Синеглазка с водного факультета

Говорят, маги воздуха делают уборку с помощью ветра или воздушных духов, маги огня призывают на помощь огненных духов, но мне всегда казалось, что от них вряд ли дождешься помощи в наведении порядка, разве что они спалят все дотла, чтобы потом и убирать не нужно было. Шутка, конечно, но одним магам подвластна обычная бытовая магия, другим – нет. В ином случае можно договориться с домовым, просто на это нужно время, поскольку нечисть не всегда охотно идет на контакт, а ждать его отклика, значит, жить в грязи не один день. В Академии мы почти не тратили время на уборку, там у нас остался прирученный дух, который наводил порядок. Сюда его брать мы побоялись. Вдруг боевые маги сочтут, что мы привязали чью-то душу, обвинят еще в чернокнижии, проблем потом не оберешься. И попробуй, докажи, что водная магия позволяет проделывать подобные трюки с обычными духами природы. С духами воды. Нам его помог поймать наставник еще на первом курсе. Сначала у нас была другая цель – научиться взаимодействовать не только с водой, но и с ее обитателями. Водную живность учитель тогда еще трогать запрещал, дозволил тренироваться на безобидном духе. Мы его никогда не обижали, да и не держали особо. Он сам остался, выполнял несложные поручения и сбегать на свободу не спешил. Жаль его…

Прошло минут пятнадцать. Мы уже разорвали круг, расставили старенькую мебель по местам и даже разошлись в разные стороны, когда из комнаты показались довольные парни.

– Ну, как ваши успехи? – слишком весело поинтересовался Оррин и удивленно замер, когда увидел наши насмешливые улыбки, а так же совершенно чистую общую гостиную.

Ни пылинки, ни паутинки. Пол, потолок и стены сияют, хотя им явно не помешал бы ремонт, только вот надежды на это никакой. Вряд ли ректор захочет тратить казенные средства на эти цели, ведь мы здесь ненадолго. Мебель тоже никто менять не станет, это не Академия. Так уж повелось, чем меньше учебное заведение, тем меньше средств выделяется на его содержание, хотя боевым магам могли бы сделать исключение, все же они основные борцы со всякой гадостью, но…

К счастью, разведенный в небольшом камине огонь наполнил общую комнату без окон (что и делало ее совсем непривлекательной, больше похожей на подвальное помещение) жизнью, даже запах сырости понемногу начал сходить на «нет». Я подхватила свою сумку, мешок и отправилась в нашу комнату, чтобы наконец разложить вещи по полкам в шкафу и застелить постель. Ко мне тут же присоединилась Кара, а последней в комнату ввалилась Венда, споткнулась о собственный мешок и едва не протаранила головой дверцу шкафа. Ей повезло – я успела схватить девушку за руку и дернуть на себя, правда, по инерции нас повлекло дальше, и мы рухнули на кровать.

– Фу-у! – запищала Венда, пытаясь столкнуть мое тело с себя. – Матрасы насквозь мокрые!

– Да-а… – протянула Кара, схватив меня за руку и стащив-таки с нашей соседки по комнате. – Придется вновь магичить. А я надеялась, что все получилось…

Я сползла с Венды, и она, получив свободу, тут же рванула прочь, с шипением пытаясь стянуть с себя промокшую куртку и штаны. Я покачала головой и прижала ладонь к матрасу, чувствуя, как из ткани выступает вода. Да, не очень приятно.

– Ну, зато, можно сказать, что наши спальные места идеально вычищены.

– Вычищены! – фыркнула Венда. – Сколько теперь мороки, чтобы вытянуть из наполнителя всю влагу.

– Да ладно вам! – усмехнулась я. – Вот сейчас распакую свои вещи, переоденусь и помогу вам.

