- -
- 100%
- +
– Я, право, не знаю, дорогая тетя… – продолжил он прерванный разговор. – У меня были другие планы…
– Я тебя умоляю, Адриан. Твое присутствие на балу придаст ему значимости. И, возможно, тебе приглянется кто-то из моих подопечных. Девушки из очень достойных семей.
– Это вряд ли, я не хочу спешить с выбором жены.
– Я не заставляю тебя жениться. Просто приглядись для начала. Приходи, обязательно приходи на бал. Ради меня, – игриво склонила голову набок метресса Флиминг. – Ты будешь самым почетным гостем.
– Хорошо тетя, я постараюсь быть.
Они разговаривали так, словно Элиноры не было в комнате. Впрочем, на присутствие прислуги никто внимания не обращает. Девушка разлила чай по чашкам и вышла.
Ей было обидно. Тогда, на лестнице, а глазах Адриана горел неподдельный интерес. Пусть он длился всего мгновение, но девушка успела заметить его. А сейчас герцог едва посмотрел на нее. Потому что принял за горничную.
Но он будет на балу. Значит, у Элиноры будет возможность как минимум один раз потанцевать с ним. Тогда он будет смотреть на нее не так, как сейчас, а как на равную.
Разумеется, глупо даже думать о молодом герцоге Ренаре. Но мысли Элианы все равно упорно возвращались к нему. Она не могла забыть его серых глаз, которые смотрели на нее с лукавинкой и интересом, чувствовала тепло его рук. И то, как он бережно поставил ее на пол.
Глупо, глупо, ужасно глупо! Элина сердито тряхнула головой. Но вечером с удвоенной энергией принялась за шитье бального наряда.
Словно нарочно всю неделю накануне бала Элинора была занята не столько учебой, сколько помощью кастелянше. Она перегладила горы простыней, наволочек и пододеяльников. Потом метресса Флиминг пожелала, чтобы девушка помогла на кухне начистить медные сковороды. Разумеется, после этого руки Элиноры стали черны и походили на руки простолюдинки.
Похоже, именно этого и добивалась директриса. Очевидно, что присутствие на зимнем балу какой-то выскочки из низших слове общества не радовало хозяйку пансиона. Но и запретить девушке появляться там она не могла – Элинора исправно выполняла все порученные задания и добросовестно отрабатывала долг.
Элинора с сожалением посмотрела на свои руки. Ладно, пусть вокруг ногтей черно, и отмыть въевшуюся грязь невозможно. Это дело поправимое. Девушка достала из шкафа коробку. Там она хранила разные снадобья. В том числе бесцветный лак для ногтей. Только таким разрешалось пользоваться ученицам пансиона.
Девушка добавила в него пыльцу, собранную с тычинки цветка кувшинки-серебряницы. Ее используют при изготовлении лекарства от простуды. Но почему бы не смешать ее с лаком? Ради бала девушкам из выпускного класса разрешают красить брови, ресницы и губы. Даже наносить румяна. Элинора этим не пользовалась и не собиралась использовать подобные ухищрения.
Зато можно сделать себе серебряные ноготки! Эту же пыльцу она нанесет на прическу и волосы словно припорошит сверкающий снег.
Платье получилось изумительным. Все-таки чему-то полезному в пансионе Элинора научилась. Шить и вышивать девушек учили ради старинного обычая – невеста должна приготовить хотя бы одну вещь из приданного своими руками. И прочитать над ней заговор на любовь и верность супруга. Правда, заговор действовал далеко не всегда. То ли его слова давно были искажены, то ли он вообще носил чисто ритуальный смысл. Так или иначе, но мужья нередко изменяли своим женам.
Утром накануне бала в пансионе царила суета и неразбериха. Приехали родители учениц. И не одни. Они привезли с собой парикмахеров, модисток и еще массу прислуги, которая должна была помочь девушкам блистать на торжестве.
Никому не было до Элиноры дела. Она порадовалась, что о ней забыли и тоже занялась приготовлением к балу. Для начала смазала руки мазью, и они снова стали нежными. Потом покрыла ноготки приготовленным серебряным лаком. Лак закрыл черные ободки вокруг ногтей, с которыми не смог справиться даже крем, не говоря уже о щетке с мылом.
Девушка взяла бальное платье и выскользнула из комнаты. Она спустилась по лестнице, по которой сновали слуги, выполняя приказы своих молодых хозяек и их родителей. Элинора вышла через черный ход во двор.
