Что скрывает Эбби Риверс?

Глава 1. Не прыгай выше головы

Элли Сандер совершенно не понимала, откуда у неё вдруг возникло желание примерить полицейскую форму. Раньше при упоминании участка в голове единственной мыслью был возможный арест, а теперь девушка искала источник неожиданно родившейся спасать мир. Большинство знакомых скажут – предательской мечты.

В прошлом восемьдесят третьем году только двое выпускников её школы поступили в колледж. Район дарованиями не блистал.

Элли знала, что сбережений вряд ли хватит на то, чтобы покрыть первый год обучения, а вариант с армией она даже не рассматривала. Элли знала: её сбережений едва ли хватит на первый курс, а вариант с армией она даже не рассматривала. Если удастся получить стипендию хотя бы в половину – считай, праздник. Но этот праздник требовал немалых усилий: терпения и сдержанности, с которыми у неё всегда были проблемы.

Девушка засунула руки в карманы и прищурилась от солнца. Вскоре в поле зрения попал невысокий молодой человек. Вид у него был «чуть потрепанный» – синяк под глазом, припухлость на правой стороне лица, губа разбита, а голубая футболка, которую Элли пару дней назад купила ему в подарок, была порвана. Кажется, неизменно оставалась лишь немытая голова – то, что больше всего бесило Сандер. Уже в который раз на Рождество она дарила другу шампунь, но это не давало результатов. Она бы не удивилась, если бы узнала, что пузырёчки несчастного «Head & Shoulders» до сих пор лежат невскрытые в шкафчике за зеркалом.

– Выглядишь дерьмово, – честно отметила Элли.

– Спасибо, – Робби наигранно улыбнулся. – И тебе доброе утро.

– Дерек так и не рассказал, за что вас взяли. Отец запер его. Да и меня чуть не посадили под домашний арест – мать уверена, что я просто успела убежать.

– Как можно подозревать в чем–то мисс Сахарную Фею? Ладно, не смотри на меня так, – Робби приобнял подругу за плечо. – Я отключил сигнализацию в доме Бруксов, и мы с Дереком попытались их обчистить.

– Вы пытались сделать что?! – Элли выпучила глаза – даже для её друзей это было слишком. – Тогда почему вас так быстро отпустили? Ладно Дерек – у него отец со связями, мог подсобить, но ты… Зачем?

Робби закатил глаза. Куда делать привычная Элли Сандер? Почему она стала копией его матери, которая попрекала с поводом и без?

– Мы не успели ничего вынести.

– Не учли, что они оставили дома собаку? – Элли хихикнула. – А потом Бруксы пожалели бедных во всех смыслах мальчиков. Они ведь благотворители.

– Не правда! Никто нас не жалел! Просто мы…мы…

– Что?

– Да ничего! Чё пристала? Когда такой правильной стала, а?

Услышать подобную претензию Элли ожидала разве что следующим вечером.

Девушка хотела раздать другу порцию тумаков, но она сдержалась и перенаправила всю злость в прямой, умеющий ругаться отборным матом взгляд.

Робби вновь увидел в подруге образ собственной матери – не хватало только кухонного полотенца, которым женщина замахивалась в приступах гнева.

– Если ты не заметил, то здесь нет группы поддержки. Отдуваюсь за всех, мой дорогой. Я меньше всего хочу, чтобы тебя отправили за решетку, а потом пустили по кругу. Я волнуюсь за тебя, ясно?

Точно, вылитая мать.

– Мы знакомы больше четырёх лет, и ты всегда была с нами в любой движухе. Помнишь, как мы сняли колеса с машиной мистера Брауна? Бабла хватило на неделю в игровом клубе. А когда мы угнали мотоцикл того парня, который отказался идти с собой на выпускной?

Элли хотела, чтобы он случайно откусил себе язык – сделать это специально могла бы только она.

– Я меняюсь. Хочу меняться. Хвала Господу, что я дожила до восемнадцати без единого привода. Не факт, что у меня в запасе бездонная чаша везенья. К черту всё. Давай мы не будем портить своё будущее? Пока у нас есть столько возможностей, мы можем…

Парень рассмеялся:

– Возможностей? Будущее? Вот дерьмо… Элли, тебе девять что ли? Что за детский сад? Не будь такой наивной. Максимум, что светит мне – работать в баре отца. Ну, а ты в лучшем случае выйдешь замуж и станешь домохозяйкой; если твой муженек не будет бухать, это уже победа, милая. Не прыгай выше головы.