Девчонки только переглянулись и согласно кивнули. Ну, да. Не слишком это приятная работа, кропотливая. А у некоторых просто терпения не хватает, к тому же не терпится изучить новую Школу. Пусть прогуляются, может, развеются немного. Больше не отвлекаясь ни на что, я быстро разложила и развесила вещи в отдельном шкафу, переоделась в удобный костюм из приятной, мягкой ткани и выгнала девчонок из комнаты. Чтобы настроиться, нужен покой. Как учил нас магистр Олден – для работы с любой стихией важна концентрация, тогда работа с магическими потоками становится легкой и приятной. Вообще, колдовство разное. Бывает магия мягкая, спокойная, бывает порывистая, стремительная, как летящая стрела или арбалетный болт. Осушать ведь могут не только маги воздушной стихии или огня. Мы тоже это умеем.

Для этого я вышла в центр комнаты, уселась на пол, поставив перед собой принесенный из душевой таз, и прикрыла глаза. Несколько минут прислушивалась к своему дыханию, стараясь расслабить все части тела. Несколько минут медитации, и постепенно все мысли, переживания и страхи сдвинулись на задний план, растаяли, оставив мое сознание пустым, словно ничем не заполненный сосуд. Вот тогда сквозь прикрытые веки я начала видеть сначала тоненькие линии силы, но чем дольше всматривалась в них, тем четче и толще они становились. И в тот момент, когда удалось притянуть их к себе, мысленно взять в руки, чувствуя в ладонях легкую вибрацию, тогда потянулась дальше, разглядев мокрые матрасы. Конечно же, интересовали меня не они, а оставшаяся в них вода. Я чувствовала ее, как и растворенную в ней пыль и грязь. Да, не слишком приятно, но ведь ее не пить собиралась. Вытянув руки к одной из кроватей, сделала легкое движение кисти к себе, будто подзывала кого-то. И вода откликнулась, начала двигаться в моем направлении. Открыв глаза, я не сдержала довольной улыбки, но это было единственное послабление, дабы не утратить концентрацию и не обрушить вытянувшийся над полом водяной столб. Чуть разведя руки в стороны, я заставила мутную жидкость собраться в подобие шара, слегка его сплющила с полюсов и осторожно опустила в таз.

– Одна кровать готова!

Я довольно потерла руки, встала на ноги и подхватила наполненный водой медный тазик. От нее нужно было избавиться, поэтому, выйдя в пустую общую гостиную, направилась к ванной комнате и шарахнулась в сторону, когда из нее неожиданно вышел Неван и удивленно уставился на мое лицо.

– Чем это ты занимаешься? – спросил староста, опуская закатанные рукава рубашки.

– Сушу матрасы, – усмехнулась в его красивое лицо, заскочила в душевую и осторожно вылила воду в раковину.

– В одиночку ты до утра провозишься, – этими словами встретил меня полуэльф, затем выхватил из моих рук таз и зашагал к нашей комнате.

– А что ты предлагаешь? – полюбопытствовала я, вприпрыжку догоняя парня.

После медитации тело само по себе наполнялось силой и энергией. Становилось легким, невесомым, а душа просто светилась от радости. У всего свои последствия. И медитация хорошо помогает снять не только напряжение и усталость, но и избавиться от негатива.

– Помогу тебе, что же еще.

Неван пожал плечами и первым опустился в центр старого коврика, лежащего на полу нашей комнаты.

– Шутишь? Наставник ведь предупреждал, что объединять усилия довольно рискованно, – удивилась и одновременно насторожилась я, но когда староста похлопал рукой рядом с собой, послушно опустилась рядом.

– Кэй, я ведь не предлагаю тебе какое-то умопомрачительное по своей силе и мощи колдовство. А медитация нужна даже мне, – покачав головой, обронил парень и протянул мне руки.

– Что ж, – вздохнула я, переплетая свои пальцы с его прохладными пальцами, – давай попробуем. Если ты, конечно, мне настолько доверяешь.

– Доверяю, не переживай.

