Свадебное свидание

Jasmine Guillory

The wedding date

Copyright © 2018 by Jasmine Guillory

© Нина Семенова, перевод, 2022

© ООО «Издательство АСТ», 2022

Дизайн обложки: Юлия Межова

1

В тот вечер четверга, заходя в отель «Фэйрмонт» в Сан-Франциско, Алекса Монро была в любимых красных туфлях на каблуках, слегка нервозная от кофе и с бутылкой шампанского «Вдова Клико» в сумочке. Она достала телефон, чтобы написать сестре, Оливии, пребывавшей наверху, в одном из номеров.

«Сажусь в лифт!!!»

Оливию всегда нужно было несколько раз предупреждать заранее. И без разницы, что ее совсем недавно сделали партнером в юридической фирме в Нью-Йорке: некоторые вещи не меняются.

«О нет, я только в душ собралась».

Алекса получила ответ, как раз заходя в лифт. Усмехнулась, нажимая на кнопку нужного этажа, – смех успокоил тревогу. Она с нетерпением ждала этой вечеринки со старшей сестрой, даже несмотря на… нет, возможно, как раз потому, что их отношения через столько лет все еще оставались непростыми.

Лифт взмыл в воздух гладко и бесшумно, как и поступают лифты в дорогих отелях, а Алекса тем временем в третий раз проверила сумочку, чтобы убедиться, что не забыла крекеры и сыр бри. Им по-любому понадобится закуска перед ужином: не хотелось, чтобы шампанское сразу ударило в голову. Жаль, что испечь брауни вчера вечером она не успела. Оливия обожает ее брауни.

Она отыскала сыр с крекерами в углу сумочки придавленными тяжелой бутылкой. Тут лифт дернулся и встал. Мгновением позже погас свет.

– В чем дело? – вслух спросила Алекса сама у себя.

Несколько секунд спустя зажглось аварийное освещение, но лифт не двинулся с места. Алекса поглядела вверх и по сторонам и тут же подскочила на месте: в противоположном углу кабины стоял мужчина с чемоданом.

– Вы что, все время тут были? – спросила она.

– А кто я, по-вашему, – джинн? – ухмыльнулся в ответ тот.

– Вообще, на джинна вы, пожалуй, не очень похожи.

Он был высоким, светлокожим, но с загаром, взъерошенными темными волосами и примерно дневной давности щетиной на месте бороды. Алексе вдруг захотелось приложить к его щеке ладонь, чтобы проверить, насколько она колючая. Как она вообще могла не заметить такого мужчину рядом с собой в лифте?

– Наверное, за это я должен сказать вам спасибо. Но ведь и джинн так сказал бы, не так ли? – заметил мужчина. – Вы, случайно, не страдаете клаустрофобией?

– Э-э, не думаю. А если бы я сказала, что страдаю, вы бы воспользовались своей джинновой магией, чтобы вызволить нас отсюда?

Он рассмеялся:

– Похоже, теперь вы так и не узнаете, есть ли она у меня.

– Ну, мне однажды делали МРТ, – сообщила Алекса, – и лежать в этой тесной машине было вовсе не весело. Так что, возможно, у меня и есть клаустрофобия.

– Простите, но вы уже упустили шанс испытать мою магию. – Он шагнул к дверям лифта и снял трубку экстренной связи. – Посмотрим, ответят ли они, через сколько смогут нас вытащить.

Алекса старалась не таращиться на него в тусклом аварийном свете, но никак не могла упустить возможность глянуть на зад в идеально сидящих джинсах. Зад был так же хорош, как и все остальное. Она попыталась убрать с лица улыбку на случай, если он обернется.

Такие вот штуки никогда не происходили с ней. Нет, не лифтово-застревательные штуки – подобного рода мини-кризисов в ее жизни было как раз полным-полно. А вот застрять в лифте с привлекательным парнем – это было уже необычно. В самолете ей вечно доставалось место рядом с лепечущим младенцем, или вяжущей бабулькой, или занудным студентом колледжа, а вот со знойным мужчиной – фигушки.

Прошла примерно минута, заполненная его «Окей… окей…», причем каждое новое «окей» звучало напряженнее предыдущего. Затем он повесил трубку:

– Что ж… – Мужчина замялся и улыбнулся ей: – Погодите, я ведь даже не знаю, как вас зовут, моя новая подруга по лифту.

– Алекса. А вас как зовут, джинн?

– Дрю. Рад познакомиться, Алекса.

