- -
- 100%
- +
Глава 1
Ученица выпускного класса пансиона благородных девиц Элинора Бренн бежала вниз по лестнице жилого корпуса, перепрыгивая через две ступени. Девушка опаздывала на занятия, проходящие в соседнем здании. Для этого ей надо было спуститься на первый этаж, пройти через холл, миновать длинный крытый переход и попасть в учебный корпус.
Пока классная дама не видит, можно дать себе волю. В пансионе столько запретов. И так хочется их нарушать!
Выпускница пансиона благородных девиц не должна бегать, выпускница не должна громко смеяться, выпускница не должна смотреть в глаза собеседника. Выпускница не должна… Не должна… Не должна… А если очень хочется?
На площадке девушка ухватилась рукой за витой столб фонаря, резко повернулась, и едва не сбила с ног поднимающегося ей навстречу по лестнице молодого мужчину. Она с размаху впечаталась в его широкую грудь, ойкнула, отшатнулась, взмахнула руками и попыталась удержать равновесие. Это не помогло.
Еще мгновение, и девушка наверняка кубарем скатилась бы с лестницы, не ухвати мужчина ее за талию. Элинора почувствовала, что ее ноги болтаются в воздухе, а сама она самым неподобающим образом висит на шее у незнакомца.
– Как вы неосторожны, – заметил он, придавая Элиноре вертикальное положение.
Щеки девушки раскраснелись, из прически выбилось несколько непослушных прядей светлых волос.
– Простите, – она присела в коротком реверансе, провела рукой по волосам и посмотрела в лицо мужчине. Посмотрела, и обмерла.
Серые глаза незнакомца искрились веселостью. И смотрели с интересом. Таких глаз Элинора никогда не видела. В них можно было утонуть, как в холодных омутах. Они притягивали, манили. И обещали что-то запретное, если не сказать – порочное.
Впрочем, надо признаться, Элинора никогда не заглядывала в глаза мужчинам. Но сейчас она могла поклясться – такого взгляда нет ни у кого другого!
Молодой мужчина был высок, темноволос, отлично сложен и безумно привлекателен.
– Не стоит бегать по лестнице, можно сломать ноги, – тонкие губы незнакомца тронула улыбка.
– Главное, чтобы не шею, – парировала девушка. – Спасибо, что не дали упасть, – она начала чинно спускаться по лестнице. В самом низу обернулась. Но незнакомца уже не было.
Элинора подавила невольный вздох. Ей хотелось, чтобы он смотрел ей вслед. Именно для него она так чинно вышагивала по лестнице.
В классную комнату Элинора влетела, сломя голову и запыхавшись.
– Метта Бренн, вы снова опоздали, – недовольно заметила учительница. – Ваша расхлябанность подает дурной пример ученицам. Вы в выпускном классе, а ведете себя как избалованный ребенок.
Последнее замечание было несправедливо. Девушку можно было упрекнуть во многом, но только не в избалованности. Элинору некому было баловать… Но спорить девушка не стала.
– Простите, метресса Илодин, – Элинора поспешно заняла свое место за партой.
– После занятий вас желает видеть директриса, – строго произнесла преподавательница.
Известие девушку совсем не обрадовало. Метресса Флиминг, как правило, желает видеть своих подопечных только ради того, чтобы устроить им нагоняй и прочитать нотацию. Чем на этот раз провинилась Элинора?
Неужели кто-то заметил, как она пыталась тайком сварить в учебной лаборатории зелье от моли? Эти вредные бабочки едва не съели шерстяную шаль Эдиноры. Хотя вряд ли… Что страшного, если Элинор не спросила разрешения у наставницы? Она сама может справиться с подобными мелочами. Так зачем ставить об этом всех в известность? Но в пансионе такие строгие и такие глупые правила…
Или, может быть, кто-то из ее однокурсниц доложил, что Элинора снова упражнялась в фехтовании на задворках пансиона? Почему ученица не может попросить ветерана-сторожа побыть ее напарником в фехтовании?
Кто вообще придумал, что это недостойное занятие для девушки? А если на нее нападут в темном переулке? Ах, да, воспитанная девица не ходит по темным переулкам одна. Она вообще там не должна находиться…
Элинора не стала ломать голову над тем, что хочет от нее директриса. Ею вечно все недовольны. Все она делает не так, не вовремя и не как надо.
