В объятиях бандита

Глава 1

Апрель, 1995

Алина

Погода уже которые сутки бесновалась. На улице стоял просто дикий холод и без конца лил дождь. Даже не скажешь, что весна.

Я дико замёрзла в своей машине, тщётно пытаясь высмотреть в темноте указатель на поворот к нужному посёлку. Моя старенькая «шестёрка», доставшаяся от отца, как назло начала барахлить именно сегодня – печка еле грела, а дворники то и дело замирали в самый неподходящий момент.

– Ну давай же, миленькая, не подведи, – пробормотала я, в очередной раз ударив кулаком по приборной панели.

Дворники дёрнулись и снова заработали, со скрипом размазывая дождевую воду по лобовому стеклу. Я выдохнула с облегчением и бросила взгляд на часы – начало двенадцатого. Ещё полчаса, и буду у сестры.

После изматывающей смены в районной больнице мне хотелось только одного – рухнуть в постель и проспать часов двенадцать. Но тревожный звонок от Лены заставил повременить с отдыхом. У пятилетней Юльки поднялась температура под сорок, а в их посёлке – ни врача, ни аптеки. Местный фельдшер уехал в город, вернётся только завтра. Я собрала все необходимые лекарства, которые смогла взять в больнице, и, едва переодевшись после смены, отправилась в путь.

Трасса была пустынной. Ночью, тем более в дождь, мало кто рисковал выезжать за город. По радио крутили Агутина «Хоп-хэй, ла-ла-лэй», а за окном мелькали тёмные силуэты деревьев. Я прибавила газу, переживая за Юльку, и чуть не пропустила нужный поворот. Притормозила и аккуратно съехала на более узкую дорогу.

Асфальт здесь кончился, начался гравий. Моя «шестёрка» запрыгала на ухабах, я сбросила скорость и максимально сосредоточилась на дороге.

Внезапно в свете фар возникла тёмная фигура. Мужчина стоял прямо посреди трассы, раскинув руки в стороны. Моё сердце пропустило удар, я резко вдавила педаль тормоза. Машину занесло, и она остановилась буквально в метре от человека.

– Какого чёрта?! – выдохнула я, перепугавшись до смерти.

Мужчина как ни в чём не бывало подошёл к машине и постучал в окно с моей стороны.

Я замерла, не зная, что делать. Ночь, глухая дорога, неизвестный мужик…

По-хорошему мне следовало нажать на газ и уезжать отсюда как можно быстрее. Но что-то заставило меня опустить стекло. Всего на пару сантиметров, чтобы только узнать у него, что случилось. Зачем он бросился мне под колёса.

– Ого, что такая милая девушка забыла на трассе посреди ночи? – удивлённо произнёс мужчина. Голос у него был низкий, хриплый.

– Что вам нужно, вы зачем под колёса бросаетесь?! – нервно спросила я, чувствуя, как каждая мышца в теле до предела напряглась.

– Машина заглохла, аккумулятор сдох, – пояснил он, махнув рукой в сторону обочины.

Я всмотрелась в его лицо. Молодой… На вид ему было около двадцати пяти. Широкие плечи, короткая стрижка, кожаная куртка, наглые глаза – типичный образ братка из какой-нибудь бандитской группировки. Обычным людям встречи с такими, как он, ничего хорошего не сулили.

– Не бойся, милаха, я тебя не обижу, – снисходительно усмехнулся он, будто прочитав мои мысли. – У тебя «крокодилы» есть?

Я кивнула. Отец всегда держал в багажнике полный набор автомобилиста, включая провода для прикуривания.

– Я вам не милаха, – строго произнесла я, наконец найдя в себе силы заговорить. – И зачем вы так на дорогу выскочили? Я же могла вас сбить.

– Извини. – Незнакомец неожиданно виновато улыбнулся. – Твоя машина третья за час, предыдущие даже не притормозили. Пришлось идти на крайние меры.

Я лихорадочно соображала, как мне поступить. У Лены больной ребёнок, каждая минута была на счету. Но бросить человека с заглохшей машиной ночью на трассе…

Я не была дурой и понимала, чем может обернуться для меня моя доброта. Этот парень с наглыми глазами не походил на ангела, он мог легко изнасиловать меня прямо в поле, а потом задушить, и ему, скорее всего, даже ничего за это не будет.