Не распускать руки она обещала не только себе, но и матери. Нельзя…нельзя.

Элли точно разрывало на пополам: с одной стороны хотелось убежать и расплакаться, а с другой – повалить Робби на землю и разбить ему лицо. Девушка сжала кулак, но тут же убрала «смертельно опасное оружие» за спину и глубоко вздохнула. . То, что в неё не верили, всегда злило. Но эта злость и давала мощный пинок под зад, заставляя сделать всё, чтобы доказать: она способна на большее.

– Соберемся завтра вечером у одноглазого Рика? Перетру с отцом Дерека и спасу принцессу из башни. Хочу рассказать кое–что, надеюсь на понимание. Это очень важно.

Робби лишь кивнул, не говоря ни слова. Они не общались до следующего дня, даже сообщений не посылали: Элли – чтобы не разжигать друга ещё больше и в надежде, что он сделает первый шаг; Робби – по тем же причинам.

Уговорить мистера Мартинеса выпустить сына оказалось несложно – достаточно было похлопать глазками и пообещать, что «этот сорванец» будет доставлен домой и проведён до двери лично Элли. Юную Сандер мужчина обожал.

В «Рикси» они собирались почти каждые выходные, а иногда заглядывали и после школы. Один из близких друзей Робби работал здесь официантом, и благодаря ему Элли порой получала бесплатную порцию картошки или колы.

Друзья сидели на маленьких, слегка пошарпанных диванчиках. Все знали: если хочешь закинуть ногу на ногу – сначала проверь, что под столом. Иначе замучаешься оттирать жевательную резинку со штанов. Но несмотря на эти «приятные мелочи», кормили здесь действительно неплохо. Однако в этот вечер Элли так и не смогла притронуться к еде.

Сердце бешено колотилось, ладони вспотели. Элли тёрла их о джинсы, переводила взгляд с одного парня на другого и всё глубже утопала в собственных мыслях. Внутренний голос кричал: сейчас или никогда. Пора заговорить, сказать вслух то, о чём давно мечтала. Но решимости всё не хватало.

– Ну? – спросил Робби, вытягивая последние капли колы из пластикового стаканчика с характерным мерзким звуком.

Дерек согласно кивнул. Этот подкачанный парень, который дважды оставался на второй год за неуспеваемость, был очень хорош в двух совершенно несвяханных друг с другом вещах: в спорте и взломе замков. Если бы он развивал свои природные задатки и отбросил вредные привычки, то мог бы сделать неплохую карьеру, к примеру, футболиста. Тренер старшей школы очень хотел видеть его в команде, однако понял, что такой человек, как Дерек, каким бы он не был талантливым, понятия не имеет о значении слова «дисциплина».

– Сначала выслушайте, а потом доставайте камни, вилы или что у вас там. Я не жду, что вы сразу примете мое решение, но оно моё, ясно? Моё! – Элли нервно усмехнулась, и убрала прядь темных волос за ухо. – Мама против, и мы поцапались сегодня утром…она грозится вызнать меня из дома, если… И сестра тоже не одобряет. Ох, черт!

Элли внезапно стукнула кулаком по столу, точно это помогало успокоиться.

– Эй, миссис Прямолинейность, – недовольно пробормотал Робби. – В чем дело? Или нам несколько часов сидеть и ждать, пока разродишься?

– Я хочу взять год перерыва после школы. Хочу подработать, подготовиться к поступлению… Я собираюсь изучать уголовное правосудие, – Сандер глубоко вздохнула и опустила глаза. – А потом я собираюсь пройти обучение в полицейской академии.

Воцарилось гробовое молчание. Парни даже не переглянулись – оба просто уставились в стол, будто пытаясь осознать услышанное.

– Я чувствую, что должна этим заниматься! Мы ведь сами выбираем свою судьбу, да? Я увере…

– Ты почувствовала это, когда копы убивали моего брата? – перебил Дерек, подпирая ладонью подбородок. – Или когда Робби в прошлый раз избивали до полусмерти? Не молчи, Элли, поделись с нами.

