Рарас. Серые времена

– Только это заслужить надо. Спасти кого-то.

– Я понимаю и принимаю ваши слова. На этом и простимся.

– Парни, грузите туши! До свидания, отряд Мирэедана.

– Головы собраны? Значит, запрыгивайте в сёдла и домой.

– Есть.

Повстречав на пути только отряд гномов, Мирэедан и остальные подошли к воротам города.

– О, глянь! Ребятки головы свежайшие принесли, – хохотнул стражник.

– У тебя встаёт на них? Могу одну дать, не убудет.

– Ха-ха-ха, как скажет, а, Вероф?

– Ага, язык острее кинжала.

– Тех двух бездельников когда сменили?

– Часа три назад. Не люблю я ночью стоять, тут уж не будешь бездельником.

– Чего так? Лучники наверху бдят, похоже.

– Они расслаблены, а у меня… ничего не скажу, иначе опять сказанёшь что-нибудь.

– Шутки, подколы – и ничего такого.

– Только когда в духе. Проходите, нам много болтать запрещается.

– Спокойной вам ночи.

– Да какое там…

Не сходя с лошадей, отряд прошёл в город.

– Слушаем меня. Сейчас расходимся, а головы мне на лошадь перевешивайте. Сами —по домам или кабакам: мыться, отдыхать, лечиться. Сходите к лекарше, даже если ничего не болит. Я сам доложу обо всём. Прощаемся до завтра.

– А где вы будете? – спросила Симфея, когда Кхадив и Фадалин начали перетаскивать головы монстров с лошади на лошадь.

– А ты отдохнуть не хочешь?

Девушка промолчала.

– Ладно, до завтра, – буркнул Актобар, отъезжая в сторону.

– Всем спокойной ночи, мы завалили ту тварь! – заголосил Фадалин.

– Да, замочили! – поддержал Гвай.

Всадники повели лошадей к конюшне, а разговор Симфеи и Мирэедана продолжился.

– Я крышу присмотрел; сможешь забраться по лестнице, к тому же она пологая.

– Так ты думал о том же, о чём я все эти часы?

– Я нашёл место, где нам будет удобно вместе, и никто не придёт. А думать старался о том, как бы в челюсти и когти монстру не попасть, и только потом – о тебе. Это я… думаю правильно.

– Ты прав, а где это…

Через несколько минут

– Ух ты, каки-ие особи! А стержни, а уши, а пасть…

– Зубастые, Френгьель. Посчитай, я хоть цену буду знать за них. Может, после контракта в охотники-одиночки заделаюсь. И я тороплюсь.

– Посчитаю, Мирэедан, посчитаю. За головы всех слепцов – два с половиной серебряных, только налог – пятьдесят процентов. За дрекавака – пять. Тварь более опасная. Получается… так, тут… так и быть, полтора дам и пять… шесть с половиной серебром.

– В столице недели не проживёшь. Если не спать в подворотне.

– Ну так тварей полно, торгаши торговать хотят, а платить за охрану – хрен да ни хрена. Вечно жалуются: «Почему город так близко к болоту?» или «Почему столица – именно Инган?». Даже ворота со стороны полей не помогают.

– Тракт и так и так около реки идёт, всё равно что к болоту ветчину подвозить.

– Что правда, то правда. Ладно, топай, ты торопился вроде, а стоишь, болтаешь на темы простых рарас.

– Увидимся.

– Ага.

Подходя к назначенному с Симфеей месту, гоблин увидел такую картину: двое пьянчуг пытались договориться, чтобы снять её на час. Первый удар Симфея нанесла сама – прямой наводкой между ног, вторым был подлетевший Мирэедан, подаривший сильный пинок по ноге первому. Напившийся не удержал равновесия и упал на колени, за ним последовал сразу второй – тот получил навершием кинжала по шее.

– Конец ттебе, шлюха, и ттвоему дружку! – заплетающимся языком выдавил первый, которому девушка угодила по промежности.

– Приходи завтра к казарме охотников на чудовищ, вызывай отряд Мирэедана.

– Охотники? Бля, а мой кореш – только стражник. Ттогда уёбываем и просим прощения, ббухие, наппутали. Эй, говнарь, сын шлюхи, это ттвоя идея была, поднимайся!

– Пошёл на хер, я достаточно пьян и хочу полежать!

