Шестая жена

© Геярова Н., 2022

© ООО «ЛитРес», 2022

© «Яуза-каталог», 2022

Глава 1

– Ты никому ничего не скажешь! – зловеще выкрикнула цыганка, ткнув в меня трясущейся рукой. В широко распахнутых глазах металось безумие. Или магия. Точно сказать было тяжело. Меня пугало то и другое. Хотя я девушка, мало верящая во всяких гадалок и ясновидящих, но у этой явно был талант!

От ее хриплого голоса что-то внутри дрогнуло, и на душе неприятно заныло.

А чернобровая колдунья затрясла длинными волосами, содрогаясь в магических конвульсиях, сделала пасс рукой и лязгнула зубами.

Даже я с моим театральным дипломом не смогла бы так войти в роль!

Я невольно вздрогнула и оглянулась назад, туда, где стояла Рита. Та весело щебетала с разрумянившимися и смеющимися подругами. Еще бы, пол-ящика шампанского могут кого угодно развеселить. Но Рите сегодня можно. У нее девичник. Завтра с утра дражайшая подруга пойдет под венец. Я была искренне рада за нее.

Ее избранник – Вадим Рогоза, бизнесмен. Красавец с квартирой, машиной, фигуристый и веселый. Будто смешали коктейль идеальных мужских характеристик. Рите можно было только позавидовать. Он носил ее на руках. Мы, преданные подруги, искренне радовались за будущую невесту, хотя втайне и себе желали найти таких же исключительных мужчин. Но кто в наше время не мечтает о принцах? Рите он достался. И выглядела она более чем счастливо. А уж какой красавицей будет завтра!

– Колдун рядом! – прервала мои мысли цыганка так резко и громко, что я подпрыгнула на месте.

Гадалка взмахнула рукой, множество браслетов звякнуло, сверкнув в огне ночного клуба серебром. Полный цыганский антураж! Нечистые бы ее подобрали вместе с гаданием! И зачем Рита цыган пригласила? Я понимаю – мужское варьете, песни, пляски. Все в духе прощальной девичьей вечеринки. Но гадание по вялой руке пьяной хозяйки и разбрасывание карт на барной стойке!.. Увольте!

И зачем я подошла?

– Связь у вас крепкая… Чуждыми мирами завязанная. Не порвать! – настырно говорила колдунья, покачивая головой. Замерла, всматриваясь в судьбоносные линии моей ладони. Перевела взгляд на карты. Одна бровь у нее приподнялась и тут же опустилась. – Дай ему, что попросит! Откажешь – смерть найдешь. Не откажешь…

– Буду жить долго и счастливо! – Я нахмурилась, прерывая недобрые предзнаменования цыганки.

Она вперила в меня угольный взгляд, не выпуская руку из своих цепких ладоней.

– Дай ему, чего попросит! – язвительно повторила я за цыганкой. – Он хоть красивый, твой колдун? А то один раз поцелую, три – сплюну через плечо…

Губы цыганки дрогнули в усмешке.

– А ты за красотой гонишься? Думаешь, счастье в ней? Красивый. Но смотри, как бы от красоты плеваться не пришлось… – Она разжала пальцы, выпуская мою ладонь, собрала карты и сунула их в карман широкой цветной юбки. – А к нему ты сама придешь, и суток не пройдет.

Вдруг колдунья замерла. Взгляд стал стеклянным. Лицо побледнело.

– Не бери кубок золотой в руки! Не пей вина жемчужного! Все потеряешь! Жизнь свою, судьбу свою, всех, кого знаешь! Боль и предательство взамен обретешь! Невинностью за чужую вину расплатишься!

Я вскочила. Довольно! Хватит с меня гаданий! Свои двадцать целковых черноволосая отработала.

Я уверенно отвернулась и пошла к гомонящим подругам. Вот только как ни старалась, а веселье у меня так и не пошло. Даже когда через силу улыбалась шуткам, на душе сквозило холодком и в предчувствии беды сжималось сердце.