– Не грызись. Я просто хотела сказать, что хочу помогать людям. Копы не все одинаковые. Многие из них рискуют своими жизнями, чтобы мы могли спать спокойно. Они хотят спасти мир от тех уродов, кто ломает чужие жизни. Чем больше копов, тем больше людей получат помощь. А это важно. Я знаю…

– Лучше бы ты сказала, что залетела. В легавые решила заделаться… – огрызнулся Робби и резко встал из-за стола. Дослушивать откровения он явно не собирался. – Когда тебя пристрелят, я не приду на могилу. Надеюсь, хотя бы мать вразумит тебя. – Он повернулся к Дереку. – Пошли!

Элли просидела в одиночестве до самого закрытия. Заплатив за еду, к которой так и не прикоснулась, неспеша покинула кафе. Поведение друзей злило. Она понимала: у них сложные отношения с законом, и поддержки ждать не стоило. Но она и не ожидала такого скандала.Парни повели себя, как дети, которых вместо Диснейленда повезли на отдых к двоюродной тётке.

Элли надеялась, что через пару дней или хотя бы недель всё уляжется. Но этого не произошло.

Оба друга отдалились от нее, как от прокаженной.

Их пути разошлись резко, в один момент: одни решили пойти по уже протоптанной тропе грабежа и разбоя, а Элли так и не изменила своему решению и избрала не менее опасный путь.

Старшая мисс Сандер объясняла свое нежелание поддерживать дочь заботой и волнением. Последние годы она слишком сильно опекала обеих дочерей, и порой это раздражало.

Со временем Марго смирилась, потому что другого выхода не было. Угроза выгнать Элли из дома осталась оставалась такой же пустой. Конечно, женщина хотела, чтобы дочь выбрала более подходящую, безопасную, профессию, например: учительницы, парикмахера, журналистки… Да хоть что – лишь бы не под постоянным прицелом.

Но через какое-то время порог дома стала переступать уже не просто Элли. Это была детектив Сандер. Так и началась история девушки, которая решила «спасти мир».

Глава 2. Не мой выбор

Элли настолько крепко сжала стаканчик кофе, что стоящая рядом Меган Уэллс, офицер убойного отдела, подумала, что горячая жидкость вскоре окажется на синей рубашке подруги. С самого первого дня знакомства с ещё будущим детективом она поняла, что та не самый сдержанный человек, поэтому радовало уже то, что Элли оставалась на месте, а не разносила окружающее пространство в щепки.

– Козел, подставить меня решил, – сквозь зубы прошептала детектив. – Я ему устрою.

– Тише, а то капитан услышит! – Меган огляделась по сторонам, надеясь, что «объект обожания» Элли не находится рядом.

– Ко мне в напарники должны были перевести парня из Чикаго, он лет семь до поступления на службу проработал в пожарке. А с эти мне с этим сахарком работать? Что за хрень у него с волосами? Чертов Майк!

– Ты преувеличиваешь. Ты даже с ним не познакомила. Навоображала, что будешь работать с красавчиком–качком, и теперь бесишься. Да и этот вроде ничего…

– Не правда.

– А вот и правда. Ты ведь тоже совсем зеленая была, когда пришла. Мистер Колон натаскал.

Все это время Сандер, не отрываясь, смотрела на молодого человека, который увлечённо разговаривал с одним из полицейских. Увидь его в любом другом месте, Элли бы в последнюю очередь подумала, что он коп. Худощавый, в красном бабушкином свитере, со слишком большими непропорциональными в сравнении с телом ладонями, странной взъерошенной прической с высветленными прядями, которые выделялись на фоне русых волос. Наличие классических черных брюк в совокупности с образом совершенно не радовало. Неподобающий, неуместный – вот как Элли могла описать его внешний вид, пусть и новый напарник на данный момент имел полное право находиться в повседневной одежде. Она ненавидела подобную распущенность.

Не о таком образе нового напарника Элли мечтала после ухода мистера Колона в отставку. Девушка знала, что Майк Гордон сделает всё, что насолить ей. Пусть он и говорил, что ни капельки не обиделся на её отказ, но Сандер понимала, что это не так.

Стоило в очередной раз вспомнить о капитане, как он тут же появился рядом с новеньким, сказал ему что–то со знакомой наигранной улыбкой, а потом указал в сторону Элли. Девушка в точности повторила эмоцию начальника и убрала кофе на стол. Меган отошла на пару шагов назад, но всё равно навострила уши.

– Детектив Сандер, – приторно произнес Майк. – Рад наконец–то представить вам вашего напарника – Стивен Ллойд.

