- -
- 100%
- +
– Я попробую что-то сделать с ним, – сказала Йец. – Его мать поможет мне. Остальные пусть просто не мешают.
Кешу поместили в палатке, которую установили в стороне от корабля: Йец сказала, что ей будет мешать шум. Она взяла небольшую овальную пластинку и приложила ее к телу подростка. Девушка медленно двигала пластинку, прислушиваясь к чему-то. Больной оставался без сознания.
– Ну как? – волновалась мать.
– Пока ничего нельзя сказать. Этот прибор сам сделает всё, что можно сделать. Подобная медицинская технология появится у вас на Земле только через несколько столетий. Если прибор включится, значит, половина дела сделана.
– А если нет?
– Тогда я бессильна. Возможно, мне понадобятся клетки вашего мозга. Я смогу взять их почти безболезненно.
Прибор зажужжал и включился. Пластинка приподнялась. Сейчас она напоминала многоногого паука, который быстро передвигал лапами. Сотни игл входили в тело больного, выдергивались за сотые доли секунды, кололи снова, впрыскивая новые и новые дозы спасительных лекарств. Робот-паук медленно полз, оставляя за собой широкий красный след вспухшей исколотой кожи. Робот поднялся до груди и присосался к шее.
– Я не могу на это смотреть, – тревожилась мать. – Как долго это продлится?
– Чем дольше, тем лучше. Сейчас он находит болезнь за болезнью и лечит всё, что может. Человеческие тела полны болезней. Так же, как ваши дома всё еще полны тараканов, а ваши леса – кровососущих насекомых. Вы пока не научились с этим справляться.
– А вы? – спросила мать.
– Мы редко болеем. Травмы, это бывает.
– Счастливые.
– Нет, – Йец криво улыбнулась. – Счастье совсем не в этом. Я бы согласилась жить в собачьей конуре, много работать и питаться отбросами. Я бы ни за что не сбежала сюда, если бы… Трудно объяснить.
– Почему мы не встречали вас в космосе?
– Наши интересы не пересекаются, – ответила Йец. – К счастью для вас. Обычно, если вы видите наш корабль, это последнее, что вы видите в жизни. Мы не оставляем свидетелей.
– Кто такие «мы»?
– «Мы»– это мой муж и все, кто ему служит.
– Муж? Это чудовище ваш муж?
– Не совсем, но это так называется. Я одна из многих. Обычно он использует своих жен несколько недель или месяцев, прежде чем убить. Потом покупает новых.
– Зачем?
– Так велит его закон. Он воин. Воин не должен быть привязан ни к чему. Подробностей я не знаю. Женщин в это не посвящают. Он никогда не ложится две ночи подряд с одной женщиной. Только в том случае, если жен остается совсем мало.
– А дети? Наследники?
– Зачем? Ему не нужны наследники. Он вечен. Он не стареет и восстанавливается после любой травмы. Его можно пропустить через мясорубку, а через несколько минут он снова будет целым. В его тело вложены сложные технологии, которые, к сожалению, утеряны тысячи лет назад. Его нельзя убить, не зная ключа. Но этого ключа не знает никто во Вселенной. Даже он сам.
– Игла в яйце, яйцо в утке, утка в зайце, а заяц в сундуке?
– Хуже. Возможно, еще остался сундук, заяц, утка и яйцо. Но иглы в яйце уже нет. Игла это код, информация. А информация не сохраняется, в отличие от материи. Поэтому он бессмертен.
Лечение продолжалось два дня. К концу второго дня паук отклеился от шеи и присосался к виску. Он заметно распух, словно высасывал из организма что-то лишнее. Поздно вечером второго дня Кеша открыл глаза. Но в глазах не было разума.
– Теперь он не умрет, – сказала Йец. – Но это только начало. У него отключена большая часть коры. Нужно поставить мозговой имплантат.
– Вы сможете это сделать?
– Проще, чем чихнуть. Сделаю, но не уверена, что получу именно то, что хочу.
– Что это значит?
– Хуже, чем сейчас, ему не будет. Но то, что я ему поставлю, не рассчитано на человеческий мозг. Может получиться так, что не всё будет работать правильно.
И мальчик будет ощущать что-то непонятное. Точнее не могу объяснить.
* * *Тем временем напряжение нарастало. Дважды пассажиры пытались поднять бунт, и дважды бунт захлебывался по той причине, что нельзя было заставить Капитана поднять «Гордый». Ни угрозы, ни посулы на него не действовали. Впрочем, бунты не отличались организованностью. Глозер в них вообще не участвовал. Главной движущей силой беспорядков была рыжая женщина. Она оказалась просто неутомимой подстрекательницей.
