Олигарх с козой и девушка с косой

Глава 1

Жизнь – штука странная. И непредсказуемая. Никогда не знаешь, порадует она тебя или огреет по башке.

Олигарх и меценат Александр Петрович Гуров обитал в Москве, владел сетью нефтеперерабатывающих предприятий по всей стране, имел небольшой личный флот из яхт, паромов и нефтеналивных барж. Для души издавал глянцевый журнал «Тайная жизнь успешных и богатых», в котором можно было хвалиться машинами стоимостью с космическую ракету, антикварными бриллиантами и золотыми унитазами.

Александр Петрович был молод, успешен, полон грандиозных планов. И не слишком счастлив. Последнего он не замечал, благо был занят приумножением капиталов.

В свои тридцать шесть лет Гуров сумел радикально изменить бизнес, встав у руля фамильной империи внезапно и при печальных обстоятельствах. Родители Александра Петровича несколько лет назад погибли в автокатастрофе.

Гуров был женат на прекрасной Диане. Расчетливой красавице и редкой стерве. С холодным умом, золотыми струящимися волосами и алчным взглядом. Умелая в сексе, из семьи известного в стране банкира Мартиновича, с прекрасным оксфордским образованием. Что еще нужно для полного счастья?

Гуровы считались образцом головокружительного успеха и семейного благополучия. Супруги блистали в свете всем на зависть. Жена оттеняла своей неземной красотой строгий облик олигарха.

Итак, все в жизни Александра Петровича складывалось по золотым канонам высшего общества. Но…

Всегда есть это коварное «но»!

И еще есть параллельная вселенная. Незнакомая, опасная. Настоящая Терра инкогнита.

Она находится совсем рядом. За пределами столицы нашей Родины Москвы. Именно в этой Терре инкогните под названием областной центр Златогорск все свои двадцать девять лет жила Алена Базаева.

В отличие от олигарха Гурова Алена знала, что несчастна. Ей патологически не везло с мужчинами. Не умела она их выбирать.

Первая любовь Лешка Лапшин взял у Алениных родителей денег на их свадьбу и свалил в туман. Тогда Алене было девятнадцать. Наивная девушка, свято верящая в большую и чистую любовь. Она ждала возвращения Лешки год. Потом узнала, что тот удачно женился.

Родители жалели дочку и не ругали за доверчивость. Что взять с влюбленной девчонки?

Затем на пути Алены появился однокурсник по Филфаку. Он отлично играл на гитаре, читал стихи и иногда дарил конфеты. Которые сам и съедал. Гитарист приехал учиться в Златогоск из небольшого поселка городского типа.

Он быстро перебрался в однушку Алены, доставшуюся той от бабушки. Там гитарист и однокурсник Алены прекрасно прожил до окончания Универа.

Гитарист пел Алене о любви, поглощал пиво, покупаемое Аленой и смотрел телевизор, лежа не диване.

Алена готовила любимому однокурснику еду и делала за него курсовые. А еще Алена отлично училась, получала повышенную стипендию и успевала подрабатывать на кафедре.

По окончанию Университета гитарист решил резко поменять свою судьбу и строить карьеру рок-музыканта в Питере. У Алены не хватило денег спонсировать будущую рок-звезду. Звезда обиделась и уехала одна.

После гитариста Алена потерпела еще пару провалов в попытке создать семью. И уже подумывала стать матерью-одиночкой. Но работа в отделе редких книг Краеведческого музея едва позволяла сводить концы с концами. Где уж тут поднять ребенка без мужа?

Алена с упорством обреченного все еще не теряла надежду свить семейное гнездо.

Новый сотрудник музея был красив как Аполлон. Историк по образованию Максим Мокроусов занял должность замдиректора. Молодой, подающий надежды. Со здоровыми амбициями и приятной внешностью.

Его благосклонный взгляд упал на молодую привлекательную сотрудницу с длинной косой русых волос. Алена не верила своему счастью. Но, возможно, секрет скорой влюбленности в нее замдиректора был прост. Остальным сотрудницам музея давно перевалило за сорок. Даже секретарша директора эффектная Ольга Анатольевна вступила в возраст бабы-ягодки.

Распахнутые голубые глаза Алены смотрели на Максима с интересом и настороженностью. Но она поддалась искушению. И снова влюбилась.

Алена правила научные работы Мокроусова, помогала с подбором материалов, перелопачивала книги в поисках нужной информации и глотала архивную пыль.