– Допрыгалась? – ткнула ее карандашом в спину Ивонна – первая красавица и первая задира выпускного курса.
– Отстань, – сердито повела плечом Элинора.
– Метта Элинора! – одернула ее учительница. – Прекратите отвлекать своих подруг. Мало того, что вы опоздали, так еще и мешаете другим.
Как всегда, во всем виновата Элинора! Девушка не удивлялась. Кто она, и кто Ивонна? Элинора сирота, Ивонна принадлежит к знатному княжескому роду Агилар.
После занятия Элинора не слишком торопилась к директрисе. На этот раз она неспеша поднималась по лестнице. Кабинет метрессы Флиминг – директрисы и хозяйки пансиона благородных девиц – располагался в жилом корпусе на втором этаже, рядом с комнатами учителей.
Директриса была уверена – чтобы добиться порядка и успеха, надо все держать под контролем. Поэтому и жить воспитательницам надо поближе к подопечным. В этом была своя логика, с которой не поспоришь. Девушки и преподавательницы жили на третьем этаже, слуги на первом. А хозяйка пансиона разместила свои апартаменты в золотой середине.
Навстречу Элиноре спускался тот же молодой мужчина, которого она едва не сбила час назад. Он слегка поклонился девушке. Просто из учтивости. Похоже, он уже забыл об инциденте. Она в ответ присела в реверансе. Незнакомец спустился в холл.
Элинора проводила его взглядом. Что он делал в пансионе? Скорее всего навещал кого-то. На преподавателя не похож. Слишком элегантно и дорого одет.
Как идет незнакомцу черный сюртук! Он подчеркивает все достоинства его фигуры – широкие плечи, узкие бедра. А какие у незнакомца сильные руки! Мужчина так легко удержал Элинору от падения. Словно она была пушинка!
Непонятные, незнакомые чувства охватили девушку. Ее сердце бешено билось, ей хотелось, чтобы незнакомец снова держал ее за талию. До сегодняшнего дня ни один мужчина не обнимал ее. Пусть даже невольно. Как же это приятно, как волнующе!
Девушка тряхнула головой, прогоняя наваждение. Этот красавец уже и думать забыл о ней. А она готова столько нафантазировать себе!
Элинора прошла в приемную. Строгая секретарша, похожая на сушеную рыбу поправила пенсне в серебряной оправе на тонком носу и недовольно посмотрела на девушку.
– Ждите. Я доложу метрессе Флиминг.
В приемной не стояло ни одного стула. Подразумевалось, что посетители обязаны понимать, куда пришли и не должны сидеть развалившись, ожидая приема очень занятой дамы.
На стене за столом секретаря висел большой портрет хозяйки пансиона. На нем она была изображена в полный рост и походила на императрицу – величественная, строгая. Метресса Флиминг происходила из древнего благородного рода. Она не уставала напоминать об этом своим подопечным, их родителям и подчиненным.
Через мгновение секретарша вернулась и распахнула перед Элинорой дверь кабинета директрисы, отступив в сторону:
– Проходите.
Большое круглое окно в кабинете было не занавешено. Через него лился белесый свет зимнего дня, освещая темную резную мебель, золоченые корешки книг в высоком шкафу, резные дубовые панели стен.
Метресса Флиминг сидела за большим посменным столом, покрытым зеленым сукном и перекладывала бумаги.
Элинора присела в низком реверансе:
– Вы желали меня видеть, метресса Флимигн.
Директриса небрежно кивнула в ответ, давая понять, что сначала закончит дела, а уж потом займется разговором с ученицей. Разумеется, в кабинете тоже не предусматривалось стульев для посетителей.
Директрисе было чуть больше пятидесяти. Темные с проседью волосы уложены в высокую прическу. Строгое фиолетовое платье без излишеств. Элегантная золотая брошь с крупным аметистом украшало стоячий воротник. Метресса Флиминг отличалась умением выглядеть утонченно, несмотря на крупную фигуру.
Хозяйка пансиона благородных девиц подняла на Элинору недовольный взгляд.
– Метта Бренн, вынуждена поставить вас перед неприятным фактом, – раздраженно начала директриса.