– Но я должен быть на шестьдесят восьмой! – возмущался Сергей. – Если я не попаду туда сегодня, я разорен!
– Ты никак не попадешь туда сегодня, – подзуживала рыжая, – даже если пристукнешь этого старика и поведешь корабль сам.
– Я не умею пилотировать корабль.
– Зато он умеет. – Рыжая имела в виду Денисова. – Вы бы справились вдвоем, а?
– Ты хочешь, чтобы меня посадили за убийство?
– Тогда свяжите его. Вы мужчины или нет?
– Хорошо, – согласился Сергей, – соедините меня с шестьдесят восьмой станцией. Я хочу с ними поговорить. Хотя бы это можно сделать?
– Я подумаю, – сказал Капитан.
Вечером он разрешил сеанс связи.
Некоторое время виртуальный экран был пуст. Широкое полупрозрачное полотно висело в воздухе, над самой травой, и деревья у дальнего края поляны просвечивались сквозь кипение золотых искр. Затем что-то щелкнуло, и появилась объемная картинка.
Никто не сказал ни слова. Люди смотрели на изуродованную станцию, на то, что от нее осталось. Свод потолка уцелел, остальное выглядело так, будто станция пережила извержение вулкана. Затем пошла другая передача, записанная заранее. Они увидели комнату, засыпанную чем-то, напоминающим металлический снег. Несколько трупов лежали у стен. Один на столе, и его тело было почти целым, если не считать нескольких рваных ран. Грузный бородатый мужчина очень высокого роста говорил в камеру:
– Я предупреждал тебя, мартышка, чтобы ты не брал ничего чужого. Но ты не послушался. Теперь я знаю, почему ты не взял золото. Скоро увидишь, что уйти от меня нельзя. И то, что ты у меня украл, тебе не поможет. Ты и представить не можешь, какая тебя ждет смерть.
На этом запись обрывалась.
Первой опомнилась рыжая женщина.
– Они убили Гурвица! – завопила она. – Они его убили, и всё из-за этой сучки!
Она бросилась к Йец, но та отшвырнула ее легким движением руки. Рыжая поднялась с травы.
– Ты! – обратилась она к охраннику. – Почему ты за меня не вступился? Ты должен меня охранять!
– Ты теперь никто, – ответил охранник.
– Всё случилось из-за вас, вы нас в это втянули, – сказал Сергей; он выглядел не таким уверенным, каким был пять минут назад. – Не надо было им помогать. Кто вас за руку тянул? Они убийцы! Они убили на станции целую кучу народа! Они убьют и нас! Может быть, они уже летят сюда!
– Стоп! – отозвался Капитан. – Хватит орать. Даже если они летят сюда, криками здесь не поможешь. Как он сказал? «Теперь я знаю, почему ты не взял золото». То есть он хочет сказать, что я взял с собой что-то более ценное, чем золото? О чем он? Может быть, ты объяснишь мне? – обратился Капитан к Йец.
– Он сказал еще кое-что, – заметил Глозер. – Он сказал: «то, что ты украл, тебе не поможет». Он же имел в виду не эту девочку. Девочка уж точно тебе никак не поможет. Он говорил о чем-то другом, правильно?
Йец молчала, глядя в землю.
– Ну? – спросил Капитан. – Так ты мне объяснишь, в чем дело?
– Объясню. Только наедине, – ответила Йец.
* * *Они оставили возмущенных и испуганных пассажиров и вошли в салон. Йец взяла сумку обеими руками и пристроила на стол перед собой. После короткой паузы глубоко вздохнула и села, так и не открыв сумочку. Капитан стоял, опираясь спиной на приборную панель.
– Я давно должна была это рассказать, – сказала Йец, – признаться вам. Но я боялась. Короче говоря, я не просто сбежала от них к вам. Я еще и захватила кое-что с собой. Вот так.
– Что? Ты захватила кое-что с собой? – удивился Капитан.
– Я взяла у них очень ценную вещь. Украла. Получается, что вы на самом деле украли не только одну из жен, а… кое-что еще.
– Точнее?
– Сейчас расскажу. Мы взяли эту вещь в бою. Собственно, как раз ради нее мы и вступили в бой. Мы выследили торианский корабль, который должен был везти это.
– Что «это»? – перебил ее Капитан.
