- -
- 100%
- +
Глава 1. «Холодный ручей» и его обитатели
На подъездной дорожке нас встречал Андрей Петрович, наш куратор, в сумерках было сложно разобрать подробно, но в общих чертах это был довольно грузный мужчина, лет сорока-сорока пяти, с короткими темными волосами и глубоко посаженными глазами. Образ завершал немного крупный нос-картошкой и подбородок с ямочкой.
Весь его вид выражал недовольство, от поджатых губ и скрещенных над пузиком рук, до насупленных кустистых бровей. Мы добрались в "Ручей" около шести вечера, из-за опоздания поезда, не успели на автобус, пришлось ждать следующий, после, от конечной остановки долго уламывали деда на подгнивших жигулях подбросить нас до усадьбы.
Переговорами занялся Костик и торговался он с воодушевлением как заправский барыга, несмотря на свой статус мажора, отстаивал каждый рубль. Минут пятнадцать они с дедом препирались, с азартом и явным удовольствием, и торговались бы до сих пор, но тут я начала ныть, что хочу есть.
Константин приобнял и покровительственно сообщил, что накормит меня уже через час. Семён на это лишь хмыкнул. Даже удивительно как эти двое спелись! Поначалу парни порыкивали друг на друга, спорили и глядели недовольно. Два лидера в одном трио это зрелище не для слабонервных, я воздержалась и решила, покомандовать успею, поэтому молча наблюдала.
Потом они решили, что руководить можно и сообща, было бы кем. В роли электората ожидаемо была выбрана я, дальше и вовсе выступили объединенным фронтом, когда мне захотелось ехать на верхней полке. Я народ меня надо беречь, а там опасно можно упасть, с тем и переселили на нижнюю.
Я закатывала глаза так часто, что казалось в определенный момент они так и останутся смотрящими в мой утомленный их командованием мозг.
Секрет удивительной гармонии оказался в распределении ролей, Костя весельчак и болтун, на нем развлекательная и информационная часть. Семён серьезный и ответственный, на нем собственно сама практика и безопасность.
Я цветочек-ромашка, которую все опекают и не дают влипнуть в приключения. Негласно разделив таким образом обязанности, нам удалось не поубивать друг друга в пути, и довольно сносно перенести почти сутки пути в поезде.
И все было хорошо пока мы не стали ролями меняться, но об этом позже. Уставшие и голодные с дороги, не стали препираться с куратором, а молча поплелись за ним в выделенный нам домик.
Сама усадьба «Холодный ручей» представляла собой скорее замок, чем имение. Грандиозное и величественное строение в стиле раннего классицизма, с белоснежными колонами и портиками, простота форм и гармония, сочетание белого и солнечно жёлтого . "Ручей" состоял из четырех строений соединенных собой анфиладой комнат по форме ромба, прямые линии, симметрия и минимализм. Реставрация основного комплекса завершилась три года назад, так же были закончены два флигеля и охотничий домик. В данный момент восстанавливали египетский павильон.
Некий очень известный бизнесмен и меценат, вложил в реконструкцию по слухам сорок миллионов долларов. Его имя мне далёкой от мира больших денег ни о чем не говорило, но Костя при упоминании Аркадия Кострова уважительно присвистнул.
Так вот, щедрый Костров восстановил не только имение но и шикарный английский парк с большим прудом и конюшни.
В данный момент комплекс был в завершающей стадии реконструкции, студенты вроде нас занимались восстановлением коллекции живописи прилагающейся к усадьбе.
Полотна в основном мало известных художников 18-19 века, долгое время хранились в запаснике местного музея, но после покупки усадьбы Костровым перешли к последнему. Обновленную коллекцию планировали выставить в галерее замка и сделать изюминкой экскурсионного тура.
Все в усадьбе было продумано и рационально. В одном крыле открыли мини отель на двадцать шикарных номеров, имелся ресторан русской и французской кухни, основное здание функционировало как музей, и ещё в одном крыле проводили музыкальные вечера, шахматные турниры, свадьбы, семинары и прочие мероприятия. На обновленной конюшне доступно катание на лошадях, а по прекрасному пруду можно было поплавать на белой лодочке.
