Тень дракона

© Ольга Герр, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Глава 1

Преследователь

– Тот парень за столиком в углу не сводит с тебя глаз. – Ира указала куда-то за мою спину и тут же добавила: – Только сразу не оборачивайся.

– Что еще за парень? – занервничала я.

– Красавчик, – мечтательно протянула она. – И почему некоторым так везет?

После похода в библиотеку, где мы с подругой готовились к семинару по уголовному праву, заглянули в кафе. Это был долгий, тяжелый день, и мне было не до незнакомцев. Пусть даже симпатичных. Но любопытство взяло свое.

Я сделала вид, что уронила на пол салфетку. Наклонилась ее поднять и заодно осмотрела зал за своей спиной.

Cразу поняла, о ком говорила Ира. Он сидел один и не сводил с меня глаз. Парень заметил, что я смотрю на него.

Ира сказала, что он красавчик. Да, пожалуй, она права. Но его красота была слишком мрачной, даже пугающей. Гнетущий эффект усиливала одежда. Все черное, даже намотанный вокруг шеи шарф. Какие-то металлические заклепки на кожаной куртке, железные вставки и шипы. Неформал, что ли?

На вид ему было лет двадцать восемь. Темные, слегка растрепанные волосы до плеч, трехдневная щетина и необычный цвет глаз – оранжевый. Достаточно яркий, чтобы даже с такого расстояния это заметить. Выглядело это жутко. Наверняка линзы. Другого объяснения нет.

Взгляд этих глаз был устремлен прямо на меня, и он не казался мне приятным. Скорее, пугал до икоты.

Я вздрогнула и резко выпрямилась, напрочь забыв о салфетке. Она так и осталась на полу.

– Тебе не кажется, что он странный? – понизив голос, спросила я у Иры.

Веских причин для перехода на шепот не было. Незнакомец вряд ли услышит нас с другого конца зала. Но меня не покидало тягостное чувство, что он в курсе нашего разговора.

– Катя, ты совсем одичала. – Ира покачала головой. – Это просто мужчина, которому ты понравилась. Может, стоит дать ему шанс? Познакомиться и все такое. Вдруг это твоя судьба?

– Все равно ничего не выйдет, – махнула я рукой. – Ты же знаешь, я невезучая. Последнее мое свидание закончилось переломом руки. Пытаясь меня поцеловать, Антон поскользнулся на льду и неудачно упал.

Ира бессовестно расхохоталась.

– Тебе весело? – надулась я. – А мне вот нет… Помнишь Диму? Мы познакомились в прошлом году. Я встречалась с ним дольше всех. Мы уже почти дошли до самого главного, даже разделись, но он не смог. У парня в двадцать два года возникли проблемы с эрекцией! Естественно, он меня бросил. Ведь с другими у него таких проблем не было. Еще одного – Вадима – отчислили накануне нашего третьего свидания. – Перечисляя, я загибала пальцы. – Сергей попал в аварию. В общем, если буду вспоминать всех, кто за мной ухаживал, ночи не хватит, – вздохнула я. – Мне почти двадцать, а до сих пор не было серьезных отношений. Ни разу! С моими парнями всегда происходит что-то нехорошее.

– А я говорила – на тебе венец безбрачия, – авторитетно заявила подруга.

– Глупости, – фыркнула я. – На дворе двадцать первый век, а ты веришь в магию? Это сказки.

И все же это было чудно, даже я признавала.

Может, я не первая красавица на факультете, но вполне симпатичная. Каштановые волосы до талии, голубые, как прозрачный лед, глаза, чистая кожа и подтянутое тело – такие нравятся парням, и я не исключение.

На первом курсе у меня хватало парней. Можно было выбирать. Что я и сделала – начала встречаться с самым классным на потоке. У нас все отлично складывалось, пока он не попал в аварию. Да, это был Сергей. Авария случилась, когда он ехал ко мне. Я пригласила его на ночь. Это мог быть наш первый раз, но не сложилось.

В итоге мы с Сергеем расстались, он сам меня бросил. Дальше была вереница отношений. Я искала свою любовь, но с каждым случалось что-то зловещее, как только у нас доходило до постели.

Я продолжала поиски уже из чисто научного интереса. Так ведь не бывает! Но все всегда заканчивалось одинаково – проблемами для парней.

Вот почему в свои почти двадцать я до сих пор девственница. У меня просто не было шанса это изменить.