Задний двор пансиона покрывал пушистый снег. Он сегодня падал с самого утра, укутывая землю воздушным сверкающим покрывалом.
Хорошо, что девушек обучали основам бытовой магии. В жизни может все пригодиться, любила говорить метресса Флиминг. Будущие знатные дамы должны знать, все ли правильно делают их слуги, не пытаются ли работать спустя рукава, не обманывают ли господ. Все это легко проверить с помощью магии. А иногда не грех и самой ею воспользоваться. Не всегда стоит посвящать прислугу в свои маленькие тайны.
Ветки деревьев искрились колючим инеем. Снег падал и падал. Элинора положила платье под деревом, расправила складки на юбке, зачерпнула двумя руками пригоршню снега, прочитала заклинание для замораживания продуктов и вскинула руки вверх. Снежинки покрыли платье сверкающими искорками. Платье не будет холодным, но снежинки сохранятся на нем до следующего вечера.
То же самое девушка проделала с атласными бальными туфельками. Теперь не было видно, что они потерты.
Элинора ждала вечера как никогда и ничего не ждала в свои двадцать лет. Бал будет необыкновенным, она не сомневалась в этом.
Гулкий удар гонга возвестил, что девушек ждут в танцевальном зале. Элинора не спешила выходить из комнаты. Сейчас в коридорах и на лестнице будет страшная толчея. Она выждала некоторое время и открыла дверь.
На этаже тихо, только с лестницы доносился приглушенный шум голосов. Все спешили в бальный зал занять свои места. Элиноре по рангу не положено кресло. В них могут сидеть только представительницы самых знатных родов. Каждое кресло подписано. Даже дочери всяких баронов и баронетов должны стоять вдоль стен. Они не удостаиваются чести сидеть на балу. Что уж говорить о дочери рыцаря!
Высокий зал заливал свет солнечных камней, расположенных в люстрах. Сверкали хрустальные подвески, горел янтарем паркетный пол, зеркала на стенах отражали нарядную толпу девушек. По этикету их родителей не допускали на бал. Они разъехались по ближайшим гостиницам, чтобы завтра забрать дочерей на зимние каникулы домой.
Девушка встала у стены ближе к выходу. Она поймала на себе несколько недовольных и завистливых взглядов учениц. Ивонна медленно прошла мимо Элиноры в сопровождении двух верных подружек. Смерила Элинору презрительным взглядом с головы до ног.
– Ну да, без магии было бы совсем убого, – кивнула она. – На что только не идут выбившиеся из низов, чтобы найти мужа, – едко заметила Ивонна.
Ее подружки одобрительно захихикали. Элинора не посчитала нужным отвечать на колкое замечание. Ее не интересовало мнение Ивонны.
Распорядитель ударил посохом об пол. Распахнулись двери, в зал вошли приглашенные кавалеры. Среди них были не только молодые люди, но и солидные мужчины. Зимний бал в пансионе являлся преддверием бала дебютанток. Уже сейчас можно присмотреть достойную невесту. Вдовцы и холостяки всех возрастов старались не пропустить этот праздник.
Хозяйка пансиона не жалела денег на зимний бал. Тем более что он оплачивался из кошелька учениц. Вернее, их щедрых родителей. Балы в пансионе славились изысканностью, граничащей с роскошью. И привлекали много состоятельных мужчин, желающих найти себе жену. Они слетались сюда словно пчелы на мед. Зимние балы были популярны и отлично влияли на репутацию пансиона.
Среди вошедших мужчин Элинора искала взглядом молодого герцога Ренара. Но его не было. Девушка почувствовала разочарование.
Музыканты, сидящие на балконе заиграли вальс. К метрессе Флиминг подошел пожилой мужчина с пышными седыми бакенбардами. Кажется, он занимал высокий пост в министерстве иностранных дел. Элинора не знала большинства высокопоставленных приглашенных. Она никогда не стремилась запомнить их. Зачем? Ей это в жизни не пригодится.
На мундире представительного гостя горели усыпанные алмазами ордена. Он церемонно поклонился и пригласил директрису на танец. Они открыли бал. Скоро зал заполнился кружащимися в танце парами.
К Элиноре подошли сразу два молодых человека. Девушка немного растерялась. На прошлом зимнем балу она два часа простояла в стороне, а потом ушла, поняв, что никто из кавалеров не обращает внимания на девушку в старомодном платье.
Элинора наугад подала руку одному из юношей. Он легко и уверенно повел ее в танце.