– Идём, это место не тут, – Мирэедан повёл девушку с одной из главных улиц дальше в проулок, и дальше, и ещё дальше, пока Симфея прямо перед собой не увидела лестницу. – Поднимайся первой, там светлее, чем здесь, и никого быть не должно.

– Тогда отвернись, видишь же, что я оделась не как на патруль! И как можно девушку в таком наряде спутать с…

– Они в дрова, а вечер ведь недавно начался.

– Ух ты, поднимайся быстрее! – Укромное место оказалось крышей высокого полузаброшенного дома.

– Нравится?

– Я живу в этом городе с рождения, но…

– Не бродила по самым страшным закоулкам?

– Да.

С крыши открывался вид на многие улицы и площадь, которую украсили к приближающемуся празднику. По кругу и в центре выставили больше факелов, а кроме обычных, были и магические. Огонь на них менял свой цвет.

Мирэедан подготовился: бутылка пунтового вина была припрятана среди мусора, а кулёк с нарезанными фруктами, среди которых были и пуссоны12, которые сильнее всего понравились ему, принёс с собой.

– Ты не против пить из бутылки? – спросил он, показывая припрятанное.

– Конечно, нет! Клади всё здесь и иди ко мне, выпить и посмотреть на город мы ещё успеем…

На следующий день отряд выстроился перед главой стражи.

– У меня для вас две новости. Вкусы у всех различные, так что по очереди. Первая! Теперь я не буду вас вести, поэтому представляю главу охотников на чудовищ, – сзади, где стояло сопровождение, вышел хисс в тёмно-жёлтом плаще. Мирэедан знал о способности этой расы, а также заметил, что эмоции главы охотников не меняются.

– Я Глеир.

– Даже без двух «с»?

– Ваш глава отряда – шутник? – хисс постарался проникнуть в голову гоблина.

«Отссосси, хиссссс», – зная про попытку проникновения в свой разум, подумал Мирэедан.

– Ваша работа: направлять их в нужную сторону от города – это на север или юг, а также выбирать время и следить, чтобы никто не напивался и всегда появлялся вовремя. Также надеюсь, что расовые способности не будут использоваться при наказаниях. Если оплошность серьёзная, докладывайте мне. Охотники, представьтесь, – попросил Агьяис.

– Мирэедан, ссерый, дальше.

– Симфея.

– Актобар.

– Фадалин.

– Кхадив.

– Силкон.

– Хорошо. И вот вторая новость: так как Гвай ранен и будет восстанавливаться с неделю, к вам будет прикреплён заменяющий. Выходи, Сзелит! – Оттуда же, откуда и глава охотников, вышел второй хисс, только гораздо младшего возраста.

– Нам не нужна замена, будем выходить вшестером, – возразил Мирэедан.

– Решения лорда не отменяются. Будете ходить неделю в таком составе. Дальше посмотрим, – сказал Глеир.

– Вот вы и взяли командование, а мне пора. Дела, знаете ли, – попрощался Агьяис.

– Итак, Сзелит, вставай в строй между гоблином и девчонкой.

– Мне плевать на вас обоих, пацан будет под моим управлением эту неделю, но встанет на место Гвая, то есть предпоследним.

– Вставай, куда я сказал!

Мирэедан достал кинжал; его красный глаз горел ярче, чем обычно.

–Ты не понял, хисс?

– Я стою над тобой, серый, так что слушай мой приказ!

– Клал я на твой приказ, прирежу как ссвинью.

– Тебе это легко не пройдёт!

– Пап, я встану где надо, не сто́ит.

– Сы-ын, да? Это было вполне очевидно, хоть отряды и разномастные. Надеюсь, Сзелит, ты окажешься разумнее отца. Вставай в строй. Отряд, уходим.

– Симфея, вы не могли бы остаться, нужно кое-что уточнить, – попросил девушку глава охотников Глеир.

– Нет, не может, мы уходим.

Немного позже, на тренировочной площадке

– Что за ублюдка нам представили?

– Не знаю, Акто. Давай спросим у сыночка? Расскажешь об отце?

– Я не могу.

– Блок поставил? Думает, ты слаб и быстро разговоришься, держит крепкой рукой. Держитесь вместе всегда, друг за друга. На мне его фокус не сработал, но ваши мысли и разумы открыты.

– Он пробовал свою силу на вас? – спросил Кхадив.

– Да, залез почитать и проверить что может, а что нет. А ты, Сзелит, тоже умеешь в головы влезать? Эмоции ведь не меняются.