Но с другой стороны, если бы он хотел сделать мне что-то плохое, то уже давно разбил бы камнем стекло и вытащил меня из машины силой.

– Хорошо, – решилась я. – Давайте прикурим, только быстро, я очень спешу.

Трясясь от страха, что совершаю большую ошибку, я накинула капюшон и вышла из машины, чтобы достать из багажника провода. После чего вручила их незнакомцу.

– Алексей, – представился он, протягивая мне свободную руку.

– Алина, – осторожно пожала я его ладонь.

Она оказалась крупной и сильной, а ещё мокрой от дождя. От соприкосновения наших пальцев странное ощущение пронеслось по моему телу, словно ток заструился под кожей.

Я поспешно отдёрнула руку.

Алексей наклонил голову вбок и посмотрел на меня, слегка прищурив глаза.

– Машина там, – кивнул головой он в сторону обочины.

– Хорошо, я сейчас подгоню свою.

БМВ третьей серии чёрного цвета стоял на обочине, едва заметный в темноте. Я остановилась перед ним, мысленно отметив, что машина совсем новая и явно дорогая.

– Вау, какая тачка, – выдохнула я, не удержавшись.

Алексей усмехнулся.

– Ага. Хочешь прокатиться?

– Нет, спасибо. Я очень тороплюсь к сестре, у неё ребёнок заболел. Температура высокая, а в их посёлке нет ни врача, ни аптеки, – скороговоркой выпалила я, смутившись и занервничав от того, что ляпнула.

Во взгляде Алексея что-то изменилось.

– Понял. Давай тогда быстрее разберёмся с проводами, – сказал он, доставая из кармана куртки и включая яркий электрический фонарик.

Мы открыли капоты обеих машин.

– Ты знаешь, как это делается? – спросил Алексей, дав мне один конец проводов.

– Теоретически, – призналась я. – На практике не приходилось.

– Ясно, тогда я сам.

Он ловко подсоединил провода сначала к аккумулятору моей машины, потом к своему. Попросил меня сесть за руль и не глушить двигатель.

– Контакт должен быть хороший, – пояснил мой новый знакомый. – Сейчас попробую завести.

Алексей забрался в свою машину, провернул ключ. Двигатель издал несколько хрипящих звуков, но не завёлся.

– Чёрт, – выругался Алексей, выходя обратно под дождь. – Похоже, дело не только в аккумуляторе.

Он снова склонился под капот, пытаясь разглядеть что-то в тусклом свете.

– Провода отсоединять пока не будем, – сказал он через минуту. – Попробую ещё раз.

Ещё две попытки не принесли результата. Алексей стоял под дождём, вода стекала с его коротко стриженой головы, и вид у него был такой потерянный, что мне даже стало его немного жаль. Хотя я сама уже продрогла до нитки и сходила с ума от волнения за Юляшку.

– Послушайте, – выпалила я, потеряв терпение. – Я могу подвезти вас до города. Все равно ваша машина сейчас не заведётся, а ночевать в ней – не вариант.

Алексей взглянул на небо, с которого лил дождь, потом на свою машину.

– Спасибо. Я тебе заплачу.

– Не нужно.

Мой новый знакомый отсоединил провода, бросил их в мой багажник и запер свою «бэху», после чего мы сели в мою «шестёрку». У обоих зубы стучали от холода.

Я проверила печку – но толку от неё по-прежнему было мало.

Включив первую передачу, я плавно тронулась, выруливая на дорогу обратно в сторону города.

Несколько минут мы ехали молча. Я нервно постукивала пальцами по рулю, искоса поглядывая на своего неожиданного пассажира. Он сидел, откинувшись на сиденье, и смотрел прямо перед собой, погружённый в свои мысли.

А потом внезапно повернул ко мне голову и спросил:

– Ты сказала, что едешь к сестре?

– Да, в Берёзовку, – кивнула я, бросив взгляд на наручные часы.

– Берёзовка… Это ведь в другой стороне от города?

– Да, километров двадцать.

Алексей нахмурился.

– Ты делаешь крюк из-за меня. Высади на повороте к трассе, дальше я сам доберусь.

