Невероятная жизнь сценариста

В трактате упоминаются восемь основных «рас» – своеобразных «соков» или «сущностей»: любовь, жалость, гнев, отвращение, героизм, благоговение, страх и смех. Каждая раса, переживаемая публикой, тесно связана с «бхавой» (эмоцией), запечатлённой в произведении искусства. Индийские фильмы часто включают почти все шесть из восьми рас. Например, «вир»-раса обозначает триумф героя через преодоление человеческих слабостей – трусости, малодушия. «Карун» подчёркивает трагические моменты и пафос в смысле «торжественный», «возвышенный». «Шрингар» повествует не только о любви, но и об эротическом поведении. «Хасья» отвечает за комедийные элементы, часто представленные через уже знакомых нам комических персонажей – видушаков. Помимо этих эмоций, значительное место занимает девятая раса, добавленная позже к «Натяшастре» популярным музыкантом и драматургом Абхинавгуптой. «Шантха» воплощает в себе чувство счастья и спокойствия, удовольствия от созерцания искусства.

В индийских фильмах история разворачивается не как цепь причинно-следственных связей, привычная для Голливуда, а в заранее известной последовательности, направленной на вызов эмоций. Это часто сопровождается нарушением аристотелевских трёх единств: времени, места и действия. Кинематограф, как и искусство в целом, стремится соединить мирское (вьявахарика) и трансцендентное (парамартика), предлагая зрителю скорее сопереживать и эмоционально участвовать в происходящем, чем стремиться к какому-то конкретному исходу. Истинное искусство, по мнению индийских кинематографистов, должно уводить мысли зрителя от повседневной суеты и возвышать душу. Оно освобождает «я» от беспокойной деятельности мира и выводит нас «из шумной больничной палаты самих себя».

Первый полнометражный фильм в Индии, снятый Дадасахебом Фальке, уже воплощал эти идеи. Он говорил, что его фильмы – это свадеши, поскольку инвестиции, локации, съёмочная команда и сюжет – всё своё, индийское. Идея фильма пришла режиссёру во время просмотра «Жизнь Христа». Он писал: «Пока фильм мелькал перед моими физическими глазами, я мысленно визуализировал богов – Шри Кришну, Шри Рамачандру, Гокул и Айодхья…». От «Раджи Харишчандры» в 1913 году до последнего и единственного звукового фильма в карьере Фальке «Гангаватаран», снятого в 1937, его более сотни фильмов ретранслировали сюжетные линии из санскритской литературы. В «Радже» Фальке смешал элементы древнеиндийских эпосов. Фильм был полностью реализован индийской командой. Словом «свадеши» обозначают индийские товары из материалов, которые также произведены в Индии. Свадеши – это движение за национальную независимость в Индии, бойкотирующее иностранные товары и поощряющее использование отечественных товаров. Так Фальке ввёл в кино важный принцип – снимать про Индию в Индии, черпая вдохновение в индийских сюжетах.

В 1910–1927 годы 9 из 10 индийских сценаристов были женщины. До эпохи звукового кино профессии «сценарист» официально не существовало, поэтому такие иконы Болливуда как Фатьма Бегум, Джаддан Бай, Энакши Рама Рау, Френе Талярхан, Снехапрабха Прадхан, Протима Дасгупта и Исмат Чугтай часто исполняли сразу несколько ролей, называя себя продюсерами, режиссёрами, актрисами или писателями. Джаддан Бай, например, известна своими сценариями именно потому, что также режиссировала и продюсировала собственные фильмы.

Другая трудность заключалась в том, что карьера женщин-сценаристов была либо недолгой, ограничиваясь 1–2 фильмами, либо продолжением их «основного» профиля работы. Сценарный труд становился незарегистрированной гранью роли «продюсер» или «актриса» либо высмеивался СМИ как глупое хобби для домохозяек. Однако женщины продолжали упорно работать над сюжетами, что оказало сильное влияние на победу романтической мелодрамы в конкуренции с другими жанрами.

