Я – приемный сын
- -
- 100%
- +
Довольно скоро после вылета мы оказались в зоне едва ли не самой сильной турбулентности, какую мне только доводилось испытывать. Было не по себе, но, к счастью, болтанка продолжалась недолго, и все мы смогли отдохнуть. В Москве мы оказались в четверг утром и, несмотря на задержку, укладывались в график. В аэропорту нас встретил ассистент продюсера и, поскольку со всеми документами у нас был полный порядок, мы без проволочек прошли досмотр.
Для меня это был второй визит в Россию за два года – почти день в день. Пока мы ехали в отель, сопровождающий рассказал, каким видится наше участие в шоу. Съемка очередного выпуска ток-шоу должна была состояться уже завтра. Для нас все было распланировано до последней минуты. Я знал, что Михаил и Татьяна уже в Москве, но меня предупредили, что увидеться с ними можно будет только на передаче. Мама и папа рассчитывали познакомиться с ними сегодня же вечером, но пришлось смириться с требованием организаторов.
Стоял ноябрь, на улице было очень холодно. Я хорошо помнил, как мерз во время первой поездки, и радовался тому, что номера в нашем отеле оснащены кондиционерами, в это время года работающими на обогрев.
Мы дружно решили считать, что сейчас вечер, и разошлись по номерам – мама и папа к себе, мы с Маргаритой – к себе. Родителям я сказал, что они и опомниться не успеют, как вернутся в Новую Зеландию. Такого напряжения, как в прошлый приезд, не испытывал, но все же мы все спали плохо: родители очень устали от поездки, я же не мог заставить себя не думать о новой встрече с биологическими родителями и о выступлении на ТВ. Несколько раз за ночь я просыпался и видел в окне ряды совершенно одинаковых жилых многоэтажек. Отель, в котором мы остановились, находился в центре Москвы, огромного города, который никогда не спит. Гул проезжающих машин в конце концов убаюкал нас.
Утром я проснулся первым, готовый ко всему, что припас для меня наступивший день. Мама и папа элегантно оделись и, хоть и предвкушали знакомство с моими биологическими родителями, мечтали о том, чтобы этот день поскорее закончился. Признаться, я полностью разделял их желание. Позавтракав, мы отправились на такси в телестудию. По дороге продюсер объяснил нам, что мы примем участие в популярнейшем из российских телешоу. В здании мы предъявили наши паспорта и принялись ждать приглашения в студию. Мне дали наушник, чтобы я мог слышать синхронный перевод. Скоро должен был появиться ведущий шоу. Нервы у меня сдали, и я принялся расхаживать по студии в ожидании начала. Я ходил кругами, пытаясь осознать все происходившее и предстоящее. У меня все еще не было уверенности в том, что я верно поступаю, участвуя в этом шоу.
Я знал, что с другой стороны студии ждут Татьяна и Михаил. Для пущей интриги продюсеры продолжали прятать нас друг от друга. В студии присутствовали зрители – в основном женщины. У всех был такой вид, будто они предпочли бы оказаться где угодно, только не здесь, и я, хоть и нервничал, не мог сдержать смеха.
Организовано все было просто великолепно. Мне дали сигнал, что съемка начнется через минуту, и я сосредоточился, внимательно слушая переводчика, который говорил со мной в режиме реального времени. Я так волновался, что поначалу даже забыл, что участвую в русскоязычной телепередаче, но тут камеры задвигались, и все началось по-настоящему. Ведущий вошел в студию и представил тему шоу.
Для начала на большом экране показали отрывок из любительского фильма с эпизодами из моего детства. Эти трогательные кадры, напомнившие мне, помимо прочего, и о том, как мне повезло с моими нынешними родителями, прекрасно походили для старта программы. Затем ведущий сел рядом и начал задавать мне вопросы. Сосредоточившись на голосе в наушнике, я рассказывал свою историю. После разговора о моей жизни, ведущий пригласил в студию Татьяну. Прежде я видел ее лишь в свой приезд в 2013 году. Она поднялась на сцену, улыбаясь, подошла ко мне и обняла. Я был рад встрече, ведь после первого знакомства было неясно, увидимся ли мы когда-нибудь еще. На сей раз я волновался не так сильно но чувствовал, что мне нужно поговорить с ней подольше, более обстоятельно, и не знал, удастся ли нам это. Она же казалась бодрее и спокойнее, чем при нашей первой встрече. Я предложил ей сесть рядом со мной, но ведущий проводил ее к другому диванчику.