– Плохо получается.

– Как к отцу относишься?

– Он перебарщивает иногда, это мне не нравится.

– Властный, значит. Чего же Агьяис и дальше не оставил нам свободу? Не следил ведь днями, что делаем. Этот, уверен, через десять минут прибежит. Сходим к нему, пока хисс-старший другие отряды донимает?

– Мы с вами, ибо враг на горизонте, как сказала бы моя тётка, – брякнул Фадалин.

Найдя Агьяиса, заходящего с двумя стражниками во внутренний двор дворца, Мирэедан оставил отряд недалеко от ворот, а сам зашёл следом, и вовремя.

– Я держу его! Убейте внучка, быстро! – послышался уже успевший надоесть всем голос хисса-старшего, который, насев на разум гоблина, держал его, не давая двигаться и говорить. Первый раз и правда был проверкой, лишь касанием. Теперь сила чувствовалась.

Внутри сражались Агьяис и два воина с парными мечами. Два сопровождающих его стражника были мертвы. Внук короля виртуозно сражался, но против двоих проигрывал.

«Ты не удержишь меня», – мысленно сказал гоблин.

«Не бойся, удержу, а потом скину смерть достопочтенного любителя разнообразия на тебя!»

– Чего, блять?

Пируэт, уворот, пинок одного, отражение атаки клинка другого… Они были быстры, но Агьяис, как мог, старался не уступать. Гоблин готовился выбраться из гипнотических оков и помешать убийству. Он специально пускал энергию по венам дальше, чем было возможно для его уровня. Мирэедан не мог кричать, но боль стучалась в стену, что выставил хисс. Кричал мысленно, всё сильнее и сильнее.

Затем раздался взрыв. Хисса откинуло в сторону, почти иссушая красной волной. Мирэедан, достав кинжал, побежал, словно вне времени. Секунда – и шея Глеира оказалась прорублена до позвоночника, ещё секунда в настоящем времени – и то же самое произошло с нападавшими на Агьяиса. Метр с одной стороны гоблина и с другой горел, обжигая исходящей энергией даже внука нынешнего короля.

Гоблин остановился; кинжал выпал из рук, его красный глаз затух, как и жар энергии. Мирэедан упал на колени и сразу уткнулся лицом в землю, застеленную травой. Последнее, что он слышал, был шум и крик боли от магического ожога на теле Агьяиса. Далее гоблин тоже потерял сознание.

Два месяца спустя. Пробуждение

– Здравствуй, Мирэедан, я бы дождался, пока ты будешь лучше себя чувствовать, но… Давай расскажу, что случилось, и от кого ты спас меня, – Агьяис сел напротив больничной койки гоблина и, подняв на Аомену взгляд, спросил: – Он точно меня слышит? Время дорого, я не могу повторять дважды.

– Да, король, я лично проверяла, он в сознании и слышит.

– Хорошо. Надеюсь, ты сбежал от Моругаса. Эта сила очень сильно побила твой организм; за меня не переживай – Аомена справилась с ожогами. Ладно, во-первых, я стал королём. Тех убийц послал мой отец. Идёт война с южными землями. Сурна и деревня Илиер уже потеряны, а скоро и Ласан возьмут. Он в осаде. Юг под контролем короля Эдгаса. Представь только, мой отец нанял убийц, чтобы убить меня и деда, объявил войну и уже назвал свою страну – страну светлоземцев, и только! Иэденра. Сотни повешены, зарезаны, а остальные бегут с юга. Гномы, орки, кадр'иры, хиссы и остальные. Не будь тебя… ты ведь знал, что после своего «скачка в пространстве», как говорит Аомена, ты будешь пребывать в долгом сне? Если хочешь знать, твои ребята… ходят на охоту, новенького передали в другой отряд, он лучше своего отчима, твой шестой… Гвай в норме, но… девушка, Симфея, серьёзно ранена на задании. Может умереть. Это был монстр, Аукин. Ты, Аомена, постарайся её спасти, думаю, только это его и держит здесь. Они вроде как были близки.

– Я говорила ему, чтоб не…

– Это их дело, они оба взрослых рараса.

– Сделаю, что только смогу.

– Вот что я хотел услышать. Ещё, Мирэедан, я теперь больше стражи за собой вожу… О, Окха13, как я благодарен этому гоблину! Я бы умер. А знаешь, почему всё началось? Возможно, ты и сам догадался бы. Мой отец ненавидит все расы, кроме своей. Он как те великаны на востоке Ариафа… – раздался стук в дверь. – Что там такое, заходи!