– Очень приятно, Дрю, хотя…

– Верно, обстоятельства для знакомства не идеальные. Итак, плохие новости заключаются в том, что электричество пропало во всем отеле.

В этот же миг экран ее телефона засветился: пришло сообщение от Оливии.

«У меня электричество вырубило. Ты где??»

– Ага, меня только что об этом предупредили. – Алекса подняла мобильник, прежде чем набрать ответ Оливии.

«И во всем отеле, а я застряла в лифте».

– По крайней мере из этого следует, что мне не соврали, – заметил Дрю. – Хорошие новости, как мне сказали, заключаются в том, что у них есть генераторы, так что вскоре лифты снова запустят.

Алекса сползла на пол, аккуратно пристроив сумочку рядом. Разбить бутылку такого шампанского было бы трагедией.

– Все равно ждать можно и с комфортом, – сказала она.

Любимые красные туфли на каблуках были вполне удобными первые пять часов, а она не снимала их уже больше девяти.

Дрю скинул с плеч кожаную куртку, дав Алексе возможность торопливо оценить мускулы живота, когда серая футболка задралась. Мммм. Горячий мужчина с чувством юмора, который ненароком демонстрирует ей свой пресс. У нее что, день рождения?

– Так вы остановились здесь, Дрю? – спросила она, чтобы перестать пялиться на соседа. – Откуда приехали?

– Только прилетел из Лос-Анджелеса. – Он уселся рядом с ней: – А вы?

– О, я здесь живу. Ну, на самом деле в Беркли. А в этом отеле навещаю кое-кого.

Он скользнул взглядом по ее телефону, туфлям, затем снова посмотрел на нее:

– Кое-кого очень особенного – в таких-то туфлях да с той улыбкой, которая была у вас на лице, когда вы входили в лифт и даже не заметили, что здесь есть кто-то еще.

– Очень особенного, – подтвердила Алекса, и ухмылка Дрю стала шире. – Погодите, нет, не в этом смысле особенного! А старшую сестру! Она приехала из Нью-Йорка по работе.

Н-да, вот так она обычно и вела себя со знойными мужчинами. Трусила встретиться с ними взглядом, таращила глаза на их пресс и выпаливала что-то несуразное.

– А-а-а! – Дрю рассмеялся. – Окей, ладно, я действительно подумал, что это именно в том смысле кто-то особенный. Вы вдвоем запланировали веселый вечер в городе?

Алекса положила ногу на ногу и одернула черное платье, чтобы, вдобавок ко всему прочему, еще и случайно не продемонстрировать этому типу белье.

– Вроде того. У нас вечеринка. Ее только что сделали партнером в юридической фирме, где она работает!

Алекса с улыбкой покосилась на сумочку, полную вкусностей, а потом снова подняла глаза на него. Нет, даже сыр с этим чуваком не сравнится.

Дрю прищурился, смотря на нее. Светло-каряя радужка с очень темным ободком. Такие красивые глаза, что она вновь отвела взгляд. Слава богу, коричневая кожа не может уж слишком сильно покраснеть, а не то ее щеки уже светились бы в полумраке.

– Окей, рад за вашу сестру, но что такого в вашей сумке? Вы все время поглядываете туда, словно там Святой Грааль.

Алекса засмеялась:

– Просто шампанское и некоторые закуски. План заключается в том, чтобы выпить его здесь, а потом пойти куда-нибудь поужинать… То есть заключался. Теперь еще надо посмотреть, сколько мы проторчим в лифте.

Дрю придвинулся ближе и заглянул в сумочку. Алекса подтолкнула ее к нему, чтобы в слабом свете ему было лучше видно. Вообще-то, она не позволяла незнакомцам шарить по своей сумке, но ладно уж, парень был симпатичный, а ситуация нестандартная.

– Очень хорошо! Стало быть, у нас есть провиант на случай, если мы задержимся здесь на несколько часов. Шампанское – очень удобно, не нужен штопор, а здесь еще… О, вы только гляньте – сыр и крекеры. Идеальный лифтово-застревательный перекус.

Алекса оперлась о деревянную панель на стене.

– Вы уже застревали в лифте с разнообразной едой и имели возможность определить, какие продукты лучше всего подходят для данной ситуации? – поинтересовалась она.