– На вашем языке это не имеет названия. Если говорить приблизительно, то эту штуку можно назвать дефлектором. Это продукт высоких технологий. Обычная вещь для торианцев, но недоступная для нас. Мы убили их и взяли дефлектор. Бойд говорил, что торианцы сильны, но беззаботны, как дети. Мы напали неожиданно. Мы всегда нападаем неожиданно. К сожалению, наш корабль получил серьезные повреждения. Без вашей помощи мы бы погибли. Вы спасли Бойда, и теперь он охотится за вами. И за дефлектором, который я взяла у него. Жаль, что всё так получилось.
– Дефлектор у тебя? – сказал Капитан.
– Да. Он очень маленький. Он в моей сумке. Ради него они пойдут на всё. Они уничтожат всё на своем пути. То есть Бойд и так должен найти вас, это для него дело чести. Но хуже всё равно не будет.
– Зачем ты это взяла? – спросил Капитан.
– Зачем? В оплату, конечно. Боялась, что вы отправите меня обратно или просто убьете. Я хотела предложить вам дефлектор, он ведь очень дорогой. Обменять на свою жизнь.
– Мы могли бы забрать эту машину, а тебя убить.
– Без меня вы бы не знали, как дефлектором пользоваться. Я была бы вам нужна, во всяком случае, поначалу.
– Покажи мне его, – сказал Капитан.
Йец осторожно достала из сумочки маленький кубик. На двух гранях кубика подобие клавиатуры. Еще на двух – выемки разной формы и глубины. Тяжелый полупрозрачный кубик был словно вырезан из куска мутного стекла. Теплый на ощупь, почти горячий. Капитан осторожно осмотрел его со всех сторон, стараясь не прикасаться к клавиатуре.
– Сколько может стоить такая штуковина?
– Смотря для кого. Для торианцев это вещь обычная. Для нас… Бойд говорил, что он собирается обменять дефлектор на небольшой остров на Алие, в теплых водах, около экватора, и на две тысячи рабов. Алия – самая дорогая из доступных планет. Для вас, землян, ценность дефлектора равна бесконечности.
– Среди ваших рабов есть земляне? – спросил Капитан.
– Нет. Ваша раса слишком слаба, чтобы хорошо служить. В Галактике есть расы могучих и покорных существ, вот они годятся. Землян обычно уничтожают на месте, без возни. Немного мучений и быстрая смерть.
– Расскажи, как работает эта машина.
– Не знаю, – ответила Йец. – Честное слово.
– Не знаешь?
– Я просто украла ее, вот и всё. Говорю вам об этом честно, потому что доверяю. Я совершенно бесполезна для вас теперь… Что? Что с вами?
Капитан наклонил голову и держался рукой за шею. Он пошатнулся, застонал, схватился за стол, сел.
– Они не отключили ваше клеймо, – произнесла Йец почти шепотом. – Конечно, они не сделали этого!
– Что это значит? – спросил Капитан.
– Клеймо позволяет найти сбежавшего раба в любом месте Галактики. Оно работает как маяк, как пеленг. Оно зовет Бойда! Мы должны срочно улетать!
– Срочно не получится, – сказал Капитан. – Нужно разогреть систему. «Гордый» будет готов к полету через восемь часов. Значит, стартуем в шесть утра. Черт возьми, а это ведь очень больно.
* * *Рита прибыла на шестьдесят третью. На большой станции постоянно жили около двухсот человек. Многие знали Риту, а каждый мужчина из персонала успел с нею переспать.
Она сразу же пошла к начальнику и всё ему рассказала. Начальник выслушал ее снисходительно и недоверчиво.
– Это всё правда, правда, правда! Я не пила сегодня! – закричала она.
– Не визжи как поросенок, – сказал начальник, – а то подумают, что я тебя насилую. Я не верю ни в каких пришельцев, особенно злых и страшных. Двадцать лет работаю здесь, и знаю, что этого не бывает.
– Мне это всё приснилось?
– Да. Тебе это приснилось. Лучше выпей и поспи. Когда ты проснешься, то поймешь, что я прав.
– Но я хорошо видела, – сказала Рита без прежней уверенности.
Она вышла из кабинета начальника и пошла по коридору. Вскоре она встретила знакомого.
– О, привет! – Мужчина обрадовался Рите. – Такая женщина и без мужчины! Что ты здесь делаешь?
– Решила слетать к дантисту.
– А у нас нет дантиста.
– Да я не сюда летела. Не к вам. На шестьдесят восьмую напали террористы. Я сама это видела.