Внутрь прошёл воин.

– Мой король, поступили сведения, что Ласан захвачен почти без сопротивления, жители…

– Юг всегда отличался расоненавистническими настроениями, случались жестокие убийства мирных жителей разных рас. Аомена, ты была при моём деде советником, кроме того, что всех лечила. А сейчас и я нуждаюсь в твоём совете.

– Возможно, вам и народу не понравится то, что я скажу.

– Говори, Аомена.

– Могу посоветовать отдать нашу часть леса Алоре эльфам, может, кроме той части, где стоял Нимал. И можно подписать закон, который король Аймар и все правители до него не торопились подписывать. Отдайте Янор со всеми прилегающими восточными и северными лесами и землями оркам. У нас появится два союзника.

– Да, я тоже думал об этом. Так и сделаю. Готовьтесь предоставить мне документы о передаче территорий. Кроме того, откиньте войска врага и разрушьте оба моста через реку Туманная. Держите форты Беркард и Картард, а также дороги от Ласана и Филы в сторону Имриля. На этом пока всё. Я не дам отцу забрать север и выгнать нелюдской народ Маавиха с наших общих земель.

– Да, мой король, – воин, поклонившись, вышел из палаты.

– Мне пора, Мирэедан. Выкарабкивайся и помни, я, Агьяис Маавихский, остаюсь должен тебе. Всегда приму у себя лучше любого родственника. Теперь прощаюсь, – как только король вышел, заговорила чародейка.

– Я тоже тебя оставляю, но перед тем предупреждаю. Ещё раз ты направишь свою энергию так резко по непробитым венам – умрёшь, и притом мучительно. Через неделю, может, сможешь двигаться. А вообще откуда эта сила? Я слышала эту историю, парни из твоего отряда разболтали. Тот, которому я лицо сшила, и второй, Фадалин, кажется. Эльфийку насиловали серые, твоему отцу повезло, что она именно от него залетела? Уж не знаю, как вы это проверяли. Допустим, эльфийка обладала магией, но, чтобы поймать поистине сильную магичку… Ах, как же я могла пропустить – твоё имя! Мирэедан, «мирэ» – это ненависть, а «еда нэ» – «ты моя». Мать говорила эти слова, а гоблины слепили их вместе? Хотя это у южных лесных так читается, ты же можешь быть просто ненавистным, если… А и неважно. Мой эльфийский за полвека не стал лучше. Нужно чаще практиковать, а не с кем… В общем, интересный ты экземпляр для изучения, только вскрывать тебя запретили. Давно могла бы уже увидеть, как твой глаз так работает, какой у тебя источник, какая в нём концентрация энергии. Наверно, не работал над собой, а я могла бы помочь вывести тебя на средний уровень. Но ты не был хорошим гоблином. Ла-адно, я, наверно, понимаю, раз девушка в самом расцвете лет прыгает на тебя сама – тут не удержаться. Посмотрим на твоё поведение в будущем.

Ещё две недели прошло, прежде чем Мирэедан смог навестить Симфею. Она оказалась в сознании, но ему об этом не сказали.

– Зачем ты пришёл? Я теперь не такая, как раньше. Эти два шрама… через всё лицо, шею и ниже… Не подходи! Не надо на это смотреть! – Мирэедан, не слушая её выкриков, подошёл и сел с краю, проведя рукой сначала поверх одежды, а потом намереваясь запустить руку под неё. – Не надо, Мирэедан.

– Помолчи, какие-то шрамы – нам не помеха, и я уйду, если ты попросишь со всей уверенностью.

– Нет, останься! Поцелуй меня… дольше… – после пары минут поцелуев она продолжила: – Я боялась, что ты не проснёшься после того раза.

– А я боялся за тебя… Кто же допустил такую ошибку?

– Уже неважно, монстр был слишком силён. Поцелуй…

Кабак «Гамаюн», спустя полтора часа

– Здоров, Мирэедан, что будешь?

– Пунтовая выжимка есть?

– Ты спроси, чего нет! Сейчас налью. Значит, накидываться сегодня не хочешь? Кстати, давно тебя не видел.

– Я после случая одного долго в лазарете лежал, только сегодня сбежал. Расскажи лучше, что в мире творится?

