Операция «Выпустить дракона»

“Девочки, срочное собрание Бабсовета сегодня вечером в нашей “сушильне”. Есть тема, которую нет больше моих сил, как надо обсудить!” – Ася быстро напечатала объявление в чате подружек (читай: экспертов по новостям шоубиза, астрологическим прогнозам, вопросам питания и, разумеется, отношениям). Последний вопрос стоял ребром и требовал незамедлительного собрания женского клуба знатоков.

Вика

Вика прочитала сообщение и мгновенно написала новое – маникюрщице. Она отменила встречу. Никакие отросшие кутикулы не стоят пропуска срочного собрания. На одном из таких, кстати, ее саму накачивали аперолем, чтобы вытряхнуть из головы ее недостижимую мечту – с ума сойти какого красивого коллегу. Поправка – с ума сойти какого красивого женатого коллегу.

Они оба работали в бухгалтерии, оба видели в цифрах поэзию и обожали добавлять в утренний кофе корицу – этого было достаточно, чтобы Вика увидела в Юре родственную душу. Иногда она приходила пораньше и ставила кофе на стол Юре, обязательно с приклеенным желтым стикером на кружке. Обычно на стикерах были нарисованы приветственные смайлики, а порой и вдохновляющие строки вроде “Сегодня будет хороший день” и “Улыбнись!” Подпись на всякий случай не ставила, но она была уверена – он знает, что это она, и вот-вот признается ей в своих чувствах.

Поначалу она усиленно старалась не замечать кольца на его пальце. Потом стала придумывать оправдания этому злосчастному аксессуару. Ее любимыми были: “Он давно развелся, а кольцо просто застряло на пальце” и “Это любимое кольцо его дедушки, перед смертью он просил надеть его на палец правой руки и никогда не снимать”. Ей отлично удавалось запудрить собственные мозги практически без Юриного участия.

Практически – потому что ведь он же иногда говорил ей “Доброе утро” первым, а эти его неоднозначные смски в 18:01 (после окончания рабочего дня, на минуточку!!) вроде “Не забудь вернуть степлер – он мне дорог” или “Завтра совещание, принесешь отчет?” Он определенно хотел сократить дистанцию, выстроенную субординацией, а потому она охотно помогала ему в этом, плодя стикеры со смайликами и надевая максимально короткие юбки.

На костюмированном корпоративе они даже оделись парой, не сговариваясь. Он был бэтменом с намеком на пузико в области, где предполагался пресс. Она – женщиной-кошкой в “мартинсах”.

– Можно ли потанцевать с вами, господин бэтмен, или вначале вам нужно спасти мир? – Кокетливо подошла к бэтмену женщина-Вика.

– О нет, сегодня у меня выходной, поэтому с удовольствием закружу вас в вальсе. – ответил Юра-мэн.

И они танцевали вальс. За вальсом последовала сальса. А за ней они и вовсе перешли на хип-хоп. И все им удавалось без труда – правильная музыка и горячительные напитки делали свое дело. Коллеги же их всячески поддерживали. В тот вечер оба они были на коне. Когда дошли до караоке, Вика, мучая голосовые связки, орала “Я люблю тебя до слез”, но ее бэтмен уже надевал пальто. На часах была полночь, пора снимать супергеройский костюм и возвращаться в реальность.

Она подписалась на него в соцсети в надежде увидеть себя на его фотографиях. В тот вечер их много фотографировали. Но он не выложил ни одного снимка с корпоратива. Будто бы вовсе не хотел, чтобы кто-нибудь впредь его видел в обличии бэтмена. Такова сущность супергероев, решила Вика. И намеренно поставила лайки на всех снимках, где Юра один. А те (редкие – Вика отметила) снимки, где он с женой, она проигнорировала. Она страстно надеялась, что он заметит все ее лайки и сделает выводы. А потом зайдет на ее страницу и залайкает ее полностью. Она прождала все выходные. Но Юра даже не вышел онлайн. Наверное спасал мир…

Утром в понедельник она поставила ему дежурную чашку кофе на стол со стикером. На нем было нарисовано ушастое существо и стояла подпись – “Лучшему бэтмену – лучший кофе”. Придя на работу, Юра улыбнулся и отправил ей сообщение: “Спасибо :)”

Ее щеки пылали. Кажется, он находит ее шуточку очаровательной. И он такой джентльмен – не стал отвешивать ничего подобного в адрес женщины-кошки.