– Нет, но это же очевидно: сыр с крекерами здесь – лучший вариант. Прежде всего, вы прозорливо взяли с собой мягкий сыр, так что нам не понадобится нож, – можно просто класть его на крекеры и размазывать по ним пальцами. А во-вторых, разве с вами бывало когда-нибудь такое, чтобы сыр и крекеры не доставили удовольствия? Чтобы вы не подумали: «Ох, черт, этот сыр и крекеры – то самое, что мне сейчас было так нужно?»

На минутку Алекса задумалась.

– Стоп, нет, хватит сомневаться, – заявил он. – Вы же знаете, что ответ – нет. Крекеры и сыр – объективно лучшая закуска на всем белом свете.

Она рассмеялась и шлепнула его по пальцам, заставляя убрать их от пачки крекеров:

– Хорошо, вы правы. Но, знаете ли, вам не удастся уболтать меня поделиться угощением в честь партнерства Оливии.

Дрю вытянул ноги на полу и снова глянул в сумочку:

– Я этого боялся. Что ж, остается только надеяться, что мы пробудем здесь достаточно долго, чтобы вы надо мной сжалились.

Алекса наполовину стащила с ног туфли, чтобы они не жали пальцы так сильно:

– Без обид, Дрю, но моя цель не в том, чтобы проторчать с вами в этом лифте всю ночь.

Хотя этот пресс… Нет. Забыла про Оливию? Про свою сестру? Вот именно, Оливия! Пора бы задать ему очередной вопрос, чтобы перестать пялиться.

– А у вас разве нет планов на вечер? Вообще, как вы проводите уик-энд здесь, в Сан-Франциско?

Дрю сделал кислую мину:

– Иду на свадьбу.

Алекса вернула ему гримасу:

– Не произносите это так, будто тюремный приговор зачитываете.

Он прислонился к стене:

– Существуй на свете тюремные сроки длиной в выходные, это вполне сошло бы за приговор. Да, конечно, тюрьмой служит уютный отель, но все-таки.

Алекса обвела взглядом полутемный неподвижный лифт:

– Пока – не такой уж уютный. Что в этой свадьбе такого ужасного?

Дрю вскинул руки в воздух:

– Даже не знаю, с чего и начать. – Он поднял один палец: – Во-первых, это свадьба моей бывшей девушки.

Алекса поморщилась. В таких ситуациях и она бывала. Даже при самом удачном стечении обстоятельств свадьбы бывших – всегда испытание.

В ход пошел второй палец:

– Во-вторых, она выходит за одного из моих лучших друзей по медицинскому училищу.

Алекса прикрыла глаза ладонью. Да уж, пожалуй, у него есть основания выражать недовольство.

– А они…

– Нет, она не обманывала меня с ним, но… просто скажем, что меня не особенно обрадовало то, как все повернулось, хорошо?

– Ой. Ну, тогда я понимаю, почему вы…

Он воздел еще один палец:

– И В-ТРЕТЬИХ.

Алекса выпрямила спину:

– Есть еще что-то? Третий палец?

– О да! – Дрю помахал отогнутым средним пальцем в воздухе: – И, по сути дела, этот палец – хуже всех. В-третьих, я – шафер.

Повернувшись всем корпусом, Алекса уставилась на него с раскрытым ртом:

– Вы меня разыгрываете? Шафер? Что? Почему? Как?

– Да, вы подняли весьма важные вопросы. Те самые, которые Джошу, Молли и мне стоило задать друг другу перед тем, как начался весь этот свадебный кошмар длиной в уик-энд. Как минимум «что» и «почему». Что вообще навело его на мысль попросить меня стать его шафером? Почему он это сделал? Почему она на это согласилась? А я-то ПОЧЕМУ согласился? Как такое могло произойти? Все эти вопросы должны были прозвучать – но, тем не менее, мы имеем то, что имеем.

– Боже мой, Дрю! Я уже почти готова дать вам немного сыра.

Он потрепал Алексу по плечу. Сыра? Черт, да если он еще хоть на несколько секунд задержит ладонь у нее на плече, она будет готова дать ему куда больше.

– Алекса, я тронут. Правда. А ведь… – Он помахал в воздухе очередным пальцем: – …Есть еще и четвертый пункт.

– Ох, Господь всемогущий, что же тут еще может быть? Что, на свадьбу приезжают ваши разведенные родители со своими новыми супругами или что-то такое?

