Начиная рассказ о городе Воркуте… Моя жизнь в Воркуте

© Владимир Герун, 2016

ISBN 978-5-4483-0603-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Воркута – столица мира…

Начиная рассказ о городе Воркуте, где я прожил большую часть своей жизни, надо сказать, а прожил я там не мало – ровно 55 лет, что на улице Мира стоит замечательный памятник – стела нашему славному городу. Огромный куб – постамент покоится на пластах угля, с обеих сторон которого выполнена мозаика жизни северного города, с одной стороны шахтёры, а с другой стороны строители первопроходцы. С торца памятника обращённого к Мэрии города высечена надпись – 26 ноября 1943 года, в суровое время борьбы с фашизмом основан наш город. Город строился в тяжёлые годы войны, когда угольный Донбасс был захвачен фашистами, Ленинград был в кольце блокады, а немецкие войска стояли под Москвой. Но всё было подчинено победе и фронту… И город строился и жил и работал на фронт и блокадный Ленинград. Уголь пошёл в центр России, на северо-запад и в блокадный Ленинград. О Воркутинских углях страна знала давно, ещё в 1923 году охотник Попов нашёл выходы пластов каменного угля на берегу реки Воркуты и сообщил об этом властям. Но только в 1933 году была снаряжена первая геологическая экспедиция, которая начала детальную разведку этих месторождений и вот так были открыты Воркутинские угли геологом Черновым в Печорском угольном бассейне. Вспоминаю Воркуту пятидесятых годов – серое, серое небо и низко летящие тучи, снег весной грязно-чёрный, летом вечный дождь… Город только строится, строятся шахты и дома, прокладываются улицы, а кругом высокие заборы с колючей проволокой, по углам вышки с часовыми. На работу и с работы ЗЕКОВ водят строем по краям с овчарками, немецкие овчарки очень злые – всё время рвутся с поводка, кидаются на заключённых, у конвоиров постоянно примкнуты штыки к винтовкам. Вся Воркута забита лагерями – строят шахты заключённые, город строят одни заключённые, уголь в шахтах тоже добывают большинство заключённые и бывшие ЗК. Многим нет выезда из Воркуты после освобождения из лагерей и зон. Да и вся дорога в Воркуту состоит из одних лагерей и зон вдоль всей железной дороги. Начиная от Котласа и до самой Воркуты на всех станциях кругом стоят лагеря и зоны, все валят лес и грузят его в вагоны для великой страны. На каждой станции заходят военные внутренних войск и проверяют паспортный режим, иногда выводят подозрительных. Дороги в Воркуте по кольцу строятся по Северу и по Западу, отсыпают их из шахтной породы, которая горит и дымит, а потом становится рыжей и перегорелой, красноватого цвета… Кольцо ещё долго не замкнуто, автобусы по Западу идут до посёлка Ворга-Шор, а по Северу до посёлка Промышленного. Если навстречу едет машина или автобус, то надо искать карман и ждать, когда встречный проедет и дорога освободится, зимой и летом одна узкая серая колея, но уголь с шахт возят по железке. Почему я об этом пишу так подробно, да потому что город начинал жить и строился и вольнонаёмных было в городе очень мало, то есть – гражданских людей, а была система МВД. Мой отец после войны да и всю войну был водителем, шофёром или водилой как говорят теперь… Он водителем прошёл две войны и Финскую и Отечественную, в Воркуту приехал на заработки после демобилизации. Возил начальника комбината «Воркутауголь» – полковника МВД Кухтикова, а потом пересел на автобусы и двадцать лет крутил баранку в Воркуте. Отец у меня в Воркуту приехал в 1946 году, а мать приехала в 1948 году, а в 1950 родился у них я, а в 1952 и моя сестра Галя. Детских садов в городе было мало, свободных нянечек не было, я в детских яслях был полгода и сестра около года, а так мы росли дома и на улице, а большее время ездили на капоте автобуса с отцом в кабине по кольцу. Дни в Воркуте летом длинные, так что за отцовскую смену мы по два или три раза ездили на Ворга-Шор и обратно или до Промышленного и назад в город. Родителям приходилось работать, а нас некуда было девать… В школу я пошёл в семь лет, в 1957 году. Жили мы тогда на Северной улице. Воркута всё ещё строилась… Учиться мне было интересно, сразу появилось много друзей и знакомых и в своём классе и из соседних классов были ребята с которыми мы пересекались. Морозы зимой правда стояли жуткие – до минус 53 градусов и туман такой в городе стоял, что за 5—10 метров ничего не было видно. Для нас это было хорошо, можно и дома было посидеть и уроки не делать. Первой нашей учительницей была Феламина Марковна, очень хорошая была учительница, она и сейчас живёт с сыном в Воркуте, правда уже давно на пенсии. Мы с ней бывали на школьных вечерах в 16 школе в Воркуте и так мило беседовали, ей так нравилось всё вспоминать, она уже совсем стала старенькая… Как годы летят, я и не заметил, что столько лет прожил в Воркуте и вот решил, что надо жить в средней полосе как почтальон Печкин, он ведь тоже говорил, – «Я только жить начинаю, – на пенсию выхожу!» Только блин – вот пенсия маленькая, как у микроорганизма! Но в нашей России мы не пропадём, если уж совсем будет невмоготу, в деревне дом купим, козу заведём, курочек и будет у нас своё козье молоко и яйца куриные. Жить будет можно в русской деревне, это в Европе земли мало, а у нас в Сибири её хватает, освоим. Правда народ и все из средней Азии почему-то в Москву лезут, как будто им там мёдом намазано. Учился я в школе легко и весело, даже было интересно учиться. Считался нормальным хорошистом, тройки были редкость. Получал в основном 4 и 5. Хорошее было, замечательное время. Мне хватало один раз послушать и понять урок и я даже домашние задания дома никогда не читал и не учил. Письменные работы, конечно, дома писал и выполнял, а если что – то дома ну не успел, так у ребят на переменке можно было списать. Легко давалась математика, геометрия и физика, не говоря про химию и биологию, – это были вообще мои любимые предметы. Или мы были такие понятливые или нас учили так хорошо, но было понятно и легко учиться. А сейчас время что ли другое или дети пошли трудные или вообще учиться не хотят… Помню последние годы работы в школах и ПТУ – так знания из учеников надо просто клещами вытаскивать, задаёшь им по несколько наводящих вопросов, чтобы подвести к нужному ответу, а девочки вообще меня удивляли, – мы, говорят, не понимаем, о чём вы вообще тут говорите, а ребята над ними смеются, может это специфика только информатики и физики. В армии тоже легко учился разным специальностям, и после армии получил два красных диплома. Мне в Воркуте в горном техникуме всегда нравилось высказывание одного преподавателя, – «Ученье свет, а неучёных тьма!» А как мы играли в футбол и в хоккей в школе номер 5. Каждый день мальчики из нашего класса собирались возле школы, делились на две команды и гоняли мяч по два и три часа. Так здорово было играть, столько было споров и эмоций, до рукопашных чуть не доходило. А ещё мы любили играть в детском садике, рядом со школой был детсад, он и сейчас там есть и школа стоит на старом месте, только теперь там лицей номер 1, с евроремонтом, при нас тогда такого не было. Какие были тогда у нас КВН и «Огоньки», мы просто в восьмых, девятых и десятых классах организовывали танцевальные вечера, делали свою программу вечера, было не хуже чем на центральном телевидении. Стены классов мы расписывали и раскрашивали разными картинами природы, реками, берегом озера, опушкой леса и цветами, так было всё здорово…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.