Но дни шли своим чередом. До тимбилдинга, где можно сблизиться, еще целый месяц. А командировок, куда их бы отправили вдвоем, и вовсе не наблюдалось на горизонте. Так что все, что оставалось Вике – это мониторить Юрины соцсети и отчаянно вилять попой перед его столом. Надо сказать, она порядком измаялась.

Утро того дня она не забудет никогда. Юра пришел пораньше и подошел к ее столу: “У тебя есть минутка? Хотел бы с тобой кое о чем побеседовать. Можно я угощу тебя кофе?”

От этих слов у Вики в одночасье началась тахикардия, а на лице образовалась совершенно невообразимая в своей глупости улыбка. Все, что она могла сделать в этой ситуации – это молча кивнуть. Сценарий ее мечтаний уже давно пересек планку Юриного признания в чувствах и на всех парах шел к отметке предложения руки и сердца. Максимально символично было бы, если бы он снял кольцо со своего пальца и надел ей. Настоящий Голливуд!

Они зашли в маленькое кафе недалеко от офиса и Юра заказал два кофе с корицей.

– Вик, я давно хотел с тобой поговорить. Видишь ли, я благодарен тебе за твое внимание, воодушевляющие стикеры по утрам и вообще, за все это… – он неопределенно взмахнул руками, – но… не могла бы ты больше так не делать? Мне крайне неловко это говорить, но, мне кажется, ты не замечаешь один важный нюанс, который не позволяет мне отвечать тебе взаимностью. Видишь ли, какое дело. Я женат. – С этими словами Юра положил руку на стол. Теперь Вика, наконец, разглядела – кольцо и впрямь обручальное. Он и впрямь женат.

– Все-таки женат? А разве это не подарок от дедушки… – Вика печально смотрела куда-то в пол.

– От дедушки? – Не понял Юра.

– Ну да, он был при смерти и… неважно, – Викины слезы, без спроса выступившие на ее глазах, секунду спустя стали разбавлять ее кофе с корицей. Она уже почти окончательно решила, что этот напиток больше ей не нравится. – Что ж, приятно было пообщаться. А стикеры я приклеивала вовсе не любовные. Это все ради командного духа было.

С этими словами она быстро вышла из кафе и поехала домой. Версия для руководства была “молниеносно проявляющийся вирус, который был подхвачен по пути на работу”.

А вечером они с девочками проводили срочное собрание на предмет “Да кому он нужен, этот Юра?”, или “Все мужики козлы, не мог что ли кольцо покрупнее надеть?”

Хмельная Вика в тот вечер пела в караоке “Single Ladies”, а наутро решила бросить бухгалтерию и заняться тем, что ее всегда манило – дизайном интерьера.

Так что ее долг прийти на помощь лучшей подруге, если та в беде – пусть и пока не выяснено, в какой. Но пилочку она с собой прихватила – если беда будет версии “лайт”, она всегда может подкорректировать ногти прямо в ресторане.

Крис

Крис набрала в поисковике “Няня по часам” и села изучать анкеты кандидатур, которым с минуты на минуту она вверит свое орущее сокровище двух лет от роду. Сокровище зовут Антошка и он только недавно оценил силу слова “Мам”. Теперь он орет его как можно громче и как можно чаще. Крис посмотрела на сына и улыбнулась – как же сильно она любит это вихрастое чудо.

Около трех лет назад она закрутила роман с тем, Чье Имя Нельзя Называть – иначе громкий смех обеспечен. И нет, это был не какой-то там Тимоти Шаламе. Она встречалась с… экстрасенсом из телека. Или как их там правильно называют. Ясновидящий. Словом, ее избранником стал тот, кто вроде как интересоваться романами не должен, по статусу не положено. Тогда она не вдавалась в эти их магические штучки, а просто позволила себе влюбиться.

Она вела подкаст на социальные темы и однажды гостем ее программы стал он. Молодой, симпатичный, местами импозантный, но самое главное – начитанный. Это ей в мужчинах больше всего нравилось. Мужчина с книгой для нее был все равно что зеленый сигнал светофора для водителя – можно смело нажимать на газ. Она надела свою самую обворожительную улыбку и даже ради этого милого собеседника забыла про свою любимую фишку – задать неудобный вопрос и наблюдать, как гость выкручивается. Нет, она была максимально деликатна и обаятельна. А сразу после интервью жарко потрясла его руку и поблагодарила за визит раз примерно тысячу.