В университете меня за глаза стали называть «черной вдовой», и теперь молодые люди обходят меня стороной. Разве это справедливо? Я ведь ничего плохого не сделала!

В конце концов я перестала ходить на свидания, чтобы не калечить людей. Похоже, мое будущее – одинокая старость. Даже кошек не будет, у меня на них аллергия.

– Ладно, мне пора. – Ира допила кофе и встала. – Не раскисай. Ты еще встретишь того самого. Может, это судьба бережет тебя для единственного, – подмигнула она мне.

Я только хмыкнула в ответ. Какая-то злая судьба, совсем не щадит мужской пол. Некоторые из парней пострадали довольно серьезно.

Я тоже поднялась из-за стола. Завтра рано вставать на пары. Пора домой, мы и так засиделись.

Расплатившись, мы вместе вышли из кафе. Здесь наши пути расходились. Ире нужно было в метро, а я жила неподалеку, минут десять пешком.

Время было не позднее, но уже стемнело, а в некоторых дворах проблемы с освещением. Я как раз свернула в один такой, когда услышала за спиной хруст снега. Резко обернулась – никого, но и снег перестал хрустеть.

Попыталась вспомнить – остался ли тот мужчина с яркими глазами в кафе или вышел вслед за нами? Вот только на маньяка нарваться не хватало. Недаром он мне не понравился.

Я ускорила шаг, прислушиваясь к шуму за спиной, но было тихо. Наверное, показалось. Я просто переутомилась, вот и мерещится всякое. Кому я нужна?

Полностью успокоившись, я вошла в родной подъезд. Поднялась на лифте на свой этаж, открыла дверь ключом, чтобы не тревожить бабушку. Она у меня в возрасте, а кроме нее, никого нет. Родители погибли, когда я была ребенком, и бабушка по материнской линии забрала меня к себе.

– Ба, – крикнула, снимая куртку, – это я. Ну и холод на улице! Околела, пока дошла.

Я уже сняла верхнюю одежду и обувь, а ответа все не было. В квартире стояла мертвая тишина. Я бы насторожилась, но бабушка в последнее время частенько засыпала под свои сериалы. Вот только телевизор тоже молчал.

– Ба, ты в порядке?

Я заглянула на кухню. Пусто. В ванной и туалете свет не горит. В гостиной тоже было темно, но я все равно направилась туда.

Может, бабушка зашла к соседке на чай и задержалась? Мне хотелось на это надеяться.

Я толкнула дверь в гостиную и застыла на пороге. Свет в комнате был выключен, но билборд, висевший напротив наших окон, давал достаточно света, чтобы все рассмотреть.

Бабушка была дома. Ни в какие гости она не ушла. Наоборот, гости были у нас. И один из них – тот самый незнакомец из кафе. Он развалился в любимом кресле бабушки так, словно оно принадлежит ему.

Как он добрался раньше меня? И адрес мой узнал…

Что вообще происходит?

Неожиданно включился свет и ослепил меня. Я часто заморгала, пытаясь прийти в себя и сообразить, что делать.

Происходящее никак не укладывалось в голове. В квартире пахло свежими пирожками, на бабушке был цветастый халат. Все такое родное и уютное. Трое мужчин настолько не вписывались в эту картину, что я не удержалась и протерла глаза. Вдруг это мираж?

Увы, ничего не изменилось. Кажется, пора звать на помощь. Пусть соседи вызывают полицию.

– Не советую, – покачал головой незнакомец в кресле. – Не поможет.

У него был низкий с хрипотцой голос, от которого по спине побежали мурашки. Наверное, это от страха.

Все-таки первое впечатление – самое верное. Недаром незнакомец показался мне жутким. Есть в нем что-то опасное и даже дикое.

Я перевела взгляд на бабушку. Ее состояние меня всерьез беспокоило.

Бабушку держал мужчина, по габаритам похожий на шкаф. Она стояла, не двигаясь, и смотрела в одну точку на полу. На мое появление бабушка не отреагировала. Это все страх. А ведь у нее больное сердце! Так и до инфаркта недалеко.

За моей спиной стоял еще один мужчина. Именно он включил свет.

Я вновь перевела взгляд на незнакомца из кафе, надеясь найти в его глазах сострадание. Но они излучали опасность. Что же ему от нас надо? Именно это я и спросила.

– Ты взяла то, что тебе не принадлежит, – ответил незнакомец. – Пришло время это вернуть.