– Пей до дна! Пей до дна! Пей до дна!

– Горько!

Шикарное свадебное платье идеально сидело на хрупкой фигуре Риты. Подруга сияла. Белые щеки то и дело заливал румянец.

– Горько!

Вадим, жених, с особой нежностью прикасался к ее губам.

Замечательная! Прекрасная пара!

После пятого круга танцев и неустанно сыплющихся шуток тамады я незаметно выскользнула из зала ресторана. Остановилась у окна вестибюля. Даже небольшое количество выпитого вина все же ударило в голову. В висках сладостно постукивал пульс, да и я заметно расслабилась.

– Шестая жена будет, – с сочувствием проговорил рядом женский голос. – Надеюсь, хоть с этой повезет.

Я повернулась. У урны, рядом с окном, стояла полная женщина в довольно открытом фиалковом платье, невыгодно подчеркивающем все «достоинства» фигуры.

– Шестая? – переспросила я.

– Ага, – кивнула та головой с удивительно неопрятной прической «я бешеная пальма». Стряхнула в урну пепел с тонкой сигареты и только тогда повернулась ко мне. Сморщенное лицо было покрыто слишком толстым слоем косметики, чем вызвало неприязнь. Начерченные черным брови немного удивленно приподняты. Румяна ярко алели на щеках. Ярко-красные тонкие губы опять зажали в уголке рта сигарету, нет-нет да и пожевывая ее.

Странно, я не видела среди гостей этой странной неприятной дамы.

– Первая жена сбежала с любовником. Вторая пропала в гималайских лесах с научной экспедицией. Третья не захотела обустраивать быт и уехала путешествовать по Европе, там и осталась, видимо. Четвертая ушла в монастырь. Пятая исчезла в одну из зимних ночей. Сказала, что пошла в бар с подругами, и больше ее не видели ни подруги, ни муж. Вот и выходит, ваша шестая. Может, хоть эта приживется.

Незнакомка глубоко выдохнула. Изо рта вырвался клуб дыма и медленно поплыл по вестибюлю. Он имел такую чудную форму, что я крайне удивилась, не в силах оторвать взгляда от необычного явления. Сизый силуэт, вытянутый, с тонкой полосой, будто тощий жнец с косой. Сквозняк тронул дым, тот исказился, и образ словно повернул голову, глядя на меня. Я вздрогнула всем телом. С испугом повернулась к странной женщине и… Никого не увидела.

Вдоль позвоночника прошел холодок. И нехорошее предчувствие, нагнетенное вчерашней цыганкой, вспыхнуло снова. От переживания стало нечем дышать.

Я приложила руки к груди, пытаясь успокоить забившееся трепетной синицей сердце.

Вдох-выдох.

Вдох-выдох.

Нужно выйти на улицу.

Что я и сделала.

Прошла вдоль ресторана, завернула за угол. Остановилась на узкой тропинке, тянущейся вдоль стены.

Голова кружилась уже неприятно, сдавливало виски. Меня бросило в жар. И хотя на улице было довольно прохладно, легче не становилось. Я простояла минут пять в тени, слушая частый пульс и пытаясь сообразить, с чего это мне стало так нехорошо. В голову лезли мысли о пророчествах цыганки и странной женщине в холле.

«Шестая жена будет!»

Может, я себя накручиваю, но мне неприятно было узнать такую новость. И очень удивительно. Ведь Рита с Вадимом общались не один месяц, и ни разу за это время ни он, ни кто-то из его друзей не упоминали такую странную особенность жизни бизнесмена. У вполне обеспеченного и положительного во всех смыслах мужчины постоянно исчезали жены.

Я просто себя накручиваю! Я постаралась успокоиться и поглубже вдохнула. Прохладный воздух, пусть медленно, но все же успокаивал пылающие виски. Вроде легче. Про жен Вадима узнаю после свадьбы.

«Не стоит в такой день говорить о неприятных вещах», – решила я и собралась назад в зал.

