- -
- 100%
- +
© Елена Герасимова, 2021
ISBN 978-5-0051-3050-1
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Селена
Книга 2
Пролог
Над болотами рваными клоками плыл зловонный сероватый туман, временами открывая неровные островки и зыбкие кочки, поросшие мхом и скудной растительностью, или бочаги, заполненные грязной водой. Изредка на поверхности жижи появлялись пузыри, которые лопались с неприятным для уха звуком. Сюда не пробивался солнечный свет из-за нависших над болотами туч, тяжелых и набрякших влагой, готовых в любую минуту низвергнуть на эти проклятые места нескончаемые потоки воды. И бедные невысокие деревца, коим не повезло прорасти во влажной ненадежной почве, тянули свои корявые, поросшие лишайником ветки к безжалостному небу в ожидании кротких мгновений, когда над болотами проглядывало солнце. Даже ветер не касался этих мест.
Неожиданно два огромных тела, тесно переплетенных между собой, нарушили мертвую тишину, повисшую над болотом. Молодой, наверняка не очень давно покинувший родительское гнездо серебристый дракон с черным гребнем на спине и такими же прожилками на перепончатых крыльях, с увенчанной костяными наростами головой отчаянно отбивался от болотного дрейха, в несколько раз превосходящего его по силе. Гибкое волнистое тело хищной твари, покрытое серо-зеленой чешуей, склизкой из-за покрывающего ее яда, имело преимущество, прекрасно скользя по земле и по воде. Дракону же мешали крылья, цеплявшиеся за стволы деревьев, и не хватало опыта в подобных сражениях, поэтому на его теле, хоть и покрытом надежной броней, появлялись раны, нанесенные грязно-серыми когтями и острыми желтоватыми клыками дрейха. Дракон утробно ревел, пытаясь достать лапами до бледных, водянистых глаз противника. Дрейх извивался, успевая наносить дракону сильные удары когтистыми лапами в опрометчиво подставленное брюхо.
Сцепившись в неравной схватке, они прокатились по небольшому островку, с треском ломая несчастные деревца, оставляя после себя широкую черную полосу содранной травы и мха, и плюхнулись в зловонную жижу. Попав в воду, дракон стал быстро слабеть, его телу не хватало гибкости и обтекаемости, как у соперника. Дрейх, чувствуя свое преимущество, усилил натиск, и дракону уже ничего не могло помочь.
Вдруг в воздухе с треском пронесся большой огненный шар и врезался в появившийся из воды бок дрейха, жидким пламенем растекаясь по чешуе и попадая под пластинки. Не ожидая нападения со стороны, тварь заревела и извернулась, погружая пострадавшую часть тела в забурлившую от жара жижу, чтобы выхватить прищуренным взглядом в клоках тумана нового противника. По-видимому, тот не стоял на месте, поскольку в следующее мгновение в тварь полетело новое атакующее заклинание, но уже с другой стороны. Скребя лапами по утыканной ледяными стрелами морде, дрейх скрылся под водой. Переключившись на нового противника, он оставил дракона без внимания, что дало тому возможность выбраться из грязи на относительно твердую поверхность.
Это мало помогло молодому дракону – попавший в раны яд со шкуры дрейха причинял невыносимую боль. Его глазам тоже досталось. Он вращался по кругу, отчаянно мотая головой, и пытался разглядеть мутнеющим взором битву, которая уже происходила без его участия. Дракон не мог рассмотреть дрейха, слышал только его рычание или рев. И все, что он мог увидеть, почти ослепнув – это лишь яркие всполохи сильных заклинаний, пролетающих в стороне от клочка топкой суши, куда он выбрался.
Кто бы ни пришел на помощь молодому дракону, явно был очень сильным магом, так как в какой-то момент неподвижный воздух над болотами потряс предсмертный, наполненный отчаянием вопль. Он вырвался из тела поверженного дрейха и разнесся далеко вокруг, утонув в сероватом тумане. Дракон был рад тому, что его противник убит, однако и сам погибал от яда. Он чувствовал, как его разум постепенно теряет связь с реальностью, но смог ощутить рядом чье-то присутствие. Вдыхая чужой запах, он замер, потому что ускользающее сознание дракона стрелой пронзила одна единственная мысль – спасала его магичка, совсем еще молоденькая девушка. И прежде чем провалиться в бесконечную тьму, хорошо запомнил, как в сгущающемся перед его взором мраке горят зеленоватым огнем глаза спасительницы.