Но на Элинору это не произвело никакого впечатления. Директриса часто выговаривала девушке за мелкие проступки. За время учебы в пансионе девушка привыкла к придиркам. Метресса Флиминг откровенно не любила Элинору. И это можно понять – сирота в приличном учебном заведении делала его похожим на богадельню и вызывала раздражение у родителей знатных учениц.
– Итак, деньги, что оставил на обучение ваш отец закончились, – ледяным тоном произнесла метресса Флиминг. – По-хорошему, я должна отчислить вас, – она выдержала театральную паузу.
По правде сказать, это известие не огорчила Элинору. Она всегда чувствовала себя чужой в пансионе. Подруг у нее не было, знатные девицы сторонились ее. Пять лет она изучала то, без чего вполне могла бы обойтись.
Но отец так хотел дать дочери достойное образование. Вот только зачем? И так понятно, что замуж за дворянина она не выйдет. А именно для замужества и готовили в пансионе.
– Я могла бы указать вам на дверь, – с нажимом произнесла директриса.
Видимо, Элинора должна разрыдаться от подобного известия. Но девушке этого совсем не хотелось. Она стояла молча и слушала, что Флиминг скажет дальше.
– И только то, что вы являетесь дочерью героя Пятилетней войны останавливает меня от этого. Ваш отец умер от ран, полученных в боях за Империю. Я уважаю его заслуги, – директриса внимательно посмотрела на девушку.
– Благодарю вас, метресса Флиминг, – снова присела в реверансе Элинора.
– Но и содержать вас бесплатно в пансионе я не могу. Это вызовет недоумение у родителей других девушке. Тут не благотворительная ночлежка, а элитное учебное заведение. Вы всего лишь дочь рыцаря, бывшего трактирщика. Не забывайте об этом, милая.
– Да, метресса Флиминг. Я помню, что мой отец получил звание рыцаря из рук самого Императора за заслуги перед отечеством, – дерзко вскинула голову Элинора. – Он ценил моего отца. Именно поэтому и даровал ему дворянский титул.
– Низший дворянский титул, – уточнила директриса, скривив губы в презрительной улыбке. – Простолюдинам, пусть даже героям, другого и не положено. Не забывайте, кто вы на самом деле, дорогая! Мне жаль, что ваш отец умер, не успев оплатить ваше образование полностью. Но, поскольку он был обласкан самим Императором, я тоже приму участие в вашей судьбе и позволю закончить обучение в моем пансионе.
– Благодарю вас, метресса Флиминг, – в очередной раз присела в реверансе девушка.
– До окончания вашего обучения остался всего одно полугодие. В конце мая выпуск. Вам придется отработать те деньги, что я потрачу на вас. Вы будете помогать кастелянше, менять постельное белье, гладить его, при необходимости помогать на кухне.
Элинора замерла. Все это она может делать в трактире, что достался ей по наследству. И еще получать от этого прибыль. Сейчас там со всем управляется ее тетя, младшая сестра покойного отца. Так зачем ей оставаться в пансионе?
Но отец хотел, чтобы его дочь окончила пансион благородных девиц. Значит, надо потерпеть полгода. Пусть знания, полученные в пансионе девушке не пригодятся. Однако она выполнит последнюю волю отца.
– Что же вы молчите, милочка? – строго спросила директриса.
– Вы очень добры, мадам. У меня просто нет слов… Я бесконечно благодарна вам.
– Прекрасно, – удовлетворенно кивнула Флиминг. – Найдете экономку, она объяснит ваши обязанности. Кстати, на зимний бал вы можете прийти. Раз уж учитесь в пансионе. Если у вас есть подходящее платье, разумеется. Помнится, в прошлом году у вас, метта Элинора, был довольно милый, хотя и несколько старомодный наряд.
То злосчастное платье отдала Элиноре ее тетя. А перешить его не успела. Девушка выглядела на балу смешно и нелепо.
Ладно, теперь Элинора научилась шить и сможет переделать платье так, что будет выглядеть в нем не хуже других. Все-таки кое-какие полезные для жизни навыки в пансионе дают.
– Я смогу на каникулы съездить домой? – поинтересовалась Элинора. – Я хотела помочь тете.
– Нет, разумеется. Мне казалось, вы поняли – чтобы окончить учебу, вам придется работать. Напишите тете – пусть подождет еще полгода. Потом она сможет отправиться на покой, поскольку после выпускного бала вы станете полноправной хозяйкой трактира. И зачем только ваш отец потратил столько денег на ваше обучение? Очень необдуманный поступок, – усмехнулась директриса.