Внимание привлек голубоватый свет за углом. Там, где находились подсобки ресторана.

Мне бы не пойти. Так ведь умные люди делают? Но, видимо, я не умная и слишком любопытная. А вдруг там что-то горит и нужна помощь? Вообще, отвага – не моя благодетель, но тут ноги сами потянули. Двинулась я медленно, крадучись и оглядываясь, как будто шла воровать.

С огромным интересом заглянула за угол.

В ореоле голубого свечения спиной ко мне стоял седой сгорбленный старик. Сморщенные руки, дрожа, тянулись к чему-то, находившему в свете, но мне невидимому. Костюмчик, я вам скажу, на дедуле был преотличный, точь-в-точь как у Вадима. Что меня даже немного удивило.

– Обещал! – визгливо просипел старикашка. – Ты мне обещал!

Ветер пронесся в ветвях деревьев, или мне почудилось, что прошел тихий шелест.

Дедок топнул ногой. Я чуть не ойкнула, вовремя закрыла рот руками. Туфельки такие же, как у жениха Ритиного. Может, родственник его? За одним из столов действительно сидели пожилые люди. Я решила, что это родня бизнесмена-красавца, и не слишком присматривалась к ним. Но одеваться одинаково – странная традиция.

– Я свое исполню… Будь уверен! Нужная кровь…

Старик с кем-то вел беседу. С тем, к кому тянул сухонькие ручки? С тем, кого я никак не могла со своего места увидеть. Я подалась вперед, пытаясь рассмотреть, что там, в синем ореоле света. И вообще, что за явление такое светящееся?

Хруст раздался резко и пронзительно. Я охнула и глянула под ногу. Ну-у да, все как в плохом кино… Сухая ветка обязательно должна подвернуться под ногу, чтобы дать знать злодею о приближении героя. О моем приближении.

Старик очень шустро повернулся ко мне.

Я повторно охнула, но уже сдавленно, от страха. Жутковатое лицо деда перекосилось, а глаза… Черные! Полыхнули потусторонним огнем. И старик немедля, с удивительной прытью, ринулся на меня.

Я вскрикнула: «Мама!» – и кинулась бежать. Выскочила из-за угла, оглянулась.

Дед уже не гнался за мной. Его вообще не было. Облокотившись о стену ресторана, за моей спиной стоял Вадим. На красивом лице играла зловещая кривая усмешка. Мой взгляд встретился с его… черными, страшными глазами.

Сердце ухнуло в пятки. Что за жуткое колдовство!

Я подняла руку, чтобы перекреститься. Вадим в ответ оскалил зубы.

Дважды такое показывать мне было не нужно. Я развернулась и бросилась в ресторан.

Необходимо было во что бы то ни стало рассказать Рите, что с ее муженьком явно не все чисто! И шесть жен… Я уже не верила в их обычное исчезновение. Кому и что он обещал? Что значит – нужная кровь? И свечение такое странное!

В зал влетела запыхавшаяся. Нашла взглядом Риту. Подруга сидела у праздничного стола на своем месте. Красивая и счастливая. Сейчас приду я и попробую это счастье уничтожить… На душе повис камень. Я уже не столь уверенно продолжила протискиваться через толпу танцующих гостей.

На полпути дорогу преградил тамада. Худощавый, смешливый, с заостренным лицом и шустрыми глазками, смотрящими сейчас исключительно на меня.

– Кто тут у нас? Лучшая подруга невесты! А мы все ищем вас! Итак, за счастье молодых! За долгую жизнь! За светлый путь молодоженов!

Он метался вокруг меня, не позволяя и шагу ступить. Кричал оглушая. Я же пыталась не выпустить Риту из поля зрения.

Кто-то из гомонящих родственников или друзей сунул мне в руки бокал.

– Пей до дна! Пей до дна! Пей до дна!

Я выпила залпом. Лишь бы они от меня отстали, и я тут же направлюсь дальше, к Рите.