Глава 1
Даже перед смертью, которая уже стояла за спиной, губы дроу, испачканные его собственной кровью, продолжали кривиться в презрительной усмешке. Этот темный эльф из рода Наиллан не мог поверить, что человеческой девушке под силу лишить его неимоверно долгой жизни. Он продолжал смотреть с превосходством даже в тот момент, когда мой клинок пронзил его грудь, войдя между ребрами по самую рукоять.
Содрогаясь от отвращения, я оттолкнула его ногой и одновременно выдернула меч из груди дроу. Не веря своим глазам и пытаясь зажать рану, откуда хлынула кровь, эльф уткнулся спиной в стену и медленно съехал по ней на землю, оставив широкий алый след. А я стояла и смотрела, как из его тела вместе с благородной кровью утекает жизнь.
«Месть свершилась!» – и эта мысль грела мое сердце.
– Ты… вы… – прохрипел дроу, вытянув в мою сторону руку, а потом уронил голову на окровавленную грудь. Мой враг был мертв…
Я подскочила на узкой кровати, обливаясь холодным потом, а в ушах все еще стоял голос умершего несколько лет назад эльфа. Метнув взгляд на окно, изукрашенное морозными узорами, за которым разливалась чернильная темнота ночи, со стоном упала обратно на подушку. Ну, вот! Как не вовремя мне явился кошмар из прошлого. Первая спокойная ночь за последнюю декаду и возможность, наконец-то, отоспаться после бесконечных, изматывающих гонок за обезумевшим некромантом коту под хвост. Из груди вырвался тягостный вздох сожаления.
Уснуть больше не пыталась, знала, что не смогу. Поэтому заставила свое тело с кряхтеньем подняться с кровати и дотопать до умывальника, где долго плескала в лицо холодной водой, дабы привести в относительный порядок расшалившиеся со сна мысли. Зябко ежась, надела сапоги, теплое пальто с отороченным мехом капюшоном и потихоньку вышла из комнаты в тускло освещенный коридор. Постоялый двор спал. Практически все комнаты занимали участвовавшие в охоте маги, и они в отличие от меня предавались заслуженному отдыху. Стараясь ступать бесшумно, спустилась на первый этаж, полностью погруженный во тьму, и вышла на крыльцо. Глубоко вдыхая холодный воздух, прислонилась спиной к деревянной стене и залюбовалась кружащимися в воздухе снежинками. С тихим, еле уловимым ухом шелестом они опускались на землю. С наступлением унора – третьего месяца зимы (или волчьего месяца, как называют его иногда люди) пришла оттепель. Наконец-то, зима, сжалившись над измученной холодами землей, укротила лютые морозы и дала всему живому небольшую передышку.
Снег все шел и шел, укрывая землю свежим белоснежным покрывалом, будто стремился скрыть результат нашей погони за некромантом. Будто хотел спрятать огромное пепелище, что осталось теперь от старинного кладбища в предместьях Ледора, небольшого и такого же старого города, затерявшегося в лесах на северной границе между двумя королевствами людей – Ладрим и Кальтон. Только здесь группе магов, в составе которой была и я, удалось зажать некроманта в кольцо и отрезать ему все возможные пути отступления.
Поймать и придать казни его пытались уже давно за безумные эксперименты с мертвыми, но некромант хорошо скрывался, прячась на кладбищах и старинных безымянных захоронениях, как людей, так и нелюдей. За ним тянулся длинный шлейф из разоренных и поднятых кладбищ, выжженной земли и изувеченной его черной магией природы. Воевать с таким количеством умертвий мне еще не приходилось. Но самое страшное по мощи сражение нас поджидало на ледорском кладбище, где когда-то хоронили проклятых отступников. Пришлось нам, магам, объединить свои силы, чтобы сровнять кладбище с землей, поскольку иного выхода некромант нам не оставил. Если бы мы решили дождаться подмоги, выступившей к нам из Миофеля, восставшие мертвецы не оставили бы в округе ни одной живой души. Только Богам известно, что творилось в голове этого колдунишки. Поэтому, взвесив все «за» и «против», мы решили смести с лица земли кладбище, но сохранить местному населению жизнь.
