Сюрприз за чайным столом

© Татьяна Герцик, 2023

ISBN 978-5-0062-0860-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Ее величество королева Лоринда в сопровождении своей верной свиты плавно шествовала по аллее парка к любимому павильону, где по причине прекрасного теплого утра приказала накрыть легкий чайный стол. Ее изящное шелковое платье небесного оттенка красиво облегало стройную фигуру, тщательно уложенная куафером прическа подчеркивала пышность блестящих волос, и весь ее облик был утонченно-грациозным, но королеву ничто не радовало.

Она ужасно скучала. Все вокруг было таким обыденным, обыкновенным и пресным, что она с трудом сдерживала зевоту. Виконт Глицкий, как признанный фаворит, шедший по левую руку от нее, горячим взглядом обласкал ее румяное лицо, но она лишь досадливо отвернулась. Все надоело! Все!

Высокий лоб королевы хмурился, разрезаемый глубокой морщиной, отчего ее хорошенькое личико стало выглядеть озабоченным и даже зловещим.

Притихшие фрейлины с кавалерами озабоченно переглядывались между собой. Настроение королевы ничего доброго им не сулило. Нет, она никогда не срывалась и не грозила своим людям опалой или серьезными неприятностями, но ее нервозность действовала на всех окружающих не лучшим образом.

Ее величеству от души сочувствовали. Да и как не сочувствовать, когда три года назад после десятилетнего вполне благополучного супружества его величество король Роденоса Табуальд Восьмой вдруг заявил, что отчаянно устал от семейной жизни и будет жить так, как ему хочется. Поскольку долг перед родом он полностью выполнил, обзаведясь в законном браке двумя сыновьями и вдобавок к ним двумя дочерьми, то имеет право завести хоть дюжину фавориток и развлекаться, как пожелает. А его надоевшая супруга, чтоб не мешать ему жить так, как хочется, должна удалиться в свое имение на юге страны, то есть попросту отправиться в ссылку.

Короля тоже можно было понять – он, не имевший про запас ни одного брата, после смерти отца от мгновенно скрутившей того болезни был вынужден скоропалительно жениться в беззаботные двадцать лет, то есть именно в то время, когда юнцы только-только познают мир и вкушают соблазны, учась справляться с ними без особых хлопот.

Невесте же, третьей дочери герцога Орланжского, в ту пору едва исполнилось семнадцать, она была добра, мила и чистосердечна. Никаких мечтаний о престоле у нее не было, принца, а тем более короля она видеть своим супругом вовсе не хотела, но кто ее спрашивал? Отец приказал – она покорно выполнила его волю.

Как водится среди знати, это был чисто династический брак, до свадьбы молодые даже не видели друг друга.

Воспитанная в родовом замке отца в строгости и послушании, с перспективой в лучшем случае стать женой маркиза, не более, Лоринда, оказавшись королевой просто потому, что других подходящих невест в окружении вдовствующей королевы на тот момент не оказалось, не потеряла голову от свалившейся на нее чести, оставшись такой же милой и отзывчивой девочкой, какой была до замужества.

Чего ей категорически нельзя было делать – это влюбляться в собственного супруга. Но неопытная девушка, впервые понявшая, как может быть приятно мужское внимание, влюбилась в Табуальда со всем пылом нерастраченной души, не чувствуя вынужденности проявляемой к ней юным королем благосклонности.

Но даже если бы ее и кто-то предупредил, что нельзя любить короля, она бы не послушалась. Ее супруг был так хорош, предупредителен и ласков, что устоять не было никакой возможности. И сделала из него смысл всей своей жизни, что было попросту глупо. Лоринда не раз досадовала на саму себя. Вот если б в ту тогдашнюю доверчивую головку да ее теперешние мозги, она бы никогда не стала считать его идеалом!

Нет, его величество и в пору жизни с законной супругой услаждал себя чувственными удовольствиями, меняя хорошеньких и на все согласных любовниц одну за другой, но хотя бы не демонстрировал свои предпочтения прилюдно, выказывая своей королеве положенное уважение, пусть и чисто внешнее.