О чем он вообще? Я лихорадочно думала. Незнакомец намекал на кражу. Я никогда до такого не опущусь! Да, на пенсию бабушки мы живем небогато, но по мере возможности я подрабатываю. На жизнь нам хватает.

Я не воровка, чтобы брать чужое. Разве что… та библиотечная книга.

На днях действительно прихватила из библиотеки книгу по праву. Не горжусь этим поступком, но мне нужно подготовиться к зачету, а эту книгу нигде не достать. Ее даже в интернете нет. Я планировала читать всю ночь, а потом вернуть обратно.

Неужели дело в злосчастной книге? На меня что, напали библиотечные бандиты? Прежде я о таком не слышала. Больше никогда ничего не возьму в библиотеке и голос там не повышу. Буду самым дисциплинированным посетителем. Клянусь!

– Конечно, отдам, – часто закивала я. – Я как раз собиралась ее вернуть. Только бабушку не трогайте, она старенькая, ей вредно волноваться. У меня все в спальне лежит, сейчас принесу.

– Что принесешь? – нахмурился незнакомец.

– Так книгу. Вы же за ней пришли.

– Да она издевается, Агэлар! – вспылил громила за моей спиной.

Я удивилась имени незнакомца. Агэлар? Звучит, мягко говоря, странно.

Впрочем, сейчас как только не называют детей. Недавно я читала о самых необычных именах, которые дают мальчикам. Среди них были Дельфин, Граф, Господин, Мир, а среди девочек по степени нелепости определенно лидировало имя Виагра. На этом фоне Агэлар – не худший вариант.

– Подожди, – протянул незнакомец. – Чутье подсказывает, что она не притворяется.

В следующую секунду он резко встал с кресла. Буквально по щелчку пальцев, я даже моргнуть не успела. Похоже, при желании он может двигаться невероятно быстро. На Диком Западе ему не было бы равных среди стрелков.

Агэлар направился ко мне. К этому моменту я уже догадалась, что никакой он не библиотекарь и нужна ему вовсе не книга. Это было глупое предположение, объяснить которое могу разве что стрессом. Когда мне страшно, я плохо соображаю.

Чем меньше между нами было расстояние, тем сильнее я паниковала.

– Не подходите! – выкрикнула я в отчаянии. – Я вас засужу. Вам дадут самый большой срок из возможных! Я будущий юрист и знаю всех судей в городе. Ни один нормальный адвокат не возьмется за ваше дело.

Увы, мои угрозы не подействовали. Он их даже не слушал. Вместо этого изучал меня так, словно пытался что-то понять.

– Это точно она? – усомнился громила за моей спиной.

– Нет! Конечно, нет! – ухватилась я за эту мысль. – Это не я. Тьфу, то есть не та, которая вам нужна. Вы, наверное, ошиблись квартирой.

Агэлар проигнорировал и меня, и своего помощника. Остановившись напротив, он поднял руку, и я невольно обратила на нее внимание. Мужские руки – мой фетиш.

У незнакомца по имени Агэлар были красивые пальцы то ли пианиста, то ли аристократа. Ими он взял меня за подбородок. Ногти больно впились в кожу, когда он заставил меня запрокинуть голову так, чтобы видеть мое лицо.

Теперь его глаза были всего в десяти сантиметрах от моих, а губы – и того ближе. Оранжевая радужка не была однотонной. В ней как будто постоянно что-то двигалось, словно танцующие языки пламени. Эти всполохи огня меня заворожили. Голова закружилась, и я пошатнулась.

Еще немного, и потеряла бы сознание, но хриплый голос привел меня в чувство. Он как наждак прошелся по нервам.

– Ты действительно ничего не помнишь? – спросил Агэлар.

– Я все помню, – возразила. – Детство, погибших родителей, друзей, учебу. У меня нет проблем с памятью.

– Ошибаешься, – возразил он. – Это навязанные воспоминания. Ложные.

– Что за бред? – возмутилась я. – И кто же их навязал мне?

– Вероятно, ты сама, – пожал он плечами.

– Номер скорой помощи – сто три, – подсказала я. – Вам однозначно пора звонить. Зачем мне стирать себе память? Как это вообще возможно?

Конечно, как и всех, память меня иногда подводит. Буквально на прошлой неделе я сожгла кастрюлю, забыв, что поставила вариться картошку. Но это совсем не то, что забыть целую жизнь.

