Ведьмин фонарь

На каминной полке стоял целый ряд фигурок из дерева: небольших, но выполненных в необычной манере, словно готовых ожить под пристальным взглядом. Белка, оглядывающаяся и сжимающая в лапах орешек, распушивший хвост тетерев, крадущаяся лиса. Фигурки были вырезаны до мелочей. Приглядись, и увидишь каждую шерстинку. Только последняя из фигурок – вставший на дыбы медведь – была выполнена грубо, крупными штрихами. Вильма покрутила ее в руках, гадая, что же задумывалось автором поделки и почему зверь остался незаконченным.

– Положите на место, – раздалось от двери.

Вильма торопливо вернула фигурку и обернулась. В дверях гостиной стоял высоченный мужчина в дубленке, усыпанной снегом, сам похожий на пресловутого медведя. Голубые глаза смотрели колко, а в рыжей бороде пробивалась ранняя седина: несмотря на устрашающий вид, незнакомец выглядел моложе сорока. Хотелось бы ей ошибаться, но он вел себя слишком вольготно, чтобы быть обычным гостем!

– Не люблю, когда трогают мои вещи, – подтвердил ее догадку хозяин дома, проходя в комнату и на ходу разматывая шарф. Интересно, он точно дядя Олли? Они были совершенно не похожи!

– Извините, не хотела обидеть. Просто редко увидишь такие искусно сработанные поделки, – честно ответила ведьма.

Хозяин с усталым видом опустился на кресло рядом с камином и протянул к огню озябшие руки.

– Кто вы и как здесь оказались? – спросил он с легким раздражением, будто для него было привычно присутствие посторонних в доме.

– Меня зовут Вильма Сенгир, – она позволила себе очаровательную и немного виноватую улыбку, но на хозяина дома это не подействовало. А ведь она старалась выглядеть мило. – Меня пригласил ваш племянник, Олли.

– Олли только вернулся из плаванья, – оборвал ее хозяин, поморщившись. – Вам стоило придумать легенду поубедительнее.

– Какую легенду? – окончательно запуталась Вильма.

– Не притворяйтесь! Вас ведь прислал Рейдар. Сколько он вам заплатил?

– Боюсь, возникло недопонимание. Я не знаю, о чем и о ком вы говорите, – как можно мягче возразила Вильма. Ей совсем не нравилась ситуация, в которой она оказалась, но звать на весь дом Олли, чтобы доказать свою правоту, было еще глупее.

С минуту он молча изучал ее, а затем неожиданно усмехнулся и резко встал, оказавшись совсем близко.

– А вы хорошо играете! Я почти поверил. – Он наклонился, и Вильма ощутила едва уловимый запах виски, смешанный с запахом мяты. От знакомого аромата, присущего магам, все внутри похолодело. – Но, видите ли, ваши услуги меня не интересуют. Свободны.

Он отшатнулся и указал ей на дверь. Именно этот момент выбрал Олли, чтобы вернуться из кухни с подносом с двумя чашками чая. Так вот откуда пробивался пугающий аромат! Олли бросил в заварку листья мяты. У Вильмы отлегло от сердца. После всех приключений маги чудились ей на каждом шагу!

– Вы уже познакомились? – расплылся в улыбке юнга, не ощущая напряженной обстановки.

– Еще не успели, – ответила вместо растерявшегося хозяина Вильма и одарила того выразительным взглядом. – Я как раз представилась.

– Хенли Ньюберт, очень приятно, – сквозь зубы произнес он.

– Взаимно, – с такой же натянутой улыбкой ответила Вильма.

Олли их взаимной неприязни не заметил или предпочел сделать вид.

– Госпожа Сенгир ищет жилье. Дядя, у тебя ведь есть свободная комната?

– Есть, – нехотя согласился тот. – Надолго?

– До весны.

Вильма не планировала оставаться в Иствере навечно. Дождется, когда корабли снова начнут ходить на континент, и уедет куда-нибудь, где потеплее. Конечно, можно поискать альтернативный вариант жилья – что уж говорить, владелец дома немного пугал, но в их неудачном знакомстве был один важный плюс. Хенли явно дал понять, что как женщина она его не интересует.

Ведьма не считала себя роковой красавицей, ухаживать за которой выстраивается хвост желающих, и не была тихоней-скромницей: у нее случались романы. Чаще короткие и бурные. Достаточно было ухажеру узнать, что она не владелица антикварной лавки, как он загадочным образом исчезал с горизонта. Спустя какое-то время Вильма просто перестала верить льстивым комплиментам и точно не жаждала заводить отношения.