Королеве не раз докладывали о сладострастных увлечениях короля, но она не принимала их всерьез, считая, что все дело в завистливости тех, кто ей это говорил. Просто они с Табуальдом очень хорошо подходят друг другу, а таким счастливым парам всегда завидуют, это неистребимо.

И вот теперь, оставленная супругом, Лоринда, чувствуя себя преданной, не могла понять, как могла быть такой слепой и наивной.

Остановившись возле куртины с любимыми ею фиолетовыми фиалками и делая вид, что любуется ими, Лоринда раздраженно принахмурилась, припомнив свою последнюю встречу с венценосным супругом. Месяц назад в Роденос прибыл наследный принц соседней Бастинии с визитом, во время которого должен был решить, объявлять ли принцессу Розалию, старшую дочь Табуальда и Лоринды, своей невестой, или нет.

Поскольку принцу было четырнадцать, а принцессе всего семь лет, то смотрины проходили в детской комнате для занятий. Девочке было все равно, что за мальчишка решил вдруг с ней познакомиться, и она благосклонно позволила ему помочь ей собрать сложный рисунок из разрезанных на части кусочков.

Вместе это у них получилось довольно быстро и аккуратно, и она весело поблагодарила его, предложив прийти к ней перед обедом и поиграть еще в какую-нибудь забавную игру. Принцу непосредственная и хорошенькая принцесса понравилась, и он согласился на такую невесту. Договор подписали обе заинтересованные стороны, и в честь этого знаменательного события был дан придворный бал.

Опальная королева была вынуждена прибыть на него, ведь пропустить праздник в честь помолвки собственной дочери она не имела права. Король был с ней изысканно вежлив и даже сделал пару комплиментов, подчеркнув здоровый цвет ее лица, что Лоринде не слишком-то понравилось.

Она вообще сочла его слова скрытой издевкой, ведь румяными щеками красовались только простолюдинки, а знатных дам украшала лишь таинственная бледность и куртуазная томность. Лоринда вернула неверному супругу сомнительный комплимент, с любезной улыбкой заявив, что вот у него, увы, вид несколько утомленный. Похоже, он не спит ночами, заботясь о благе королевства, и многозначительно указала взглядом на стоявшую неподалеку с хмурым неприязненным видом явно ревнующую очередную фаворитку короля.

Табуальд странно хмыкнул и замолчал, с недоумением глядя на законную супругу. Прежде она никогда не отвечала ему в столь пренебрежительном тоне.

Зато его мать, вдовствующая королева, не преминула сделать замечание невестке, неодобрительно заметив, что нужно вести себя более умно и осмотрительно. На это Лоринда сдержанно указала, что, подарив за десять лет супружества королевскому роду четырех детей, пребывающих в полном здравии, свой долг перед короной полностью выполнила, и теперь, с милостивого позволения короля, живет так, как ей хочется.

Привыкшая повелевать вдовствующая королева угрюмо замолчала. А что еще она могла сказать, если смогла родить своему супругу лишь одного-единственного сына? Но она попыталась отыграться, внезапно приехав к невестке со всем своим двором всего через неделю после знаменательного бала, желая поставить ту на место и научить жить скромно и тихо, именно так, как положено брошенной жене.

Но у Лоринды недаром везде были бдительные родственники, своевременно извещавшие ее о всех передвижениях недоброжелателей, и она, получив предупреждение о тайком собирающейся к ней свекрови, тут же уехала в гости к отцу, тем более что там отмечалась помолвка ее племянницы с маркизом Вестверри.

Так что королева-мать приехала к закрытым дверям дворца строптивой невестки и удостоилась лишь униженно-растерянных извинений дворецкого. Жить в чужом доме без позволения хозяйки невместно было даже вдовствующей королеве, и она была вынуждена убраться восвояси, даже не высказав невестке всего, что наболело на душе.

А что было делать? Гостья же не предупредила хозяйку о своем приезде, так что Лоринда была полностью в своем праве, ее даже упрекнуть было не за что.