В 1936 году газета «Times of India» восторженно отзывалась о Джаддан Бай: «Она – единственная в Индии женщина-режиссёр и продюсер, а также одна из самых известных певиц страны. Её фильмы неотразимы и заслуживают внимания бомбейских киноманов». Джаддан родилась в 1892 году на севере Индии. Её мать была «таваифой», то есть куртизанкой. С малых лет девочка обучалась классической музыке и поэзии. Куртизанки из Аллахабада, Лакхнау, Калькутты и Лахора были начитаны и хорошо обучены исполнительскому искусству. Профессия таваифы передавалась по материнской линии – от матери к дочери. Таваифам покровительствовал аристократический класс, и их часто приглашали давать концерты по всей стране. В подростковом возрасте прилежную ученицу успешной матери пригласили в Калькутту, где восходящая звезда заслужила признание за свои певческие таланты.

На одном из концертов Джаддан встретила Уттамчанда Моханчанда, богатого брахмана, который собирался изучать медицину в Англии. Моханчанд быстро изменил свои планы под впечатлением от её красоты. Но не только он был поражён её талантом. Лахорский кинопродюсер Хаким Рампаршад был очарован её пением и предложил ей роль в фильме. Так Джаддан вошла в мир кино. Вскоре она начала продюсировать, снимать и писать собственные фильмы. Среди её сценарных работ – «Талаш-э-Хак» («В поисках истины», 1935), «Хридайя Мантан» («Зов души», 1936), «Мадам Фэшн» (1936), «Дживан Свапна» («Конец путешествия», 1937) и другие. Спустя годы её будут обвинять в порочном прошлом, но Джаддан смогла обернуть этот факт в свою пользу.

В отличие от голливудских сценаристов, оставшихся в тени, Джаддан Бай с помощью своих сценариев создавала тщательно продуманный образ. Она неоднократно признавала прошлую профессию и свой социальный статус, рисуя картины потребления и разврата. Коммерчески успешные образы таваифы удовлетворяли тягу зрителей к гламурной жизни, полной роскоши, дорогих нарядов и скандалов. Будни куртизанок были насыщены романтикой, разбитыми сердцами и мучительным выбором между богатым покровителем и красивым, но простым работягой с улицы. Однако Джаддан Бай активно переписывала значение своего прошлого, создавая сюжеты о моральной трансформации и социальном лицемерии. К моменту её смерти в 1949 году она стала легендой в бомбейской киноиндустрии. Её властные манеры, способность разрешать сложные личные и профессиональные споры, щедрая гостеприимность, красочный язык и высокий уровень её творчества оставались в памяти всех, кто её знал.

Джаддан Бай тепло встретила звуковое кино, приняв участие в его развитии и вложив в него свой опыт певицы и музыкальное образование. Её работа способствовала превращению песни в важнейший элемент повествовательной структуры Болливуда.

В 1931 году на экраны вышел первый индийский звуковой фильм, известный как «Свет мира» или «Красота мира». К сожалению, этот фильм утратился. Сюжет картины основывался на пьесе парсского драматурга Джозефа Дэвида. В «Свете мира» рассказывалось о царе, имевшем две жены, которые не могли подарить ему наследника. Однажды уличный факир предсказал царю, что одна из его жён родит сына, но тот сможет пережить 18-летие только при условии, что мать добудет ожерелье, находящееся на шее рыбы в океанских глубинах. Фильм имел огромный успех, и семь песен из него напевала вся Индия.

Со временем количество песен в фильмах увеличилось: во втором звуковом фильме уже было 42 песни, а в следующем, «Суде Господа» – аж 70 песен. Именно «Свет мира» заложил два критически важных аспекта для индийского кино: центральную роль песен в повествовательной структуре и особое значение диалогов. Монологи главных героев записывались на аудиокассеты, вышивались на подушках, наносились на одежду, ими украшали стены помещений и улиц.

Высокая конкуренция и необходимость работы одновременно над песнями, диалогами, сюжетом и монологами стали сложной задачей для индийской киноиндустрии. В результате этого, Индия стала первой страной в мире, где профессия сценаристов разделилась на пять направлений:

Сценаристы-сюжетники – те, кто разрабатывают основной сюжет.

Сценаристы-диалогисты – те, кто пишут диалоги для фильма.

Сценаристы-монологисты – те, кто отвечает за речи главных героев.

Поэты-песенники – те, кто пишут тексты песен.

Сценарные редакторы – те, кто редактируют и дорабатывают сценарии.

Продюсерам были нужны готовые сценарии для звукового кино, и они начали адаптировать популярные пьесы театра парси. Чтобы приспособиться к новым требованиям, режиссёры нанимали «мунши» – клерков и переводчиков, которые знали хиндустани, смесь хинди и урду. Мунши писали диалоги отдельно от сценаристов, отвечающих за сюжет фильма, и вскоре такая практика стала обычным явлением.