Вечером она достала с полки “Поющих в терновнике” и стала подробно изучать историю запретного романа. На следующий день был выходной. У нее не было планов, зато был листок с адресом одного салона…

– Вы? – Экстрасенс сразу узнал ее. Она, вся такая загадочная в легком платьице, прилично прикрывающем колени и неприлично открывающем декольте, сидела на лавочке в сквере неподалеку от салона “Ясный глаз”. На коленях у нее лежала книга “Поющие в терновнике”.

– Вот так встреча! А я и не знала, что вы здесь…хм…работаете, – Крис еще утром отрепетировала перед зеркалом гримаску удивления.

– Да, действительно совпадение. Хотя по правде, сегодня дел у меня никаких не намечается. Вчера я отлично провел время. Спасибо вам за теплую атмосферу. А хотите я вас кофе угощу? Тут неподалеку, знаете, варят совершенно удивительный кофе. Я буду безмерно рад, если вы согласитесь.

Крис долго уговаривать было не нужно. Ее суббота все еще была свободна, кофе она тоже любит. Совпадение?

К вечеру того же дня оказалось, что они оба любят не только кофе, но также прекрасно относятся к вину, например. Разговоры текли рекой, напиток, впрочем, тоже. Они как-то все время перемещались от одного заведения к другому. Экстрасенс выглядел совсем не так, каким он был на телевидении и “на работе” – скажем так, в этот вечер он был одет в гражданское. Для окружающих они были самой обычной парочкой почти влюбленных людей. Или уже все-таки влюбленных по самую макушку?

Где-то между баром “Синичка” и рюмочной они поцеловались. Это была волшебная июльская ночь. Алкоголь и послевкусие от жарких бесед про роман Мэгги Клири и Ральфа де Брикассара вскружили им голову. Они целовались долго, смакуя каждую секунду и не обращая внимания на окружающих.

Заказывая по два шота в рюмочной, они окончательно определились со своими планами на эту ночь. После двух попыток вызвать такси вначале через приложение банка, потом через приложение доставки еды Крис все-таки справилась. Они поехали к ней домой. В ту ночь у нее случился экстрасекс. Она помнила все в мельчайших подробностях и будет помнить до конца дней. Живое напоминание о ней как раз недавно научилось орать: “Мам!”

А где же отец? Тогда, три года назад, она рассказала ему о своих двух полосках прямо там, в салоне “Ясный глаз”. Он, побелев от ужаса, что их могли услышать, увел ее в кабинетик. Там он, схватившись за сердце, сказал, что предвидел это, назвал ее грешницей и даже пожурил. Затем, отдышавшись, сменил гнев на милость, наказал трижды прочитать какую-то там мантру и отпустил. Настоятельно посоветовав далее не посещать их салон, дабы не отвлекать его от помощи посетителям. В тот же вечер Крис вычеркнула имена Мэгги и Ральф из списка имен для своего будущего малыша.

Первое срочное заседание Бабсовета было проведено именно тогда. Узнав о том, кто был крашем Крис, девчонки не сдержали смеха. Смеялись от всей души и до слез – они знали, что подруга на них не обидится, так как ей самой в первую очередь было смешно от комичности ситуации. Тем более положение свое она не считала трудным. Наоборот, она всегда мечтала о детях. Просто не предполагала, что станет матерью-одиночкой. На совете было решено больше не упоминать про экстрасенса, а к родам Крис готовиться сообща. Так, у Антошки появилось сразу три тети.

С тех самых пор девушки решили: если у кого-то из них возникает SOS-ситуация, остальные три бросают все дела и мчатся на помощь.

Так что долг превыше всего – сегодня там что-то срочное у Аси. А значит, временной мамой Антошки побудет – Крис зажмурилась и тыкнула в монитор пальцем – прекрасная девушка по имени Маша. Супер. Пора одеваться. Есть еще в этом доме одежда, не испачканная фломастерами и детским пюре?

Натали

Натали вздохнула – опять напортачила с отчетом. К утру как штык нужно сдать новый, а тут вон что – срочная встреча у девчонок. Не дай бог, если темой будет новая подружка Ди Каприо или новости про рептилоидов. Но между ней и подругами много лет назад был подписан пакт: если одна из них собирает остальных, значит, отмазок быть не должно. А на что еще тогда подруги?

