Алмазов. Его любовь

Глава 14

Катя

Утром следующего дня я нервно расхаживала по отделению банка, пытаясь успокоиться перед важным разговором. Моя электронная очередь подходила всё ближе и ближе.

Никогда в жизни я не брала кредитов, но сейчас это была не какая-то прихоть, а жизненная необходимость. Иначе с Алмазовым не расплатиться.

На табло пикнул мой номерок с номером окошка. Я выдохнула и подошла к сотруднице банка.

– Доброе утро, чем могу помочь? – с улыбкой спросила девушка.

– Здравствуйте, мне нужен кредит наличными, – присаживаясь на стул, ответила я.

– Какая сумма вас интересует?

– Восемьсот тысяч рублей, – решительно заявила я.

– Хорошо. Можно ваш паспорт? – спросила девушка.

Я протянула ей паспорт, она его открыла и, наклонившись к компьютеру, начала вбивать мои данные.

Через пару минут она нахмурилась, потом подняла взгляд и продолжила:

– Боюсь, что мы не сможем предоставить вам кредит в нужном размере, – ее слова прозвучали как гром среди ясного неба.

– Подождите… Что значит вы не можете? – не поняла я. – У вас на входе «Банк» написано, – я указала пальцем на дверь. – Почему банк не может дать мне нужную сумму в кредит?

– Екатерина Александровна, у вас, к сожалению, нет кредитной истории, поэтому банку сложно оценить ваши финансовые возможности, – девушка с виноватым видом объяснила и пожала плечами.

– Но мне очень нужны эти деньги... Посмотрите еще раз, пожалуйста, может быть, там можно что-то сделать? Я в безвыходной ситуации! – взмолилась я.

– Я всё понимаю, но правила банка не позволяют нам выдавать крупные суммы клиентам без кредитной истории. Могу предложить вам небольшой потребительский кредит на меньшую сумму.

– Сколько? – с надеждой спросила я.

– До ста пятидесяти тысяч рублей.

– До? – напряглась я. – А если точнее?

Девушка снова застучала по клавиатуре, и спустя паузу ответила:

– Банк предварительно одобрил для вас сто тридцать тысяч рублей сроком на тридцать шесть месяцев. Оформляем?

– А какой ежемесячный платеж?

– С учетом процентной ставки, ваш ежемесячный платеж составит шесть тысяч двести пятьдесят четыре рубля тридцать две копейки.

Девушка распечатала предварительный расчет и наглядно показала, что банк сможет мне выдать наличными сто тридцать тысяч на три года под такой процент, что у меня чуть челюсть не упала. То есть я, взяв сто тридцать тысяч рублей, должна вернуть банку двести двадцать пять тысяч?!

Я понимаю, если бы мне банк предоставил всю нужную сумму, я бы платила, и старалась бы быстрее погасить долг, чтобы не переплачивать по процентам, но сто тридцать тысяч – капля в море. Да еще и с переплатой почти в два раза!

Нет, ну это грабеж средь бела дня!

Я уточнила, сколько будет действовать одобрение банка и услышав, что у меня есть месяц на размышления, я поблагодарила девушку и вышла из банка.

Когда я сюда ехала, то переживала как повезу такие деньжищи домой, но никак не думала, что столкнусь с проблемой другого характера. Мне тупо не одобрили нужную сумму!

И что теперь делать?

Собирать по банкам мелкие суммы, чтобы собрать одну крупную?

Не теряя времени, я пошла в другой банк, благо в центре города они были друг на друге, но там ситуация повторилась. Только во втором одобрили сто тысяч ровно.

И на этом моя удача закончилась.

Я посетила еще восемь банков, в которых мне и вовсе отказались выдавать кредит!

И что мы имеем?

Двести тридцать тысяч?

Не густо…

Расстроенная неприятным открытием, что, оказывается, нужно было брать кредиты раньше, чтобы мне сегодня хоть где-то одобрили нужную сумму, я пошла на занятие к первой ученице.

Весь день прошел как в тумане. Я действовала на автомате, все мысли были о долге и о том, что уже завтра вечером Алмазов ждет меня в своем кабинете с деньгами или согласием на контракт.

Вернувшись домой, я скинула верхнюю одежду и разогрела себе ужин, который приготовила вчера и разложила по контейнерам в холодильнике.

Я села за стол, и в голове прозвучали слова Дениса:

«Я хочу предложить тебе свой вариант как вернуть мне долг.

Я никогда не был женат. Я был слишком занят, чтобы обзаводиться семьей, а сейчас, раз уж выдался такой момент, я хочу, чтобы ты поделилась со мной опытом семейной жизни. Показала приглядную сторону брака. В чем фишка?