– Слышал, что мы земли раздали – часть оркам и часть эльфам?!

– Могу в защиту сказать, что без союзников молодой король не справится. Если вас захватят, то…

– Да знаю, в таком случае из народа в моём кабаке только бродяга и доходяга останутся, и оба – светлоземцы! Лови тогда такую весть. Тоже не лучшая. Восточные великаны на запад пошли.

– Могли сразу, как война закончилась, напасть. Может, ждали, что те восстановят поля и животных? Сами восточные ведь на войну не ходили, сил накопилось немало. Но помяни моё слово, западные ведь товары всему континенту продают. Эльфы встанут на их защиту и до столицы не пустят. Потом великаны пойдут на Хиеккум, там города и деревни захватят, пошикуют на заготовках, пока маги темноземцев не придут и…

– Вот это ты дал… Эй, кто ставки на предсказание гоблина поставит?

– О, Мирэедан, как дела твои? – спросил орк за одним из столов. Весь зал кабака был заполнен беженцами, чуть ли не все разновидности рас пили и ели в этом заведении.

– Лучше, чем у вас. – Несколько секунд весь зал молчал.

– Ты хоть знаешь, серый…

– Знаю и прошу прощения от всего сердца.

– Ну и шутки у тебя. Значит, ставок не будет? Жаль.

– Какие ставки, Фергель, это большое и продолжительное событие, – сказал бледный ангал из угла помещения.

– Я как представитель банка Брегальда аи Вреда – кто не знает, это один из крупнейших банков – могу составить документ. Вписать имена и обозначить предмет ставки.

– Вот это чин чинарём, можно иметь дело с цивилизованной компанией и банком!

– Так что если кто-то победит, то ему монеты в любой стране отдадут?

– Верно, господин хисс. – И тут ставки полетели.

– Ставлю на то, что великаны с запада обосрутся, и их страну захватят, верно же, Мирэедан?

– Да, а вот мой мешочек на своё же предсказание. Сотня серебром. – Гоблин отдал большую часть того что имел.

– О-о-о! Вот это серьёзно, господин гоблин, – сказал орк-банкир.

– Ваотгерд из Караха, полсотни на то, что великаны возьмут всё-таки столицу западных своим количеством.

– У меня немного осталось после погрома на юге, но десятку на то, что маги получат от великанов, поставлю.

– На гоблина, двадцать две медные… Ну а чего, я голым бежал. Всё, что у бабы со стола ухватил, так и вышел в окно. Тогда её прикончили, я слышал крик. Теперь с гномами спать воспрещается законом – в общем, как и со всеми другими нелюдями.

– Всё слабо у вас; три сотни серебра против гоблинского слова.

– На это уже дом в городе можно взять! Принимаю ставку. – Прошло ещё несколько ставок, и гоблин, уставший от болтовни, вышел на улицу, вдохнул и побрёл к одной из своих крыш, на которых спал.

На следующий день Мирэедана принял король Агьяис.

– Здравствуй, Мирэедан. Ты не в очень хорошем настроении, как я вижу.

– Я хочу уйти, Агьяис, я измотан жизнью в городе. Столько раз, как здесь, я не пользовался силой в таком виде.

– Этот контракт давно сожжён, а на твой счёт переведены ещё три сотни в серебре. Это не значит, что я откупаюсь от тебя. Моя благодарность…

– Я вот что хотел сказать, кроме как попросить поблагодарить о благодарности за оплату работы и просить моей отставки. Прими мою рекомендацию: возьми ребят на службу по твоей защите. Я учил их сражаться со всеми расами, можешь проверить. Каждый отделает двоих, а то и троих из твоей стражи.

– Лучшей рекомендации и быть не может. Я приму их и проверю. Ты сегодня уезжаешь?

– Да, король.

– Тот доспех твой, как и Нимальской породы конь – забери их. Провизию сейчас же подготовят.

– Я благодарен.

– Не за что, я свою жизнь оцениваю в большее. Ступай. Захочешь вернуться, двери для тебя всегда открыты. Прощай.

– Прощай, Агьяис, – гоблин по-настоящему, как своему королю, поклонился и вышел.

Через время. У ворот, выходящих на сторону болота

– Вы уходите? – спросила Симфея, стоя за спиной Мирэедана со всеми охотниками из отряда.