Всю эту красоту мы смогли увидеть только на следующий день, а пока плелись за Андреем Петровичем в южный флигель, где нас и поселили. Флигель представлял собой небольшое двухэтажное строение на восемь комнат и столовую, здесь обитал обслуживающий персонал. Нас определили в разные комнаты, спасибо Пресветлому, ибо мое терпение было на исходе. Парней в одну комнату, а меня отдельно. Милая женщина по имени Мария выдала нам белье и большую тарелку с бутербродами, показала комнаты и санузел, разъяснила распорядок дня.
Тарелку я как самая голодная захапала себе, а парни закинули вещи в свою комнату и пришли на запах съестного. Семён тут же развалился на моей кровати, а Костя пытался кормить меня, как и обещал. Мои возражения и уверения, что я вполне могу есть самостоятельно не действовали, а вот укус за палец очень даже помог. Костя угомонился, мы расселись на кровати вокруг тарелки, как скауты вокруг костра и принялись строить планы на завтра.
– Этот Петрович мне не нравится, – говорил Костик куснув половину бутерброда разом. – Мутный и ворчливый, будет нам яйца крутить, – взглянул на меня и поправился, – пардон, нервы делать.
– Угу, – Семён был как всегда красноречив и прожорлив. Пока мы говорили он ожесточенно поедал наш между прочим общий ужин.
– Как начнет крутить, так и будем думать, что делать, чего сейчас то волну гнать, рано ещё. – мне было лениво думать что делать с раздражающим куратором. Хотелось в душ и спать, спать, спать.
– Ромашка, когда начнет, если начнет, – Костя важно поднял вверх указательный палец, придется уже думать об этих самых яйцах! Потому предлагаю бить на опережение!
Ему бы с такой решимостью самому курсовые писать, а не вот это вот все.
– И что ты предлагаешь? – сонное любопытство шевельнулось в груди.
– Сразу дать понять, что ездить на себе мы не позволим, практика практикой, но никаких левых заданий и поручений.
– Угу ,– опять Сёма, запихивая уже шестой или седьмой бутерброд. Наверное он готовился к конкурсу поедания бутеров на скорость, а нам не сказал.
– А мне кажется, ты себя накручиваешь, и нас заодно. Этот Андрей, конечно неприятный тип, но пока ничего плохого нам не сделал. – это я.
– Завтра, посмотрим, думаю он сразу обозначит свою позицию по нашей практике, там и будем действовать. – видя что никто особо не шевелится Костя взял на себя бразды правления, то есть примерил не свою роль. Тут нам стоило насторожиться, ибо это был первый звоночек, в смене обязанностей ,который все дружно пропустили, но мы просто доели бутеры и я выперла парней из своей комнаты.
После душа уже почти уснула расчесывая волосы, но телефонный звонок выдернул из дрёмы. Сонное и расслабленное состояние ослабило бдительность и я ответила на звонок с незнакомого номера.
– Привет, Алекс. – голос Макса был приглушённым и вкрадчивым. Наверное так говорят по телефону маньяки угрожающие своим жертвам .
– Привет, чего хотел? – ответ вышел немного грубым, странно, думалось я уже остыла, и забила на обманщика-детектива, а тут завелась с пол-оборота.
– Услышать твой голос, – было понятно что парень затянулся сигаретой . Воображение нарисовали картинку: Макс сидящий на полу, ноги согнуты в коленях, спина откинута на стену, он затягивается и выпускает дым вверх задирая голову к потолку. При этом видна шея с острым кадыком, к которой хочется прильнуть губами. Демоны! О чем я думаю ! В полном раздрае ответила ещё грубее:
– Запиши наш разговор и прослушивай потом сколько угодно! – на кого я злюсь больше интересно, на него или на себя за эту яркую картинку в голове?
– Так и делаю, – Макс тихо смеётся, смех бархатный проникающий под кожу прямо в вены несётся с потоком крови к сердцу и прочно устраивается там, как сытый кот в мягкой корзинке. – с удивлением посмотрела на свою руку волоски встали дыбом от его тембра.
Вот же блин ! Я же почти забыла о нем! Или нет?
– Ты псих?
– Есть немного, – и опять тихий смешок.
Нет, нет, нет, так не пойдет! Он хоть понимает какую реакцию вызывает своим вкрадчивым голосом и бархатистым смехом? Или наоборот понимает, поэтому так и говорит и смеётся тоже так, как демон-искуситель? А я поплыла, как дурочка.
– Ладно, что ты хочешь услышать? – попыталась увести себя от этих острых реакций.