Однажды Алена задержалась после работы и зашла в зал дворянского быта, чтобы сделать несколько фотографий. Надо было срочно закончить статью Максима. Сроки поджимали, и любимый торопил ее.

На козетке восемнадцатого века из дворца князей Голицыных она увидела Мокроусова. Между козеткой и Максом задрав ноги к люстре из того же дворца расположилась секретарь директора Ольга Анатольевна.

Разумеется, в такой позе можно обсуждать венецианский хрусталь на подвесках. Даже можно стонать от восторга – очень тонкая работа, мастера знали толк в цветном стекле. Но ноги для этого так высоко поднимать необязательно.

Очевидно, истинный историк Максим не смог устоять перед козеткой, на которой, вероятно, занимался любовью с горничной сам князь Голицын. Мокроусов поддался искушению и ощутил себя князем. Место горничной заняла секретарша его шефа.

Очередной провал в отношениях окончательно убедил Алену, что она полная дура, и надо что-то срочно менять.

Для начала Алена уволилась из Музея. Во-первых, чтобы не видеть подлого изменника Макса, во-вторых, пора браться за ум и начать достойно зарабатывать.

Алена устроилась корректором в местное издательство. Потом стала работать по удаленке, правила художественные тексты и дипломы. Не отказывалась ни от чего. К ее удивлению, это приносило заметно больше дохода, чем стабильная работа в Музее.

Максим несколько раз появился на ее горизонте с просьбой помочь. Но теперь Алена стала тверже камня и не желала выполнять задания бывшего даром. Хочешь правку статьи? Плати, дорогой!

При последней встрече Максим обозвал Алену филологической проституткой и попросил денег взаймы.

Денег никогда и никому не хватает. И неважно, нищий ты или миллиардер. Максим уже был должен Алене изрядную сумму. Алена обозлилась, и послала его в пеший эротически тур. Мокроусов долго орал фальцетом, то оскорбляя, то призывая Алену к милосердию. Без ее помощи он ничего не успевает. Поимей совесть, любимая!

Нервы Алены не выдержали. Она швырнула в бывшего вазу. Максим ловко увернулся, ваза разбилась, оставив в двери вмятину.

После позорного бегства Макса Алена немного поплакала. Потом отправилась к маме и наконец-то рассказала ей об измене Максима. Алена долго не решалась признаться родителям в своей очередной ошибке. Она снова выбрала не того мужчину.

Мама пожалела дочку, потом отругала. И посоветовала радикально сменить обстановку. Лучше вообще на лето уехать из города. Подальше от надоедливого Макса. Алена не привязана к месту. По интернету вполне можно работать сидя в деревне.

Старшая сестра Алениной мамы тетя Надя как раз собиралась навестить родню в Сибири. Вот пусть Алена и присмотрит за ее хозяйством. Заодно отдохнет на природе.

Идея Алене понравилась. Что лучше сельской жизни ставит мозги на место? Да ничего!

Белоснежные овечки, игривые козочки на зеленом лужку. Молодой пастушок, щелкающий кнутом и гонящий коров на водопой. Утренний щебет птиц, чистый воздух, звенящая тишина. Парное молоко и теплый хлеб из печи. По вечерам пение поселянок за рекой. Россыпи алмазных звезд на черном бархатном небе, розовые зори, туман над водой.

Милая сельская пастораль.

Как хорошо будет сидеть у открытого окна с видом на реку и заниматься правкой орфографии и логических построений идиотских статей о закопанных городах и способах обретения вечной молодости. Впрочем, за что не возьмешься ради заработка!

Сборы Алены были недолгими. Тетя Аня торопилась к родным.

Уже через день покидав в сумку самое необходимое и засунув ноутбук в рюкзак, Алена вызвала такси. Девушка пожалела, что лишилась машины. Старенький крохотный внедорожник она продала полгода назад, чтобы Максим мог съездить в научную командировку в Питер, обменяться богатым накопленным опытом с коллегами из Эрмитажа и купить новый навороченный ноутбук последней модели. В самом деле, не может же он появиться на солидной конференции со своим старьем?

Хотя, возможно, Макс врал. И ездил в культурную столицу только чтобы хорошо отдохнуть и оторваться по полной. Пообщаться с северными красавицами и понять – наивные провинциалки хороши, чтобы выдаивать из них деньги.