Губы девушки были вот–вот готовы лопнуть от натянутой улыбки:

– Мне очень приятно…познакомится. Уверена, мы сработаемся.

Молодой человек оказался не глуп, сразу ощутил, что Элли не слишком ему рада, поэтому тут же присоединился к клубу «фальшивая улыбка» и пожал напарнице руку.

Капитан оставил напарников одних, позволив им узнать друг друга получше. Или, вернее сказать, позволил им начать перетирать друг другу косточки.

– Выйдем на парковку? – Элли не понадобилось уточнять, что в отделе слишком много любопытных слушателей – парень и так обо всём догадался.

Стивен внимательно разглядывал её немного вытянутое лицо, пока они находились в полном молчании. На слегка прищуренных шоколадных глазах были еле заметные бежевые тени, тональный крем прятал затесавшегося на лице красноватого шпиона, губы были подведены розовым карандашом (Сандер явно вышла за контур), а темные волосы были убраны в тугой высокий хвост. Детектив была минимум на десяток сантиметров ниже его ростом, имела спортивную фигуру, и, определенно, не самый простой характер.

Облокотившись о перила, Элли протянула Стиву сигарету, но он отмахнулся.

– Не курю.

– Когда–нибудь придется. Отличный способ не слететь с катушек раньше времени.

– И сказать «пока» легким.

– Так откуда ты к нам? А то, видишь ли, я вообще ни в зуб ногой.

– Лос–Анжелес, тоже убойный отдел. В прошлом году повысили до детектива 2 класса.

– Совсем новичок. И за какие заслуги перебросили к нам?

Во взгляде Стива промелькнули нотки недовольства:

– Высокий уровень раскрываемости. Но это не мой выбор.

– На чистоту, – произнесла Сандер, закуривая. – Чтобы ты не считал меня лицемерной сучкой, скажу, что я совершенно не ожидала, что мы будем работать вместе. Не могу сказать, что счастлива.

– Заметил, что ты не в восторге. Но спасибо за откровенность.

– Но, – Элли подняла указательный палец. – Закрою глаза и сделаю вид, что не хочу надрать никому зад. Работа заставляет меня так сделать. Да здравствуют утренние медитации, я привыкну. Или заставлю себя, чтобы не просрать повышение. Воля начальника – закон, да? Чертово бессилие. Но хочу, чтобы ты знал – будешь лажать, я не стану прикрывать.

Ллойд довольно кивнул:

– То есть мне тоже не стоит вмешиваться, когда у тебя будут проблемы?

Элли изогнула бровь.

«Сукин сын»

– Верно, умник. И знай, что ничто так не укрепляет доверие, как несколько стопок виски. Если сегодня обойдемся без дела, я покажу тебе подходящее местечко. Перетрем.

Стив уверенно пожал протянутую ему руку. Ему понравилось, что девушка не стала играть в глупые игры и заявила о своём недовольстве открыто. Даже её грубость не вызывала раздражения.

«Укрепить доверие» в этот день так и не удалось – вечером новоиспеченным напарникам пришлось ехать на первый совместный выезд.

Со своим предыдущим коллегой девушке повезло гораздо больше. Он был для неё не только напарников, но и наставником, другом. Научил всему, что знал сам, и даже раскрыл те секреты, которые некогда клялся унести с собой в могилу. Мистер Колон – удивительный человек, и его уход в отставку не мог не вызвать эмоции. Радовало, что мужчина уходит в спокойное время, а не по воле неприятного или даже трагичного случая, что он может погрузиться в сферу, о которой думал последние годы; но расстраивало, что последняя близкая и сильная мужская фигура оставила её.

Теперь сама Сандер примерила на себя роль наставника, она чувствовала себя главной, «старшей». Пусть детектив хотела, чтобы Стив сразу показал себя с лучшей стороны, всё равно в глубине души желала стать тем самым сенсеем, который сделает из неумелого паренька самого настоящего детектива.

Свет фонарей и мигалки от нескольких полицейских машин освещали улицу, местность была огорожена жёлтой лентой. Элли никогда не мешкалась – из раза в раз она уверенно выходила из машины (Мистер Колон говорил, что даже в начале расследования нельзя проявлять слабость, иначе можно позабыть о дальнейшей трезвости мыслей), здоровалась с уже знакомым ей судмедэкспертом Бобом Кэмероном и направлялась к телу. Этот невысокий смуглый мужчина, который точно не мог упустить из виду ни единой улики, рассказывал о своих находках максимально подробно. Он обменялся рукопожатиями со Стивом и представился.