– Как ты доехала? – хм, и почему я не удивлена? Макс знает, что я уехала и знает скорее всего куда и зачем. Ууу детективище!
Улеглась на живот и начала рассказ болтая ногами, странно что слова лились легко и непринужденно, не было и намека на зажатость или стеснение. Так я разговаривала только с Танюшей, ну так то подруга, близкая и родная.
– Академия расщедрилась на купе, представляешь! Наверное из-за Кости Вяземского, он местная звезда ему не по статусу на плацкарте передвигаться. Но нам с Сёмкой только на руку.
В соседи попался очень любопытный попутчик. Мужичок лет пятидесяти, такой старомодный, как из прошлого века. С седыми подкрученными усами и бакенбардами, в шляпе и с тростью. Но самое интересное его специализация, он психолог физиогномист, долго работал совместно с полицией и помогал составлять профиль преступников и всяких маньяков.
Макс молчал, я даже подумала может он уснул? Видимо почуяв мои сомнения, на том конце воображаемого провода мурлыкнули :
– Продолжай. – ну точно как кот, большой и наглый. Интересно какое он имеет отношение к зверю из моих снов, если в лоб спросить ответит? Вряд ли.
– Максим, котик, ты спишь что ли? – я даже немного вздрогнула от того насколько зловещим был мой тон. Но у котика шкура оказалась потолще, и он опять ответил-мяукнув .
– Нет я кайфую.
– От чего? – глаза распахнулись наперекор сонному состоянию.
– От звука твоего голоса, и от котика конечно. – а у меня, от тона каким это было сказано волоски на руках опять встали дыбом, и по коже прошла волна мурашек. Бодрым ровным строем, так прошагала.
Подумалось, если бы Макс сейчас лежал рядом, и таким тоном что-то говорил мне на ушко, неважно что, хоть отрывок из фармакологического справочника, я наверное бы не выдержала и сама накинулась бы на парня с поцелуями. Ууу засада . Мои мысли окончательно уплыли в другую сторону. Невыносимо захотелось дотронуться до него, ощутить под пальцами тепло кожи, увидеть его реакцию. Прочь, прочь развратные мысли. Брысь от меня!
Я попыталась воскресить в памяти картинку Риты сидящей у него на коленях, мое горькое разочарование и даже боль от этого. Универсальный антидот. Спасибо, немного отрезвило и выкинуло из розовых облачков соблазнительных мыслей. Для закрепления результата помотала головой, вытряхивая из нее непотребства.
– Так вот это мужик, Макар Сергеевич, рассказал несколько интересных случаев из своей практики, про подростка например, мальчик был уравновешенный и послушный. Помогал маме мыть посуду и учился на отлично, но вокруг него постоянно происходила какая-то дичь. Жестокая и кровавая, его собаку переехала машина, одноклассник выпал из окна третьего этажа и впал в кому, ну и по мелочи, иглы там, мертвые птицы, истерики одноклассниц.
Поработал Макар с этим парнем и выявил у него диссоциативное расстройство личности, то есть раздвоение. Точнее у мальчика было три личности и одна из них психопат с садистскими наклонностями, творившая всю эту жестокую жуть. Он очень интересно рассказал, как это удалось выяснить. Про тесты, про рисунки парня и отслеживание его реакций при ритмической фото стимуляции. Последняя не типична при лечении больных с раздвоением личности, но именно она и дала результат.
В общем и целом рассказы Макара Сергеевича под стук колес сделали поездку интересной и даже примирили с присутствием Костика и его подкатами. Наверное про подкаты я тоже сказала вслух, потому как собеседник оживился.
– Напомни фамилию этого Кости? – спокойно попросил Макс, как то слишком спокойно, так что даже немного насторожило.
– Вяземский, – а что, мне не жалко, удаленно он ничего Косте не сделает, но помучится ревностью ему не помешает. Для Риты не составит труда узнать что связывало нас Костиком. Фу ,Алексия какая мелочная ты стала и глупая ! Ну что есть то есть, я даже попыталась пожать плечами, но в положении лежа на животе получилось так себе.
– Алекс, будь осторожна, пожалуйста. – вот и прозвучало видимо то для чего он собственно и звонил.
– В принципе или с Костей? – я попыталась отшутиться, но неудачно вышло.
– В общем, и если тебя что-то насторожит или будет беспокоить, сразу звони. – Максим говорил очень серьезно и я прониклась.