«Какой странный вкус!» – глянула на остатки напитка.

– Вот и чудно! – насмешливый голос Вадима прозвучал совсем рядом. Очень тихо, и обращался он точно ко мне. – Ты никому ничего не скажешь! Прощай!

Я, как завороженная, смотрела на бокал. Я сама принимала участие в выборе столовых приборов для свадьбы Риты. И точно знала, таких бокалов не было! Высокий, с золотой ножкой и золотой каймой по краю. На самом дне плескалось несколько капель жемчужного напитка.

«Не бери в руки кубок золотой!.. – голос, леденящий кровь, вспыхнул в угасающем сознании. – Не пей вина жемчужного!..»

Все вокруг вспыхнуло голубоватым светом. В нем пропали гости, Рита, Вадим и весь мир вокруг меня.

Глава 2

– Леди! Леди Делора!

Меня очень ощутимо хлопнули по щеке.

– Не тронь меня! – рявкнула я, распахивая глаза.

На меня смотрело испуганное девичье лицо с самой странной прической, что я видела. Затянутые на затылок волосы под удивительным чепчиком. Лицо было бы симпатичным, если бы не странная форма черепа, немного вытянутая вперед. И зубы у девушки необычные, заостренные.

– Леди Делора, вы пришли в себя?

Неприемлемый вопрос, учитывая то, что у меня глаза открыты и я даже говорю.

– Судя по тому, что вижу, не совсем. По крайней мере, я очень сомневаюсь в своем нормальном психическом состоянии, – проговорила раздраженно, пытаясь вспомнить произошедшее. Я шла к Рите, меня остановили, дали бокал с вином… Ох ты ж! Меня отравили? Судя по тому, что я дышу, нет. Но как-то все вокруг странно!

– Леди Делора Ливьер пришла в себя! – сообщила куда-то назад девушка.

Делора Ливьер! Это я-то? Конечно, мое истинное имя – Дарья Каширина – и рядом не стоит, но все же как-то привычнее. И я хотела бы попросить обращаться ко мне по имени-отчеству, данным мне с рождения. Вот только… Может, я все-таки еще не пришла в себя?

Над моим телом, лежащим на чем-то твердом, склонилось несколько лиц. Мое первое удивление отступило, и ему на смену пришло искреннее глубокое изумление. Вот прямо до икоты.

Это розыгрыш?

Все склонившиеся головы были словно из Марлезонского балета. Высокие конструкции на головках обладательниц ничем не уступали Эйфелевой башне. Упругие локоны ниспускались крутыми локонами, даря зависть Ниагарскому водопаду. Декольте на винтажных платьях были глубоки. Увидев эти наряды, заполучить их захотели бы лучшие модельные дома. Драгоценности на шеях их обладательниц – предмет тайной зависти ювелиров. А замазанные белилами лица могли вызвать нервный тик у любой уважающей себя гейши.

Мужчины тоже удивляли камзолами с золотыми нашивками и париками на мужественных головах!

– Что за маскарад? – не выдержала я.

– Милорд! Милорд! – снова пронзительный голос девчонки в чепчике. – Леди Ливьер пришла в себя!

Дамы-раритеты разом расступились. Раздались твердые уверенные шаги. Мне это совсем не понравилось. Я повернула голову и увидела приближающегося мужчину.

Превосходный черный костюм, плотно облегающий безукоризненную фигуру. Выгодно расстегнутая первая пуговица белой рубашки. Темные волосы зачесаны назад, а взгляд… Вы когда-нибудь видели грозовое облако в ночном небе? Ко мне приближалось именно оно! Лицо холодное, хмурое, на нем темные, сверкающие неприязнью глаза. Резко очерченные скулы напряжены, губы сжаты в тонкую полосу. Все это не вызывало приятных впечатлений.

Он наклонился и прошипел мне на ухо:

– Что за спектакль вы устроили?

Потом схватил за руку и очень болезненно вздернул на ноги.

