это так беспокоило.

До недавнего времени он ожидал, что другие царские отпрыски окажутся скучными и малоприятными, но принимал это как должное. Однако обида Аталанты и разговор с Хироном повлияли на взгляды Ясона. Он вдруг осознал, что и сам нередко вел себя точно так же, как этот недовольный юнец, смотрящий на всех свысока. Царевич Иолка будто опустил лицо над водной гладью, разглядывая в ней собственное отражение, и оно ему не понравилось.

Мальчику захотелось сделать сразу несколько вещей.

Во-первых, обратить пристальное внимание на то, как он сам разговаривает с людьми. Во-вторых, сбегать к Аталанте и извиниться.

И дать, наконец, по роже этому итакийцу.

Последнее казалось особенно приятным… но было совершенно невозможным. Тем временем Одиссей увидел на лице Ясона замешательство и расценил его по-своему. На губах гостя мелькнула легкая улыбка превосходства, способная вывести из себя кого угодно. Ясону ничего не оставалось, кроме как стерпеть это. К счастью, никто не заметил молчаливого противостояния двух мальчиков.

Убедившись, что дети поздоровались друг с другом, царь Эсон жизнерадостно провозгласил:

– Слуги позаботятся о том, чтобы итакийскую команду разместили со всеми удобствами. А тебя, молодой Одиссей, я приглашаю к себе во дворец. Наверняка ты не откажешься от доброго ужина после долгой дороги?

– Это так, – отрок с Итаки благодарно кивнул. – Я не любитель качки на море в обществе грубых мужчин. С удовольствием оставлю моих людей на попечение Иолка и приму твое радушное приглашение, царь!

«Нет, ну как он разговаривает? Не мальчишка, а старый жрец какой-то!» – возмутился Ясон. Разумеется, ничего не сказав вслух.

Речи Одиссея казались высокопарными, а пренебрежительное отношение делало итакийца совсем несносным. Впрочем, царь Иолка, видимо, не обращал внимания на подобные вещи. Эсон призывно махнул рукой и вместе с Одиссеем неторопливо направился к городу.

Ясон повертел головой по сторонам – всем сейчас было не до него. Итакийские моряки принялись разгружать свою галеру и переговариваться. Некоторые уже шумно обсуждали что-то с оставшимися людьми из царского окружения. Небо совсем потемнело, лишь на горизонте еще виднелся розовый след от колесницы Гелиоса. Юный царевич оказался предоставлен самому себе. Хотя ранее его бы это полностью устроило, сейчас он неожиданно испытал огорчение.

«Праздник будет ужасным, если и остальные окажутся такими, как этот гадкий Одиссей…»

Впрочем, опасения Ясона не оправдались. Новые гости прибыли уже на следующее утро – и внесли веселую суматоху в жизнь Иолка.

***

– Эй, кто со мной наперегонки до вершины того холма? Похоже, там отличный вид! – громкий голос Кастора звенел на всю округу. Его брат мягко заметил:

– Ты и так бегаешь быстрее всех, мы еще вчера это выяснили. Зачем сейчас-то так напрягаться?

– Брось, Полидевк! Мне не помешает немного размяться… да и остальным тоже. А ты можешь пешком дойти, раз бежать не хочешь. Ну что, помчали? – мальчик обернулся к другим царским детям, и все как один поддержали его нестройным хором.

Улыбаясь чему-то, Полидевк досчитал до трех, и мальчишки рванулись наперегонки по тропинке, ведущей на вершину ближайшего холма.

Впереди мчался Кастор, один из братьев Диоскуров. Следом за ним бежал Нестор из Пилоса – хоть он был самым старшим, но значительно отставал от быстроногого спартанца. Ясон же и с Нестором не мог потягаться. Однако последним был все-таки не он, а светловолосый Меланион, самый младший из всех.

Полидевк вовсе не стал никуда бежать, а размеренной походкой направился следом. Вся его фигура и даже манера движений выдавали, что для бега этот мальчик не создан. Он был полнее и ниже своего брата. И пускай оба родились в один день, внешне они сильно различались.