На вопрос, как она живет, Татьяна ответила, что у нее все хорошо. Глядя на нее, я гадал, что же могло происходить с нею за два минувших года, когда я почти ничего о ней не слышал. Как только мы оказались в одном помещении, у меня возникло множество вопросов к ней. Мне хотелось узнать, почему же она уклонялась от общения. Да, у нее была своя жизнь, у меня своя. И я знал, что счастлив быть тем, кто я есть, и иметь своих нынешних маму и папу, но мне никак не давала покоя мысль о том, что Татьяна почему-то не хочет со мной общаться. Татьяну расспрашивали о том, почему она оставила меня в роддоме, и она, как и раньше, объясняла это тем, что те времена были очень тяжелыми для нее, как и для очень многих, кому выдалось тогда рожать. Но она так и не сказала, почему не известила о беременности и появлении ребенка моего биологического отца, да и в дальнейшем не дала внятного ответа на этот вопрос. Ведущий задавал Татьяне много вопросов, а потом повернулся ко мне. Я рассказал, что теперь у меня все хорошо, что жизнь идет своим чередом, и все мы рады, что удалось установить связь, а прошлое – в прошлом. По сигналу ведущего для Татьяны запустили отрывок из фильма о моей жизни в Новой Зеландии, чтобы она смогла посмотреть, как я рос.
Я знаю, что Татьяна радовалась тому, что меня усыновили, и считала, что она поступила тогда совершенно правильно. Было заметно, что ей понравилась история моего взросления. Когда ее спросили, что она думает о Новой Зеландии и моих теперешних родителях, она сказала, что они отлично справились с моим воспитанием.
Затем в студию пригласили мою маму, Джанис Гилберт. Она прежде всего поздоровалась с Татьяной, которую я к тому времени уговорил пересесть ко мне, чтобы не сомневаться, что с ней все в порядке. Мне казалось, что все происходящее давалось ей нелегко. Потом вышел мой биологический отец Михаил. Съемка продолжалась, а я все думал о том, что произошло много лет назад и о том, что мои биологические родители не могли и предположить, что снова встретятся спустя такой срок. Михаил появился с букетами для моей мамы и Татьяны. Мне было известно, что его нынешняя жизнь совсем не похожа на ту, которую он вел прежде, поэтому не может воспринимать Татьяну как свою утраченную любовь, так что не следует ожидать вспышки эмоций, слез и воспоминаний. Михаил подошел к Татьяне, вручил цветы, спросил, как она живет, и я видел, что это было ей приятно. Кстати, Татьянина личная жизнь тоже изменилась с момента нашего с ней знакомства: тогда она была замужем за мужчиной по имени Андрей, но теперь с ней был другой мужчина, моложе ее – лет тридцати с чем-то, мы познакомились с ним в тот же день ближе к вечеру. Михаил уселся и рассказал о том, как знакомство со мной сказалось на нем и его семейной жизни. Ведущий спросил, как бы он повел себя, если бы Татьяна тогда рассказала ему о моем существовании. Михаил ответил также, как и мне два года назад: непременно вырастил бы меня сам. Вряд ли он сможет когда-нибудь простить Татьяну за то, что она скрыла от него беременность, эта мысль терзала его с тех самых пор, как он узнал обо мне. Я понимаю, что любой отец будет потрясен, узнав, что у него есть ребенок, о котором он никогда прежде не слышал. Как и Татьяна, он поблагодарил моих родителей и сказал, что они прекрасно справились со своей задачей. Мои папа и мама тоже были очень рады познакомиться, наконец, с Михаилом и Татьяной.
Для меня был подготовлен еще один сюрприз: в студии присутствовал Артем, еще один сын Михаила, с которым я прежде не был знаком. Я подошел к нему, и мы поздоровались. Он совершенно не знал английского, я же практически не владел русским языком. Тем не менее эта встреча очень меня обрадовала.