– На всю зиму… – господин Ньюберт почесал подбородок. – Что ж, можете занимать комнату, если, конечно, еще не передумали. Только не беспокойте меня по мелочам. – Он явно чувствовал себя неловко из-за собственной ошибки, и Вильма ничуть не удивилась, когда он первым направился к лестнице.

– А что по оплате? – спохватилась она.

Хенли обернулся, окинул ее долгим взглядом, особое внимание уделил и потрепанному плащу и старенькой обуви.

– Три золотых в месяц вас устроит? Оплата вперед, – предложил он.

– Вполне, – кивнула Вильма. Это была более чем приемлемая сумма с учетом, что золотой она отдала капитану «Крачки».

– Значит, договорились. – Он получил оплату и ушел, тяжело ступая по деревянному полу.

– Вы не волнуйтесь, он просто сегодня не в духе, обычно дядя дружелюбнее, – ощутив наконец неладное, попытался Олли оправдать дядю, но под взглядом Вильмы смолк.

«Не в духе» было мягко сказано. И это мальчишка еще не слышал начала их беседы! Другое дело, что Вильма давно научилась не обращать внимания на чужие перепады настроения – если злятся не на нее, почему она должна портить себе день?

– Ступай домой, – посоветовала она Олли. – Дальше я сама разберусь. И спасибо за помощь!

– Извините, если что не так, – неподдельно расстроился юнга.

– Я же сказала, все в порядке. Иди! – настойчиво повторила Вильма и выпроводила Олли из дома. Прикрыла дверь, сжав в кармане существенно полегчавший кошель. Она решила проблему с жильем, теперь пора заняться бытовыми мелочами. А для этого в первую очередь стоит посмотреть на свою комнату!

С учетом жесткой экономии она могла обойтись без различных ароматических притирок, но хотя бы кусок самого простенького мыла нужен. Да и покрывало не помешало бы. Несмотря на камин, в доме было прохладно.

Решено! Сначала осмотрит комнату, ванную, а затем заглянет на рынок, пока не стемнело.

Вильма с сожалением бросила взгляд на оставленный поднос с чаем. Не утерпев, подхватила одну из чашек и вместе с ней направилась наверх.

***

Второй этаж выглядел еще хуже, чем первый: здесь все заросло уже не пылью, а плесенью. Терпеть такую грязь рядом с собой Вильма не собиралась. Она нараспашку открыла окна, впуская в комнату морозный воздух, чтобы выгнать затхлость, и заглянула в шкаф в поисках какой-нибудь ветоши для уборки. Тряпок не нашлось, зато обнаружилось постельное белье: не новое, но чистое. Вильма не рискнула выколачивать пыль из белья прямо в комнате и положила его на стул, чтобы не забыть вытрясти на улице. У стула, к слову, не хватало ножки, а у трюмо с зеркалом отваливалась дверца. Хотя чего еще она хотела? Королевскую опочивальню?

Впрочем, надо было признать, в целом комната была вполне пригодна для жилья. Главное, навести порядок. А так в окна не задувает и стены крепкие. Кровать есть, стол тоже, что еще нужно для счастья? С остальной мебелью потихоньку разберется, что-то починит, что-то заменит. Не будет же владелец против, если она принесет себе стул из другой комнаты?

Но прежде чем наводить свои порядки, надо получить разрешение на уборку, а то вдруг этот мохнатый паук в углу – любимый питомец господина Ньюберта?

Памятуя о предупреждении не беспокоить, Вильма с опаской постучала в дверь в конце коридора.

– Мне бы хотелось немного прибраться в доме. У вас есть какая-нибудь ветошь для уборки? – спросила она, стоя у порога. Никто не ответил, и Вильма собиралась зайти, когда дверь резко распахнулась.

– Послушайте, это мой дом, и меня абсолютно устраивает, как он выглядит… – Хенли замер на пороге, уставившись на подсунутого под нос паука.

Вильма бесстрашно держала паука на носовом платке, несмотря на желание прихлопнуть. Пусть господин Ньюберт возвышался над ней устрашающей громадиной, ведьма никуда убегать не собиралась. Стоило сразу разъяснить, что если она живет в доме, то имеет право хотя бы сделать его пригодным для жизни. А иначе нет смысла оставаться.

– Я постараюсь не трогать ваши вещи. И в любом случае верну все на место. Гостиная, кухня, ванная комната и моя комната – уборка только в тех местах, где я бываю. Прочее останется нетронутым. Это вас устроит? – уточнила она, и Хенли поджал губы, рассматривая живность.

– Делайте что хотите, – наконец произнес он.

– А что насчет тряпки? – осмелела Вильма.