Кастор легко взбежал на холм и победно вскинул вверх руку со сжатым кулаком. Следом, запыхавшись, поднялся и Нестор. Ясон притормозил уже на середине подъема, и Меланион сумел его обойти. В глазах царевича Иолка плясали разноцветные пятна, а икры гудели, когда он наконец забрался наверх.

«Обязательно начну бегать каждый день, а то стыдно уже», – дал он себе зарок, глядя на жизнерадостного, свежего Кастора, который сложил руки на груди и с довольным видом осматривал окрестности.

– Милый городок! Хорошо тут у вас, – наконец озвучил свое мнение старший из Диоскуров, глядя на раскинувшийся впереди Иолк.

– Немного напоминает родную Мегару, только вид лучше, – юный Меланион украдкой вытер пот со лба и с любопытством принялся рассматривать побережье. – Как называется этот залив? Вечно забываю названия…

– Пагассийский. Порт, который лежит перед тобой – Пагасса. А названия я тоже часто путаю, и мой наставник каждый раз негодует. Считает это очень важным!

Ответив Меланиону, Ясон улыбнулся. Ему отчего-то нравилось общаться с этими детьми, которые так разительно отличались от Одиссея. Хотелось показывать им город, вместе смеяться и участвовать в шалостях. Он вынужден был признаться самому себе, что с охотой подружился бы с ними…

Меланион был младшим сыном мегарского царя Ниса и братом Гиппомена. Этот симпатичный ребенок отличался неожиданной для своих лет рассудительностью и умел поддержать любой разговор. А еще он был в их компании самым низкорослым.

Нестор, сын царя Нелея, однажды должен был унаследовать трон города Пилоса. Он не мог похвастать особым красноречием, однако мастерски умел свистеть, стрелять из лука и шевелить ушами. По мальчишеским меркам это были стоящие таланты, поэтому даже тихий и осторожный Нестор сумел влиться в новую компанию.

Братья Кастор и Полидевк оказались единственными без прямой принадлежности к царскому роду. Диоскуры не являлись царевичами, однако находились в дальнем родстве со спартанским царем Тиндареем.

Кастор выделялся больше всех – крепкий, быстрый на словах и в деле, заметный в любом окружении. Он всегда был готов то вспылить, то вдруг разразиться хохотом. Полидевк же выглядел сонным увальнем, однако Ясон не спешил делать окончательные выводы насчет этого мальчика. Во-первых, запястья и плечи Полидевка казались ему намного более крепкими, чем собственные. А во-вторых, именно Полидевк мог усмирять несдержанного Кастора, как никто другой.

Понаблюдав какое-то время за братьями, Ясон заметил, что они удивительным образом дополняли друг друга. В такие моменты царевичу Иолка становилось немного завидно. Тогда он жалел, что является единственным ребенком в семье.

Решив подумать о чем-то другом, Ясон спросил стоящего рядом с ним Нестора:

– А порт Пилоса, наверное, побольше нашего будет?

– Ага, – перед ответом сын Нелея почесал пальцем кончик носа, что было его постоянной привычкой, – У нас с утра до ночи толпа народу, торговля кипит, постоянно появляются новые лодки и корабли. Шум, гам, вечный запах рыбы… Честно говоря, я не очень-то люблю море. Предпочитаю землю, поля и лошадей.

Сказав это, он улыбнулся с какой-то детской беспомощностью.

– Вот забавно, – хохотнул Кастор и дружелюбно похлопал Нестора по спине. – Может, нам поменяться? С удовольствием стану царем Пилоса. А мой братец взамен подгонит тебе пару лошадок, а?

– Ну нет. Предлагаю обменять весь Пилос на Кастора, он один заменит табун неуправляемых жеребцов. А править, так уж и быть, буду я! – ввернул Полидевк. Его брат забавно надул щеки, изображая негодование, а остальные рассмеялись.

– Это даже странно, вам не кажется? – вдруг негромко сказал Меланион.

– О чем ты? – обернулся к нему Ясон.