Съемка, продолжавшаяся несколько часов, наконец-то подошла к концу. В завершение показали видеозапись девушки из США, опубликовавшей свою историю в I'm Adopted. Она всю жизнь хотела отыскать своих биологических родителей, живших в России. И сейчас она с большого телеэкрана студии благодарила меня за создание сообщества, где приемные дети могут обмениваться жизненным опытом и общаться друг с другом. Я с гордостью увидел, что мой проект уже помогает людям со всего мира. Зрители зааплодировали, и шоу закончилось.
Продюсер проводил нас в помещение за студией, где мы все могли поговорить без камеры. Михаил привел туда всю свою семью, а Татьяна – нового бойфренда. Михаил подготовил подарки для всех (впрочем, мы тоже). Было хорошо наконец-то пообщаться всем вместе – ведь, хотя прошло всего два года, многое успело перемениться. Мы сфотографировались, а потом нас попросили покинуть комнату, так как она требовалась для съемок другого эпизода. Татьяна говорила мало, но все же сказала, что рада новой встрече со мной. Для меня же этот момент был полон эмоционального накала. Впервые все наши семьи собрались в одном помещении. И снова происходившее показалось мне сюрреалистическим – очень странно было видеть, как мама и папа разговаривают с моими биологическими родителями.
Конечно, с помощью Маргариты и еще нескольких человек, способных переводить, я понял, что разговор сводился к вопросам о том, кто как живет и как папе и маме нравится в Москве. Но мне было важно увидеть, как все эти люди знакомятся. Это стоило каждой потраченной минуты.
Татьяна попросила меня когда-нибудь еще раз заехать к ней. Завтра ей нужно было выходить на работу, поэтому предстояла продолжительная поездка домой, в Рыбинск. Мы довольно скоро попрощались с ней и ее спутником. Взяв цветы, она уходила по коридору телестудии, а я провожал ее взглядом и думал, увидимся ли мы когда-нибудь снова. Мне она сказала, что у нее все хорошо, но я подумал, что она могла чувствовать себя лишней.
Оставалось надеяться, что новый спутник жизни позаботится о ней. Все оставшиеся согласились немного погулять по Москве, а потом поужинать где-нибудь всем вместе. На улице оказалось холодно, и хоть мы с мамой и папой считали, что хорошо подготовились к русской погоде, пообещали себе в следующий раз одеться еще теплее. Впрочем, как бы там ни было, сегодняшний вечер следовало использовать максимально продуктивно, поскольку уже завтра пора было улетать.
Взяв такси, мы отправились на Красную площадь, о которой много слышали. В 2013 году у меня не хватило времени посетить эту часть города, и я хотел наверстать упущенное в нынешнем путешествии. Прогулявшись по Красной площади, мы почувствовали себя отдохнувшими, но проголодались и нашли хорошее место для обеда. У каждого из нас были вопросы друг к другу, но приходилось сдерживать нетерпение, поскольку единственным переводчиком была Маргарита.
Глава 13
Прощание с Москвой
Мы довольно долго сидели, болтали и веселились, но в конце концов настало время прощаться. Телегруппа поселила Михаила с его семьей и нас в разные гостиницы, что бы мы не встретились до начала съемок. Все готовилось втайне от нас, так что наши реакции в передаче оказались спонтанными – что от нас и требовалось. Я задумался о том, что как же хорошо получилось, что все обрадовались этой встрече и поладили между собой.
Проснувшись на следующее утро, мы спустились к стойке портье, чтобы вызвать такси и отправиться в ближайший торговый центр. Мы с Маргаритой должны были улететь вечером, а мама с папой оставались еще на несколько дней, чтобы посмотреть Москву. Такси оказалось дешевым, но с сумасшедшим водителем. Я заметил, что на его машине не было никаких обозначений, и усомнился в том, что нам подали зарегистрированное такси. Я переживал из-за этого, но молчал, а когда машина буквально на сантиметр разминулась с мчащимся навстречу грузовиком, даже зажмурился.
Мы приехали в торговый центр в удачное время – думаю, в тот день мы оказались там первыми покупателями. Мне не очень нравится ходить по магазинам, это занятие быстро надоедает, поэтому мы с папой расположились снаружи и все утро прождали маму и Маргариту. Получилась хорошая передышка после вчерашнего напряженного дня. При этом мы внимательно следили за временем, поскольку после ланча нужно было вернуться в отель, сложить вещи и отправляться в обратный путь. Трудно было поверить, что наше время уже пролетело и пора возвращаться в Новую Зеландию. Я с удовольствием задержался бы подольше.