Она позвонила Артему и предупредила, что будет поздно. Напомнила, что в холодильнике его ждут домашние котлеты и пюре из брокколи. Она знала о всех его конфетных “нычках”, но изо всех сил старалась контролировать его вес хотя бы основными блюдами и запретом пользоваться лифтом. Однако муж ее все подрастал, пару месяцев назад они снова полностью обновили ему гардероб. Конечно, она знала о самом действенном методе сброса веса – качественном сексе. Но вот проблема: у двух трудоголиков в семье просто нет на него ни сил, ни времени.

Они были в браке уже целых 10 лет. Артем был юристом, она аудитором, и у них было идеальное совпадение мировоззрений и характеров. Они оба были флегматиками и трезво смотрели на жизнь. Их союз образовался сам собой, у них не было искр и прочих штучек из любовных романов. Зато было общее понимание целей совместной жизни и уважение друг к другу.

Все эти годы они жили душа в душу и в недоумении наблюдали, как вокруг них разводятся пары. Потом снова женятся и снова разводятся. Их же жизнь шла своим чередом. Их не пугал пресный быт, не казались скучными поездки на дачу и не возмущали ссоры. Тем более, их редкие разногласия и ссорами-то назвать было трудно. Им даже не нужен был примирительный секс.

Правда, с годами они потихоньку отказывались и от других сексов. Вначале они как-то естественно отказались от утреннего секса. Потом от секса по субботам. Затем от секса по-быстрому. И секса под сериальчик. Даже секс после свидания перестал их манить. А когда исчез особый секс в день рождения, можно было бы начать волноваться. Но Натали и Артем были не из тех людей, которых могла бы испугать подобная проблема. Они оба отнеслись к этому как еще одному этапу их отношений. И если эта часть совсем исчезнет из их семейной жизни, это вряд ли выведет их из равновесия.

Вопрос сексуальной жизни Натали уже не раз поднимался на Бабсовете, но, в первую очередь, сама Натали не понимала, что плохого в том, что секса у них в семье нет. Зато у них с Артемом было расписание их жизни на 50 лет вперед, а это гораздо важнее какой-то там страсти. И в конце концов, она не могла доверить решение этого вопроса тем, кто не состоял в таких длительных отношениях. Пусть даже это ее близкие подруги и они желают ей только добра.

Подружки же звонили во все колокола. Нет секса – нет семьи, утверждали они. И предлагали начать путь возвращения к страсти со списка самых топовых товаров в магазине укрепления семьи. Все, что она могла – это обещать обсудить это с Артемом в День Разговоров По Душам – он стоял в их расписании в будущее воскресенье.

А сегодня Натали взяла ноутбук под мышку и вышла из офиса. В конце концов, у нее впереди еще целая ночь на исправление отчета. Еще один плюс, что в ее жизни нет секса – он перестал отнимать у нее ночное время, и она может заняться чем-то действительно важным.

Ася

Ася стучала вилкой по столу, будто она барабанщик рок-группы. У нее даже получался ритм. Зрители тоже были – правда, почему-то недовольные. В конце концов, к ней подошел официант и предложил что-нибудь успокаивающее. Как насчет чая с ромашкой? Асе стало неловко – она и правда слегка нервничала. Тема у нее щекотливая, а девочки все не идут.

Еще три месяца назад она была глубоко убеждена, что отношения ей не нужны. Накануне она в очередной раз навсегда разочаровалась в мужчинах и обещала себе, что теперь уж точно все. Карьера, наслаждение свободой и, возможно, иногда секс по дружбе – вот ее выбор как сильной и независимой женщины.

Она работала стилистом в сильно модном секонд-хенде. Помогала людям составлять стильные луки из одежды, которая старше их по возрасту, вела шоу на собственном канале магазина, носилась с высунутым языком на показах и в целом ощущала бурление своей молодой жизни в полном объеме. Иногда она любила выходить в свет: ее почта была полна приглашений на всякие пати и афтепати. Она ходила туда не часто. И делала это разве что от скуки или чтобы продемонстрировать свою модную находку. Друзей у нее в тусовке не было. Да там и не принято было дружить. Скорее приятельствовать. Потому она так ценила своих настоящих подруг, с которыми была знакома с института, и прислушивалась только к их советам.