Алена вздохнула, вспомнив о Максиме. Ее наивность безгранична.

Мужчины пользуются ее добротой и мечтой о крепкой дружной семье. Ей так хотелось, чтобы по дому бегали дети. Пусть все будет вверх дном. Пусть слышится детский смех. И никто не обижается, что ему подали недостаточно холодное пиво. И что в борще мясо порезано неидеально ровными кусками, а кружочки моркови слишком тонкие.

Алена тряхнула головой. Отныне все измениться. Пора положить конец глупым мужским придиркам. Теперь она будет думать только о себе. Никакой безвозмездной помощи мужчинам. Этим наглым существам, возомнившим себя высшими существами.

Все мужики сволочи и придурки – вынесла вердикт Алена.

Мама обняла дочку и поцеловала ее в щеку. Алена улыбнулась, гордо вскинула голову и решительно переступила порог своей однушки.

Из деревни она вернется другим человеком. Она пересмотрит взгляды на жизнь и больше не будет наступать на одни и те же грабли.

Если Алена приняла решение поехать в деревню Малая Лопуховка осознанно, то олигарх Гуров совершенно не собирался ехать в эти Богом забытые места. Он вообще понятия не имел о существовании какой-то Лопуховки в глубокой провинции. И уж однозначно успешный Александр Петрович не планировал проводить там лето.

Он мечтал пойти на яхте по Средиземному морю. Пить коктейли на боту, любоваться южными закатами и обнимать красавицу-жену за тонкую талию. Побывать в прекрасной Италии, отдохнуть за бокалом вина на Лазурном берегу Франции. Возможно, посетить аукцион Дроу в Париже и прикупить пару безделушек с бриллиантами для себя и Дианы. Если та, разумеется, будет себя хорошо вести.

Но проказница-судьба не спрашивает у людей об их планах. Она играет по своим правилам.

Итак, звезды сошлись. Судьба неумолимо вела навстречу друг другу московского олигарха Гурова и провинциалку Алену Базаеву. Вела, чтобы столкнуть лбами. И с интересом понаблюдать, что из этого получится.

Глава 2

Гуров услышал оглушительный хлопок. Он не сразу понял, что это был звук взрыва. Горячая ударная волна сбила с ног, вдавила в тротуар, тяжело прокатилась над ним.

Через мгновение олигарх Александр Гуров лежал, прижавшись щекой к теплому асфальту, пахнувшему горячим битумом. Вокруг как в замедленной съемке огненным дождем падали остатки Гелендвагена. Над головой пролетел капот и мягко спланировал в фонтан. Мимо прокатилось горящее колесо, обдав жаром.

Лопнули стекла в высоких окнах особняка. Тонко зазвенели, осыпаясь острыми льдинками. Потом наступила оглушающая тишина.

Телохранитель Олег схватил Гурова за шкирку, поднял, встряхнул и нещадно матерясь, потащил хозяина к дому. Александр Петрович едва поспевал за ним. Пригнувшись, они ввалились в двери особняка.

– Целы? – голос телохранителя Гуров слышал словно со стороны. Александр Петрович не понимал, о чем его спрашивают. Кто цел? Почему цел? Что за хрень происходит?

– Целы?! – снова заорал ему в лицо Олег.

– Не знаю, – признался Александр Петрович. – Вроде цел, – потрогал голову, ощупал плечи.

Гуров сел на пол, привалившись к стене. Цветной мраморный пол устилали осколки стекла.

– Что это было? – спросил у Олега.

– Покушение, – пожал тот плечами. – Я ж говорил, они вас в покое не оставят.

Они… Знать бы, кто эти они. И за что эти они так упорно хотят укокошить Гурова? Богатых и успешных многие не любят. Но не до такой же степени?!

Первое покушение произошло полтора месяца назад. Какой-то идиот кинул в машину Гурова бутылку с коктейлем Молотова. Смесь залила лобовое стекло, но не загорелась. Пострадал только автомобиль. Гуров решил, что это глупая и мелочная попытка конкурентов помешать ему вовремя попасть на собрание акционеров.

Через неделю на выставке современного искусства на Гурова едва не упала колонна из инсталляции. Инсталляция называлась «Призрак нового города. Взгляд изнутри» и представляла собой высокую кучу металлолома. Стальная колонна была длинной, кривой и тяжелой.

Вокруг скульптуры толпились гости выставки и репортеры. Возможно, кто-то случайно задел шаткое сооружение. К счастью, никто не пострадал.