Неван прикрыл глаза, я сделала то же самое, а потом прислушалась не столько к себе, сколько к сидящему напротив сокурснику. Настроиться на его ауру после нескольких минут предшествующей медитации оказалось не сложно, поэтому совсем скоро увидела окружающее его тело свечение – ровное, без ярких вспышек, говорящих о радости. Нет, Неван не был счастлив или хотя бы рад, в данную минуту его душу терзали сомнения и страхи. Кто сказал, что мужчины не боятся? Глупость. Боится каждый, неважно женщина это или мужчина, просто такая штука, как инстинкт самосохранения, заложен в любом живом существе. И мутные пятна, проявившиеся после, только подтвердили мою уверенность. Неван действительно мне доверял, иначе не стал бы так сильно открывать передо мной свою душу. Возможно, мы не друзья, но и не враги, это точно.

У меня тоже не было причин что-либо прятать или скрывать от старосты нашей группы, и вскоре наши силы объединились, я чувствовала присутствие полуэльфа не столько физически, хоть и продолжала держать его за руки, просто он ощущался в астрале, как яркое свечение. Поэтому сама потянулась навстречу Невану и отступила, когда услышала его отдаленный голос:

– Я сам.

Староста легко коснулся моего сознания, и я почувствовала, что он улыбается. Невану нравилось работать в астрале. Кто-то любит совершать магические пассы, либо проговаривать сложные заклинания, а кому-то по душе такая тонкая работа. И вот уже нет в его ауре пятен, обозначающих беспокойство и страх. Теперь она светится и вспыхивает. Полуэльф доволен, даже рад. Особенно свечение усилилось, когда вода откликнулась на его призыв.

– Лови!

Я открыла глаза и подхватила кружащий над нашими головами водяной шар. Да, вовремя предупредил, иначе нас бы уже окатило. Осторожно перехватив нити управления у Невана, подтащила водную субстанцию к себе, медленно поднялась на ноги и вышла из комнаты. А потом просто подтолкнула колышущийся шар в сторону ванной комнаты. Неван вышел следом, проследил за моими действиями и распахнул дверь, чтобы пропустить летящую по воздуху воду.

– Здорово! – обрадовался староста и осторожно постучал в соседнюю дверь.

– Кого принесло? Дайте переодеться! – раздался из-за двери раздраженный голос Ханны, хотя створка все же отварилась, и мы увидели ее лицо. – Что вам?

– Просушка матрасов интересует или сами справитесь? – усмехнулась я, уперев руки в бока.

– Еще как! – обрадовалась девушка, распахнула дверь и жестом пригласила нас внутрь. – Мы чего только не пробовали, не помогает.

Неван посмотрел на Ханну сверху вниз и посоветовал ей и ее соседкам выйти в общую комнату и помедитировать.

– Пойдем, что ли?

Девушка с сомнением посмотрела на своих соседок, дождалась их утвердительных кивков, и через пару минут мы остались одни.

– Повторим? – искоса глянув на меня, поинтересовался Неван.

Я лишь плечами пожала и уселась на пол. Полуэльф присел напротив, скрестив ноги, и подался вперед.

– Почему ты так легко согласилась на работу в паре? Многие бы сто раз подумали.

– О, Неван! – улыбнувшись, отозвалась я и сдула с лица челку. – Мои секреты останутся при мне, даже если ты будешь очень стараться их рассмотреть. К тому же на данный момент меня тревожат только две вещи: смерть старого наставника и работа с новым. А еще…

Я немного подумала и решила рассказать старосте о том, что услышала, шагнув в телепорт. Неван нахмурился, но обсуждать эту тему отказался.

– Матрасы, – напомнил он, протянул мне руки, и работа началась…

Через час мы сидели в гостиной у камина и молчали. Такая работа выматывает, и в то же время сближает. Ну, когда еще можешь вот так беспрепятственно увидеть чужую душу, чьи-то переживания, страхи или боль? Я видела следы этих эмоций на ауре Невана, только лезть к нему не хотелось. Чтобы пережить смерть нашего учителя, нужно время. Много времени. Думаю, мы еще не раз вспомним о нем, и даже будем сравнивать эльфа с магистром Олденом. Пусть в какой-то мере это несправедливо, но… у нас на это имеются свои причины. Впрочем, у нового наставника есть такое же право – сравнить нас с предыдущими учениками, если таковые когда-то были.