– Чтобы спрятаться, – пояснил между тем Агэлар. – Так человека сложнее найти. Нет памяти – нет личности. Должен признать, это гениальный ход. Тебя действительно долго не могли выследить, аманат [1]. Но теперь все. Хватит, набегалась. Пора вернуть то, что тебе не принадлежит.

– Да ничего я у вас не брала! – От бессилия на глаза выступили злые слезы, но Агэлара это не тронуло.

Потеряв интерес, он отпустил меня и повернулся к своему сообщнику. К тому, что держал бабушку.

– Ее хотя бы не трогайте, – попросила я. – Она ни в чем не виновата.

Но меня снова не слушали. Агэлар снял с пояса кинжал, при виде которого я едва не потеряла сознание. Холодное оружие – это вам не шутки. До этого момента я еще надеялась, что все закончится хорошо, но теперь моя вера пошатнулась.

– Нет! – взвизгнула я, когда Агэлар метнул кинжал прямо в бабушку. – Ба!

Она даже не дернулась. Как стояла без движения, так и приняла удар прямо в сердце.

А вот дальше произошло то, чему у меня нет объяснений. Бабушка не упала замертво. Она просто рассыпалась. Ее тело превратилось в пыль и осело на пол горсткой, похожей на пепел.

– Сволочь! – выкрикнула я, содрогаясь от рыданий. Горло сдавил спазм – ни вдохнуть, ни выдохнуть. – Чтоб ты сдох! Да я тебя!..

Сжав кулаки, я бросилась к убийце. Не знаю, на что я рассчитывала, мне с ним ни за что не справиться, но злость и боль требовали выхода.

Вот только далеко я не продвинулась. Громила, стоявший позади, схватил меня за шиворот и приподнял в воздух, совсем как нашкодившего котенка. Ворот свитера сдавил горло, и я захрипела.

Агэлар между тем наклонился и подобрал кинжал из кучи пепла. Вытерев его о рукав, он спрятал оружие в ножны на поясе и лишь после этого обратил на меня внимание.

– Отпусти ее, – махнул он рукой громиле. – Она нужна мне живой.

Громила разжал пальцы, и я рухнула на колени.

– Вы ее убили, – прошептала я и всхлипнула. – Бабушка…

На меня навалилось какое-то оцепенение. Я сидела на полу, смотрела на кучу пепла и не могла поверить, что бабушки больше нет. Единственного родного человека! Казалось, мир рухнул. Сердце ныло в груди, и глаза жгло от слез.

– Ты всерьез веришь, что это твоя бабка? – хохотнул громила позади меня. – Да это обыкновенный бес-прислужник. Агэлар его просто-напросто развеял. Или у вас все люди, умирая, оставляют после себя кучу пепла?

Я обернулась к громиле. Он говорил знакомые слова, но я не улавливала их смысл. Он ведь не всерьез о бесах?

– Этот внешний вид – просто маскировка, – добавил Агэлар. – Так бес находился рядом и защищал тебя. Но с нами ему, конечно, было не справиться.

А вот теперь помощь нужна мне. Что-то случилось, пока я возвращалась из кафе домой. Может, с крыши сорвалась сосулька и упала прямо мне на голову. Или все-таки напал маньяк, и я тронулась умом от пережитого кошмара. А все, что сейчас происходит, – галлюцинация. Я точно не в себе. Ведь так не бывает.

Агэлар снова приблизился.

– Ты мой трофей, аманат. – Он опять назвал меня этим странным словом. – Благодаря тебе я получу все, что пожелаю.

– Вы меня убьете? – прошептала я.

– Нет, мне твоя смерть ни к чему. Но ты пойдешь со мной.

– Куда?

– Домой. – Он наклонился и щелкнул пальцами перед моим носом.

В ту же секунду мое сознание отключилось. Я даже была благодарна за это. Моим перегретым мозгам требовалась передышка, и Агэлар ее обеспечил.

Глава 2

Чужой родной мир

Я очнулась от качки. Мое тело лежало на чем-то твердом, а сверху укрывала шкура животного. Словами не передать, как она ужасно пахла! Я лишь чудом не задохнулась.

Со словами «уберите это от меня» откинула шкуру с лица. И тут же зажмурилась от яркого солнца.

Присмотревшись к местоположению солнца на небе, я поняла, что уже даже вечереет. Провела без сознания всю ночь и большую часть дня. Надеюсь, меня не…

Я в панике заглянула под шкуру, но тут же с облегчением выдохнула. Одежда все еще на мне – те самые джинсы и свитер, в которых пришла из университета. Ботинки – и те на ногах, хотя их я снимала. Значит, кто-то меня обул. С ума сойти, какая забота!