Прибыло такси до аэропорта. Было очень странно понимать, что я оставляю родителей одних, посреди Москвы, и несколько дней не буду получать от них никаких известий. Мама и папа все еще ждали подтверждения своих обратных билетов, но нас заверили, что они получат все, что нужно, уже во второй половине дня. Мы попрощались, и я попросил их связаться с нами, как только мы вернемся в Новую Зеландию. Путешествие вышло совсем коротким, зато весьма удачным, так что я был готов оправиться домой. По пути в аэропорт я отправил маме сообщение, в котором напомнил, чтобы она проверяла электронную почту, и пожелал, чтобы их экскурсия по Москве прошла удачно.
Движение на шоссе из Москвы было ужасающим, как будто все жители города решили одновременно с нами поехать в аэропорт. Потратив на поездку около часа, мы наконец прибыли и кратчайшим путем отправились к стойке регистрации. Все рейсы вроде бы вылетали без задержек, и мы встали в медленно двигавшуюся очередь. Сотрудник за стойкой спросил, есть ли у меня новозеландская виза; пришлось потратить некоторое время на объяснения, но, к счастью, никаких проблем не возникло.
Как и в прошлый раз, покидая Россию, я пожалел о том, что мой приезд сюда оказался таким недолгим. В следующий раз, решил я, нужно выкроить побольше времени и посетить мой родной город – Архангельск. Михаил очень гордился городом, где он вырос и много рассказывал о нем. От него и его семьи я получил много архангельских сувениров и считал, что там обязательно нужно побывать.
Первый самолет должен был доставить нас в Гуанчжоу. Нам с Маргаритой хотелось поскорее оказаться в привычном часовом поясе. В Москве мы пробыли так мало, что не успели перестроиться на местное время. Пока мы ждали пересадки на рейс в Окленд, я успел позвонить родителям. У них все было хорошо, экскурсия по Москве очень понравилась. Мы же, в конце концов, погрузились в самолет, чтобы преодолеть последний отрезок пути и завтра, в семь утра, приземлиться в Окленде. Мы пытались поспать, потому что сразу по прилете, быстро распаковав вещи, должны были отправиться на учебу и работу.
Когда мы приземлились в Окленде, мне меньше всего на свете хотелось на работу. Хотелось остаться дома и просидеть там целый день. Зато очень приятно было покинуть самолет, выйти из аэропорта и вдохнуть свежего воздуха!
Увидев меня, сослуживцы дружно решили, что я сошел с ума, раз вышел на работу в этот понедельник. Я был с ними полностью согласен: к ланчу усталость все же взяла свое, я буквально засыпал на ходу. Так что я отпросился и поехал домой – отсыпаться. Еще я поговорил с мамой и папой; они, очень довольные поездкой, уже находились в московском аэропорту и должны были вот-вот вылететь в Новую Зеландию.
Через неделю после возвращения мы снова втянулись в повседневную рутину. Мама и папа уехали домой в Фангареи, и все пошло так, будто мы и не уезжали.
В начале декабря ко мне обратилось TVNZ, желавшее снять репортаж о моей недавней поездке. Шоу, снятое в России, еще не показали, и я терпеливо ждал его выхода в эфир. В TVNZ также хотели посмотреть этот выпуск, в России же его показ постоянно переносился. Оставалось только ждать. Команда TVNZ ушла на каникулы, а мы решили собраться на Рождество и Новый год у моих родителей. В это время я получил долгожданное сообщение: мой сюжет покажут за несколько дней до Рождества. Я даже смог посмотреть анонс этого выпуска, так что сомнений больше не оставалось.
Из-за того что в России много часовых поясов, передача должна была идти ночью. Я решил посмотреть тот повтор, который предназначался для Москвы и Санкт-Петербурга, – в шесть утра по новозеландскому времени. Накануне я хотел как следует выспаться, но меня преследовали мысли о грядущей трансляции. Я не очень хорошо помнил, что говорилось во время съемок, и лишь надеялся, что не ляпнул ничего неуместного. Около десяти вечера появились сообщения от жителей Владивостока, смотревших передачу. Было очень грустно, что ее невозможно посмотреть онлайн и приходится ждать до утра, когда в интернете пойдет московская трансляция.