– Почему ты не пошел осматривать Школу? – спросила я, когда молчать надоело.

– А ты? – вопросом на вопрос отозвался Неван.

– Ты же прекрасно знаешь, чем я занималась, – фыркнула в ответ, понимая, что староста не готов говорить откровенно. Норма доверия на сегодняшний день себя исчерпала.

– Не знаю, Кэй, – протянул парень, пожал плечами и отвернулся к огню. – Не могу сказать, что мне здесь не нравится. Просто… словно не в своей тарелке оказался, а ведь я староста и должен отвечать за вас.

– Ты не обязан отвечать за нас, – мягко возразила я и виновато улыбнулась, когда в животе громко заурчало.

– Вот видишь, мы даже не обедали сегодня! – усмехнулся парень и резко поднялся на ноги. – Нужно хотя бы узнать, где в этой Школе столовая.

– Прогуляемся?

Я поднялась следом, хотя особого желания куда-либо идти не было.

– Если не хочешь, я сам схожу, заодно соберу нашу группу. Не стоит им разгуливать поодиночке, – обронил Неван и направился к входной двери.

– А как же защита?

Мой вопрос заставил полуэльфа замереть на одном месте, но обернулся парень ко мне с загадочной улыбкой на губах.

– А ты ничего не чувствуешь? – спросил он и вышел, плотно прикрыв дверь.

Я повертелась на одном месте, прикрыла глаза и ахнула, поскольку все: стены, потолок и пол покрывала сеть из синих переливающихся линий. Временами по ней пробегали яркие искры, защита работала, блокируя чужую магию еще на подходе. Надо же, как быстро ребята справились. Хороший у нас учитель… был. Без его уроков мы такого сделать бы не смогли. Нахваливая про себя парней и наставника Олдена, я вошла в нашу комнату, хотела заняться постелью, как вдруг в приоткрытое окно услышала голоса Кары и Венды. Девчонки с кем-то ссорились.

– Черт! – выругалась от души, рванула на себя дверцу шкафа, чтобы выхватить оттуда специальный пояс с маленькими кармашками, и бросилась защищать подруг, ведь сразу догадалась, с кем у них возник конфликт.

Шеннар Шейт или подобный Ястребу, а среди своих приятелей просто Ястреб, в первый же день после приезда в Школу от своего наставника узнал, что в скором времени в Ярвуд прибудут маги водники. Надо сказать, эта новость сильно удивила будущего боевика, но задавать какие-либо вопросы он не стал. Характер у Шеннара был не тот в силу того, что молодой маг принадлежал к древнему народу – урангам. А любопытство среди его соплеменников не в чести, хотя любознательность присуща даже им. Да, Шен, конечно, как и все, был обескуражен. Мало в Ярвуде одного эльфа со странными привычками и замашками, так теперь в Школе появится целая группа старшекурсников с их мутной магией.

И все же Ястреб не так плохо относился к водной магии по той причине, что отец мага был шаманом, одним из высших, а вот Шеннару же не повезло унаследовать этот дар, поскольку мать его дриада. Парень бы сам не смог объяснить странность своего дара, но боевой маг из него получился что надо. Таких трудно не заметить, с такими трудно соперничать, на них можно лишь ровняться. Но как бы там ни было, Шен был рад и никогда не стремился выделиться на общем фоне будущих коллег. Он был достаточно скромен, по крайней мере, не обладал таким качеством, как хвастовство. Для урангов – хвастать своими заслугами – не самый страшный грех, но это признак неуверенности, слабости духа. «Если делаешь что-то, делай хорошо, не ожидая за это похвалы, – так любит повторять его отец. – Не жди благодарности от окружающих, за добро жизнь сама тебя наградит». Сын у шамана был не самым послушным, но слова отца запомнил и чем старше становился, тем чаще произносил их про себя. Хотя трудно было удержаться, когда его сокурсники начинали восхвалять сами себя, красуясь друг перед другом. Где-то в глубине души и Шену хотелось сказать, что он отменный маг, прекрасный боец и много чего еще, но держался. Ястребу не нужны были пустые слова, о его умениях говорили дела и поступки.