– Ночью, в такой дождь? – покачала я головой. – Вряд ли кто-то остановится. Вы до утра будете идти, простудитесь и схватите воспаление лёгких.

– Остановятся, не переживай, – заверил меня Алексей. И добавил со стальными нотками в голосе: – Делай, как я сказал.

Мы доехали до развилки, где региональная трасса пересекалась с дорогой на Берёзовку.

– Останови здесь, – приказал мой пассажир, когда я сбросила скорость.

Я послушно затормозила. Дождь всё ещё лил как из ведра.

– Точно не подвезти до города? – спросила я, чувствуя себя неловко от мысли оставить человека на дороге в такую погоду.

– Точно, – кивнул Алексей. – Тебя ребёнок ждёт.

Он полез в карман куртки, достал стодолларовую купюру и протянул её мне.

Я против воли округлила глаза, уставившись на валюту, будто первый раз в жизни увидела. Тут же сделалось неловко за такую свою реакцию, и я поспешно закрутила головой.

– Не нужно денег, я же говорила.

Алексей удивленно приподнял бровь, разглядывая меня с каким-то новым интересом. А потом спрятал деньги обратно.

– Тогда спасибо.

– Пожалуйста.

Он открыл дверь, собираясь выйти, но вдруг обернулся.

– Как зовут твою сестру и её дочку?

– Елена и Юля, – ответила я, не понимая, зачем ему эта информация. – А что?

– Да так, – пожал плечами Алексей и вышел из машины. – До свидания, Алина.

– До свидания, – машинально ответила я.

Алексей захлопнул дверцу и вскоре скрылся в темноте. Я проводила его взглядом, ощутив странный укол сожаления в груди. Интересно было бы узнать его лучше… Может, он вовсе никакой не бандит, а… молодой бизнесмен, например? Сейчас таких развелось довольно много, их ещё называли «новыми русскими».

Я тряхнула головой, разозлившись на себя за глупые мысли. Ребёнку нужны лекарства, а я тут в облаках витаю.

Быстро развернув машину, я поехала в сторону Берёзовки и через двадцать минут была у Лены.

Юлька лежала в кровати, раскрасневшаяся от жара. Сестра выглядела измученной – не спала всю ночь.

– Спасибо, что приехала, – прошептала она, обнимая меня. – Я уже не знала, что делать.

– Всё будет хорошо, – заверила я, доставая лекарства. – Сейчас мы ей поможем.

Я поставила Юльке укол жаропонижающего и принялась делать обтирания. Через полчаса температура начала спадать.

Лена задремала в кресле, а я сидела у постели племянницы и смотрела в окно на дождь. Без остановки думая об Алексее. Интересно, добрался ли он до города? Или всё ещё стоит на обочине, вконец окоченев от холода?

«Да какая тебе разница! – раздражённо одёрнула я себя. – Всё равно мы больше никогда не увидимся».

Я и представить не могла, как сильно ошибалась.

Глава 2

Несколько дней спустя

Алексей

Я с детства ненавидел больницы. Ненавидел их запах – смесь хлорки, лекарств и человеческих страданий. Ненавидел бесконечные коридоры с облупившейся краской и тусклые лампы дневного света, от которых начинает ломить в висках уже через пять минут. Ненавидел эти звуки – стоны, скрип каталок, шлёпанье старых тапочек по линолеуму.

Но сейчас у меня не было выбора.

– Блядь, не дёргайся, – прошипел я, вцепившись в руль и с трудом удерживая машину на дороге.

Кирпич, сидевший на пассажирском сиденье, что-то промычал в ответ. Его рубашка уже насквозь пропиталась кровью. Он зажимал рукой рану на боку, но кровь всё равно сочилась между пальцами, капая на кожаное сиденье моей тачки.

Ночная стрелка с врагами Усмана пошла не по плану. Он будет в бешенстве. Двое наших полегли, троих забрали менты. Боеприпасы и часть товара потеряли. Да ещё и Кирпич словил перо под ребро.

– Потерпи, братан, скоро доедем, – бросил я ему, вдавливая газ в пол.