– Ну, если ты сама видела, то можно быть спокойным, – сказал знакомый. – Помнишь, что ты мне рассказывала весной? Не бойся, всё в порядке.
– А я все-таки боюсь, – сказала Рита и пошла дальше.
Она пропустила стаканчик, поболтала с людьми и расслабилась. Сейчас женщина ни в чем не была уверена. Она привыкла к тому, что другие люди всегда знают лучше.
Поэтому слушала других и успокаивалась. Собственное мнение ей ни к чему.
Так легче жилось. Мир был полон приятного тумана и приятных людей, которые редко желали ей зла. Она выпила еще чуть-чуть, посмотрела глупый мультик на большом экране в баре и пошла спать.
Спала Рита чутко и неспокойно. Ровно в полночь по внутреннему времени она проснулась и поняла, что нужно бежать. Она вышла в коридор и услышала крики, которые доносились из зала. Затем прозвучало несколько выстрелов. Сомнений не было. Это пришли за ней.
* * *Ровно в двенадцать робот вошел на станцию и сразу же настроил свою систему ориентировки. Женщина, которую он искал, была здесь. Он ориентировался по запаху, мог видеть отдельные молекулы ее пота и проследить по ним каждый ее шаг. Задание на этот раз было сложным: не просто убить, как обычно, а вначале поиграть с жертвой, и уже потом убить. Такая сложность не нравилась роботу; он был совершенной машиной. Он знал, что такое «нравиться». В задании было слишком много свободных параметров, а машины, даже очень совершенные, не любят свободы, в отличие от людей. Им больше по душе точный алгоритм. Хотя души у робота и не имелось, зато была система, копирующая большинство проявлений человеческой души. Поэтому робот знал, что такое «душа». Внешне он был неотличим от высокого мужчины с короткой черной бород-кой.
Он сразу же увидел след нужной женщины и пошел по этому следу. Запах жертвы говорил о том, что она испугана. Это хорошо. Робот любил, когда его боялись. Он не сомневался в том, что через несколько минут или часов найдет то, что искал.
Единственное, что волновало его, это неопределенность задания. Сколько времени играть с женщиной до того, как ее уничтожить? Какую игру избрать? Об этом в задании не говорилось ни слова.
Когда робот остановился, думая об этом, к нему подошел человек и спросил о цели визита, а затем предложил зарегистрироваться. Робот не ответил. Он постоял еще немного, отодвинул человека и двинулся по следу. Он увидел то место, где еще два часа назад женщина стояла и что-то пила. След, идущий дальше, был пропитан запахом этого напитка. Но человек не отставал. Он подошел сзади и снова заговорил. Тогда робот сжал кулак так, что из него выдвинулись пять коротких лезвий, и ударил человека. Затем, не оглядываясь и не спеша, пошел дальше.
Сзади начали стрелять. Робот не обратил на выстрелы внимания: пули не могли навредить ему. Ему не смог бы навредить даже крупнокалиберный артиллерийский снаряд. Пули только пробивали маленькие дымящиеся дырочки в одежде.
Он вошел в коридор. Вот комната, где женщина спала. Спала она плохо и видела ужасные сны; это робот понял по тому, как изменился состав ее пота. Когда женщина проснулась, она была очень испугана. Она беспокойно металась по комнате, а потом выскочила в дверь. Робот мог бы найти и убить ее очень быстро, но не спешил. Возможно, это начало игры, подумал он. Игра называется кошки-мышки. У людей она называется так, у других рас иначе. Но существа большинства планет знают ее правила.
Внезапно дверь распахнулась, и человек в черной форме начал палить из автомата, поливая робота сгустками раскаленного металла. Робот повернулся к нему.
– Ты любишь играть в кошки-мышки? – спросил он.
Человек выпустил еще одну очередь и опустил автомат.
– В эту игру играют только маленькие дети, – с удивлением ответил он.
– А зрелые существа? – спросил робот.
– Взрослые люди вряд ли.
– Очень жаль, – робот бросил в человека небольшое, но острое лезвие размером с монету. Лезвие пробило бронежилет и застряло в теле. Робот переступил через человека и пошел дальше по коридору. Игра в кошки-мышки, видимо, не подходила в этом случае. Придется придумать другую игру.
* * *На шестьдесят третьей у Риты была подруга, которая, вообще-то, могла помочь. Подруга отвечала за электрооборудование на нижних, нежилых уровнях станции, поэтому знала все служебные входы и выходы как свои пять пальцев. Не может быть, чтобы на такой огромной станции не нашлось места, спрятать бедную девушку, подумала Рита про себя.