Это был первый танец девушки на балу. До этого она танцевала только на занятиях. А там ученицы танцевали друг с другом.
Сейчас девушка с наслаждением кружилась в вальсе. Она даже предполагала, что это так прекрасно!
После вальса распорядитель объявил менуэт, потом были галоп и контрданс. Элинора не пропускала ни одного танца. Она была счастлива, как никогда. Не оттого, что на нее стали обращать внимание молодые люди, а просто от танцев.
Глава 4
– Наша простушка развеселилась, – едкий смешок заставил Элинору резко оглянуться, и она едва не наступила на ногу кавалеру.
Подружка Ивонны снова хихикнула и что-то зашептала танцевавшему с ней молодому человеку. Тот внимательно посмотрел на Элинору. В его взгляде она уловила разочарование.
Танцы ненадолго прекратились. Всех пригласили в столовую отведать десерта. Элинора не пошла. Она предполагала, что какая-нибудь девушка из окружения Ивонны ненароком уронит на ее платье мороженое или желе. Они это могут.
Лакеи распахнули двустворчатые двери. В зал пошел Адриан Ренар. У Элиноры сердце упало в пропасть и перехватило дыхание. Молодой герцог посмотрел на нее, приветливо кивнул.
– Почему вы тут одна? – искренне удивился он.
– Все в столовой. А я не хочу десерт.
– Очень жаль. Но я надеюсь, вы составите мне компанию? Я опоздал и страшно голоден. Для начала меня устроит даже десерт. Герцог Адриан Ренар, – представился он. – Позвольте узнать ваше имя?
– Элинора Бренн, – присела девушка в коротком реверансе и нерешительно протянула Адриану руку.
Тот почтительно коснулся ее губами.
– Очень рад знакомству. Так прекрасно, что на балу не требуется, чтобы кто-то представлял тебя девушке. Не люблю этих глупых церемоний.
– Я тоже, – улыбнулась Элинора в ответ.
Адриан взял девушку под руку, и они прошли в столовую.
– Позвольте, я все-таки угощу вас? – и не дождавшись ответа, подошел к буфету.
– Адриан, дорогой, – к нему стремительно подошла метресса Флиминг. – Ты все-таки опоздал, несносный мальчишка, – шутливо произнесла она и протянула племяннику руку для поцелуя.
– Простите, тетя, но началась метель. Она задержала меня.
– Ты всегда находишь повод для оправдания, – улыбнулась директриса. К ней подошел представительный мужчина лет сорока, и метресса Флиминг переключила свое внимание на него.
Адриан вернулся, держа в руках две вазочки с мороженым. На него во все глаза глядела половина девушек. А когда увидели, кому предназначалось лакомство, их восхищение молодым лордом сменилось завистью и досадой.
– Если не ошибаюсь, тут есть прекрасная оранжерея, пойдемте туда, – предложил Адриан. – В столовой слишком шумно и тесно.
В оранжерее было пусто. Они сели возле большого окна. Белое пятно луны пробивалось через пелену облаков. Мела метель, сердито стучась в стекло.
– Непогода разыгралась, – заметил Адриан.
– Зато как уютно сидеть в тепле и смотреть в окно, – Элинора облизнула ложечку с мороженым. Ей казалось, она попала в сказку. Рядом с ней сидит Адриан. И не просто сидит – они беседуют словно старые друзья.
– Вы позволите пригласить вас на следующий танец? – поинтересовался молодой герцог.
– Да, – улыбнулась Элинора. Сегодня волшебный вечер, сегодня исполняются ее самые заветные мечты.
– Вот ты где, – в оранжерею вошла метресса Флиминг и строго посмотрела на Элинору. – Не слишком учтиво уединиться с девушкой, когда все остальные пошли танцевать. Кавалеров сегодня мало. Непогода не позволила многим добраться до пансиона из загородных поместий. Так что тебе, мой милый, придется танцевать без устали. Девушки ждут, – теперь директриса не смотрела в сторону Элиноры, но та всем существом ощущала неодобрение метрессы Флиминг.
– С удовольствием, тетушка, – кивнул Адриан. – Я уже пригласил на следующий танец метту Элинору. И она любезно согласилась.
– Кто бы сомневался, – буркнула директриса. – Не забывай, что другие девушки тоже хотят танцевать. Не отдавай предпочтения никому. Это неучтиво и может вызвать нежелательные пересуды.
– Разумеется, я знаю этикет, – заверил тетушку Адриан.