Я хлопнула глазами. Вот уж терпеть не могу такого неуважения к женщинам! Особенно к себе.

– А вы чего руки распускаете? – Попыталась избавиться от его ладони, сжимающей мое запястье.

Хам – именно так я его про себя назвала – даже не оглянулся. Протащил упирающуюся меня между людей и остановился у… алтаря!

А там… Священник! В белой рясе. И взгляд у него тоскливо-назидательный.

Мужчина толкнул меня поближе к падре, уныло державшему в руках раскрытую книгу, очень похожую на Священное Писание.

Я оглянулась.

Я была в церкви. Возле алтаря, украшенного белыми цветами. С незнакомым мне человеком в черном костюме. С толпой нарядных людей за спиной.

Автоматически опустила взгляд, осматривая себя. А чего еще можно ожидать в такой ситуации? И чуть не застонала. Я была в белом свадебном платье!

Я выхожу замуж?

Совершенно растерянно начала озираться по сторонам. Что за глупые шутки? Где там камеры?

– На чем мы остановились? Падре, поторопитесь. Видите, леди не в себе.

Хрипловатый голос мужчины меня насторожил. О чем он там говорит?

– Лорд Элден Севард, – задребезжал голос седого священника. – Согласны ли вы взять леди Делору Ливьер в законные супруги?

– Да! – гаркнул лорд так громко и резко, что я подскочила на месте.

Что значит «да?»

Взглянула в высокородное и надменное лицо. Ни капли сомнения или веселья.

«Вы что, все с ума сошли? Ладно называете меня невесть кем, так еще и замуж собрались выдать! Я на такое не подписывалась!»

– Леди Делора Ливьер, – уткнувшись в Писание, продолжил падре. – Согласны ли вы стать законной супругой лорда Элдена Севарда?

– Нет! – рявкнула я на всю святую обитель. И тут же подавилась собственным голосом. Лорд наградил меня таким пронзительно-ледяным взглядом, что я сразу отступила подальше. – Нет, ну честно, у меня и в планах не было. Тем более за незнакомого мужика замуж выходить!

– Что значит незнакомого? – Лорд наклонился ко мне. Лицо покрылось пятнами, глаза сузились – тучи в них стали темными, и в них опасно засверкали молнии.

Я оглянулась, прикидывая путь к побегу. Но отскочить не успела. Ощутила, как мужская рука крепко схватила меня за плечо и дернула. Несостоявшийся супруг прижал к себе невесту так, что у меня, несчастной, ребра затрещали.

– Извольте объясниться, леди Дель! – прохрипел он, одновременно посылая удивленным гостям самые очаровательные улыбки. – Леди нездоровится, вся эта свадебная кутерьма… – Он оттягивал меня назад к алтарю.

– Вы с ума сошли! – Я яростно сопротивлялась. – Отпустите сейчас же!

– Вы, наверное, забыли, дорогая, – просвистело у меня в ухе, – что у вас отсюда одна дорога – на эшафот!

У меня подкосились ноги. Я ошарашенно посмотрела в высокомерное лицо лорда.

– Вот и чудно, вижу, начало доходить. И перестаньте ломать комедию!

– Я… – голос сел. – Мне… можно, я… правда… плохо… Подышать свежим воздухом…

Жених посмотрел на меня с недоверием и медленно выдавил:

– Вы и правда очень бледны.

Кивнул куда-то в сторону.

– Ноэль, проводите леди Ливьер на улицу. Пусть она подышит воздухом.

Ко мне подбежала девушка в чепчике. Подхватила под локоть и потянула между гостями, награждавшими меня сочувствующими полуулыбками.

Выйдя, я вдохнула поглубже. Сердце зашлось в бешеном стуке. Да и было отчего.

Передо мной открылся прекраснейший вид. Каменные дома не выше двух этажей, дикий плющ, обвивающий небольшие резные балкончики, черепичные крыши. За воротами церквушки – каменная мостовая. Прямо у входа – карета! Самая настоящая, праздничная! Красивая, белая, с четверкой снежных коней и лакеем у дверцы. Явно ожидают молодоженов.