– Мы так легко сошлись за пару дней. Но пройдет немного времени, и нам уже придется соревноваться друг с другом. Чем ближе игры, тем больше меня это волнует.

– Эй, ты же не собираешься поддаваться? – подначил его Кастор. Меланион покачал головой:

– Вовсе нет. Просто не хочется, чтобы это испортило нашу новую дружбу. Если Нестор обыграет Ясона, а Кастор победит меня, сможем ли мы так же собираться и шутить, как сейчас?..

Мальчишки переглянулись, на их лицах отразилось замешательство. Ясон заглянул в серьезные глаза Меланиона и поразился тому, что самый младший из них поднял непростой вопрос, заставив всех разом присмиреть.

Однако во встречном взгляде юного мегарца он прочел что-то еще. Просьбу о поддержке?..

Ответ нашелся сам по себе, Ясон даже не успел обдумать свои следующие слова, а заговорил сразу и от всего сердца:

– Не нужно гадать, что будет дальше. Давайте просто порадуемся тому, что есть сейчас. Да, впереди нас ожидают состязания друг с другом, но каждый должен проявить себя как положено! Мы должны быть честными перед собой! А уж потом отметим завершение игр вкусной едой и купанием в заливе. Нечего переживать из-за того, на что мы не можем повлиять… Поэтому все должны как следует постараться.

Сказав это, сын Эсона увидел одобрение на лицах окружавших его мальчишек. Кастор согласно что-то пробурчал, Полидевк кивнул, а Меланион улыбнулся. Ясон мысленно поздравил себя с тем, что сумел подобрать нужный ответ для маленького мегарца.

У них с Меланионом определенно было что-то общее. Не испытывал ли этот мальчик те же чувства, что и царевич Иолка? Возможно, он тоже всячески старается сохранить то, что сумел обрести на днях, – привязанность к новым друзьям? Если это так, то Ясон его хорошо понимал. И сейчас испытывал к мегарцу почти братскую нежность – удивительное, незнакомое доселе ощущение, которое захватило царевича с головой.

– Все это прекрасно. Но, как по мне, самое время подумать о хорошем обеде, – внезапно заметил Полидевк. Его брат похлопал говорившего по животу:

– Ты же совсем недавно ел, обжора!

– Я больше тебя, мне нужно лучше кушать, – невозмутимо возразил мальчик.

Кастор закатил глаза:

– Ну что с тобой делать? Открывай сумку: все и так уже знают, зачем ты постоянно таскаешь ее с собой.

Полидевка не пришлось упрашивать: вскоре мальчики с аппетитом жевали сладкие лепешки, которые младший из Диоскуров предусмотрительно захватил на прогулку.

– Вам рассказывали про распорядок игр? – спросил Ясон товарищей. Кастор и Полидевк отрицательно покачали головами, а Нестор заметил:

– Все примерно знают, какими будут соревнования, но подробности пока неизвестны.

Меланион лишь хмыкнул, остальные повернулись к нему:

– А ты что, все разведал уже, мегарец?

– В первый день приезда, – улыбнулся светловолосый мальчик. – Интересно ведь… Да и подготовиться нужно как следует.

– Ну, тогда ты им и рассказывай, а я поем! – махнул рукой Ясон, откусывая большой кусок от своей лепешки. Меланион кивнул:

– Сначала соревнуются взрослые мужчины, а потом подростки от двенадцати до четырнадцати лет. В первый день – состязания в метании копья и беге на короткое расстояние. Еще будет стрельба из лука. На второй день намечена борьба на деревянных мечах и проверка силы. А затем – долгий забег вокруг города и соревнование пловцов в заливе.

Выпалив все это на одном дыхании, мальчик замолчал и принялся сосредоточенно жевать. Видя, что он не собирается говорить что-либо еще, Ясон проглотил еду и дополнил:

– Это не все. Чтобы все могли отдыхать, каждому участнику разрешено участвовать только в трех состязаниях. Причем они не должны проходить в один день! А на четвертые сутки будет охота за спрятанной наградой. Мужчины не участвуют – только младшие идут в лес небольшими отрядами.