Не хочется вспоминать, какой ужас мы пережили за последние сутки. Даже опытных магов охватил страх от того, что нам пришлось увидеть. На такую мерзость не всякий отважится. Благо наших объединенных усилий хватило, чтобы развеять прахом всех, кого успел «оживить» некромант. Его, лишенного сил и придавленного старой могильной плитой, нашли уже после, когда на утро обследовали руины, оставшиеся от кладбища. Скованный по рукам и ногам некромант в сопровождении нескольких магистров тут же отправился в специальную тюрьму. А я и оставшиеся маги кое-как привели местность в порядок, завалились в первый же постоялый двор, перепугав его хозяина до полусмерти своим видом, и потребовали у него свободные комнаты для отдыха.
Здраво рассудив, что мне все равно отдых не светит, я вернулась в здание и быстро написала для Мартиса – магистра третьей ступени, возглавлявшего нашу группу, записку. Потом растолкала хозяина постоялого двора и вежливо попросила его собрать в дорогу провизию и передать магу мое коротенькое послание. Взяв все необходимое, поместила сумку с пропитанием в подпространство, чтобы не мешала, еще раз сверилась с картой, намечая маршрут до Академии боевой магии, и вышла на улицу.
Снег продолжал укутывать землю покрывалом и весело поскрипывал под сапогами, пока я шла к тесной конюшне, где скучал Хадар. Выведя полудемона на свежий воздух, заскочила ему на спину и согласно карте легкой рысцой направила на юго-восток. Нужно проведать Учителя.
Через три дня пути погода резко испортилась, короткую оттепель сменил морозец, и с севера подул холодный ветер, пригнав за собой тяжелые снежные тучи. Разыгралась нешуточная метель. Путешественники, осмелившиеся отправиться в дорогу, спешили вернуться обратно или искали убежища в попутных селениях. Мы с Хадаром все еще пытались пробиться дальше, хотя видимость была почти что никакая. Если бы не превосходное чутье полудемона, мы б уже давно заплутали. Но как бы ни был хорош мой конь, он не всесилен. Я могла, конечно, с помощью магии защитить нас от ветра и мороза, но расчищать толстый слой снега, который валил, не переставая, было неоправданной тратой сил и времени. Тем более, мы никуда, в принципе, не торопились. Можно и задержаться на несколько дней, чтобы переждать метель. К вечеру добрались до очередного городка и, в одном из постоялых дворов мне даже удалось снять приличную комнату. Возможно, помог знак магистра боевой магии, висевший на серебряной цепочке у меня на шее, не знаю, но факт налицо.
Я оставила Хадара в довольно просторной конюшне, вычистила его и задала овса, а уже потом отправилась в комнату, намереваясь отдохнуть. Пусть походная палатка, зачарованная мной лично под собственные предпочтения и нужды, была довольно комфортной, что позволяло в пути обходиться без лишений, все же порой хочется оказаться в более надежных стенах, хотя бы на постоялом дворе, где кто-нибудь другой позаботится о еде и тепле. Впрочем, даже это не было для меня проблемой. Мне редко когда удавалось подолгу находиться на одном месте. Неугомонная натура, любопытство и род деятельности не подразумевали под собой долгого отдыха. Я часто и порой спонтанно срывалась с места в очередное путешествие, по этой причине мой личный кусочек подпространства всегда был забит самыми простыми продуктами, из которых можно быстро и в самых суровых условиях приготовить горячий обед или ужин. Там же хранился запас одежды практически на любой случай, ведь никогда не знаешь, куда тебя занесет, и будет ли в том месте лавка или, на худой конец, какой-нибудь рынок. Многие сочли бы меня ненормальной, однако моя запасливость не один раз спасла жизнь и не только мне.
Заказав трактирщику, который в этот непогожий вечер сам обслуживал клиентов, поздний ужин, удалилась в комнату и собралась принять ванну. Да, мне повезло за несколько золотых урвать комнату, где имелась отдельная ванная, ради такого удовольствия можно и раскошелиться, ведь за поимку некроманта архимаг обещал хорошее вознаграждение. Перед моим приходом прислуга растопила камин, поэтому комната встретила теплом и мягким светом. Я быстро разделась, бросив одежду на широкую и, судя по всему, довольно удобную кровать, схватила с комода чистое пушистое полотенце и вошла в смежное помещение. Когда деревянная ванна была наполнена, нагрела воду с помощью магии и с удовольствием погрузила в нее свое уставшее и продрогшее тело.