Она позвонила в дверь подруги. Разбудила ее. К счастью, Мария в эту ночь была одна.
– Рита? – удивилась Мария. – Вот уж тебя я не ожидала увидеть.
Слово «тебя» она произнесла с особенным нажимом, отчего Рита сразу съежилась.
– Ты прости меня, – быстро заговорила Рита, – такая вот я баба, как увижу хорошего мужика, удержаться не могу. А твой Андрей был хорошим, очень хорошим.
– Поэтому ты его и увела? – со стальным звоном в голосе спросила подруга.
– И да, и нет. Я же не от злости, я от доброты. Он сам ко мне пристал как банный лист. Говорю ему, мол, ты моя подруга, и что так нечестно, а он говорит, хочу только тебя и прямо сейчас. Хочу, и всё тут. А я, ты знаешь, никому отказать не могу. Даже мужу лучшей подруги. Вот так и получилось. Ну скажи, что ты меня простила. Все-таки два года прошло. А он кобель был, каждую юбку глазами провожал, помнишь?
– Я тебя давно простила, как же тебя, убогую, не простить, – ответила Мария. – Заходи, если пришла. Не будем вспоминать старое. Мы же с тобой подружки в конце концов. Между нами столько всего было, что лучше не вспоминать.
Рита быстро и сбивчиво рассказала подруге о том, что произошло.
– Если ты мне не поможешь, он меня убьет.
Подруга засуетилась.
– Места на станции полно, – говорила она, – вот тебе ключ. То есть два ключа. Это служебные. Первый ключ, видишь, с цифрой двенадцать, от двенадцатого технического уровня, а второй от электроаппаратной. Туда никто не заходит, кроме меня. Не трогай рубильники – убьет. Там много шкафов, целый лабиринт. Забирайся в самый конец. Там будут полки. На них ящики с инструментами. Спрячься за ящиками, тебя сам черт не найдет. Запомнила? Я буду держать за тебя кулаки, на удачу.
Рита всхлипнула и вытерла слезы.
– Ты настоящая подруга, Маша. Ты такая хорошая, что другой такой, наверно, на свете нет. А я, змея, тебя никогда не ценила. Я тебя так подвела, а ты меня простила! Это правда, что друзья познаются в беде. Не держи на меня зла из-за Андрея.
– Беги, дура! Потом поговорим!
И Рита побежала. Несколько минут Мария нервно ходила по комнате. Потом села на кровать и стала ждать. Ждать пришлось недолго.
Робот вошел в комнату и увидел женщину, спокойно сидящую на кровати. Она была так бледна, что помада на ее губах казалась алой, как свежая кровь. Женщина поправила волосы дрожащей рукой и встала. Но страха в ее глазах не было. Совсем наоборот.
– Вы ищете Риту? – спросила женщина.
– Возможно, – ответил робот.
– Тогда я дам ключ. Рита на двенадцатом уровне, в электроаппаратной. Я сама ее туда послала. Оттуда нет второго выхода, поэтому она не сможет уйти. Она будет прятаться на полках, там есть большие стеллажи за силовыми шкафами. Только у меня просьба.
– Какая?
– Прежде чем убить ее, скажите ей, что это я направила вас. Я умышленно послала ее в такое место, откуда нельзя выбраться. Скажите, что я ее не простила.
– Не простила за что? – поинтересовался робот.
– Два года назад эта стерва разбила мою семью. А теперь она приходит и просит у меня помощи! Так пусть получит мою помощь!
– Понятно. – Робот взял ключи и вогнал женщине лезвие прямо в сердце.
Затем положил труп на кровать, вытер лезвие о простыню и вышел.
* * *Рита протиснулась между силовыми шкафами и нашла большие стеллажи, о которых говорила подруга. Здесь стояли пыльные тяжелые ящики, похоже, что к ним не прикасались много лет. За ними было достаточно места, чтобы спрятаться. Подружка сказала правду.
– Машенька, ты же просто золото у меня, – прошептала Рита и стала взбираться на верхнюю полку. Верхняя отчего-то казалась ей самой безопасной.
Она забралась до самой стенки и затаилась. Но всё оказалось не так уж и хорошо. Из ящика, стоявшего перед ней, вылез огромный таракан и нахально зашевелил усиками, рассматривая человека. За ним показался еще десяток таких же. Рита часто слышала о том, что на космических станциях заводятся подобные монстры, но сама таких видела впервые. Она панически боялась тараканов и шарахалась от них еще на Земле.