–Ты что-то знаешь? Что нас здесь ждёт? Или кто? – странный звонок и странные советы. Это же просто практика, ну да глухомань, и связь иногда барахлит, ну да очень старая усадьба и куратор кретин. Разве есть от чего напрячься?
– Я просто волнуюсь, и немного бешусь что не рядом и не смогу помочь если будет нужно.
– Послушай к меня уже есть две няньки и третьей мне не надо, тем более дистанционной! – в этот момент вспомнила Кира, я ему даже не написала как добралась, хотя и обещала. Тоже кстати опекун-суетолог ещё тот! Наставления Макса почему-то не успокоили, а вызвали лёгкую панику.
– Просто пообещай мне позвонить если тебя что-то встревожит или смутит. Пожалуйста. – и сказано это было так, что я не посмела ослушаться. Но моя одна восьмая вредная не в меру часть потребовала оставить последнее слово за мной.
– Хорошо, я позвоню если что. Но учти это не делает нас друзьями или приятелями или напарниками, что чтобы ты не думал!
– И в мыслях не было Александра, у меня на тебя совсем другие планы.
И отключился гад, я какое-то время ещё офигевши смотрела на мобильник ,не веря в услышанное. И последнее слово за ним, да ещё какое! Ну как может один и тот же человек настолько сильно нравится и бесить одновременно! М-да ,талант!
На следующий день Андрей Петрович предоставил нам фронт работ. Итак в восточном крыле усадьбы на втором этаже находилась мастерская, там нам и предстояло проводить большую часть времени. В наши обязанности входило: покрытие готовых отреставрированных и подсохших картин лаком, нанесение краски на картины подготовленные для нас предыдущими практикантами и снятие старого лака. Конвейер. Я прошлась по мастерской просторная, светлая с хорошей вентиляцией тут все было отлично. Но вот материалы с которыми предстояло работать … Нет слов, я не профессионал но здесь пахнет надувательством, такой лак пожелтеет уже через пару-тройку лет, и владельцу придется вновь обращаться в "Белый парк", продуманно однако. Краски тоже оставляли желать лучшего, есть более современные более свето- и атмосферостойкие, но агентство почему-то использует другие, видимо с той же целью, крепкого и долгого сотрудничества с господином Костровым. Семён тоже обратил внимание и со свойственной ему прямотой спросил у куратора:
– Почему именно эти краски? Не немецкие например? – и впился взглядом в лицо Андрея Петровича .
– Все материалы закуплены соответственно договорам и отвечают всем заявленным требованиям качества и безопасности. – да этот человек даже думает на-бюрократическом, я восхищённо вздохнула.
Неугомонное воображение тут же покинуло картину, Андрей Петрович сидит на кухне и дегустирует котлеты от любимой жены.
– Уважаемая Софья Ивановна, на какие нормативные акты и документы вы опирались в выборе соотношения доли мяса птицы и мяса говядины для производства тестируемого котлетного изделия? – спрашивает он сухо.
И смущенная Софья комкая передник лепечет в ответ:
– Так Андрюша, ты же свиные котлетки любишь вот я и решила… , – поднимает глаза и замолкает от строгого протокольного взгляда .
В реальности тем временем, Семён продолжал брать на себя чужую роль, а именно подсиживать Костика в добывании информации и раздражении окружающих.
– А лак, вы в курсе его «долговечности», или все потемнения потом повесят на криворуких студентов-практикантов, м-мм? Про грунт я вообще молчу.
– Семён, если не ошибаюсь? – глаза куратора зло прищурились, – вам нужна отметка о прохождении практики? Печати и подписи, верно? И вашим коллегам? – насмешливый и пренебрежительный кивок в нас с Константином, – Так? Я спрашиваю, так нужна?
– Нужна! – буркнул Сёма. Мы с Костей стояли оторопевшие и растерянные, от такого неприкрытого пренебрежения и манипуляции.
– Вот и выполняйте свою работу! – рявкнул Андрей Петрович, – и не суйте свой нос в то, в чем не разбираетесь совершенно. Все материалы одобрены и оплачены заказчиком, остальное вас не касается.
И он ушел хлопнув дверью. Мы ещё целую минуту просто стояли и пялились друг на дружку. Я отмерла первой и начала стягивать организаторские одеяло с Семёна.