Приятное воспоминание об унижении вдовствующей королевы немного улучшило настроение опальной королевы, но не настолько, чтоб радостно улыбнуться погожему солнечному утру. Старавшийся ей угодить виконт Глицкий, видя, как она любуется цветами, опустился на одно колено, нарвал премиленький букетик фиалок и преподнес ей его, все также не поднимаясь с колен.

Королева милостиво приняла подношение и даже прикрепила букетик на свой корсаж в знак благоволения. Обрадованный мужчина поцеловал ей руку, многозначительно пожав, но даже и этот намекающий на близость жест не вывел ее из мрачновато-меланхолического настроения.

В полном молчании в сопровождении своей небольшой, но верной свиты она дошла до любимого павильона в самом центре ухоженного парка и растерянно ахнула, замерев на месте – во главе накрытого к чаю стола, там, где было положено восседать хозяйке, то есть ей самой, привольно устроился какой-то странный мальчишка с припорошенными пылью взлохмаченными короткими волосами соломенного цвета и бесцеремонно уплетал ее пирожные со стоящей перед ним доверху наполненной тарелки!

Не то, чтоб ей было жалко каких-то ничтожных пирожных, после чаепития их всегда оставалось больше сотни, но сам факт его присутствия в ее закрытом для посторонних парке был просто невероятен! Ведь парк, да и все имение охраняло несколько сотен подготовленных к любым неожиданностям стражников.

Наглый мальчишка был одет в странный колет с широкими разрезами, из которых выставлялась сероватая рубашка из плотного миткаля, и обтягивающие ноги черные штаны, подобные которым никто в Роденосе не носил. А уж его коричневые башмаки с тупыми носами были попросту смешны.

Не обращая внимания на подошедшую толпу придворных, нахаленок, зажмурившись, клал в рот одно за другим малюсенькие пирожные и довольно причмокивал, смакуя и одобрительно кивая головой.

– Ты кто такой? – грозно вопросила королева, скорее озадаченная, чем возмущенная, подойдя поближе к столу.

Мальчишка открыл глаза, повернул голову налево, увидел королеву со свитой, но вовсе даже не испугался, как ожидала Лоринда. Наоборот, он широко улыбнулся и в знак приветствия развязно помахал всем испачканной в шоколаде рукой.

– Привет! – бросил он подошедшей к нему вплотную раздосадованной столь неуважительным отношением королеве и закинул в рот безе с пышной шапкой крема наверху. – Я просто Перри.

Имя больше походило на дворовую кличку, чем на человеческое имя, и придворные зашушукались, ожидая, что нахальный мальчишка из простолюдинов будет немедленно выпорот на конюшне и с позором изгнан из парка, да и вообще из поместья.

– Просто Перри, значит? – угрожающе притопнула ногой королева, раздумывая, не пора ли ей поменять начальника стражи, что-то уж слишком расслабились его подчиненные, пропуская в ее владения кого попало. – А как ты сюда проник, Перри?

Тот широко улыбнулся, пожал плечами и, не ответив на вопрос, выдал потрясающую по своему бесстыдству фразу:

– А вы кто? – и взял со своей ополовиненной тарелки следующее пирожное, на сей раз эклер с нежнейшим сливочным кремом, и с блаженной гримасой тотчас его сжевал.

– Ты даже не знаешь, кто я? – королеву было трудно удивить, но ему это удалось. – Я хозяйка этого замка и этого королевства!

– Да? – на мальчишку столь гордое заявление не произвело никакого впечатления. – А что это за королевство?

– Ты и этого не знаешь? А где же ты тогда живешь? – Лоринда была уверена, что он ее просто-напросто разыгрывает.

Она могла бы уже давно приказать выгнать этого нахала за ворота, но почему-то медлила. Может быть оттого, что препираться с ним было весело? Храня ее покой, никто из придворных давным-давно слова поперек ей не говорил, соглашаясь с любой ерундой, что говорила она, что было даже не скучно, а просто-напросто до чертиков тоскливо.

– Шалеко отшюда, – с блаженным видом шепеляво выговорил мальчишка, безостановочно жующий пирожные.