Должно быть, этот день надолго врежется в память молодого мага, поскольку он, направляясь в зал для телепортаций, не ожидал наткнуться там на водных магов, а когда согласился проводить их в кабинет ректора, не думал, что девушки так яростно возьмутся обсуждать его внешность. Шена это задело, даже сильно, ведь уранг привык, что его, без нескольких месяцев настоящего боевого мага, никто не трогает, а тут такое. Боевик чудом удержался и не наговорил девчонкам гадостей, хотя в его душе клокотала необузданная ярость. Шеннар Шейт понимал, этим магам придется еще хуже, чем ему в свое время, пусть они проучатся в Школе всего год. К тому же, если учесть, кем является их новый наставник, бедняг пожалеть нужно. Эта эльфийская ледышка всех боевиков достала своей невозмутимостью и презрением, что уж говорить об этих ребятах и девчонках. Особенно о девушках, ведь они все сплошь неженки, постоять за себя не смогут. А Шен не любил женских слез, он привык к тому, что женщины их народа сильные духом, могут сражаться наравне с мужчиной и никогда не попросят пощады. Боевик удивился, когда поймал себя на мысли, что ему хочется пожалеть этих белокурых созданий, таких милых, трогательных, слишком симпатичных. Они были похожи на одуванчики, такие же невесомые и белые, разве что все впечатление портили их острые язычки. Боевые маги не любят, когда их внешность обсуждается, как какая-то вещь.

– Слышал, прибыли новенькие?! – усмехнулся Лис, когда Шен заглянул в комнату и увидел там друга.

– Прибыли.

Уранг кивнул, прикрыл дверь, а затем, скинув ботинки, развалился на кровати, которая жалобно заскрипела, приняв на себя его вес.

– Вот бы хоть глазком посмотреть на них. Говорят, в группе есть девчонки, – протянул Лис или Кенрик, как его на самом деле звали.

– Есть.

Шен невольно улыбнулся, когда вспомнил их вытянутые, удивленные мордашки. Но вот странно, страха в их глазах не было ни капли. А староста, полуэльф, тот довольно сильный маг. Не дурно, однако.

– Так ты их видел?

Лис даже подскочил со своей кровати и метнулся к другу, чтобы в следующее мгновение навалиться сверху и прижать его к матрасу.

– Видел?

– Как тебя! – захохотал маг, даже не предпринимая попыток оттолкнуть надутого друга. – И еще… я сопроводил их к ректору.

– Ну, ты и гад! – выдохнул Кенрик и отстал, бросив напоследок: – Мог и меня позвать.

– Да ладно. Они же не исчезнут. Впереди целый год, наглядишься еще.

Лис ответил что-то неразборчивое и вышел из комнаты, наверняка направился в столовую, поскольку любил вкусно и сытно покушать. Шеннар же провел в комнате несколько часов и, когда его друг не вернулся, решил прогуляться. Боевик отправился в парк, он шел по газону, мягко ступая по короткой густой траве, и еще издали услышал возбужденные девичьи голоса, которые с кем-то ругались. Ястреб удивился и ускорил шаг. Маг почти успел выйти из-за небольшой ели, когда краем глаза заметил смазанное движение. Резко выбросив руку, Шен успел кого-то перехватить и удивился еще больше, опознав девушку с водного факультета. Ее синие глаза, укрытые тонкой пеленой из слишком длинной челки, метали молнии.

– Убери от меня свои лапищи, громила, иначе пожалеешь! – прошипела магичка с пепельными волосами и сжала в кулаке маленький флакончик из синего стекла.