Не прошло и недели после ее разрыва с прежним крашем, как ей в сторис прилетел “огонек” с незнакомого аккаунта. “Ого, кажется, я популярна”, – подумала Ася и из любопытства написала незнакомцу. Ей было интересно узнать, кому принадлежит “огонек”, а страница была закрыта. После обмена дежурными приветствиями незнакомец открыл страничку ради нее, и в тот же миг она сочла свои выводы насчет мужчин преждевременными. По всему выходило, что парень очень даже ничего. Если верить фото с Пизанской башней, то вроде бы высокий. Если судить по фото с ядреными фильтрами, то голубоглазый. Но больше всего ее манил в его внешности стиль одежды. Уж что-что, а его не подделаешь ракурсами и фильтрами. Платон (так звали этого красавчика) предпочитал рваные свитеры с узором из 90-х, толстовки со смелыми надписями, сильно оверсайзовые футболки. На ногах у него она разглядела парочку нелепых ботинок (явно ручной работы) и идеально белые кроссовки. В сочетании с подчеркнуто вежливыми сообщениями получалось горячее комбо. Как раз во вкусе Аси, надо же.

Когда они перешли в более удобный мессенджер, Платон рассказал ей, что пару раз видел ее в секонде, но так и не решился познакомиться. Поэтому подумал отыскать ее через аккаунт бренда и сделать деликатный комплимент в виде “огонечка” в сторис. Он понимал нелепость жеста, но что поделать, если девушка нравится, а преодолеть смущение непросто, когда она окружена толпой восторженных поклонников. Ася была удивлена его признанию. Она серьезно так выглядит со стороны? Неприступно? Интересненько…

Он работал в IT, но это не мешало его увлечению модой. При этом он не знал из этого мира никого, кроме разве что Коко Шанель, а покупки делал по наитию. Чаще всего это были кастомные магазинчики и, собственно, секонды. Через одежду он как бы говорил, что айтишник – это не приговор. Сальные волосы, очки и свитер “неделька” – стереотипы, которые не имеют ничего общего с реальностью. Ну хорошо, имеют, но не на 100 же процентов! Максимум на 80…

С того дня Ася не могла выкинуть из головы мысли о Платоне. Кажется, что-то подобное она в последний раз чувствовала в школе. Она даже поймала себя на мысли, что хочет вести дневник о своих чувствах. Вот уж накрыло, так накрыло.

“Дорогой дневник, сегодня 31-й день нашего общения с Платоном. Мы поменяли тему нашего мессенджера на романтичную и даже уже обмениваемся недвусмысленными смайликами. Но есть один нюанс – Платон до сих пор не позвал меня на свидание. Вопрос: а он вообще существует?” – Ася закрыла пушистую розовую тетрадь и погрызла кончик ручки. На самом деле она понимала, зачем ей понадобился дневник. Ей безумно хотелось поделиться с кем-то мыслями о своем наваждении, но она не могла пока рассказать свою тайну девочкам – а вдруг окажется, что Платон и правда ненастоящий? Стыдно в такое вляпаться, когда тебе 30. Так что она продолжала молчать как партизан на вопросы девочек о ее личной жизни и все больше раздавала советы относительно их проблем. Благо, в чате и на собраниях всегда было что обсудить.

– А ты смотрел новый фильм Вуди Аллена? – На 32-й день знакомства Ася решила начать намекать Платону на встречу.

– Кстати, нет, но слышал о нем много отзывов. Как всегда, неоднозначных. Какой твой любимый фильм? – Платон ответил как всегда расплывчато, но сегодня у Аси возникло желание быть хозяйкой своей жизни, а значит, надо продолжать путь наступления.

– Мой любимый “Ночь в Париже”, конечно, но я не об этом. Сегодня в Художественном будет показ новинки. И я была бы рада сходить туда с тобой. – Она хотела добавить “отметим наш 32-й день знакомства”, но потом осеклась. Вот еще – рассказывать ему о том, что она считает дни!

Некоторое время она наблюдала тревожное “печатает” в шапке мессенджера. И в конце концов, минуты через две – да точно через две, она считала! – пришел ответ.

– А ты знаешь, я с удовольствием. Давай куплю билеты. За тобой заехать?