Хенли молча ушел в комнату. Вильма не сдержалась и сунула голову следом. Здесь царил тот же бардак, что и во всем доме. На столе стояла початая бутылка виски и наполовину опустошенный стакан. Камин пылал жаром, будто на улице был лютый мороз, какой встречается только в конце ветрозима. Из-за высокой температуры и закрытых окон в комнате нечем было дышать. Как только Хенли не свалился с головной болью? Вильма и пяти минут не выдержала!

Ньюберт вернулся со старой шторой, настолько застиранной, что о первоначальном цвете оставалось только гадать.

– Надеюсь, ее хватит на уборку? – Вильма пошатнулась, когда он буквально впихнул штору ей в руки. – Что-то еще? Или я могу наконец отдохнуть в своем доме?

– Спасибо. Больше ничего не нужно.

– Тогда удачного дня, – раздраженным тоном пожелал Хенли и захлопнул дверь у нее перед носом.

***

Перед тем как отправиться на рынок, Вильма проинспектировала кухню. Гора немытой посуды удручала, но, по крайней мере, можно было не беспокоиться о котелках и тарелках. Заодно выяснила, что заварка почти закончилась, а сахара, яиц и муки нет вовсе. Зато нашлись три бутылки виски и одна – красного вина. Ведьма закрыла шкафчик, затолкав бутылки подальше. Оставалось надеяться, что Хенли ведет себя тихо, когда напьется.

Семга носился по саду, охотясь то ли за мышью, то ли за воробьем, и Вильма не стала его окликать. Надоест или замерзнет – найдет, как пробраться в дом. Правда, совсем из головы вылетело, что надо предупредить хозяина о еще одном постояльце, но Хенли ведь просил не беспокоить по пустякам? Вот и пусть живет в счастливом неведении!

Немного задержавшись, чтобы вытряхнуть из постельного белья пыль, Вильма постаралась припомнить, каким путем они с Олли шли от рынка, и развернулась к центру города. Увы, вскоре аккуратные расчищенные дорожки закончились, а ходить, утопая в снегу, было сомнительным удовольствием. Он забивался в сапоги, ноги мерзли, чулки отсырели.

Когда Вильме на глаза попалась лавка ростовщика, она заскочила туда чтобы погреться, а заодно обменяла пару золотых на серебряные и медяки. Карманники в любом городе одинаковы, и ведьма предпочитала выглядеть в их глазах бедной горожанкой с медяками, а не зажиточной дамой. Шесть золотых она отложила про запас как будущую арендную плату – и искренне понадеялась, что зима закончится за три месяца, как в Маскарте, а не протянет до середины весны. Последние три золотых, оставшиеся с «продажи» фонаря, ведьма планировала зашить в пояс и носить с собой на черный день. После незапланированного побега из Маскарта она хотела быть готовой к любым неприятностям.

Монетки весело позвякивали в кошеле, и на рынок Вильма пришла в приподнятом настроении. Рынок тоже выглядел иначе: торговля шла бойко, но конкуренции как таковой не было, все друг друга знали и общались как старые добрые соседи. Вильма присмотрела себе отрез шерстяной и хлопковой ткани, а нитки и пару иголок владелица лавки вручила ей в довесок. Кроить ведьма умела, простенькое, но теплое платье могла сшить сама, существенно сэкономив. Здесь же, в соседней лавке, ей продали моток шерстяной пряжи и спицы – теперь точно будет чем заняться темными холодными вечерами, и в первую очередь связать теплые рукавицы.

Следующей покупкой стали угольный порошок и мыло. У лавки с ароматами Вильма потерялась надолго, насколько разными и пленительными они были на морозе! Особенно остро пахло цитрусами и яблоками. Увы, в ее положении она не могла позволить себе роскоши, и мыло выбрала самое простое и дешевое.

Больше всего она потратила на обувь. У Вильмы были сапожки – легкие, осенние, с залатанными носами. В Маскарте, несмотря на снег, можно было перетерпеть легкий мороз, а к Зимовороту она собиралась сделать себе подарок и купить теплые меховые сапоги. Откладывала на них полгода, но все запасы остались в родном городе. Увы, в Иствере ждать, пока снова накопит, некогда. Погода теплом не баловала. Уже сейчас замерзали ноги, а ведь зима еще толком не началась!

Подходящая обувь нашлась, но выложила за нее ведьма столько, что едва хватило на продукты. На последние медяки Вильма купила мясной пирог и крынку молока и, присев на скамейку неподалеку от рыночной площади, перекусила, размышляя, что дальше. Ну, на первое время перебьется, но лучше поскорее определиться с работой. Вот только как определиться? Доска объявлений на рыночной площади пустовала, а поспрашивав у местных, нужна ли помощь, Вильма получала один ответ – идите к бургомистру, он подскажет.

Примечания