Я представила, как Агэлар завязывает мне шнурки, и хмыкнула. Эта сцена могла выглядеть еще более нелепо, если бы шнурки завязывал громила своими пальцами-сосисками.

Колечко, которое подарила мне бабушка на шестнадцатилетие, тоже было при мне. К счастью, его никто не снял. Кольцо было золотым, но самым обычным – тонкое, без гравировок и камней, очень похожее на обручальное.

Бабуля сказала, что это семейная реликвия. С тех пор носила кольцо, практически не снимая. И сейчас меня радовало, что оно не потерялось. Как будто частица дома была со мной.

Итак, я уже не в квартире, а где-то на улице. Лежу в чем-то, что трясется и раскачивается. По бокам – деревянные бортики, закрывающие обзор, и пока я вижу только небо. Я рискнула приподнять голову и осмотреться.

Да я же в самой настоящей повозке! Впереди сидит знакомый громила и управляет лошадьми. Кажется. Я видела лишь мохнатые лошадиные крупы с короткими хвостами и, внезапно, рога на голове. Какие-то странные лошади…

По мосту мы подъехали к воротам в высокой каменной стене. Страж в железной кольчуге пропустил нас внутрь. Я еще долго разглядывала его, пока он не исчез за поворотом. Что здесь происходит? Где я?

По обеим сторонам улицы стояли двухэтажные кирпичные дома с деревянными ставнями. На мостовой вместо асфальта лежали камни, из-за чего повозку сильно трясло. Несколько раз чуть не прикусила язык. На горожанах была одежда из грубых тканей. Напрашивался неутешительный вывод – я не дома.

Но хуже всего был запах. В городе пахло нечистотами. Они текли по краям улиц в одном известном им направлении. Полная антисанитария. В свое время благодаря крысам именно в таком рассаднике бактерий и микробов зародилась чума.

Я угодила не просто «куда-то», я угодила «в когда-то». Сменила целую эпоху. По крайней мере, все, что я видела вокруг, указывало именно на это.

Схватилась за голову, чувствуя, что схожу с ума от мыслей и переживаний. Мне определенно нужно было остановиться и все обдумать.

Словно услышав мои мысли, повозка прекратила движение. Где это мы? Я огляделась. Прямо надо мной была вывеска какого-то заведения. «Веселый дракон. У нас лучшие бесы-прислужники в Алькасаре», – прочитала я, между прочим, на незнакомом языке.

Меня сложно назвать полиглотом. В школе мне удалось более или менее выучить английский, в университете я пошла на курсы французского. Но эти письмена не имели ничего общего ни с тем, ни с другим. Так почему я могу их прочесть?

К повозке подошел Агэлар, и я вздрогнула от его голоса:

– Та… хэ… сапре. – Его рот открывался, я слышала звуки, но не улавливала смысл.

Я нахмурилась, прислушиваясь, и постепенно слова показались мне знакомыми. Я словно вспомнила чужой язык.

– Сте… и… о… чнулась? Выбирайся из повозки, мы приехали.

Я вздрогнула, когда поняла Агэлара. А потом раскрыла рот и сама заговорила точно так же:

– Куда?

Слово прозвучало вполне естественно. Как будто я всегда общалась вот так. Прямо какое-то лингвистическое чудо.

– На постоялый двор, – ответил Агэлар, совсем не удивившись моей способности его понимать. – Сегодня переночуем здесь, а завтра ты предстанешь перед хозяином.

Я передернула плечами. Это еще что за намеки? Я не собачка, чтобы у меня был хозяин. Но спорить не стала. Еще свежо было воспоминание о том, как люди Агэлара убили бабушку.

Агэлар утверждал, что бабушка была демоном, а все мои воспоминания, связанные с ней, – вымысел. Но горевала я о ней, как о реальном и близком человеке. И ничего не могла с этим поделать.

Что это вообще за бред о стирании памяти? В университете мы изучали древнеримскую судебную систему. Там было наказание «проклятие памяти». Уничтожалось все, что так или иначе связано с преступником, – статуи, упоминания в летописях и законах, надгробные и настенные надписи.

Но то преступники, а я чем провинилась? Агэлар утверждал, что я сделала это сама, добровольно. Он точно что-то перепутал. Надо быть абсолютно ненормальной, чтобы пойти на подобное. Если со мной такое и в самом деле случилось, то это кто-то другой стер мою память и подменил реальные воспоминания вымышленными.