Я хочу, безболезненно попробовать себя в новой роли. Мне нужно понять, хочу я семью или нет, а ты как никто мне подходишь.

Я тебя не покупаю! Я меняюсь.

Ты проведешь со мной тридцать ночей и исполнишь три желания в обмен на сумму ущерба. Ровно через месяц ты будешь свободна и никому ничего не должна.

У тебя есть опыт, ты ко мне ничего не чувствуешь, как и я к тебе, после месяца практики наше расставание будет легким для обоих. И если тебя беспокоит секс, то трахаться ты со мной не будешь, а спать будешь. В одной постели.

Мы заключим с тобой контракт на месяц, в котором согласуем все условия наших отношений. За этот месяц я должен буду озвучить свои желания, а ты их исполнить. Всё просто, Катерина».

Да уж… для него, может быть, и просто.

И какие желания я должна буду исполнить?

Если он сказал, что секс со мной его не интересует, значит желания не сексуального характера, так?

Вроде бы так.

Если секс в меню контракта не входит, то, согласившись на него, я же не стану шлюхой?

Выходит, что не стану.

Я, конечно, не совсем себе представляю, что именно он от меня хочет получить? Какие эмоции ему нужны, если я сама сейчас не знаю, что хорошего в браке? Но об этом знаю только я, Алмазову не обязательно быть в курсе моих внутренних переживаний. Главное, что мой опыт он оценивает в восемьсот тысяч, а это что-то да значит.

«Я тебя не покупаю! Я меняюсь».

Бартер, значит… без секса.

Просто опыт семейной жизни.

Причем я не несу ответственность за его решение после месяца, я покажу, а он сам решит, понравилось ему или нет. Хочет он обзаводиться семьей или нет. Захочет, ну и хорошо, а нет, ну значит нет, без каких-либо претензий ко мне.

И я буду свободна от долга.

Сейчас, когда я разложила весь наш диалог по полочкам, его предложение с контрактом мне показалось не таким уж и страшным. Как я поняла, Алмазов не собирается меня к себе приковывать на целый месяц, у него же днем есть какие-то свои дела, а у меня свои… Иными словами наш контракт может и вовсе никак не подействовать на мою жизнь. Изменится только кровать и место, где я буду месяц спать.

А чем это не терапия для меня? Месяц я буду не одна, мне некогда будет сокрушаться и плакать о прошлом. Отвлекусь, в конце концов.

А когда наш контракт закончится, в качестве бонуса я подарю себе длинную подушку и буду спокойно спать с ней, без тревог, что я три года должна выплачивать деньги банку.

Наверное, даже хорошо, что мне не дали кредит, я была бы должна в два раза больше, а тут… цена вопроса – мой опыт. По его словам, секса в его жизни и без меня хватает.

И это еще один плюс в копилку за и против.

Чем больше я размышляла, тем больше склонялась в сторону контракта.

Всё, вроде бы, в голове скрадывалось в красивую и понятную картинку, если бы не пункт о желаниях.

Вот тут у меня и произошел затык.

Сразу же вспомнился тяжелый взгляд Дениса и то, как легко он нарушал мое личное пространство.

Про таких как Алмазов говорят, что он точно знает, чего хочет и добивается этого. Он не из тех, кому «нельзя», а из той категории мужчин, кому не требуется разрешение.

Я прекрасно помню реакцию своего тела на его взгляд, голос, прикосновения, аромат парфюма.

Мое собственное тело предавало меня в самый неподходящий момент, особенно, когда он называл меня по имени.

«Катерин, а ты хорошая девочка или плохая?»

Мне вдруг вспомнился момент с трусиками, и я невольно улыбнулась.

Денис бросил на меня дерзкий взгляд и приподнял мои трусики на согнутом пальце.

Казалось бы, секс ему от меня не нужен, тогда зачем устроил этот бардак с трусами? Зачем прижимался ко мне напряженным членом? Чтобы показать, как его завела затеянная им же игра?

А еще он считает меня красивой.

Мне никто никогда не говорил, что я красивая. Даже Макс. А тут, совершенно посторонний мужчина сказал об этом.

Правда потом он повел себя слишком откровенно, заставил меня взбрыкнуть, и его реакция была совершенно непредсказуемой.

«Не смей со мной разговаривать в таком тоне! Никогда! Поняла?»

Я не привыкла общаться с богатыми и успешными мужчинами. С хищниками. Макс совсем не такой, его я могла чем-нибудь треснуть, если меня что-то не устраивало, а тут…

Мы оба взрывные, что Алмазов, что я.

Да что уж там, я в щепки разнесла его холл в отеле.

И что самое интересное, Денис прекрасно это понимал, когда предложил мне контракт. После нашей небольшой схватки он не отказался от своей гениальной идеи.