На асфальте – тело молодой светловолосой девушки, завернутое в черный мешок. На вид убитой около тридцати. Она явно уделяла большое внимание внешности – стройное подтянутое тело, качественное окрашивание, маникюр. Но вот недорогая одежда сильно выбивалась из этого образа. Подобраны вещи были просто и безвкусно.

– Личность уже установили, Эбби Риверс, двадцать пять лет. Пропала несколько дней назад, когда возвращалась с кастинга. Начинающая модель.

Элли присела на корточки, разглядывая красивое бледное лицо. Это была единственная часть тела, оставшаяся без видимых повреждений; на руках и ногах можно было разглядеть множественные ссадины и царапины, порезы.

– Предположу, что смерть наступила от механической асфиксии. Точнее смогу сказать после результатов вскрытия.

– Не выглядит как начинающая – старовата. Открой её плечо, – попросила Элли. Сама без перчаток она не трогала одежду. – Розовый комплект нижнего белья на кастинг? Нет, эта девочка слишком любила себя, чтобы поступать так глупо. Модели надевают бельё телесного цвета на случай, если их попросят примерить одежду. Говоря об одежде, да… Она тоже очень странная. Чистая. Пусть и качество дерьмо, она выглядит новой. Исходя из того, что мы видим, она должна хранить куда больше следов крови, как и обувь; подошва вообще идеально вылизанная. Ещё переодели уже после смерти, это точно. Масс–маркет… Думаю, с магазином придется повозиться. На каждом шагу можно купить подобное барахло, особенно, если район недорогой. Эй, напарник, а ты что молчишь? Стив? Ты записываешь?

Элли не сразу заметила, что Ллойд отошел к одной из патрульный машин. Кажется, нежная натура парня не выдержала подобных потрясений. Благо, он успел скрыться до того, как содержимое его желудка добавило новых улик.

– Черт… – выругалась Сандер. – Господи, за что мне это?

Боб оставил этот инцидент без внимания, и вскоре в его руках оказался гриппер.

– Что это? – Элли стала рассматривать оторванную коричневую лапку от плюшевой игрушки.

– Предположу, что плюшевый медведь. Ткань очень старая, а в качестве набивки использовали вату; сейчас такую игрушку, наверное, и не купить. Это нам не синтепон… Возможно, шили даже не на производстве – шов не очень ровный.

– Тогда не факт, что именно медведь.

Меньше всего Сандер хотела верить в то, что пахнет серией; а так оно скорее всего и было. Подобные вещи преступники не оставляют просто так. К сожалению, они могут начать находить и следующие части таинственной игрушки.

– Если мы говорим об обычном животном, то у него четыре лапы, туловище и голова. Конечно, нам нужно сделать всё, чтобы дело не дошло и до второго «подкидыша», но что будет, когда игрушка закончится?

– Лучше до этого не доводить, – ответил Боб.

Найти Ллойда не составила большого труда. Недовольно скрестив руки на груди, Элли снизу вверх смотрела на парня, сидевшего прямо на асфальте. Его длинные пальцы впутались в волосы, а макушка практически смотрела вниз.

– Так и думала. Отец либо бывший военный, либо коп (при высоком звании) в отставке, который решил, что работа в полиции – лучшее, что может помочь оторвать сына от мамкиной юбки и сделать из него мужчину. Наверняка он и привлек свои связи, чтобы пропихнуть тебя к нам. Знаешь, я жопу ради этого места рвала не для того, чтобы с тобой таскаться. Посмотри на меня! – девушка схватила его за край свитера. – Смотри внимательно в мои злые глаза, когда я с тобой разговариваю! Предупреждала ведь, что нянчиться не буду! Нам не по двадцать лет, чтобы так реагировать. Уже давно пора привыкнуть, что расследуем не ограбление конфетного киоска. Я рекомендую тебе свалить из отдела прямо сейчас!

Элли хотела вернуться в машину, оставить этого парня одного, но голос Стива заставил её обернуться.

– Я уже работал с убийствами и вполне удачно. Но всё это было что–то… бытовое. А та девушка… Маньяк орудовал?