Через час довольная и чистая сидела перед жарким камином и уплетала вкусную запеченную курочку с овощами. На десерт я выбрала малиновый пирог и травяной отвар. Приготовлено все было очень даже вкусно, поэтому мой ужин быстро исчез в желудке. С сожалением отодвинув от себя поднос с пустыми тарелками, собралась улечься в манящую в свои объятия свежим бельем и пушистым невесомым одеялом кровать, но на полпути меня остановил настойчивый стук в дверь. Сначала я хотела проигнорировать ночного посетителя, но стук повторился вновь. Пришлось открыть.
За дверью топтался хозяин постоялого двора, а чуть дальше по коридору переминался с ноги на ногу молодой мужчина, довольно богато одетый.
– Поисками краденного не занимаюсь. Обратитесь к городской страже, – тут же заявила я и хотела захлопнуть дверь.
– О, нет! Госпожа магичка, мы не по этому поводу решились нарушить ваш покой! – успел выкрикнуть в щель между косяком и дверью трактирщик.
– А в чем же дело? – поинтересовалась лениво, вновь распахивая дверь.
– Видите ли, моей племяннице вздумалось рожать в такую непогоду… – немного помявшись, ответил посетитель. – Вы не могли бы помочь?
– Разве не повитуха должна заниматься такими делами?
Я слегка выгнула бровь, но меня эта просьба не удивила (магам часто приходится оказывать подобного рода помощь), а раздосадовала.
– Повитуха в городе одна, старуха слегла, еле дышит, хоть ногами вперед выноси. Городской лекарь занят, по всему городу нынче много больных. Мы еще вчера отправили посыльного в соседнюю деревню за другой повитухой, но разыгралась метель, и ей теперь не добраться. А племянница давно мучается, как бы не сгинула вместе с ребеночком. Может, вы поможете? Мы заплатим.
Оба мужчины дружно закивали. Видимо, и, правда, роженице помочь больше некому.
Я с тоской посмотрела на беснующуюся за окном метель, на манящую в свои объятия постель, потом посмотрела на моих посетителей, которые не сводили с меня взгляда, и попросила их подождать внизу. Наскоро одевшись, через несколько минут вышла на улицу вслед за молодым мужчиной. Как оказалось, он являлся мужем женщины, нуждавшейся в срочной помощи. В лицо ударил ветер, щедро сыпанул снега в глаза и забрался холодными щупальцами под полы наспех наброшенного пальто.
– Здесь недалеко, – донесся до меня приглушенный голос мужчины, из-за того, что он натянул по самые глаза теплый шарф.
Я кивнула и поспешила за ним, застегивая пальто и стараясь не потерять в снежной круговерти своего провожатого. Перебравшись через высокие сугробы на противоположную сторону широкой улицы, и борясь с летящим в лицо снегом, мы вышли на перекресток и свернули в сторону. Что-либо разглядеть через пелену стремительно несущихся снежинок, было просто невозможно. Приходилось полагаться на мужчину, уверенно ведущего меня вперед, проваливаясь в снег едва ли не по колено.
Минут через двадцать мы остановились возле высоких ворот. Мужчина с силой толкнул незапертую калитку и повел меня к дому. Взобравшись на заснеженное крыльцо, я сбросила с головы капюшон и стряхнула с себя налипший снег. Мой провожатый громко постучал в дверь, и та тут же распахнулась, пропустив нас в теплый и хорошо освещенный холл. Старушка, встретившая нас, с надеждой воззрилась на мужчину, но метнув в мою сторону цепкий взгляд бледно-голубых глаз, недовольно поджала губы, окруженные сеточкой морщин.
– Кого ты привел к нам, сын мой? – проскрипела она, кутаясь в дорогую шаль. – Разве это повитуха?
– Нет, мама, это магичка, – устало сбросив с себя полушубок и шарф, ответил мужчина и повернулся ко мне. – Пойдемте скорее к Анисе. Ее комната на втором этаже.
– Ты с ума сошел, Сарен? – воскликнула старушка и попыталась встать на пути у сына. – Кого ты хочешь подпустить к своей жене? Эту девицу? Да она погубит Анису и еще денег за это потребует!
– Мама, вы бы шли к себе! – повысил голос Сарен. – Кроме, этой отзывчивой девушки, никто Анисе и моему сыну не поможет. Как же вы не понимаете?
Я хранила молчание, с интересом наблюдая за перепалкой, возникшей между родственниками. Интересно иногда послушать, что обо мне говорят окружающие. Ну так, ради смеха. Однако время шло, а ребенок все еще томился в утробе, страдая сам и причиняя своей матери не меньше страданий. Потерпев еще пару минут, взмахнула руками, и невидимая сила раздвинула спорщиков в разные концы холла.