Он прыснул:

– Нет, хотя версия хорошая. Это был бы первостатейный триллер. Но нет, «в-четвертых» заключается в том, что я не просто шафер на свадьбе бывшей девушки с лучшим другом, а одинокий шафер на свадьбе своих бывших девушки и лучшего друга. Подруга продинамила меня в последний момент, так что я буду иметь самый жалкий вид, наверняка напьюсь, буду приставать к подружкам невесты, и вся эта затея обернется настоящим кошмаром.

Алекса отмахнулась от его слов:

– Ой, умоляю, все с вами будет в порядке. Свадьбы – отличная возможность познакомиться с людьми. И даже лучше, что вы без пары. Как всегда говорит моя подруга Коллин: «Не ходи на шведский стол со своими бутербродами».

Дрю хохотнул:

– Я совершенно точно сворую у вас эту фразочку. В девяноста пяти процентах случаев я сказал бы, что ваша подруга Коллин права на все сто, но текущая ситуация относится к тем самым пяти процентам, в которых собственный бутерброд спас бы меня от пищевого отравления. Вы даже не представляете, сколько сочувствующих взглядов я соберу. А хуже всего то, что, отвечая на приглашение, я указал статус «со спутницей», так что теперь за главным столом окажется пустое место. А я множество раз услышу: «Что стряслось с твоей девушкой, Дрю, она не смогла приехать?» Буду просто улыбаться и глотать все это, хотя существует примерно тридцатипроцентная вероятность того, что я опрокину слишком много стаканчиков бурбона и ударюсь в буйство.

Алекса дотронулась до его руки, постаравшись не затягивать прикосновение:

– Ладно, вы правы, иногда бутерброд – это необходимый страховочный трос. Мне жаль, что подруга вас бросила.

Он опять заглянул к ней в сумочку:

– Алекса, я вынужден просить вас перестать упоминать о еде, если не хотите, чтобы я просто украл у вас этот сыр.

Схватив сумочку, она переставила ее на другую сторону:

– Теперь соблазн будет меньше. Так лучше?

Дрю посмотрел на нее, потом на сумочку, потом опять на нее. Алекса улыбнулась, не снимая ладони с ручек:

– Итак, Дрю. Что же стряслось с вашей девушкой?

Дрю уставился на нее, сузив глаза, и она снова рассмеялась.

– Ладно. Прежде всего, Эмма не была моей девушкой. Мы просто тусовались вместе, и только.

Алекса нахмурилась, глядя на него. Этому парню, как и ей, где-то за тридцать. Разве к этому возрасту люди уже не перестают «просто тусоваться» с другими?

– Не смотрите на меня так! Я не из тех, у кого бывают серьезные отношения! И начав замечать, что ей, пожалуй, хочется чего-то большего, я все свернул. Причем очень аккуратно! Просто я не завожу себе девушку. Не заводил со времен… – Он вздохнул: – Со времен Молли. Да и ладно. Разве что не стоило забывать, что пара понадобится для этой проклятой свадьбы.

Алекса указала на четвертый палец, который он так и держал оттопыренным:

– Вы так и не рассказали. Как же, собственно, она вас продинамила?

Дрю потряс пальцем перед ее носом:

– Не начинайте! Нечего меня обвинять. Я тут ни при чем. И она, на самом деле, тоже – несмотря на все произошедшее, она все равно собиралась пойти со мной на свадьбу, но завтра у ее отца операция, так что она не смогла приехать.

Как привлекательно движутся мышцы этого пресса, когда он вздыхает!

– Конечно же, я сочувствую ей по поводу отца и вовсе не виню в случившемся. Просто считаю это лишним подтверждением того, что во всем, связанном с этой свадьбой, я проклят.

Алекса засмеялась и расслабилась, откинувшись на стенку лифта. А уж если из-за этого она придвинулась поближе к Дрю, так это просто дополнительный бонус. Да ладно, ей же не грозит стать не-девушкой этого парня – так почему бы не побаловать себя хотя бы парой случайных соприкосновений руками, пока лифт снова не завелся?

– Вероятно, вы чем-то это заслужили.

Дрю перегнулся через нее и схватил сумочку:

– Да неужто? Значит, я вам тут изливаю душу насчет этого кошмара со свадьбой и того, что у меня не будет спутницы, и всех жутких вещей, которые вследствие этого произойдут, а вы, выслушав мое горестное повествование, сообщаете, что я чем-то все это заслужил? Да за одно только это я забираю у вас сыр.