Вылезала из повозки, обдумывая возможность побега, но громилы бдительности не теряли. Один из них оказался рядом, стоило мне поставить ноги на мостовую. Облизываясь, он смотрел на мою попу, обтянутую джинсами.

– Можно подумать, ты никогда девушку в брюках не видел, – сказала я и натянула свитер пониже, не желая дразнить мужчину.

– Не видел, – честно признался он. – У нас женщины так не одеваются.

Я недоверчиво хмыкнула. Только не говорите, что мне придется надеть юбку.

Обхватив себя за плечи, я пританцовывала на месте. Не месяц май, между прочим, а разгар зимы. Здесь, как и у нас, было холодно и снежно. Выбравшись из-под шкуры, без куртки я сразу замерзла.

– Идем. – Агэлар кивнул на дверь постоялого двора. – Не хватало еще, чтобы ты заболела.

Ну надо же, не похититель, а просто душка.

Вслед за мужчиной я пересекла порог и сразу поняла, о чем говорил громила. В зале хватало посетителей, часть из них женщины. Все как одна носили платья с юбками в пол из плотной шерсти. Этакий фасон «средние века».

На этом фоне мои джинсы произвели фурор. Все в зале замерли и уставились на мою скромную персону. Женщины – с ужасом, мужчины – с интересом. За секунду я стала местной знаменитостью.

Немая сцена могла длиться долго, но Агэлар прервал ее.

– Нам нужны комнаты, – произнес он. – Быстро.

Все тут же пришли в движение.

Вскоре мы уже поднимались по лестнице на второй этаж. Пока я шла, весь зал смотрел мне вслед. Почему у меня ощущение, что будут проблемы?

– Спальня для дамы.

Служанка, смерив меня презрительным взглядом, открыла передо мной дверь. Мой внешний вид выводил ее из себя. Казалось, еще немного – и она крикнет: «Профурсетка!» И это я еще смягчила.

За дверью была тесная комнатушка с кроватью, столом и стулом. Негусто. Надеюсь, хотя бы тараканов нет. Я их не переношу.

На столе горела одинокая свеча. Кошмар, здесь нет электричества. За что мне все это?

– Комнаты мужчин дальше по коридору, – добавила служанка.

– Можешь быть свободна, – кивнул ей Агэлар, втолкнул меня в комнату и следом вошел сам.

У нас же не общая спальня?

– До утра будешь здесь. Сиди и не высовывайся, – велел он. – И не вздумай бежать. Это не твой мир, здесь ты в одиночку долго не протянешь, да и я мигом тебя найду.

Чужой мир? Что-то подобное я и подозревала. Но в этом есть плюс. Раз Агэлар перенес меня сюда, значит, можно вернуться назад.

Жаль, сам момент перехода я не видела. Меня нарочно лишили сознания, чтобы я не знала, как вернуться домой. После такого не стоит ждать, что Агэлар расскажет подробности о путешествиях между мирами. Придется самой как-то выкручиваться.

Но на один вопрос он все же мог ответить. И я спросила:

– Откуда я знаю ваш язык?

– К тебе возвращается память, – сказал Агэлар. – Возможно, скоро ты вспомнишь, что именно украла.

– Да не воровала я у тебя ничего! – вспылила я. Сколько можно повторять? Вот ведь пристал. – Мы вообще не были знакомы до этой ночи.

– А я не говорил, что ты обокрала меня, – заметил он.

Его слова только сильнее все запутали.

Попыталась воззвать к его разуму. Пусть подключит серое вещество!

– Ты ошибся. Я не та, за кого ты меня принимаешь. – Медленно выговаривала слова, словно вела беседу с умственно отсталым. Может, так до него дойдет? – Я обычная студентка, имя самое простое – Катя, фамилия и вовсе заурядная – Петрова. И жизнь у меня скучная. Я не эта… как ее там… аманут.

– Аманат, – поправил Агэлар.

– Кто это вообще такая? – всплеснула я руками.

– Это та, кому доверили на хранение нечто крайне ценное. Дословно на ваш язык «аманат» переводится как «сосуд».

Ах, вот оно что. В конце тоннеля забрезжил свет. Я хотя бы поняла, в чем проблема. Некой девушке доверили что-то важное, а она это украла. Вот только я не могу быть той девушкой. Это ошибка, и я буду на этом настаивать.