– Не приведи Господь. Я говорю серьезно. Либо бери себя в руки, либо проваливай, пока я не отобрала твой лживый значок с такой же липовой надписью «детектив».

Вдох. Выдох.

Сначала Элли загорается как спичка, а потом так же быстро затухает.

Детектив наклонилась, положив руку на плечо напарника. Девушке сразу вспомнился свой самый первый выезд – она чувствовала ужасающий холод, пробирающий до костей, на глазах выступали слезы, а подбородок трясся. Будучи ученицей полицейской академии, она была уверена, что справится со всем. Потом Элли несколько лет проработала в патруле, где сталкивалась с трупами, и ничего не пугало её. Но первое дело… да, с этим ничего не сравнится. Но ведь Стив работает не первый год. Он не должен, нет, ему нельзя так реагировать! Элли запрещает ему!

– Прекращай доводить меня. Вставай, а–то мамочка штаны замучается отстирывать. Не хочу ночевать в отделе, принцесса.

Элли морально подготовилась к разговору с родными погибшей, понимала, что беседа будет долгой. Как бы ей не были жалко этих людей, как бы она не сочувствовала ним, должна была задавать все необходимые вопросы, который порой заставляли Риверсов хмурить брови и повторять «да как вы смеете?!»

Эбби всё ещё жила с родителями, с парнем рассталась больше месяца назад. Если «подарок» преступника действительно намекал о грядущей серии, нужно было понять, что именно могло связывать возможных жертв. Может, Эбби была слишком красива и богата, показалась убийце высокомерной, поэтому он и переодел её в тряпье? Или причина была другая? Цвет волос или кожи? Может, он вообще решил охотиться на моделей? Но к чему тогда этот кусочек плюшевой игрушки? Да и что это вообще за игрушка и откуда она взялась?

– Утром мы отправимся допрашивать друзей Эбби, а потом наведаемся в агентство, где она проходила кастинг. – Элли протянула Стиву стаканчик кофе. – На сон не больше четырех часов. Не проспишь?

– Мне не привыкать. Мы не знаем, интересуют ли убийцу только девушки–модели, но если да, то пока похожих случаев за последнее время не было зафиксировано. Пропала лишь семнадцатилетняя, но ребята уже выяснили, что это не первый её побег из дома, так что не наш случай. И что–то мне подсказывает, что вскоре может поступить следующее заявление о возможном похищении. С завтрашнего дня начнут крутить информацию в новостях.

Сандер одобрительно кивнула:

– Так–то лучше. Ладно, я домой. До завтра, напарничек.

Попрощавшись с остальными коллегами, которые до сих пор пребывали в участке, Элли вышла на улицу. В очередной раз закурив, она простояла несколько минут около машины, и только потом села в салон.

Сандер знала, что это дело будет не из простых. Им предстоит проделать немало работы, чтобы добраться до истины и уберечь остальных, ни в чем не виноватых людей, тех, кто просто не понравился или же слишком понравился очередному ублюдку.

Глава 3. Эбби–номер–один

Это была маленькая, плохо освещенная комната, где пахло сыростью. На некоторых участках стен вовсю расползлась плесень, избавиться от которой, кажется, даже никто и не пытался. Единственное, что не давало сойти с ума от скуки – маленький плюшевый мишка, порядком испачкавшийся, но такой же любимый. Единственный защитник сидел у девочки на коленях, а она сама теребила ему лапы и нервно дергала за маленький красный бантик на шее игрушки.

Крохотное оконце в стене перестало интересовать малышку в первый же день. Даже подпрыгнув, она не могла увидеть, что происходило на улице. Зато это было своеобразными часами, которые показывали, когда стоит отправляться ложиться спать на худенький потрепанный матрас.

– Хлопья и апельсиновый сок. – ласковым голосом произнес появившийся из ни о куда мужчина. Его лицо было размыто, походило на одно большое пятно со странными бликами, словно сознание делало всё, чтобы его образ больше никогда не появился в голове.

Девочка стала послушно есть. Делала она это медленно и аккуратно, как будто совершенно неголодна. Хоть она и ела, сидя на полу, сильно согнув спину, ни одна капля молока так и не попала на пол. Во рту на несколько секунд появился приятный сладковатый вкус, который исчез сразу после того, как холодная костяная рука погладила девочку по волосам, а затем запутала темные косы меж пальцами.