Королева с предвкушением подумала, как же у него будет болеть живот от невероятного количества сладкого зараз. Но ей тут же стало стыдно, и она машинально, даже не задумываясь, налила дорогого арлезинского чаю в чашечку драгоценного крейского фарфора и подвинула поближе к мальчишке.

– Пей, не то плохо будет.

Придворные решили, что королева вспомнила детей, воспитывающихся в столице под присмотром взыскательной королевы-матери. Но сама Лоринда о собственных детях и не думала. Сев рядом с мальчишкой на место своей гофмейстерины, она с любопытством уточнила:

– Далеко – это где?

Он отрицательно повертел головой, отказываясь отвечать на столь простой вопрос. С шумом отхлебнул чай, отчего королева брезгливо поморщилась, не одобряя столь вольное нарушение правил поведения за столом, и конфузливо сообщил:

– Вот скажу я вам, где, а вы потом нашему королю какую-нибудь ноту протеста заявите и моему наставнику попадет за то, что он плохо следит за своими учениками.

– А он за тобой в самом деле недостаточно смотрит, так что попадет ему за дело. Ведь это ж надо – ты тайком пробрался в чужое, закрытое для всех поместье! – Лоринда сердито погрозила ему пальцем.

– Никуда я тайком не пробирался, – мальчишка возмутился так, что даже забыл закинуть в рот очередное пирожное. – Меня сюда дар вынес. Я пока им не очень хорошо умею управлять, я пока еще только ученик. Можно подумать, что в вашем королевстве такого не бывает!

Королева досадливо прикусила нижнюю губу. Какой-такой дар? И как этот странный дар мог перенести такого немаленького пацаненка через огромную каменную изгородь с острыми наконечниками наверху, да еще мимо целой армии вооруженных стражников? Это было уже настоящим враньем, которого она совершенно не переносила.

Разочарованно откинувшись на спинку кресла, дала знак стоящему подле нее виконту Глицкому, давно уже с плохо скрытым негодованием прислушивающегося к странному разговору. Тот мигом выступил вперед, за ним еще два кавалера из свиты. Они хотели было схватить мальчишку, и тут же, невесть чем откинутые от тщедушного тельца, отлетели прочь, с силой впечатавшись в тонкие стенки павильона, едва его не проломив.

Все замерли, не понимая, что случилось. Едва мужчины поднялись, оценивающе глядя на мальчишку, как он широко развел руками и повинился:

– Простите, это я не нарочно. Просто не терплю, когда меня хватают.

– Так ты колдун? – потрясенно выдохнула королева.

Мальчишка осуждающе покачал головой, вытирая о белоснежную скатерть липкие, измазанные в шоколаде пальцы.

– Колдуны только в сказках бывают. Или, может быть, у вас они есть? Вот было бы здорово! – оживился он и с предвкушением в глазах стал ждать ответа.

– Колдуны? – ее величество растерянно пожала плечами. – Нет, никогда о таких не слышала, – и принялась перечислять, загибая тонкие, унизанные кольцами пальцы: – Лекари есть, травницы есть, даже гадалки разного рода имеются. Колдунов нет. Только в сказках, как ты и сказал.

Мальчишка разочарованно вздохнул и покрутил перед своим носом относительно чистые ладони. Зато скатерть с его стороны покрылась отвратительными коричневыми пятнами.

– Ну вот, у нас их тоже нет. А так хотелось на них хоть одним глазком посмотреть!

– А кто же ты тогда такой, если у тебя есть колдовской дар? – королева заметила, что от возбуждения у нее начали подрагивать кончики пальцев.

– Я просто маг. Не очень сильный, – Перри неотесанно слизал остатки не оттершегося с пальцев шоколада и потянулся за следующим пирожным.

– А где ты учишься? – королева всерьез заинтересовалась странным парнишкой.

– У наштавника в его доме, – из-за очередной воздушной булочки со взбитым кремом с вишенкой речь незваного гостя стала маловразумительной. – Ушусь вместе с штругими ошарёнными.