Нет, я, конечно, могу попытаться подстроиться.

Должок в восемьсот тысяч чем не мотивация?

Но если у нас ничего не получится? В смысле не получится мирно существовать вместе целый месяц? Что будет тогда?

Он отпустит меня раньше срока? Без долга?

Это было бы идеально для меня, но согласится ли он, если я предложу внести в контракт свое условие?

Мне бы не хотелось, чтобы в итоге все мои старания обернулись крахом в «отношениях» с ним и не отменили сумму долга.

«Я жду тебя здесь во вторник в восемь вечера. Либо с деньгами, либо с намерением обсудить условия контракта и подписать его. Меня устроят оба варианта».

Что ж, придется завтра к нему идти не с деньгами, а с намерением обсудить на каких условиях мы подпишем его дурацкий контракт. И мысль о том, что пункт об отсутствии между нами каких-либо сексуальных контактов уже существует, придавала мне решимости.

Да, я пойду к Алмазову, но не как шлюха, готовая раздвинуть ноги, чтобы расплатиться с долгом, а как эксперт в области семейных отношений между мужчиной и женщиной.

Глава 15

Катя

Наступил вечер вторника. Я стояла перед дверями отеля, собираясь с мыслями. Часы показывали без пяти минут восемь, и я, собрав волю в кулак, шагнула внутрь.

На стойке ресепшена стояла девушка, которая была здесь в день инцидента, когда мой привычный мир рухнул. Узнать её было несложно – приятное лицо, ровный голос, казавшийся мне тогда почти нейтральным. Она сдержанно кивнула, поздоровалась и попросила меня подождать минутку. Едва ли я успела открыть рот, чтобы что-то сказать, как она тут же взяла телефон и кому-то быстро позвонила.

Очевидно, что она была осведомлена о моем визите.

– Денис Викторович вас ожидает в своем кабинете. Вас проводить? – спросила она, положив трубку.

– Нет, спасибо. Я помню дорогу, – коротко ответила я и направилась к дверям для администрации отеля.

Мой выбор наряда был тщательно обдуман. Строгий брючный костюм тёмно-серого цвета, кремовая блузка с V-образным вырезом, прямой пиджак. Волосы собраны в аккуратный пучок. Всё выглядело по-деловому, холодно и сдержанно. Единственная деталь, которую я позволила себе, – лёгкий макияж, чтобы скрыть следы недавних бессонных ночей.

Я прошла мимо охранника, его я тоже помнила. Он окинул меня оценивающим взглядом, пока я шла к заветной двери, не глядя на него открыла дверь и шагнула в длинный коридор, освещённый мягким светом. Каждый шаг отдавался гулким эхом в моей голове, как будто сама тишина хотела напомнить мне, куда я иду и зачем.

Волнение накатывало волнами. Я повторяла себе, что это всего лишь встреча, всего лишь разговор. Но разум был слаб перед внутренним напряжением.

Что он скажет? Какие условия предложит? И почему я всё ещё чувствую себя загнанной в угол?

"Ты сильная. Ты справишься. Это просто деловой разговор", – убеждала я себя, но ощущение не покидало, что это скорее вызов. Идти в логово Алмазова, как в пасть хищнику, когда ты даже не знаешь, сколько раз он успеет тебя укусить, прежде чем ты сможешь уйти.

Поворот налево, ещё несколько шагов – и вот она, заветная дверь. Тёмное дерево, массивная и прочная, с небольшой табличкой. Я остановилась.

Рука потянулась к двери, но замерла на полпути. Секунду, может, две, я стояла так, слушая собственное дыхание и сердцебиение, которое, казалось, заглушило все звуки вокруг.

Постучала. Три коротких удара. И я услышала:

– Заходи!

Когда открыла дверь, я увидела Дениса Алмазова. Он сидел за массивным столом, погружённым в полумрак уютного кабинета. Лишь настольная лампа освещала его лицо, подчёркивая резкие черты и взгляд, устремлённый прямо на меня. Надменный, невозмутимый, он казался человеком, который всегда знал, что делает и брал любую ситуацию под свой контроль.

– Добрый вечер, Катерина. Присаживайся, – коротко предложил он, кивнув на кресло напротив.

– Добрый вечер, Денис.

Я подошла и села в то же кресло, где сидела несколько дней назад. В день, когда полностью разрушилась моя жизнь.

Безвозвратно.

– Какое решение ты приняла? – спросил он, опираясь локтями на стол и сцепив пальцы перед собой.

Мой голос предательски дрогнул, когда я произнесла:

– Я готова обсудить условия контракта.