Глава 2
Совмещать работу и учебу оказалось намного сложнее, чем предполагала Элинора. Да еще и косые взгляды учениц не облегчали жизнь. Открыто ее не дразнили, знали – Элинора за словом в карман не лезет. На нападки она отвечала остроумно. Но за спиной Элиноры сокурсницы шушукались и противно хихикали.
Элинора всегда держалась в стороне от однокурсниц. Никто из них не хотел опускаться до общения с девушкой, чей отец сумел выбиться из низов. Элинору это не расстраивало. Она отлично жила сама по себе.
Если однокурсницы все-таки снисходили до просьб о помощи – помогала. Но не искала их дружбы. Лебезить и заискивать считала ниже своего достоинства. Зачем ей унижаться? Ради чего?
У каждой ученицы в пансионе была своя комната. Разумеется, у Элиноры она была совсем крошечная. Но все равно это свой уголок, где можно укрыться от посторонних взглядов.
Отсутствие подруг Элинора с лихвой компенсировала чтением. Библиотека в пансионе собиралась десятилетиями и книги в ней можно было найти на любой вкус.
Как и любая девушка, Элинора предпочитала книги о любви. Она погружалась в мир романтики, ревности, нешуточных страстей. И предпочитала романы со счастливым финалом. Ей была интересна история, книги о путешествиях девушка читала на одном дыхании. Элинор любила стихи и даже пробовала сочинять сама. Но получалось это у нее плохо. Она безжалостно комкала только что написанные строки, уничтожая неудачные рифмы и банальные сравнения.
Теперь на чтение у девушки времени не оставалось. Зато она могла пофехтовать на заднем дворе. Правда, фехтовать приходилось на обычных палках. Постоянным и единственным соперником Элиноры был пожилой сторож. Тоже участник войны, как и отец девушки.
Жизнь не баловала Элинору. Ее матушка умерла, когда девочке едва минуло четыре года. Ее она помнила смутно. В воспоминаниях возникал образ удивительно красивой и нежной женщины. Возможно, это были только фантазии Элиноры.
Роланд Бренн никогда не скрывал – он мечтал о рождении сына. Но что случилось, то случилось. Не судьба иметь ему наследника мужского пола.
Второй раз он не женился, не мог забыть любимую Мариэлу. Она так рано ушла из жизни! Роланд обожал свою дочь. Она была похожа на его покойную жену и внешне, и характером. Такая же решительная, порывистая.
Отец держал трактир и почти все время проводил там. Но каждую свободную минуту посвящал дочери, читал сказки, рассказывал занятные истории из жизни, играл с ней.
Правда, игры больше подходили мальчикам, но Элиноре они нравились. Бренн понятия не имел, как правильно воспитывать девочек. Отец учил дочь фехтовать, ездить верхом, играть в шахматы и уметь постоять за себя с помощью кулаков.
Девочке исполнилось восемь, когда отец ушел на войну. Трактиром стала управлять его сестра. Тетя Агнесса овдовела рано, своих детей не имела. Брат Роланд и его дочь Элинора были ее семьей. Агнесса до самозабвения любила их обоих.
На войне Роланд провел все пять лет. Пока его не было дома, воспитанием Элиноры занималась тетя Агнесса. Если только это можно назвать воспитанием. Тетя любила племянницу, но баловать не могла. Элинора помогала тете в трактире по мере своих детских сил – убирала со столов, подметала, ухаживала за цветами на окнах и перед домом и выполняла другие мелкие поручения тети.
Тетя покупала Элиноре лакомства и старалась одевать опрятно. Девочка любила подвижные игры. И когда у нее выдаваясь свободное время, она носилась по улицам с ватагой местных ребятишек. Они находили себе приключения в руинах заброшенных домов, или ловили рыбу в узой речушке, или играли в разбойников и рыцарей в ближайшем лесу.
Сколько тетя Агнесса не билась, не могла отвадить племянницу от неподобающих для девочки из приличной семьи игр. К тому же у тети не было на это времени. Управлять трактиром непросто!
Бренн вернулся с войны больной после тяжелых ранений. Зато он получил дворянский титул. Звание рыцаря метр Роланд Бренн носил с гордостью. Он заслужил его, проливая кровь за Императора и Отечество.