– Так, думаю нам стоит сообщить в академию, в конце концов, если мы тут опозоримся по причине некачественных красок и грунтов, тем самым подставим и академию. Мол посмотрите товарищ ректор на ваших студентов халтурщиков! Я позвоню в деканат, надо предупредить. Возможно нам смогут изменить место практики.
– Нет, Саня, не смей, – Костя выступил в роли девочки-ромашки.
– Пусть потом сами все это разгребают, мы выпустимся через два года, за это время ничего не откроется. Зачем нам встревать во все это? – он взъерошил волосы на затылке и продолжил: « -Я не хочу лишних проблем, давай ты остынешь и мы сделаем все по плану практики, и уедем отсюда с заполненными дневниками, печатями и прочей ерундой? Ты как Семён?»
– Не знаю, но поднимать суету не стоит, наверное тут ты прав, но Андрею я вмажу все таки, больно борзый!
– Хорошо, вмажешь, вмажешь, но в конце практики, ок? Документы заберём и потом придумаем ему какую-то гадость. – он коряво улыбнулся.
Я только закатила глаза, ощущение неправильности нашего поведения тихонько царапало изнутри ноготком. Почему Семён потерял самообладание, откуда в Косте столько трусости и жеманства, а во мне решимости и тяги к справедливости?
Ещё немного попыхтев, поспорив приступили к работе. Мне достался портрет, на холсте изображена девица дворянского происхождения, лет восемнадцати на вид, возможно младше, волосы собраны в прическу, сзади закручены в шаловливые локоны. Лицо правильное с прозрачной фарфоровой кожей, узкими губами и большими чуть на выкате глазами, то ли серого то ли голубого цвета. Вполне симпатичная девица, для своего времени даже красавица. Полотно очищено, частично снят старый лак, мне предстоит обновить краску. Я склонилась над картиной в надежде вычислить цвет глаз, и тут моя карма настигла меня. Позже я пыталась припомнить, где так нагрешила и кому причинила душевные муки, но по всему выходило, что в этом мире больших бед наделать не успела, тем не понятней свалившееся на мою голову «счастье».
– Её глаза были небесно-голубыми, – сказали мне прямо в ухо с сильным акцентом.
Я дернулась и чуть не завалила мольберт с креплением и красками.
Медленно обернулась и застыла в изумлении, потому как передо мною был да, призрак, но какой! Молодой человек, с длинными каштановыми волосами, завязанными атласной лентой в низкий хвост, одетый в серый сюртук, рубашку с кружевным жабо, обтягивающие да-да, совсем как лосины, бриджи с завязками под коленом, непонятные гольфы и туфли на каблуке с широкой пряжкой. Мой рот приоткрылся в удивлении, вот это да! На лицо мужчина был хорош собой, черты утонченные, прямой нос с горбинкой, капризно изогнутые полные губы и большие серые глаза. Он тоже смотрел на меня оторопело прижав руку к сердцу.
– Ты меня видишь, дитя? – говорил призрак по-русски с акцентом, но вполне понятно, немного растягивая слова. Я покосилась не парней они пока ничего не заметили, поэтому лишь кивнула призраку и глазами указала на дверь.
– Сёма, я сейчас вернусь, забыла косынку, – все знали с каким трепетом я отношусь к своей шевелюре и ее не дружбе с краской, поэтому вопросов не возникло.
Выйдя я прошлась по анфиладе и тормознула во второй проходной комнате, судя по обстановке гостиной, встав у окна стала смотреть на парк и ждать что же будет дальше . А дальше последовало уж совсем неожиданное, призрак налетел на меня и сжал в объятьях, не сильно, но ощутимо.
– О моя конфетка! Ты меня видишь! Ты меня слышишь! Я могу тебя потрогать! Спасибо святая Марианна, я больше не одинок! – он тискал меня, и его руки то были ощутимы то пролетали сквозь меня. Привидение прибывало в каком-то бесноватом экстазе, беспрерывно придумывая мне ласковые прозвища, пытаясь погладить по волосам, от чего я ловко уворачивалась.
В целом он был похож на огромного щенка спаниеля, который от избытка чувств так сильно мотает хвостом, что его мохнатую попку постоянно заносит из стороны в сторону, резкими рывками. Мужчина поворачивал меня вокруг своей оси рассматривая как перед серьезной покупкой. Я же лихорадочно размышляла, нас учили, что привидения и призраки не материальны, не могут принести хоть какой-то вред, так как не могут контактировать с миром материи. И что я вижу? Этот хлыщ, щупает меня, перебирает мою косу, и гладит по ткани свитера невзначай пытаясь задеть грудь. Ну знаете ли! Я к такому не готова! Тем временем радостное возбуждение немного спало и руки мужика все чаще проскальзывали сквозь меня, напрашивался вывод, только испытывая сильные эмоции и потрясения он может контактировать с миром материальным. Это обнадежило и придало мне уверенности.