– Девочка моя, Дель! – Дверь за спиной приоткрылась, и из церкви вышел мужчина.

Я повернулась к нему. Сухонький, в более дешевой одежде, чем напыщенные гости. Поношенный, но чистый костюм. Белая рубашка, явно хранящаяся для праздников. Седая голова подрагивала от напряжения, в руках была фетровая шляпа. Человек нервно теребил ее сморщенными пальцами.

– Что случилось? Я вижу, тебе плохо?

Ноэль, посторонилась, спустилась на пару ступенек, не желая мешать нам. Но вся при этом обратилась в слух.

Я смотрела на старика, не зная, что ответить. Он глядел на меня с такой затаенной любовью и жалостью, что стало совсем тяжко. Здесь и гадать не нужно. Я попала в другой мир, и меня выдают замуж. А пожилой мужчина напротив – не кто иной, как мой отец. Очень любящий отец.

Он подошел ближе. Я видела, что он хотел меня обнять, но не посмел. Побоялся испачкать или помять слишком дорогое, купленное, видимо, женихом дочери платье. Я должна была рассказать правду. Кинуться в ноги старику с криком «Я не ваша дочь!».

Не смогла.

У меня защемило сердце. Собственного отца я не видела. Вернее, видела только на оставшихся в семейном альбоме фотографиях. Он бросил нас с мамой в период моего младенчества и создал другую семью, где у него появилась любимая дочь. С ней, а не со мной, он проводил время, покупал ей игрушки, водил в кино, кормил мороженым и смотрел с любовью тоже на нее. Я была лишена этого. А в пятнадцать лет лишилась и мамы.

Тетушка была добра ко мне настолько, насколько позволяла вечная занятость: кроме меня, у нее было еще своих трое детей и муж, вечно валяющийся на диване или пропадающий с мужиками в гараже. Поэтому, едва окончив школу и поступив в институт, я перебралась в общежитие. Появились подруги, друзья, молодые люди. Но никто и никогда не смотрел на меня вот с такой отцовской любовью.

– Папа!

Я обняла его сама. Лично мне на платье было совершенно наплевать.

– Маленькая моя… Что же поделаешь? Ты же понимаешь… – сказал он с надеждой и погладил меня по голове, тут же испуганно отдернув руку. Переживал, как бы прическу не испортить.

Я ничего не понимала. Мне бы объяснил кто.

– А если я не хочу? – спросила чуть слышно.

Он отстранился. Испуганно посмотрел на меня.

– Дель, доченька! Лорд Элден поступил благородно! Если бы не он, тебя бы уже казнили! Ты же знаешь, за воровство у нас строгое наказание! – Отец с подозрением покосился на прислушивающуюся Ноэль и перешел на шепот: – За колдовство – костер. Правитель тебя точно не простил бы. Залезть в замок короля! Зачем, Дель?

То есть я воровка? И колдунья? Замечательно! Кто бы мне еще сказал, зачем я, плюс к двум своим приговорным статьям, полезла в замок короля? И какой статус при дворе у моего нареченного, что он смог забрать меня из рук палача?

– Благородный лорд! – хмыкнула Ноэль, внимательно вслушивавшаяся в наш разговор. Поправила чепчик. – Да ему по статусу не положено холостым ходить. У государственных служащих с этим строго. А после смерти пятой жены вряд ли хоть одна благородная барышня Годэра захочет записаться в его супруги. И никто не посмотрит, что он родной брат короля. Девицы из высших семей боятся лорда Элдена, как прокаженного!

Во как! Брат короля. Между лопаток злорадно пробежало стадо ледяных мурашек. Совсем прекрасно! У моего женишка жены мрут как мухи. Я лицо Вадима так и представила. Вот же сволочь! К бабке не ходи, он меня сюда отправил. Интересно, высокоблагородный лорд не его родственник? Как-то у них с женами не ладится! И мне совсем не хочется быть шестой помершей супружницей.