– Особое состязание для нас? Звучит красиво. Хороший способ показать, что все мы будущие мужи и воины.

– Ага. Цель простая: найти укрытые в разных местах предметы и вернуться в Иолк первыми. А чтобы у всех были равные условия, в каждой команде обязательно должен быть один или даже двое местных ребят. В общем, должно быть здорово!

– Звучит неплохо.

– Да, в самом деле. Как думаете, мы сможем пойти все вместе?

– Ясон как раз из Иолка, он стал бы хорошим проводником.

– Бросьте, – услышав свое имя, мальчик махнул рукой. – Следопыт из меня пока не вышел. Адмет, мой ровесник, справится куда лучше – он часто ходит в лес. Повезет тем, в чьей команде он окажется. Хорошо бы в нашей!..

– С другой стороны, вряд ли это сильно изменит расклад, – заметил Нестор. – Не удивлюсь, если секреты будут запрятаны как следует. Так, чтобы задачу решил не тот, кто родился в Иолке и бывал в местных лесах, а самый умный и внимательный.

– Значит, это наверняка окажемся мы, если соберемся все вместе! – воскликнул Кастор. Поднялся одобрительный гомон – каждый соглашался с тем, что в последний день игр следует действовать сообща.

– Это возможно? – уточнил Полидевк, повернувшись к Ясону.

– Как знать… Вот что, воспользуюсь-ка я своим положением и попрошу об этом отца, – царевич сделал хитрое лицо. Все засмеялись:

– Молодец, Ясон!

– Так и надо сделать. Победа будет нашей!

Они смахнули с одежды крошки и принялись передавать по кругу бурдюк с водой. Тем временем сильный порыв ветра достиг вершины холма, взъерошив волосы приятелей. Оглядевшись, мальчики заметили, что уже начало темнеть. Солнце заходило, вечер быстро опускался на Иолк и окрестности.

– А давайте-ка уже пойдем по домам? – предложил Меланион, потирая плечи. – Прохладно становится.

Все согласились с мегарцем и принялись спускаться с холма. По пути Нестор справедливо заметил, что не помешает лечь раньше и хорошо выспаться, чтобы всерьез приступить завтра к упражнениям. Ведь до начала игр осталось всего лишь три дня.

Кастор и Полидевк разместились в доме одного из местных торговцев – дворец был переполнен знатными гостями, а Диоскуры не являлись наследниками ни одного царства, поэтому их поселили дальше прочих. Братья попрощались первыми и свернули в один из узких переулков.

Ясон, Нестор и Меланион продолжили путь вместе. Они трое, да еще Одиссей, имели право оставаться во дворце с наступлением темноты.

Когда они дошли до нужного места, плотные темно-серые сумерки уже окончательно захватили небо. Оказавшись в своей комнате, которую ему временно приходилось делить с Нестором, Ясон снял сандалии и босиком подошел к окну. Нестор же уселся на свою постель и принялся сосредоточенно рассматривать царапину на локте. Удовлетворенный осмотром, он окликнул товарища:

– Эй, Ясон, ты ложишься?

– Немного подожду… Ты отдыхай, я скоро.

Не говоря более ни слова, Нестор улегся и отвернулся к стене. Спустя некоторое время его дыхание стало ровным. А Ясон все смотрел в небо, которое на глазах утрачивало последние краски и становилось черным.

Где-то высоко тускло мерцала звезда – одинокая серебряная крупинка на полотне небосвода. Мальчик задумался: смотрит ли на нее сейчас Аталанта? Он укорял себя за то, что так и не нашел времени сходить к приятельнице. Новые друзья требовали внимания, с ними оказалось по-настоящему весело… Если бы не высокомерный и неприятный Одиссей, все было бы просто великолепно.

За его спиной громко всхрапнул Нестор, и Ясон отвлекся от мыслей. Пора было ложиться, если он в самом деле хочет устроить завтра хорошую тренировку. Раздевшись, царевич опустился на собственное ложе. Той ночью он спал крепко и без единого сновидения.