– Так! – рявкнула громко, – Руки прибрал!
Мужчина вытянулся по стойке смирно, ага военный, это хорошо.
– Имя? Звание? Род войск? Где расположена ваша часть? – ой понесло меня опять.
Но мужик не сплоховал.
– Шевалье Гастон Барруа, мадемуазель. – Он поклонился метя пол невидимой шляпой.
– Кавалерийский гвардеец его величества, после ранения, награждён и отпущен дабы воспитать новые светлые умы.
– Дезертир? – интуиция подсказала более короткое и емкое определение.
– Помилуйте, конфетка, как можно! – Гастон с возмущением всплеснул руками.
Значит все таки дезертир.
– Какую должность занимали в "Холодном ручье"?
– При поместном барине Савелии Колосове состоял как наставник его отпрыскам. Обучал французскому, танцам, дворянскому воспитанию, а младшего барина и фехтованию. – шевалье с гордостью перечислял свои умения будто устраивался ко мне на работу.
– Сколько отпрысков было у барина? – я продолжала собеседование с сосредоточенно-деловым видом.
– Старшая барышня Мария, – глаза Гастона мечтательно затуманились, – средняя барышня Ольга, – тут он натурально облизнул губы и вид его стал хищным и до ужаса развратным, вот стервец!– и младший барин Николай.
Поймав порочную волну шевалье одним плавным движением скользнул ко мне и поймав в плен мою руку начал страстно ее целовать.
– Позвольте узнать и ваше имя, о прекрасная мадемуазель.
– Александра, – его наглость настолько сбила меня с правильного настроя, что я лишь стояла, не забирая ладонь и с изумлением пялилась в его макушку.
– Сашенька, стало быть, Санюшка, Алексис, Александрин, Сашунюшка… – и весь этот поток бреда смешивался с поцелуями, перешедшими уже на кисть руки.
– Хм! – громко произнесла, – развею к демонам, – я если честно была уверена что развеять или упокоить в этом мире никого не смогу, но шевалье не обязательно знать об этом, ведь так?
Гастон вздрогнул, закатил в возмущение глаза и быстро поцеловав ещё раз руку, все же выпустил ее из захвата.
– Алекс, зови меня так, пожалуйста. А я тебя Гас, идёт? – делать нечего надо было налаживать контакт даже с таким прилипалой как шевалье.
– Гас??? – он смешно захлопал глазами, как маленький ребенок, непосредственно и очень мило.
– Ну ты понимаешь, в наше время принято сокращать имена, это современно и актуально, в ритме нашего времени. Ты ведь современный и молодой? Не старикан? – похоже я наступила на больную мозоль, мужчина поморщился, потом выпятил грудь вскинул подбородок и снисходительно произнес.
– Конечно, я молод и полон сил! И мужских сил и соков в том числе, – его взгляд прилип к моей груди.
Я опустила лицо и покачала головой, скрывая коварную усмешку, попался, хе-хе. Полон сил и соков ага, призрак…,главное не заржать.
– Итак Гас, – он вздрогнул всем телом, ничего привыкай дорогуша. – Почему ты здесь застрял? Что тебя держит?
Гастон склонил голову на бок и почесал бровь, потом глянул на меня потерянно.
– Я…,я не помню. Подожди, подожди, – он сжал пальцами виски и зажмурился, как экстрасенс пытающийся отгадать слово на обратной стороне карточки. Шевалье Барруа, сопел и фыркал. Злился, стискивал зубы и бормотал проклятия на французском. Расхаживал взад вперёд, временами останавливаясь и обескураженно на меня поглядывая. Время шло, пора было уже вернуться к ребятам, а я наблюдала этот спектакль. И ежу ясно, что он не помнит, причем давно и для него все нынешние потуги лишь игра. Думаю эти терзания стали для него ежедневным ритуалом вроде умывания или чистки зубов. И сейчас он разыгрывает свое отчаяние и несчастье для меня, я единственный зритель. Интересно какая конечная цель?