С другой стороны, меня уверяли, что, если бы не скоропалительный брак, быть мне на эшафоте. Тоже так себе перспектива. А с лордом… К тому же братом короля! У меня есть хоть какая-то надежда не помереть раньше срока. Если быть очень-очень осторожной.

Я посмотрела на отца Дель. Покрытое морщинами лицо с печатью перенесенных жизненных трудностей. Коснулась пальцами впалых щек.

– Идем, папа! Нас уже заждались благородные господа. – И не смогла сдержать язвительной усмешки: – Сахарные, не дай божок, растают от долгого ожидания.

Мужчина удивленно посмотрел на меня, с испугом огляделся и приглушенно прошептал:

– С тобой все хорошо, Дель? Нельзя так о господах! С каких пор ты такая смелая?

Я прикусила язык. Не стоит забывать, что я в чужом теле. В мире, законов которого я совсем не знаю. Но еще хуже, совсем не знаю характера девицы, в чьем теле оказалась.

Дверь церкви приоткрылась. Молодой служка, тараща любопытные глаза, поинтересовался:

– Юной леди стало лучше?

– Стало, – выдохнула я.

Ноэль тут же появилась рядом, бросила на меня любопытный взгляд. Мне не показалось – по ее губам скользнула едва заметная усмешка. Девушка подхватила под локоть пожилого отца Делоры, и мы вместе вошли в церковь.

Глава 3

– И ныне, и присно, и во веки веков!

Да! Именно так закончилась церемония моего бракосочетания с хмурым лордом, который за все это время ни разу не улыбнулся и не сказал мне доброго слова.

Мы катили в шикарной карете по мощеным улочкам. Я старалась сидеть подальше от лорда. Да и он после церемонии не обращал на меня внимания. Судя по лицу, его вовсе не волновала молодая и… Я задумалась: «А как я выгляжу? Может, уродина? Тогда стало бы понятно, почему милорд на меня взгляд не поднимает и сидит, мрачно глядя в окно».

Ведь что обидно, мне и глянуть некуда!

– Тпру! – Служка спрыгнул с подножки, торопливо открыл нам дверцу.

Лорд, так и не удостоив меня взглядом, вышел. Потом остановился и, будто внезапно вспомнив, что в карете был не один, повернулся и нехотя подал мне руку.

– Да уж я как-нибудь сама! – вырвалось у меня обиженное. Как бы я там ни выглядела, но это все-таки свадьба! Мог бы хоть сейчас быть учтивым! Верную я ему кличку дала – хам!

Оттолкнула его протянутую длань и уверенно вышла из кареты.

Служка смотрел на меня во все глаза. Даже рот приоткрыл.

У лорда Элдена, наоборот, губы сжались в одну тонкую полосу. И желваки на щеках заиграли. Он схватил меня за локоть, притянул к себе и, наклонившись к самому моему лицу, прошипел:

– Ведите себя достойно! Вы в благородном обществе!

Это он мне? Это я себя недостойно веду? Это он – благородное общество?

Ну нет! Он не просто хам. Высокочтимый лорд – гад высокородный!

Я гордо вскинула голову и… съездила ногой муженьку чуть ниже подколенной чашечки острым носком дорогущей туфли, купленной, скорее всего, им же.

У Элдена на пару секунд лицо стало бледным и вытянутым. Потом оно стремительно покраснело. Он не издал ни звука, только сжал губы, а вместе с ними мою руку – так, что я вскрикнула, чем привлекла внимание общественности, подкатывающей к прекрасному двухэтажному особняку только что женившегося мрачного лорда. Удивленные взгляды совсем не смутили меня, и я в голос взвыла. А мне-то что? Лично я это благородное общество знать не знаю! Мне с ними на брудершафт не пить! И вообще, пусть видят, какая он сволочь! Теперь точно понятно, отчего ни одна высокосветская девица не стремится замуж за брата короля. А меня вот угораздило!