Я знал, что в центральную больницу соваться нельзя. Там уже наверняка прикормленные Черепом менты дежурят, ждут, когда кто-нибудь из раненых подтянется. И тогда всем нам пиздец. Но была ещё районная больничка на окраине города, я надеялся, что туда никто не догадается сунуться. Собственно, к ней и держал путь.

За окном моросил мелкий дождь. Который день уже лил как из ведра. Дворники еле справлялись, а Кирпич рядом тяжело дышал и всё сильнее бледнел.

– Бля, не сдохни мне тут, – прорычал я, сворачивая на последнем повороте так резко, что машину занесло. – Усман мне башку оторвёт, если я тебя не довезу.

Возле больницы я остановился не у главного входа, а у заднего – там, где приёмный покой неотложки. Затормозил с визгом шин у самого крыльца, вытянул из тачки Кирпича и потащил внутрь, почти волоком.

– Эй! – заорал я, ввалившись в тускло освещённый коридор. – Врача сюда, быстро!

Молоденькая медсестричка в накинутом на плечи белом халате выглянула из-за угла, увидела нас и тут же исчезла. Через несколько секунд из дверей выскочили санитар и пожилой врач.

– Что случилось? – спросил доктор, подбегая к нам.

– Напали на улице, ножом пырнули, – быстро соврал я. – Спасите, пожалуйста… друга моего.

Врач коротко кивнул санитару, и тот притащил каталку. Мы вдвоём уложили на неё Кирпича, который уже почти не реагировал на происходящее.

– В операционную, срочно, – скомандовал врач, и санитар повёз каталку по коридору.

Я остался стоять посреди приёмного покоя, тяжело дыша. Руки были в крови. Куртка тоже. На полу за мной тянулся багровый след.

Вот жопа…

– Вам нужно заполнить документы, – раздался вдруг голос у меня за спиной. Голос, который показался странно знакомым.

Обернувшись, я увидел хорошенькую медсестричку в белом халате, а в следующую секунду понял, что мы уже встречались с ней раньше. И совсем недавно.

Та самая отважная цыпочка на «шохе». Вот это я прифигел, когда обнаружил её за рулём тогда ночью на трассе.

Она тоже узнала меня. Её губки бантиком мило дрогнули, а глаза на мгновение расширились от удивления. Но, как и в прошлый раз, девочка быстро взяла себя в руки, нацепив на симпатичную мордашку невозмутимое выражение.

– Алексей? – неуверенно произнесла она.

– Надо же, какая встреча, – ухмыльнулся я. – Алина?

Она коротко кивнула, не сводя с меня взгляда.

– Нужно заполнить документы на вашего… друга, – повторила она уже совсем другим тоном. Холодным. Отстранённым.

– К чёрту документы, – отмахнулся я. – Он выживет?

– Доктор Макаров – лучший хирург у нас. Если рана не задела внутренние органы, то шансы хорошие.

– А если задела?

Алина пожала плечами.

– Тогда молитесь.

Я хмыкнул. Молиться. Забавно. Последний раз я это делал лет в пятнадцать, когда мама ещё жива была. А потом понял, что бог, если он и есть, на меня давно забил.

– Всё-таки нужно заполнить документы, – настойчиво продолжила Алина. – Имя пациента, адрес, контактные данные родственников…

– Слушай, давай как-нибудь без этого, – устало произнёс я, проводя рукой по волосам и поздно понимая, что испачкал их кровью. – Оформи его как бомжа какого-нибудь, ладно? Если спросят – скажи, что на улице подобрали. Я заплачу сколько надо.

Она смотрела на меня несколько долгих секунд, а потом поинтересовалась с неприкрытым презрением в голосе:

– Бандитские разборки?

Я не ответил. Вместо этого шагнул к ней ближе, и она инстинктивно отступила назад.

Такая вся из себя Зоя Космодемьянская. Обычно подобные личности вызывали у меня что-то вроде зубной боли. Но эта…

Эта казалась приятным исключением из правил.

Странное дело, но ей я готов был простить и этот осуждающий взгляд, и высокомерно задранный подбородок, и… много чего ещё.

– Пойдёмте, – неожиданно сказала она. – Вам нужно привести себя в порядок.

Развернувшись, Алина пошла куда-то по коридору. Я, помедлив, последовал за ней.