Вместе с дворянским титулом Бренну были дарованы земли недалеко от его трактира, а также солидная сумма денег.
Отец снова стал для Элиноры самым надежным другом. Он продолжил заниматься с ней фехтованием и верховой ездой. Научил карточным фокусам и умению распознать мошенников в любой азартной игре.
Но тетя Агнесса указала Роланду, что негоже растить из девочки сорвиголову. Ей предстоит выйти замуж, завести семью. К кто захочет взять в жены разбойницу?
Бренн подумал и согласился с сестрой. Деньги, полученные в дар от Императора он решил потратить на обучение дочери и оплатил почти весь курс в самом лучшем и дорогом пансионе Столицы. Когда Элиноре исполнилось пятнадцать, отец отвез ее в Столицу и определил на первый курс пансиона.
Меньше всего на свете Элиноре хотелось уезжать из их маленького уютного Лураса. Она с тоской ждала переезда в большой и незнакомый город, где не будет ни одного близкого ей человека. Но воля отца всегда была для Элиноры законом.
Хозяйка, и она же директриса престижного заведения неохотно взяла на себя заботу о дочери какого-то рыцаря. Но отказать герою войны не посмела. Не мудрено, что метресса Флиминг недолюбливала Элинору с первого дня появления девушки в пансионе.
Училась Элинора легко. Но рвения в учебе не проявляла. Ей не нравилась дисциплина в пансионе, не нравились условности и ограничения. Почему девушка не может фехтовать? Почему на лошади можно ездить только шагом? Ведь истинное удовольствие получаешь от галопа, когда несешься сломя голову наперегонки с ветром! Да еще и сидеть надо боком…
Отдушиной были летние и зимние каникулы. Элинора возвращалась в родной городок Лурас. Тут Элинора могла делать все, что пожелает. Отец не ограничивал ее порывов. Тетя Агнесса закатывала глаза к небу, но молчала. Переубедить брата и племянницу что не дело девице заниматься подобными вещами она не могла. Так зачем сотрясать воздух?
А потом отец умер. Неожиданно. Ранним осенним утром, тихим и ясным. У Роланда Бренна остановилось сердце. Война догнала его, пока он спал и нанесла смертельный удар.
Элинора с трудом перенесла эту потерю. Теперь у нее из родных осталась только тетя Агнесса.
Но жизнь продолжалась. Учеба в пансионе тоже.
Приближался зимний бал выпускного курса. К нему девушки готовились особенно тщательно. На этот бал директриса всегда приглашала молодых людей из достойных фамилий. Они смогут присмотреться к девушкам и наметить себе невесту. А то и не одну. Хорошо, когда есть из кого выбирать!
В пансион зачастили матери учениц с модистками. Девицы листали модные журналы, подбирая бальные наряды.
Модистки уговаривали матерей не ограничивать фантазий дочерей – ведь возможно уже на этом балу милую девушку присмотрит какой-нибудь достойный дворянин и уже через полгода по выпуску из пансиона сделает предложение руки и сердца.
Элинора порадовалась, что в ее распоряжении есть гладильная комната. Вечерами она перешивала платье, в котором так неудачно дебютировала в прошлом году. Тогда ее первый зимний бал в пансионе прошел просто ужасно. После того провала на летний бал она не пошла. Предпочла уехать в родной городок Лурас и помогала в трактире тете.
Но сейчас девушке захотелось покрасоваться на празднике. Она и сама не знала, что ждет от бала. Но ей мечталось, что произойдет нечто необычное, волшебное.
Элинора полистала модные журналы, что лежали на столике в библиотеке. Хозяйка пансиона считала – ее подопечные должны следить за модными тенденциями, чтобы не выглядеть вульгарно. Жаль, что год назад Элинора не сообразила посмотреть их. Хотя у нее все равно не было времени что-либо исправить в старомодном тетином платье.
Теперь девушка до поздней ночи задерживалась в гладильной. Она знала, как ей перешить злосчастное платье. Постепенно старомодный наряд стал приобретать элегантный силуэт. Элинора безжалостно расставалась с оборочками, убрала пышные рукава, избавилась от банта на талии.
Раз бал зимний, то и наряд должен соответствовать. Вместо цветов его будут украшать снежинки. Платье будет искриться как снег под лучами зимнего солнца. А бахрома на декольте и по краю рукавов станет похожа на иней.