На мгновение на его лице мелькнуло удивление, но он быстро взял себя в руки. Взгляд изменился: в нем зажегся какой-то огонек, будто он только что выиграл партию в шахматы, а в своей победе изначально не был уверен.

– Ну надо же, – протянул он, откинувшись на спинку кресла. – А я был уверен, что ты нашла деньги.

Вот, о чем я и говорила.

– Нет, не нашла, – я сглотнула, стараясь удержать голос ровным. – Я бы с удовольствием, но огромная бюрократическая машина оказалась сильнее.

– Бюрократическая машина, говоришь? – он насмешливо прищурился. – Ну да ладно, это неважно.

– Для меня это важно, – отрезала я, пытаясь сохранить хоть каплю достоинства.

– Верю. Но сейчас мы не об этом. Итак, ты готова принять моё предложение?

Его голос звучал спокойно, почти дружелюбно, но я знала, что за этой внешней лёгкостью скрывалась стальная уверенность.

– Готова... обсудить, – я сделала акцент на последнем слове. – Решение я приму, когда пойму, что именно от меня требуется. Какими будут условия контракта?

– Хитренькая какая, – усмехнулся он. – Весьма смелое заявление, учитывая, что вариантов для маневра у тебя не осталось.

Я вздохнула, чувствуя, накатывающее волнами напряжение.

– Что ж, озвучь их.

– Варианты? – он поднял брови, будто я сказала что-то невероятное. – Или всё же условия?

– Денис, – я не смогла сдержать раздражения. – Если ты думаешь, что мне легко далось это решение, то ошибаешься.

Он наклонился вперёд, убирая локти со стола и скрестив руки перед собой.

– Знаешь, что я думаю? – его голос прозвучал неожиданно мягко, но в нем проскальзывала сталь. – Что ты – смелая женщина. И поэтому ты здесь.

Его слова прозвучали так уверенно, что я застыла, будто меня огорошили. Сердце пропустило удар, и я потеряла нить мысли.

Смелая? Я?

Его слова показались издевкой, учитывая, как дрожали мои пальцы, сжимающие ручку сумки.

Я молчала, не зная, что сказать. Казалось, он видит меня насквозь, и это пугало.

– Условия всё те же, – он продолжил, не оставляя мне времени на раздумья. Его взгляд стал твердым, словно приглашая к спору, в котором я заведомо проиграю. – Контракт готов, можешь с ним ознакомиться.

Он открыл ящик стола, и звук, с которым он это сделал, отдался эхом в моей груди. Его движения были чёткими, уверенными, почти ленивыми, словно он точно знал, что я соглашусь. На столе оказался лист формата А4. Он положил его передо мной, слегка пододвинув, и жестом предложил взять.

– Чудно, – вырвалось у меня, но голос прозвучал сухо, будто это слово сказали за меня.

Я взглянула на бумагу. В контракте уже стояли мои данные: я – Исполнитель, он – Заказчик. Эти слова резанули взгляд.

В груди поднялось странное чувство, смесь тревоги, гнева и какой-то внутренней дрожи. Волнение разливалось по венам, как раскалённый металл.

Что это, если не сделка с дьяволом?

Глава 16

Катя

Я медленно принялась читать контракт, стараясь сосредоточиться на каждом слове, но буквы будто расплывались перед глазами. Волнение сковывало разум, мешая воспринимать текст.

Суть была проста, но звучала как нечто невероятное: за тридцать дней мне предстояло провести с ним тридцать вечеров и ночей. Жить я должна была у него, в его апартаментах в этом отеле, деля одну постель – без каких-либо интимных отношений. Казалось бы, звучало приемлемо, но именно это «без интимных отношений» заставило меня насторожиться.

Слишком уж идеально звучали условия, чтобы в них не было подвоха.

Далее говорилось о моих обязанностях. Я должна была показать ему, что такое «семейная жизнь» в моем понимании: забота, поддержка, совместные ужины, обсуждение планов, выполнение мелких бытовых дел – всё то, что строит фундамент отношений. Это казалось наивным, даже глупым, но в то же время... откровенно личным.

Следующим пунктом шла еще одна деталь: за месяц он должен озвучить три желания, которые я обязана выполнить. Внимательно прочитав условия этого пункта, я почувствовала облегчение – и одновременно напряжение. Контракт четко указывал, что эти желания не должны включать ничего, что унижает меня, противоречит закону или каким-либо образом затрагивает интимные границы.

Однако это вовсе не означало, что всё будет просто.

Что именно он имел в виду под этими желаниями? Какие сюрпризы скрывались за этими словами?

Я продолжала читать, ощущая, как с каждым пунктом растет тревога. Денис будто заранее продумал всё до мельчайших деталей. Контракт звучал формально и в то же время крайне лично, как вызов, брошенный мне, как проверка на прочность.