Я не мог даже предположить, как шоу повлияет на общественное мнение, и сколько людей его увидят. Проснувшись до будильника, я в оставшееся до 6 часов время читал на телефоне сообщения и комментарии. Полчаса прошли незаметно, тем более, что по телевизору показывали другое шоу – о внезапных браках незнакомых прежде людей. Мне показалось довольно странным, что именно эта программа предваряет передачу, в которой затрагиваются такие истории, как моя. В рекламных перерывах я с удовольствием видел фотографии своих родных.
Мне казалось, что съемки прошли давным-давно. Я смотрел, как захожу в студию, и напоминал себе, что то же самое видят более четырех миллионов человек.
Отовсюду ко мне сыпались сообщения. Я же думал о том, насколько сильно отредактирован первоначальный материал, но по сути в нем вроде бы ничего не изменилось.
Когда на экране появилась Татьяна, я забеспокоился. Я помнил, что несколько трудных вопросов поставили ее в тупик. Глядя на экран, я понял, насколько тяжело далась ей съемка, и жалел, что все происходило именно так. Я подумал даже, что для нее, может быть, лучше всего было бы вовсе не участвовать в шоу, но напомнил себе, что на это она решилась сама, без всякого нажима. Ей предложили – она согласилась.
Я смотрел шоу как смотрел бы фильм о себе. Одновременно мой телефон буквально разрывался от сообщений и звонков, и я отключил его. Час, отведенный на шоу, пролетел незаметно, и я вновь включил телефон, чтобы изучить отклики. Они, в большинстве своем, были положительными; особенно меня порадовало, что никто не обратил внимания на то, как неловко ощущала себя Татьяна. Я знал, что поступил правильно: родители были рады знакомству с моими биологическими родителями. Это было невероятное событие, определенно изменившее мою жизнь.
Когда я приступил в тот день к работе, Россия начала отходить ко сну, и поток сообщений ослабел, хоть и не прекратился совсем. Отклик казался грандиозным – более 200 сообщений. Время для выхода передачи оказалось очень удачным, так как на следующий день на работе состоялась рождественская вечеринка, то есть мы работали всего полдня, благодаря чему у меня было больше времени для чтения сообщений – люди делились своими впечатлениями о шоу; многие спрашивали, не могу ли я помочь им найти родственников. День прошел быстро, а рождественская вечеринка – весело. Работа в этом году закончилась.
Я был готов к рождественским и новогодним каникулам. Мне хотелось, чтобы 2016 год оказался важным для проекта I'm Adopted, и знал, что могу добиться исполнения своего желания. Погода стояла замечательная, но настоящих каникул у нас не получилось. Маргарита поспешно переводила шоу на английский язык, я же обдумывал пути развития I'm Adopted.
Мы всей семьей праздновали Новый год и слушали, как часы били полночь. Я был очень доволен тем, как прошел 2015 год. В ту ночь мне было что праздновать.
Глава 14
Цели
Развивать мой проект было крайне непростой задачей, даже с учетом могучих возможностей Google Translate. Я, конечно, подумывал о том, чтобы использовать в I'm Adopted и другие языки, что расширило бы охват желающих отыскать свои корни. Со мной связались несколько человек, готовых перевести уже имеющиеся на сайте биографии для родившихся в России англоязычных приемных детей по всему миру, и… В один прекрасный майский день русскоязычная версия I'm Adopted заработала!
Меня радовала возможность публиковать новые биографии, которые теперь поступали ко мне чуть ли не ежедневно. Весь месяц я, приходя с работы, садился писать для I'm Adopted. Я сосредоточился на том, чтобы предоставить читателям максимум информации и открыть как можно больше ресурсов. Рассказывать о том, где искать, как искать и даже искать ли вообще. Эти вопросы задавали мне всегда. Показателен случай с одной русской девушкой, удочеренной в Новую Зеландию. Для поисков своих биологических родителей она обращалась к частному детективу, который в итоге не смог ей помочь, и решила рассказать о себе на странице I'm Adopted. Текст и фотографии были размещены и на английской, и на русской версии сайта – а дальше история разошлась по миру, как лесной пожар. Ее распространили несколько мелких новостных агентств из России, а отклик на нее продемонстрировал всю мощь социальных сетей. На сайт посыпалась информация, и уже примерно через месяц девушка напала на след. Я получил от нее письмо, в котором она благодарила меня за то, что я сделал этот ресурс. Ей самой не верилось, что все получилось!