Увидев, что тарелка перед ним опустела, Лоринда хотела было приказать кому-нибудь из придворных наполнить ее снова, но под требовательным взглядом Перри тарелка сама по себе взлетела и принялась облетать стол, замирая возле красиво уложенных на блюдах пирожных. Те послушно поднимались и аккуратно укладывались на тарелке, причем снизу предусмотрительно оказались те, на которых была либо сахарная пудра, либо глазурь, а уж сверху строились корзиночки, безе и прочие шедевры кулинарного искусства, украшенные взбитыми сливками и разноцветным масляным кремом.

Ее полет сопровождался изумленным гулом ошеломленных придворных.

– Тебе не все пирожные нравятся? – королева заметила, что некоторые блюда остались нетронутыми.

– Ага! – усердно закивал мальчишка, ловко поймав возвратившуюся к нему полнехонькую тарелку и ставя ее прямо перед собой.

Позади раздалось легкое покашливание гофмейстерины, и Лоринда опомнилась. У нее же вся свита столько времени стоит на ногах! Ах, как неудобно! Она повернулась к придворным и вежливо предложила им начинать чаепитие.

Виконт Глицкий, вынужденный сесть на свое обычное место, оказался не по левую руку от королевы, в соседи ему достался самый невоспитанный из всех виденных им в жизни мальчишек, и он брезгливо морщился, даже не притрагиваясь к соблазнительным сластям.

Оставшаяся без места гофмейстерина растерянно топталась за спиной королевы, не зная, что предпринять. Стоять рядом со столом, когда сидели те, кто был гораздо ниже ее по статусу, было неприятно, да и попросту обидно, но никто из придворных и не думал уступить ей свое место.

Внезапно порыв ветра принес ей свободный стул с конца длинного стола, а ряд вольготно сидевших придворных был подвинут поближе друг к другу, освобождая для нее место подле королевы. Стул был слишком прост для герцогини Вольштейской, но она, не моргнув глазом, благодарно кивнула проделавшему этот фокус мальчишке, усердно жующем очередное пирожное, и грациозно опустилась на неудобное сиденье.

– Ты и так умеешь? – восторженно выдохнула королева.

– Это мелкие мелочи, – удивленно ответил ей недоумевающий Перри. – У вас что, нет магов, раз вас это так сильно удивляет?

– Представь себе, вовсе нет! – закручинилась Лоринда. – Без них скучно. Жизнь такая обыденная, без чудес и развлечений…

– Маги не для развлечения существуют, – строго указал мальчишка. – У них дела поважнее будут.

– А какие? – королева даже наклонилась в нему, забыв о непреложном правиле держать спину прямо в любой ситуации.

– Они главным образом воюют, – Перри нахмурился, посерьезнел, становясь старше на глазах. Его глаза потемнели, черты лица стали четче. – Защищают страну.

Роденос давно уже ни с кем не воевал, да и последнюю схватку из-за маленького клочка земли, затеянную полсотни лет назад соседствующими королями исключительно для собственного развлечения, войной можно было назвать лишь с большой натяжкой, поэтому королева не придала особого значения его словам.

– И это все, что они умеют? – провоцирующе удивилась она. – Убивать?

– Не убивать, а защищать свой народ, – все так же хмуро поправил он ее. – Но умеют гораздо больше, почти все.

Если б здесь не было столько слушающих этот разговор любопытных людей, среди которых наверняка имелись и доносчики, Лоринда расспросила бы Перри о возможностях магии поподробнее. Ее очень интересовал эликсир вечной молодости, вдруг мальчишка знает его состав? Она бы заплатила за чудодейственное средство, возвращающее юность, столько, сколько нужно.

Ей отчаянно хотелось, чтоб ее неверный супруг пожалел о своем опрометчивом решении оставить свою королеву. А еще хорошо бы узнать о чудесных переносах из страны в страну, как это умел делать Перри, о полетах по небу, пусть даже и на метле.

Но любопытствовать в присутствии стольких подслушивающих ушек она себе позволить не могла. И снова недовольно посмотрела на ораву призванных облегчить ее жизнь придворных, на самом же деле приносящих ей лишь головную боль. Она вовсе не тщеславна и с гораздо большим удовольствием жила бы в маленьком домике всего-то в пару этажей, и ей вполне бы хватило десятка слуг.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.