Тогда Гуров посчитал это неудачным стечением обстоятельств. Но верный Олег не на шутку забеспокоился.

И вот опять. На этот раз точно не случайность.

В разбитые окна холла залетел летний ветерок. Он шаловливо качнул порванные разлетевшимися осколками занавески.

– Александр Петрович, я вызываю полицию, – Олег достал мобильник. – Чудо, что вы остались живы.

Это и правда было чудо. Гуров, как всегда, отправлялся в офис ровно в половине восьмого утра. Он сел в автомобиль, включил зажигание. Гуров любил сам водить машину. Шафера не держал. Последнее время телохранитель сидел на переднем сидении. Олег упорно верил, что хозяина хотят убить и не отставал от него ни на шаг.

Неожиданно Гуров вспомнил, что забыл в кабинете один из отчетов. Пришлось возвращаться. А еще говорят, что это плохая примета!

Олег последовал за хозяином. После случая на выставке он ходил за Гуровым как тень. Александр Петрович не сразу нашел нужную бумагу. Вчера он машинально сунул ее в один из ящиков письменного стола. Именно досадная заминка и спасла им жизни.

Взрыв прогремел, когда Гуров и Олег вышли из особняка и направлялись к автомобилю. Еще несколько шагов, и они последовали бы за капотом Гелендвагена. Взрыв был нешуточной силы.

Полиция прибыла быстро. Неизвестно кто раньше дозвонился – Олег или соседи. Взрыв выбил стекла и в их домах.

– Мы говорили вам, Александр Петрович, что на вас идет охота, но вы упорно не хотели верить, – следователь Семенов сидел напротив Гурова в гостиной. – Теперь верите, что вас хотят убить, а не просто напугать?

– Верю, – кивнул Гуров. – Но кто? Я вроде никому дорогу не переходил…

– Скажите, где сейчас ваша супруга?

– Диана? – удивился Александр Петрович. – Что вы такое несете, Антон Витальевич! Как вы даже подумать об этом могли? Зачем ей это? Она ни в чем не нуждается, мы прекрасная пара.

– Поверьте моему опыту, как правило, за подобным преступлением стоит кто-то из близких. Убивают и за меньшее наследство. Итак, где сейчас ваша супруга?

– Она уехала в Кисловодск поправить здоровье. Нервы немного расшалились. Ничего серьезного, так, женские причуды…

– А где прислуга?

– По понедельникам у них выходной.

– Значит, тот, кто подложил взрывчатку, знал об этом. К тому же ваш автомобиль должен был взорваться довольно далеко от дома. Особняк бы не пострадал.

– Всего-то стекла вылетели, – пожал плечами Гуров. – Ну, фонтан снесло капотом, газон изгажен. Это мелочи.

– Может и так, – кивнул Антон Витальевич. – Насколько у вас напряженные отношения с супругой в последнее время?

– Я же сказал – мы отличная пара, – рыкнул Гуров. – В каждой семье бывают разногласия. Да, мы решили некоторое время отдохнуть друг от друга. И что?

– В случае развода что она получит?

– Ничего. Так записано в брачном договоре.

– А в случае вашей смерти?

– Все перейдет ей. У меня нет других близких родственников.

– Семья вашей жены достаточно обеспеченная?

– Вполне, – Гуров задумался. – Впрочем не совсем. У тестя какие-то проблемы с его банком. Не знаю подробностей, не интересовался.

– Позвольте, мы наведем справки. Как называется банк?

– «Содружество-М», – в голосе Александра Петровича сквозило волнение. – Неужели вы серьезно думаете, что Диана могла пойти на такое ради денег? Да нет, быть не может…

– Лучше проверить все версии. Возможно, все до банального просто. Возможно, на вас покушается какой-то маньяк или уволенный сотрудник. Да просто недовольный вами обыватель. Не поверите, сколько вокруг неадекватных личностей. Конечно, пробраться в закрытый поселок непросто. Но возможно. И не такое бывало.

– Хотелось бы верить, что это именно так, и Диана тут ни причем, – кивнул Гуров.

– Есть интересная идея. На вас покушались уже трижды. Не стоит снова искушать судьбу. Я бы предложил инсценировать вашу гибель. Никто не знает, что вы уцелели. Мои сотрудники надежны, ваш телохранитель вам предан. Соседи не знают, выжили вы или нет. Все складывается крайне удачно.