– Не проси меня, Симфея, я не могу остаться, но и прийти проститься не мог. Прощения я тоже не прошу. Я слабак и мерзавец. Отряд, я рад был с вами работать и тренировать вас. Вы показали городу, что со мной можно ладить, и я не кусаюсь, показали мне…

– Я увидел в вас гораздо больше, чем серого гоблина, и всю жизнь буду помнить, – сказал Актобар.

– Надеюсь, мы ещё встретимся, ведь мир не настолько велик, чтобы понадобилась вся жизнь на обход каждого города.

– Я готов был и буду идти за вами!

– Спасибо, Кхадив.

– Теперь мы будем защищать нового короля, осталось только пройти проверку. Вы нас учили сражаться с рарасами больше, чем с монстрами, мне ещё тогда показалось это странным, но теперь я благодарен.

– Поддерживаю слова Гвая.

– Приезжайте, мастер Мирэедан, – добавил Силкон.

Девушка подошла и, обняв, поцеловала гоблина на прощание, подарив ему долгий и страстный поцелуй. Последний.

– Прощай, – сказала она, и из её глаз полились слёзы.

Два дня спустя

– Девочка моя, ты так ему и не сказала?

– Я не хотела его останавливать таким способом, и я всё ещё думаю, что что-то пойдёт не так из-за этих ран.

– Оба серых в тебе здоровы, но ты можешь от них избавиться.

– Нет, никогда! – глаза девушки словно вспыхнули красным огнём, но лишь на долю секунды.

– Дура, ты что, думала, что этот вечный бродяга останется в городе, и что кто-то его удержит? Теперь он оставил тебе детей и даже не знает о них!

– Не говори никому, мама и бабушка мне помогут, мы вырастим их… Я вот ещё думала, может, он стал таким отстранённым из-за шрамов?

– Вот в чём в чём, а это не так: он – гоблин, и растаял от твоей ласки. Какие-то шрамы ему не помеха.

– Он так же сказал. А вообще, не будь у меня родственников, я бы пошла за ним.

– Девочка ты моя, иди сюда, – Аомена нежно обняла Симфею. Так они просидели больше часа, разговаривая о разных вещах: о здоровье, о том, как надо будет ухаживать за гоблинами-полукровками, отличаются ли они от человеческих детей в этом, о том, как скрывать то, что у неё будут дети.

Раздался стук в дверь.

– Кто там, мать вашу, я занята!

– Госпожа, тут банкир носится и ищет некую Симфею Астранид.

– Это ты?

– Да, но меня никто не должен искать, особенно банковские.

– Пусть заходит, она у меня! – за дверью послышался призыв, и она открылась.

– Прошу прощения за вторжение, уважаемые госпожа Аомена Феиромехт и Симфея Астранид, но банковское дело точное и не терпит отлагательств. Я, Бегдан имель Сарантис, говорю от имени…

– К делу!

– Да, конечно. Господин Мирэедан передал свой счёт на триста серебряных винм'ир в ваше полное управление. Письма не оставил. На этом всё, откланиваюсь, дамы.

– Спасибо, Бегдан, – орк после поклона вышел из кабинета чародейки, а стражник закрыл за ним дверь.

– Зачем, я же не какая-то…

– Помолчи, он обеспечил вам хорошую жизнь и, я, уверена, это не всё. Я была о нём худшего мнения. Видимо, поддержку от нового короля передал. Прими их, не будь ещё большей дурой.

– Приму и буду тратить аккуратно, они нужны его детям. Аомена, ты не уедешь из города?

– Если король не справится, свою подругу и её семью я смогу перенести в безопасное место.

– А кто это?

– А с кем я провожу свободные часы времени, кроме тех, что посвящаю остальным больным?

– Я думала, что я просто пациентка для тебя.

– Перестану называть тебя плохо, иначе замкнёшься в себе. Но нет, ты мне интересна. Придёт время, и я помогу вам с мамой и бабушкой. Это будет интересный опыт: смешение человеческой крови и крови гоблина-полукровки с магическими способностями… Когда ты рассердилась на меня, твои глаза вспыхнули огнём, но лишь на мгновение, как его левый. У меня к тебе ещё вопрос, Симфея: тебе ведь рассказали, что его племя делает в свободное от грабежей время?

– Да, про похищения и насилие над женщинами. От ребят узнала.

– А что если он сделал так же, только помягче?

– Он не хотел близости, он ненавидит свою расу, и я верю в это. Сменим тему…

– Ладно, давай ещё поговорим, и я тебя спать уложу, ты почти готова.