Поскольку над сценарием работало от пяти человек, его создание начинали одновременно с принятием решения о начале съёмок. Устное общение в Индии всегда имело большое значение, зачастую превосходя бумажную работу. Поэтому, когда продюсер желал начать новый проект, он приглашал сценариста-сюжетника, чтобы тот рассказал историю устно.

Пример такого подхода можно увидеть в фильме «Жгучий перец» (2010), где сценарист вместе с продюсером пытаются адаптировать истории из древнего трактата «Панчатантра». На этом этапе сценарист начинает писать сюжет, а для помощи ему нанимают сценариста-диалогиста. Они работают сначала на английском, а затем переводят текст на хинди или другие языки. В этом процессе также участвует автор песен, причём композитору и поэту необязательно знать точный сюжет при написании музыкальных сцен.

15 августа 1947 года Индии была предоставлена независимость, но перемены не коснулись кинопроизводства. С 30-х годов по 70-е каноны оставались неизменными. Уверена, ваши бабушки обожали фильм «Бродяга» 1951 года, по крайней мере, моя прабабушка смотрела его каждый год. Из известных фильмов той эпохи – «Байду Бавра» (1952), «Два бигха земли» (1953), «Жажда» (1957), «Новый век» (1957), «Мать Индия» (1957), «Тот, кто управляет машиной» (1958), «Бумажные цветы» (1959), «Великий Могол» (1960) и «Ганга и Джамна» (1961). Посмотрев эти фильмы, вы сможете поддержать разговор об индийском кино того времени.

Сценаристы уже тогда были и остаются в Индии рок-звёздами. Их имена часто писали крупнее, чем имена режиссёров, поскольку именно диалоги делали актёров звёздами. Влиятельность актёров воспринималась по тому, как долго он говорил на экране, и каким популярным становился его диалог. Например, после выхода фильма «Тлеющие угли» в 1975 году запись одного диалога была продана более чем в 500 000 экземпляров. Однако 70-е годы запомнились сценаристам ещё и благодаря важному событию.

Первые сценаристы, которые писали как сюжет, так и диалоги, Салим Хан и Джавид Актар, стали знамениты благодаря своему тандему «Салим-Джавид». Они создали сценарии для величайшей кинозвезды Болливуда XX века Амитабха Баччана, который чаще всего играл персонажей с именем «Виджай», что означает «победа». Образ «злого молодого человека», борющегося с социальной несправедливостью, имел огромный коммерческий успех, становясь своеобразным индийским Суперменом. До 70-х годов в хинди-фильмах редко были активные герои, стремящиеся достичь конкретной цели. Герои Баччана первыми продемонстрировали стремление достичь цели любыми средствами.

Влияние образа Амитабха Баччана и его переосмысление в XXI веке дали удивительные результаты. Активный герой вышел на первый план, а вместе с ним и его желания, что менялись от декады к декаде. Отныне персонажи болливудских фильмов имеют не только две опции «Сбежать» или «Бороться». Они не бросают вызов патриархальным ценностям, а интегрируют их в современную культуру. Герои теперь не выдвигают собственные условия, терпение и диалог – вот их оружие. В эпоху глобализации наши герои сохраняют индийские корни и учатся всему новому у запада, стараются совмещать работу и семью, романтику и карьеру, лавируют между браком по расчёту и свободными отношениями. Новые индийские герои – те, кто на базе старого создаёт удивительное и гармоничное новое.

Индия долгое время не признавала необходимость чётких регламентов для написания сценариев. Сценаристов часто нанимали уже после начала съёмок, и они работали прямо на площадках, переписывая реплики и сцены. Но успешный опыт потокового производства Голливуда стал необходим для Индии, которая выпускала около тысячи фильмов в год. В 2004 году в FTII появился первый факультет сценарного мастерства, использующий американский и восточноевропейский опыт, включая советский. Тем не менее, профессия сценариста до сих пор не стала полной профессиональной нормой в Индии, скорее – исключением из правил, неким эфемерным образом рок-звезды, гуру и одновременно оракула. Возможно, это связано с тем, что в Индии появление человека искусства считается результатом божественного провидения, что делает любое вмешательство неуместным.