Он залез в сумочку, но затем замешкался на секунду и вопросительно поднял брови. Алекса, вздохнув, кивнула:

– Ладно, можете съесть часть сыра, но оставьте немного для Оливии. И не надо ничего размазывать пальцами. Что я – неандерталец, по-вашему? Там есть нож.

Дрю просиял. Милосердный Господь, какая опасная улыбка! Алекса отвернулась и нашарила столовый прибор, чтобы не броситься ему на шею.

Он только-только откусил от третьего крекера с сыром, когда лампочки на потолке загорелись и лифт рывком тронулся с места.

– Ого, мы и правда едем? – Алекса села прямо.

– Похоже, урвать еще и шампанское мне не удастся.

Дрю встал на ноги и протянул руку, чтобы помочь девушке. Это лишь ее фантазии или он и правда задержал ее ладонь в своей?

Наверняка фантазии. У нее очень живое воображение. Помогает справляться с текущим дефицитом романтики в жизни.

За считаные секунды они доехали до шестнадцатого этажа. Дрю снова надел куртку, введя Алексу в искушение еще разок глянуть на его пресс.

– Кажется, ваша сестра и я живем на одном этаже, – заметил он, когда они оба шагнули к выходу.

– Похоже на то. – Алекса улыбалась и смотрела ему в глаза некоторое время, после чего опять потупилась.

– В какой стороне ее номер?

Оба посмотрели на стрелки, указывающие путь к номерам из лифтового холла.

– Сюда, – определила Алекса и указала налево.

Дрю сверился с биркой на ключе:

– А, а мне туда. – Он ткнул вправо.

Улыбнувшись друг другу, они на мгновение замолчали.

– Могу откровенно заявить, что еще никогда не проводил время в лифте так весело. Спасибо за это. – Дрю протянул ей руку.

– Взаимно. – Алекса ответила на рукопожатие. – Удачи вам на свадьбе.

Он рассмеялся с гримасой:

– Не напоминайте. Мои поздравления вашей сестре.

Алекса поблагодарила и направилась по коридору в сторону номера Оливии. Хотелось бы знать, что еще можно или нужно было сказать, чтобы их разговор не закончился. Она вздохнула и зашагала дальше.

– Алекса! Подождите!

Это было настоящим безумием. Дрю глядел на себя со стороны и видел, что собирается сделать полнейшую глупость. Но девушка повернулась, чтобы уйти, и уже через долю секунды он окликнул ее.

– Да? – Она обернулась. – Остаток сыра я вам не отдам даже в качестве прощального подарка.

Итак, вот его возможность съехать с темы: притвориться, что он только об этом и хотел попросить, в последний раз переброситься шуткой с этой милой и веселой женщиной с великолепным декольте, потом развернуться, дойти до номера и подготовиться к суровым выходным… Ну, если глядеть под таким углом, то, может, не такое уж и безумие.

– Вы… вы, случайно, не свободны на этих выходных, нет? Ваша сестра надолго в городе?

Теперь пути назад нет.

– Она уезжает завтра, после присяги. А я работаю в субботу. У меня мероприятие в…

– В субботу днем работаете, а что насчет субботнего вечера? И… пятничного?

Ох, пожалуйста, пусть она будет не занята – теперь, когда он уже так далеко зашел.

– Ну, я должна…

– Станете моей спутницей на этот уик-энд? Прошу! Торжество начнется только в субботу вечером, так что все складывается, верно? Если вечером в пятницу вы прийти не сможете, я пойму, но, если есть хоть какая-то возможность пойти со мной на репетицию торжественного ужина, я… не знаю, что сделаю. Буду страшно вам благодарен? Скуплю для вас весь сыр, какой вы только пожелаете?

Как вышло, что ровно за тридцать секунд в отношениях с этой женщиной он с абсолютного нуля дошел до умоляющего лепета?

– Дрю, я… Вы уверены?

Он улыбнулся. После этого вопроса стало ясно: он почти ее выцепил.

– Абсолютно. Приходите на свадьбу, будьте моим бутербродом, уберегите меня от несварения и краха. Это доброе дело зачтется вам за весь год. А сейчас еще только май, и смотрите-ка: вы авансом разделаетесь со своими обязанностями по хорошим поступкам, когда еще и половины года не прошло! – Дрю был очень близок к победе: видел это по улыбке в ее глазах, когда она подняла на него взгляд. – Ну же, Алекса. – Он коснулся ее плеча: – Спасайте меня.

Алекса вдохнула поглубже, а Дрю задержал дыхание, пока она раздумывала.