Шен даже ответить не успел, как получил в колено тупым мыском ботинка и вынужден был отпустить девчонку, которая тут же метнулась на выручку своим подругам. Мага до глубины души поразила наглость девчонки, и он не стал мстить, хотя с девушками своего племени сражался не раз и порой даже бывал бит. Но то уранги, а тут человечка какая-то. Гнев заполнил сознание, но его победило любопытство. Шен выругался и, потирая пострадавшее колено, вышел-таки из-за ели. Его взору предстала необычная картина – уперев руки в бока и загородив своим хрупким телом подруг, лицом к обидчикам стояла та самая девчонка. Воздух вокруг нее искрился и слегка потрескивал. Ого! Такого Шен еще не видел. Его сокурсники, а так же Лис, спрятавшиеся под защитным куполом, тоже. Однако парни ухмылялись, полагая, что какая-то пигалица вряд ли сможет хоть как-то навредить боевым магам с выпускного курса. Лис даже замахал руками, увидев друга, но Шеннар не спешил вмешиваться.

– Крошки, ну, что же вы сразу драться? – усмехнулся кто-то из парней и послал девушкам воздушный поцелуй. – Мы все равно вас сильнее. Не сдадитесь сейчас, возьмем измором, даже ваш ледяной наставник не поможет.

– А нам его заступничество без надобности! – фыркнула в ответ магичка с голубыми глазами и выудила из-за пояса узкий кинжал.

Шен удивился, когда узнал клеймо на клинке. Его брови взлетели вверх. Наемница? А она-то что делает среди водников?

– Ребята, гляньте-ка! Какая девушка. Просто богиня воинственности. Чур, она моя! – поцокал языком Лис, а Шеннар поморщился.

Маг не любил, когда его друг становился невыносимым. Урангу страстно хотелось в такие моменты стереть с его лица эту гадкую ухмылку, правда, Кенрик сам это понимал и старался лишний раз Шена не провоцировать. Только в этот момент Лис угодил под общее влияние обрадованных легкой добычей сокурсников, и его несло не в ту сторону. Впрочем, неприличные предложения девчонкам делал не только он.

– Лапуля, давай ты не будешь драться, а я покажу тебе свою комнату и не только ее.

Кто это сказал, Шен понял и усмехнулся, поскольку эти слова стали последней каплей. Терпение у магички лопнуло.

– Хватит! – взревела «синеглазка» (так окрестил ее про себя боевик) и швырнула флакончик в защитное плетение.

Ястреб схватился за голову, поскольку решил, что сейчас заклинание отскочит обратно, и девушкам мало не покажется. Он даже успел сделать в сторону замерших магичек пару шагов, но остановился. Просто не смог сдвинуться с места, увидев, как вылетевшая из флакончика обычная вода, разбивается на мельчайшие частицы и плотным коконом опутывает защитный купол его сокурсников. Наверное, им повезло, поскольку поверх него образовалась плотная сеть, с пробегающими по ее ячейкам разрядами. Да, без защиты их наверняка уже убило бы током.

– Мы еще посмотрим, кто кого возьмет измором, – процедила девушка, со зловещей улыбкой разглядывая вытянутые лица врагов, а потом резко обернулась к Шену.

– Тебе тоже не терпится показать мне свою комнату? Или перейдем к делу прямо здесь?

Боевик только криво ухмыльнулся и поднял руки, показав, что нападать не намерен. Девчонка недоверчиво прищурилась, вглядываясь в его лицо, потом качнула белокурой головой, схватила подруг за руки, и они зашагали прочь. Шен проводил их взглядом и с предвкушающей улыбкой обернулся к приятелям. Они вовсю трудились, пытаясь разбить водную сеть, и у них, судя по усиливающейся ругани, ничего не выходило.

– А девчонки-то не промах, – покачав головой, вслух подумал боевик и взялся помогать.

– Почему ты нам не помог? – набросились на него маги, когда общими усилиями не раньше чем через полчаса им удалось частично блокировать чужую магию.

– Я не ищу на свой зад приключений, – усмехнулся Шен, похлопал взмокшего и бледного Лиса по плечу и отправился в общежитие.

Его губы против воли изогнулись в улыбке. Определенно, последний год в Школе запомнится всем надолго, потому что боевики не умеют проигрывать и не любят уступать. Да и водники не так безобидны, как кажется. Не иначе, это война.

«Хм! Какая эта синеглазка решительная, – подумал маг перед сном и даже вновь представил ее лицо. – Мелкая, а все же…»