– Уж куда удачнее, – хмыкнул Александр Петрович.

– Если вы с женой решили пожить порознь, это позволит узнать ее истинное отношение к вам.

– Глупости, – досадливо махнул рукой Гуров. – Хотя… Да, в этом что-то есть. Будь по-вашему. Я согласен.

– Отлично, – потер руки Семенов. – Для начала мы разместим вас с Олегом в отеле. На несколько дней, не больше. После ваших похорон переведем туда, где никто вас не знает.

– После моих похорон? – неуверенно произнес Гуров.

– Раз вы погибли, вас надо похоронить. Нет?

– Логично, – кивнул Александр Петрович. – Странно все это…

– Итак, вы поселитесь подальше от столицы. Отдохнете, наберетесь сил после пережитого стресса. А мы понаблюдаем, кто и как из людей вашего круга поведет себя. Поверьте, могут вскрыться очень интересные факты.

С одной стороны, было бы и правда интересно посмотреть, кто и чего стоит. Как поведут себя главные акционеры? Что предпримут генеральные директора и замы?

Но вот Диана… Диана наверняка расстроится. Хотя в последнее время между ними пробежал холодок отчуждения, все равно она любит Александра. Иначе и быть не может.

С другой, простит ли жена, что ее подвергли такому серьезному испытанию? Ладно, он купит ей какой-нибудь подарок и вымолит прощенье. Она давно хотела сменить автомобиль. Ей так нравятся кабриолеты. Да и браслет от Тиффани с розовыми бриллиантами тоже будет нелишним.

– Вы будете держать меня в курсе, – категорично потребовал Гуров.

– Да, разумеется. И предоставим вам еще одного телохранителя. На всякий случай.

– Хорошо, – кивнул Александр Петрович.

Через полчаса к задней двери особняка подогнали фургон скорой помощи. Гуров и Олег забрались в него и автомобиль медленно выкатил со двора. Через щелку в шторах Александр Петрович видел, как из окон ближайших домов смотрят перепуганные соседи.

Гуров понял – он только что перевернул важную страницу своей жизни. Его реально могли убить. И сейчас его везли бы не на машине скорой помощи, а в черном фургоне с траурным золотым венком на борту. И в пластиковом мешке на молнии.

Теперь олигарх будет прятаться как партизан. Все складывается ужасно глупо, даже по-идиотски. Да, все это было бы смешно… Когда бы не было так грустно…

Олег сидел напротив мрачный и сосредоточенный. Ему тоже предстояло погибнуть и воскреснуть.

– Олег, у тебя родные есть? – неожиданно Гуров понял, что ничего не знает о своем телохранителе.

– Нет, – мотнул тот большой головой. – Один я.

– А постоянная женщина?

– И ее нету. С такой работой не до того.

– Когда все закончится, найди хорошую девушку. Женись.

– Зачем? Меня ж в любой момент прикончить могут. Да и на вас с Дианой Константиновной глядя семью заводить не хочется, – пробурчал Олег.

– А что с нами не так? – удивился Гуров.

– Живете как чужие, – Олег уставился в пол. – Ну, я, конечно, ваших правил не знаю. Может, так и положено. Не мое это дело, уж простите, Александр Петрович.

– Да ничего, все нормально, – похлопал по плечу телохранителя Гуров.

Пожалуй, есть над чем задуматься. Ладно, это все подождет. Он подумает об этом потом. А сейчас…

А сейчас на Гурова накатил кураж. В крови заиграл адреналин. Отныне он в бегах. Это щекотало нервы.

Что ж, спектакль начался!

Главное, чтобы он не завершился по канонам пьес великого Шекспира. Когда в финале все умерли…

Глава 3

Отель, где предстояло провести несколько ночей Гурову и Олегу, был, мягко говоря, убог. Две крохотных спальни и маленькая гостиная. Душ, из которого почему-то не хотела литься горячая вода. Чайник выдавал воду со вкусом пластика, а кондиционер не работал.

На улицу Гурову выходить запрещалось. Он тоскливо лежал на узкой кровати и смотрел дурацкое телешоу.

В новостях уже скупо сообщили о гибели олигарха Гурова. Настолько сухо, что Александру Петровичу даже стало обидно. Он что, такая незаметная фигура?

Ни тебе передач о его вкладе в развитие отрасли, ни репортажей с убитыми горем коллегами и подчиненными.