Этим вечером Элинора так увлеклась шитьем наряда, что легла поздно и едва не опоздала на первый урок. День не задался с самого начала. Девушка получила выговор от преподавательницы за невнимание. Элинора и правда клевала носом. Ей страшно хотелось спать. Все-таки допоздна за работой лучше не засиживаться.
На большой перемене ученицы направились в столовую на обед.
– Кто это, кто? Ах, какой красавчик! Душка, прелесть! – к окну припали несколько девушек. Остальные из любопытства последовали за ними.
Элинора тоже решила взглянуть, что такого интересного за окном. Она подошла к девушкам, с любопытством глядящим вниз и приподнялась на цыпочки.
Из экипажа, запряженного парой вороных, вышел молодой, элегантно одетый мужчина. Элинора сразу же узнала его. Это он несколько дней назад не позволил ей свалиться с лестницы.
Сердце почему-то замерло, а потом бешено забилось.
– Вы и правда не знаете, кто это? – Ивонна бесцеремонно растолкала девушек и пробралась к окну. – Это же молодой герцог Адриан Ренар.
– Правда? Тот самый? Откуда ты знаешь? Зачем он приехал? – посыпались на Ивонну вопросы.
– Значит, вы понятия не имеете, что метресса Флиминг его тетя по материнской линии? Удивительная неосведомленность, – презрительно скривила губы Ивонна. – Он недавно вернулся из заграничного круиза. Путешествовал год. Целый год, представляете? Наши семьи дружат, – не без гордости заметила Ивонна.
Так вот к кому приходил молодой герцог. Элинора поняла, почему он поднимался по лестнице жилого корпуса. Конечно, он шел к директрисе – своей тете.
Ученицы слушали Ивонну раскрыв рты, а та наслаждалась вниманием. Она выложила все, что знала о молодом герцоге. Ивонна даже намекнула, что возможно Адриан посетит зимний бал. Разумеется, только ради Ивонны. Они друзья детства и давно не виделись.
Элинора подумала, что это мало похоже на правду. Будь это так, Ивонна бы давно всем прожужжала уши о таком знатном друге. Тщеславие Ивонны всегда удивляло Элинору. Так что если бы они с герцогом были дружны, то наверняка бы об этом знал весь пансион.
Однако, если Адриан Ренар посетит бал, это будет замечательно. Он обязан будет танцевать с каждой из девушек. Значит, Элинора снова ощутит тепло его рук на своей талии… Глупо даже думать об этом… Но сердце девушки продолжало биться неровно и это было так приятно!
Глава 3
После занятий Элинора направлялась к кастелянше, чтобы получить от нее распоряжение. Но по дороге ей попалась горничная метрессы Флиминг.
– Госпожа директриса желает, чтобы вы приготовили чай. Немедленно. С жасмином. И побыстрее, – поторопила девушку горничная.
Последнее время метрессе Флиминг доставляло удовольствие заставлять Элинору чувствовать себя прислугой. Причем прилюдно. Как только к ней приходила с визитом матушка какой-нибудь ученицы, она тут же посылала за Элинорой и требовала подать чай, или принести сладости, или салфетки. Или вообще накрыть на стол.
Но девушка и в этой ситуации не теряла самообладания. Раз она должна отрабатывать учебу, она это сделает. Ничего унизительного в своих обязанностях она не видела. Даже полы можно мыть с достоинством королевы!
Элинора поспешила на кухню и заварила чай. Она отлично умела это делать. Так же, как и готовить. Этому ее научила тетушка Агнесса. Раз у них есть трактир, хорошо готовить Элинора просто обязана. А еще мыть посуду, следить за чистотой и держать в идеальном порядке кухонную утварь.
Водрузив чайные приборы на поднос, Элинора поднялась в кабинет директрисы. Постучала кончиком туфельки в дверь и дождавшись важного «войдите», толкнула бедром резную створку.
Поднос дрогнул в руках девушки. За чайным столиком, рядом с метрессой Флиминг сидел молодой герцог Адриан.
– Что вы замерли, милочка? – поинтересовалась директриса. – Поставьте все на стол, разлейте чай. Да поосторожнее. Вы удивительно неуклюжи.
Взгляд герцога скользнул по Элиноре как по пустому месту.