– Чем дольше вы будете спорить, тем меньше шансов у вашего внука появиться на свет живым! – припечатала я, глядя на престарелую мать. – Может, вы все же дадите мне шанс им помочь? Иначе я сейчас уйду, а вы рискуете в таком случае похоронить и мать и нерожденное дитя.
Мать и сын, выпучив глаза от испуга, с минуту пялились друг на друга, но разум, видимо, возобладал над предрассудками, и меня проводили в комнату к роженице. Хотя всю дорогу до второго этажа противная старушка продолжала брюзжать под нос, будто толку от моей помощи все равно не будет, поскольку я, видите ли, не явлюсь опытной повитухой. Доказывать обратное не собиралась. Что толку тратить время и силы?
В комнате, куда меня привели, находилось несколько человек. Две служанки стояли возле изножья кровати, усердно пытаясь придать своему облику скорбный вид, и красивая немолодая дама, которая сидела на стуле у кровати и прикладывала ко лбу молодой женщины, корчащейся от боли, влажное полотенце.
– Как она?
Мужчина тут же подскочил к постели своей страдающей жены и посмотрел на даму.
– По-моему, этот кошмар никогда не закончится, – едва не плача, выдохнула она, прижимая руки к груди.
– Позвольте.
Я сбросила пальто на второй стул и приблизилась к кровати, вытянув руки над большим животом. То, что увидела, мне не понравилось. Ребенок имел неправильное положение в утробе матери, вместо того, чтобы перевернуться головой вниз, он лежал спиной. С таким бы повитуха вряд ли справилась, а вот лекарь, не будь сильно занят, смог бы спокойно женщине помочь, поскольку его не дождаться, придется действовать самой. Тем более, схватки становились все реже, да и будущая мать почти теряла сознание.
– Могу я попросить всех выйти из комнаты, вы только будете мне мешать, – сказала я, закатывая рукава рубашки и осматривая беглым взглядом батарею разнообразных флакончиков, стоявших на прикроватном столике.
– Нда… и какой умник посоветовал, пичкать такой дрянью рожающую женщину?
Старушка, было, вскинулась, пытаясь что-то возразить, метнув в мою сторону злой взгляд, но была выпровожена своим же сыном за пределы комнаты. Вслед за ней выскочили служанки, даже не пытаясь скрывать облегчение, которое отразилось на их лицах. Только, как я поняла, мать и, собственно, муж молодой женщины продолжали стоять у двери, не решаясь выйти вон.
– Скажите, что вы увидели? – крепко держа за руку зятя, спросила дама.
– Ребенок в назначенный срок не принял правильное положение, поэтому и не может появиться на свет, – отозвалась я, зажигая в комнате большой светильник под потолком и обтирая специальным раствором руки. – Но, не переживайте, я справлюсь. Только выйдите, пожалуйста.
– А… хорошо.
Мать и муж роженицы посмотрели на меня с надеждой и вышли, плотно прикрыв дверь. Я тут же принялась за подготовку. Из всех зелий, что разглядела раньше, мне пригодится только одно – вызывающее схватки. Остальное без жалости и сожалений полетело в специальную корзинку для мусора. Я скинула с роженицы одеяло и первым делом окутала ее обезболивающими чарами. Бедняжка перестала метаться и смогла на меня посмотреть более осмысленным взглядом.
– Спасите моего малыша, – простонала она, облизывая пересохшие губы.
– Все будет хорошо.
Я улыбнулась и положила ладонь на влажный лоб Анисы, отправляя ту в легкое забытье.
Сначала предстояло сделать самое трудное – с помощью магии придать ребенку правильное положение. Для этого пришлось прижать ладони к животу и настроиться на внутренний взор. Осторожно тонкими магическими нитями я оплела маленькое тело и потянула чуть вверх, одновременно подпитывая его ослабленный нехваткой воздуха организм. Тесное пространство матки не давало место для размаха, и мне пришлось действовать очень медленно. Стараясь не навредить, стала тянуть за нити так, чтобы ребенок повернулся головой вниз. Со стороны, никто бы не заметил этих манипуляций, но это была довольно трудная работа и, честно сказать, выматывающая, поскольку приходилось следить за состоянием не только ребенка, но и матери. Однако мы справились. Ребенок опустился головой вниз, и я закрепила его в таком положении, оставив на всякий случай несколько нитей, чтобы он вновь не перевернулся.