Она завела меня в маленькую комнатку с раковиной и шкафчиками. Достала из одного из них белый халат.

– Снимите куртку, – сказала она, всё так же не глядя мне в глаза. – И рубашку тоже. Нужно отстирать кровь, пока не засохла.

Я усмехнулся.

– Помогаешь избавиться от улик? Я уж думал, ты меня сразу сдашь ментам.

– Я помогаю человеку, который замёрз и испачкался, пока доставлял раненого в больницу, – отрезала она. – А теперь раздевайтесь.

Хотел пошутить и сказать ей что-то вроде «только после тебя, детка», но почему-то не стал. Только слегка приподнял брови, сдерживая просящуюся на губы улыбку. Впервые в жизни столкнулся с такой очаровательно смелой кисуней.

– Ну или нет, если желаете остаться в окровавленной одежде, – быстро добавила она, явно смутившись моего взгляда. – Мне по большому счёту всё равно.

Я послушно стянул куртку, затем рубашку. Боковым зрением заметил, как Алина бросила быстрый взгляд на мой голый торс, а потом отвела глаза. Но не раньше, чем успела заметить шрамы, которых было достаточно на моём теле.

Она включила воду в раковине, предложив мне отмыть руки и лицо. После вручила мне полотенце, а сама взяла мою рубашку и принялась застирывать пятна крови на ней куском хозяйственного мыла.

– Спасибо, – сказал я, тщательно вытерев руки и накинув на плечи предложенный медицинский халат. – Ты уже второй раз меня выручаешь.

– Это не значит, что я одобряю то, чем вы занимаетесь, – не поднимая головы, ответила Алина.

– А чем мы занимаемся?

Она подняла голову и посмотрела мне прямо в глаза.

– Не притворяйтесь. Я работаю в этой больнице уже три года. К нам часто привозят таких, как вы. А ещё чаще тех, кто из-за вас пострадал.

– Что же ты тогда не вызвала ментов? Раз я такой плохой парень?

Алина немного помолчала, продолжая тереть рубашку.

– Такова участь медиков, – наконец сказала она. – Мы помогаем всем, кто нуждается в помощи. Не нам решать, кто достоин жить, а кто – нет.

Я хмыкнул.

– Святая Алина. Спасительница отморозков.

– Я не святая, – огрызнулась она, нервными движения выжимая мою рубашку и протягивая её мне: – Всё равно останутся пятна. Но хотя бы не будет так бросаться в глаза.

Я взял влажную рубашку, наши с Алиной пальцы на секунду соприкоснулись. И я снова почувствовал это – моё тело взбодрилось от её прикосновения, а друг в штанах приподнял голову, напомнив о себе. Точно так же, как и тогда, на дороге, когда мы с Алиной пожали друг другу руки.

– Я думал о тебе, – зачем-то сказал я, склонив голову на бок.

Алина растерянно захлопала ресницами, глядя на меня во все глаза.

– Что?

Интересно, если сейчас усадить её попкой на вот эту тумбочку, задрать халатик и от души выебать, она не будет возражать?

– Я думал о тебе после той нашей встречи, – повторил я, сам не понимая, зачем это говорю. – Ты не взяла деньги. Это было… необычно.

Милаха нервно усмехнулась.

– Да, видимо, в вашем мире отказ от денег – это нечто из ряда вон выходящее.

– В моём мире отказ от денег обычно означает, что хотят чего-то большего, – ответил я, глядя ей в глаза.

– Нет. Ничего подобного. Я просто считаю, что помощь должна быть бескорыстной, – выпалила она, мило раскрасневшись.

Мы стояли так близко друг к другу, что я чувствовал запах её волос. Лёгкий аромат каких-то цветов. И ещё чего-то… вкусного.

Захотелось взять Алину за руку, притянуть к себе и вдохнуть этот её неповторимый запах полной грудью. Так, чтобы башку повело.

Друг в штанах снова напомнил о себе, явно одобрив мою идею.

– Как твоя племянница? – спросил я, отступив на шаг назад от греха подальше. – Выздоровела?

Алина удивлённо моргнула.

– Да, она уже в порядке, спасибо. Ей стало лучше на следующий день.

Я кивнул, испытав странное облегчение. Значит, не зря я той ночью два часа, как долбоёб, голосовал на трассе.