Ничего себе. Такое простое. Такое нормальное сообщение. И зачем, спрашивается, было тянуть 32 дня? Но на его предложение заехать за ней она все-таки ответила отказом. Никакая влюбленность не могла затуманить ее мозг, чтобы она забыла об элементарных мерах предосторожности. А они гласили: в машины к незнакомцам (даже очень симпатичным) садиться строго запрещено.

В фойе кинотеатра она влетела в последнюю минуту перед сеансом. Ее такси застряло в пробке, и ей было страшно неловко. Опоздать на встречу мечты? И как она умудрилась? Зато она была красивая: она выбрала элегантный тотал-блэк из водолазки и шерстяных брюк палаццо. Предполагалось, что он не устоит и поцелует ее прямо там – в фойе. Ну хорошо, может, не поцелует, но подарит цветы уж точно.

Она сразу его узнала. Один в один, как на фото – какая удача, фото были не фейковые! Он был в поношенном (естественно, специально “поношенном”) пиджаке и серых потертых джинсах. Волосы были аккуратно собраны в хвостик. В руках был кулек с конфетами.

– Привет, Ася. Это вот тебе конфеты. Если свидание покажется кислым, съешь одну. Или парочку, – улыбнулся он. Ася готова была растаять вместе с конфетами. Какие, к черту, цветы? Этот подарок ей нравится явно больше.

Свидание было не кислым. Платон был ровно таким, каким ей хотелось видеть мужчину рядом собой. Галантным, обаятельным, скромным. Впрочем, последний пункт не столько завораживал, сколько мешал. Несмотря на явный магнетизм между ними (ну не выдумала же она?), он даже не взял ее за руку во время сеанса.

После кино они ужинали в ресторане и долго обсуждали фильм.

– Вуди Аллен по-прежнему хорош. У него определенно есть стиль и он его придерживается все эти годы. Люблю в людях постоянство. А ты? – Платон как раз намотал спагетти на вилку и перед тем, как отправить их в рот, посмотрел на Асю.

– Мне тоже нравится. Не только постоянство, но и вкус. Вот у тебя, к примеру, он есть. Мне нравится, как ты относишься к выбору гардероба. Это я тебе как стилист говорю, – Ася улыбнулась и приступила к своему ризотто. Он был великолепным. Как и весь вечер, отметила она.

– Ого, похвала от стилиста? Серьезно? Пожалуй, мне самое время задрать нос. Но вообще-то, ты меня опередила. Я как раз хотел сказать, что ты мне очень понравилась, – с этими словами Платон тоже вернулся к еде.

Затем они поменяли локацию и пили кофе во французской пекарне. Асе приятно было осознавать, что оба они никуда не торопятся, и вечер субботы принадлежит только им двоим. А все-таки пришло время провожать Асю до дома. Платон согласился с ее правилом не садиться к незнакомцам в машины, а потому предложил проводить девушку на метро. В метро она не ехала – она порхала на крыльях любви, будто ей 15. Как же давно она не испытывала этого чувства!

Но вот ее подъезд. Настало время прощаться. И, по правде говоря, ей совершенно этого не хотелось. Она бы с удовольствием предложила Платону выпить по чашке чая (или что там у нее в баре?), но как будто чувствовала, что еще не время. И она, не в силах дождаться поцелуя или хотя бы теплого объятия, первая протянула ему руку, будто только что у них завершилась деловая встреча. Платон пожал ей руку в ответ, по лицу его было видно, что он тоже в некотором замешательстве.

– Спасибо за вечер, Ася. Было приятно познакомиться и пообщаться, – сказал он и отправился обратно к метро.

Она впорхнула домой, сбросила ботинки и минут 5 прыгала на кровати, как маленькая. Это был идеальный вечер!

Еще лучше началось следующее утро. Она сделала утренние “потягушки” в постели, как вдруг услышала пиликанье телефона. Платон написал ей первым (хороший знак!), описал свои впечатления от встречи уже в письменном виде и… пригласил ее на следующее свидание! Ну как свидание. Он предложил ей выпить по чашке кофе минут через 30.

Ася надела свои лучшие хулиганские джинсы и правильно растянутую футболку, набросила пальто и выбежала из дома. По правде говоря, она ощущала бодрость без всякого кофе. О, это волшебное чувство – предвкушение! Она уже почти готова была простить ему 32 дня общения онлайн. Так быстро пригласить на вторую встречу – ну и ну!

– Привет, Ась. Как спалось? – Платон ждал ее за столиком у окошка.