Она отодвинулась и уперлась спиной в стену.
Тараканы не боялись человека. Возможно, они даже рассматривали его как потенциальную еду. Их становилось всё больше и больше. Рита отползала вдоль стенки, пока не нашла старую вентиляционную решетку.
Как же так, подумала она, ведь Машка говорила, что другого выхода здесь нет? Возможно, подруга просто не знала об этой решетке.
Рита вырвала решетку, сломав несколько ногтей, и поползла по узкой черной трубе. Через некоторое время она выбралась в полутемный коридор. Горели тусклые лампочки. За стенами гудели какие-то механизмы. Она побежала по коридору, потом свернула, свернула еще раз и поняла, что заблудилась.
Робот быстро нашел то место, куда его направила Мария. Он заглянул за ящики на верхней полке и увидел тараканов. Робот включил генератор нейтронов, и зловредные насекомые враз превратились в сухие трупики. Затем он нашел открытый вентиляционный тоннель и пополз.
Оказавшись в полутемном коридоре, он понял, что жертва совсем близко. Более того, жертва сама бежала к нему.
Из-за поворота показалась растрепанная женщина, та самая, которую он искал. Женщина остановилась на мгновение, а потом бросилась к своему палачу.
– Помогите, помогите! – кричала она. – Меня хотят убить!
– Кто тебя хочет убить, солнышко? – Робот провел рукой по ее волосам.
Потом крепко сжал волосы так, чтобы женщина уже не вырвалась.
– Я не знаю! Это террористы, они уничтожили целую станцию! Вы мне верите?
Она подняла голову и доверчиво заглянула в его глаза.
– Верю, – сказал робот и выдвинул лезвие. Он помнил, что женщину нельзя было убивать сразу. Требовалось с ней вначале поиграть. Робот ненавидел подобные задания.
Женщина закричала и попыталась вырваться. Робот поднес лезвие к ее горлу.
В это время в боковом коридоре послышался топот. Шестеро мужчин в черной одежде выскочили в коридор и направили на робота автоматы. Лампочки на потолке начали зажигаться, похоже, кто-то включил рубильник. Стало светло. Женщина дернулась изо всех сил, и в руке у робота остался большой клок отрезанных волос. Робот вздохнул, бросил клок волос на пол, а затем сжег мозги нападавших мощным электромагнитным импульсом.
Он обернулся. Женщины не было. Робота это нисколько не волновало: далеко она не уйдет.
* * *Рита в отчаянии бежала по каким-то лестницам и проходам. Сейчас, когда туристов на станции не было, все эти громадные массивы оборудования, которые она видела вокруг себя, бездействовали. Космическая станция, она как айсберг, видна лишь десятая ее часть, остальное скрывается в глубине.
Она спустилась еще на несколько технических ярусов и зашла в большое помещение, похожее на склад.
Среди разного инструмента она нашла тяжелую штуковину, отдаленно напоминающую ледоруб. Что это было на самом деле, она не знала. Но, взвесив инструмент в руке, Рита почувствовала себя немного увереннее. К тому же теперь она знала своего преследователя в лицо.
Она стала у двери. Несколько минут было тихо, лишь ровно гудел вентилятор, и каждый удар пульса накачивал ее ужасом, как безумный насос; потом она услышала приближающиеся шаги. Рита подняла свое оружие, собираясь ударить. Она оскалила зубы, как зверь, приготовившийся напасть. Сердце в груди билось, как пойманная бабочка в ладонях.
Робот почувствовал, что женщина стоит за дверью, однако не ожидал, что она бросится на него первой. От удара ледорубом в лицо он покачнулся и на мгновение потерял ориентировку. Женщина с воплем ударила еще раз и попала в висок.
Ни первый, ни второй удар не оставил даже царапины на его коже. Женщина попыталась удрать, взбираясь на гору круглых чугунных стержней, почти достававшей до потолка. Она поскользнулась, и один из стержней покатился вниз. Женщина вскрикнула и зацепилась ледорубом за другие стержни. Но те тоже поплыли вниз.
Рита почувствовала, как гора металла под ее ногами поплыла. Она закричала и прыгнула, схватившись одной рукой за решетчатую балку под потолком. Она видела, словно во сне, как падают чугунные стержни, как лавина тяжелого металла падает на ее преследователя, засыпая его с головой.