Ладно, нет интервью с женой. Диана, наверняка рыдает не переставая. Он подверг ее такому испытанию. Бедняжка! Но он обязательно загладит свою вину.

Все-таки обидно, что о его кончине упомянули вскользь, перед прогнозом погоды. Хотя Семенову виднее, как грамотно сообщить о гибели олигарха. Он знает, что и как делать.

Впервые в своей жизни Гуров испытал, что значит находиться в заключении. Правда, кормили тут хорошо. Следователь Семенов позаботился о том, чтобы еда была приличной.

Все остальное стало раздражать Гурова уже к вечеру первого дня пребывания в отеле. Хотелось лезть на стену и выть от скуки. Деятельная натура Гурова изнывала от безделья.

Вечером третьего дня к олигарху явился следователь Семенов. Он печально посмотрел на Гурова.

– Что? – насторожился тот. – Как все прошло? Как Диана? Как прошли похороны?

– Похороны прошли как по маслу. Торжественно, достойно, даже красиво я бы сказал. Но я вас расстрою, – следователь подошел к узкому столику, достал ноутбук, воткнул флешку. – Вот, смотрите.

Гуров уткнулся в экран. Элитный участок захоронений. Пойдет, Диана не поскупилась. Присутствующих немного. Акционеры, генеральные, компаньоны по бизнесу и друзья скорбно качают головами и задумчиво курят. Женщины щеголяют траурными платьями и уникальными украшениями.

А вот и вдова, в темных очках и безумно элегантном костюме. Как ей идет черный цвет! Золотые волосы забраны под шляпку с широкими полями. На шее строгая нитка жемчуга с вкраплением платиновых бусин. Гуров привез жене ожерелье из Эмиратов. Диане оно всегда нравилось.

Молодая вдова идет, опираясь на руку близкого друга Гурова и адвоката семьи Кирилла Белосточного. Вот Диана пошатнулась на высоких каблуках, поднесла руку к бледному лицу. Кирилл услужливо подхватил ее за талию. Его рука как-то неудачно соскользнула на задницу Дианы. Да так там и осталась.

Прощание было недолгим. Закрытый гроб из красного дерева опустили в могилу. Диана бросила желтую розу и всхлипнула. Кирилл продолжал поддерживать ее за талию. На этот раз вполне целомудренно.

Присутствующие жали узкую руку Дианы, затянутую в черную шелковую перчатку, говорили слова соболезнования. Она печально кивала и время от времени подносила белоснежный платок к лицу.

Съемка шла неровно, кадры скакали с одного на другое. Камера порой пряталась за густой растительностью.

Наконец все разошлись. У свежей могилы осталась Диана и Кирилл. Гурову стало жаль жену. Он чувствовал себя последним подлецом и негодяем. Подвергнуть несчастную такому испытанию!

Убитая горем вдова махнула рукой могильщикам, давая понять, что те могут быть свободны. Она хотела остаться у могилы одна.

Кирилл как-то слишком поспешно посовал служащим кладбища в руки денег, те рассыпались в благодарностях и скоро скрылись среди помпезных памятников элитного участка.

Диана повернулась к Кириллу, странная улыбка скривила ее губы. Адвокат снял с вдовы очки. Она села на край гранитной плиты, обхватила ногами талию адвоката и воровато огляделась по сторонам. Камера задергалась, вильнула в сторону, но, наконец, снова сфокусировалась на парочке.

– Смотреть дальше будете? – осторожно поинтересовался Семенов.

Гуров молча кивнул. Кулаки сжались сами собой. Подобной подлости и вероломства он не ожидал ни от Дианы, ни от верного друга Кирилла.

Под целомудренной вдовьей юбкой Дианы от Диор не было ничего, кроме чулок на ажурных резинках. Процесс любви завершился быстро.

Диана сползла с надгробия, одернула юбку и поправила съехавшую на затылок шляпку. Парочка пошла по тропинке к выходу. На этот раз они шли на приличном расстоянии друг от друга.

– Дальше поминки. Ваша супруга заказала обед в «Звездном небе». Речи, тосты. Три смены блюд. Черная и красная икра, само собой. Алкоголь на любой вкус. Все достойно. Показать?

– Нет, – Гуров захлопнул ноутбук. – Да, не слишком фееричная любовная сцена. Я бы сказал скучно и печально у них все происходило. Без огонька.