– Не засиживайтесь тут долго. Адриан, после танца подойди ко мне, я скажу тебе несколько слов. – директриса снова метнула на Элинору недовольный взгляд и важно выплыла из оранжереи.
Наверняка, расскажет Адриану что Элинора дочь трактирщика. Но Элинора почему-то надеялась, что молодой герцог лишено предрассудков.
– Моя дорогая тетя бывает на удивление занудна, – словно извиняясь перед девушкой произнес Ренар.
Элинора поставила пустую вазочку на подоконник.
– Благодарю, мороженое очень вкусное.
– Мне тоже понравилось, – Ренар поставил вазочку рядом. – Можно будет повторить. В буфете есть малиновый щербет.
Из зала донеслись звуки вальса.
– Люблю этот танец, – герцог протянул Элиноре руку.
Они вернулись в зал. Адриан кружил Элинору в танце и ей казалось, она обрела крылья. Ренар время от времени наклонялся к уху девушки, говорил комплимент или мило шутил. Элинора чувствовала себя на седьмом небе. Она улыбалась и отвечала на его шутки.
– Вы очень остроумны, – заметил Ренар. – И отвечаете не так, как принято в обществе.
– Простите, но мне это кажется таким скучным, – пожала плечами Элинора.
– Представьте себе, мне тоже.
– Благовоспитанная девица должна краснеть, бледнеть и смотреть в пол. Так говорит наша классная дама.
– Подозреваю, то же самое говорит и моя тетушка, – рассмеялся Ренар.
Эланора не стала повторять то, чему учила своих подопечных директриса. По ее мнению даже улыбаться можно только слегка, не показывая зубов. Ибо это вульгарно. А уж отвечать остротой на остроту вообще недопустимо. Вернее, это допустимо только девушкам из очень знатных семей. И то по отношению к нижестоящим.
Вальс закончился.
– Жаль, что я не могу сейчас пригласить вас еще на один танец, – вздохнул Ренар. – Этикет требует от меня потанцевать со всеми дамами в зале. Ужасно глупые правила.
Распорядитель трижды ударил жезлом об пол.
– Впервые в стенах пансиона девушки могут пригласить кавалера на танец! – объявил он.
Это было удивительно. Метресса Флиминг разрешила на балу модное нововведение. При дворе Императора это правило действовало уже год. Но в пансионе даже подумать о подобном не смели.
– Значит, исполнится мое желание, – посмотрел на Элинору Адриан. – И мы станцуем с вами еще один танец. Если у вас, конечно, нет на примете другого кавалера.
Элинора не успела ответить. Словно из-под земли рядом с ними выросла Ивонна.
– Герцог Ренар, не откажите в любезности, – присела она в реверансе, протягивая ему руку.
Адриан с сожалением посмотрел на Элиноу и виновато улыбнулся. Отказать пригласившей его девушке он не мог.
– Герцог Адриан, вы удивили меня своим благородством, – улыбнулась Ивонна. – Вы снизошли до дочери рыцаря Бренна. Это так мило с вашей стороны.
– Дочь рыцаря? – вскинул брови Адриан, переведя взгляд на Элинору.
– Да, она всего лишь дочь рыцаря, – не без злорадства поспешила ответить за нее Ивонна. – Ее отец был трактирщиком, и получил рыцарство недавно.
– Мой отец получил титул за заслуги перед Императором, – гордо вскинула голову Элинора. – Он проливал кровь за Отечество!
Но ее уже никто не слушал. Адриан увлек Ивонну в танце. Они кружились по залу. Ивонна что-то щебетала Адриану, тот улыбался в ответ.
Элинору тоже пригласили на танец. Но теперь она не получала от этого никакого удовольствия. На душе остался ужасный горький осадок.
Она не «всего лишь дочь рыцаря»! Она дочь героя. Но кому это надо? Тут смотрят только на титулы и богатство семьи.
Бал продолжался. Танцы чередовались выступлениями приглашенных актеров. Прекрасно пела оперная дива, кружились танцовщицы в ярких нарядах, жонглеры показывали удивительную ловкость. Но это уже не радовало Элинору.
Почему она решила, что герцог Ренар другой? С чего взяла, что понравилась ему с первого взгляда? Как ее вообще угораздило влюбиться и нафантазировать себе все это? Глупая, глупая и наивная девчонка. Теперь бал утратил для Элиноры свои блеск и прелесть.