Каждая история, каждый поиск не похожи на другие. Реальность состоит в том, что не все приемные дети находят именно тех, кого ищут, – здесь все сложно… Но удачный результат вызывает совершенно невообразимое ощущение.
Я был доволен тем, как шли дела. Люди выкладывали свои истории и делились источниками информации. Были и те, кто не желал обнародовать свою биографию и вести поиск публично, но тогда они могли пользоваться материалами, имевшимися на сайте и странице Facebook.
В июне газета New Zealand Herald взяла у меня еще одно интервью, уделив особое внимание проекту I'm Adopted. Мне задавали обычные вопросы: сколько человек примкнули к моему начинанию и как оно в действительности помогает приемным детям. Мне было приятно рассказывать о своем проекте, ведь благодаря таким интервью о нем узнавало все больше народу. Вскоре после этого я решил организовать третью встречу I'm Adopted. Она была назначена в местном парке, и я, как обычно, гадал, появится ли вообще хоть кто-нибудь. Все прошло замечательно – народу собралось столько же, сколько и всегда, к тому же появилось несколько новых лиц. После этой встречи пришло время подумать о важной дате – первом дне рождения I'm Adopted. Проект очень много значил для меня, и я гордился тем, что имею возможность отпраздновать годовщину помощи людям. Праздник должен был отличаться от уже состоявшихся встреч, и я нисколько не сомневался в том, что смогу его устроить – и устроить хорошо. Подруга Маргариты подыскала подходящее место и договорилась об участии нескольких ораторов и почетных гостей. Присутствовать должны были не только приемные дети, но и семьи, уже воспитывавшие кого-то или думавшие об усыновлении.
Не успел я оглянуться, как подошла назначенная дата. Почти все было готово. Рано утром я отправился на место предстоящего события, чтобы расставить оборудование, проверить микрофоны и подготовить все для видеопрезентации, и очень расстроился, обнаружив, что с видеопроектором возникли трудности. Из Фангареи приехали мама и папа, а я думал лишь о том, как наладить не вовремя забарахлившую технику. Проблемы нам были совершенно не нужны, поэтому я заставил себя успокоиться и сконцентрироваться на их решении. Дело в том, что имеющийся у нас кабель оказался несовместим с проектором, но, к счастью, у меня была с собой камера, с помощью которой можно было показать презентацию. Теперь все было готово.
На праздник пришло много людей, желающих узнать, что такое I'm Adopted» и зачем я затеял все это. Главным вопросом вечера было: «Как ваш проект реально помогает приемным детям?».
Я всегда нервничаю перед публичным выступлением, но стоит мне только начать говорить, как все волнение моментально проходит. Я уверенно вышел на сцену и объявил программу вечера. Затем выступали приемные дети – говорили от души, вдохновляя аудиторию своими историями. Исполнительный директор ICANZ Венди Хоук рассказала о работе своей организации и статистике международного усыновления внутри и за пределами Новой Зеландии. У Венди самой были приемные дети, а в качестве администратора ICANZ она оказывала помощь многим новозеландским семьям. Посетил вечер и Тодд Барклай, бывший депутат парламента, которого я знал с детства. Хоть у Тодда и не было приемных детей, он в тот вечер проявил себя искренним сторонником нашего дела. После выступлений был небольшой фуршет.
Вечер, безусловно, удался. Я беспокоился по поводу количества гостей, их состава и даже по поводу того, правильно ли рассчитал время выступлений, но никаких накладок не случилось, а количество собравшихся порадовало меня. И главное – первая годовщина I'm Adopted не прошла незамеченной. Разве что у меня было легкое чувство досады от того, что подготовка к мероприятию заняла много времени, а вот само оно прошло слишком уж быстро. Придя домой почти в полночь, я сразу же выложил в сеть фотографии с нашего юбилея.