Наш разговор прервал вошедший санитар.

– Алина Сергеевна, вы нужны в приёмном покое.

Алина тут же посерьёзнела.

– Иду, – коротко ответила она и, бросив на меня быстрый взгляд, направилась к выходу. Уже у двери она обернулась: – Ждите здесь. Я сообщу, когда будут новости о вашем… друге.

Я кивнул.

Когда она ушла, я прислонился к стене и закрыл глаза. Внутри кипела странная смесь эмоций, которых я давно не испытывал. Это так… бодрило. Но, блять, учитывая мои текущие проблемы, было вообще не в тему.

Что-то подсказывало мне – эта милашка медсестра не из тех, с кем можно провести пару жарких ночей и навсегда забыть. Мы были знакомы всего ничего, а меня уже не по-детски так к ней тянуло.

Впервые мне так сильно понравилась девушка с тех пор, как я умудрился вляпаться в жену лучшего друга. За что до сих пор себя люто ненавидел.

Нет, блять, любовь – это точно не моя тема. Лучше мне пожалеть медсестричку и сделать так, чтобы мы с ней больше никогда не пересекались. Для её же блага.

Натянул на себя всё ещё влажную рубашку, поверх неё – куртку, и вышел в коридор. Страшно хотелось курить.

Глава 3

Алина

После того как я оставила Алексея ждать в подсобке, для меня началась обычная суматошная ночная смена в приёмном покое.

Тяжёлая травма головы после аварии, пожилой мужчина с сердечным приступом, ребёнок с сильной аллергической реакцией…

Я носилась между кабинетами, заполняла карты, ставила капельницы и на какое-то время совершенно забыла о своём новом знакомом. Который почему-то даже ни разу напомнил о себе.

Только около трёх часов ночи, когда поток пациентов иссяк, я спохватилась, что обещала сообщить Алексею, как закончилась операция у его друга.

Доктора Макарова я нашла в ординаторской – он дремал в кресле, сняв врачебный халат и подложив его под голову вместо подушки.

– Валентин Петрович, – тихонько позвала я, слегка коснувшись его плеча, – простите, что беспокою…

Макаров открыл глаза, сонно моргнул и тут же выпрямился.

– А, Алина, – потёр лицо руками он. – Что такое? Новый пациент?

– Нет, я хотела узнать про того раненого, которого привезли с ножевым…

– Ах, этот… – зевнул Валентин Петрович, обнажив металлическую коронку на верхнем зубе. – Жить будет. Повезло ему – лезвие прошло буквально в миллиметре от печени. Если бы чуть-чуть в сторону, то всё. А так… Зашили, кровь перелили. Пару дней полежит, и можно выписывать.

– Спасибо, – с облегчением выдохнула я.

Макаров потянулся, потёр глаза и снова зевнул.

– Ты часом не знаешь, куда моя пачка сигарет подевалась?

– Вы же бросили два месяца назад, – напомнила я, невольно улыбаясь.

– А, точно, – покачал головой Валентин Петрович. – Совсем из головы вылетело. После таких смен всегда курить тянет, чёрт бы их побрал… Ладно, иди работай. А я ещё немного посплю.

Я вышла из ординаторской, чувствуя странное облегчение. Удивительно – я переживала за этого «друга» Алексея, как за собственного родственника. Будто переживать больше было не о чем.

На ощупь поправив волосы, поспешила в подсобку, чтобы сообщить Алексею хорошее известие. Но там его не оказалось.

«Видимо, уже уехал куда-то по своим бандитским делам», – с лёгким уколом разочарования подумала я.

Ну и к лучшему. Мне не улыбались новые сложности в жизни, а этот человек определённо был ходячей проблемой.

Устало вздохнув, я потёрла виски и отправилась к служебному выходу, чтобы немного подышать свежим воздухом. Толкнув тяжёлую дверь отделения, вышла на крыльцо.

И тут меня поджидал сюрприз.

Алексей стоял, прислонившись плечом к кирпичной стене, прямо под знаком «Курение запрещено», и с наслаждением затягивался сигаретой.

Дождь прекратился, но воздух всё ещё был влажным и прохладным. Я поплотнее запахнула на себе больничный халат.