Адриан даже не смотрел в ее сторону. К Элиноре подошел молодой человек в элегантном модном костюме. Шелковый галстук был заколот зажимом в крупным сапфиром в окружении бриллиантов. Он не успел пригласить Элинору. Рядом с ними возникла подруга Ивонны. Она произнесла заклинание, задорно засмеялась и хлопнула в ладоши.
Элинора не сразу поняла, что произошло. Но ее наряд, украшенный снежинками вдруг превратился в сугроб, а потом растаял. На девушку словно вылили ведро ледяной воды. Волосы намокли, платье прилипло к телу.
Раздался дружный смех. Подружки Ивонны даже не скрывали, что это их рук дело.
– Девочки, девочки, – к ним спешила метресса Флиминг. – Ах, какие вы озорницы. Ну разве так можно? – слегка журила она подопечных, даже не пытаясь сдержать улыбку. – Метта Бренн, вам лучше пойти в свою комнату. Я всегда говорила – тщеславие до добра не доводит. Хотели выглядеть лучше других, и вот вас постигла заслуженная кара. Не стоило применять магию для того, чтобы блистать на балу. Вам не следует забывать свое место. Вы дочь трактирщика, и обучаетесь тут только потому, что я чту нашего великого Императора.
– Я дочь героя, и пусть он трактирщик, это не умоляет заслуги моего отца, – ответила Элинора, обхватив себя за плечи.
Ей было нестерпимо холодно. Она развернулась и под смех девушке пошла к выходу. Нет, она не побежит, она покинет бал с достоинством.
Но уже в коридоре девушка почувствовала, как по ее щекам текут слезы. Они были теплые и соленые. Элинора не вытирала их. Ей нечего стыдиться. Ее оскорбили. Но только потому, что за нее некому заступиться.
Жаль, что у бытовой магии, что обучают в пансионе узкая направленность. Иначе Элинора смогла бы ответить обидчицам. Но магия на то и бытовая, чтобы применять ее только в быту. На людей она не действует. В лягушку никого не превратить, в чудовище тоже. Даже на несколько минут. Зато снег на платье можно легко превратить в сугроб и сразу же растопить. Но Элинора и подумать не могла, что однокурсницы способны на подобную злую шутку.
Ничего, Элинора справится с обидой. Она закончит обучение в институте, раз так хотел ее отец. И тоже станет трактирщицей. Элинора не стремиться выйти замуж за дворянина. Она простолюдинка. Но от этого она не становится хуже или лучше других. Она такая, какая есть. И никто не смеет упрекать ее в этом!
Глава 5
Оставшиеся полгода обучения в пансионе стали для Элиноры неимоверно тяжелыми. Метресса Флиминг не упускала возможности прилюдно напомнить девушке, как нелепо она выглядела на балу. Девушки открыто не насмехались над Элинорой. Но за спиной постоянно слышала противные смешки и шушуканье.
Работы у Элинор прибавилось. Как объяснила ей директриса – это плата за испорченный бал. Что подумали приглашенные кавалеры, увидев девушку в мокром платье, прилипшем к телу? Она же выглядела как голая! Ужасно, просто ужасно!
Наконец, учебный год подошел к концу. Экзамены были сданы. Почти по всем предметам Элинора получила удовлетворительные оценки. Учителя их явно занизили. Но девушке было неважно, что стоит в аттестате. Кто будет на него смотреть? Кому он вообще нужен? Никто из их курса не собирается продолжать учебу. Так что аттестат – просто бумажка об окончании пансиона.
На выпускной бал Элинора не пошла. Метресса Флименг намекнула, что ей делать этого не стоит. Да и сама девушка не собиралась появляться там. Зачем? Чтобы ловить на себе высокомерные и насмешливые взгляды? К тому же и платья у нее подходящего нет.
Элинора собрала в дорожную сумку свои нехитрые пожитки. Она покинула пансион сразу после получения аттестата.
Девушка захлопнула за собой кованую калитку и вздохнула полной грудью. Теплый майский воздух ласкал лицо Элиноры. Она вступала во взрослую жизнь. Кто знает, что ждет впереди? Она верила в лучшее. Иначе нельзя – этому учил ее отец.
Девушка дошла пешком до рыночной площади на окраине. Оттуда во все концы Империи разъезжались дилижансы. Пока ждала отправления, прошлась по торговым рядам. Пахло пряными приправами, свежими фруктами и цветами. Элинора купила несколько пакетиков приправ. Лишними в ее трактире они не будут.
Дилижанс ехал медленно, плавно покачиваясь на рессорах. Пассажиры сменяли друг друга. Элинора успела вздремнуть. До Лураса добрались под вечер.