Теперь предстояло самое важное – помочь ему выйти наружу. Для этого привела его мать в чувство и заставила выпить усиленную дозу стимулирующего зелья, правда, пришлось снять обезболивающее заклятие, дабы рожающая женщина смогла дать знак, когда начнутся схватки. Магия магией, но процесс рождения должен быть более естественным, чтобы возникшая в этот момент связь между матерью и ребенком стала крепкой.
Мы прождали минут десять, прежде чем Аниса резко схватилась за живот, оглушив меня громким криком. Я подошла к ней и помогла поумерить боль. Вот и началось…
– До конца обезболивать не стану, ты будешь чувствовать, как ребенок выходит, но дам твоему организму сил, чтобы все закончилось как можно быстрее. Хорошо? – сказала, склонившись над женщиной, и та кивнула в ответ.
Кричала Аниса очень громко, перепугав, наверное, всех домочадцев, а может, и соседей, но это того стоило. Примерно через час, может быть, меньше на свет появился крупный мальчик, который тут же огласил его громким плачем. Я быстро обтерла его и, завернув в чистое мягкое покрывало, положила матери на грудь. Она улыбалась сквозь слезы, пытаясь разглядеть младенца.
– Спасибо, – прошептала счастливая мать.
– Не за что, – устало выдохнула я и распахнула дверь комнаты, встретившись носом к носу с ее встревоженным мужем.
– Поздравляю, у вас родился сын, – обронила, отступив в сторону, чтобы мужчина смог увидеть кровать, где лежали его жена и новорожденный сын.
Все семейство ликовало, даже вредная старуха, и благодарили меня за помощь. Я тоже была довольна своей работой, но больше всего мне хотелось отдохнуть. Оставив молодую мать и ее сына на попечение родни, потихоньку вышла из дома и вернулась на постоялый двор, где закрылась в своей комнате и провалилась в сон почти на сутки.
Погода стояла чудесная. Метель улеглась, ветер стих, разогнав тучи в разные стороны, и выглянуло солнце. Снег, укрывший все вокруг пушистым покрывалом, искрился на свету, даря какое-то детское чувство радости и счастья. Высоко вскидывая ноги, Хадар мчался по заснеженной дороге, обгоняя сани и других всадников, лошади которых без особой радости плелись по снежным заносам. Мне было радостно еще и от того, что Сарен примчался на постоялый двор и на весь зал, где я обедала, начал благодарить за спасение своей жены и сына. От переполняющего его счастья молодой отец закатил пир всем присутствующим, что последних очень даже обрадовало. Какие могут быть развлечения у постояльцев, вынужденных прозябать в четырех стенах из-за бушующей снаружи непогоды? Вот и веселились все вместе. Этот грандиозный праздник мог бы затянуться надолго, посему пришлось напомнить счастливому папаше, что его место не за богато накрытым столом, а дома рядом с женой и новорожденным сыном. Сарен внял моим словам и, от всей души поблагодарив еще раз, попытался всучить кошель, полный золота. Я отказалась, ведь помогала не ради награды.
– Селена, вы теперь часть нашей семьи. Если будете в наших краях, обязательно заходите к нам в гости.
Сарен крепко пожал мою руку и, пошатываясь, направился домой.
В гости я, конечно, не пошла, понимая, что молодым родителям на данный момент не до того. Да и погода наладилась, поэтому продолжила свой путь, оставив позади маленький городок и новую жизнь, которой помогла появиться на свет.
У всех магов так – мы помогаем и уходим. Чаще всего нас благодарят, пытаются отплатить за оказанную услугу кто золотом, кто серебром, кто просто чем может, но бывает и такое, что за свою помощь слова доброго не дождешься. Некоторые люди считают, будто маг просто обязан из шкуры вон вылезти, но сделать так, как того желает заказчик. Может, именно поэтому я отказалась состоять в гильдии магов, дабы не заниматься делами, которые не приносят душевного удовлетворения от выполненной работы, чтобы не приходилось угождать каждому, кто мнит себя выше других. Хотя архимаг давно припас для меня место в Миофеле, предлагал собрать под моим руководством группу магов, чтобы мы занимались расследованием различных преступлений. Честно, я много думала над этим, но пока предпочитала быть вольным магом и помогать гильдии по собственному усмотрению. Это давало возможность браться только за те дела, которые казались интересными. Как, например, последнее. Не готова я была привязать себя к Миофелю, целиком и полностью посвятить свою жизнь гильдии и Совету магов. Не для анимага такая жизнь. Нет.