– Раз вы так поворачиваете дело, что мне остается? Я согласна.

Дрю притянул ее к себе и обнял. Отягощенная бутылкой шампанского сумочка шлепнула его по заду, и оба рассмеялись.

– Вы об этом не пожалеете. – Отстранившись, Дрю достал из кармана телефон: – Погодите, мне нужен ваш номер.

Алекса продиктовала, и он записал его:

– Вот, я шлю вам сообщение, так что мой номер у вас тоже будет. Позже я напишу вам обо всех подробностях.

Он развернулся, чтобы уйти, лишая ее возможности сказать что-то еще.

– Окей, Дрю, но вы…

– Увидимся завтра, Алекса. Еще раз мои поздравления вашей сестре!

И он со своим чемоданом поспешил вперед по коридору, пока она не дала задний ход.

2

Несколько секунд Алекса таращилась на спину Дрю. Это на самом деле произошло? Этот симпатичный незнакомец только что предложил ей стать его спутницей на свадьбе? И она правда согласилась?

Развернувшись, она кинулась по коридору в сторону номера Оливии и постучала. Сестра распахнула дверь и тут же крепко обняла ее:

– Заходи!

Они с ухмылкой оглядели друг друга и снова обнялись. Увидеть сестру было здорово – правда здорово.

– У тебя потрясающая прическа, – сказала Алекса. – Фото на «Фейсбуке» не отдают этому афро должное.

Оливия осмотрела ее и нахмурилась так, как это умеют старшие сестры:

– Аутфит классный, и туфли мне нравятся, но я думала, ты собиралась осветлять волосы? Что случилось?

Алекса пожала плечами:

– Извини, я струсила. Подумала, что стать блондинкой – это для меня чересчур.

Оливия сделала кислую физиономию:

– Мы ведь это уже проходили. Посмотри на Бейонсе!

Алекса рассмеялась:

– Я знаю, что у меня тот же цвет кожи, но с ее светлыми накладными волосами меня не очень-то хорошо воспримут на совещаниях городского совета. Пусть даже я и работаю в Беркли, я, знаешь ли, все же работаю на мэра.

Оливия хлопнулась на постель:

– О, умоляю, тебя бы замечательно и легко восприняли с несколькими светлыми прядками. Но, конечно, ты у нас не из тех, кто любит рисковать.

Алекса раскрыла было рот, чтобы возразить, но потом передумала. Она ведь здесь для того, чтобы улучшить отношения с сестрой, верно? Так что вместо этого она сказала:

– Смотри, что я тебе принесла! – Она выудила игристое вино, сыр и крекеры из сумки: – Не знаю, достаточно ли шампанское теперь холодное, но пить все равно можно. И я героически спасла бо́льшую часть сыра и крекеров от парня, с которым застряла в лифте, так что давай-ка лакомиться.

– Да уж конечно мы его выпьем! Давай сюда.

Оливия принесла отельные стаканы, пока Алекса снимала с горлышка фольгу.

– Не могу поверить, что ты все это время торчала в лифте. И почему ты мне не писала? Батарейка села?

– Ну, тут целая история, но прежде, чем я ее расскажу, давай выпьем за тебя.

Алекса открутила проволоку и с негромким чпоканьем вытянула пробку. Налив приличное количество себе и сестре, она подняла свой стакан:

– За Оливию Монро, первого чернокожего партнера в «Палмер, Янг и Стюарт» за десять с лишним лет. За блестящего адвоката и, что куда важнее, лучшую старшую сестру, какая только может быть у девочки.

– Хочешь, чтобы я расплакалась? – спросила Оливия. – Не выйдет. Если у меня глаза и на мокром месте, то это просто аллергия на ковер.

Улыбнувшись, Алекса чокнулась с сестрой:

– За тебя.

Обе выпили, снова обнялись и еще немного выпили.

– На какое время мы заказывали столик? Мы не опаздываем?

Алекса отпила еще немного шампанского и сверилась с часами:

– Бронь на восемь, а сейчас еще семи нет. Съешь сыра.

Дотянувшись до бутылки, Оливия подлила им в стаканы:

– Ой, погоди, так что там за история с лифтом? Почему ты мне не писала? Я беспокоилась – ну, знаешь, вдруг тебя сожрал лифтовый монстр или что-то в таком роде.

– Лифтовый монстр? Оливия Грейс, ты не смогла придумать лучшего повода для фальшивого беспокойства, чем лифтовый монстр?