Трактир отца стоял на площади недалеко от тракта. Очень хорошее место – многие приезжие пересаживаются тут на другие дилижансы и у них есть время перекусить. А кто-то хочет просто отдохнуть с дороги.
Трактир «Меч рыцаря» располагался в каменном одноэтажном доме с мансардой, крытой черепицей. Перед входом росли кусты желтых плетистых роз. Они вились по стене и поднимались до крыши.
Справа от трактира во дворе за низким деревянным забором стояли дубовые столы с лавками. Летом часть посетителей могла перекусить на свежем воздухе. Во дворе росли две старые кривые яблони и раскидистая липа.
На пороге трактира стояла невысокая полная женщина лет под пятьдесят. Тетя Агнесса совсем не изменилась за прошедший год. Все такая же улыбчивая и розовощекая. Тетя увидела Элинору и шагнула навстречу племяннице. Крепко обняла ее и расплакалась от радости.
– Я тебя уже три дня жду, – она пыталась отобрать у девушки дорожную сумку и одновременно размазывала по щекам слезы.
Элинор поцеловала тетю, сумку не отдала и рассмеялась:
– Три дня? Зачем? Я же написала, что приеду сегодня.
– Ну, мало ли. Вдруг получилось бы раньше? Я так ждала тебя зимой.
– Знаю, тетушка, знаю, – вздохнула Элинор. – Но меня не отпустили. Я же писала тебе об этом.
– Хозяйка пансиона могла бы проявить уважение к дочери славного рыцаря.
– Могла бы, но не стала, – усмехнулась девушка. – Зря отец потратил деньги на мое обучение. Толку от моего аттестата будет немного.
– Не говори так, – с упреком произнесла тетя. – Учеба лишней не бывает. Глядишь, пригодится когда.
– Кое-что полезное я, конечно, там почерпнула. Научилась шить и вышивать, совершенствовала кулинарное мастерство, да и бытовую магию нам тоже преподавали. Впрочем, почти всему этому могла меня научить и ты.
– Я не настолько хорошо все это умею. Магией вообще не владею. Я ее боюсь, ты же знаешь. Вот только готовлю отлично. Тут мне равных нет, – гордо призналась тетя. – Ну, идем скорее, твоя комната ждет тебя. Приведешь себя в порядок. А потом ужинать. Я приготовила твое любимое жаркое из кролика в белом соусе. Печеные овощи тоже удались на славу. А на сладкое – пирог с земляникой.
Элинора скучала по родному дому. Она поспешно поднялась на мансарду, тетя поспешила за ней. Элинора толкнула тяжелую дубовую дверь.
Тетушка постаралась украсить комнату племянницы. На окнах новые занавески, на подоконнике алеют гроздья герани. На столике белоснежная вязаная скатерть с кистями. Тетушка Агнесса мастерица на все руки. Эту скатерть она специально связала для племянницы.
Уютная, милая, знакомая с детства комната.
– Тетя, спасибо, – Элинора повернулась к тетушке и порывисто обняла ее. – Я снова дома. Как же я скучала!
Довольная улыбка расплылась на добром лице Агнессы.
За ужином тетя Агнесса рассказала Элиноре последние новости. Ничего особенного за последний год в городке не произошло.
Дела в трактире шли неплохо. Посетителей было много, и тетя Агнесса даже смогла выкроить денег, чтобы нанять посудомойку и повара.
– Люди стали больше путешествовать. А значит, и посетителей в нашем трактире прибавилось, – тетя подложила Элиноре еще кусок жаркого. – Я одна не успеваю готовить. Теперь у нас еще один повар кроме меня. Карл Лерт. Муж Матильды. Помнишь ее? Они живут на соседней улице. У нее овощная лавка.
– Конечно, помню, – Элинора наслаждалась кроликом. Он просто таял во рту. – А что за пряность, не могу понять? – девушка задумчиво пожевала кусочек жаркого.
– Знала, что тебе понравиться. Это шалфей. Раньше я его применяла редко. Отдыхай с дороги. Завтра передам тебе дела. Будешь управлять трактиром. Ты хозяйка. Твой отец хотел, чтобы ты продолжила его дело. Еще он мечтал, что ты выйдешь замуж за дворянина. Тогда я снова буду управлять трактиром, а ты получать от него доход.
– Отец хотел мне добра. Но он не учел – дворяне не женятся на трактирщицах. Даже на тех, кто окончил пансион благородных девиц, – улыбнулась Элинора.